Механизмы

Главная |
Страница произведения на сайте |
Источник
Внимание! На данный момент возможность чтения онлайн на сайте - экспериментальная функция, она находится в стадии разработки, потому возможны ошибки, вырвиглазное оформление и тд и тп.
Если вы автор данного произведения, и вы не хотите чтобы его можно было прочесть онлайн на этом сайте, то просто сообщите мне об этом:
Текст актуален на 2019-05-03 00:01:40
Размер текста: 581 кб

Часть 1

      Существуют ли другие реальности? Существуют ли другие вселенные? Мне кажется, что да. Судите сами: откуда бы тогда взяться всем историям о других мирах? Фильмы, научные доказательства, комиксы служат подтверждением этого. А сны? Сны — вот яркий пример другой реальности, реальности, в которой возможно всё. В наших сновидениях мы можем быть кем угодно: от студента-отличника до преуспевающего бизнесмена; от первой красавицы школы до коронованной «Мисс Вселенная». Во сне мы вольны делать всё, что захотим, но после пробуждения можем даже не вспомнить об этом. Порой мы видим повторяющиеся сны, словно перематывая ленту киноплёнки, пытаемся что-то изменить. Часто сюжет сна становится мечтой — далёкой и, как нам кажется, неосуществимой. Но вот вопрос: а можно ли вообще претворить наши фантазии в жизнь? И как это можно сделать? Мне кажется, что все наши мечты и фантазии осуществляются, но чаще всего не здесь, не в этом мире. Кто-то сказал, что мысль материальна. Думаю, с этим можно согласиться. Всё, о чём бы ни подумал человек, становится реальным, но, к сожалению, а порой и к счастью многих, в других, параллельных мирах. В нашем мире не смогли бы уместиться фантазии всех людей. А ведь наверняка каждый хотя бы раз перед сном придумывал себе идеальную жизнь, представлял, как бы он вёл себя в той или иной ситуации, с кем бы он был. И многие люди испытывают настоящее разочарование от того, что их сон прервали; они начинают лелеять себя надеждой, что когда-нибудь вернутся в этот сон снова. И возвращаются. Тогда перед нами встаёт вопрос: а какая же жизнь реальна? Может ли человек иметь две и более жизней, продуманных до мелочей, наполненных эмоциями, чувствами, переживаниями, находиться в нескольких мирах? Могут ли эти миры пересекаться? Порой достаточно одного движения, жеста, слова, взгляда, чтобы привести «механизм пересечения» в действие. Мгновение — и ты не можешь понять, где находишься: в реальности или во сне, наконец-то ставшим реальным.

***


      Я стояла посреди шоссе, ничего толком не понимая. Солнце сильно слепило глаза, из-за чего было довольно трудно сориентироваться в пространстве, так что я начала рыться в сумке, пытаясь найти очки. Безуспешно. Конечно, они мне были не нужны в туманном Лондоне, где я была пару секунд назад. Я так думала. Чтобы хоть как-то осмотреться, я соорудила козырёк из ладоней и приложила их к глазам. Да, очень познавательно, теперь я точно знала, где я. Ага, разбежалась. Беглый осмотр местности ничего не дал. Дорога, на которой я сейчас стояла, показалась мне знакомой, хотя я и была уверена, что раньше никогда её не видела (вживую уж точно). Она проходила по побережью так, что с одной её стороны было море, уходящее вдаль, с другой — что-то вроде гор. Никакой обочины. Да что я вообще здесь делала? Только что я вышла из магазина на оживлённую улочку Лондона (ну, я так думала). Но окружавший меня пейзаж отнюдь не походил на Оксфорд стрит или что-то в этом роде. В голове пронеслась шальная мысль, которую я тут же постаралась отогнать. Нет, этого не могло быть, это же просто невозможно. Я в который раз осмотрелась. Был жаркий полдень. Солнце ещё стояло высоко, хотя уже вышло из своего зенита. И да, оно очень сильно палило. Я тотчас сняла ветровку с мыслью о том, что мне очень повезло, ведь в Лондоне сегодня не так жарко. Было. По крайней мере, я знала, что надену, если бы вдруг внезапно похолодало. Я осмотрела себя с ног до головы. Как там говорят иностранцы? Русские умеют так сочетать вещи, что их можно сразу выделить из общей толпы. Это про меня? Да, это про меня. На мне были ярко-бирюзовые кеды, джинсы грязно-белого цвета, моя любимая футболка и джинсовая ветровка, которую я сейчас держала в руках. Так же при мне была красная сумка, надетая через плечо, а в ней деньги (фунтов 100), документы и карта Лондона. О да, она мне сейчас была просто необходима! Блин, как же солнце слепит. Я вновь попробовала найти в сумке солнечные очки, и вновь потерпела сокрушительное поражение. Признаться, сегодня они мне были не нужны. До этого момента. В Англии уже целую неделю было пасмурно, и почти постоянно накрапывал дождь. Кстати, вот и зонт обнаружился. Маленький карманный зонт покоился на дне сумки, дополняя сию картину. Ах да, у меня же ещё фотоаппарат висел на шее. Да я настоящий турист, отбившийся от группы. К моему огромному сожалению, телефона у меня не было. Он преспокойно остался лежать на подоконнике у host family, так как напрочь отказывался ловить связь не в России, а новую сим-ку я всё ещё не удосужилась купить. Дура.

      Пока я размышляла, мимо меня не проехала ни одна машина. Кажется, подобное положение дел было свойственно для этой местности. Я отошла к краю дороги, и вовремя. Из-за поворота выехал автомобиль. Нет, не выехал — вылетел. Издалека номера и марки было не видно, но машина казалась мне знакомой. Она ехала по дальней от моря полосе — ближе к горам. Я тоже стояла здесь, создавая некую преграду. Объехать меня не составило бы никакого труда, только вот мне крайне необходимо было привлечь внимание водителя, ведь до появления этой иномарки я стояла здесь уже какое-то время, но никаких звуков города до меня так и не донеслось. Собственно, это и было главной причиной, по которой я осталась на месте. Так вот: машина стремительно приближалась. Вскоре до меня дошло, почему я считала её знакомой: в ней находился очень негабаритный груз. Какие-то доски. Я снова отогнала шальную мысль, стараясь о ней не вспоминать. Иномарке оставалось до меня каких-то сто метров, когда все факты сопоставились, и я выскочила прямо перед ней. Визг тормозов. Я зажмурилась и инстинктивно выставила руки перед собой. К счастью, всё обошлось. Серебристая Ауди кабриолет остановилась всего в нескольких метрах от меня. Я открыла глаза и посмотрела на водителя, который, кажется, пребывал в бешенстве. Наконец он начал говорить всё, что думает обо мне, но я его уже не слушала. Я тупо смотрела на номер, всё ещё не веря в очевидное. В конце концов я осмелилась поднять глаза на водителя, который уже вышел из машины и направлялся ко мне, что-то объясняя и жестикулируя. Все сомнения улетучились. Это был Тони Старк собственной персоной. Именно Старк. Не Роберт. Со вторым я примерно одного роста, а этот был сантиметров на десять выше. Посмотрев вниз и убедившись, что каблуков нет, я вновь перевела взгляд на всё ещё разглагольствующего Старка. Ну подумаешь: чуть не учинила аварию, с кем не бывает? Интересно, он вообще умел молчать? Или его надо было предварительно стукнуть шокером? Придётся перебивать. Не люблю перебивать взрослых, но порой они просто не желают слушать.

      — Подождите, — начала было я по-русски, но быстро спохватилась. — Подождите, — продолжила я на английском. — Вы ведь Тони Старк? Железный человек? — что за бред я несу, это же очевидно.

      — Да, это я, — не без гордости сообщил он, но тут же спохватился и продолжил свою тираду. — И из-за тебя я чуть было не повредил свой автомобиль.

      Кажется, таким же тоном он говорил на рассмотрении дела Железного человека в Сенате.

      — Мне нужна Ваша помощь, — начала я, снова перебив его.

      — Тебе понадобится помощь адвоката. Кстати, могу посоветовать пару хороших ребят.

      Он издевается? Надо что-то делать, срочно.

      — Понимаете, я даже не знаю, где я, и как сюда попала, — ровным голосом продолжила я. Конечно, не вся правда, но и это ничего.

      — Ты хочешь сказать, что просто перенеслась сюда из другой точки пространства? — со скептической улыбкой уточнил он.

      А вот это уже точно с Сената.

      — Именно, — ну хоть какой-то диалог.

      — И откуда же ты? — всё ещё с ухмылкой произнёс он.

      Соберись, это не так уж и сложно. Нужно просто сказать, откуда ты. Это не сложно. Подними глаза. Так, на раз-два-три. Раз. Два. Три

      — My name is Masha and I'm from Russia, — выпалила я на одном дыхании. По его лицу было видно, что он не поверил. Как же жарко. Душно. Тяжело. До меня словно сквозь вату доносились его слова, смысл которых я никак не могла понять, да и по лицу Старка было очевидно, что что-то пошло не так. Мои ноги подкосились, и я провалилась во тьму.

Часть 2

      Фу, какая гадость. Что это? Нет, я хочу ещё поспать. Ещё десять минуточек. Да что же это такое?

      — Хватит, — голос звучал неестественно слабо. Я что, в обморок упала? — Всё-всё, очнулась я, очнулась, — силы постепенно возвращались. Ладно, бывало и хуже.

      Я открыла глаза и уставилась на тех, кто привёл меня в чувство. Моя челюсть чудом осталась на месте. Интересно, а человек может по своему собственному желанию упасть в обморок? А провалиться куда-нибудь? Нет? Очень жаль. Приходилось довольствоваться тем малым, что у меня осталось.

      Отведя взгляд и ущипнув себя за руку, я вновь взглянула в сторону собравшихся. Нет, к сожалению, или к счастью, это был не сон. Прямо передо мной стоял агент Колсон с нашатырём в руке. Позади него сидел, нет, восседал в кресле Старк. Постаравшись не встретиться ни с кем взглядом, я села и начала осматриваться. Если до этого крохотные сомнения ещё копошились в моей голове, то в данный момент их как ветром сдуло.

      Я находилась в особняке миллиардера в Малибу, штат Калифорния. В полуразрушенном особняке. Ну ничего себе они разошлись! Не понятно, как дом вообще удержался на скале после такого. Я взглянула на горизонт, стараясь определить, сколько я была в отключке. Солнце прошло больше половины пути от зенита до кромки моря, которое простиралось настолько, насколько хватало глаз. Шикарный вид. Но всё-таки надо было понять, что произошло.

      А что вообще произошло? Перед моим внутренним взором мелькали фрагменты воспоминаний, складываясь по порядку. Бред. Бред сумасшедшего. Но если я находилась здесь, это значило, что всё происходило взаправду. Страх начал закрадываться в мою голову, но я постаралась прогнать его. Получилось плохо. Нужно взять себя в руки. Ещё слишком рано для паники. Или нет? Пока у меня нет ответов на все вопросы, нужно быть очень осторожной.

      Я снова посмотрела на Старка, усердно стараясь не замечать Колсона. Я ещё не придумала правдоподобное объяснение для Щ.И.Т.-а, а попадать на допрос мне абсолютно не хотелось. Надо побыстрее что-то придумать. Может, Тони подыграет мне? Сейчас он смотрел на меня как на экспонат. Точно. Так он смотрел только на карбюраторы своих автомобилей и на… Постойте, он ведь ещё только будет изучать работу отца, так? Значит…

      — Мисс, Вы хорошо себя чувствуете? — со свойственной ему улыбкой произнёс агент Колсон, окончательно перепутав мои мысли.

      Я взглянула на него, почувствовав, что времени на раздумья осталось мало. Что ж, если я не хочу попасть на их базу, то для начала нужно, как минимум, постараться ни в коем случае не перейти на русский.

      — Да, конечно. Только голова немного кружится, — как можно спокойнее сказала я и улыбнулась. Нужного эффекта моя попытка сделать доброжелательное лицо не произвела: Колсон продолжал сверлить меня своим рабочим взглядом. Пусть так из Тора информацию выпытывает, я всё равно ничего не скажу. Нельзя. Не сейчас.

      — Ничего страшного. Это не помешает ответить Вам на пару простых вопросов, — продолжил он, всё так же улыбаясь. Нам ли, фанатам КВМ, не знать, что означают эти фраза и улыбка в одном комплекте. Лучше бы натравили Наташу, с ней проще. Ах да, она же приставлена к Пеппер. Хотя я уверена, что её уже известили.

      Я снова взглянула на Старка, ища хоть какую-ту поддержку. Кажется, он начал догадываться, что к чему.

      — Не волнуйтесь, не помешает, — ответила я, снова взглянув на Фила. — Только можно Вас попросить об одном одолжении? — с надеждой в голосе произнесла я.

      — Что бы Вы хотели у меня узнать? — всё так же спокойно продолжил он. Кажется, я начинаю ему надоедать. Нет, только кажется.

      — Попросить, — уточнила я, — не могли бы Вы принести мне стакан воды и аспирин? — как можно беззаботнее спросила я.

      Ни одна мышца не дрогнула на его лице — оно было всё так же доброжелательно.

      — Да, конечно, — без замедления ответил он и повернулся к столику, стоявшему в паре шагов от нас. Оказывается, там уже находились таблетки с водой. Терпеть не могу их предусмотрительность. Агент Колсон отвернулся всего на несколько секунд, но мне хватило этого времени, чтобы сказать Старку одними губами: «HELP», но он понял это и без моей подсказки.

      — Держите, — всё так же вежливо сказал Фил, протягивая мне лекарство.

      Он подождал, пока я осушу весь стакан, и поставил его обратно на стол. Всё, теперь мне точно не отвертеться.

      — Теперь я задам Вам несколько вопросов, — словно отвечая на мои внутренние мысли, начал агент. — Во-первых, как Вас зовут?

      — Меня зовут Мэри Браун, — сморозила я первое, что пришло мне в голову. Видимо, неудачно.

      — Во-вторых, откуда Вы? — продолжил он. Ну всё, теперь я вляпалась по уши.

      Я не успела ничего сказать или даже придумать.

      — Из Санта-Моники, — спокойным тоном сказал Старк, заставив агента Колсона обернуться.

Часть 3

      Когда Фил отвернулся от меня, я уставилась на Старка во все глаза. Тони же вёл себя как ни в чём не бывало.

      — Мистер Старк, а Вам не кажется, что Вы противоречите сами себе? — сохраняя полнейшее спокойствие, произнёс Колсон, — Вы, кажется, говорили, что мисс Браун из России.

      — Говорил, — продолжил Тони невозмутимым голосом. — Она приехала из России в Санта-Монику учиться.

      — По обмену, — негромко дополнила я миллиардера.

      Фил повернулся ко мне, а Старк чуть было не сделал facepalm с размаха. Что опять не так?

      — А при чём здесь мистер Старк? — явно не веря в нашу импровизацию, поинтересовался Колсон.

      — Он любезно согласился быть принимающей стороной, host family, — это прозвучало как информация, не подлежащая подтверждению или оспариванию, что меня несказанно порадовало.

      — И когда Вы об этом узнали? — спросил Фил у Тони. В голосе агента прозвучал скепсис. Сейчас он стоял вполоборота и спокойно мог наблюдать и за мной, и за Старком. Последний не подавал никаких признаков волнения, чего нельзя было сказать обо мне, нервно хрустящей костяшками пальцев.

      — Вчера, — с вызовом произнёс Старк. «И когда Вы успели стать экспертом в ядерной астрофизике?» пронеслось у меня в голове, и я с трудом подавила смешок.

      Он не верил, хоть и старался не показывать эмоций. Не доверять и проверять — это его работа, которой он преданно служит. Если он задаст ещё пару вопросов, то наш с Тони небольшой спектакль можно будет официально считать законченным.

      — Одну секунду, — от нашей беседы Колсона отвлёк телефонный звонок, которому я искренне радовалась, и не одна. По выражению лица миллиардера можно было понять, что допрос ему уже порядком надоел, и он желает свалить куда-нибудь подальше. Например, в мастерскую, изучать работу отца.

      Всё то время, пока Фил разговаривал, мы со Старком стояли, вернее сидели, молча, внимательно изучая друг друга. Тони имел недурное, ладно, отличное телосложение и находился в прекрасной спортивной форме. Фирменная бородка была гладко уложена: Старк хорошо потрудился, чтобы привести себя в порядок перед поездкой в офис. Пиджак нараспашку светло-серого, а, может, бежевого цвета; коричнево-бордовая кофта, надетая поверх тёмно-серой рубашки; штаны, ещё темнее рубашки, но с другим оттенком, кажется, синего, чуть расклешены книзу, и кеды с толстой белой подошвой прекрасно сочетались друг с другом. Впрочем, все вещи были подобраны в его индивидуальном и неповторимом стиле. Хотя, я знаю человека с таким же стилем. Он тоже не из этого мира.

      Так мы сидели ещё минут семь, пока наконец Колсон не повернулся к нам. Кажется, он, вместе со звонившим, пришёл к какому-то единому заключению.

      — Мисс Браун, я вынужден прервать нашу беседу, — всё с тем же непроницаемым выражением лица начал разговор Фил. — Мы продолжим её позже. Сейчас она не является приоритетом, — Колсон был так же непоколебим.

      Но он был разочарован, что эту самую «беседу» прервали, огорчён, что не смог вытащить из меня больше, дабы составить наиболее полную картину. Он не любил оставлять дела незавершёнными.

      — Ничего страшного, — мне пришлось что-то сказать, потому что никто не торопился заканчивать разговор первым. Щ.И.Т. и так выведает у меня всё, что им нужно. И неважно, «страшно» или «не страшно». По крайней мере, они так думают.

      — Тогда, с Вашего позволения, — начал Старк, намеренно делая ударение на слове «Вашего», — я пойду и закончу разработки отца, а то Вы только и делаете, что отвлекаете меня.

      Как там говорится в рапорте Наташи? Типичный нарциссизм?

      — Не смею Вас задерживать, — сказал Колсон и, развернувшись, пошёл по своим делам.

      — До свидания, — негромко сказала я ему вслед, оставшись неуслышанной. Ну и ладно, не очень-то и хотелось.

      — Пошли, — сказал Тони, обращаясь ко мне.

      — Что? Куда? — нет, ну я просто верх гениальности. Он же минуту назад сказал, что пойдёт исследовать работы. Да я и сама могла догадаться.

      — В мастерскую, — закатив глаза, произнёс миллиардер и направился к лестнице.

      Я, на секунду замявшись, догнала Старка и пошла следом за ним.

      Когда мы спустились вниз… Это было что-то. Тони ещё не открыл дверь, а я уже рассматривала помещение за ней во все глаза, не удержавшись от восторженного «Вау», «Ого» и всяких других междометий. Миллиардер лишь улыбнулся, довольный произведённым эффектом.

      Мы вошли внутрь, и я чуть не подпрыгнула от неожиданности.

      — Добрый вечер мистер Старк, мисс Браун, — без сомнения, это был Джарвис. Одно дело слышать его в фильме, другое — разговаривать наяву.

      — И тебе привет, — ответил ему Тони и направился прямиком к своему рабочему столу.

      — Добрый вечер, — всё так же негромко ответила я. Лучше быть потише: прокричаться никогда не поздно.

      Пока Старк что-то обсуждал с Джарвисом, я попыталась осмотреться. Если представится возможность, попрошу Тони мне всё тут показать. Это просто великолепно! Шикарно восхитительно и, и… у меня нет слов, чтобы описать всё то, что я успела заметить за первые несколько секунд. Здесь было столько всего! Начиная от рабочего места Старка, где он находился сейчас, и заканчивая автомобилями разных марок, каждый из которых имел номер с надписью «Stark». И, конечно же, костюмы. Каждый в отдельной мм… капсуле? Не знаю, как это назвать. Отполированные, они стояли, готовые к бою. На них не было ни единой вмятины. Интересно, ему не надоедает их латать?

      Я пересчитала костюмы. Не хватало одного. Mark II (кажется, он), был, насколько я помню, у Роудса. Любопытно, как он смог так быстро разобраться в системе управления? И разве не Джарвис «заведует» во всех костюмах? Что ж, плюс ещё один вопрос к моему огромному списку вопросов.

      Не успев рассмотреть всё как следует, да что там, не успев рассмотреть практически ничего, кроме костюмов, я повернулась к миллиардеру, который только что окликнул меня. Что, неужели он так быстро всё закончил?

      — Чем я могу Вам помочь? — с улыбкой произнесла я. Нет, я это вслух сказала? Умнее фразы точно не придумаешь. Надо научиться соединять язык с мозгом.

      — Для начала могла бы сказать «спасибо» за то, что я тебя спас от Щ.И.Т.-а, — этот тон не был серьёзным, но подобрать к нему сравнение у меня почему-то не получалось. Заинтересованность? Возможно. Любопытство? Скорее всего.

      — Спасибо, — полушёпотом произнесла я, смотря в пол. — И спасибо за то, что не бросили меня.

      Я подняла глаза на Тони, а он лишь усмехнулся на мою реплику. Снова. Он во всём находит то, над чем можно посмеяться. Порой это начинает раздражать.

      — Говори громче, нас никто не слышит, кроме Джарвиса, да ему это и ни к чему, — нет, ему определённо доставляет удовольствие подкалывать людей, — и да, пожалуйста.

      Я кивнула головой, думая, с чего бы начать, но миллиардер не был намерен ждать.

      — Кстати, не хочешь всё-таки рассказать, кто ты и откуда? — С плохо скрываемым любопытством спросил Старк.

Часть 4

      Я знала, что Старк задаст этот вопрос. Да я и сама собиралась рассказать. И всё же, эти слова прозвучали для меня словно гром среди ясного неба. Я стушевалась и, вновь опустив глаза в пол, начала соображать, с чего бы лучше начать.

      Во-первых, кто я. Ему и так известно. Думаю, даже фамилия не нужна: крайне маловероятно, что я смогу отыскать себя в этом мире, даже с суперсовременными технологиями Stark Industries.

      — Мне ещё долго ждать? — Тони явно уже начинал терять терпение.

      — Подождите, дайте мне время, — спокойно произнесла я, пытаясь составить приблизительный план повествования, — если хотите услышать связанный рассказ.

      Старк в очередной раз закатил глаза. Завидная регулярность. Скоро я начну делать так же.

      Итак, во-вторых, откуда я. Вот тут надо начать по порядку. В принципе, лучше рассказывать всё по порядку. А может… Хотя, зачем мне что-то скрывать? Нет смысла. Я не имею ни малейшего понятия, как сюда попала, так что, быть может, сказав полную правду, смогу приблизиться к разгадке.

      Начнём.

      — Как я уже сказала при первой нашей встрече: My name is Masha and I'm from Russia, — с улыбкой сказала я, глядя немного в сторону, но, взглянув на миллиардера, продолжила более серьёзным тоном. — Так вот: в данный момент не важны ни моя фамилия, ни мой адрес проживания, потому что перед тем, как оказаться здесь, я находилась на учёбе в Англии, — с чувством, с толком, с расстановкой. Серьёзно. Главное не засмеяться. Не засмеяться. Вот Тони не смешно. А мне? А у меня, кажется, скоро случится истерика. — На самом деле, это просто не даст никаких результатов. Я не отсюда.

      — Да то, что ты не местная, я уже успел понять. Значит, ты хочешь сказать, что прилетела в США из Англии? А как ты очутилась на дороге? Отбилась от группы? — опять сарказм. Гад. Это начинает бесить.

      Взяв себя в руки и досчитав до десяти (нет, ну я и так волнуюсь, а он ещё и подкалывает!), спокойно ответила Старку:

      — Нет. Я именно, как бы сказать, мгновенно оказалась тут; переместилась из Англии в США за считанные секунды. Я это уже говорила. Телепортировалась, если так удобнее, — о да, привет недоверие и взгляд как на умалишённую.

      — Нельзя так просто взять и переместиться из одного места в другое, — Роберту (или Старку) надо бы Боромира с такой мимикой играть. — Мало ли, что ты говорила: это мог быть солнечный удар. К тому же, ты ясно подкрепила мою догадку своим обмороком.

      Что ж, тут он прав. Как всегда.

      — Вы явно пересмотрели «Властелин колец», — произнесла я, вспомнив вдобавок «Цепляйся, Леголас!», из-за чего снова чуть не рассмеялась. Спокойно. Я всего лишь попыталась разрядить обстановку, что в этот раз получилось немного лучше, но ненадолго. Буквально через мгновение улыбка вновь сменилась сосредоточенным взглядом, и Тони приготовился задать новый вопрос.

      — Так, ладно. Допустим, что ты действительно «перенеслась» сюда из старой доброй Англии, — это успех, товарищи! Хоть ненадолго он признал мою правоту. Или он считает, что с сумасшедшими лучше соглашаться. — Но всё-таки, ты меня знаешь. Видела по телевизору? Журналы читала? — да, да и ещё раз… нет. А сейчас как я должна ответить? Тони, кажется, уже смирился с тем, что я странная. Хорошо, будем подкреплять его уверенность в этом.

      — И да, и нет, — начала я. А где барабанная дробь? Нарастающая музыка? Ах да, это реальность.

      — В смысле? Телевизор смотрела, но не читала журналы? Или наоборот? — так, где тут что-нибудь тяжёлое? Нужно одному миллиардеру… Что ж, продолжим.

      — Нет, я читала журналы и смотрела… фильмы: «Железный человек» и «Железный человек 2», — про «Мстителей» говорить не стоит: в глазах Тони и так читалось удивление. Неужто? Зайдём-ка мы ещё дальше. — Я вообще не из этого мира. В нашем мире Вы всего лишь фильм, комикс, чья-то фантазия.

      Он мне не верит. Старк тот ещё скептик (если он даже с Тором дрался после удара молнии в него).

      После секундных раздумий, миллиардер произнёс самую логичную фразу:

      — Докажи, — оу, мистер Старк, Вы даже не представляете, сколько доказательств у меня имеется. Интересно, случай в камере с Иваном подойдёт для достаточного доказательства? Может ещё про Обадайю напомнить? Нет, лучше начать с Ивана. Как говорится, с места в карьер.

      — Когда Вы были в тюрьме у Ванко, он сказал примерно такую фразу, — блин, как же она звучит? Я помню её только приблизительно и на русском, зачем бы мне заучивать её на английском? Может, попросить Джарвиса перевести? Да, если Тони разрешит. В данный момент он словно напряжённый нерв, нужно действовать аккуратно, осмотрительно. Надо попробовать. — Джарвис может её перевести? Я просто не помню, как она звучит на английском, — чуть-чуть улыбки, а то как в бункере сидим.

      Миллиардер, немного задумавшись, всё же разрешил. Кажется, он не верит, что я скажу именно то, что он не хочет больше слышать. Но я скажу. Быть может с искажениями (наши переводчики иногда такие фантазёры), но смысл будет тот, я уверена. Я надеюсь на то, что я уверена.

      Итак.

      — Палладий у сердца — смерть полная боли, — кажется так.

      Джарвис мгновенно перевёл.

      Если до этого у Тони на лице можно было увидеть плохо скрываемый скепсис, то сейчас, буквально на пару секунд, на его лице промелькнул страх.

      Сомнений не осталось ни у меня, ни у него. Я больше не сомневалась в том, что Старк мне поверил, а он больше не сомневался в том, что другие миры существуют.

Часть 5

      Мы находились в этой чрезвычайно тяжёлой тишине уже несколько минут. Я, устало облокотившись на стол, перестала смотреть на бой мыслей Тони, который проходил в прямом эфире на его лице, и вновь принялась осматривать помещение.
Вот вход в мастерскую. Стеклянные двери немного не вязались со всей общей обстановкой из металла и бетона, но именно их необычность прибавляла помещению некоторую лёгкость. Иначе был бы какой-то бункер.

      Так, что у нас дальше? О, я помню это место! Здесь Старк предложил Пеппер пост гендиректора. Так романтично. И спонтанно. В принципе, это был отличный способ, чтобы отвлечь мисс Поттс и не дать ей возможность догадаться о болезни. Или просто заткнуть её. Да, скорее всего именно это было движущим механизмом Тони на тот момент. Это было так давно… Или нет? Для них это было буквально несколько дней или недель назад. А для нас? Год, два? Да нет, больше.

      Чтобы окончательно не уплыть в глубины размышлений, я вновь вернулась к осмотру помещения. Итак, слева от входа в мастерскую находился какой-то игровой автомат (наверное), в котором преобладали розовая и жёлтая подсветки. Нет, это больше напоминает музыкальный аппарат с пластинками. В общем, не знаю. Я в этом не разбираюсь.

      Продолжив свой незамысловатый осмотр, я заметила расположившийся чуть левее небольшой комод, выполненный из железа. Готова поспорить, там наверняка есть парочка инструментов! А как же без них? Или, в конце концов, что-нибудь алкогольное. Так, про запас. На комоде стояли три фигуры-светильники. Интересно, что они изображают? Надо будет позже спросить, если время будет. Или если меня отсюда не выгонят взашей.

      Над комодом висела плазма, показывающая статистику по Stark Expo. На экране схемы плавно менялись так, что можно было без труда понять, что это рассматриваются разные павильоны сей выставки. Ух ты, теперь я знаю, где это всё располагается! Наверху находилась надпись: Now open, а чуть правее — New York. Круто, ничего не могу сказать. Правда, Тони и Ванко скоро там всё разгромят, но сейчас, даже в виде схемы, это просто великолепно! Непременно выпрошу у миллиардера разрешение туда смотаться. В конце концов, у него есть личный самолёт (а ещё костюмы! но не будем прикладывать руку к сокровенному). Надо будет вспомнить ещё парочку примерчиков из жизни Железного Человека, чтобы Тони поверил мне больше и позволил побывать на Expo.

      Да уж, эта Вселенная развита намного больше, чем наша. В плане технологий. Зато мы о них многое знаем из фильмов, комиксов, мультфильмов. А может, для них мы всего лишь фильмы? Нет, не стоит вновь залезать так далеко в дебри: у меня ещё найдётся время для подобных размышлений, хотя они всё равно ни к чему путному не приведут. Интересно, а Старк знает Уэйна? Нет, я конечно понимаю, что DC и Marvel несовместимы. Может быть, у них тоже есть какие-нибудь комиксы? Так, заносим ещё несколько вопросиков в список интересного. Главное — не забыть. Ай, всё равно забуду.

      Ага, вот и кухня. Кухонька. Что-то наподобие. Но кран там точно есть. Кажется, это единственное место, освещённое обычными лампочками, а так же выполненное в довольно светлом варианте. Кстати, довольно скупо освещено. У Тони компьютеры и то светятся ярче. В принципе, кухня ничем особенным не выделялась, кроме. пожалуй, одной вещи, которую наверняка хотели себе фанаты по всему миру. Это была картина Железного Человека. Самая настоящая. И довольно большая. Выполненная в красно-сине-белых тонах она создавала более лёгкое настроение, развеивая небольшую скуку и серость (а так же голубоватось) сего помещения. «Растёт в цене». Да, кажется, именно эти слова сказал миллиардер, когда снимал со стены непонятную абстракцию, которая чем-то очень приглянулась Пеппер. Вот и та самая картина. Стоит на полу между началом кухни и комодом. Здесь она выглядит даже более на своём месте, чем там, где находится портрет Старка.

      В этом углу комнаты больше нечего было осматривать, кроме компьютеров, к которым я пока не решалась подходить, дабы не нарушать мозговую деятельность гения. А вот мой мозг уже успел представить, что можно делать с этими компьютерами. Вернее с той голографической проекцией, которую мы все имели честь наблюдать в действии во время открывания (пардон, переоткрывания) нового элемента. Наверняка каждый хоть раз хотел иметь такую проекцию у себя дома. Только представьте: рубиться по локальной сети с друзьями, имея при этом объёмное оружие, карту и что-нибудь ещё! А любители адреналина в крови могли бы попытаться пройти Slender-а. Да уж, тут нельзя ни сломать монитор, ни отбросить телефон в стену (знаю, пробовали). Только стул в его череп, только хардкор! Но, как говорится, увы и ах! Ещё раз убеждаюсь в том, насколько здесь развиты всяческие технологии. И, невольно, разочаровываюсь в наших.

      Так, что у нас дальше? Костюмы? Ну, нет. Во-первых, любоваться на них, стоящих за витриной, надоедает уже через несколько минут, которые у меня уже прошли. Во-вторых, пока на них смотришь, всё явственнее появляется желание стащить и ощутить незабываемое чувство полёта (скорее, падения). В-третьих, я ещё увижу их в действии в живую, а, как я уже сказала в первом пункте, смотреть на то, как они просто стоят, будто игрушки, не очень занимательное занятие. Собственно говоря, вот почему я уже, откровенно повернувшись спиной к Старку, разглядывала, нет, таращилась на его автомобили, каждый из которых имел характерный номер с буквами Stark и какую-нибудь цифру.

      Я, конечно, не очень разбираюсь в автомобилях, но всё же это дело я люблю. А именно получать наслаждение от одного только вида престижного и/или раритетного автомобиля. А если ещё знать, что на большинстве из них тюнинг ручной работы самого мистера Тони Старка, то просмотр становится в множество раз интереснее и увлекательнее. Так, кажется, я нашла машину, на которую он наносил краску перед полётом в Афганистан. До чего же это всё круто! Думаю, миллиардер не будет против, если я пойду и посмотрю автомобили поближе. А с чего бы ему быть против? Пусть пока разбирается со своими мыслями, а я пока буду разбираться с его автомобилями. Быть может, смогу понять марку у некоторых раритетов.

      Стоило мне только сдвинуться с места, как меня остановил голос, ставший для меня уже привычным. Что ж, мне пришлось довольно долго ждать, чтобы наш филантроп задал самый логичный вопрос. Я серьёзно.

      — Что ты ещё обо мне знаешь? — ничего не выражающим тоном спросил Старк. В его глазах читалась толика заинтересованности и настороженности. Во мне возникло непреодолимое желание помучить его в ожидании ответа, которому я не смогла противостоять.

      — Тебе нужна самая важная информация, или мне выкладывать всё по порядку? — Как хорошо, что в английском (да и в американском) языке нет слова Вы. Только ты. Хм, в фильме с таким названием снимался Роберт, если мне не изменяет память. Так, о чём это я. Ах, да. Действительно, хорошо. А то я бы достала его своим выканьем, ибо я привыкла уважать старших. Зато Тони на мне бы живого места не оставил от постоянного тыканья, потому что он в грош не ставит младших. Да и вообще никого не ставит кроме себя и, возможно (что очень вряд ли), Пеппер.

      — Лучше по порядку, — он явно начинал терять терпение, но быстро взял себя в руки. Ничего страшного, Вы не удивите меня своей манерой говорить, мистер. — И да, расскажи, ты откуда вообще про меня знаешь, а то я всё ещё не до конца понимаю.
Всё ты понимаешь, только боишься сам себе в этом признаться.

      — Ну ладно, по порядку так по порядку, — сказала я. приготовившись начать свой рассказ, но вовремя вспомнив одну важную вещь, — а можно я попрошу Джарвиса помочь мне с переводом? Английский, всё-таки, не мой родной язык.

      — Джарвис, поможешь с переводом, — незамедлительно ответил Тони.

      — Конечно, сэр, — всё тот же монотонный голос, — Я к Вашим услугам, мисс.

      — Просто Маша, — не удержалась я. — Ну что ж, теперь можно начать.

Часть 6

      — Ты привёз Пеппер единственное, на что у неё аллергия — клубнику. Потом появилась Наташа и сказала тебе на латыни, что не всё является тем, чем кажется.

      — А, так вот что это было.

      — Не перебивай, ещё чуть-чуть, — да, и вот так всю историю.

      Ну, пока могу сказать точно лишь то, что рассказ получился весьма долгим (это если учесть отсутствие «Мстителей» и второй половины «Железного человека 2»). Не став особо исхищряться, я говорила всё, как есть. По-русски. А что? Джарвис отлично переводит, к тому же, мне нужно, чтобы Старк меня понял, а не запер в психушку. Со мной всякое может случиться. И путешествие сюда ещё раз это доказывает.

      — Спасибо, достаточно, — что, в самом деле? — Так, хорошо. Предположим, ты меня убедила, что ты из другого мира, — начал Старк, жестикулируя в его манере, — но всё же: как ты сюда попала?

      — Поверь, мне это так же интересно, как и тебе, — о да, отсутствие разделения на «Ты» и «Вы» — я тебя обожаю!

      Честно говоря, у меня уже есть некоторые предположения. Сразу вспоминается шутка про того, кто во всём виноват.

      — Так, ладно, это сейчас не самое главное, — вновь начал Тони.

      — Действительно, — улыбнулась я, — главное — это спасти тебя от передозировки палладием.

      — Я бы съязвил, если бы это не было правдой, — что, неужели я останусь без фирменного подкола? — Хотя нет. А тебя вообще не существует в нашем мире, — очередная ухмылка.

      — Кто бы сомневался, — пробубнила я себе под нос на русском. Что ж, не горю желанием превращать диалог в перечисление слабых (или спорных) сторон каждого из нас. На Хелликарьере это было весьма захватывающее зрелище. Как же охота туда попасть…

      — Ладно, сдаюсь. — Я примирительно подняла руки вверх, — но, быть может, ты всё-таки начнёшь? — я кивнула головой в сторону макета, который заметила буквально пару минут назад, пока рассказывала.

      Миллиардер не заставил себя долго ждать. Направившись к частям макета, он обернулся ко мне.

      — Ну что, будешь стоять как столб, или всё же поможешь?

      Что? Ой, блин, замечталась. Мысленно стукнув себя по лбу, я направилась к Тони со словами:

      — Знаешь, а в фильме ты один справился.

      — Ну так тогда я был один, а теперь есть ты, — чуть не скороговоркой выпалил Старк, — к тому же, я не собираюсь спину рвать.

      — Хорошо, давай надорвём вдвоём, — снова шёпотом и снова на русском. О да, мы определённо найдём общий язык.

      Довольно быстро разобравшись с макетом и переложив все его части на один из столов, стоявших по близости, мы встали по обе стороны от него.

      — Ну что, Джарвис, приступим, — уже деловым тоном продолжил гений.

      Не может быть! Я до сих пор не верю своему счастью (или наоборот). Нет, всё же это неслыханная удача, и я буду пользоваться каждым моментом, проведённым здесь!

      Как только модель была отсканирована, Старк, взяв голографический макет, отошёл к пустому пространству, а я всего лишь немного обошла стол. Сейчас Тони находился полностью наедине с собой. Джарвиса я не считаю: это его детище, а, значит, часть его самого. Стараясь не дышать, дабы не спугнуть и не помешать, я заворожённо наблюдала за каждым его жестом, щелчком, взглядом, следила за его мимикой, слушала каждое его слово. Если говорить о плюсах и минусах, то, пожалуй, я найду только один минус. Так, опять. Маша, наслаждайся моментом! Да, детка! Я здесь! Теперь эта реальность на какое-то время стала моим домом.

      Вот он, момент истины! Взмах руками — и модель элемента расширилась так, что я тоже оказалась внутри неё. Это просто потрясающе!

      — Ты умер двадцать лет назад, но всё ещё даёшь мне уроки, — как же это трогательно. Не реви, Маша, не реви.

      Эмоции просто витали в воздухе, создавая неподражаемую атмосферу. Я бы даже сказала, духовное воссоединение семьи. Как же я счастлива за него!

      — Но его невозможно синтезировать, — ой, я что-то пропустила? Джарвис, ты такой скептик.

      — Ага, — как будто в ответ на мои мысли сказал Тони.

      Посмотрев на Дубину, а затем на меня, он развернулся и пошёл к выходу.

      — Готовьтесь к полному перемоделированию ребятки! Начнём с железа. — На полпути к двери он обернулся ко мне.

      — Ты с нами?

      Твою ж, вы серьёзно? Да, да, и ещё раз да!

      — Конечно, — без колебаний ответила я, и мы пошли разбирать инструменты.

Часть 7

      — А-а-а, твою ж дивизию! — вскрикнула я, не хило зарядив себе по пальцам молотком.

      — Ах-ха-ха, — разразился заливистым смехом Старк. У меня такое чувство, будто Дубина тоже тихо ржала. Ну, а про Джарвиса я вообще молчу. Гады. Потешаются над чужим несчастьем.

      — Не смешно, — как можно серьёзнее произнесла я, хотя уже сама еле сдерживалась. Тони взглянул на меня и вновь засмеялся.

      В конце концов, мы сидели на полу рядом с проделанной дырой и оба хохотали. Право, как ненормальные.

      — Ладно, сейчас принесу аптечку, — успокоившись, начал Тони, — Джарвис, где у нас аптечка?

      — Здесь, сэр, — незамедлительно ответил Джарвис, и из стены выехал небольшой ящичек.

      — Подожди секунду, — обратился ко мне миллиардер и пошёл к аптечке.

      А что я? Я сидела на полу, тихо ругаясь и дуя на распухшие пальцы. На кой, спрашивается, фиг я положила их так близко к проделанному нами отверстию? Чтоб удобней было? Наверное. Я всякое могу.

      Так, посмотрим. Безымянный и средний на левой руке. Красота. Я, конечно, понимаю, что такая работа не для девушки, и что вообще не надо соваться в мужские дела, но меня никогда особо не привлекали девчачьи побрякушки и занятия. Вечно с машинками, вечно в джинсах. Пожалуй, я любила только мягкие игрушки и браслеты. Первые служили мне воспоминаниями из детства. Браслеты же были из разных стран. Некоторые купила сама, а какие-то подарили. Можно сказать, я их коллекционировала. И сейчас эти самые браслеты, а всего их штук десять, находились на моей многострадальной левой руке.

      — Давай руку, — выдернул меня из размышлений Тони.

      — Уже, — сказала я, торопливо подав «страдалицу».

      Рядом с нами стоял небольшой ящичек, в котором находились различные препараты. Здесь были и таблетки, и спирт, и бинты. В общем, всё самое необходимое при первой медицинской помощи.

      — Так, вроде ничего не сломано, просто ушиб, — констатировал Старк, — но перевязать всё равно придётся, — и перешёл сразу к делу.

      Немного поморщившись, когда миллиардер сделал очередной узел, я подумала о своём необычайном везении. С моим любопытством, неосторожностью и умением попадать во всякие ситуации очень странным кажется тот факт, что за всё время у меня не было ни одного перелома. Я и падала несчётное количество раз, и по деревьям лазила, и по гаражам прыгала, и на всех эстафетах и соревнованиях всегда лезла вперёд, из-за чего получила пару раз по носу баскетбольным мячом. Да, я — настоящая девушка!

      — Готово, — сказал Тони и отпустил руку.

      Ещё раз осмотрев свои «изящные» пальцы, я отложила молоток в сторону, дабы не поранить ещё что-нибудь (или кого-нибудь).

      Медленно до меня начало доходить, что только что сам Тони Старк перевязал мне руку. Мысленно посмеявшись над своей сообразительностью, я подумала, что неплохо было бы бинтики сохранить. Вновь чуть не загоготав в голос, я начала размышлять о том, как попасть на выставку.

      Итак, Тони полетит туда в костюме. А как же быть мне? Не полечу же я в одном из костюмов. Во-первых, я убьюсь раз двести. Во-вторых, они мне не по размеру. А в-третьих, мистер Железный Человек мне их и потрогать то навряд ли даст. Это просто не может быть вариантом. А я очень хочу туда попасть. Тем не менее, слабый лучик надежды всё же теплился в моём сердце — быть может, я ошибаюсь в расчётах? И ничего смертельно опасного там не должно произойти в это время? Адреналин-адреналином, а собственная жизнь дороже. И всё же, это слишком интересно, чтобы остаться здесь. Техника, достижения науки, орудия… Кхм, да, я настоящая девушка. В принципе, можно попробовать кое-что.

      — Мм, мистер Старк, — я впервые обратилась к нему по имени (ну по фамилии, разница небольшая), что удивило нас обоих, — я бы хотела попасть на Вашу выставку.

      — Нет проблем, — будничным тоном ответил он.

      — А как можно будет это сделать?

      — У меня есть личный самолёт, — нет, это и ежу понятно. А я то уж точно буду поумнее этого животного.

      — Но как я смогу добраться из аэропорта к выставке? — Действительно, Хэппи ведь остался с Пеппер.

      — У меня есть Хэппи, — кто бы мог подумать! Он забыл, что его телохранитель теперь защищает его гендиректора.

      — Тони, ты же «лишился обоих детей после развода», — с улыбкой напомнила я ему. Надеюсь, я достаточно точно процитировала его фразу.

      — Ах, чёрт, точно, — где-то я уже слышала этот тон: не очень радостный. Хотя от меня не смогла скрыться его улыбка.

      — Мы попросим Щ.И.Т., — почти мгновенно сориентировался Старк.

      — Но… — я слышала то, что я слышала?

      — Не откажут же они моей гостье из России, — ой, я обожаю эту его усмешку, — к тому же, они сами оставили меня без подчинённых, — и подмигнул мне.

      — Что верно, то верно, — не смогла не согласиться я.

      Хорошо, что мы нашли общий язык. А ещё просто замечательно, что я не стала рассказывать дальше.

Часть 8

      Минут пять мы просто посидели в гостиной, переводя дух: всё-таки делать дыру в бетонном полу молотком и кувалдой — не самая лёгкая работёнка. Готова признать, что помимо перемотанных пальцев у меня начинали болеть запястья. Мда, не надо было вцепляться в молоток мёртвой хваткой, словно он был какой-то реликвией и нельзя было его упустить. В этом вся я.

      — Ладно, — начал Тони, — давай, для начала, отправим тебя на Expo, а уж потом я тут всё закончу.

      Мне, честно говоря, уже переставала нравиться эта затея с выставкой, но остановить энтузиазм миллиардера было сложнее, чем остановить боеголовку. Он, кажется, ещё не знает, что Ванко жив. Это для меня и хорошо, и плохо. Жаль, что рядом уже нет человека, который может меня остановить. Так, спокойно, сама навязалась. Поэтому, придумав ещё парочку плюсов (меня немного смущал маленький минус, что там всё, хоть и возможно, будет рушиться, совсем чуть-чуть смущал) и отбросив здравый смысл и чувство самосохранения куда подальше, я воспрянула духом и ответила Тони.

      — Окай, — прозвучало так, как будто я отправляюсь на казнь, притом собственную. Добровольцем. — Но как я доберусь до аэропорта?

      — Щ.И.Т., — невозмутимо выдал Старк.

      Я издала измученный вздох.

      — А без него никак нельзя? — страдальчески произнесла я.

      — Нет, — поджав губы, ответил Тони.

      Я молча кивнула.

      — Всё. Вопросов больше нет? — спросил миллиардер, на что я неуверенно помотала головой. — Вопросов больше нет, — как констатацию факта произнёс Старк.

      Мне не нужно было долго собираться: я же не ехала в вечернем платье. Нужно только взять сумку. Так, сумка, ты где. Должно быть, я оставила её в мастерской. Ладно, тут недалеко.

      — Я за сумкой, — сказала я Тони, который уже разбирался с какими-то проводами.

      — Угу, — только это и раздалось мне в ответ.

      Я уже развернулась, чтобы уйти, но на полпути к спуску в мастерскую вспомнила ещё одну маленькую деталь.

      — Тони, а как я войду внутрь? Там же всё на личных кодах, — не скрывая улыбки, поинтересовалась я.

      — Джарвис откроет тебе, — произнёс Старк, не оборачиваясь, — да, Джарвис?

      — Да, сэр, — нет, ну чувствуется в нём что-то от Старка. И я не про принадлежность к его изобретениям.

      Молча кивнув (скорее для себя, чем для миллиардера), я возобновила свой путь.

      К своему удивлению, я ни разу не заблудилась. Может, топографический кретинизм начал понемногу отступать, а может просто потому, что лестница из гостиной в мастерскую была только одна…

      Спустившись, я взялась за ручку двери, и та легко поддалась мне.

      — Спасибо, — сказала я, обращаясь к Джарвису.

      — Не за что, мисс Браун, — механическим голосом ответил искусственный интеллект.

      — Просто Маша, — уже в который раз повторила я.

      Оглядевшись, я не увидела своей сумки. А она ведь красная. Ладно, подойду к столу, рядом с которым я стояла. И точно. Вот она, моя маленькая, упала. Присев на корточки, я взяла сумку.

      В это время что-то щёлкнуло за моей спиной. Блин, кто это? Не торопясь вставать, я тихо развернулась. Находясь всё так же на корточках, я всё-таки смогла увидеть вошедшего.

      — Вы меня напугали, — не выпуская из рук сумки, я встала. Вот этого мне точно не хватало. Интересно, я влипла?

      — Извините, — опять эта улыбка. Я, кажется, начинаю понимать, что Старка так выбешивает: дружелюбие Фила кого угодно из себя выведет, — а где мистер Старк?

      — В гостиной, — всё так же напряжённо ответила я, — а что Вам от него нужно? Я могу передать.

      Нет, я с Колсоном точно не полажу.

      — Всего лишь хотел сказать, что меня переводят, — спокойствие, как будто так и должно быть.

      Я незаметно ухватилась рукой за край стола, но, наверно, это выглядело так, словно я отшатнулась от чего-то ужасного. Разве обязательно было сообщать это мне? Или он просто проверяет какую-ту свою теорию?

      — Всё в порядке, мисс?

      — Да, не волнуйтесь, — как можно спокойнее постаралась произнести я, — а куда, если не секрет?

      — В Нью-Мексико, — а он не научит меня своему извечному спокойствию и невозмутимости? А то мне их явно не хватает.

      — Тор, — шёпотом произнесла я на русском.

      — Что вы сказали, мисс? — любопытно, да?

      — Ничего. Так, мысли вслух, — всё в порядке, всё в порядке.

      Нет, не в порядке! Так не должно быть! Это рано! Рано… Этого я и боялась. Что ж, надеюсь, что это лишь одно маленькое отклонение, и ничего большего за этим не последует. Нельзя ничего менять. Меня просто не должно здесь быть.

      — Простите, не могли бы вы оказать мне услугу? — пришлось с чего-то начать, ибо молчание уже затягивалось.

      — Какую?

      — Мистер Старк пригласил меня посетить Expo, но, к сожалению, у меня никак не получается туда добраться, вернее, доехать до аэропорта и после прилёта до самой выставки, — изложила я кратко проблему. Мне, конечно, не хочется сотрудничать с Щ.И.Т.-ом, но если этого не сделаю я, это сделает Тони.

      — Да, мисс, это не составит больших проблем, — кажется, Фил предполагал, что мне захочется взглянуть на детище миллиардера.

      — Хорошо, — я кивнула головой в подтверждение своих слов, — тогда я пойду и сообщу мистеру Старку об этом, — я указала в сторону лестницы.

      — Я собирался сделать то же самое, — интересно, а он в жизни такой же? В смысле не на работе?

      — Что ж, пойдёмте: скажете Старку поподробнее о том, как меня довезёте, — мне не больно-то хочется из машины попасть на базу, — а то я немного не поняла.

      — Хорошо, — кивнул Фил и направился к двери.

      Ещё немного постояв на месте, я всё-таки пошла к выходу. Колсон услужливо (как и всегда) подержал мне дверь.

      — Спасибо, — негромко произнесла я и поспешила вверх по лестнице.

      Выйдя в гостиную я увидела, что Старк уже закончил здесь, а сейчас сидел и пил… что-то.

      — Ну, как пообщались? — с ухмылкой спросил Тони. Значит, агент специально сказал мне, проверяя. Любопытно, к каким он пришёл выводам.

      — Нормально, — я постаралась выглядеть спокойно, — агента Колсона переводят в Нью-Мексико.

      — Знаю, — ах так? Прелестно.

      — Мистер Старк, когда вы планируете отправиться на Expo?

      — Нет, я не планирую куда-либо уезжать: только отправлю её, и всё, — Тони кивнул в мою сторону. Сделав глоток, он спросил: — А что, какие-то проблемы?

      — Нет, абсолютно никаких, — сказал Фил, что-то проверяя в телефоне, — тогда Ваш самолёт будет готов через два часа, — сказал он, уже обращаясь ко мне.

      — Отлично, — Маша, оптимистичней надо быть! Будешь тут…

***


      Я смотрела в иллюминатор личного самолёта Старка. Хорошо, что его разрешили использовать. Так я хотя бы уверена, что меня не доставят прямиком на Хелликарьер. Сейчас я направлялась на Stark Expo, вернее, на ближайший к нему аэропорт. Там меня должен будет встретить один из агентов Щ.И.Т.-а и отвезти на выставку. Я уже вся в предвкушении! Ну, а пока мне оставалось наслаждаться видом, открывавшимся из иллюминатора самолёта. Где-то далеко внизу простирались Соединённые Штаты Америки. Как же я хотела сюда попасть! А тут бац: и сразу две мои хотелки осуществились! Но как-то не так. И меня это не хило напрягало. Особенно после того, что Колсона перевели. Раньше, чем положено.

      Меня очень беспокоило, что сейчас происходило в моём мире. Интересно, кто-нибудь видел моё исчезновение? Может быть, время там сейчас остановилось, подобно тому, как остановились часы в квартире Оли во время путешествия в Королевство Кривых Зеркал? Это, наверное, было бы наилучшим вариантом.

      Постаравшись отрешиться от всех мыслей, которые огромным потоком накатили на меня, я разложила кресло на максимум (теперь это была кровать), и постаралась заснуть.

Часть 9

      Я проснулась от неожиданного толчка. В первые секунды никак не могла понять, где я нахожусь, но, привстав с кресла-кровати и заглянув в иллюминатор, поняла, что и как.

      Мы приземлились в одном из аэропортов близ Нью-Йорка. Поставив кресло в ровное положение и ожидая окончательной остановки, я принялась вспоминать сон. Ничего нового: всё тот же бег, всё тот же страх, всё те же силы. Я помнила многие свои сны в мельчайших подробностях, словно всё происходило наяву. Как-то раз я даже умудрилась спросить во сне, а не сон ли это. Да, было и смешно, и досадно. В этот раз мне опять снилось, что я обладаю телекинезом, кажется. Сосредоточившись, я посмотрела на журнал, лежавший на столике в трёх шагах от меня. Так, сконцентрируйся. Раз. Два. Три. Нет, не вышло. Опять. Довольно часто я просыпалась с чувством разочарования, ибо помнила абсолютно все действия, все механизмы, но повторить не могла.

      Из размышлений меня вывел ещё один еле заметный толчок, оповещавший об остановке. Всё, можно выходить. Я вновь выглянула в иллюминатор и увидела одного из агентов, приехавшего на Акуре. Я невольно усмехнулась. Честно, создавалось такое впечатление, что эти машины у них что-то вроде униформы. А может так и есть.

      Не став больше медлить, я поднялась с кресла и, перекинув ремешок сумки через голову на одно плечо, направилась к выходу. Торопясь, я не заметила небольшой порожек и, соответственно, споткнулась об него. Меня всенепременно ждало свидание с полом, если бы меня не поймала стюардесса. Как же неловко! Подняв на неё глаза и виновато улыбнувшись, я извинилась.

      — Ох, не переживайте, — она блистательно улыбнулась, — мистер Старк довольно часто запинается об этот порожек, особенно после долгого перелёта.

      Она была красива и мила собой. Впрочем, Тони не был бы Тони, если бы брал кого попало в команду персонала. Я на секунду представила, какая строгая здесь система отбора, и настроение стало немного лучше.

      Я ещё раз посмотрела на девушку. У неё были длинные чёрные волосы, точёные черты лица и голубые глаза. Весьма странное сочетание, но я позволила себе предположить, что волосы крашеные, или же она носит линзы. На форме красовалась небольшая табличка: «Эмили».

      — Спасибо, Эмили, — ещё раз сказала я и поспешила покинуть самолёт.

      По трапу я спустилась без приключений. Где-то справа приземлился очередной самолёт, заставив меня повернуть голову. Солнце оказалось передо мной, и оно было ближе к горизонту, чем когда я вылетала. Что ж, если мои расчёты верны, то «представление» должно было начаться через пять-шесть часов. Я должна успеть.

      Как только я подошла к машине, агент открыл мне дверь на задние сиденья, и я немного замешкалась. Нет, ну не люблю я ездить сзади, когда можно наслаждаться видом с переднего сиденья. К тому же, сзади стёкла тонированы. И кресло разложить нельзя. В общем да, не люблю я это.

      — Что-то не так, мисс? — спросил меня агент. Что-то я задумалась. И да, надо узнать, как его зовут.

      — Как Вы сказали Вас зовут? — дружелюбно спросила я, проигнорировав вопрос.

      — Моё имя Майкл, — без колебаний ответил он. Будем знать.

      Ещё секунду поколебавшись, я всё-таки села на заднее сиденье, и дверь за мной тут же захлопнулась. Перспектива ехать рядом с одним из агентов Щ.И.Т.-а меня всё равно не радовала, поэтому я села с противоположной стороны от водительского сиденья. У меня не пропадало чувство, как будто мне сейчас опять будут устраивать допрос. У них просто так заведено. У всех. Кстати, они и выглядели все одинаково: чёрные похоронные костюмы, короткая стрижка и тёмные очки. Прям стандартный комплект.

      Машина плавно выехала на автостраду, которая была на удивление свободной в такой час. А сколько сейчас времени? Найти часы на панели управления не составило большого труда: они занимали одно из самых больших мест. 19:26. Да, дома был бы самый час пик. Или нет? Не важно, я сейчас не дома.

***


      Машина спокойно ехала по ровной дороге, шурша шинами по асфальту. Солнце уже почти зашло, создавая какую-то особенную атмосферу. Виды за окном сменялись друг за другом. Мне было комфортно, пусть я и не знала, правильно ли мы едем. Я закрыла глаза. Хорошо. Начав в уме подбирать подходящие песни, я вспомнила Pink Floyd — Hey you. Ну, что я могу сказать? А то, что Майкл весьма испугался моего внезапного смеха (который хоть и был очень коротким, но довольно громким), хотя и постарался не подать виду. Да, фильм «Впритык» с Робертом был весьма своеобразным, но весёлым.

      Продолжая напевать приевшуюся песню, я посмотрела на своё отражение в зеркало заднего вида. Оттуда на меня взглянула девушка с голубыми глазами, чьи зрачки были немного больше обычного, поэтому голубизны была только тонкая каёмка. Наверное, это из-за того, что у меня было немного плохое зрение, буквально на пару десятых меньше единицы (хотя видела я довольно хорошо). Нос был с едва заметной горбинкой, которую становилось видно только вблизи. Ну да, ему не позавидуешь: удары баскетбольным мячом, падение с турника лицом вниз и ещё много всего. К моему удивлению, он ни разу не был сломан (а может и был, просто я не ходила к врачу). Обычные средние губы, которые я красила очень редко. Я вообще практически не красилась, а из косметики с собой всегда был только бальзам для губ. Впрочем, мне хватало «штукатурки» на лице во время соревнований, которые проходили каждые выходные.

      Хах, лицо и соревнования. Больная тема. Во-первых, у меня был бзик на проверке всего на срок годности. Вообще всего: начиная от продуктов и заканчивая пудрой-автозагаром. Ну да, не особо горишь желанием, чтобы на тебе находилась просроченная косметика часов шесть подряд, когда ты вкалываешь на паркете в прямом смысле до седьмого пота. Поэтому я придиралась буквально ко всему, что хоть каплю не устраивало меня в плане срока годности. Во-вторых, причёски и всё, что с ними связано. Сколько же мук с этими стрижками я претерпела из-за того, какая из них лучше, чтобы подчеркнуть моё овальное лицо. Именно поэтому мама и тренеры считали, что мне идеально шло каре. Так что, почему бы не подстричь ребёнка в семь или восемь лет в это треклятое каре? Чтоб все не на паркете путали меня с мальчиком. И продолжать в этом духе лет 5-6, да. Именно поэтому я ненавидела этот тип причёски, просто из кожи вон лезла, дабы в дальнейшем избежать возвращения к этому детскому кошмару. К счастью, я всегда была девочкой терпеливой и упрямой, так что сейчас мои волосы были чуть длиннее плеч, цвета тёмного шоколада (чуть светлее были брови, имевшие незамысловатую форму), порой отливающих рыжим. Дело в том, что и этот цвет не был моей идеей, но это было хотя бы не каре (просто тёмный цвет выгодней смотрелся на паркете, особенно в сочетании с платьем тёмно-синего цвета и ярко красными губами). Да, в зеркало я смотреться любила. Хоть порой и не видела в нём ничего особенного. Нарциссизм был, это точно. И нужную долю эгоизма я так же старалась развить в себе. Более того, я любила перенимать что-нибудь от героев разнообразных произведений, вдохновляться ими. Так что на последние парочку изменений меня подтолкнуло именно знакомство с новой стороны с некоторыми давно известными персонажами.

      С такими мыслями я, видимо, вновь задремала. Когда я очнулась от полусна, солнце уже село, но на улице было ещё довольно светло. Вдали начали появляться огни ночного города.

      Ну здравствуй, Нью-Йорк!

Часть 10

      Мы въезжали на улочки Большого Яблока. Везде было довольно светло, потому что свет от экранов с центральных улиц проникал почти во все отдалённые уголки города. Поначалу мы ехали мимо полуразрушенных маленьких домиков, большая половина которых подлежала сносу. То там, то здесь, воровато оглядываясь, проскакивали между домов кошки, собаки, а порой и люди. Пару раз нам по пути попались дети, которые словно норовили угодить под машину, ловя свой непоседливый мячик. Грязь, разрушение, тоска и некое чувство того, что ты никому не нужен: именно это ощущалось в тянущихся за окнами районах. Я невольно закрыла глаза и сосчитала до десяти. Как-то непохоже всё это на хвалёную американскую мечту.

      Вновь открыв глаза я посмотрела вперёд и вздохнула с некоторой толикой облегчения. Невзрачные окраины, по которым мы ехали уже минут десять, постепенно начинали превращаться во всем известный мегаполис. То справа, то слева будто из-под земли вырастали многоэтажки, и вот мы уже неторопливо въехали на одну из центральных улиц Нью-Йорка. Туда-сюда здесь сновали жёлтые такси, проскакивали молниеносные велосипедисты, откуда-то выныривали люди, снуя между машинами как тараканы. Огромные улицы, которые поглотят всех и каждого, кто осмелится ступить на них неподготовленный. Стоит только моргнуть, пропустить один миг: и обстановка мгновенно меняется.

      Небоскрёбы уносились далеко в небо, прихватив с собой всю неоновую рекламу, которой здесь было более чем достаточно. Логотипы сменялись один за другим, предоставляя человеку огромный выбор. Я невольно улыбнулась, вспомнив слова одного из преподавателей, что всё равно человеческий мозг не запоминает и малой части того, что видит в день. Но зато вся, абсолютно вся информация откладывается в подсознании, которое рано или поздно может подкинуть свинью. Да, так я медленно от рекламы умею переползти к подсознанию и оговоркам по дядюшке Фрейду. Это бывает очень смешно, когда в игре ты являешься мафией и при очередном вопросе в стиле «Ты Мафия?» говоришь: «Нет, я Ма…» — и всё, игроки валятся со смеху, так как такое палево ну очень уж забавное.

      Примерно двадцать минут спустя мы начали приближаться к выставке. Понять это было очень легко: свет от Expo был ярче многих рекламных огней. И к тому же, в центре стоял огромный металлический, м-м, глобус? Неважно: всё равно разрушат.

      По мере нашего приближения к главному павильону начало нарастать навязчивое чувство любопытства, попеременно сменяющееся гнетущим чувством беспокойства. Нет, не то чтобы я решила отступиться: это не в моих принципах; просто я в который раз начинала сомневаться в своей адекватности. Это не вполне нормально, когда лезешь в самое пекло, прекрасно зная, что должно произойти.

      Машина остановилась неподалёку от главного павильона, куда уже огромным потоком стекались люди, подавляющее большинство которых было одето очень уж официально. Так же были и те, кто пришёл сюда будто случайно: такие люди были одеты довольно буднично. Я осмотрела себя с головы до ног и пришла к выводу, что я, всё-таки, сумасшедшая. Ну да, а разве нормальные люди скачут по реальностям?

      — А через сколько начнётся презентация? — аккуратно поинтересовалась я у Майкла, дабы разрушить немного затянувшуюся тишину.

      — Через полчаса, — незамедлительно ответил агент.

      — Ясно, — хотя мне это ничего не даёт. Может, спросить у него по поводу Хаммера? Нет, не думаю, что стоит. Но ведь можно обернуть это в шутку.

      — А сегодня будет выступать этот, который в Сенате и в Монте-Карло был, — я пару раз щёлкнула пальцами, якобы пытаясь вспомнить, — в очках, «крутой», — движение пальцами, — и весь напыщенный, — я еле сдерживала хохот, — вот же, забыла, как его зовут, — подытожила я.

      — Джастин Хаммер? — попытался уточнить Майкл (хотя мне кажется, что можно было и без имени: и так всё понятно), едва заметно улыбнувшись.

      — Да, точно, — закивала я.

      — Его выступление через полтора часа, но до этого тоже будет много чего ин… — я перебила агента, не дав ему договорить.

      — Нет-нет, я как раз успею прогуляться, осмотреться, — а что мне ещё делать? — Тут ведь наверняка есть карта? — с надеждой в голосе поинтересовалась я (а иначе смысл мне куда-то идти: потеряюсь так же легко, как два пальца об асфальт).

      — Да, здесь полно указателей, — сказал Майкл, и я почти пулей выскочила из машины.

      Крикнув «Спасибо» в закрывающуюся дверь, я быстрым шагом пошла к одной из стоек информации, которых, действительно, было довольно много.

      «Вы находитесь здесь» — так гласила большая красная точка, находившаяся практически в центре карты. Поискав в сумке ручку и, к своему удивлению, найдя её, я приблизительно перерисовала миниатюру павильона себе на руку, чтобы на других картах было проще искать. Ещё немного постояв у карты и подумав, что бы мне делать, я всё-таки попыталась найти нужную мне фамилию. Ра, Ре, Ри; так, вот: Рид Ричардс.

      Ну что ж, думаю, я нашла себе занятие на ближайший час.

      Ещё раз сверившись с картой, я двинулась в нужном мне направлении.

Часть 11

      К сожалению, моим надеждам «Успеть за полтора часа» не суждено было сбыться. Нет, я не опоздала на грандиозное «представление», даже пришла минут на двадцать раньше. Просто увидеть что-то помимо карты и лабиринтов выставки мне не удалось.

      Почти сразу же после того, как я двинулась в направлении, которое указывала мне карта, я поняла, что кроме творений известных Старка и Ричардса здесь очень много интересного (по крайней мере, для меня). Причём эти изобретения были сделаны людьми, которые вовсе не были знакомы широкому кругу общества. Например, завернув в один из павильонов, через который (как мне казалось) проходил мой путь, я обратила внимание на одно изобретение, чем-то напоминающее ускоритель заряженных частиц… где-то я уже это слышала. Или видела? Эх, как же здесь всё перемешалось. К сожалению, имени его творца мне узнать не удалось.

      Постепенно я продвигалась всё глубже и глубже в этот запутанный и невообразимый лабиринт, состоящий из скверов с лавочками, павильонов с изобретениями, ларьков с едой, и, несомненно, людей. Как же их здесь было много! Некоторые из них держались особняком от других, сидя на лавочке, попивая кофе или читая газету (а может быть и путеводитель). Кто-то находился в компании людей, возможно друзей, коллег (или просто знакомых), бурно обсуждая очередной прорыв науки. То и дело из таких объединений можно было услышать возбуждённый вскрик человека, яро доказывавшего свою правоту. Кто-то просто ходил и рассматривал выставку, постепенно двигаясь в сторону главного павильона. Но, несомненно, каждый из этих людей преследовал какую-ту свою цель. Вот этот мужчина в ухоженном костюме, который с улыбкой говорит по телефону, наверняка спешит на встречу с кем-то: возможно, это будет дама, а может и деловой партнёр (не исключено, что это может быть и один человек). Тот паренёк в очках, хоть и одет очень просто (буквально в джинсы и кофту), стремительно приближался к одной из компаний, которая бурно что-то обсуждала. Можно подумать, будто он являлся одним из учёных, выставляющих здесь своё детище и стремящегося защитить его от неприятных высказываний. Вон та симпатичная девушка, которая неторопливо попивала кофе, сидя за стойкой одного из ларьков, постоянно поглядывала на часы, явно чего-то (или кого-то), ожидая. Возможно, она ждала своего молодого человека, а может просто убивала время в ожидании презентации Хаммера. Этого мне не знать.

      Незаметно для себя я продолжала движение, пока не врезалась в спешащего куда-то молодого человека, из-за чего тот выронил свой мобильник.

      — Эй, смотри, куда идёшь! — вскрикнул он, торопливо наклоняясь за аппаратом, но я оказалась быстрее. Через пару секунд я уже протягивала ему телефон.

      — Вам тоже следует быть повнимательнее, — спокойно произнесла я, когда он забрал свою «прелесть». Ничего не сказав (лишь смерив меня презрительным взглядом), он продолжил свой путь.

      Нет, не надо оскорблять людей. Это некультурно. Маша, не надо. «Козёл» пронеслось в голове тихим отголоском. Ну ладно, может у него был какой-то важный разговор, а из-за меня он прервался. Ай, я слишком зацикливаюсь.

      Я оглядела пространство вокруг себя в поисках стойки информации, так как поняла, что окончательно заблудилась. Нет, у меня не было обострённого топографического кретинизма, просто порой я могла сделать незамысловатый крюк восемь километров… по Москве… пешком. И при этом у меня было первое место по районному ориентированию, которое проходило в лесу. Да, в этих нескольких предложениях можно найти меня.

      Стойка отыскалась практически мгновенно: она находилась в паре метров от меня. Преодолев это расстояние за пару шагов (и ни в кого не врезавшись), я в очередной раз сверилась с картой.

      «Вы находитесь здесь» гласила маленькая красная точка, находившаяся ближе к восточной границе карты. Я поискала здание, похожее на рисунок, находившийся у меня на руке. Так-так… ага, вот, почти центр. Мда, ничего себе я прошла! Машинально проведя пальцем по карте от моего местоположения до главного павильона, я заметила, что дорожка от пальца подсвечивается приятным голубоватым светом. Вдруг стойка издала звук, похожий на оповещение.

      — Ваш оптимальный маршрут, — донеслось из карты, и розоватым светом мне подсветили самую короткую тропинку. Раздался звук печатающего принтера, и с моей стороны выкатился путеводитель. Взяв его из стойки и открыв на странице карты, я не удержалась и сделала facepalm. Почему? Потому что на карте была отмечена моя дорога. Так же там была информация о главном павильоне (наверное, потому что я выбрала его как конечную точку). Посмотрев сквозь пальцы на карту, я всё-таки решила начать движение, опять же, в нужную мне сторону.

      Что сказать? Ну, наверное, если я скажу, что за последние минут десять я шла, не сбиваясь, по карте и уже раз пять успела удивиться своей «сообразительности», это будет самое верное описание. Продолжая идти, я разглядывала многочисленные вывески, приглашающие в тот или иной павильон. Ага, здесь по карте — налево. Так же в путеводителе была собрана вся информация о самых больших и самых значимых экспонатах этой выставки. Пару раз я натыкалась на знакомые, как мне казалось, имена, но я не придавала этому значения. Какие-то экземпляры были сделаны для медицинских целей, какие-то должны были бороться с голодом. И, конечно же, подавляющее большинство изобретений были сделаны для войны. В принципе, многие из людей, сооружавших подобные машины, ориентировались на Старка: ведь раньше он был главным магнатом вооружений. Ну что ж, не будем задерживаться.

      Тут я осознала, что понятия не имею, сколько сейчас времени, а, вернее, сколько времени осталось до начала презентации. Оглядевшись по сторонам с небольшой тревогой, я с удовлетворением отметила, что люди всё ещё стекаются в сторону главного павильона, причём неторопливо так стекаются. Я вновь заметила ту девушку, которая была у ларька, и решила спросить её о времени. Она неторопливо вышагивала, будто королева, осматриваясь по сторонам. Ладно, надеюсь, она удостоит меня своим вниманием.

      — Простите, — начала я, подойдя к ней поближе. Девушка повернулась в мою сторону, предварительно осмотрев с головы до пят, что-то прикидывая. Ну-ну, — Вы не подскажете, через сколько должна начаться конференция в главном павильоне? — с улыбкой закончила я, находясь под взглядом её карих глаз. Брр, это уже неприятно. К слову, девушка была одета в простые джинсы и полупрозрачную кофту тёмно-изумрудного цвета. На шее у неё красовалась цепочка с какой-то маленькой подвеской. Её светлые волосы были аккуратно заколоты на одну сторону. Она была вся очень изящна. Даже слишком.

      К моему искреннему удивлению, девушка ответила сразу же.

      — Конечно, — она вновь взглянула на свои часы, которые серебряным ободком обвивали её кисть, — у тебя ещё много времени: целых сорок минут.

      — Спасибо большое, — сказала я.

      — Не за что, — девушка ответила на мою улыбку, и продолжила движение в сторону центра.

      А я так и осталась стоять на месте, думая, что же делать дальше. По крайней мере, я ещё раз убедилась в том, что внешность обманчива. Или, как сказала мисс Романофф: «Fallaces sunt rerum species». Сразу же вспомнилась фраза Тони: «Ты чудо!». Интересно, а они будут роман крутить?

      Ладно, разобравшись с временем, я решила, что неплохо было бы перекусить. Благо, Старк дал мне пару десятков долларов, так что на сэндвич должно хватить. Перекусив в одной из ближайших кафешек, я осталась сидеть на месте, размышляя, что же делать дальше. Так ничего толком и не придумав, я решила дойти до главного павильона, а там уж будь что будет.

      По дороге я заметила, что людей, идущих в одном направлении вместе со мной, становится всё меньше. И действительно: толпа заметно поредела. На улице стало много уютнее. В воздухе витали разговоры, постепенно то замолкая, то вновь набирая силы. Мне всё больше начинало здесь нравится. Я не очень люблю толпу, пусть мне и приходится постоянно бывать в ней в силу обстоятельств.

      Дойдя до павильона, я села на лавочку и взглянула вверх. Из-за яркого освещения звёзд было почти невидно, но кое-где они всё же угадывались. Так странно смотреть на них и знать, что где-то там кто-то так же наблюдает за нашим миром, а возможно даже и за мной. Стоп, я уже сказала «нашим»? Ну ладно, не суть. А от мысли, что за мной, как за непрошеной гостьей, могут наблюдать, мне стало не по себе. Я ведь знаю, что ОНИ это могут.

      Попытавшись развеять мрачные мысли, я встала и направилась в зал, обратно в толпу. Сидячих мест уже давно не осталось, так что я, немного протиснувшись вперёд, чтобы было хоть что-то видно, встала позади многих и приготовилась ждать.

      Что ж, вот, пританцовывая, вышел Джастин Хаммер. Я не удержалась и закатила глаза. Какой же он павлин! Раздражает. Потом начали представлять военные машины, но с моего места было не очень-то видно, так что я просто стояла, будучи наготове.

      И не зря. Дождалась.

      Как ракета, в павильон влетел Старк, вызвав всеобщее изумление. Я невольно посмотрела вверх и из груди вырвался сдавленный вздох. Пару человек обернулись на меня, но ничего не сказали. Оказывается, я пробралась намного дальше, чем ожидала. Надо мной находилось стекло, а до выхода было метров десять, и весь этот путь провожала стеклянная крыша.

      Потихоньку я начала пробираться к выходу, а толпа, в свою очередь, хотела посмотреть, что же происходит на сцене, что значительно затрудняло выход из павильона.

      Что ж, они увидели.

      Мне осталось протиснуться всего каких-то полтора метра, когда я услышала взлёт и звуки стрельбы, доносившиеся до меня сзади. Звон стекла. А дальше всё происходило как в замедленной съёмке.

      Все мои надежды и чаянья, что этого не произойдёт, рассыпались вместе со стеклом, падавшим на человеческие головы. И если кто-нибудь скажет, что ничего не предвещало беды, то это будет самым наглым враньём, которое я когда-либо слышала!

Часть 12

      Ну всё, сейчас задавят, разрежут, покусают, кхм, уже не туда. Именно с такими мыслями я ждала ударов локтями, падение стекла на мою бедовую головушку и его режущих осколков на всё вокруг. И просчиталась. К счастью. На считанные мгновенья.

      Пока Тони толковал с Роудсом, а рядом стоял Хаммер, помимо меня довольно много людей успело понять, что нечто плохое должно произойти. Именно они и попытались покинуть павильон, что вышло не очень хорошо. Потому что толпа не поняла. Она мешала людям выйти, идя наперерез им, взрываясь аплодисментами, крадя драгоценные секунды спасения многих. Не думаю, что в этом фильме никто не пострадал. В результате те, которые были посильнее, просто начали «выдавливать» всех из здания. Началась ругань. Неужели они не понимают, как потом будут благодарны (если выживут)? Я-то точно буду. Если вспомню.

      Я буквально вывалилась на улицу, задев кого-то. Вовремя. В этот же момент сзади послышались резкие пугающие крики, и звон упавшего стекла раздался прямо в нескольких сантиметрах от меня. Осколки разлетались с неимоверной скоростью, создавая странную симфонию звуков. Ногу пронзила резкая пульсирующая боль, чуть ниже колена. Я тихо взвыла, но постаралась взять себя в руки. К моему удивлению, страха не было. Было лишь ясное осознание того, что требуется делать. Даже боль отступила на задний план. Инстинкт самосохранения, чтоб его!

      Рядом со мной кто-то упал, и я «очень хорошо» почувствовала левую руку. Растерявшись, я вспомнила, что зарядила по ней молотком. Это разве было сегодня? Чуть не вскрикнув, я вытащила её из-под «тела» и попыталась встать. Находясь в состоянии, похожем на шоковое, я, всё же, понимала, что если не возьму себя в руки сейчас, то потом будет поздно.

      Встав через «низкий старт», пару раз споткнувшись, я, всё-таки, слетела со ступенек. Доковыляв до ближайшей лавочки и попытавшись отдышаться, я увидела вздымающих в небо «отставших» Хаммердронов, которые добивали уцелевшие стёкла. Тут-то до меня и дошло, что прошло всего несколько секунд с момента взлёта Старка. Со временем точно что-то не так. Или со мной. Уж лучше со мной, чем со всей этой катавасией под названием timestream. Потом не разгребёшь! Нет, я не дам панике подойти так близко! Здесь нет того, чего я боюсь: здесь открытое пространство, светло и невысоко! Резкий выдох — кажется, отпустило.

      Я посмотрела на джинсы: на правой ноге находился рваный кусок ткани, постепенно приобретающий тёмно-бордовый оттенок. На светлых джинсах было всё хорошо видно, поэтому я вздохнула с некоторым облегчением. Да, мама за это по головке не погладит; но я, хотя бы, знала, что ткани не задеты. Должно быть, только мелкие сосуды. Что ж, моё «везение» пока не наступило.

      Старк, уходя от погони, пролетел около павильона, из-за чего несколько снарядов взорвались в толпе, практически в нескольких метрах от меня. Кажется, здесь становится жарковато. Надо бы валить.

      Передохнуть, да и слинять, не удалось. На ступеньки начали выходить «сухопутные войска». Звук ломаемого бетона, настройка прицеливания. Закрепившись, они приняли палить в уходящего от погони Железного Человека. Выстрелы не прекращались ни на секунду. Людей они не трогали. Ну, как сказать, «не трогали». Снаряды летели прямо в гущу толпы. Вокруг стояли крики, стрельба, паника, дым. Люди бежали сломя голову, а я просто стояла, всё больше убеждаясь в выгодности моего местоположения.

      В меня врезалась какая-то парочка; сбили с ног, а сами побежали дальше. Они просто не замечали никого вокруг, кроме дронов и самих себя. Да пока что я получила больше ущерба от толпы, чем от роботов!

      Я вставала, обиженно потирая место ушиба, когда заметила других дронов, выходящих на ступеньки. Мамочки, неужели ещё остались? А разве не те «сухопутные»? Я запуталась. Особого страха они не вызывали (по крайней мере, у меня), пока не начинали стрелять. Снова звук разламываемого бетона. Прицел. Так, а вот эти уже палят по Железному Человеку, сбивая своих вместо цели. Один дрон упал в толпу, разваливаясь на кусочки от «мягкого» соприкосновения с асфальтом.

      Надо бежать, срочно!

      Какая главная ошибка героев многих фильмов? Правильно: они бегут по траектории падения чего-либо, а не поперёк. Что ж, рванём-ка поперёк.

      Некоторые дроны, снявшись с места, отправились прямо к орущим людям и начали стрелять по ним. Люди падали, кричали; ломались колонны, обрушивая огромные камни на лестницу, на людей. Ванко, ты что, вообще зверь? Ой, вырвалось…

      Я бежала, только и успевая прикрывать голову руками. Люди врезались в меня, будто нарочно норовя уронить, но они лишь меняли моё направление, а я старалась вернуться на намеченный курс. И, судя по всему, у меня это получалось. Наверное.

      Я не видела, как Тони спас мальчика в маске; я лишь обернулась на выстрел. Действительно, в кого, как не в меня, прилететь деталям от Хаммердрона? Еле увернувшись, я продолжила бег.

      Так, кажется мне пару раз заехали локтями по голове. Надо продолжать бежать! Нога давала о себе знать, но мне нечем было перевязать её. Лучшее, что пришло мне в голову, это загнуть джинсину — должно получиться довольно туго. Наклонившись для проведения данной «процедуры», я получила прямо в висок. Ох, а вот это уже сильно. Кровь стучала в висках и, чтобы успокоить её, я на секунду закрыла глаза и обхватила голову руками. Раз. Два. Три…

      Открыв глаза, я ужаснулась. Почему? Я напрочь потеряла направление движения. Всё вокруг было одно и то же. Стрельба, крики. Смешались в кучу люди, дроны… Так, о чём это я? Видимо, меня ударяли сильнее, чем казалось. Создавалось впечатление, что этот кошмар никогда не кончится, а ведь прошло всего несколько минут!

      Доверившись интуиции, я побежала в какую-ту сторону. Кажется, вдоль фонтанов. Зря. Надо было вверх смотреть, но когда я поняла это, было уже поздно.

      Через семь минут бега (как мне показалось) передо мной из ниоткуда вырос металлический глобус. Я его помню.

      — Твою дивизию, — в сердцах вырвалось у меня.

      Ещё бы. Я, прям, словно время рассчитываю. Повернув назад, я услышала скрежет металла. Поздно. Что ж, привет, моё дорогое и многоуважаемое — «шкаф», пронеслось, но нет, — «везенье». В страхе обернувшись, я увидела тот самый глобус. Вот только металлические опоры его больше не держали, и он падал на толпу. На меня.

      Как я хочу оказаться там, где тихо, там, где нет стрельбы. Да кого я обманываю — я бы с радостью оказалась даже в том «саду», где сейчас бьётся Старк с Воителем. «Воитель рулиД, на конце — Д» — мозг, ну вообще не в тему! Инстинктивно сев на корточки и зажмурив глаза, я приготовилась к удару…

      … которого не последовало. Вместо этого всё стихло. Крики были слышны где-то в отдалении, но не здесь. Тут был только какой-то скрежет, негромкие голоса. Здесь журчала вода, было довольно спокойно. Я боялась открыть глаза, не знаю, сколько я так просидела, но вдруг раздался громкий глухой удар о землю. Чуть-чуть приоткроем-ка мы глаза. Челюсти уже можно отвиснуть.

      Я находилась в том самом «садике», куда хотела попасть. За мостом. Меня не было видно ни Тони, ни дронам.

      Что. Здесь. Только. Что. Произошло?

Примечание к части

Timestream - временной поток, временной континуум, просто время.

Часть 13

      Я не понимала, нет, я решительно не понимала и отрицала всё только что произошедшее. Этого просто не могло быть. Я же… н-е-ет, ну это уже слишком. Я уже и так смирилась с тем, что телепортировалась сюда из своего мира с чьей-то лёгкой руки. Но ещё и прыгать здесь — спасибо, увольте!

      Огромный жужжащий рой мыслей перемешался в моей голове, мешая сосредоточиться, да и соображать вообще. Как? Почему? Да какого вообще.? Я шумно дышала, не слыша ничего и никого, кроме себя. Сердце громко стучало в груди, норовя выпрыгнуть оттуда. Надо успокоиться. Глубокий вдох-выдох. Да как тут вообще можно успокоиться?! Я только что перенеслась из одного места в другое за считанные секунды! О каком спокойствии и уравновешенности может идти речь?! Кажется, это начинает входить у меня в привычку. Среди всего скопления мыслей ярче всех была одна: что делать? Действительно, этого я не знала. Во-первых, надо успокоиться. Во-вторых…

      Прийти в чувство мне помогла внезапно наступившая гробовая тишина. Шум боя, продолжавшегося неопределённое количество времени, стих в одно мгновение. Я задержала дыхание, боясь обнаружить себя. Наконец, я выглянула из своего импровизированного убежища…

      Интересно, кто тянул меня за язык, когда падал глобус? Если я не ошибаюсь, то мне придётся, кхм, плохо. Если придётся вообще.

      Кого я ожидала там увидеть? Ну, не знаю, может, пони? Нет, не пони. Я прекрасно знала, что меня ждёт, и боялась именно этого. Хех, а вот и Иван. О да, бункер разворотит! Это ж Хаммер! Со скрежетом, свистом энергетических хлыстов, с выстрелами и с набирающими мощь зарядами развязался бой. Я заворожённо наблюдала за этой сценой, будто видела её впервые. Один из хлыстов, резко рассёкший воздух, оставив позади себя след, как от молнии, обвился вокруг шеи миллиардера, вернее, вокруг шеи его костюма. А потом сковали и Воителя. Голосов Тони и Роуди было не слышно из-за звукоизоляции костюмов, но внезапно меня осенило. Ещё до того, как они успели поднять руки, я кинулась сломя голову в противоположный конец павильона, хотя и понимала, что мне не успеть. Вспышка — и я только и успела, что упасть на землю и закрыть голову руками, за сотую долю секунды вспомнив, что надо делать при ударной волне. Но меня всё равно подкинуло и перевернуло на спину, не слабо впечатав в землю. Вернее, в речку. Ручей. Неважно! Я поморщилась от боли, пронзившей всё тело, и постаралась не шевелиться. Благо, прохладная вода являлась успокоительным, и могло быть ещё хуже. Хорошо, что уже не будет…

      Кто сказал, что хуже быть не может? Беру свои слова обратно. Вдалеке послышался назойливый писк, и я с досадой подумала, что, возможно, было бы здорово, если бы Старк дал мне какой-нибудь маячок. Может, выкарабкалась бы.

      Раздался первый взрыв, а за ним и второй, и третий. Никогда ещё я не чувствовала себя такой крошечной… нет, мелкой и беззащитной, как муравей. А вот и сапожок.

      Прямо на меня неотвратимо падала разрушенная крыша, состоящая ранее из железных балок и стекла. Повинуясь какому-то внезапному порыву, я скрестила руки перед собой, представляя, как защищаюсь от всего мира. И всё через боль. Неужто я сломала что-то? Хотя, сейчас всё будет сломано.

      Я вспомнила про одеялко и монстров и, неожиданно даже для себя, улыбнулась.

      Последнее, что я видела — это яркий голубой свет, словно ограждающий меня от всего этого кошмара.

      И темнота…

***


      — Вчера на общеизвестной выставке Stark Expo произошла серия взрывов, из-за чего большая её часть была сильно повреждена, — вещала симпатичная девушка с экрана телевизора. — Официальная причина пока не разглашается, но, как сообщает газета Дэйли Бьюгл, виновником этих событий надо считать Ивана Ванко, сына советского…

      — Дорогая, тебе не надоело это слушать? — громко спросил Старк, небрежно крутя в руке бокал с шампанским и вальяжно рассевшись на диване.

      — Нет, — ответила ему Пеппер, сделав громче, — как ты помнишь, я всё ещё генеральный директор, и мне тоже придётся отчитываться за все разрушения, часть из которых, — она в упор посмотрела на Тони, — твоя заслуга.

      — Сдаюсь-сдаюсь, — миллиардер примирительно поднял руки вверх, а мисс Поттс вернулась к прерванному просмотру новостей.

      -… которого так и не нашли. Больше всего пострадал сад с искусственно выращенными растениями, представленными как прототип для озеленения засушливых районов мира. Вы имеете возможность видеть его на своих экранах.

      Дальше показывали съёмки с вертолёта, так что зрителям было отлично видно, что вся эта территория почти сравнялась с землёй. На месте происшествия уже работали люди, разбирая завалы. Было видно, как подъехала чёрная машина. В какой-то момент под балками мелькнуло что-то светло-голубое, но в ту же секунду камера вновь вернулась к репортёру.

      — Так же пострадала главная аллея и павильон, — вновь кадры, — к сожалению, человеческих жертв избежать не удалось. На месте трагедии установлена временная стена памяти, которая позже будет перенесена…

      — Сколько можно это слушать, — не выдержав, Старк отнял пульт у Пеппер и впился поцелуем ей в губы, одновременно нажимая кнопку ВЫКЛ., — побудь со мной хоть немного, — молвил он, отстранившись на мгновение.

      — Я уже с тобой, — прошептала девушка и надавила на Железного Человека. Поддавшись, тот упал на диван, прихватив её с собой.

      — Сэр, не хотелось бы Вас отвлекать, — внезапно начал Джарвис, заставив Пеппер нервно рассмеяться.

      — Ага, спасибо; просто ни капли не отвлёк, — сердито отозвался Старк, — говори уже, раз начал.

      — Ник Фьюри вызывает Вас. Машина уже ждёт, — проинформировал изобретателя Джарвис и «ретировался» в неизвестном направлении.

      — Твою налево, да я его, — начал Тони, но Поттс его остановила.

      — Ничего страшного, потом продолжим, — тихим голосом произнесла девушка.

      — Но я хочу сейчас! — начал противиться Старк. — Я же… я же…

      — Что я говорила по поводу твоего «Я»? — с издёвкой сказала Пеппер. — К тому же, здесь много тяжёлых вещей.

      — Эх, — с притворным раскаянием вздохнул миллиардер, — ну ладно, уговорила.

      Нехотя встав с дивана и ещё раз поцеловав мисс Поттс, Тони подошёл к столу, чтобы взять кое-какие вещи. Тут ему на глаза попалась какая-то визитка, небрежно валявшаяся на полу. Взяв её, Старк не смог сдержать ругательство.

      — Тони, — укоризненно сказала Пеппер.

      — Прости, — словно на автомате отреагировал миллиардер, — Джарвис!

      — Да, сэр, — дворецкий уже был наготове.

      — У нас есть записи вчерашних событий с камер видеонаблюдения? — Старк мгновенно изменился в лице, став серьёзнее, а его голос украсился деловым тоном.

      — Нет, но я могу достать, — механическим голосом ответил искусственный интеллект.

      — Тони, что-то случилось? — встревоженным тоном спросила Поттс.

      — Попозже объясню, дорогая, — быстро сказал миллиардер, — Джарвис, отсканируй их на наличие нашей вчерашней гостьи: насколько я помню, она должна была быть на конференции. Ты меня понял?

      — Да, сэр, уже сканирую, — сказал дворецкий и «ушёл» проверять.

      — Тони, объясни мне, — медленно и расчётливо произнесла Пеппер, которая следила за всем происходящим, — что ещё за гостья?

      — Милая, я тебе позже объясню: мне надо спешить. А пока, — он подошёл к девушке и ещё раз поцеловал её, — можешь спросить у Джарвиса, — сказал миллиардер шёпотом и выбежал за дверь.

      — Ста-а-арк! — донеслось до него из мастерской.

***


      Бригада начала работать утром, разбирая завалы. Где-то в обед приехала девушка на чёрной Акуре, представилась как агент какой-то правительственной организации и сообщила работягам, что те могут быть свободны, так как все заботы переходят под её руководство. По-крайней мере, так они поняли. Но это и не важно. Остаток дня они будут отдыхать.

      Девушка-агент в синем обтягивающем костюме, с чёрными забранными в пучок волосами принялась что-то вычислять, постоянно сверяясь с датчиком слежения. Буквально через полчаса, когда все рабочие ушли оттуда, подтянулась другая группа: все одеты в одинаковые рабочие костюмы, со значком орла на них. Девушка, в очередной раз сверившись с прибором, указала людям, откуда следует начать работу. Те беспрекословно её слушались.

      — Работаем быстрее, у нас мало времени, — спокойно, но довольно громко сказала она людям, и те принялись за работу.

      Спустя пару часов работы из-под завалов забрезжил слабый свет. Ещё одна балка — и в образовавшемся проёме показалась рука.

      — Быстрее, — чуть более взволнованным голосом произнесла девушка в синем.

      Люди ещё больше заторопились. Буквально через десять минут из-под завалов извлекли девушку в простой одежде, от которой шло едва заметное голубоватое сияние. Как только её извлекли на воздух, свет померк.

      — Быстрее в машину, и подключите её к аппарату дыхания — она слишком долго была без воздуха, — произнесла агент командным тоном.

      Взяв телефон и набрав номер, девушка в синем стала дожидаться ответа.

      — Хилл, — произнёс голос на том конце трубки, — как проходят поиски?

      — Сэр, мы нашли её.

Часть 14

      — Ну так что, по рукам? — поинтересовался Фьюри, отходя от стола.

      — Думаю, да, — немного выдержав паузу и подмигнув, ответил Старк. — Теперь я могу идти? Или Вы ещё что-то от меня хотите? — заметив напряжённый взгляд агента, спросил миллиардер.

      — Нет, Вы можете быть свободны, — как бы отступив, сказал Фьюри.

      Но что-то явно было не так, как планировал директор Щ.И.Т.-а, и Тони прекрасно это понимал. Агент сверлил гения взглядом, очевидно ожидая от последнего какой-то информации или какого-то прокола, но Старк никак не мог зацепиться за известную ему отгадку, которая прямо-таки витала в воздухе. Поэтому, развернувшись, он спокойным шагом направился к выходу, намереваясь поскорее разобраться со своей непутёвой гостьей и объясниться с Пеппер.

      Тони уже собирался открыть дверь, когда шестым чувством услышал негромкую фразу директора:

      — Как проходят поиски? — рука остановилась на полпути к ручке, ибо пытливый мозг изобретателя нащупал, как ему показалось, разгадку настороженности директора. — Отлично, везите её на базу.

      — Кого Вы нашли, позвольте узнать? — Старк буквально вырос перед носом у Фьюри, неколебимо сложив руки на груди. Директор ответил ему тем же.

      — Не ваше дело, — твёрдо отрезал Ник. — Вам же надо разобраться с выставкой и вернуться на место директора, — чуть повысив голос, добавил Фьюри.

      — А может я решу, что мне не надо возвращаться? — возмутившись, резко отреагировал Старк. — Пепп… мисс Поттс и так неплохо справляется. Всё было бы ещё лучше, если бы я не мешал ей своим поведением.

      — А это уже Ваш выбор, — ответил Фьюри, немного смягчившись.

      — То-то же! — удовлетворённый своей «победой», Старк вновь направился к выходу.

      Ник молча смотрел ему вслед, испытав лёгкое облегчение от того, что смог отвлечь миллиардера от столь деликатной темы. Ему ещё не время знать о всех вещах, которые творятся в мире. А их очень много, и что-то подсказывало директору, что они все связаны с неведомой человечеству силой. Опасной и мощной.

      Телефон прозвенел ещё раз. Не став тянуть время, Фьюри ответил на звонок.

      — Хилл, — перебив, начал директор.

      — Да, сэр, — раздался на другом конце трубки немного недовольный женский голос.

      — Вы успели сделать необходимые замеры энергии?

      — Они были у нас ещё до того, как мы достали её из-под завалов, — подтвердила Хилл. — Силы излучения хватило с избытком.

      — Отлично, — выражение лица Ника стало чуть более серьёзным (хотя куда уж больше). — Сверьте Ваши результаты с показателями Колсона, а потом перезвоните мне.

      — Простите, сэр, чтобы получить наиболее точную картину, нужно провести ещё несколько экспериментов на базе, — голос из трубки едва заметно дрогнул, словно предчувствуя надвигающуюся бурю.

      — Тогда я сам узнаю, потому что скоро отправляюсь туда, — Фьюри положил трубку, не дав девушке в синем комбинезоне ничего возразить.

      Облокотившись о стол и просмотрев пару роликов, постоянно вертевшихся на экране, директор делал для себя пометки, пытаясь найти какую-то закономерность. Но ему явно не хватало нескольких крохотных деталей, которые он твёрдо вознамерился заполучить.

      — Собираемся, — наконец скомандовал он людям в одинаковой униформе с эмблемами орлов. — Проинформируйте меня, когда Колсон пришлёт материалы, — и Ник скрылся в двери противоположной той, в которую вышел Старк.

***


      Вернувшись в свой особняк, Тони не обнаружил Пеппер в мастерской и, уже более спокойно войдя внутрь, принялся за работу.

      — Джарвис, как дела с видео? — спросил изобретатель, садясь за компьютер.

      — Обработаны, сэр, — ответил откуда-то сверху механический голос, — мне кажется, Вам было бы интересно на это взглянуть. Только звук я отключил — он сильно отвлекает.

      — Ну так не тяни, — повысив голос, сказал Старк, — давай, показывай, что ты там нашёл. И наплевать на звук, — откуда-то из-под стола миллиардер выудил бутылку виски и отпил прямо из горла.

      — Вывожу на экран, — невозмутимо ответил дворецкий, проигнорировав Старка.

      Тони внимательно начал просматривать записи произошедшего. Вот он влетает в «глобус», молниеносно вылетает из него, тот начинает падать из-за тяжести неповоротливых Хаммердронов, врезавшихся в остов скульптуры. Модель падает прямо в толпу, где находится девушка с красной сумкой и в бирюзовых кедах. Она нагибается, и прямо перед тем, как оказаться под искорёженным железом, исчезает в яркой вспышке света.

      Отставив бутылку виски в сторону, Старк продолжает смотреть видео, отсортированные и обрезанные Джарвисом, уже приготовившись наорать на него за галиматью, которую тот ему всунул, но всё же не прекращая просмотр.

      Дальше всё происходит в павильоне с растениями. На экране не видно никого, кроме разбросанных везде мигающих красными сигналами дронов. Взрыв. И вновь перед тем, как всё обрушилось, в крайнем правом углу виднеется вспышка голубоватого света.

      — Джарвис, а можешь найти видео разбора завалов? — полюбопытствовал Старк, размышляя над тем, что он только что увидел.

      — Уже, сэр, — и на экране появилось смонтированное видео с уцелевших камер. Вот приезжает бригада рабочих, чешут в затылке, не зная, с чего начать. Кое-как приступают нехотя к работе, и терпение гения в конце концов не выдерживает этой тягомотины.

      — Дальше, дальше, стоп, — командует миллиардер. На записи было ясно видно подъехавшую чёрную иномарку и вышедшую оттуда девушку в синем комбинезоне с эмблемой орла. — Мотай дальше, Джарвис.

      — Простите, сэр, но дальше видео было удалено, — спокойно ответил искусственный интеллект.

      Раздался звон. Остатки виски разлились по полу напополам с разлетевшимися в разные стороны осколками.

      — Сволочь! — в сердцах воскликнул Старк.

***


      Чёрная Акура на приличной скорости въехала в один из туннелей, окружавших базу по всему периметру. Им надо как можно быстрее доставить девушку, ведь пока неизвестно, как сильны её повреждения.

      Пара людей в одинаковой форме аккуратно погружают её на носилки и везут в больничное крыло. Всё это время она подключена к аппарату дыхания. Рядом шагает агент Хилл, порой помогая с ношей.

      Довольно скоро определили, какие повреждения. Смещение пары позвонков, сотрясение мозга. Пара ран средней глубины. Ожогов не обнаружено.

      Глубокая кома.

***


      Агент Хилл быстрым шагом направлялась в головной центр с полученными результатами. Все необходимые исследования уже были проведены, сомнений не оставалось. Через пару минут она увидела фигуру в чёрном плаще.

      — Директор Фьюри, — позвала она, остановившись немного позади мужчины.

      — Пришли результаты? — не поворачиваясь, спросил Ник.

      — Совпадение на 70%, — подтвердила девушка.

      — Quod erat demonstrandum, иначе она бы не выжила.

Примечание к части

Quod erat demonstrandum - что и требовалось доказать.

Часть 15

      Тишина. Темнота и тишина. Именно они являются моими спутниками уже довольно долгое время. Сколько? Ума не приложу. Где я? Вообще без понятия. Не знаю, как долго я нахожусь в таком состоянии, но абсолютно, хорошо, почти уверена, что это — мои первые мысли после взрыва. Вспомнив, какой силы он был, я начала сомневаться, жива ли я вообще. Так же я не знала, в каком из миров нахожусь. А их довольно много, если мне не изменяет память.

      Никаких ощущений не было. Ничего. Только тишина, давящая на меня всё сильнее. От неё хотелось спрятаться, убежать, но я не шевелилась, боясь ничего не почувствовать. Быть может, я больше не могу этого делать. Нет, лучше пока не двигаться. Тишина звенела всё громче, и мне захотелось услышать хоть что-нибудь. Внезапно откуда-то раздался щелчок. Я не могла определить, откуда шёл звук и кому он принадлежал, но всё же мне стало немного легче. Я вновь попыталась сконцентрироваться на чувствах… и ничего. Пустота. Так, спокойно. Я мыслю, значит существую. Но существовать, не значит жить. Так?

      Тут мне в голову пришла идея. Можно попробовать ущипнуть себя. Ну, или представить. Начнём с простого. Так, воображение, работай. Я сжимаю руки в кулаки, заставляя костяшки пальцев побелеть, а ногти впиваются в ладонь. Ай! Больно! Отлично, почувствовала. Не сразу, но работает. Теперь попробуем щёлкнуть пальцами. Есть! Этот звук я слышала несколько… некоторое время назад. Будем пытаться дальше. Пальцы, плечи, шея, спина, упираюсь лопатками во что-то твёрдое и понимаю, что лежу. А спина… не болит. Подозрительно. Интересно, сколько я была в отключке? А очнулась ли я?

      Так-так-так, спокойно, без паники! Я чувствую боль. Да? Ещё раз сожмём кулаки… да, чувствую. Тихо, расслабляемся.

      Всё ещё боясь открыть глаза, да, всё это время они были закрыты, я дотронулась руками до лица. Вроде всё нормально, всё на месте. Еле подавив нервный смешок, я вновь замолчала. Ну что, рискнём?

      Открыв глаза, я ничего особенного не увидела. Темнота ещё не отступила, поэтому судить о том, где же я нахожусь не представлялось возможным. Моё воображение работало против меня: в дальнем от меня углу комнаты я заметила фигуру человека, высокую. Блин, что я здесь делаю?! Силуэт не двигался, но мне было и так страшно, ибо я по сути своей боюсь темноты, поэтому я снова закрыла глаза, а когда открыла, то никого (или ничего) уже не было. Отлично, здравствуйте, глюки! Вас-то мне и не хватало. Тьма немного отступила, и уже можно было заметить не только границы комнаты, но и некоторые вещи, о чьей природе я судить не бралась, пока не станет лучше видно.

      Не торопясь, я оперлась руками об пол, приняв положение полусидя. Ничто не сковывало движений, поэтому я беспрепятственно села. Пальцы нащупали холодную неровную поверхность металла. Может быть, это у Старка? Нет, не похоже. А как насчёт магазина в Англии? Тоже не то. Дома такого точно нет. Ладно, узнаем. Но, что-то не тянет меня приближаться к разгадке.

      В нос ударил неприятный запах, напоминающий какой-то лекарственный препарат. Этот запах, вечно царящий в поликлиниках, фу. Но здесь он был явно слабее. Так, вот и ещё одно из чувств. Хорошо. Надеюсь, скоро все восстановятся. А я, видимо, в неком подобии палаты. Почему на полу?

      Глаза потихоньку привыкали к полумраку, царившему в комнате. Наверное, просто был выключен свет, потому что позади меня лилось неверное голубоватое свечение. Я обернулась, и увидела кушетку, хотя и не уверена, озаряемую мониторным светом, излучаемым приборами. Не став задерживаться на ней взглядом, я осмотрела комнату уже привыкшими к темноте глазами.

      Небольшое помещение с кушеткой позади меня особо не отличалось мебелью. Напротив койки стоял небольшой стул, на стене, тоже противоположной, была раковина и небольшое зеркало. Всё из металла. В моей голове промелькнуло воспоминание, в котором была почти такая же комнатка, только меньше, но я никак не могла понять, откуда оно. Могло быть и так, что моя фантазия просто шутила надо мной. Бывает.

      Я вновь осмотрела себя с головы до ног. Вроде бы всё как было, та же одежда, те же кеды. Да, всё одинаковое! Что я какая придирчивая, не к чему же докапываться… а что с джинсами? Ничего?! Но, у меня же была порезана нога! Была ведь? Да, я точно это помню, как я вывалилась из здания, как до меня долетели осколки, как я бежала, всё помню. Перемещение…

      Я завернула штанину, рассчитывая увидеть зарубцевавшуюся рану или, на крайний случай, шрам. Пусто. Как будто ничего не было. Ни стекла, ни дронов, ни взрыва. Я посмотрела другую ногу. Тоже пусто. Спокойно, нам не нужна паранойя. Не нужна, я сказала!

      До меня донёсся негромкий писк одного из приборов. Интересно, что-то случилось, или он просто для оповещения? И кто лежит на кушетке? Надо встать и посмотреть.

      Аккуратно присев и поняв, что ничего не болит, я встала. Было слишком подозрительно отсутствие ран, переломов или, хотя бы, напоминаний о них. Не нормально. Эх, кто бы говорил о нормальности, но уж точно не я. И вообще, меня всегда удивляло моё умение выходить сухой из воды, но это уже был явный перебор. Или у Вселенной Marvel другие законы?

      Внезапно включился свет. Я поморщилась и протёрла глаза. В дверь, находившуюся напротив койки, вошёл мужчина в тёмно-синей форме. Он не слишком похож на врача. Я уже приготовилась оправдываться, хоть и не представляла возможным объяснить то, что нахожусь в чужой палате, но «доктор» не обратил на меня внимания. Даже взглядом не удосужил! Ладно, позже разберёмся. Что-то здесь всё-таки не так, и ничего хорошего мне это не предвещает.

      Забив на мужчину, я пошла к раковине. Умывшись, я взглянула в зеркало. Ну вот! Стоило и волноваться? Всё в порядке, никаких шрамов, ран, всё на месте. Подозрительно, но всё же радуе… запнувшись на середине мысли, я взглянула на волосы. Вроде бы мои, но они были не того цвета. В смысле, они были именно моего цвета, натурального, как будто их никогда и не красили! Русые волосы аккуратно струились, доходя до лопаток. Их ничуть не смущало, что они были немного не того оттенка, да и цвета вообще. Я рассеянно провела по ним рукой, пригладив выбивающиеся петухи. Нет, не парик. Что-то не припомню, чтобы я давала согласие на перекрашивание.

      Я с опаской оглянулась на кушетку. Рядом всё ещё стоял мужчина, делая какие-то пометки у себя в журнале. На меня он по прежнему не обращал внимания. Нет, не может же этого быть! Или может? Я в конец запуталась! Кто-нибудь, ответьте мне! Тишина. Я осталась одна.

      Медленно подхожу к койке, боясь увидеть самое страшное. Всё ещё не смотрю туда: кошусь на «доктора» и замечаю у него эмблему Щ.И.Т.-а. Прелестно, блин, просто чудесно! Порой так и хочется ругнуться, но воспитание не позволяет.

      Надо посмотреть туда. Нужно! Зажмуриваю глаза, поворачиваюсь к кушетке. Сердце колотится так, будто у меня аритмия, рядом — тихий звук пишущей ручки, монотонное, едва заметное пищание монитора. Чьё-то размеренное, уловимое лишь в тишине дыхание. Открываю глаза.

      Из груди вырвался сдавленный вздох. Я не верила своим глазам. Да я ничему не верила! Это всё сон, чья-то злая шутка! Я схватилась руками за голову и села на пол. Пищание стало чуть чаще, как мне показалось сначала, но потом, кажется, нормализовалось. Движения мужчины были как в замедленной съёмке. Я уже не пыталась разобраться во всём этом, но и принять это у меня не было сил.

      Там лежала девушка, подключённая к различным аппаратам, трубкам. На кушетке лежала я.

Часть 16

      Голова раскалывалась от непонятно откуда взявшейся острой боли. Я стала массировать виски, стараясь унять эту мигрень. Впечатления, эмоции, мысли, догадки — в этой кутерьме было всё. Как такое возможно? Я не могла выйти из своего тела. Или могла? Что ж, результат я вижу перед собой. Нет, это всё сон, просто кошмарный сон! Слишком много всего произошло за один день. А сколько времени прошло после взрыва? К сожалению, никто не мог дать мне ответ на этот вопрос.

      Хватит думать. Давай, расслабься. Всё равно ни к чему хорошему это не приведёт. Нет, не надо этого делать. Говорю — не на-до. Я ещё раз бросила осторожный взгляд на кушетку, надеясь увидеть там кого-то другого. Картина не изменилась. Нет-нет-нет! В сердцах, я вскрикнула и ударила кулаками по полу. Конечно, никто меня не услышал. Даже гула от удара об металл не последовало.

      Не знаю, сколько времени прошло, пока я вот так вот пыталась понять, что же произошло. Очевидно было одно: я жива, если можно так сказать, только благодаря этой голубой вспышке. И именно по этой причине меня разыскивал Щ.И.Т. Как же они всё быстро узнают! Наверняка, кто-то следил за мной, иначе как бы они узнали, что… кстати, а где этот «доктор»? Я оглянулась: только сейчас до меня дошло, что я снова сижу в темноте. Одна. Ну, не считая того, что меня две. Катавасия какая-то. Уж больно всё это напоминает мне «Между небом и землёй». Мда, свихнуться можно.

      Всё, надо переходить от размышлений к действию, а то реально до ручки дойти можно! Я встала, стараясь не смотреть на кушетку. Глаза, уже привыкшие к темноте, различили всю ту же комнатку. Ничего не изменилось. Нет, а я чего хотела? Радостной обстановки? Будто в холодильник по семь раз на дню заглядываешь — то же ощущение.

      Взгляд наткнулся на раковину. Стоп. Я же умывалась, так? Вроде. Нет, я не помню прикосновения брызг, помню только то, что делала это. Кажется.

      Я решительно подошла к злополучному источнику воды и постаралась открыть кран. Ничего не произошло. Ну, не считая того, что пальцы прошли сквозь вентиль. Ошарашенно взглянув на руку, я попробовала коснуться зеркала. По неведомым мне причинам, огонёк надежды ещё теплился во мне, поэтому я закрыла глаза и принялась выжидать. Как же мне хотелось ощутить прохладную гладкую поверхность, но ничего не произошло. Вдох-выдох — и открываем глаза. Рука по локоть вошла в зеркало, а следом и в стену. Не важно. Пёёёррррфект.

      Значит, всё это было лишь плодом моего воображения? Видимо, да. Я просто повторила все те привычные для меня действия. Выполнила на автомате. У меня вырвался нервный смешок. Что ж, теперь у меня нет ни одной зацепки, ни одной ниточки, чтобы начать, нет, постараться начать распутывать клубок этих странных событий. Улик нет вообще. Может, стоит опробовать метод Холмса? Рассмотреть все теории, отметая то, что никак не могло произойти, и то, что останется, каким бы невероятным оно ни казалось — это и будет истина?

      — Присаживайтесь, мой дорогой Уотсон! — воскликнула я, резко поворачиваясь спиной к раковине и делая приглашающий жест. Отлично! Разговор с самим собой — первая стадия разрушения личности. А с кем мне ещё разговаривать?

      И тут я вспомнила о силуэте, который видела в углу комнаты. Вроде бы высокий. Кто это мог быть?

      — А вот и первая незначительная деталь, — полушёпотом сказала я, облокачиваясь на раковину обеими руками. Через пару секунд я уже по привычке потирала «ушибленное» место. Да, я прошла сквозь раковину. По-крайней мере, я вспомнила, что должно здесь произойти — всего одно событие — и я искренне надеюсь, что не пропустила его.

      Встав, я быстрым шагом направилась к двери. Потянулась к ручке, и снова пальцы ощутили пустоту. Надо привыкать. Что ж, пойдём напрямик. Страх прошёл.

      И я шагнула сквозь дверь.

***


      — Тони! — крикнула Пеппер, входя в мастерскую. Её голос потонул в музыке, гремящей на всё помещение, поэтому девушка решила действовать по другому.

      — Без звука, — сказала Поттс, обращаясь к дворецкому. Последние гитарные аккорды прогремели эхом под потолком мастерской и стихли совсем. В наступивший тишине был слышен голос Старка, продолжавшего напевать уже успевшую надоесть Пеппер мелодию.

      Тихо цокая каблучками, мисс Поттс приближалась к миллиардеру, возившемуся с очередным автомобилем. Струя серебристой краски пронеслась по дверце машины, оставляя после себя красивую сверкающую линию.

      Пеппер, остановившись позади Старка, наблюдала за его работой, которую видела не в первый раз.

      — Знаешь, девушки не любят, когда на них не обращают внимания, — изрекла Поттс. От неожиданности миллиардер вздрогнул, и блестящая полоса оставила незамысловатый зигзаг на чёрной глади автомобиля.

      — Тони, — укоризненно произнесла Пеппер, выслушав порцию ругательств. — Это не стоит твоих нервов. К тому же, разве ты не слышал, как я вошла?

      — В том то и дело, что слышал, — поднимаясь, сказал Старк. — Просто я немного увлёкся.

      — Опять, — добавила девушка.

      — Дорогая, просто я столько возился с этим рисунком, а теперь придётся всё исправлять, — продолжая возмущаться, Старк с толикой сожаления посмотрел на машину.

      — А мне так даже больше нравится, — отметила Поттс, заглянув изобретателю за спину.

      — Отлично, тогда ты будешь ездить на ней! — с нескрываемым сарказмом сказал Тони.

      — С превеликим удовольствием, — незамедлительно парировала Пеппер.

      Тони обнял её и поцеловал.

      — Ты зачем-то приходила, — начал Старк, немного отстраняясь, — или просто соскучилась?

      — Честно говоря, звонил агент Колсон, — нехотя начала девушка.

      — Колсон? — с плохо скрываемой неприязнью переспросил миллиардер. — Что ему опять от меня нужно?

      — Не от тебя, а для тебя. Он сказал, что есть новости по поводу твоей гостьи, ты помнишь её?

      — А что он сказал точно? Только это? — видно было, что изобретатель не хочет об этом говорить.

      — Он назвал место встречи и сказал, что ты можешь приехать туда завтра в назначенное время, — сказала Пеппер, протягивая небольшой листок с информацией, исписанный синими чернилами. — На обратной стороне — его телефон.

      Тони повертел в руках бумажку, вспоминая дела не так давно минувших дней. После происшествия на Expo, обсуждавшегося где только можно, прошло уже около трёх недель. Рабочие обещали закончить восстановление выставки в отведённый срок, поэтому на днях Старк должен был присутствовать на её перезапуске, чтобы дать возможность молодым дарованиям ещё один шанс показать себя и свои изобретения во всей красе. Во время разборов завалов было найдено много пострадавших или погибших, но вот о таинственной незнакомке не было абсолютно никаких вестей. Миллиардер уже было думал, что та благополучно очутилась в своей Вселенной, поэтому напрочь постарался забыть те события. И вдруг, как всегда, появляется Щ.И.Т. с какой-то только одним им известной информацией.

      — Они всё всегда знают больше, — проворчал Старк себе под нос, сжимая в кулаке бумажку с адресом.

      — Что? — переспросила Поттс, услышав невнятное бормотание.

      — Я поеду, — сказал миллиардер громче.

      — Хорошо. Может, перекусим? Я заказала пиццу, — улыбнувшись, плавно перевела тему Пеппер.

      — С радостью, дорогая! — Тони сделал вид, что уже и думать забыл о только что пришедшей новости, и, взяв мисс Поттс под руку, повёл её в гостиную, где недавно закончился ремонт.

Часть 17

      Старк вошёл в небольшую кафешку, почти до отказа забитую людьми. Ухмыльнувшись, он устремил своё внимание к дальнему столику, где сидел мужчина в тёмном костюме и очках. «Крутым и ночью солнце светит,» — подумал Тони и направился прямиком к агенту.

      — Добрый день, — начал Колсон беседу, снимая очки.

      — Посмотрим, — сказал миллиардер, присаживаясь напротив. — Что же такое Вы хотите мне сообщить, что полностью набили кафе своими людьми?

      На миг Старк почувствовал, что на него все смотрят, но не подал виду. Он наблюдал за реакцией Колсона, которого, видимо, забавляло текущее положение вещей.

      — Нет, мистер Старк, Вы нас не правильно поняли, — произнёс агент. — Мы всего лишь не хотим, чтобы что-то просочилось в прессу. Это нежелательно для всех нас, не так ли?

      — Ну да, конечно, — хмыкнул миллиардер, заглядывая в меню напитков. — А официанты тоже подложные, или как? А то в горле пересохло.

***


      — Может, Вы всё-таки потрудитесь объяснить мне, — продолжил Тони, когда у них приняли заказ, — что всё это значит?

      — Для начала, мистер Старк, Вы расскажете мне всё, что знаете об этой девушке, — отчеканил Колсон.

      — Что это значит? Неужели Вам ещё не всё известно? — наигранно недоумевал миллиардер. — К тому же, мы сказали Вам об этом ещё тогда.

      — Нет, нам нужна правда, — видно было, что агент недоговаривает. Старк уже и не знал, нужно ли ему съязвить или серьёзно призадуматься. Учитывая количество людей Щ.И.Т.-а в кафе, не всегда удачные попытки прокачать Джарвиса, да и слишком непонятный вокруг всего этого ореол таинственности (которые миллиардер по своей натуре просто не мог терпеть) — он выбрал второй вариант.

      — Допустим, я скажу Вам правду. Вот только для каких целей? — размеренно произнёс Тони. — И что от этого будет мне?

      — Вы сможете её увидеть, — после секундой паузы, сказал Колсон.

      Старк молчал, не зная, что и думать. Он уже свыкся с мыслью, что это была просто случайная встреча, подстроенная роком судьбы, и что девушка благополучно оказалась дома. Но эта новость немного вывела изобретателя из намеченной колеи мыслей. Да и зачем она ему, в конце концов? Изобретатель знал ответ и на этот вопрос: слишком непонятно, слишком любопытно. Слишком не вовремя.

      — Что Вы хотите этим сказать? — прервал образовавшееся молчание Старк. Он немного боялся задать самый логичный вопрос, который прямо-таки напрашивался сам собой. — Она здесь?

      — Нет, но она жива, если Вы об этом, — догадался Фил. Тони облегчённо вздохнул, хоть и старался скрыть эмоции.

      — Отлично, где же моя гостья? — Старк решил не раскрывать все карты, понимая, что это может плохо обернуться для девушки. Но почему ему это было так важно? Здесь было не только любопытство, он это прекрасно сознавал. Что?

      — Для начала Вы скажете нам правду, кто она такая и откуда, — не отступая с намеченного курса, продолжал Колсон. — Затем я предоставлю Вам ту информацию, которой владеем мы. Давайте сотрудничать.

      Миллиардер понимал, что они могут вечно так препираться, и никто ничего не добьётся. Уже принесли их заказы, и горячие напитки остывали перед ними. Старк осознавал, что Щ.И.Т. видел все те записи с видеокамер, так что особо нового он им ничего сказать не мог. Вот только он никак не понимал их цели, скрытой за всем этим показным добродушием.

      — Хорошо, я поделюсь с Вами той правдой, которая известна мне, — утвердительно произнёс Тони. На его губах играла ехидная полуулыбка. — Но я очень сомневаюсь, что Вы сможете найти там нужную Вам информацию.

      — Не волнуйтесь, сможем, — ответствовал Фил, приготовившись слушать.

***


      Спустя минут десять своего небольшого повествования, за которое Старк успел опустошить пару чашек кофе, он рассказал Колсону всё, что знал. Почти всё. Всё это время агент внимательно его слушал, ни разу не проронив ни слова. Казалось, будто всё это подкрепляет его уверенность в чём-то, о чём миллиардеру оставалось только догадываться.

      — Я видел по записям, как Вы или Ваши люди — не важно — подъезжали к месту взрыва, — добавил Тони. — А так же я понимаю, что обычному человеку было там не выжить, — Старк сделал паузу, размышляя, стоит ли говорить дальше, но всё-таки продолжил. — Я видел репортажи из Нью-Мексико, и, если мне не изменяет память, Вас перевели туда в тот же день, когда она очутилась здесь, в нашем мире, — Тони решил разложить всё по полочкам, с каждой фразой становясь всё более серьёзно-деловым. — Я видел не только официальные выпуски, но так же и то, что выкладывали люди, которые приезжали на место падения «метеорита».

      — Мистер Старк, это всего лишь совпадение, — постарался разуверить его Колсон, хоть и был немного удивлён тем, что Старк решил проследить за положением вещей в Нью-Мексико. — Я был там…

      -… по другим делам? — прервал его миллиардер. — Не надо считать, что я не смог узнать Ваш почерк в этих работах. И не думайте, что я не смог узнать, что это был за «метеорит», — Тони начинал говорить на повышенных тонах, а вот в кафе становилось всё тише с каждой секундой. — А теперь, будьте добры, ответьте мне на один вопрос: каким образом простая девушка, Щ.И.Т. и скандинавская мифология связаны? — последние слова Старк буквально выбросил в лицо Колсону.

      Повисла гробовая тишина, а в воздухе застыло весьма ощутимое напряжение. Миллиардер оглянулся на людей, сидевших за барной стойкой, и увидел, что те потянулись к поясу, где у них были спрятаны пистолеты. Некоторые даже успели вытащить их, но на находившихся за дальним столиком людей ни одно оружие пока направлено не было. Нет, Старк не боялся их, он просто с удовлетворением подметил, что вся его теория — от первого до последнего слова — верна.

      — Нет смысла что-либо отрицать, — твёрдо сказал он, обращаясь к своему собеседнику и попутно обводя взглядом агентов.

      Спустя ещё несколько секунд гробового молчания, Колсон заговорил, адресуя первое слово «простым» людям, находящимся в кафе.

      — Отставить, — приказ эхом отдался от стен. Послышался едва уловимый шорох, и постепенно помещение вновь наполнилось нестройным гулом голосов. — Что ж, мистер Старк, мы Вас явно недооценивали, — добавил Колсон, обращаясь непосредственно к миллиардеру. — Думаю, Ваше участие в инициативе «Мстители» может быть пересмотрено.

      — Не надо уходить от темы, агент Колсон, — вновь прервал его Тони. — Лучше объясните мне, как связаны эти вещи? — Старк терпеть не мог, когда его водят за нос, поэтому вновь начинал терять терпение.

      — Хорошо, — видно было, что Фил борется с собой, но уговор, как говорится, дороже денег. — За день до того, как Ваша гостья из России оказалась в, как Вы уже правильно сказали, нашем мире, в Нью-Мексико произошёл мощный всплеск ещё неизвестной нам энергии, имеющей, как мы предполагаем, космическое происхождение. Затем последовала череда событий, о которых Вам, насколько я понял, уже известно. Вместе с этой энергией там очутился Тор, известный всем как скандинавский Бог Грома. Не надо усмехаться, — Колсон обратился к Старку, который поперхнулся кофе, услышав столь интересное заявление, — в его силе мы убедились воочию. Как оказалось после, он был сослан сюда через Биврёст, мост…

      — Не трудитесь объяснять, знаем, — сказал Старк, прерывая агента. — Рассказывайте дальше.

      — Так вот, — продолжил Колсон, — при этом его, как поточнее сказать, лишили силы, а вслед за ним отправили его молот — Мьёльнир, который большинство людей приняли за метеорит, — миллиардер в очередной раз закатил глаза. — Мы предполагаем, что такая мощная магия, которая присутствовала здесь, могла вызвать некие дыры во Вселенной и нарушить…

      -… пространственно-временной континуум, — закончил за него изобретатель.

      — Так вот, — вновь беря узды повествователя в свои руки, начал Фил. — Когда мы проводили исследования, выяснилось, что энергия, с помощью которой девушка выжила, имеет это самое космическое происхождение. Если бы не эта история, то можно было бы списать всё на мутацию, но мы уверены, что это именно магия, — подытожил своё повествование Колсон.

      — То есть, Вы хотите сказать, что девушка из совершенно параллельного нам мира оказалась здесь из-за этих асов? — Старку явно был не по душе этот вариант, ибо он признавал только науку.

      — В конце концов, магия и наука — это одно целое. В их понимании, — добавил агент, поймав недоумённый взгляд Тони.

      — О Господи, во что я вляпался, — сокрушённо заявил Старк, делая живописный facepalm.

      — Боюсь, это заявление не самое подходящее для такой ситуации, — не скрывая улыбки, сказал Колсон.

      — А что Вы ещё предлагаете? — спросил миллиардер, в раздумьях потирая переносицу. — Вся эта магия, герои из детских сказок, мифология… — он вспомнил о том, как девушка убедила его в своей правоте. — Ладно, верю, — Старк усмехнулся, шутливо поднимая руки в примирительном жесте. — Пока остался не отвеченным только один вопрос: где девушка?

      — Она в коме уже три недели, — произнёс Колсон, глядя в глаза Тони. — Состояние стабильное, вчера было едва заметное улучшение: именно в этот момент приходила проверка, и нам удалось засечь его. Но, всё же, значительных изменений нет.

      — Ладно, не суть, — Старка, видимо, новость вполне удовлетворила. — Но где она? Физически, местоположение.

      — У нас на базе, — выдержав паузу, сообщил Фил.

      Именно теперь Старк понял их цель. Он осознал, почему в кафе так много людей, почему на всём этом стоит такой штамп секретности. Да, Фьюри явно недооценил его, если он считает, что изобретатель не сможет догадаться.

      Они хотят использовать её. Использовать её знания в качестве оружия.

      Не показывая виду, что он о чём-то догадался, Тони встал из-за стола.

      — Спасибо за информацию, — сказал Старк, попутно заглянув в чек и положив на стол деньги. — До свидания.

      — До встречи, — ответил Колсон удаляющемуся миллиардеру. — И Вам спасибо, за сотрудничество.

      Ухмыльнувшись, Старк покинул кафе.

      — Продолжайте следить за ним, — добавил Фил паре людей, подошедших к нему. Через какое-то время агент встал, оставил деньги на столе и, надев очки, направился к служебной Акуре.

Часть 18

      Я медленно шла по коридорам базы, понятия не имея, куда иду. Все эти переходы, двери, люди — прям лабиринт, честное слово! Ну да ладно. Разберёмся. В одном я уверена на девяносто процентов: это та самая база, которая будет разрушена, а не в Нью-Йорке, откуда чуть было не сбежал Стив Роджерс. Здесь не было стеклянных перекрытий, было много агентов, и все были одеты в форму Щ.И.Т.-а. И да, здесь они не боялись, что их могут заметить простые люди.

      Единственное, что мне было нужно: это найти Фьюри. Или не совсем его. Скорее, мне надо было добраться до доктора Селвига и Тессеракта. Да, именно. Не должно же моё, кхм, «отбытие» из тела пройти бесследно и бездумно. Попробуем проследить за ведущимися разработками. Да мне просто надо занять время, которого у меня, признаться, не знаю сколько. Много?

      Именно с этими мыслями я наткнулась на внеочередного сотрудника и прошла сквозь него. Мне-то по барабану, а они от этого вздрагивают. Забавно.

      Наконец признав, что я окончательно заблудилась, я решила следовать за одним из агентов, непрерывно спешащими куда-то. Как назло, в коридоре было пусто. Что ж, попробуем воспользоваться тем, что имеем.

      Я заглянула через стену в соседнее помещение. Ничего интересного: такая же палата, как и у меня. Ладно, продолжим дальше. Куда? Приходил только один ответ. Вниз. Лаборатория, если мне не изменяет память, находится там. Ну почему я не вслушивалась в разговоры служащих, когда они говорили? «Потому что это некультурно, » — пропел внутренний голос.

      — Заткнись, — вслух ответила я.

      Немного страшновато заглядывать под пол. В голове так и играет навязчивая песенка «Highway To Hell». Супер! Всегда слушаю её, когда куда-то еду. Вот только сейчас от неё у меня побежали мурашки по коже.

      Наконец, задержав дыхание, я сделала это. И опять ничего нового. Точно такой же коридор, в котором я сейчас находилась. Только, по-видимому, это уже были жилые помещения, потому что люди спокойно ходили и болтали о чём-то своём, забыв о работе и о форме. Так же находились и те, кто уже спешил на службу, по дороге застёгивая комбинезоны. Ага, они-то мне и нужны.

      Недолго думая, я спустилась на уровень ниже, никого не задев. Надо было прицепиться к одному из них. Вот эта девушка вполне подойдёт. Я припустила за ней, потому что она была уже в конце коридора. Девушка зашла в лифт, и его створки уже почти закрылись, когда я буквально влетела внутрь. И чуть было не вылетела с обратной стороны. Бррр, неприятно.

      Мы начали опускаться, судя по стрелочке приборной панели. Уже что-то. В лифте, помимо меня и той девушки, ехали ещё трое парней. Все они о чём-то оживлённо разговаривали, поэтому я скорее по инерции, чем по необходимости, прислушалась. Ничего интересного. Одного бросила подруга, второму не нравятся сэндвичи, которыми их кормят, а девушка хочет сходить в кино на выходных. Да, судя по всему, я зацепилась не за тем человеком. Ничего о Нью-Мексико или о Stark Expo. Абсолютно. Интересно, сколько же я была без сознания?

      Моё внимание привлёк парень, который не включался в разговор. Те двое уже вышли, и мы ехали втроём. Девушка как-то неприязненно косилась на своего соседа и явно очень обрадовалась, когда ей нужно было выходить. Бросив сухое: «До встречи», девушка торопливо вышла из лифта, заставив оставшегося пассажира улыбнуться. А я? Я колебалась. В конце концов, створки лифта закрылись, и я продолжила ехать с этим загадочным парнем. В очередной раз я обрадовалась своей «удаче», что меня никто не видит.

      Вот и настала наша остановка. Мы ехали недолго, но, как мне показалось, лифт спустился довольно глубоко. На табло я не смотрела, потому что забыла, с какого уровня мы выехали. А какой смысл в цифрах, если не знаешь точки отсчёта?

      Лифт открылся, и парень вышел. Я решила последовать за ним. Мы находились в тёмном коридоре, где не было видно ни одной двери, и который сворачивал метров через пятнадцать куда-то вправо. Шаги эхом отдавались от железного пола, так что можно было понять, что в этой части базы довольно пустынно.

      По мере нашего продвижения можно было услышать отдалённый гул голосов, оживлённо что-то обсуждавших. Отдельных слов разобрать не удавалось, потому что эхо доносило только какие-то неясные фрагменты. Интересно, где мы? Сомнений в том, что мы находимся под землёй, уже не было. Причём находимся довольно глубоко.

      Так мы дошли до места назначения, и я ахнула. Передо мной находилось огромных размеров помещение. Стены «комнаты» уходили ввысь, образуя купол на порядочной высоте. Погружённое в полумрак помещение выглядело загадочным и пугающим. Оно было разделено на две половины: на одной из них находились компьютеры, между которых сновали люди. Кто-то был одет в халат, кто-то в простую одежду, но не это было важно. От всего этого технического оборудования к другой половине тянулись разнообразные провода. Все они были подключены к светящемуся кубу, который был мне, мягко говоря, знаком.

      — Тессеракт, — прошептала я, поражённая зрелищем, увиденным здесь. С другой стороны от компьютеров находилось своеобразное возвышение. Вокруг него были колонны, отдалённо напоминающие солнечные батареи. Но мне было известно, что они служили для того, чтобы открывать «двери». Желательно, с этой стороны.

      Мужчина, за которым я следовала, уже скрылся из виду. Неважно. С его помощью я нашла этот центр, а сама бы я сюда точно не «спустилась». Ну, или спустилась, пролетев бы добрые десять метров вниз. Эти мысли вызвали у меня улыбку, но в действительность меня вернул знакомый голос. Да, всё же хорошо смотреть фильмы на оригинальном языке.

      Я двинулась в сторону компьютеров, уже издалека заприметив доктора Селвига. Он оживлённо что-то обсуждал с женщиной в белом халате. Я узнала её, потому что именно она в будущем станет одной из первых жертв. Жалко.

      Они обсуждали что-то явно на своём «научном метафизическом» языке, поэтому я оставила свои попытки понять их. Вместо этого я решила взглянуть на причину всех бед поближе.

      Я подошла к кубу, излучавшему приятный голубоватый свет. В нём таилась могущественная сила, которая перемещалась внутри — это было видно невооружённым глазом. Мне стало интересно, что же испытывает человек, который берёт Тессеракт в руки. Например, Красный Череп захотел узнать ответы на все вопросы, и его поглотил космос. Меня не очень интересовали ответы на всё, поэтому, забыв об осторожности и о том, где я нахожусь, кончиками пальцев я дотронулась до куба. Лёгкое покалывание пронзило руку до самого локтя, будто я нажала на неизолированный дверной звонок. Поспешно отдёрнув руку, я взглянула на неё. Всё нормально. Ничего не изменилось. Никуда не растворяется.

      — Кто ты, и что ты здесь делаешь? — раздался где-то позади меня до боли знакомый голос. Я постаралась не обратить на него абсолютно никакого внимания, но внутри меня всё напряглось. В следующий миг этот же голос повторился гораздо ближе.

      — Я спросил: кто ты, и что ты тут делаешь, — спокойно сказал голос. В интонации не было ничего пугающего или зловещего — всего лишь немного повелительный тон, — но меня это-то и насторожило больше всего.

      Тут меня передёрнуло. Я вспомнила, что нахожусь в некой «Сумеречной Зоне», поэтому меня никто, совершенно никто не мог увидеть. Кроме одного, как бы сказать, человека, который оказался в похожей ситуации.

      Сглотнув, я обернулась. Высокая фигура в моей палате явно была не глюком.

      — Локи? — тихо спросила я, глядя в холодные голубые глаза мужчины, смотрящего прямо на меня. Он сделал едва заметный жест рукой. Да, кажется, следовало ответить на его вопрос.

      В следующую секунду я почувствовала, как вокруг меня появляется огонь, поглощая всё вокруг. Едкий дым и пепел застилали глаза. Я уже испытывала такое, уже была в серой завесе. Страх обволакивал меня всю, становясь не менее губительным. Я уже не могла что-либо сделать.

      Огонь окутал меня.

Часть 19

      Я задыхалась. Судорожно хватаясь за горло, я пыталась вдохнуть воздух, который стал обжигающим, спёртым. Непонятно откуда взявшийся огонь был уже внутри меня. Он наполнял лёгкие, не давая вздохнуть. Нет, я не горела: огонь просто был везде, опустошал всё на своём пути, не оставляя ни выбора, ни пощады. Я пыталась закричать, но вместо этого слышала лишь треск огня. Он обдавал меня жаром и забирал все силы, не оставляя мне шансов. А перед глазами всё так же стоял дым и пепел, ввергая меня в ещё большую панику. Огонь добрался и до мыслей, сначала наполняя их собой, а затем стирая напрочь, ничего не оставляя после себя. Я больше не могла сопротивляться. Да кого я обманываю? Я не могла сопротивляться с самого начала.

      Вскоре их осталось только двое. Только огонь и пустота. Одно породило другое. Лишь малая часть меня ещё боролась. Постепенно треск огня стал соединяться в звуки, а затем и в слова.

      — Спрашиваю ещё раз: кто ты и что ты тут делаешь, — всё так же спокойно произнёс холодный голос.

      Всё прекратилось так же внезапно, как и началось. Я поймала себя на мысли, что лежу на полу и прерывисто хватаю воздух ртом, будто только что пойманная рыба, всё ещё держась за горло. Дымная пелена рассеялась, давая глазам возможность видеть. Передо мной, буквально в шаге, стоял Локи, скрестив руки на груди. Я с трудом подняла голову вверх, повинуясь нестерпимому желанию увидеть его лицо. Непроницаемая маска сменилась полуулыбкой (что ничего хорошего так же не предвещало), а в холодных глазах всё ещё были видны блики огня. Да уж, магии он не лишился. Это была всего лишь иллюзия, всего лишь до жути реалистичная иллюзия.

      — Ничего себе псионика, — только и смогла выговорить я, не сразу узнав свой ослабший голос. Сверху послышался смешок. Я попыталась встать, но, понимая, что всё ещё не могу дышать полной грудью, смогла только сесть. Пустота потихоньку отступала, давая место воздуху и мыслям. Я взглянула на величественную фигуру, стоявшую передо мной, сравнивая то, что вижу, с тем, что знаю. Право, такого Локи я видела, пожалуй, впервые. Это был уже не тот принц, что в «Торе», но ещё и не тот завоеватель, что в «Мстителях», так что я не знала, что ему нужно. Ну, помимо Тессеракта и армии Читаури. Это был тот ас, который предстал перед нами в сцене после титров. «Что ж, я думаю, на это стоит взглянуть». Да, именно такой. Но пока он был ближе к принцу, чем к завоевателю. Мне так кажется. Как же хорошо, что его телепатические способности распространяются только в одном направлении, иначе он бы уже знал всё, что у меня на уме.

      — Мне повторить? — как будто в ответ на мои опасения в голове прозвучал чужой голос. Его голос.

      — Нет! — пожалуй, слишком громко вырвалось у меня. Я поймала себя на том, что уже довольно долго рассматриваю аса без малейшей задней мысли. Меня вновь одарили лукавой ухмылкой.

      Мне уже надоело таким образом созерцать «Его Величество», поэтому я встала. В глазах потемнело от довольно резких передвижений, и я отстранилась назад, закрыв лицо руками на пару мгновений.

      — Ты не отсюда, — не спрашивая, но и не утверждая, произнёс Локи, выводя меня из транса.

      — Что, так заметно? — я невольно усмехнулась. Нет, один день, проведённый вместе со Старком, явно давал свои плоды. Например, некую неуравновешенность.

      — Я бы даже сказал, совсем не отсюда, — продолжая изучать и одновременно игнорировать меня, продолжил трикстер.

      — Если быть точнее, из России, — поправила я, не надеясь, что Локи вообще знает о нас.

      — Я не про это, — отмахнулся от меня ас. Надо же, на меня обратили внимание и при этом не попытались убить. — Ты из другого мира.

      — Нет, это ты из другого мира, а я, — я положила руку себе на солнечное сплетение, — из другой Вселенной.

      Ас улыбнулся… усмехнулся… ну зачем я вспомнила слова знакомого: «Мой пёс такой добрый. Когда он бежит к тебе и улыбается, со стороны это выглядит так, будто он хочет перегрызть тебе глотку.» Пожалуй, эта фраза максимально точно описывала стоявшего напротив меня мага. Нельзя сказать, что я не боялась его, но это был, скорее, благоговейный страх. Всё моё подсознание просто орало, визжало, хлопало в ладоши, ибо, кажется, вообще не чаяло в живую увидеть столь колоритного персонажа. Главное, держать эмоции под контролем: в конце концов, расстановка сил явно не на моей стороне.

      — Разделяй и властвуй? — с иронией спросил мой собеседник, подмечавший малейшую деталь. Немного не поняв, хорошо, вообще не догнав хода его мыслей, я принялась оглядывать себя с ног до головы. Кеды, джинсы, браслеты, футболка. Ответ пришёл сам собой. На мне была моя любимая футболка, за которой я гонялась несколько месяцев.

      — Да, а что? — стараясь сохранить спокойствие, спросила я.

      — Почему на ней моё изображение? — видимо, Локи ещё не выбрал, быть ему серьёзным или же следует рассмеяться, поэтому держался нейтралитета. — И что это за длинные волосы?

      — Эмм, твои, — я немного смутилась, потому что не знала, как можно повести себя в такой ситуации. Да, на мне была футболка с Локи со словами «Разделяй и Властвуй», и что с того? У меня дома было полно и других футболок с Мстителями (которые, в большинстве своём, были отобраны у брата), но именно эту я надела в тот злосчастный день.

      — Ничего, — вслух сказал принц, а у меня в голове эхом раздались его слова: «Рассказывай».

      — Что? — не поняла я, потому что не могла так быстро переключаться с одной темы на другую сейчас, когда вся голова была занята другим. Опять всё слишком запутано. Я встряхнула головой, отгоняя назойливые мысли.

      — Что знаешь, — добавил трикстер, материализуя два стула. Сев, он жестом пригласил меня сделать то же самое.

      — Это будет долго, — начала я, припоминая события «Тора». — И на русском, — добавила я с улыбкой, опасливо глядя асу в холодные глаза, в которых сложно было что-то прочитать.

      — Вообще-то, мы и так говорим на нём, — и действительно. Я и не замечала. А что, пришельцы, гости из других миров и Боги знают только английский? — К тому же, — продолжил Локи, — времени у нас, насколько я понимаю, много.

      — Тогда начнём, — с энтузиазмом произнесла я, а на задворках сознания зарождался страх. А так ли он не умеет читать мысли, как об этом пишут?

Часть 20

      Я люблю говорить. Нет, не так. Я очень люблю говорить. Особенно рассказывать. Особенно, когда меня внимательно слушают и не перебивают. А мой собеседник был именно такого сорта слушателей. Я с увлечением пересказывала ему события «Тора», стараясь ничего не упустить. А он просто внимал моей незатейливой речи и не перебивал. Было одно «Но». При, казалось бы, непринуждённом разговоре с мастером обмана, лжи и мистификации необходимо было помнить о том, что он ничего не забывает и не пропускает мимо ушей. Делает собственные выводы.

      Несомненно, я помнила об этом всегда. Почти всегда. Ой, да ладно, я об этом и не вспоминала. Я просто рассказывала, не замечая времени. Мимо нас ходили люди, что-то проверяли, подключали, вели свои собственные беседы, но мы не обращали на них даже малейшего внимания.

      А я рассказывала всё (даже то, что не очень-то и касалось Локи). Единственное, что я старалась соблюдать, было маленькое правило, которое я установила для себя. Я пыталась не смотреть ему в глаза. Обычно я веду беседу с людьми, внимательно наблюдая за их реакцией, эмоциями, впечатлениями, которые производил мой рассказ. Но не в этот раз. Я избегала взгляда этих холодных голубых глаз, потому что… потому что гладиолус. Если это происходило, то я начинала запинаться от волнения, сбивалась с мысли, что, несомненно, забавляло принца. Он одним лишь взглядом приковывал внимание, заставляя рассказывать дальше и дальше.

      Опомнилась я только тогда, когда махнула рукой в сторону Тессеракта со словами:

      — И потом ты явился сюда, чтобы… — я снова ненароком наткнулась на взгляд аса, ставшего чуть более заинтересованным. Это немного насторожило меня, но я уже собралась продолжить. — Чтобы…

      Меня будто током шиндарахнуло. Он ещё здесь не был, следовательно, я начала рассказывать события, которые ещё не произошли. Это неправильно! Нет, ни в коем случае нельзя этого делать. Молчание становилось напряжённым, и мне срочно нужно было что-то сказать. Но я не знала, что.

      — Не помню, — тихо произнесла я, потупив глаза в пол. «Всё плохо. Всё очень плохо,» — пронеслось у меня в голове. Несомненно. Самое лучшее оправдание.

      Я непроизвольно начала заламывать пальцы, нервничая из-за растущего напряжения. Принц, казалось, всё ещё ждал продолжения поэмы, но я не могла этого сделать. Это категорически запрещено, если я хочу вернуться домой. А как бы здорово здесь не было, вернуться мне всё равно хочется.

      Всё ещё глядя в пол, вернее, на свои пальцы, каждая косточка которых уже успела прохрустеть в создавшейся тишине, я медленно обдумывала план спасения своей непутёвой шкуры. Хотя, рассчитывать на мою удачу не приходилось.

      — Дальше, кажется, всё, — чуть более громко произнесла я, осмелившись наконец перевести взгляд на аса, который сидел всё в той же задумчивой позе. Его глаза. Глаза — это зеркало души; кажется, я нашла причину, по которой мне было страшно в них смотреть. И в то же время мне не хотелось отрывать от них взгляда. Я так долго представляла этот момент, и мне очень трудно видеть это в реальности, даже сложнее, чем было со Старком.

      — Точно? — теперь очередь нарушать тишину выпала магу, так же смотревшему мне в глаза. А я не могла ничего ответить. Я просто осознавала, как это всё нелепо звучит из моих уст, и из-за этого мне становилось ещё паршивее. Нет, в последнее время мне очень тяжело заводить новые знакомства.

      На секунду мне показалось, что радужка его глаз поменяла цвет, но я всё списала на освещение. Казалось, он и так получил уже всю нужную ему информацию.

      — Точно, — сказала я, отводя глаза в сторону. К сожалению, мой голос предательски дрожал, что никак не могло укрыться от восседавшей напротив меня персоны.

      — А как ты очутилась здесь? — задал самый логичный вопрос Локи, видимо, решивший переменить тему. — Ты знаешь о нас всё, ты не из нашей Вселенной, но ты здесь, — казалось, он просто размышлял вслух, говорил сам с собой. — Наверняка, в этом замешан братец, — на его губах скользнула злобная усмешка. Или же горькая. Право, я не знаю. Я просто боюсь, боюсь даже пошевелиться.

      — Но это зависит и от тебя, — сказал маг, вновь обращаясь ко мне. — На тебе есть след космической энергии обоих миров, — как же порой неловко можно почувствовать себя в компании завоевателя-анализатора. Не люблю я такого пристального внимания к моей скромной персоне. — Ты хотела сюда попасть, — подытожил Локи свои выводы.

      — Слушай, а из тебя мог бы получиться неплохой психолог, — не выдержав, сказала я. Мне не очень-то нравилось, когда меня читали как открытую книгу. Учитывая то, что даже мои близкие друзья не всё знали обо мне. — Собственно, что я удивляюсь? — я начинала выходить из себя. И не мудрено. — Мне кажется, я очутилась здесь по нелепой случайности. Даже не представляю, как такое могло произойти, — я очень активно жестикулировала, ибо мне всё это не нравилось. — Хотя, я попыталась быть похожей на то… того… Для начала я смеялась, затем прониклась, а потом, — как-то я резко сменила тему. К чему я это говорю? Заткнись, дура, просто замолчи, это же какой-то несвязный бред сумасшедшей! — Мне приглянулся образ. У меня всегда была бледная кожа и голубые глаза. Мне и так говорили, что нужно краситься, но я не хотела. Что ж, можно сказать, ты меня убедил. Я покрасилась в тёмно-каштановый, для начала. Глаза стали яркими, а я была вне себя от счастья. Но, как видишь, — я провела рукой по волосам, — в этой «Сумеречной Зоне» я стала собой. Моя комната потихоньку обросла плакатами, и я даже умудрилась раздобыть автограф, а так же несколько футболок. То, что я постоянно думала об этом месте, связано… — нет, нет, нельзя говорить. Заткнись, заткнись! Мне будто дали сыворотку правды, заставляя говорить всё без разбору. В уголках глаз стало щипать от собственной беспомощности. Я уже поняла, что это магия, хотя больше было похоже на пьяную исповедь. Я просто закрыла рот рукой, смотря в эти нагло ухмыляющиеся глаза человека, умевшего становиться монстров для окружавших его людей. Создавалось впечатление, будто он хотел, чтобы его воспринимали именно так. Нет, я просто не могу, так нельзя, неправильно! Неужели он действительно хочет, чтобы я продолжила?

      — Это уже похоже на правду, — с иронией в голосе заметил маг. Я вскочила, всё ещё не отнимая руки ото рта. Ничто не держало меня здесь. Никакая магия не витала в воздухе. Кажется, меня отпускают. Надо сразу уходить. «Чтоб никто не привыкал,» — пронеслось у меня в голове.

      Закусив губу до боли, я развернулась в сторону выхода и зашагала прочь. Признаю, я немного удивилась, когда взлетела в воздух. Сзади раздались лёгкие шаги, и, к моему сожалению, успевшему стать искренним, меня развернули как марионетку.

      — И ты думаешь, что я позволю тебе уйти, не получив ответы на все мои вопросы? — холодно начал ас. В каждом его слове была издёвка, в каждом звуке сквозило презрение. — Ты что, действительно думаешь, что я отступлюсь от начатого? Знай, я никогда не отступаю, — я почувствовала, как невидимая рука медленно сжимается в кулак вокруг моей шеи.

      — Да, — с ненавистью прошипела я, ощущая хватку всё явственней. Руки сами тянулись к незримому противнику, но я не могла ими пошевелить. Нет, так не может быть. Эта фраза всё чаще начинает быть комичной.

      Внезапно я рухнула на пол. Нет, меня не отпустили — это я вырвалась. Трикстер поднимался с пола в нескольких метрах от меня, будто его отбросило волной. Я не стала задерживаться и мгновенно дала дёру. Я бежала по коридору к лифту, еле сдерживая слёзы.

      Но мои шаги не были слышны ни одному уху, находившемуся в обычном мире.

Часть 21

      Но куда я могла убежать? Потолок был слишком высоко, а на кнопку лифта я не могла нажать из-за своей бестелесности. Заслышав чьи-то шаги, я в страхе оглянулась. Не желая мешкать (а из-за этого и не долго думая), я задержала дыхание и провалилась под пол.

      Почти сразу же моё продвижение замедлилось, как если бы мне пришлось наткнуться на что-то твёрдое. Вязкое. Этим что-то оказалось нагромождение чёрных ящиков. Оценив ситуацию ещё раз, я поняла, что они лежат не друг на друге, а на стеллаже высотой яруса в три. Делать было решительно нечего, и я стала опускаться с третьего уровня, на котором стояла, вниз, пока не дошла до пола (хотя щиколотки успели пройти сквозь бетонную поверхность). Удостоверившись, что рядом никого нет (будто кто-то мог меня увидеть, серьёзно), я села на пол, «прислонившись» к одному из ящиков. Освещение здесь было тусклое, поэтому рассмотреть размеры помещения не представлялось возможным. Меня совершенно не смущало, что некоторые из ящиков проходили сквозь меня. Мне было вообще всё равно. Я подтянула коленки к груди и дала волю эмоциям. Слёзы одна за одной скатывались по щекам, а плечи то и дело вздрагивали, но ни один звук или всхлип не нарушили тишину этого места. «Нет, я не плачу. И не рыдаю.» — пронеслось у меня в голове, на мгновение вызвав улыбку.

      А чего я, собственно говоря, ожидала? Не знаю. Наверное, ничего. Какая глупая ложь. Ну не могла же я рассчитывать, что реакция принца-завоевателя будет такой же, как у Старка! Нет, нет, определённо нет. Я просто не могла (или не хотела?) предположить, что со мной могут обойтись как с куклой. Как с расходным материалом. Паршиво. Гадко.

      А что тогда? Надо признаться хотя бы самой себе: я не была готова к реальности. Я вновь прикинулась наивной дурочкой, поэтому меня так быстро и прочитали. Неужели я так никогда и не научусь общаться с людьми? Да нет, мои новые «знакомые» меня явно чему-то научат. Если я, конечно, решусь вернуться на поле к заранее проигранной партии.

***


      Видимо, я ненадолго задремала. Не думала, что это возможно. По крайней мере, я смогла взять себя в руки. Плаксой я никогда не была, поэтому мне совершенно не нравилось охватившее меня состояние безнадёги. Придя к выводу, что если уж меня оставили в покое, то надо повнимательнее осмотреться (в очередной раз), я встала. Как ни странно, слёзы помогли мне: на время все чувства были упрятаны за глухую стену, а внутри меня вновь образовалась пустота.

      Я стояла среди ящиков, некоторые из которых по прежнему проходили сквозь меня. Они были почти все одинаковой длины и ширины, поэтому помещение походило на склад, а не на отделение военной базы. Выбравшись из стеллажа, я осмотрелась. Да, это, определённо, склад. А какой он может быть у Щ.И.Т.-а?

      — Правильно, оружейный, — выдохнула я, устав от гнетущей тишины. Голос на мгновение разрядил обстановку, но в тот же миг стих. Пытаясь уловить эхо, которого не последовало, я различила тихий разговор где-то вдалеке. Мужчина и женщина. Ну, агенты, они же тоже люди. Вроде бы.

      Нужно было узнать, что это за оружие. Хотя, скорее всего, я догадываюсь. Нет, ну что ещё может храниться на такой глубине, тем более в непосредственной близости от Тессеракта? Какая из Фаз? Неважно.

      Но как? Посмотреть внутрь. Как? Как в воду. Это довольно неприятно осознавать, что ты «окунаешь» своё лицо в ящик. Брр. Меня аж передёрнуло. Ладно, свыкнемся. Заглянув в несколько ящиков, которые действительно обладали внушительным содержимым, я не нашла ничего необычного. Лишь пройдя ещё дальше вглубь склада, мне удалось обнаружить более интересные экземпляры. Вернее, оружие «Гидры». Понять это мне помогли соответствующие эмблемы. Да и по виду они были похожи на ту громадину, которую Роджерс принёс в лабораторию на Хелликарьере.

      Довольно близко послышались шаги, и я насторожилась. Нет, всё тихо — это патрульные сменяют друг друга. Что ж, мне же лучше.

      Я уже собиралась уходить, как голоса послышались буквально в шаге от меня. Те же, что я слышала несколькими минутами ранее — агентов, которые тоже люди. В голосах проскакивали знакомые нотки и интонации, насторожившие меня. Но когда из-за незамеченного ранее поворота вывернула пара агентов, я инстинктивно отшатнулась назад, не разглядев лиц. Не больно-то и хотелось, на самом деле. Так как делать здесь мне было больше нечего, я направилась за ними в надежде узнать что-то новое. По правде сказать, я просто очень устала быть одна, а возвращаться к триктеру желания не было. Вслушавшись в их разговор, я поняла, что они направляются в тренировочный зал. Интересно, разве обычные агенты имеют право спокойно расхаживать среди орудий Фазы?

      Внезапно они остановились, и я врезалась в девушку, попутно пролетев сквозь неё.

      — Нат, ты в порядке? — поинтересовался парень, заметив, что его спутница вздрогнула.

      — Да, просто мурашки по коже, — спокойно ответила та, не придав произошедшему никакого значения.

      Я же, выбравшись из стенки и встав позади агентов, немного удивилась, не веря своим глазам.

      — Точно? — не унимался агент. Что-то явно не устраивало его в поведении боевой подруги. Или он просто захотел сменить тему.

      — Да точно, точно, — прервала его девушка, явно намереваясь вернуться к прерванному разговору. — И как надолго тебя к нему приставили, Клинт?

      — На всё время, пока ведутся работы, — пожав плечами, отозвался агент Бартон.

      — Чёрная Вдова? — вырвалось у меня. Я не ожидала её увидеть, особенно в очередном новом-старом образе. Волосы ещё вились, но были не такие длинные, как во втором фильме, и не такие короткие, как в «Мстителях». Впрочем, я вообще не ожидала её увидеть. И, в очередной раз, я просчиталась. Видимо, быть мне гуманитарием!

      К моему сущему удивлению, Романофф внезапно развернулась.

      — Кто здесь? — она держала наготове пистолет, но смотрела сквозь меня. Признаю, я испытала искреннее облегчение от своего нынешнего положения «призрака». Уж если она на Халка пошла одна (почти), то мне бы явно ничего хорошего не светило.

      — Нат, точно всё хорошо? — изумился Соколиный Глаз, разворачиваясь вслед за напарницей. — Здесь никого нет, — он заботливо положил ей руки на плечи.

      — Да, ты прав, — произнесла Вдова после короткой паузы, одновременно убирая пистолет. — Так, наверное очередное приведение какого-нибудь наёмника, с которым мы с тобой расправились в Будапеште, — усмехнувшись, девушка повернулась к стене, где уже был открыт проход в освещённое помещение.

      — Наташа, ты же знаешь: мы с тобой помним Будапешт по-разному, — примиряюще сказал Клинт, ведя Романофф в светлый коридор.

      Дверь мерно закрылась передо мной, вновь отрезая меня от каких-никаких знакомых. Я могла последовать за ними, но, задержавшись ещё буквально на пару секунд, развернулась и пошла в другую сторону. Почему она меня услышала? Непонятно. В любом случае, здесь я на свои вопросы не отвечу. Надо попасть наверх. Лифт? Нет. Самое надёжное сейчас — лестница. Поищем. Как хорошо, что времени у меня вагон и ещё один такой же.

***


      Многими уровнями выше в палате со слабым освещением, исходящим от мониторов, и оглашаемой мерным попискиванием приборы фиксировали мало-помалу растущую мозговую активность. Вновь вошёл доктор и принялся записывать очередные показатели. Сильных изменений пока не наблюдалось, но положительная тенденция, очевидно, уже наметилась.

***


      Пребывая в хорошем расположении духа, Старк вошёл в мастерскую. За окном была ночь, поэтому изобретатель не был обременён делами. На ходу разговаривая с Джарвисом, он подошёл к костюмам, стоявшим в капсулах. День прошёл удачно: даже встреча с Колсоном принесла свои плоды. Пеппер вновь улетела в Нью-Йорк по работе (ибо Тони решил оставить её на месте гендиректора), так что дома никого, кроме Дубины, дворецкого и гения, миллиардера, плейбоя и филантропа в одном лице, не было.

      — Джарвис, мы можем взломать базу данных Щ.И.Т.-а? — внезапно спросил Старк, попутно отворачиваясь от «доспехов».

      — На данный момент нет, сэр, — ответил искусственный интеллект, ничуть не смутившись каверзного вопроса своего создателя.

      — А они нас могут, — о чём-то задумавшись, произнёс Тони. — Что ж, будем учиться, — добавил миллиардер садясь за компьютер.

Часть 22

      Я тихо шла, всё ещё внимательно прислушиваясь к каждому шороху. Постоянно оборачиваясь и оглядываясь, я то и дело «натыкалась» на стены. Когда в очередной такой раз я застала в какой-то лаборатории страстно целующуюся парочку, оказавшись ровнёхонько между ними, я вылетела из помещения, отплёвываясь, и направилась в противоположную сторону, больше не обращая внимания ни на один звук.

      Я старалась ни о чём не думать, но на самом деле, меня волновал один вопрос. Только один. Почему Наташа меня услышала? Ну, или ощутила моё присутствие. Но почему именно она? Должно же что-то здесь быть. Возможно, я смогу найти ответ на этот вопрос в её личном деле. С другой стороны, а зачем мне это? Да и личное дело её я вряд ли отыщу, не имея ни малейшего понятия, где оно находится. Вот чувствую, что разгадка где-то рядом, буквально на языке вертится… Ладно, забудем, может, хоть этот вопрос соизволит решить сам себя.

***


      Несколько дней ничего не происходило. Я просто переходила из одного помещения в другое, из одной лаборатории в другую и так далее. Наблюдала за жизнью людей, которая текла своим чередом, думала о своей. Да уж, после такого путешествия мне будет тяжело. И морально, и физически.

      Обратную дорогу я потеряла ещё в первый день и даже не пыталась её разыскать. Зачем? Что я там могу найти, в этой серой палате? Такой же серой и безрадостной, как и мои будни. Ответ? Это вряд ли. Прям сплошная безысходность.

      Мне даже поговорить было не с кем. Некуда было записать свои мысли, некому было изложить, что накопилось у меня на душе. Мысли и эмоции с каждым днём наваливались всё большим грузом, рассеивая моё внимание и, словно, меня. Нет, была тут одна царская особа, способная услышать мою речь, но вот не слишком меня тянуло к возобновлению нашего прерванного разговора. Ничего хорошего это мне не предвещало, в этом я успела убедиться на собственном опыте.

      Несмотря на то, что мне не требовались ни еда, ни отдых, ни что-либо ещё, без чего нельзя обойтись в настоящей жизни, я устала от бесконечных лабиринтов коридоров, от постоянных блужданий. Порой, утомившись от собственного безделья, я садилась куда-нибудь (будь-то хоть чей-то кабинет, хоть лестница) и, задумавшись, проваливалась в беспокойную дрёму, но заснуть не могла. Ну да, призраки не спят. Однако в такие минуты я постоянно переживала заново те страшные и бесконечно долгие мгновения на Stark Expo. Взрывы, крики, боль, летающие туда-сюда дроны, куски стекла… И зачем я вообще туда сунулась? Вот не сиделось мне спокойно в Малибу! А ещё это странное и непонятное перемещение и, судя по всему, телекинез, иначе почему меня не придавило? Ладно, не лучший пример. Но ведь Локи отлетел от меня, и это явно не он сам себя откинул (хотя сама мысль об этом показалась мне забавной). К Тессеракту теперь путь закрыт, это точно. А мне и не надо. Мне уже перепало. Как говорится, любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Несомненно, я получила по полной за свою чрезмерную любознательность и безмерное упрямство, но вот назад ничего вернуть нельзя.

      Смогу ли я возвратиться домой? Смогу ли я возвратиться хотя бы в своё тело? Это дурацкое чувство неопределённости глодало меня изнутри, не давая ни на чём толком сосредоточиться: ни на мыслях, ни даже на скупом существовании сомнамбулы.

      Наконец, я забрела в какой-то командный центр. Опять компьютеры, компьютеры, люди в одинаковой форме, компьютеры. Надоело. Я с тоской смотрела на всех этих агентов, что-то активно анализирующих, ищущих кого-то, ходящих туда-сюда, живущих нормальной жизнью. Возможно, у них даже есть счастливые семьи, ждущие их с работы. Семьи. К горлу вновь подкатил комок от воспоминаний о родных, друзьях, обо всех, кто меня окружал. С трудом подавив его, я стремительно вышла из кабинета. Не знаю, но мне было как-то слишком противно наблюдать за их спокойствием. А они ведь даже и не подозревают, что скоро окажутся втянуты в межгалактическую войну. Ну и пусть — им встряска не помешает. Жестоко. Нельзя так думать.

      Собственно, встряска не помешает и мне. Да, знаю, что я абсолютно безрассудный человек, не умеющий здраво оценивать ситуацию, но мне жизненно необходима была встряска. А где её найти — это я знала без проблем.

      Обнаружив лифт, я начала опускаться вниз сквозь пол рядом с данным сооружением, дабы не провалиться в саму шахту. «Только Тора с Кэпом ещё и не встретила в этих катакомбах, » — пронеслось у меня в голове. Да, здесь, мне кажется, есть все, только я с ними не пересеклась. Натолкнулась даже на Клинташу. Интересно, почему она всё-таки уйдёт к Стиву? Нет, всё по канону, просто…

      Кажется, я нашла ответ на один из вопросов. Остановившись на одном из уровней, я принялась размышлять. Что объединяет этих двух людей: Наташу и Стива? Им обоим вводилась сыворотка Супер-Солдата, улучшающая все человеческие навыки и рефлексы. Пусть Романофф и была вколота видоизменённая сыворотка, так называемая «Сыворотка Бессмертия», это дела не меняло. Может быть, я и не права, но эта теория хоть в какой-то степени объясняет произошедшее на складе. А, может, это всего лишь за уши притянутые домыслы фанатки. Не суть.

      Я продолжила спускаться вниз и примерно через минуту уже стояла на нужном мне уровне. «А это мне надо?» — я отогнала вполне благоразумную мысль и двинулась вперёд по коридору. Все чувства, в том числе и самосохранения, притупились после нескольких бессонных дней, так что меня вновь встретило всё то же гигантское помещение, разделённое на две половины: до Тессеракта и после. Сегодня здесь было тише, чем когда я была здесь в прошлый раз. Может быть, уже ночь? Хотя нет, это вряд ли что-либо объяснило — они же работают круглые сутки.

      Войдя в помещение, я с опаской осмотрелась. Локи нигде не было. Я испытала непонятное чувство облегчения с примесью грусти. Нет, я не забыла, как со мной обошлись. Я просто вновь поняла причины. Да и сама я вела себя не лучшим образом. Мда, моя отходчивость будет мне плохим советчиком в жизни.

      Я направилась прямиком к кубу, внутри которого перемещалась и бурлила магия. Всё-таки интересно, как в таких маленьких размерах могут помещаться такие разрушительные силы? Немного колеблясь, я поднесла одну руку к Тессеракту, всё ещё не касаясь его. Затем другую. И вот я уже «держусь» за куб обеими руками, ощущая лёгкое покалывание. Видимо, артефакт существовал и в той зоне, где оказалась я.

      — Зачем ты сюда пришла? — я не обращала никакого внимания на голос, доносившийся откуда-то справа, но он немного застал меня врасплох, на мгновение вызвав глупую улыбку из серии «Я была права». Пришла и пришла — какая ему разница? — Тебе что, мало было?

      Я вновь проигнорировала трикстера, откровенно нарываясь на неприятности. Я просто смотрела в куб. В тот момент мне почему-то яро казалось, что терять было уже нечего. А что? Вселенную потеряла, тело тоже. Да и духом я, порядком, ослабла.

      Тем временем покалывание едва заметно увеличилось. Я заметила это только из-за того, что энергия начала более сумбурно двигаться. Что ж, посмотрим, что будет дальше. Я пришла сюда с неопределёнными целями, а, значит, мне нечего опасаться. Пока.

      — Отойди, — послышался всё тот же холодный голос, и всё тот же ноль внимания с моей стороны. — Я сказал, отойди.

      Уже грубее. Я заметила боковым зрением, что Локи сделал пас рукой в мою сторону. Надо ли говорить о моём внутреннем ликовании, когда ничего не произошло. Вместо этого я сама убрала руки от куба, всё ещё продолжая ощущать покалывания в пальцах, и, отойдя от мага на безопасное расстояние (о да, безопаснее только сесть на улей с пчёлами), я приготовилась его слушать.

      — Ты что, серьёзно думала, что меня может заинтересовать та чепуха, которую ты несла? — в его словах опять было презрение, но я уже успела свыкнуться с мыслью об этом. — Ты считаешь, что я не узнаю у тебя, что было дальше? — в голосе трикстера промелькнула какая-то догадка, а в глазах играли огоньки, приковывая к себе взгляд. Впрочем, я и не хотела отрываться. — Ты что, пришла торговаться за свою никчёмную жизнь?

      Я чуть было не начала яро доказывать обратное, ибо у меня даже в мыслях подобной ерунды не было. Это же смешно! Но ведь, это была идея. Можно зацепиться и поиграть у него на нервах. Или наоборот, повеселить его. Ведь если мне стало скучно в таком положении спустя пару дней, то какое состояние должно было быть у младшего принца? Сколько он уже заперт здесь?

      — Может быть, — я равнодушно пожала плечами. — Может, я хочу узнать, как выбраться отсюда.

      — Так ты за «дружеским» советом пришла, — Локи усмехнулся той своей бесподобной ухмылкой, как только он умеет. — Тогда ты, несомненно, совсем с ума сошла. Ты что, действительно думаешь, что я буду тебе помогать? Тебе, неразумной смертной. И, судя из твоего рассказа, вообще непонятно как оказавшейся здесь.

      Это определённо была плохая идея. Я немножко забыла, кому собралась играть на нервах, поэтому неудивительно, что предательская инициатива уже почти полностью перешла в руки моего оппонента. Да о какой инициативе может идти речь, если ты изначально пришла на чужое поле играть чужими фишками?

      — Все мы немного сумасшедшие, — я старалась сохранять спокойствие и попыталась как можно более равнодушно пожать плечами. — Кто-то в большей, кто-то в меньшей степени.

      — А ты, судя по всему, ещё и глупая, — я закусила губу, так как сама уже начинала так думать. Интересно, ещё не поздно развернуться и уйти?

      — Судя по тому, что я вновь заявилась сюда, ты прав, — может, сказать ему, что я думаю. — Мне просто скучно там, — я указала пальцем наверх. — А здесь «живых людей» больше.

      — Я не человек, — скрипя зубами сказал Локи.

      — Полу ас, полу ётун, — скептически заявила я. — Да-да, знаем, — я отмахнулась от него рукой, состроив пренебрежительную гримасу. Общение со Старком определённо точно не пошло мне на пользу.

      — Да как ты смеешь так со мной разговаривать, — ой, кажется я кого-то разозлила: руки принца начали становиться синими. Всё нутро вопило об одном. Бежать! Но я не могла. Я выдохлась здесь. Устала от всего. — Ты не выйдешь отсюда живой: я сделаю так, чтобы ты навсегда осталась в этом мире, вернее, между мирами; чтобы ты никогда не увидела солнца, никогда не вернулась к своей семье, родным, никогда не смогла вновь обнять их; чтобы ты прочувствовала всю ту боль, которую пришлось пережить мне… — он говорил это с такой холодной яростью, что ему нельзя было не поверить. Но я отчего-то не верила. Вместе со страхом, обосновавшемся в моей душе, там зарождалось неведомое мне раньше ощущение. Нет, не ненависти. Я не знаю, что это было, но я не хотела, чтобы ас продолжил и закончил свою тираду. Покалывание в пальцах усиливалось, на глаза наворачивались непонятно откуда взявшиеся слёзы безнадёжности. Да, эта идея была провальной ровно с того момента, как я решила идти сюда. Иногда надо бы включать разум. Вот только для начала надо бы соскрести его остатки.

      — Замолчи, — негромко сказала я, сжимая руки в кулаки. Самое ужасное для меня было то, что я потом всё равно забуду, прощу и буду жить с причинённой мне болью, но буду. Я не умела отрекаться от всего ранее пережитого, и я заранее была обречена на то, чтобы затем в воспоминаниях переживать этот момент снова и снова. Говорят, умный учится на чужих ошибках, а глупый — на своих. Я же вообще не учусь.

      — Не нравится? — холод, которым было пропитано каждое его слово, резал по ушам, заставляя меня морщиться.

      — Просто замолчи, пожалуйста, — ещё раз повторила я, пытаясь взять себя в руки. Поздно: этот момент уже утерян.

      — Нет, дослушай, — он измывался надо мной, как кот порой отпускает побегать мышку перед тем, как снова её поймать. И съесть. — Я сделаю всё это, и ты научишься бояться меня. Ты будешь заперта в собственных воспоминаниях, в собственных мыслях, не имея возможности ни изменить это, ни забыть.

      — Заткнись, — он словно читал мои мысли, хотя у меня и на лице всё было написано.

      — Ну что, проторговалась… — так, это уже последняя капля.

      — Заткнись, — исступлённо повторяла я, а внутри закипала ярость. Я не выдержу этого укола. Это будет последним камнем, после которого начнётся обвал.

      — … глупая, ничтожная, мямлящая… — он растягивал каждое слово, ехидно усмехаясь.

      — Только попробуй, — громче сказала я, стискивая зубы.

      — … девка.

      Всё.

      С криком, полным отчаяния, я кинулась на принца, пытаясь нанести боковой удар левой рукой (Почему левой? Ума не приложу). Без труда перехватив мою кисть, он принял свой настоящий облик. Вместо холода синих глаз на меня смотрели два красных уголька, прожигавших насквозь. Руку обдало обжигающим холодом, и я вскрикнула, но ас не останавливался. Я закусила щёку, чтобы сдержать боль, и попыталась ударить ётуна правой рукой. Через мгновение и её обдало холодом. Я ещё раз вскрикнула, и непременно упала бы, но Локи не отпускал мои запястья, наслаждаясь причиняемой мне болью. Беззвучные слёзы текли из уголков глаз, а я безуспешно пыталась оттолкнуть мага. Не получилось. Боль проникала в каждую клеточку тела, но уже не огонь, как в первый раз, а леденящий холод. Я поняла, что куда-то уплываю, не в силах больше удерживать сознание в этой ничтожной пародии на тело. Словно сквозь вату до меня донеслось «Нет». Я не знаю, был ли это мой крик, так как я не могла распознать ни один звук, даже свой голос в таком состоянии, но в этом возгласе была и злоба, и какое-то едва уловимое разочарование…

***


      Нет!

      Мерный писк приборов стал настойчивее. Глаза привыкали к темноте, чей мрак рассеивало лишь свечение мониторов. Я не чувствовала ничего. Неужели всё повторяется?

      Резкий свет заставил меня заморгать. Как же мне плохо. Захотелось приподняться, но я не смогла этого сделать.

      Ко мне подошёл мужчина. Кажется, именно он лечил моё тело. Странно, он смотрит на меня так, будто видит.

      — Добрый день, мисс Браун, — он улыбнулся, запутав меня в конец. Почему он называет меня по той фамилии, которую я сказала Колсону в Малибу? — Не волнуйтесь, Вы находитесь в госпитале. Вы были в коме около четырёх недель. Отдыхайте: Вам надо набираться сил.

      Я зажмурилась, не веря услышанной информации.

      Я вернула саму себя. Я очнулась.

***


      Несколькими минутами ранее много уровней вниз в лаборатории, где изучают Тессеракт, произошёл выброс энергии больший, чем обычно. Некоторые компьютеры начали глючить, но всё прекратилось так же внезапно, как и началось.

Часть 23

      — Неужели ты думала, что можешь убежать от меня? — приятный бархатный голос, казалось, заполнял всё безмерное пространство. Тихий и спокойный, но от этого не терявший присущую ему величественную надменность. Его владельца не было видно, но мне это было и не нужно. Я просто стояла, прикрыв глаза и улыбаясь, и впитывая те безмятежные минуты, которые непонятно откуда взялись у меня. Но мне было не до размышлений: я просто наслаждалась моментом, наслаждалась затишьем перед бурей, наступавшей всегда точно по законам жанра.

      — Нет, — я ответила тихо, но сомнений в том, что меня услышали, не было. — По правде говоря, я и не хотела; это были всего лишь секунды необузданного страха, который обычно проходит так же быстро, как и начинается.

      — Врёшь. И ты думаешь, что я не стану исполнять свою угрозу? — казалось, у нас завязалась какая-то непонятная мне игра, отчего появлялось ещё большее желание включиться в неё. Нет, не буду строить никакие козни. При учёте того, что я и строить-то их не умею.

      — Хех, да кто тебя знает, — усмехнувшись, произнесла я, представляя эту белоснежную улыбку.

      — Правильно: никто, — в голосе начала ощущаться сталь. Уже научившись подмечать даже малейшее изменение в интонации, я насторожилась, но, как мне сперва показалось, на этот раз всё было спокойно. Ложная тревога. Ошибка системы.

      Где-то вдалеке послышался звон стекла, который неумолимо приближался. Я открыла глаза и с ужасом (но без удивления) осознала, что вновь нахожусь в том злосчастном павильоне. Я попыталась бежать и, к подтверждению своих догадок, успела аккурат перед тем моментом, когда стекло обрушилось на то место, где стояла я. Резкая боль в ноге. Порез. Но ведь, это уже было. Да?! Я вновь кинулась бежать, а в голове вместо звучащих здесь и там взрывов и криков раздавался всё тот же спокойный ледяной голос:

      — Я заставлю тебя, — меня отбросило в сторону взрывом. Такого не было в сценарии! — Переживать самые страшные для тебя моменты вновь и вновь, — я оказалась под падающим глобусом, искренне надеясь на спасшее меня тогда перемещение. — Я научу тебя, — теперь я уже была в павильоне с растениями, где на меня обрушивалась крыша. Закрывшись руками, я приготовилась к неминуемому удару. — Бояться.

      — Нет! — непроизвольно вырвалось у меня, когда вокруг опять начало формироваться пламя. Но его, почему-то, не последовало. Вместо этого я стояла на мосту, наблюдая чужое, но до боли знакомое падение в космическую бездну…


***


      Нет.

      Я открыла глаза. Аккуратно присев на кровати, я пыталась отдышаться. Сколько ещё это будет продолжаться? Всё та же палата, те же приборы. Всё тот же сон, который преследует меня вот уже около недели, порой меняясь только в незначительных, но таких заметных мелочах. Например…

      Откуда там взялся Биврёст? Не припомню, чтобы это для меня было самым трагическим и пугающим моментом. Ну, не то, чтобы совсем. И всё-таки, скорее нет, чем да. Бессмыслица какая-то.

      Уже около двух недель я проходила курс реабилитации в Щ.И.Т.-е, хоть они и всячески старались сделать маскировку под больницу (что получилось вполне неплохо), я прекрасно знала, где нахожусь. К счастью, пока я была в коме, перелом успел срастись, поэтому нужно было делать всё осторожно, чтобы не повредить что-нибудь. Не знаю, что у меня там было сломано: после нескольких попыток врачей объяснить мне это, я просто кивнула головой в знак того, что поняла, хотя мне просто уже надоело слушать их врачебный английский, и я искренне начинала понимать негодование кэпа и его фразу: «Говори нормально!». Или же, что в моей ситуации было более резонно: «Speak English!». В любом случае, мне не очень-то улыбалось то, что я начинала понимать Стива. Уж больно он правильный. Да и причёска у него дурацкая.

      Рану на ноге зашили, и там остался красоваться только шрам, коих у меня и так было довольно много. В принципе, у ног были одинаковые шансы сравнять их симметричности относительно ушибов, синяков и шрамов. Да ладно, у кого остались девственно-чистые коленки после игр во дворе? Если же и есть такие, то они, скорее всего, либо надевали на ноги специальную защиту, либо же не гуляли вообще.

      Пару раз ко мне заглядывала Наташа под видом медсестры и задавала разные вопросы, как бы проверяя, есть у ли у меня сотрясение. Так как большую часть информации приходилось скрывать, то я уже, мягко говоря, заколебалась придумывать различные истории. И это не сказывалось благополучно. Вскоре я сама начала запутываться в собственном алиби, поэтому отговорки становились всё смешнее и бессмысленней.

      — Я же уже сказала, что я из России, — я устало откинула голову на подушку после очередной проверки. Да, так я скоро свою ложь буду знать лучше, чем свою же правду.

      — И куда ты оттуда поехала? — на чистом английском спросила Наташа, задавая сей вопрос уже в который раз.

      — В Англию, — повторила я, закрыв глаза, утомившись от этого однообразия.

      — Но ведь ты говорила, что уехала в Санта-Монику для обмена? — удивилась агент Романофф. Ей бы в театре с таким талантом играть. А вот я явно прокололась.

      — И туда тоже, после Англии, — я постаралась сохранить серьёзную мину, но всё же немного закусила губу. Нат, кажется, заметила моё волнение. — Видимо, вспоминаю новые подробности после удара.

      — Да, похоже на то, — в глазах Романофф мелькнул знакомый огонёк «успешно произошедшего сотрудничества». Вставая, агент пожала мне руку. — Поправляйся, Маша.

      — Спасибо, Натали, — всё-таки мне было жаль, что она уходит. Не хотелось оставаться наедине с собственными мыслями. Они пугали. — Наташа подходит тебе больше, — по-русски сказала я, когда шпионка уже открыла дверь. Мне показалось, что она замешкалась на пару мгновений, но, молниеносно сориентировавшись, вышла, заставив меня гадать, услышали меня или нет.

***


      — Джарвис, нужно будет ещё раз провести диагностику костюма и откаллибровать всё по полученным результатам, — Тони снимал сенсоры с рук. Пока он это всё не наладит, новую модель нельзя использовать: это ясно давали понять синяки, полученные после многочисленных неудачных попыток. Сколько времени ещё придётся потратить на стабилизирование работы сборного аппарата нового костюма, изобретатель не знал. К тому же, это пока не было его приоритетом.

      — Да, сэр. — ответил Джарвис, уже запуская протоколы сканирования. — Вам звонит агент Колсон.

      — Соединяй, — приказал Старк, садясь за компьютер и одновременно надевая на ухо Hands Free by Stark Industries. — Соскучились, Колсон? — миллиардер улыбнулся, начиная отслеживать звонок. — Что-то давно Вас и Вашей организации не было слышно.

      — Просто мы не хотим, чтобы кто-то знал о наших делах, — сдержанно ответили на том конце провода. — Вы можете навестить Вашу гостью из России. Адрес, скорее всего, у Вас уже есть, — агент явно улыбался, о чём свидетельствовал довольный голос трубки.

      — Как это Вы догадались? — удивление, изображённое Старком, явно порадовало Колсона, потому что через секунду из трубки раздался сдержанный смешок. Разорвав соединение, миллиардер обратился к дворецкому:

      — Я поеду завтра, а пока надо понять нашу недоработку и найти их более слабое место, — гений принялся возиться с компьютером, выводя различные схемы на голографический экран позади себя. — Должны же мы рано или поздно взломать базу данных Щ.И.Т.-а, м?

Примечание к части

Hands Free - bluetooth-гарнитура, надевающаяся на ухо и позволяющая продолжать работать/вести машину и так далее, а также попутно разговаривать по телефону.

Часть 24

      За окном был виден ночной Нью-Йорк. Прохладный ветерок влетал в комнату, раздувая занавески, охлаждая мысли. Ну и что, что это обычный кондиционерный воздух, мне было просто хорошо. Я стояла около окна, находившегося якобы на восьмом этаже, наблюдая за голографической, но всё же жизнью ночного города. Было довольно легко поверить в действительность происходящего внизу. То здесь, то там сновали жёлтые такси, каждый день развозя сотни тысяч судеб в разные стороны. Толпы людей перемещались из одного места в другое, смешиваясь в бурлящую жизнь огромного мегаполиса. Никто из них даже и не думал о том, что каждый день, каждый час, каждую секунду за их безопасностью следит какая-то секретная организация, которая, в целях безопасности, знает всё о всех и о тебе самом. Те, кто так думали, считались параноиками. Несомненно, можно представить человека в здравом уме, смело заявляющем о правительственной слежке (хотя Хемингуэйя тогда и сослали за такие заверения в места для «поправки здоровья»). Но совсем другое — это серьёзно рассуждать о возможном существовании тайной организации, охраняющей тебя от странных людей, существ с непонятными способностями, от внеземных интервентов. Таких принято считать параноиками и, как правило, избегать в реальной жизни.

      Никто из них, кто в живую гулял по улочкам, являясь неповторимым оригиналом для создания такой чёткой и верной проекции, даже и не предполагал, что через несколько месяцев на них нападут инопланетяне во главе с мстительным Богом хитрости и коварства. Никто даже и представить себе не мог, что спокойная жизнь их будет вскоре разбавлена событием, которое потрясёт весь мир. И никто даже и вообразить не мог, что ожившая легенда, гений-миллиардер-плейбой-филантроп, два сильнейших агента той самой секретной организации, полубог из Асгарда и специалист по гамма-излучениям объединятся вместе, дабы противостоять падению Нью-Йорка, а следом за ним и Земли.

      Я отошла от окна, потирая виски пальцами. Голова не раскалывалась, но три ночи без сна давали о себе знать. Осушив ещё одну чашку крепкого чая (во-первых, там больше кофеина, а во-вторых, я терпеть не могу кофе!), я с горечью поняла, что сегодня поспать всё же придётся. Самое тяжёлое время без сна — это с 23:00 до 02:00. По крайней мере, мой мозг считал именно так. На часах было двадцать восемь минут первого, а значит оставалось продержаться всего каких-то полтора часа. До этого я коротала ночи за электронной книгой, которую смогла выпросить у Наташи — последние несколько дней она ко мне совсем не заходила. Должно быть, отправилась на внеочередное задание где-нибудь за океаном. И несмотря на то, что я её лично совсем и не знала, я искренне надеялась, что с ней ничего плохого там не произойдёт.

      Сегодня же читать не было ни малейшего желания, поэтому я мерила шагами реабилитационную палату, в которую меня перевели. Она была на том же уровне, что и предыдущая, но немного дальше по коридору. Ну, так мне объяснил один из агентов. Шесть шагов в длину и четыре в ширину. Кровать, тумбочка, зеркало, окно. В маленькой комнатушке по соседству санузел. В общем, серость. С каждой минутой спать хотелось всё больше, но только не морально. Как там в песне? Ах, врагу не сдаётся наш гордый варяг! Не спать! В одном я была твёрдо убеждена, что стоит мне отсюда выбраться, как всё прекратится. Всё. И я смогу пожить несколько месяцев нормальной жизнью. Ну, относительно нормальной. Не считая того, что я буду жить в доме у Железного Человека. Сомнений в том, что дорога домой закрыта, не было: я смогу вернуться туда только так, как попала сюда. А здесь уже не обойтись без магии Биврёста. Надо признать, что я тут застряла до определённого момента. Ладно хоть с нужными людьми успела познакомиться, хоть когда-то моём везение меня не подвело.

      Подойдя к небольшому зеркалу, я невольно улыбнулась. На меня смотрела худая, нет, истощённая за время пребывания в больнице девушка. Голубые глаза глядели то ли с грустью, то ли с усмешкой. Я провела рукой по выделявшимся скулам. Нет, это уже слишком. Спутанные длинные волосы неаккуратно, но всё же обрамляли неестественно бледное лицо, придавая ему ещё более исхудавший вид. Они успели отрасти, о чём ярко свидетельствовал русый цвет у корней. В чёрный всё. Надоело. Просто в чёрный. И ни что из этого не следовало.

      Я устало плюхнулась на кровать, заставив её немного скрипнуть от неожиданности. На часах — сорок минут. Как же долго тянется время! Отвесив себе лёгкую пощёчину, я взглянула на книгу, покоившуюся на тумбочке. Медленно поднявшись, та начала свой полёт ко мне, но с грохотом ударилась об пол рядом с кроватью. Я невольно поморщилась, сомневаясь в целостности аппарата. Ещё раз сосредоточившись, я приземлила книгу аккурат на подушку. Видимых повреждений не было. Что ж, нужно было что-то предпринять, и, возможно, попытка скоротать время за чтением не была такой уж и провальной.

      Однако очередная глава просто не давалась. Мне приходилось концентрироваться буквально на каждом предложении, перечитывая его по несколько раз, чтобы уловить суть. Но и это было бесполезно. В голову всё лезла и лезла назойливая мелодия песни, которая отсутствовала в книге, но была в фильме. Сосредоточиться не получалось.

      Я откинулась на подушку, а в голове не переставала играть назойливая мелодия:

      Home is behind, — и не говори, совсем позади.

      The world ahead. And there are many path to tread, — в количестве дорог убедились на собственном опыте.

       Through Shadow to the edge of night…

      Книга выпала из рук, уже второй раз за сегодняшнюю ночь громко ударившись об пол, но проснуться не получилось.

***


      — Что, сбежать не удалось?

Примечание к части

Home is behind, - наш дом позади,
The world ahead. And there are many path to tread, - весь мир - впереди. И много дорог нам надо пройти.
Through Shadow to the edge of night... - сквозь тень и мрак до края в ночи.
Перевод приблизительный мой.
В фильме (вся песня):
Наш дом уснул, но мир не ждёт,
Зовёт дорога нас вперёд
Покуда шлёт лучи звезда
До грани ночи, а тогда,
Уйдёт печаль, и исчезнет тень,
Наступит новый светлый день.
Использована песня из фильма "Властелин Колец: Возвращение Короля", написанная и исполненная актёром, игравшим Пина (Billi Boyd).

Часть 25

      — Её можно будет забрать? — серьёзно спросил Старк, идя по хитросплетению коридоров основной базы Щ.И.Т.-а.

      — Думаю, да, — ответил Колсон, немного нахмурившись. — Только есть небольшой нюанс.

      — Всегда есть «но», — недовольно всплеснув руками, Тони констатировал сей успевший доконать его факт. — В чём на этот раз?

      — Понимаете, мы сделали всё для того, чтобы она думала, будто попала в больницу.

      — И вы действительно думаете, что она ни о чём не догадалась? — перебив Колсона, миллиардер саркастически усмехнулся. — То-то я смотрю, у вас всегда всё просто получается.

      — Я сделаю вид, что не услышал Ваши замечания, — Фил улыбнулся, и обстановка заметно разрядилась. — Дело в том, что мы пригласили Вас сюда именно для того, чтобы Вы забрали её и увезли уже на своей машине, — агент немного нахмурился, поймав на себе удивлённый взгляд Старка. — На случай, если действие снотворного закончится раньше.

      — Господи, как замудрили-то всё. А просто выписать больничный лист нельзя было? — проведя рукой по лицу, высказался Тони. — И всё же, Колсон, я не устану повторять Вам о негуманности ваших методов, — миллиардер не смог сдержать улыбку, потому что все эти ухищрения казались ему пустой тратой времени. Действительно, просто не верилось в то, что человек, довольно много (по мнению Старка) знающий об их реальности, до сих пор не смог догадаться о своём местонахождении. Но спорить с организацией было бесполезно, поэтому Тони просто строил умозаключения, как и обычно.

      — Порой без этого невозможно обойтись, — Колсон улыбнулся в ответ, немного отрешённо сворачивая в очередной коридор.

***


      Что? Нет… Нет, нет, нет! Это не может повториться опять! Нужно выбираться отсюда! Я не верю, что ничего нельзя сделать.

      — А кто сказал, что я пыталась сбежать? — мой голос предательски дрожал, выдавая меня с потрохами. — Может, я просто не хотела спать? Хах, может, у меня была бессонница?

      Я медленно пятилась назад, хотя и не видела в этом никакого смысла. Вокруг была только темнота, и не видно было ни зги, но стоять на месте было выше моих сил. А так я хотя бы не знала, что поджидает меня за спиной.

      — Тогда поздравляю с излечением, — до дрожи знакомый голос раздался прямо позади меня, заставив резко развернуться. Нет, это было бы слишком предсказуемо, если бы он действительно стоял там. Вместо этого я почувствовала холодное прикосновение к моему плечу, и буквально через мгновение меня резко развернули, затем последовал толчок, и я полетела туда, где, по идее, должен был находиться пол. Однако никакого удара не последовало, и я просто продолжила падать в темноту. Что любопытно, я так никого и не увидела. Любопытно, но не странно.

      Может, надо всего-навсего перестать паниковать? В конце концов, сон-то мой (что не является преградой некоторым рогатым!). Так, это не веская причина. Попробовать переместиться? Вариант получше, и я уже, кажется, почти смогла обуздать свою панику. Но тоже не выход, ибо я даже не могла представить, куда телепортироваться. Оставался последний вариант.

      — Слушай, мне кажется, что мы друг друга как-то не поняли при нашей первой встре… ауч! — я довольно ощутимо ударилась об пол, взявшийся из ниоткуда. — Я совсем не собираюсь мешать твоим планам мирового господства, — вокруг стояла тишина. Ну и пусть. Всё он прекрасно слышит, я уверена. Поднявшись на ноги и отряхнувшись (для порядка), я продолжила, глядя куда-то вверх: — Да пожалуйста, захватывай ты Землю со своими Читаури-ибн-Скруллами, мне по ба-ра-ба-ну. Меня здесь вообще быть не должно. И Тессеракт мне твой нафиг не нужен, я просто забавлялась. Как будто ты не знаешь, как порой хочется поиграть на чужих нервах. Да и не знаю я, как вести себя в таких ситуациях! Мне чуждо всё это, как бы я ни старалась доказать обратное, — я постепенно повышала голос, грозящий то и дело сорваться на крик. — Давай просто поговорим. Ответь мне! — ответом как и прежде была тишина, и даже эха в ней не было слышно. — Скажи хоть что-нибудь.

      В отчаянии взмахнув руками, я схватилась за голову. И опять пустота, давящая с ещё большей силой, чем прежде. Хотелось кричать, но ком в горле не давал этого сделать. Хотелось бежать, но было некуда. Хотелось рыдать, но все слёзы уже были выплаканы. Хотелось спрятаться, но было негде. Я была словно оголённый нерв, который чувствовал всё, но не мог ничем ответить. Я не могла бояться в полной мере, я слишком долго ждала. Как жаль порой, что эмоциональный диапазон больше, чем у зубочистки. Плечи часто вздрагивали, мелкое прерывистое дыхание резало уши в полной тишине.

      Холодное прикосновение словно вытащило меня из этого омута. Левое запястье вновь начало слегка жечь, но я уже не обращала на него внимания. Сделав пару сбивчивых шагов и запнувшись в собственных ногах, я налетела на что-то. Нос ощутил прикосновение какого-то материала, напоминавшего кожу, а лоб — холод металла. Так я и застыла на какое-то время, пытаясь отдышаться и не смея пошевелиться. Наконец меня немного резко отстранили. Я робко подняла взгляд и встретилась с его взглядом. Проводить ассоциации не было ни сил, ни желания. Я просто была целиком и полностью в настоящем.

      — Ты нормальная? — казалось бы, самый логичный вопрос. Но вот только я как-то не думала его услышать.

      — А что, похоже? — попыталась улыбнуться я, заставив усмехнуться Локи.


***


      Я очнулась в комнате, совсем не похожей на мою палату на базе. Голова раскалывалась, словно я неделю была в запое. Хотя откуда мне знать? Я там ещё не была.

      Из большого окна лил лунный свет, так что было достаточно хорошо видно всё, что находилось в комнате. Бегло осмотревшись, насколько позволяло моё состояние, я приметила рядом с кроватью тумбочку с моими вещами. Даже браслеты на месте, и, кажется, появился новый. Точно. Потом рассмотрю. Рука потянулась к красной сумке, так же лежавшей на тумбочке. Ухватившись за ремень, я рванула нужную мне вещь на себя, попутно уронив что-то. Не обращая на это внимания, я нашарила в сумке ручку и какие-то бумаги. Не думаю, что они мне пригодятся, если это не деньги или не паспорт. А ни тем, ни другим, как я поняла, они совершенно точно не являлись. Подождав, пока глаза получше привыкнут к темноте, я принялась записывать, так как забыть это было никак нельзя. Да и навряд ли бы я забыла.

      А впереди были несколько долгих месяцев.

Примечание к части

Почему Скруллы? - на самом деле Локи заключал союз с инопланетной расой, только это были не Читаури, а Скруллы. К сожалению, права на Скруллов принадлежат 20-th Century Fox, поэтому Marvel Studios пришлось вводить Читаури, хотя они, по сути, являются одним и тем же.

Часть 26

      — Просыпайся! — дверь в комнату отворилась с характерным щелчком, развеяв мороку сна. Протянув руку к прикроватным часам из Икеи, я наклонила их поочерёдно в разные стороны. Не совсем приятный писк, зато табло загорелось. 6:55. Перевернувшись на другой бок, я поудобнее обняла игрушки, с которыми старалась не расставаться, и покрепче закрыла глаза. У меня есть ещё пять минут, чтобы досмотреть столь интересный сон.

      — Вставай, хватит валяться, а то в школу опоздаешь! — негромко сказала мама в дверной проём, дабы не разбудить младшего брата, спящего в соседней комнате. Этот счастливчик учился во вторую смену. Зато мне уже остался последний год, что несказанно меня радовало. Надоело уже всё.

      — Да встала я, встала! — шикнула я в ответ, недовольно садясь в кровати. И снова часы, и снова писк. Где-то я уже слышала похожий звук. Судя по времени, двадцать минут назад.

      Шаркая по полу ногами, я никуда не спеша побрела на кухню. С тоской посмотрев на дверь брата, я уже было продолжила свой путь, когда мой взгляд упал на отражение в зеркале. Ох, какой кошмар! На голове было заботливо свито чьё-то гнездо, соколиное, судя по всему; заспанные глаза из-за остатков несмывшейся косметики выглядели подведёнными и мрачными, смотрели с какой-то злобой и досадой. Ну да, утро добрым не бывает.

      — Давай быстрей! — недовольный голос мамы послышался с кухни. — Отец уже скоро уедет на работу, и тогда тебя некому будет отвезти, — продолжала возмущаться мама, хотя практически каждое моё утро начиналось именно так, и уже давно можно было привыкнуть.

      — Тогда я буду делать всё ещё медленнее, — непроснувшимся голосом прокряхтела я. — Не понимаю, почему я не могу просто не пойти в школу? Никто мне ничего не скажет — они даже моего недельного отсутствия не заметили! Им за обычные прогулы ничего не говорят, — я отодвинула стул и буквально плюхнулась за стол. — И когда они пропускают школу, они высыпаются, а я же даже на выходных отдохнуть не могу! Вечно в разъездах, вечно на турнирах. Я спать хочу!

      — Мы обсуждали это уже тысячу раз, — более спокойно произнесла мама. — Сегодня алгебра. К тому же, не подводи саму себя: что, зря все десять лет училась на отлично? Осталось немного.

      — Раньше у меня не было такого объёма тренировок, — я уставилась в тарелку с двумя бутербродами. — Достала школа с её уроками, — я отпила чай из кружки и на одном дыхании произнесла: — Ненавижу понедельники.


***


      — Get up! — бодрый голос заставил меня сильнее закутаться в одеяло. — Wake up, we need to go.

      — И вовсе под одеялом не туго, в самый раз, — на родном языке пробубнила я, покрепче обхватив подушку. Настроя разговаривать не было. Однако ответа тоже не последовало. Зато вместо этого было наглым образом отобрано одеяло, а вслед за ним и подушка — последний оплот моего сна.

      — Ну мааам! — жалобным тоном протянула я, всё ещё цепляясь за подушку и одновременно пытаясь схватить нарушительницу хрупкого спокойствия и умиротворения за руку. Или за ногу.

      — I'm not your mama, — в весёлом голосе проскользнула грусть. Приоткрыв глаза, я увидела девушку со светло-рыжими волосами, держащую в руках одеяло с подушкой.

      — Пеппер?! — в изумлённом возгласе присутствовали все краски удивления и недоумения: я немного не была готова встретиться с ней.

      — Через сорок минут за нами приедет машина, и мы поедем приводить тебя в порядок, — я внимала мисс Поттс, постаравшись как можно быстрее перестроиться на английский. Да, эта девушка не любила тянуть резину — сразу видно.

      — Сколько я спала? — недоумённо спросила я, осматривая комнату. Выполнена в стиле особняка Старка. Эх…

      — Примерно день, — ответила Пеппер, попутно кидая мне в руки одеяло с подушкой. Пытаясь поймать их, я упала обратно на кровать. — Давай одевайся и спускайся вниз, — девушку не очень-то волновало моё падение, которое могло закончиться ударом об угол подушки и отключкой ещё на несколько часов. — И не вздумай опять заснуть! — словно читая мои мысли, добавила мисс Поттс уже из-за двери. Ха-ха, наивная!

      — Угу, — только и промычала я в ответ, с трудом отрывая свою пятую точку от мягкого убеж… кровати.

      Мои мысли постепенно возвращались ко сну, пытаясь разобраться в деталях. Кажется, всё правильно. Но смутное чувство не давало мне покоя. Чувство, что это уже было. Так сон или воспоминание? Не знаю, я запуталась.

      Удивительно, но я успела собраться в отведённый срок, что было несвойственно с моей чрезвычайной пунктуальностью, и через сорок минут мы уже сидели в машине, которая должна была отвезти нас в какой-то из многочисленных салонов красоты. Мне было всё равно. Я закрыла глаза и старалась ни о чём не думать, мечтая поскорее вернуться в тёплую кровать.

      Видимо, я снова задремала, потому что стоило мне закрыть глаза, как тут же послышался голос Пеппер, сидящей рядом со мной:

      — Просыпайся, мы уже приехали.

      И действительно: выйдя из машины, я увидела средних размеров здание, не выделяющееся среди остальных. Бегло оглядев местность, я не смогла отметить ничего примечательного, за что мог бы зацепиться взгляд. Воздух был свеж, и создавалось ощущение, что где-то рядом было море. Чайки над головами подтверждали мою теорию, заливаясь нестройным хором крикливых голосов прибрежных птиц. Наверное, это был один из наименее людных районов Малибу, так что удивляться отсутствию народа на улице не приходилось. Или же сейчас был просто не сезон. Однако надо было торопиться, Пеппер уже стояла у дверей здания. Подорвавшись с места, я быстро подошла к ней. Что-то я засмотрелась.

      Внутри обстановка была намного светлее, чем снаружи. Несмотря на то, что мы только ещё подходили к рецепции, мне уже здесь нравилось. Светлые бежевый и зелёный тона создавали непринуждённую атмосферу. Стойка регистрации была выполнена из светлого дерева. Рядом стояли два глубоких кресла, а между ними — журнальный столик. Долго разглядывать интерьер мне не дали: нас пригласили пройти в следующий зал, так уютно скрывшийся за незамеченной ранее дверью из матового стекла.

      Там нас, или только меня, уже ждали. Судя по всему, это и был мой мастер. Молодая девушка, сурово оглядев меня (не каждый день перед тобой предстают недавно вернувшиеся из комы, верно), приветливо произнесла:

      — Ну что, начнём?

Часть 27

      Ужин должен был проходить в гостиной и состоять из нескольких пицц. Мне всё ещё было интересно, они в принципе не ели нормальную пищу, или просто я чего-то не понимала? Хотя да, в фильмах было не до еды, а вот в комиксах всё проходило в башне Мстителей, где Джарвис там был пожилым дворецким. И еда была нормальной.

      Перемерив несколько обновок, которые мы с Пеппер купили в городке-аутлете — или небольшом торговом районе Малибу (именно поэтому там все здания были похожи — в каждом находился торговый центр или салон), я остановилась на блузке-поло цвета индиго и рваных джинсах. Ещё раз осмотрев себя в зеркало, я пришла к выводу, что не помешало бы надеть браслеты, хотя бы парочку, на левую руку: там красовался шрам, словно после обморожения. Ну, не словно. Прекрасно понимая, откуда у меня эта красота, я лёгким движением нацепила украшения, удачно замаскировав запястье. Последний раз взглянув на своё отражение, я направилась в импровизированную столовую.

      Когда я уже почти дошла до конца лестницы, меня окликнули:

      — Не ярковато ли? — приветствие Старка было в присущем ему духе, что, всё же, немного смутило меня.

      — Ты сейчас про кофту? — я сделала вид, будто несказанно удивилась, и, разведя руки в стороны, осмотрела блузку.

      — Нет, не про неё, — усмехнулся Тони и как бы ненароком провёл рукой по своей шевелюре.

      — Ах, ты об этом! — я демонстративно взяла двумя пальцами прядь волос и помахала ей миллиардеру. — Давно хотела попробовать.

      — На контрасте сыграть? — не унимался Старк.

      Заправив чёрную прядь за ухо, я всё же прошла к своему креслу и лишь там молча кивнула.

      — Необычно, — сказала Пеппер, сидевшая напротив меня. — Самой-то тоже привыкать придётся.

      — Придётся, — подтвердила я, вспоминая, как мисс Поттс яро пыталась отговорить меня от этого шага, но не вышло. Мэнди (мастер) не вмешивалась в нашу дискуссию и лишь смешивала в стороне краску, то и дело добавляя очередной оттенок.

      — Думаю, нет, и считаю, что надо всё же отметить прибытие нашей иностранной гостьи как полагается, — заговорщическая улыбка Тони не предвещала мирного развития событий. И верно: буквально через мгновение в потолок полетела пробка от шампанского, которое миллиардер выудил откуда-то из-под стола. Пена полилась через край, забрызгав стол и бетонный пол, но вот мужчину это ничуть не смутило.

      — Пицца с шампанским? — смеясь, спросила я.

      — Привыкнешь: это в его порядке вещей, — лучезарно улыбнувшись, произнесла Пеппер.

      Время обещало пройти весело и с огоньком.

***


      — Ты где? — немного взволнованный голос Старка доносился из динамиков, установленных в шлеме.

      — Судя по открывшемуся виду, где-то над, эм, Атлантикой? — неуверенно произнесла я, пытаясь разобраться в высветившихся координатах. — Надеюсь, не над Бермудами.

      — Почти, — раздался повеселевший голос на том конце «провода». — Ты видишь берег?

      Покрутив головой в поисках оного, я ответила положительно.

      — Можешь переместиться ближе к нему? — я попробовала, но тщетно.

      — Эти тренировки оставили меня совсем без сил, — с упрёком произнесла я. — Говорила же, что мячи были лишними!

      — Мы всего лишь расширяем диапазон, — хладнокровно ответил Тони. — Лети к берегу, а дальше я тебя направлю.

      Мне ничего не оставалось, как повиноваться, надеясь, что я нахожусь не слишком далеко от особняка.

      Вот уже несколько недель Тони муштровал меня ежедневными тренировками, то и дело заставляя пользоваться либо телекинезом, либо телепортацией. А всё началось с того, что мне приспичило ляпнуть о возможности нападения инопланетян. Спрашивается: кто меня за язык тянул? Верно, никто. Поначалу Старк не обратил на это заявление никакого внимания, но после того, как я закинула удочку пару раз уже про необходимость упражнений и, вскользь, целенаправленно про вторжение, мне поступило предложение начать тренировки. Так что, пожив около трёх недель спокойно в особняке Старка, я вернулась практически к своему обычному образу жизни. Если таковым можно считать перемещения в пространстве и управление предметами.

      Что ж, готова признать, что время, проведённое в спортзале или в компьютерных программах, моделирующих опасную ситуацию, зря не прошло. Мы начинали с простого: от меня требовалось забросить баскетбольный мяч в корзину. Что примечательно, с каждым разом Старк менял расстояние или высоту, а бывало и всё вместе. После того, как довольно увесистые мячи пару раз попали нам обоим в голову, их решили заменить на голографические. В общем, это упражнение осталось для разминки.

      Следующим этапом были перемещения. Поначалу всё шло более-менее — оказалось, что мне не требуется в живую видеть объект: было достаточно того, что его картинка была в моей памяти, будь то фотография из фильма или же моё воспоминание. Напоминало способность Блинк, вот только переместиться я пока могла только одна (пока что) и без создания порталов. Скачки внутри особняка проходили нормально, и мы решили усложнить задачу. Тони показывал мне фотографии близлежащей местности, а я пробовала туда телепортироваться. Хорошо, что миллиардер страховал меня в костюме, иначе дело кончилось бы плохо. После нескольких неудачных попыток перемещения, когда я почему-то оказывалась на порядочной высоте, а не на земле, было решено адаптировать один из костюмов под меня, дабы избежать преждевременной кончины. Много времени это не заняло, поэтому тренировки по телепортации возобновились в кратчайшие сроки.

      И вот сейчас, после полутора месяцев разнообразной подготовки, я находилась где-то над Атлантическим побережьем Соединённых Штатов и, кажется, направлялась в сторону особняка. Думаю, Старк будет рад встрече со мной, особенно после того, как решил поэкспериментировать и подшутить одновременно. Полёты без костюма ещё никто не отменял.

      Так что же заставило меня заикнуться о предстоящих событиях? Самосохранение? Вряд ли. Желание быть в центре событий? Уже ближе.

      Желание проснуться и жить настоящим?

Часть 28

      — Какого чёрта?! — стоило мне только приземлиться, а я уже орала на Старка во всю глотку. — Я спрашиваю: какого хрена ты отправил меня в такую даль?!

      — Успокойся, детка, — довольная улыбка миллиардера распаляла меня всё больше, а это его «детка» так и вовсе выбешивало. — Ты хоть знаешь, сколько преодолела?

      — Да мне чхать! — не унималась я. — Мне достаточно того, что я уйму времени возвращалась обратно!

      — И это тебя не смутило? Что ты делаешь?! — наглая ухмылка наконец-то начала сползать с лица Старка. — Отпусти меня!

      Миллиардер висел в воздухе, беспомощно болтая руками и ногами.

      — Я повторю свой вопрос, — более спокойно произнесла я: — На кой?

      — Да ты переместилась примерно на шестьдесят километров за один скачок, чтоб тебя! Следовало бы поблагодарить! — я подняла забрало шлема и пристально посмотрела миллиардеру прямо в глаза.

      — Спасибо, — сухо произнесла я и аккуратно опустила Старка на пол. Ну, почти аккуратно.

      — И это твоя благодарность? — возмутился Тони, потирая ушибленное место. — И ведь изначально даже не дослушала!

      — У меня был хороший учитель в этом вопросе, — хмыкнула я, направляясь к механизму, который бы снял с меня костюм. К сожалению, до разборного Mark-а 42 было ещё как до Китая пешим, а шея затекла уже к настоящему моменту.

      — Кстати, а ты не знала, что линзы вредят глазам? — язвительным тоном осведомился Старк, всё ещё обижаясь на меня.

      — Вынуждена тебя разочаровать, но я не ношу ни линзы, ни очки, — пожав плечами и виновато улыбнувшись, я развернулась к изобретателю, окончательно освободившись от железной брони. — И даже не думай пошутить о том, что у меня большие зрачки: я не могу перемещаться, но вот вздёрнуть тебя в воздух — с лёгкостью.

      Повернув указательный палец, я заставила стоящий неподалёку стул повторить сие движение.

      — Боюсь-боюсь, — Тони поднял руки в примирительном жесте. — Ладно, пойдём.

      — Что на этот раз? — вопрос прозвучал как-то вяло.

      Не то, чтобы я была недовольна чем-то, скорее наоборот. Просто недавний перелёт меня очень сильно утомил — только это и могло быть объяснением, потому что за последние полтора месяца я с энтузиазмом принимала участие почти во всех делах, что творились в особняке, начиная от простого разбора бумаг с Пеппер и заканчивая копанием в автомобилях с Тони. Признаться, оба эти занятия были мне одинаково интересны, хотя по началу я считала работу гендиректора Stark Industries рутиной. Но нет: много плюсов в таком времяпрепровождении я обнаружила почти сразу.

      Во-первых, практика отдельной отрасли английского ещё никому не вредила: а документы относились как раз к этой категории. Несмотря на то, что я практически не могла прочитать и абзаца, не заглянув в переводчик, знания постепенно откладывались в голове ценным грузом, и изучение следующих документов уже шло легче, особенно после множества просмотренных шаблонов.

      Во-вторых, с Пеппер общение велось легко и непринуждённо, из-за чего порой казалось, что я знаю её уже целую вечность. Постоянно отпуская шуточки по поводу привычек и странностей хозяина особняка, мы и сами не заметили, как стали подстраивать ему маленькие козни. Например, девушка не очень любила, когда Старк выпивал — вполне обоснованная претензия. Хотя, как ты можешь что-нибудь выпить, если напиток попросту не выливается из бутылки? Миллиардер, несомненно, не всегда разделял наш восторг относительно данных выходок, но после нескольких колких шуточек, отпущенных в наш адрес, уже забывал причину ссоры.

      Вернёмся к копанию в автомобилях. Здесь всё проходило намного сложнее. Правда, я не разбираюсь во всём этом ни капельки, просто порой хотелось отдохнуть от бумажной волокиты. В такие моменты я обычно приходила в мастерскую и молча наблюдала за работой гения, которая отнюдь не всегда состояла в починке карбюраторов. Довольно часто, особенно в последнее время, когда мы стали задерживаться после тренировок, это были разработки новых Mark-ов. Вернее, нового. Старк занимался разработками седьмого костюма, который был использован в, непосредственно, Мстителях. Не всё шло гладко, расчёты требовали доработки то там, то здесь, поэтому зачастую Железный Человек засиживался в своём кабинете допоздна и оставался сидеть там и тогда, когда все уже разошлись по спальням. Иногда я искренне сомневалась, что занимался он разработкой всего одного костюма.

      Так проходили мои свободные недели: занимательно, всепоглощающе и непринуждённо. И да, здоровая пища в обители изобретателя бывала крайне редко или же не появлялась вообще.

      А потом начались тренировки.

      — Так что мы будем делать сейчас? — повторила я свой вопрос, так и не дождавшись ответа. — Ты же ничего на сегодня, кажется, больше не планировал.

      — Через четыре часа самолёт, — будничным тоном поведал Старк.

      — Зачем и куда? — устало облокотившись о стол, спросила я.

      — Мы летим в Нью-Йорк, — Тони собирал со стола какие-то папки. — Хочу продолжить работу в башне.

      — Хм, а мне начинает нравиться эта затея, — лукаво улыбнувшись, подмигнула я Тони и, немного погодя, добавила: — Пойду соберу вещи.

      Быстро поднявшись наверх, я захлопнула дверь комнаты. Вещей у меня было немного, но нужно было их сложить. Или хотя бы сделать вид, что они аккуратно сложены. Честно признаться, необходимо было немного уложить собственные мысли в голове относительно прошедшего занятия, а сборы как нельзя лучше подходили для этого дела. Как минимум, у меня это работало именно так.

      Методично сворачивая одежду одну за другой, я прокручивала в голове известную мне информацию. 60 километров. Шесть-де-сят. Это было почти в два раза больше, чем за все последние разы. Я совершенно не могла взять в толк, как так получилось: видимо, сила Тессеракта, прокачиваемая практически ежедневными тренировками, решила, как это не странно, прокачаться. Это было нереально круто и немного страшно. В том плане, что какой же у неё тогда предел? И не может ли в какой-то момент она выйти из-под контроля и закинуть меня неизвестно куда, как она сделала это с Красным Черепом? На эти вопросы у меня не было ответа, и я лишь продолжила формировать аккуратные стопки, в которых минут через двадцать лежали все мои вещи. И лишь созерцая готовую одежду на кровати, я осознала, что мне некуда её паковать. Прекрасно понимая, что это было не такой уж и большой проблемой, я сбегала к Пеппер, которая любезно одолжила мне небольшой чемоданчик. Помимо новых вещей место осталось и для старых, которые я и не думала выкидывать. Белая футболка с надписью «Divide and Rule», к счастью, ещё не привлекла внимания ни Тони, ни Щ.И.Т.-а (когда я была у них). Рваные джинсы смотрелись весьма свежо, а с голубыми кедами я просто не расставалась.

      Хотя, может я придаю слишком большое значение обычным вещам и цепляюсь за прошлое? А кто так не делает?

      В назначенное время мы… да, не были в аэропорту. Долго гадать, кто в этом виноват, не приходилось. За пять минут до отъезда неугомонный филантроп всё ещё носился с отвёрткой в зубах по всему особняку, пытаясь найти какой-то срочно понадобившийся ему шуруп. В результате Пеппер буквально за шкирку притащила упирающегося миллиардера (его вещи были подготовлены сильно заранее) в машину и с силой захлопнула за ним дверь. Я же, по предварительной договорённости с мисс Поттс, пристегнула Старка к креслу и не давала ему отстегнуться, пока мы не отъехали от особняка на приличное расстояние. Не притрагиваясь к ремню безопасности. Хэппи, сидевший за рулём, сначала было пытался помешать нам, но после того, как на него угрожающе «уставился» ремень, лишь с опаской поглядывал на двух хрупких девушек, находившихся на заднем сиденье. А нам с Пеппер ничего не оставалось, как еле-еле сдерживать смех и слёзы.

      Поездочка обещала быть жаркой.

Часть 29

      Казалось бы, ничего не предвещало беды — Хэппи прекрасно вёл машину, которая молнией летела по ровному серому асфальту; отсутствовали светофоры, гаишники и всеми «любимые» пробки — и мы должны были приехать в аэропорт всего на каких-то полчаса позже. Тони практически не язвил, за руль не просился, Пеппер ничего не предъявлял, клубнику не покупал… Так нет, под конец пути ему срочно приспичило съесть бургер, да не где-нибудь, а именно в McDonalds-е, который мы проехали километров пятнадцать назад. И точка.

      — Хэппи, ну развернись, ну чего тебе стоит! — в очередной раз попытался уговорить телохранителя Старк. — Неужели личный самолёт не может подождать нас?

      В умоляющем взгляде водителя, смотрящего в зеркало заднего вида прямо на Пеппер, читалась просьба о помощи. Но мисс Поттс лишь сурово и непреклонно покачала головой, давая понять, что самолёт не подождёт.

      В это время Тони уже понял, что от телохранителя ему ничего не добиться, так как не он тут главный, и развернулся к нам.

      — Пеппер, милая, давай заскочим в Maк, а? — заискивающе начал миллиардер. — Я же знаю, ты любишь эти чудесные пирожки с клуб… ежевикой, — вовремя поправился Старк, расплываясь в голливудской улыбке.

      — Нет, дорогой, — лучезарно улыбнувшись, Пеппер продолжила: — Давай я лучше позвоню твоим ребятам, и они доставят его прямо в аэропорт. Так и сделаем.

      — Но я хочу сейчас! — не унимался Старк. Пеппер ему не ответила.

      В салоне на несколько минут воцарилась тишина. Сотрудники аэропорта уже были оповещены о желании миллиардера и в судорогах подыскивали подходящий бургер к его прибытию. Я не могла сдержать улыбку, понимая, что в машине на переднем сиденье находится большой «ребёнок». Тони же, сев ровно, сложил руки в стойку Наполеона и обиженно уставился в окно. К сожалению, новая идея вновь поселилась в голове изобретателя, и он опять повернул голову в нашу сторону.

      — Маааш, — медленно начал он.

      Увидев в его глазах искорки азарта и задора, я практически сразу поняла, о чём пойдёт речь дальше.

      — Нет. Даже не думай, — я тоже скрестила руки на груди и отвернулась к окну, подражая манере миллиардера. — Ни за что.

      — Ну пожааалуйста, — он сложил руки в умоляющем жесте. — Мне срочно нужен бууургеер, — протянул он.

      — Я сказала — нет, — твёрдо заявила я и махнула рукой в сторону, обрывая разговор. — Если конечно ты не хочешь, чтобы я застряла в стене этого самого Maк-а, так как я жутко устала и прямо валюсь с ног, то тогда да, пожалуйста.

      Тони ещё некоторое время разглядывал нас с Пеппер, смотревших в разные окна, а затем развернулся и тихо пробубнил себе под нос — так, что его услышала вся машина:

      — Предатели. Даже бургер не дают мне купить.

      Вновь повисла тишина, нарушаемая лишь рычанием мотора под капотом. Нет, она не была напряжённой. По крайней мере, для нас с Пеппер точно.

      — Мистер Старк, через два километра будет Burger's King, — первым разорвав молчание, произнёс Хэппи. — Мне заехать?

      Мы с Пеппер словно по команде затаили дыхание. Взвешивая все «за» и «против», Тони наконец сделал выбор:

      — Я уже не голоден.

      С пассажирских мест сзади раздался дружный женский смех.

***


      Наконец, мы приехали в аэропорт. Старк всё ещё дулся на нас и поспешил поскорее скрыться в самолёте, в то время как мы с Пеппер не спеша вспоминали различные причуды некоторых личностей.

      — А ведь ещё он не берёт из рук, — добавила мисс Поттс, когда мы уже поднимались по лестнице в самолёт. — Иногда это становилось причиной разногласий с некоторыми деловыми коллегами.

      — Хех, могу себе представить, — искренне улыбнулась я, садясь в свободное кресло. — Ты не против, если я останусь здесь? Хочется немного подумать.

      — Конечно, — Пеппер поставила свою дорожную сумку в шкаф, находившийся чуть позади моего кресла. — Если что, я буду в кинотеатре.

      — А где Тони? — удивлённо спросила я.

      — Либо в кабине пилота, либо в хвосте — что более вероятно, — подмигнула мне Поттс и отправилась смотреть фильм.

      Ну да, с неприкосновенными запасами.

      Когда самолёт уже был в воздухе, ко мне подошла стюардесса. Я с радостью узнала в ней свою давнюю знакомую.

      — Привет, Эмили, — радостно произнесла я, обращаясь к девушке. — Как твои дела?

      — Привет, — открыто улыбнулась мне стюард. — Хорошо, раз всё ещё работаю здесь. Кстати, что это мистер Старк такой вспыльчивый: требовал принести ему какой-то бургер.

      — А здесь он есть? — с улыбкой спросила я, пытаясь подавить смех.

      — Да, мисс Поттс велела подать его, когда мистер Старк попросит, — без запинки произнесла девушка, а затем добавила: — Кстати, тебе что-нибудь принести?

      — Нет, не надо. И больше не смею тебя задерживать. Удачи, — добавила я и отклонилась обратно в кресло.

      — Спасибо, — поблагодарила меня Эмили и удалилась.

      Какое-то время я смотрела в иллюминатор самолёта на заходящее солнце. Несмотря на моё желание заснуть прямо в машине, здесь сонную дрёму как рукой сняло. Я не очень хорошо знаю географию штатов США, но сейчас могла с уверенностью сказать, что мы пролетали границу между какими-то из них. Слишком явной была световая полоса, неровно разделяющая территорию. Хотя, может это была всего лишь граница города.

      Через некоторое время небо под нами затянуло мрачными облаками, означавшими приход ночи на лежащие под ними земли. Последние лучи солнца окрашивали покров под нами в различные цвета, словно художник водил кистями по полотну. Наконец, солнце скрылось окончательно, и эстафету освещать ночное небо приняла половинчатая луна со своими малютками звёздами. Тёмно-синяя глубина космоса притягивала взгляд, заставляя забыться и отречься от размышлений.

      Очнулась я лишь тогда, когда ко мне снова подошла стюард и спросила, не нужно ли мне чего-нибудь. Выбрав в меню сэндвич с беконом и сыром (да, я тоже привыкла к не слишком здоровой пище) и апельсиновый сок, я закрыла иллюминатор.

      Не долго думая, я решила всё же записать некоторые размышления в тетрадку, которую с огромной натяжкой можно было назвать дневником. Скорее, место для расчётов.

      Открыв тетрадь на случайной странице, я выцепила взглядом отрывок из текста, вернувший меня в ту ночь.

***


      — Так значит, во всём виноват мой… братец? — с усмешкой молвил трикстер. — Хотя, он всегда умел наломать дров.

      — Не думаю, что прямо во всём, — виновато произнесла я, заливаясь краской. — В этом есть и моя вина.

      — Нет, просто ты оказалась не в том месте и не в то время, вот теперь и расплачиваешься, — констатировал факт ас, продолжая расхаживать по некоему подобию комнаты.

      — Может и да, но я об этом не жалею, — негромко молвила я, поднимая глаза на остановившегося напротив меня Локи.


***


      Сколько времени прошло?

      Я судорожно нащупала ручку в кармане сумки и принялась строчить:

      Железный Человек — Железный Человек 2 — полгода.

      Тор — Тор 2: Царство Тьмы — около трёх лет, или двух? Дурацкий таймлайн.

      В Железном Человеке 2 была зима, но это только в начале. Как раз после событий первой части фильма. А если сейчас был сентябрь, то День Рождения Тони приходился где-то на конец мая? Стоять, а в Мстителях что же было, лето? Не уверена. Нет, в Штутгарте была зима, а в Нью-Йорке снег может вообще не выпасть. Бред какой-то. А какой год? Год выхода фильма? Тогда это будет 2012. И вдруг, всё-таки, лето?

      А сейчас был 2010. Или, всё же, 2011? У Марвел явно проблемы с собственным таймлайном. И ничего с этим нельзя было поделать.

      Едва подавив уже почти успевший сорвать с губ немощный стон, я продолжила подсчёт. И масштабы по времени меня совсем не радовали.

      Сколько я здесь? Пара спокойных дней со взрывами на Экспо, далее три, нет, три с половиной недели в коме плюс две с половиной недели реабилитации — итого около шести недель. Не знаю, что они мне там вкололи, но курс реабилитации проходил крайне успешно и быстро. Продолжим: ещё три недели «спокойствия», затем полтора месяца тренировок — девять недель. То есть, я была здесь уже почти 4 месяца? Вау, вот это время летит. Ладно, если брать за основу, что в Мстителях, всё же, точно был 2012 год, допустим, начало лета, а сейчас подходящий к концу сентябрь-уже почти октябрь 2010 (или 2011 - я совершенно запуталась, даже с наличием календарей не помогает), то мне осталось ждать… твою же мать.


      — Один год и четыре месяца, плюс-минус два, — вслух подытожила я, даже не пытаясь скрыть сковавший меня страх. Если я не ошиблась, и это не декабрь. Тогда и того больше. Или, ну вдруг я не права с расчётом в другую сторону, тогда каких-то 9 месяцев. Сроки всё равно не утешительные.

      Хах, зато есть шанс отпраздновать на один (а то и два) Дня Рождения больше.

Примечание к части

Дорогие друзья!
В связи с тем, что я порой люблю себя перепроверять (и всю киновселенную Марвел, как оказалось), вышел небольшой разлад с таймлайном. Ну как, небольшой. Посмотрите конец предыдущей главы и сами всё узнаете) В связи с этим обращаю ваше внимание на возникшие изменения, которые ликвидируют все временные неточности и внесут некоторые дополнения к описанию персонажей.
Изменению подверглись:
Ч. 9, момент описания ОЖП
Ч. 29, конец
Добавилась данная часть
Ч. 31, полностью
Ч. 32, момент о третьей стороне, момент после "завтра подметут"
Ч. 34, разговор с Локи в джете

P.S. Раньше срок ожидания составлял 4 месяца.
А ещё недавно (сегодня 13.01.2019) Марвел выложили официальный таймлайн. Поэтому я снова немного колдовала.

Gap Year

      Мне необходимо было придумать, что делать всё это время. Я понимала, что и так являюсь для Тони и Пеппер, мягко говоря, обузой, поэтому просто не могла позволить себе всё время торчать в Башне или Особняке. Да и не могу я сидеть на месте, с пяти лет как не умею без бешеного темпа жизни. Именно поэтому мне обязательно был нужен план действий.

      Первый пункт плана родился так же неожиданно, как и моё желание просчитать таймлайн киновселенной. Тони ещё на пути в Башню пошутил, что я вполне могла бы сойти за местную школьницу. А я что? Возьми и предложи данную идею к осуществлению, чем немного удивила всех присутствующих в машине: и Пеппер, и Тони, и Хэппи.

      Тогда я приняла решение воспользоваться той техникой, к которой часто просил меня прибегнуть папа, а именно изложить как можно больше преимуществ моего будущего выбора и быть готовой их отстоять, когда мне будут задаваться вопросы. Начав с того, что я буду, как минимум, заниматься делом практически каждый день в первую половину дня, я тут же встретилась с достаточно неожиданным для меня одобрением идеи. Они просто поддержали меня, удивившись, как же это не пришло им самим в голову.

      Что ж, первый пункт оказался исполнен в самое ближайшее время, и я уже была ученицей одной из старших школ Нью-Йорка. Можно сказать, мне даже повезло, что сейчас был октябрь, ибо многого догонять не пришлось. Не могу сказать, что с пониманием всего сказанного было отлично, но я довольно быстро взяла себе за правило записывать все уроки на диктофон и, прослушивая дома, записывать новые слова или выражения. Подобная практика и то, что я уже около четырёх (трёх не в состоянии комы) месяцев жила здесь, позволила избавиться практически ото всех трудностей примерно под конец декабря, что было необычайно для меня здорово.

      Вторым пунктом для меня был, как это ни банально, спорт. Я совсем не хотела потерять свои навыки и физическую форму, поэтому попросила записать меня в тренажёрный зал, в котором был бы бассейн и танцевальный зал с зеркалами. Как можно догадаться, подобный нашёлся буквально на соседней улице, и уже с ноября, после хоть примерного ознакомления со школьной программой и закрытия большинства долгов, я смогла приступить к ежедневным тренировкам. Тони и Пеппер лишь просили меня хоть иногда показывать им то, чем я занимаюсь, и я с радостью и толикой неохоты соглашалась. Почему с неохотой? Потому что для танцев нужен партнёр, а такового здесь не было. И я не особо горела желанием искать его. Но я честно исполняла перед ними свои лучшие наработки, стараясь не разочаровать мою host family.

      По поводу третьего пункта у меня были сомнения. Проведя кое-какие подсчёты, я осознала, что мой День Рождения сместился в данной вселенной с мая на февраль. И всё из-за того, что из августа я переместилась в май. Да и на два-три года назад, по сути. Поэтому, когда где-то в декабре Пеппер и Тони спросили меня, когда же праздновать, то я задумалась. С одной стороны, я очень любила май, не могла обойтись без его атмосферы. С другой же стороны всё было не так радужно. С этой другой стороны, я с содроганием представляла, что время в моей вселенной, всё же, идёт вперёд. Я не могла и вообразить то, что испытывали бы мои родные, если бы это оказалось правдой, и при любой мысли об этом на глаза наворачивались слёзы. Но, если же это было действительно так, то я хотела праздновать в феврале — хоть иллюзорная, абсолютно не имеющая шансы на существование, но хоть какая-то связь с ними.

      Назвав число, я, ещё пару мгновений поколебавшись, выбрала месяц. Февраль.

      Четвёртым пунктом являлись тренировки со способностями, и именно здесь у нас с Тони возник первый достаточно серьёзный разговор. Дело в том, что здесь существовали мутанты, и за ними очень жёстко наблюдали. Поэтому я не могла подвергать подозрениям себя, будто отношусь к их виду, и опасности их, если бы что-то пошло не так. Потому что даже если в Щ.И.Т.-е и знали, что мои способности происходят из другого источника, толпе это никто бы никогда не объяснил.

      Придя к выводу, что совершенно без тренировок оставаться нельзя, Тони выделил отдельную комнату в ещё недостроенной Башне Старка под занятия. Он настроил несколько программ виртуальной реальности, и мне приходилось иметь дело с проекциями или, как в кино, с зелёными штуками. Поэтому во время пребывания в Башне мы старались больше сделать упор на реакцию, чем на дальность перемещения или тяжесть поднимаемого, а так же на боевые искусства, чтобы я могла постоять за себя и без сил. К счастью, начальная база мне была известна, да и я оказалась весьма примерной ученицей. К тому же, я не могла не согласиться с миллиардером в том, что драться тоже нужно уметь, ибо даже у себя очень редко, но попадала в такие ситуации, когда необходимо было дать грубый отпор. Зато на зимние каникулы, когда мы вновь уехали в Особняк, я смогла развернуться на полную. Там мы старались измерить лимит моих способностей и, по возможности, расширить их. В какой-то момент нам даже пришла в голову идея с левитацией — если можно заставить летать предметы, то почему бы не заставить лететь себя? Под конец января я могла ненадолго зависнуть в воздухе примерно на уровне метра, но каждый раз я резко падала вниз. Так что я пообещала Тони практиковаться в Башне, когда вернёмся туда.

      Да, ещё во время первого приезда в Нью-Йорк Щ.И.Т. пригласил меня для разговора, где мне популярно объяснили правила пребывания в городе. Учитывая то, что мы с Тони уже были в курсе, так как нам их ещё и прислали заранее для ознакомления, я просто спокойно сидела и внимала, кивала в нужных местах. После инструктажа, коим эта беседа и являлась, меня пригласили на медицинский осмотр, чему я, поверьте, была не против. Когда ты ломаешь позвоночник и попадаешь в кому, лучше бы почаще проверять своё здоровье. К счастью, мне сообщили, что препарат, который использовали на мне после инцидента, как нельзя лучше способствовал общему восстановлению — даже шрама на ноге было практически не видно. Названия препарата мне, конечно же, никто не сообщил, так что мне оставалось лишь гадать, что же за чудо-средство это было. Меня уведомили, что, если я не буду нарушать обозначенных правил, меня ждут только через два месяца на очередной осмотр. Несказанно обрадовавшись, я лишь уточнила про занятия спортом, на что немедленно получила одобрение врачей.

      Я до сих пор ходила со своей красной сумкой через плечо, которая изрядно потрепалась после событий на Экспо, но всё ещё сохраняла пристойный вид. Использовав немного стирального порошка и нашивки, я сделала её даже более яркой, чем она была до этого. В школу и на тренировки я ходила, конечно, с рюкзаком, ну, а в остальное время моим верным соратником была сумка.

      Так же к моему удовольствию, я обнаружила, что все документы, вещи из больницы и фотоаппарат оказались целы и невредимы и ожидали меня в Башне к переезду. Как ни странно, раньше я про них даже и не вспоминала — абсолютно вылетело из головы. Документы, карта Лондона, сто фунтов и фотоаппарат — как же хорошо, что я их не взяла тогда на выставку. Найдя у Старка подходящий источник питания, я тут же поставила устройство на зарядку. Если уж я здесь, то почему бы и не пофотографировать? К тому же, Башня Старка находилась в бывшем здании Met Life — одной из самых живописных точек города, где слева красовался Крайслер-билдинг, а у подножия находился Центральный Вокзал и 42-я улица, по которой можно было попасть практически во все самые известные точки Нью-Йорка. Я же решила собрать коллекцию кадров из фильмов, насколько это будет возможно, а уж возможность мне представлялась преотличная.

      Все документы я убрала на достаточно видное, но не слишком, место, дабы потом не забыть. Тони позаботился о том, чтобы я получила документы местного образца, где бы у меня была фамилия Браун, и все остальные данные не вызывали бы подозрений. Я была только за, потому что потерять реальный паспорт не было ни малейшего желания.

      Все вещи, уцелевшие после взрыва — кеды, джинсы, футболка Divide and Rule — всё это я убрала подальше в шкаф, дабы не вспоминать тот день. Особенно тщательно я решила убрать футболку — не стоит лишний раз светить ею здесь, если уж я понятия не имела, на сколько я сюда попала. Проблемы мне были абсолютно не нужны.

      Шрамы на левой руке я привыкла закрывать либо браслетами, либо одним широким браслетом, как у баскетболистов (никогда не могла запомнить его название), либо просто длинным рукавом. Видимо, левой руке досталось во время пожара, иначе что могло оставить подобные шрамы? Не обморожение ведь. Я привыкла к ним, поэтому ношение браслетов или чего-то ещё стало ежедневным ритуалом.

      Мягко говоря, я обустроилась. Постаралась создать максимально похожую обстановку, наподобие той, к которой я привыкла дома. Правил я не нарушала, всегда старалась помочь, способности не светила, но делала всё возможное, чтобы их развивать. И даже в Щ.И.Т.-е я появлялась только ради медицинских осмотров, перерывы между которыми с каждым разом становились всё больше и больше, что не могло не радовать.

      Всё было хорошо. Если не считать моментов, когда я вспоминала о доме, а случалось это абсолютно каждый день.

Переходная часть

Совесть медленно замолкает,
Страх не знает, куда и идти,
Да ничуть уж меня не пугает,
Что иду я на шаг впереди.

Я стараюсь не знать о потерях,
Не хочу быть смущённой опять,
Ну и что, что кого-то обманом
Заставляют тут всё исполнять.

Нет испуга, исчезли все чувства,
Только боль всё никак не пройдёт,
Лишь она говорит мне, что нужно,
Лишь она до конца доведёт.

Всё затихло, и силы мы снова
Бросим в бой против мглы, против зла,
Но под действием рока слепого
Мы случайно свернём не туда…

Примечание к части

Своеобразный переход к событиям в Мстителях, и уже почти окончательный уход от последствий произошедшего в Железном Человеке 2.

Примечание к части

За пояснением к изменениям прошу в часть A Gap Year.

Часть 32

      За окном медленно приближался к своему закату апрель, и последний месяц весны был уже готов вступить в свои законные права. Уже давно растаял снег, который в этом году осчастливил жителей Нью-Йорка и поздравил всех с Днём Влюблённых, устлав здания, деревья, фонари, освещавшие уютные улочки, и, конечно же, Центральный Парк ровным белоснежным покровом. Продержавшись для порядка около недели или чуть больше, он уступил место привычной серой палитре, чьё однообразие, однако, расцвечивалось солнечными зайчиками и бликами возвышавшихся небоскрёбов. Не было ни привычной мартовской непонятливости, ни апрельской грязи, так ярко ассоциирующихся с весной в России даже у иностранцев. Привычно голубое небо заняло положенное ему место уже в марте, избавившись от последних остатков тяжёлых зимних туч, и лишь редкие облачка позволяли себе плыть по нему. Деревья надели свои зелёные наряды и расцветали прямо на глазах, явно готовясь радовать уставший от серых домов взгляд человека. Погода радовала необычайной стабильностью, успев подарить даже несколько особо жарких денёчков, и только ветер с океана иногда напоминал о себе резкими и внезапными порывами, заставляя ветви деревьев неистово шелестеть, а не слишком удачливых прохожих ловить свои головные уборы и поплотнее запахивать плащи.

      Я смотрела в окно, сидя на большой кровати. В комнате, весьма просторной для одного человека, было относительно прохладно благодаря кондиционеру. Встав с кровати и подойдя к стеклу в половину стены, я уже в который раз пожалела, что оно сплошное. Так и хотелось ощутить прикосновение ветра, отворив створки окна, услышать шум Большого Яблока. Но мне оставалось лишь наблюдать за торопливой и яркой жизнью мегаполиса сквозь стеклянную поверхность из комнаты с большой кроватью и кондиционером. Наблюдать за жизнью, ставшей уже привычной. И никто не мог сказать мне, как скоро это должно было закончиться.

      Кажется, это всё уже было. Не так. Иначе.

***


      — Так что ты обо мне знаешь? — подняв бровь, поинтересовался трикстер.

      — Скандинавскую мифологию упоминать? — я невольно рассмеялась, вспомнив некоторые подробности. Например, Слейпнира. Маг, похоже, был осведомлён об этом, потому что его лицо на мгновение исказилось гримасой. — Ну, там не так много… весёлого. Но я могу примерно пересказать «Перебранку Локи» из Старшей или Младшей Эдды, точно не помню. Есть ещё специальные сайты по комиксам, так что гораздо больше можно найти в интернете.

      — Люди в интернете вообще необразованные, — изрёк Локи, усаживаясь поудобнее в кресле и сцепляя руки в замок. — Когда я сказал им, что я Бог из Асгарда, они назвали меня троллем.

      — Так на чём мы остановились? — откашлявшись (почти рассмеявшись), поинтересовалась я. Адекватность моего дальнейшего повествования, благодаря осведомлённости моего слушателя, находилась под угрозой.


***


      В дверь негромко, но настойчиво, постучали. Отвернувшись от окна, я пригласила посетителя войти.

      — Эй, ты что нос повесила? — улыбнувшись, Пеппер подошла ко мне и приобняла за плечи. Надо же, а стоило всего лишь задуматься, и вот тебя уже обвиняют в излишне грустном выражении лица.

      — Да, — я аккуратно высвободилась и вновь повернулась к открывавшейся панораме. Быть может, рассказать про странные сны, донимавшие меня уже последние несколько дней?

      Да нет, ещё к психологу сошлют. Или, того хуже, на очередной допрос в Щ.И.Т. А я там, надо сказать, не появлялась пару месяцев после одного из инцидентов, о котором в Башне Старка негласно решили не вспоминать. Собственно говоря, моей вины там особо и не было. Честно. Просто оказалась не в том месте и не в то время.

      Грустно усмехнувшись и повернувшись обратно к мисс Поттс (ну невежливо спиной к человеку разговаривать), я продолжила: — Так, в календарь заглянула.

      — И? — явно не понимала Пеппер. — Мы что-то пропустили?

      — Нет, нет, ничего, — нервный смешок. — Просто представила, что сейчас бы я начинала готовиться к сессии… ну, там. А если сказать честно, то недели через две должен бы быть мой настоящий День Рождения. Помнишь, вы меня спрашивали, когда же стоит поздравлять именинницу, если вы даже даты не знаете? — Пеппер кивнула, всё ещё не совсем понимая, куда я клоню. — Так вот, я тогда назвала февраль только потому, что это было бы правильно с точки зрения всех тех перемещений и так далее. Вот только я никакая не рыба — это прерогатива моего папы. Я самый настоящий телец. То же число, только месяц другой. Я тогда сказала, а потом и вовсе забыла со всей этой круговертью. А сейчас вот, ностальгия решила вдарить в полную, — почувствовав непрошеное жжение в глазах, я отвернулась.

      Мне не хотелось огорчать Пеппер ещё больше. К тому же, по части организации спокойного празднования Дня Рождения (в чём я уже имела честь убедиться на своём личном опыте) ей не было равных. Да и подарки не оставили бы в равнодушных ни одного фаната — сначала это был фирменный коммуникатор дизайна Stark Industries, в котором было, по-моему, просто всё — даже голлографический проектор, — который я получила на Новый Год. Я довольно часто им пользовалась (пожалуй, даже больше, чем самим коммуникатором), чтобы посмотреть несколько семейных фотографий, случайно обнаруженных на фотоаппарате, который пропутешествовал со мной прямиком из Лондона. Это было довольно неожиданно, потому что перед поездкой я почистила память устройства, дабы больше влезло. Подчистую. Я так думала. К счастью, я в очередной раз оказалась не права, и у меня появилась замечательная возможность видеть их лица. Хоть фотографии и были уже трёхлетней давности.

      Второй же раз (уже на День Рождения) мне преподнесли роскошное платье в пол цвета индиго, сделанное словно из шёлка или какого другого невесомого материала. Оно идеально подчёркивало фигуру и при этом было достаточно закрытым. Серебристая отделка придавала платью определённый шарм, в котором не было и намёка на пошлость, какой, бывает, появляется у чрезмерно блестящих вещей. Нет, только не здесь. Оно было идеально во всех отношениях: когда я просто стояла, материал неподвижными волнами спускался вниз, напоминая мрамор античных статуй. Но стоило лишь нетерпеливо взмахнуть рукой или сделать неторопливый шаг, как платье словно оживало, буквально стремясь за всеми твоими движениями, обволакивая тебя, но в то же время создавая невесомый шлейф, который практически мгновенно становился мрамором, стоило лишь тебе замереть на месте. Это был невероятный подарок, который мне пока ещё не предоставилось вывести в свет. Но это платье уже успело запасть мне в душу, и, если настроение было соответствующим, я надевала его у себя в комнате и просто крутилась у зеркала, рассматривая себя с разных сторон. Почему именно платье, Тони и Пеппер так и не сказали. Лишь ответили, что когда увидели его в магазине, то сразу поняли, что это именно то, что они искали.

      Более того. Это платье безумно напоминало мне моё собственное, в котором я выходила блистать на паркет. Однако одно весьма существенное различие, помимо прочих, существовало — в этом платье я бы решилась танцевать, разве что, неспешный вальс, но никак не зажигательный и драйвовый джайв или, тем более, страстный пасодобль. Если только я не желала разорвать его в клочья.

      Но вернёмся же в мою небольшую комнату. Конец апреля, небольшое откровение между мной и Пеппер в очередной раз разбередило уже почти успевшие зажить рубцы памяти. Мисс Поттс же поражённо вздохнула. Развернувшись, я увидела азартный, почти маниакальный блеск в её глазах и, спохватившись, скороговоркой произнесла: — Нет-нет-нет! Не говори Тони! Он же будет, не знаю, подкалывать. Да и праздновали мы уже!

      — Да нет же! — воскликнула Пеппер и выскочила из комнаты, оставив меня стоять с открытым ртом и поднятым вверх указательным пальцем. Мне не хотелось лишнего внимания, вот только Вирджиния, кажется, так не считала. Язык мой — враг мой. Возможно, что именно так.

      Я не знала, что будет дальше. Лишь жила в постоянном нервном ожидании примерно с января этого года. Если мои расчёты были верны, то события фильма «Мстители» были уже, фактически, на пороге. И я должна была быть к этому готова.

***


      Удивительно, но до самого вечера ко мне больше никто не заходил, и лишь заботливый Джарвис напомнил своим обычным слегка роботизированным голосом, что пора выходить к ужину. Никакого предупреждения о специальном костюме не было, поэтому и наряжаться я не стала. Я решила не напоминать о сегодняшнем разговоре и, вооружившись лучшим настроением, какое у меня только было в запасе, отправилась наверх.

      Поднявшись на лифте, я попала в нужное мне помещение. Пентхаус, как бы сказали многие. Ну да, вечеринки чаще всего проводились именно здесь. Огромный бар, который, как казалось многим, было невозможно когда-либо опустошить, изобиловал разнообразными напитками, к которым заботливый миллиардер редко кого подпускал, кроме себя, себя и, ещё раз, себя. Как он никогда не брал из рук, так он никому не доверял свой бар. Пеппер, пожалуй, была единственным известным мне исключением.

      Я уже давно ко всему привыкла и даже по прошествии месяцев уже не особо вспоминала то, что должно было здесь произойти. Бросая взгляд на ступеньки или огромные окна, я всякий раз старалась отогнать мысль, что ничего не изменится, что таймлайн не нарушен, и всё будет так, как было. И лишь изредка на задворках сознания маячила мысль, нет, некая фраза: «С мужиками такое случается — один раз из пяти», которая могла вызвать только тень улыбки.

      Внезапно стало темно. Нет, не то, чтобы совсем ничего не было видно (так как свет соседних высоток, особенно Крайслер билдинг, достигал и наших окон), но свет в башне точно был отключён.

      Лишь теперь я заметила Пеппер, находившуюся перед камерой, работавшей на батарейках. Девушка махнула рукой, приглашая присоединиться к ней. Запнувшись о ступеньки, я всё же встала сбоку от Поттс и принялась наблюдать за тем же, чем и она.

      — С моей стороны всё готово, остальное за тобой, — из динамиков донёсся деловой голос Железного Человека, спешившего обратно в свою Башню.

      — Линии передач отключил? Мы без питания? — уточнила Пеппер, едва заметно улыбнувшись.

      — Башня Старка будет первым маяком, сияющим от чистой энергии, — в каждом слове миллиардера была гордость за своё детище.

      — Да, при условии, что дуговой реактор запустится и всё обеспечит, — скептически заметила Поттс.

      — Я уверен, — почти сквозь зубы вымолвил Старк. — Зажигай.

      Через несколько мгновений помещение вновь наполнилось светом, заставив нас с Пеппер часто заморгать. Одновременно открылись и голограммы здания, показывавшие перемещение энергии в Башне. Я почувствовала, как лицо медленно краснеет от волнения, ибо, если я не ошиблась, то это было оно. То самое. Какое я безумно боялась спугнуть и именно поэтому даже не позволяла себе завершить мысль целиком.

      — Как смотрится? — с нескрываемым волнением спросила Поттс, немного прикусив губу.

      — Как на Рождество, только свечусь — я, — гордость миллиардера была ощутима даже сквозь динамики и камеру, передававшую нам его изображение, и заставила Пеппер улыбнуться.

      Для себя я отметила, что Тони не сводит глаз со своей верной помощницы. Когда волнение стало прорываться наружу (отметила за собой, что начала дышать поверхностно и часто, я, не став слушать разговор дальше и не желая выдать себя, отошла к дивану). Да и им нужно было побыть вдвоём.

***


      — Двенадцать процентов? — возмущалась Пеппер, идя в моём направлении. — Моего ребёнка?

      — Но я, кхм, делал всё самое тяжёлое…

      — Старк, признай, ты влип, — встряла я, оборачиваясь в сторону изобретателя. Придав лицу максимально спокойное и естественное выражение, я позволила себе отпустить едкий, как мне казалось, комментарий в сторону изобретателя.

      — О, а вот и наша неудавшаяся именинница! — разведя руки в стороны, не остался в долгу Старк. — Пожалуйста, объясни мне: зачем вообще было переносить дату собственного появления на свет?

      Пеппер мягко, но достаточно требовательно коснулась руки Тони, как бы говоря «Не стоит».

      — Вот такой я человек — бывает, слишком привязываюсь к чему-то, — буркнула я в ответ, отворачиваясь и откидываясь на спинку дивана. Объяснять мои мотивы не очень хотелось.

      Вирджиния, удостоверившись, что перебранки не будет, отправилась наливать шампанское, всё ещё настороженно посматривая в сторону диванов.

      — Ладно, не переживай, — мягко начал Тони. — В конце концов, я не могу знать, какого это… всё. Так что, если ты вдруг захочешь отпраздновать День Рождения в положенную дату — мы это сделаем. Почему бы и нет? — лукаво усмехнувшись, миллиардер продолжил. — В конце концов, можно будет, хоть и с запозданием для тебя, устроить общую вечеринку. Или разбить и сделать две!

      — Ха-ха, нет, на это я подписываться не собираюсь! — лукаво улыбнувшись, Пеппер вернулась в диванную зону и отдала Тони бокал.

      — Нет, не нужно вечеринки, — улыбнулась я в ответ. — Да и к тому же, у меня ещё не было возможности опробовать подарок за этот год на практике, так что не думаю, что стоит.

      — Вот и повод для вечернего платья, — подмигнув, улыбнулся Старк.

      — Ладно, согласна на спокойный ужин — без всяких подарков — в кругу семьи нас с вами, — предложение наконец-то выйти в платье из комнаты (хоть и в другую комнату) оказалось выше меня, и я приняла его без особо долгих споров. Поэтому улыбнувшись словно в знак согласия, я заставила бокал вылететь из руки Старка. Третий наполненный бокал стоял на столе рядом, но так было веселее. Изобретатель хотел было поймать ускользавший напиток и даже успел мне что-то возразить, но тут изобретателю позвонили.

      — Говорит жизнеспособная модель Тони Старка, оставьте сообщение, — не дослушав и отложив трубку, миллиардер с укором посмотрел на меня.

      — Да ладно, забавно же вышло, — усмехнулась я, подхватывая висящий в воздухе бокал. — Ой, ладно, извини. Держи.

      Мне абсолютно не хотелось ругаться в такой мирной обстановке, так что наполненный третий бокал тот час подлетел к миллиардеру, не пролив и капли.

      Тони, подхватив бокал, хотел было ещё что-то сказать, но тут двери лифта разъехались в стороны, впуская Колсона в помещение.

      — Проникновение, твой прокол, — цокнув языком, произнёс Старк, переведя взгляд на Пеппер.

      — Фил, давайте, проходите, — та встретила агента как старого приятеля, вставая со своего места.

      — Фил? — мы со Старком присоединились к девушке, встав слева от неё. Дабы не привлекать излишнего внимания, я расположилась чуть позади всех.

      — Я не смогу остаться, — быстро произнёс Колсон, крепко держа в руках чёрный органайзер.

      — Разве его имя не «Агент»? — почти искренне недоумевал миллиардер.

      — Ты почти прав, — вставив свои ненужные пять копеек, я пригубила напиток и добавила: — Мистер Колсон женат на своей работе.

      Как обычно, когда я волновалась, то начинала нести какую-то чушь. И за время моего пребывания здесь Тони и Пеппер уже научились подмечать подобную мою черту. Но сейчас они никак не отреагировали на это.

      — Или она на нём, — пробубнил себе под нос Старк так, чтобы я его услышала, но не Колсон. — Так какими судьбами, Агент?

      — Проходите, у нас тут торжество, — радушно сказала Поттс.

      — Можно сказать, двойное, и именно поэтому он не может остаться, — сквозь зубы молвил филантроп последнюю часть фразы.

      — Вы должны на это взглянуть как можно скорее, — сказал Колсон, молниеносно протягивая Старку органайзер с символикой Щ.И.Т.-а.

      — Ааааа-я не беру из рук, — Тони сделал шаг назад, пытаясь защититься от папки как от дикого зверя. Я фыркнула себе под нос, но всё же привлекла внимание агента, взглянувшего на меня с толикой любопытства. Я постаралась не подать виду, но чувствовала, как необратимо краснею. Я не знала, сколько необходимо было ждать этого момента, боялась, что он не наступит, а сейчас вела себя как последняя идиотка.

      — Я обожаю брать вещи из рук, меняемся, — сориентировалась Пеппер и произвела нехитрый обмен.

      — Мисс Браун, как Ваши дела? — поинтересовался Колсон, пытливо изучая меня.

      — Не жалуюсь, — коротко ответила я и снова пригубила шампанское.

      — Официально часы консультации с восьми до пяти каждый второй вторник, — деловито произнёс Тони.

      — Это не консультация. — так вот что значит «сказал, как отрезал».

      — Это касается Мстителей? — удивлённые взгляды мужчин обратились к мисс Поттс, которая тут же добавила: — Но я… я ничего не знаю об этом.

      Неужели всё вернулось в своё русло? Нетерпеливо посматривая то на папку, то на Колсона, не обращая внимания на его настороженный взгляд, я решила, что будет лучше вернуться к дивану, чтобы не привлекать лишнего внимания, но при этом наблюдать со стороны.

      Тони открыл все папки, запустив многочисленные видео-, фото- и просто досье.

      Но меня интересовало лишь одно дело, которое напрямую было связано с моими странными снами, так назойливо появлявшимися в последнее время. Видимо, я так усердно всматривалась в него, словно пытаясь найти отгадку, что вернуть в реальность меня смог только двойной удивлённо-возмущённый возглас.

      — Что случилось? — я переводила взгляд с одного лица на другое, ища причину такого всплеска эмоций.

      — Я лишь сказал, что Вы понадобитесь для ведения операции, — невозмутимо молвил Колсон.

      Я вскочила с места, не зная, радоваться мне или плакать. Я ведь готовилась к этому. Да чтоб, Тони сам лично готовил меня к этому! Так почему же меня всю трясёт?

      Я попыталась поставить бокал на столик, но не рассчитала. Соскользнув с края стола, он разбился на многие сотни и тысячи осколков.

Часть 33

      С какой скоростью разлетаются осколки?

      С достаточной, чтобы причинить боль. Особенно, если ты босиком.

      Так и моя жизнь, только что более-менее наладившаяся, вновь разбивалась на сотни кусочков, очень метко режущих. Которые потом будет очень сложно склеить.

      Как же хочется домой.


      — С какой, простите, стати? — сквозь зубы прорычала я, как можно крепче сжимая кулаки. Я ужасно боялась, что меня пригласят к участию, потому что меня не должно было быть здесь. Я парадокс, который любым своим неверным действием мог запустить устрашающий механизм разрушения всего и вся. Другим не было видно, но я заметила, что маленькие стёклышки на полу начали плясать. Мда, будь на моём месте Фон Дум, в Колсоне уже была бы дырка. И не одна.

      Меня переполняли противоречивые чувства. С одной стороны, я им ничем не помогу. Они и сами прекрасно справятся. И я не должна им помогать.

      С другой, я всегда хотела в этом поучаствовать, чтоб их, я именно к этому и готовилась! Но вот мог ли быть от меня толк?

      — В качестве консультанта, только и всего, — мило улыбнулся агент, хоть на его лице тоже выражалось небольшое, но всё же беспокойство.

      — Хах, и что же я могу Вам насоветовать? — поинтересовалась я, вставая ногами на диван. Обойти его не было возможности из-за стекла, а ранить щиколотки (ещё больше) мне не хотелось. При движении пальцы ног слегка пощипывало из-за попадания капелек шампанского в мелкие порезы, но я лишь немного поморщилась. — Как вернуть этот ваш Тесаркт… Терракт… этот ваш синий кубик на место?!

      Аккуратно перешагнув через диван, я почти поравнялась с Пеппер и Колсоном, оставив Старка позади изучать материалы.

      — Тессеракт, — поправил меня агент. До скрежета стиснув зубы, я заставила себя кивнуть. — Мы предполагаем, что Вы располагаете очень полезной информацией. Учитывая Ваше происхождение, — ничего себе осведомленьице!

      — Я не думаю…

      — Они всё знают, — перебил меня Старк, видимо, решив ввести меня в краткий курс дела. Вовремя. Повернув голову в его сторону, я скорчила рожу, давая понять, что мне это прекрасно известно. Вот только хотелось ещё немного поломать комедию. Да и не в моих правилах раскрывать все карты сразу. Вдох-выдох, собрались и продолжаем:

      — Допустим, — согласилась я, вновь глядя на Колсона и переминаясь с ноги на ногу. Ранки так и щипали — надо бы их обработать после. — Но кто Вам сказал, что я буду сотрудничать?

      В принципе, была и третья сторона, о которой я пока не могла вспомнить, только чувствовала её незримое присутствие. Это было что-то очень важное, что почти ощутимо подталкивало меня к принятию приглашения. От этого мне становилось не по себе.

      — Директор Фьюри, — улыбнувшись, произнёс Колсон. Это представление явно начало доставлять ему удовольствие. — Он считает, что Вы могли бы быть хорошим информатором.

      Я подошла ещё ближе, почти вплотную, и, взглянув агенту в глаза, на полном серьёзе молвила:

      — Боюсь, на нас двоих, — указав пальцем на Тони и сделав паузу, я продолжила: — денег не хватит, — заметив нужное мне негодование, я развернулась и пошла к Старку, который исподтишка показывал мне большой палец.

      — Что ж, я вас уведомил, — сказал Фил, видимо, решивший в этот раз ограничиться ролью курьера и не вступать в бессмысленные споры, прекрасно понимая, что мы всё равно не откажемся. Собственно говоря, эта его уверенность и заставила меня обернуться. — Завтра вас будут ждать в 21.00 в условленном месте.

      — А где оно? — усмехнувшись, поинтересовался Тони. — Мы и сами найти сможем.

      — Вам сообщат, — кивнул агент, полностью игнорируя мой разъярённый взгляд, и, повернувшись к Пеппер, спросил: — Вас подвезти?

      — Да, конечно, — девушка постаралась беззаботно улыбнуться, что вышло не совсем удачно. Как только они зашли в лифт, Поттс добавила: — Как там Ваша альтистка?

      Двери лифта закрылись. Ещё несколько мгновений я сверлила их взглядом и лишь затем села на пол, тихо шипя больше от досады, чем от порезов.

      — Здесь есть аптечка? — я взглянула на миллиардера, который уже вернулся к досье.

      — Где-то была, — отрешённо ответил филантроп, внимательно изучая предоставленную ему информацию. — Джарвис!

      Послышался звук открываемого ящика. Поднявшись на ноги, я обошла барную стойку и обнаружила так необходимый мне чемоданчик с красным крестом, лежавший в небольшом ящике в самом низу стойки. Удобно.

      Зажав зубами пинцет, одной рукой я придерживала щиколотку, а другой обрабатывала ранки спиртом. Сидя на полу.

      — Ты не собираешь убрать за собой? — вздрогнув, я подняла голову и удивлённо посмотрела на миллиардера, не отрывавшегося от своих дел, снизу вверх.

      — Я ещё не закончила, — не разжимая зубы, промямлила я, возвращаясь к прерванному занятию.

      — Вообще-то я про стекло, — усмехнулся Старк и махнул в сторону дивана, около которого были осколки.

      — После, — я зашипела, обработав очередную ранку перекисью. Так, вроде всё.

      Убрав аптечку (надо бы запомнить её местоположение), я устремилась к дивану, кое-где забрызганному шампанским, предварительно вооружившись глубоким стаканом — из-под виски, кажется. Нужно было собрать мешавшиеся осколки. Поставив бокал на пол, дабы освободить руки, я осмотрела место происшествия. Ну, не так-то много. Попытавшись сосредоточиться только на кусочках стекла, я отправила большую их часть в бокал на полу. Негромко позвякивая, осколки наполнили его без труда. Ну, с крупными покончено.

      — Подмести было бы не плохо, — оглядывая пол и всё ещё подмечая блики мелких стёклышек, сообщила я Старку.

      — Завтра подметут, — беззаботно ответил Тони.

      — Что ж, тогда без обуви там ходить не рекомендую, — взяв стакан с осколками и приблизившись к барной стойке, я принялась изучать досье вместе с Тони. Конечно, я видела их все далеко не в первый раз, хоть и впервые за прошедшее время. Я знала их по фильмам и комиксам. Вернее, я знала их как персонажей. Как показала практика со Старком, не слишком исчерпывающая информация.

      Однако я знала и что-то ещё. Ответ вертелся прямо на кончике языка, но я никак не могла его ухватить. И чувствовала, что это имеет какое-то отношение ко снам, которые, будучи яркими и определёнными, на утро оставляли лишь послевкусие чего-то страшного. Надвигающегося.

      — Знаешь, а мы всё равно приготовили кое-что. И, раз уж у нас намечается вечеринка, почему бы не выдать это раньше, — ухмыльнулся филантроп.

      — О чём это ты? — не совсем поняла я, давно убрав стакан и изучая досье Клинта. Лучший стрелок в руках трикстера. Добром это не кончится.

      Поняв, что ответом мне послужило молчание, я повернулась к миллиардеру. Только сейчас я заметила, что Старк держит одну руку так, чтобы мне не было видно, что в ней.

      — Думаю, тебе понравится, — изобретатель всё ещё старался сохранить интригу.

      — У вас с Пеппер шикарный вкус. Так что я могу быть полностью спокойна, — я пыталась понять, что же это было. Но тщетно.

      — Ты не всегда точно перемещаешься. Порой даже не на землю, — как можно более заковыристо издалека заходил Тони. — А я не смогу всегда тебя ловить. И ты не всегда будешь в костюме. Конечно, сейчас у тебя это получается лучше, но рисковать я не хочу.

      Я хмыкнула, вспомнив первые неудачные попытки. Действительно, так оно всё и было. И меня тронуло, что миллиардер чуть ли не прямым текстом сказал, что беспокоится обо мне. Конечно, он очень, безумное количество раз доказал это делами, да и недавний случай в школе, после которого пришлось срочно идти в Щ.И.Т., ещё раз это доказывал, но всё же. Приятно.

      — Спасибо за заботу, — искренне произнесла я. — Мне, правда, очень приятно. Так что же это?

      Изобретатель наконец показал мне руку с презентом. Кроссовки?

      — В них встроены стабилизаторы, работающие на мини-генераторах. Количество оставшегося заряда отображается сбоку. Примерное время работы — двадцать минут. Уже опробованы.

      — Спасибо! — я расплылась в улыбке и, не зная, что ещё сказать, обняла миллиардера в знак благодарности.

      — Эм, не говори об этом Пеппер, — отшутился Старк. — Между нами…

      — Целых двенадцать процентов! — перебила его я, и мы оба рассмеялись.

      — Кстати, можешь меня просветить относительно этого… Локи? — закончив с поздравлениями, Тони вновь открыл досье с фотографиями Тессеракта и трикстера. — Локи. Странное имя для мужика, не находишь?

      Я лишь рассеянно пожала плечами.

      — Забавно, что мне снова приходится рассказывать это, — усмехнулась я.

      — Я первый раз прошу тебя это сделать, — заметил Старк.

      — Да? — я немного не поняла. А кому же я это рассказывала? Ладно, потом разберёмся. — Хорошо. Тем не менее, присаживайся — это будет долгая история.

***


      На следующий день нам позвонили намного раньше, чем планировалось. Примерно в час дня нам доложили, что Локи объявился в Штутгарте.

      — Сколько там сейчас времени? — поинтересовалась я у миллиардера, попутно надевая костюм.

      — Около семи вечера, — закрыв шлем, ответил Старк. — Зная его только из твоего рассказа, можно смело сказать, что мы весьма ограничены по времени.

      — Если быть точнее, осталось чуть более трёх часов, — проверяя настройки костюма, отрапортовала я.

      — Мощности должно хватить. Джарвис, мы готовы?

      — Да, сэр, — прозвучало в обоих шлемах.

      — Ну что, наперегонки до Штутгарта? — предложила я, и мы оба почти одновременно сорвались с места.

Часть 34

      — Старк, где вы находитесь? — внезапно довольно громко раздалось из динамиков шлема. Вздрогнув, я недовольно фыркнула, поняв, кому принадлежит голос.

      — Старк, отвечай, это же ты у нас по картам ориентируешься, а не я, — буркнула я по внутренней связи, отвлекая миллиардера от каких-то туманных мыслей.

      — Да, да, сейчас, — его голос был слегка напряжённым, а лицо весьма сосредоточенным. Видимо, это были какие-то личные переживания. — Над материком.

      — А поточнее? — наспех выданная информация явно не устраивала Фьюри.

      — Разве мы уже опаздываем? — скептическим тоном уточнила я, сверяясь со временем. Да вроде не должны. Хотя, что ни говори, а просчитываться я умею.

      — Мне передать вам трансляцию с камер? Старк, что она здесь делает? — раздражённым голосом парировал директор Щ.И.Т.-а. Еле удержавшись от того, чтобы закатить глаза, я задала Фьюри очередной встречный вопрос:

      — Они уже на улице? Или в пом…

      — Я не мог оставить вашего «консультанта» в Нью-Йорке. Мы в двадцати километрах от места, — резко прервав нашу милую беседу, Тони произнёс по внутренней связи: — И на них я тебя обгоню!

      — Ждём вас, — деловито бросил директор и отключился.

      Мы оба вдарили во весь опор, но, что спорить, костюм миллиардера был лучше оснащён, чем мой, да и мощности в нём было больше. Через несколько секунд он уже оторвался от меня на достаточное расстояние, и на экране появилось его ухмыляющееся лицо.

      Зависнув на месте и наблюдая за удаляющейся точкой, я бросила в микрофон:

      — Может, ты и быстрее, но перемещаться пока не можешь!

      Я сосредоточилась перед прыжком.

      Последнее, что донеслось из динамика, прежде чем связь внезапно оборвалась, был возмущённый голос изобретателя:

      — Эй, мы так не договар… — помехи не дали ему договорить.

***


      Вот и площадь, прямо передо мной. Виновник торжества — по левую руку. По периметру — копии.

      Реалистичнее, чем на съёмках в Кливленде. Правда, не слышно ничего.

      А дальше-то что? По части планирования я полный профан.

      — Железный Человек! — выкрикнул кто-то из толпы, привлекая всеобщее внимание. Всемирная известность миллиардера совершенно не играла мне на руку.

      Совсем, совсем не играла, ибо я была как на ладони.

      Беда не заставила себя долго ждать. Энергетический заряд был довольно мощным, поэтому инстинктивно поставленный блок его не удержал.

      Пролетев сколько-то метров, я упала на асфальт, крепко приложившись об него головой. Скрежет металла, шум в ушах, неприятная боль в спине, нечёткое изображение камер — вот что ждало меня в следующий момент.

      Рывком встав, я выстрелила одним из репульсоров, но, как и следовало ожидать, промахнулась.

      Следующий энергетический заряд, встретившись с более мощным блоком, растворился в воздухе. Жаль, что не отрикошетил. В голове гудело, во рту чувствовался металлический привкус.

      — Сволочь! — сквозь зубы выплюнула я своему оппоненту, который, несмотря на расстояние, всё же услышал.

      — Так вот что из себя представляют Могучие Герои Земли. Жалкое зрелище!

      Очередной заряд, ослабевающий блок.

      По инерции отступив на несколько шагов назад, я заставила себя продолжить подобие диалога.

      — Скажем так, я подмастерье!

      Снова заряд, но меня там уже не было. Вместо этого я появилась позади трикстера и вновь выстрелила в него.

      Нельзя. Неправильно.

      — Бьёшь со спины?! — надрывное шипение прозвучало у самого моего уха.

      Рывок. Кинжал лязгнул о металл, не сумев протиснуться сквозь плотно сжатые пластины.

      Снова телепортация. В висках стучало, гул в ушах нарастал, а картинка перед глазами становилась менее чёткой. Я опустилась на одно колено, и очередной заряд не заставил себя долго ждать.

      Это была явно плохая идея.

      Меня трясли за плечи, зовя не моим именем.

      — Старк, Вы в порядке? Старк!

      — Капитан? — только и удалось выдавить мне. Чувствую, через пару мгновений будет хреново.

      — Я оставлю Вас здесь! — не разбираясь, убежал Стив.

      А я, подняв забрало шлема, вдыхаю свежий воздухом, попутно расставаясь с последними остатками сегодняшнего (или вчерашнего?) завтрака.

***


      Трикстера уже проводили в джет, но нас пока не забирали. Стив попросил, чтобы мне ещё дали отдышаться. Хех, сама забота. Но я ему благодарна.

      — Капитан, это мой подмастерье, — ухмыльнувшись, Старк представил нас с Кэпом друг другу. — Маша, это Стив Роджерс, известный так же как…

      — Капитан Америка, — закончила я за миллиардера. — Спасибо, — я слабо улыбнулась Стиву.

      — Тебя бы подучить сражаться, — качнул головой Капитан. — Маша… Русская?

      — Есть такое дело, — кивнув, ответила я.

      — Ещё пять минут, и мы вылетаем, — развернувшись, Стив пошёл к джету, оставив нас со Старком наедине.

      — Ты как, подмастерье? — Тони сочувственно хлопнул меня по плечу, вызвав волну боли.

      — Иди ты! — я попыталась усмехнуться. — Эх, мне бы сейчас шоколадку, чтобы сахар поднять, — прикрыв глаза, я добавила: — И портвейн бы не помешал!

Часть 35

      С нескрываемым облегчением сев и вытянув ноги в этом неудобном, но всё же каком-никаком сиденье, пристегнувшись и приготовившись к перелёту на неизвестное мне расстояние, я с жадностью прильнула губами к минералке, протянутой мне Стивом. В привычной ему сдержанной манере, он в который раз захотел убедиться, что со мной всё в порядке, и мне в очередной раз пришлось убеждать его в этом. Время от времени мне в голову начала приходить мысль, что этот парень был не так уж прост, каким мог показаться на первый взгляд, и в какой-то момент я даже поймала себя на мысли, что начинаю проникаться к нему симпатией — столько хорошего он успел сделать для меня за какие-то двадцать минут. Да, я конченный эгоист.

      — Ещё раз спасибо, — на выдохе, как в рекламе «Pepsi», произнесла я, отдавая бутылку обратно. Улыбнувшись и получив в ответ добрую и открытую улыбку, от которой многие девушки таяли, словно шоколад под июльским солнцем, я ощутила холодный укол то ли совести, то ли чего-то ещё, что однозначно заставило меня вздрогнуть.

      — Замёрзла? — усмехнулся Старк, переводя взгляд с меня на Кэпа и обратно.

      — Да так, вспомнила кое-что, — не желая потом слушать шутки миллиардера, отмахнулась от него я и вновь откинула голову назад настолько, насколько это было возможно, закрывая глаза и пытаясь отгородиться от реального мира и потока мыслей.

      Мне очень, нет, мне безумно сильно хотелось просто уставиться на нашего пленника и не сводить с него глаз. Я так ждала этого, лелеяла слабый отблеск надежды, что когда-нибудь встречу его — и вот, моя мечта претворилась в быль. Я так о многом хотела его спросить, пусть бы он даже и ни во что не ставил меня — всё равно. Просто ощущения того, что вот, Локи, в одном квинджете со мной (а буквально минут двадцать назад мы пытались перерезать друг другу глотки) уже было достаточно. И при этом оно распаляло желание большего. Я думала, что за проведённое в этой Вселенной время перестану удивляться, но не тут-то было. А удовлетворить всё возрастающее любопытство в настоящий момент не было ни возможности, ни желания, чтобы не навести на себя каких-то лишних и ненужных подозрений со стороны Тони или Стива. Именно поэтому я просто старалась выкинуть из головы все мысли и попытаться отключиться от происходящего.

      Вновь холодный укол. Как же трудно не обращать ни на что внимания и пытаться успокоить собственные нервы и боль от ударов.

      Слегка поморщившись, я снова попыталась заснуть и не слушать разнообразных речей, которыми Старк и Роджерс пытались разговорить нашего заключённого.

      И долго меня собираются игнорировать?

      Едва не подпрыгнув на месте, я резко открыла глаза. Что это? Кэп с Тони всё ещё делают жалкие потуги допросить трикстера, так что это вряд ли были они.

      Не строй из себя дуру, или последние остатки разума покоятся там, на площади?

      Если ещё и оставалось что-то от того сонного состояния, то в этот момент от него и след простыл. Не веря собственным ушам, я взглянула на принца, который, как казалось ранее, отвлечённо смотрел куда-то в сторону, не обращая внимания на говоривших и то и дело переводя взгляд на ту или иную деталь квинджета. Любопытно. Проследив траекторию, на которую постоянно возвращался якобы блуждающий взор мага, я с некоторым подозрением подумала о подсчёте парашютов, выходов и поиске рычагов, открывавших двери.

      В подсознании всё яснее укреплялась мысль о каком-то давно забытом плане, заставляя ощущать себя отъявленным заговорщиком. И эти странные сны. Они должны иметь какое-то отношение хоть к этому!

      Наши взгляды пересеклись, в очередной раз повторяя траекторию. Холодные, словно лёд, глаза трикстера не отпускали от себя, гипнотизируя, обнажая потайные уголки мыслей, которые ты прячешь ото всех и от самого себя, выискивая страхи, похороненные под показной бравадой и бесстрашием, доставая забытые или же спрятанные воспоминания.

      Внезапный приступ головной боли заставил меня согнуться пополам и резко вскинуть руки к голове. Воспоминания, запертые где-то глубоко в подсознании, ударили в разум со скоростью пули. — Почему ты не можешь просто рассказать всё, что знаешь? — Мы что, оба здесь застряли? — Он всё равно получит своё. — Они точно ничего не заподозрят?

      Сколько времени мы провели в той комнате посреди ничего? Сколько встреч? Почему я этого совершенно не помнила? Тони и Кэп подлетели ко мне, но я не слышала, что они спрашивают.

      Та встреча не была просто сном. Всё это не было сном.

      А ты как думала?

***


      Открыв глаза, я первым делом успокоила Старка и Стива. Убедив их, что это лишь последствия ударов и не слишком удачного перемещения, мне, вроде бы, удалось придать им уверенности в том, что со мной всё в порядке. И всё же, Капитан вновь протянул мне воду, от которой я не стала отказываться.

      Как только они вновь вернулись к разговору, я с неподдельным изумлением посмотрела на Локи, как будто видела его впервые. Принц задумчиво смотрел в одну точку, не обращая ни на кого внимания. Тони и Стив стояли ближе к пилотам, что-то оживлённо обсуждая между собой. Порой к разговору подключалась Наташа, не отвлекаясь от штурвала.

      — Где мы сейчас пролетаем? — я откашлялась, обнаружив, что в горле жутко пересохло, несмотря на выпитую воду.

      — Ещё над континентом, — ответил Тони, пристально глядя мне в глаза. — Ты точно в порядке?

      — Да, не волнуйся. И спасибо, что вытащил меня, — я искренне улыбнулась и затем наклонилась вперёд, сложив руки на коленях в замке и закончив разговор. Разглядывая незамысловатый серый пол, не в силах поднять голову и посмотреть ни на друзей, ни на врага, я погружалась в свои мысли.

      Враг. Какое странное слово. Какой смысл в него надо вложить, чтобы оно заиграло нужными тебе красками? Явно не тот, что вкладывала я.

      В голове голос Безумного Шляпника произнёс: «Враг. Мрак.»

      — Что общего у ворона и письменного стола? — шёпотом спросила я, поднимая голову и заглядывая в леденящие кровь глаза.

      Послышался гром, возвещавший о прибытии ещё одного персонажа.

      Синхронно, словно по команде, мы оба посмотрели наверх.

      — Боишься грозы?

      — Да.

      — Я не в восторге от того, что за этим последует.

      О, а вот и Тор, само очарование. Всё как по сценарию. Хотя нет. Всё по сценарию. И тут меня осенило: в последствии именно Тор может стать моим билетом домой.

      — Старк, нам нужен план атаки! — прокричал Стив, чей голос едва слышим за резкими порывами ветра.

      — У меня есть, атакую! — и Старк унёсся в ночь.

      Торопливо отстегнув ремни безопасности, я была готова лететь следом.

      — Ты останешься здесь! — пытается приказать Капитан, торопливо надевая парашют.

      — Ещё чего! — ответив в тон ему, я нырнула в ночной воздух, разряжённый от грозы.

Часть 36

      Холодный ночной ветер бодрил, рассеивая последние остатки сонного морока, уничтожая хоть какие-то сомнения.

      Это никогда не было сном. Не верю.

      Еле сдерживаемые слёзы создавали туманную плёнку перед глазами, словно создавая защиту от жестокости реального мира. Нет, я не сошла с ума. Этого не может быть. Ну что я себя обманываю — в этой дурацкой Вселенной всё возможно.

      Попавшие не в то время, не в то место, разделённые пропастью, размером с целую Вселенную, объединённые тем, что сейчас разъединяет остальных.

      Тессеракт. Став свидетелем его силы, обратной дороги уже не было ни для кого.

      С такими мыслями я пулей разрезала воздух, следя за светящейся точкой, петлявшей из стороны в сторону, уходя от столкновения с деревьями. Если бы Старк меня сейчас заметил, мне был бы очень строгий выговор. За неисполнение приказа. За никому ненужный риск.

      Ну зачем я обманываю саму себя? Джарвис уже наверняка доложил миллиардеру о моём присутствии, просто тому сейчас совершенно не до меня. Слишком мелкая сошка в данный момент.

      Но я не солдат. И не собираюсь им быть.

      Вот и мыс. А с высоты эта сцена со сбиванием Тора выглядит ещё эпичнее. Как минимум, теперь тебе будет кого послушать, Локи.

      Приземлившись аккурат за его спиной и подняв забрало шлема, я спросила принца, не обращавшего на меня никакого внимания:

      — Он тебя раздражает, бесит, или ты его ненавидишь? — на русском. Конечно, ведь всю иронию этих слов я могла передать только так, ибо иначе из моих уст прозвучала бы полная белиберда. После пары секунд вполне обоснованных сомнений, я подошла ближе к обрыву и встала рядом с трикстером, бросив осторожный взгляд вниз и заметив дерущихся. Как малые дети, ей богу.

      — Ты хоть понимаешь, что я могу скинуть тебя с горы в свободный полёт, отключив полностью систему питания? — продолжая собственные наблюдения за братом и не обращая внимания на мой вопрос, ехидно поинтересовался маг.

      Два ворона пролетели над утёсом, описав небольшой круг. Шпионы Одина, наверняка. Даже птицам здесь нельзя доверять.

      — Да, — только и молвила я, не отводя взгляда от отправившихся в полёт Мстителей.

      — Хочешь проверить? — усмехнулся трикстер.

      В следующее мгновение, получив ощутимый толчок в спину, я была предоставлена свободному полёту со скалы в костюме, ставшем бесполезным. Нет, он издевается?! Это же смешно!

      Вновь очутившись на краю скалы, я приготовилась как следует ударить трикстера, дабы стереть с его лица столь надоевшее наглое выражение. Будто всё принадлежит ему. Бесит!

      В глазах снова потемнело. Сколько раз я уже перемещалась? Явно много для одного дня. Главное — не оступиться.

      — А теперь ты слушай меня, — ледяные пальцы стальным кольцом схватили за левое запястье, заставив зашипеть от забытого прикосновения обжигающе-холодных игл, которое было ощутимо даже сквозь броню. — Ты не мешаешь мне или встаёшь на мою сторону. Что выбираешь? — я всё старалась оторвать глаза от этих колючих ледышек, в то время как чужое дыхание обжигало кожу на щеке.

      — Пока что я выбираю или, — полушёпотом сказала я. Ответ его явно не устроил, и вторая рука сомкнулась на шее, готовая в любой момент сжать железо. И мою шею вместе с ним. — Здесь слишком много ушей, — надтреснутым голосом прохрипела я. — Отпусти меня уже, Локи!

      Оттолкнув меня на каменистую поверхность скалы (ладно хоть не с обрыва сбросил, на том спасибо!), Локи пошёл любоваться разрушениями, нанесёнными его братцем, Железным Человеком и Капитаном.

      — Они скоро будут, — спокойно произнёс трикстер. — И, если мне не кажется, они совсем не будут рады встретить тебя здесь. — повернувшись ко мне, он удостоил меня ухмылкой.

      — Кэп всё равно знает, что я ослушалась… приказа, — буквально выплюнув последнее слово, ответила я. — Да и Старк уже в курсе. Так что мне по-фи-гу.

      Принц промолчал. Меня же охватило непреодолимое желание растереть шею, но в костюме этого сделать было просто невозможно.

      — В следующий раз за шею не хватай, — откашлявшись, произнесла я. Трикстер приподнял бровь, собираясь что-то сказать, но я его перебила: — Уверена, что следующий раз ещё будет.

      — Как знаешь, — усмехнулся Локи, оборачиваясь на приближающийся шум. — Ты остаёшься?

      — Нас всё равно не слышали — ты собственноручно отключил мне костюм, — возмутилась я. И что все пытаются меня прогнать или оставить где-нибудь? — Кстати, может, ты его включишь? Думаю, Старк не одобрит дополнительный багаж.

      Ещё один смешок, едва заметное движение пальцами, и не успел костюм «ожить», как костяк Мстителей уже был рядом с нами.

      — Какого чёрта ты ослушалась Капитана?! — закричал на меня Тони, но тут же постарался взять себя в руки. — Ты хоть знаешь, кто стоит рядом с тобой?!

      — По мифологии? — на полном серьёзе спросила я.

      — Да хоть по летописи мироздания! — не выдержал миллиардер. — Почему ты не осталась в джете?!

      — Нет, и как ты себе это представляешь? — начала заводиться я в ответ. — Вы там дерётесь, а пленник сбежал?

      — Да ты…

      — Старк, она права, — спокойно добавил Стив, мягко перебивая Тони. — Ослушалась, конечно, но права.

      — А я о чём го… — осеклась я на полуслове, поймав на себе свирепый взгляд Железного Человека. Примирительно подняв руки, в шутку произнесла: — Молчу-молчу.

      Ещё несколько секунд Старк сверлил меня взглядом и лишь затем представил асу:

      — Тор, это Маша. Маша, это Тор. Дальше сами.

      Я фыркнула, не удивившись такому сухому обмену именами, но всё же сделала некое подобие реверанса, хоть и неуклюжее в этой военизированной банке.

      — Девушка-воин? — немного удивлённо спросил громовержец, в конце концов оторвав беспокойный взгляд от трикстера. — Он не причинил тебе вреда?

      — Он пытался, но я сама кому хочешь вред причиню, — усмехнулась я. — И кстати, Сиф ты не удивляешься, а мне — вполне?

      Тор изумлённо переглянулся с Тони.

      — Думаю, Вам будет, о чём поговорить, — кажется, миллиардер что-то понял. И, возможно, слегка обиделся, что я не рассказала ему всё, что знала. — А пока — все в джет. А тебе, — добавил он, обращаясь ко мне, — по прибытии в Нью-Йорк обеспечен домашний арест.

      Словно по команде, все оторвались от земли, оставив меня, замешкавшуюся на пару секунд, на скале. Конечно, я ведь не собиралась отстать.

      — Думаю, в твою Башню на такое долгое время я уже не вернусь, — произнесла я, улыбнувшись, и взмыла в небо.

Часть 37

      Боже, как же это восхитительно! Снять с себя этот треклятый костюм, за последние несколько часов пребывания в нём превратившийся в консервную банку. Ощутить всю прелесть движения без скованности и неуклюжести.

      И, первым делом, потереть шею. Невероятное чувство облегчения, то накатывающее волнами, то вновь отступающее, оставляющее после себя ощущение лёгкости, отвлекло меня от ноющей боли в спине и навязчивого покалывания в запястье. На спине, скорее всего, будет синяк. Главное, чтоб без последствий для перелома. Я сдвинула множество браслетов, чтобы посмотреть на руку. Кисть, находящаяся словно в окове шрама, заметно побелела, словно её очень долгое время сжимали. Или словно от обморожения. Ну как, словно. Нервно усмехнувшись и торопливо оглядевшись по сторонам, на случай, если кто-то мог заметить, я вернула браслеты на прежнее место, дабы не привлекать излишнего внимания.

      Ещё раз проверив крепление костюма и закрыв импровизированный «шкаф», я сразу же направилась на бортовую кухню, где намеревались собраться все. Как говорится: война войной, а обед по расписанию. Особенно если со вчерашнего дня у тебя во рту маковой росинки не было.

      Еле-еле отыскав столь желанную столовую среди лабиринта коридоров Хеликарьера, я с нескрываемым нетерпением (то ли от предвкушения скорой трапезы, то ли от ожидания «нового» знакомства) подошла к Капитану, старательно рассматривавшему какой-то салат. Цезарь, кажется.

      — Привет, Стив, — смущённо улыбнувшись и сделав жест а-ля-Спок, я с удивлением отметила, что Роджерс всё ещё в костюме. Всегда наготове. Помимо самой заботы, он явно был ещё и самой бдительностью.

      — Привет, — Стив повернул голову в мою сторону и удивлённо продолжил: — Я думал, ты старше.

      — Не суди по обложке, — хмыкнув и взяв поднос, я внезапно обнаружила, что всё ещё смотрю на Капитана. Изучающе так смотрю. — Эмм, по тебе же не скажешь, сколько лет ты пролежал во льдах.

      На лице Роджерса промелькнула тень обиды, и лишь теперь ко мне с ужасом пришло осознание того, что я сказала.

      — Стив, прости меня, пожалуйста. Я не знаю, кто меня за язык дёрнул. Я… — запнувшись на середине фразы, я силой заставила себя продолжить: — я просто устала. И, к тому же, голодная, — будто в подтверждение моих слов, желудок исполнил песнь влюблённого кита. — Слышишь?

      Виновато улыбаясь, я ждала от Стива хоть какой-нибудь реакции.

      — Тогда сначала поешь, а потом и поговорим, — Капитан всё же улыбнулся в ответ, но в его голосе было куда больше серьёзности, чем при обычном разговоре даже в джете.

      Стив пошёл дальше, а я всё стояла рядом с салатами, едва сдерживая подрагивающие руки от того, чтобы не врезать самой себе подносом по голове. Да, Маша, умеешь ты друзей заводить! Вон, взяла и испортила человеку настроение!

      Из груди вырвался сдавленный стон, а желудок опять пропел свою песнь. Жизнь на контрастах какая-то!

      — Что стоим, кого ждём? — внезапно спросила Наташа, возникнув словно из ниоткуда. Подошла так тихо, что и не верится, что человек может так ходить. Хотя, она же шпион, ей положено появляться бесшумно. Да, но не пугать же при этом людей?!

      — Да так, выбираю, какой из салатов не взять, — вымученно улыбнувшись, я прошла дальше, волоча поднос следом по столу.

***


      Поздний ужин (или ранний завтрак?) прошёл в напряжённой обстановке, которую не смогли разрядить ни шутки Тони, ни смех Тора. Каждый думал о том, что будет дальше. Пока Локи допрашивали, мы имели возможность на временную передышку, но допрос не мог длиться вечно, так? А значит, трапеза в дружеской обстановке обещала подойти к концу. Всё когда-то обещало подойти к концу. И все это понимали, поэтому пока не спешили радоваться раньше времени хоть какой-то маленькой победе. Поэтому стоило только ужину закончиться, как все разошлись в разные стороны. Брюс отправился в лабораторию, Тони — проверить костюмы, Наташа и Тор собрались в кабинет к директору, а мы со Стивом — сразу на капитанский мостик. Капитан должен быть на мостике. Лишь бы вслух не сказать.

      Проведя несколько минут в гнетущей тишине, нарушаемой только мерным дыханием и такими же мерными шагами, я не выдержала первой:

      — Стив, извини меня ещё раз, пожалуйста, — я закусила губу, пытаясь сдержать эмоции, рвавшиеся наружу. Нет, ну как можно было такое ляпнуть?! — Не знаю, что на меня нашло. Кто знает, может, удары об асфальт не прошли бесследно.

      На лице капитана появилась сдержанная, но такая искренняя и нужная мне именно сейчас улыбка.

      — Я не расстраиваюсь из-за такого пустяка. Это же сущая глупость, — улыбка Роджерса стала ещё шире. — Сколько ты провела у Старка? Месяц? Два? Порой это становится заразно.

      — Что — это? — понимая, куда он клонит, подыграла я.

      — Умение говорить, не подумав, — грустные нотки прозвучали у него в голосе, выдавая нахлынувшие печальные воспоминания. Интересно, как давно он очнулся? Думаю, добавить про фондю будет определённо лишним. Зубы, сомкнуть ряды, язык не выпускать!

      — Пожалуй, ты прав, — усмехнувшись в ответ, подтвердила я. — Порой бывают такие заковыристые слова, что и не сразу разберёшь, о чём речь.

      На секунду задумавшись, Стив выдал:

      — Ты знаешь, что такое фондю? — лицо капитана оставалось вроде бы серьёзным, но вот голос выдавал сменившийся настрой Капитана. — Вот я не знал.

      И тут коридор сотрясся от синхронного приступа смеха. Ладно хоть не на мостике догадались вести эту тему! Ну да, зрелище бы им предстало неописуемое: сгибаемый пополам от смеха Капитан Америка и такая же девица, наспех вытирающая истеричные слёзы. Вот даже язык у меня никак не поворачивается такое описать одним словом!

      — Это что-то с сыром, если мне не изменяет память, — сквозь слёзы просипела я, грозясь надорвать голос.

      — Да, сыр… на палочке, — наконец уняв смех, закончил Роджерс. Секунды разрядки прошли, и мы оба смогли вдохнуть полной грудью. — Да, давно я так не смеялся.

      — И я, — честно признавшись, я почувствовала, как краснею. Поймав в пальцы чёрную прядь волос и начав теребить её, я привстала на носочки и чмокнула Стива в щёку, сделав это так быстро, чтобы самой же и не передумать. Зачем? Ума не приложу. Просто захотелось и всё. — Спасибо, что не сердишься.

      Улыбнувшись одним уголком рта, я резко развернулась, не давая изумлённому капитану что-либо сказать, и убежала на мостик, чтобы успеть туда одной из первых и подумать в одиночестве.

Часть 38

      Мерное постукивание пальцев нарушало воцарившуюся на мостике тишину. Все с замиранием сердца прилипли к своим экранам, словно в ожидании поздравления президента на Новый Год, и лишь изредка отданный приказ разрывал напряжённую обстановку. Пожалуй, сравнение с праздником было лишним, ибо очень многие понесли потери по вине младшего асгардского принца, и очень многие желали отомстить ему лично. Что ж, видимо им придётся это делать в порядке живой очереди.

      Облокотившись спиной о стену и скрестив руки, я могла спокойно наблюдать за всем происходящим на мостике, переваривая нужные мне мысли, не привлекая к себе излишнего внимания.

      Что дальше-то? Во-первых, мне точно нежелательно находиться в лаборатории во время взрыва: не думаю, что там всем хватит места на более-менее безопасное разрешение событий. В крайнем случае, я могу оттуда телепортироваться. Силы к утру должны восстановиться. Надеюсь.

      Во-вторых, я не горела желанием оставаться на Хеликарьере во время битвы за Нью-Йорк. Хотя там я тоже сильно быть не хотела, ибо помнила о масштабе разрушений. Нужно было найти нейтральный вариант, которого я, почему-то, в упор не видела.

      В-третьих, нельзя показывать Старку, что мне известны дальнейшие события. Он и так уже начал что-то подозревать после той небольшой стычки на скале. А мне абсолютно не нужно было, чтобы всё моё пребывание здесь обзавелось одним жирным знаком вопроса. Возможно, изобретатель смог бы додумать и некую мистическую и загадочную цель. Или просто понял бы, что мне известно куда больше, чем я рассказала ранее. Не знаю: нескольких месяцев общения всё равно было недостаточно, чтобы наверняка судить о поступках и мыслях такого человека, как Тони Старк. Вот и я не бролась.

      В-четвёртых. Самое, пожалуй, главное. Возвращение домой. Как гласит начальный курс ОБЖ: если Вы заблудились, попробуйте вернуться к начальной точке по своим следам. Может, стоит попробовать? Вот только я жо… нутром чувствовала, что эта точка отправления находится явно не на шоссе рядом с морем. И где её искать?

      Послышалось шевеление. Люди начинали оживать после окончания просмотра столь ожидаемого ими «обращения». Настала пора и мне ожить.

      — А он умеет расположить к себе, — Брюс нервно переводил взгляд от одного человека к другому, явно не находя себе места. Его можно было понять. Когда внутри тебя сидит Халк, не очень-то хочется конфликтовать с инопланетянами.

      — Loki is gonna… — что, простите? Тут должна быть волынка, если мне не изменяет память. Капитан, говорите нормально.

      В-пятых, мне нравится Стив? Кхм, странно всё это, но одно могу отметить точно: Джонни Шторм мне нравился больше. А может, всё дело в причёске?

      — … они не из Асгарда, их мир далёк, — эстафету перенял Тор, в очередной раз за вечер высказывающий весьма информативные вещи. В прямом смысле слова, без сарказма.

      В-шестых, нужно было пообщаться с громовержцем. Объяснить, что к чему. Быть может, мне дадут добро на осуществление моего мини-плана.

      — Армия. Из космоса, — Роджерс с таким диким сомнением и неверием посмотрел в глаза каждому, что даже я усомнилась, а действительно ли Читаури так недосягаемы и далеки. Как показывает практика, нет.

      В-седьмых, надо держать язык за зубами.

      — Локи наложил на него… заклятие; как и на одного из наших, — разочарованно выдохнула Чёрная Вдова последнюю часть предложения. Ну да, не каждый день лучшие сотрудники, твои друзья прогибаются под кого-то благодаря магии. Однако в этой истории всё ещё не хватало скепсиса!

      В-седьмых, надо крепко держать язык за зубами!

      — … у этого парня в мозгу тараканы, от него несёт безумием, — надо признать, что сия фраза всегда будет вызывать у меня невольную улыбку, пусть я и не была с ней полностью согласна. Но с какой интонацией она была произнесена — это что-то потрясающее!

      — … но он всё ещё асгардец… а так же мой брат.

      — И уже убил восемьдесят человек.

      Крепко держать язык за зубами!

      — Сводный брат.

      Держать… ай, к чёрту!

      — Значит, сводный, — подала я голос, отойдя от стены. Все взгляды обратились ко мне, и остаток рационального мышления попытался меня остановить, но теперь было уже поздно. — То есть сначала ты говоришь ему о том, как все по нему скорбели, как ты не чаял отыскать его среди живых, упрашиваешь вернуться домой, а теперь — просто сводный? Ты всегда не обращал на него внимания, ставя себя на порядок выше него…

      — Послушай, не уверен, что ты знаешь, как всё было, — Тор хотел взять ситуацию в свои руки. Хотел. А я хотела высказать ему давно накопившиеся мысли, которые, благодаря усталости и отсутствия обычных барьеров самосохранения теперь могли быть услышаны всеми участниками дискуссии.

      — Нет, это ты меня послушай. Если бы ты раньше слушал брата, а не просто слышал его, кто знает, может, и не пришлось бы теперь отстраивать Биврёст заново, — изумление в глазах громовержца пугало, собственный голос начинал предательски дрожать, но я основательно решила довести дело до конца. — Ты не послушал его перед походом в Йотунхейм, и тогда чуть не был убит Фандралл. Но и дальше ты не слушал его. А ведь он спас вас тогда, предупредив отца. Да ты вообще никого не слушал! — размеренная речь грозилась сорваться в крик, то и дело переходя на высокие тона. — И теперь ты думаешь только о том, как предать его суду за то, что он совершил. А подумал ли ты, что ему пришлось пережить в той… бездне? Почему ты не схватил его? Мьёльнир слишком далеко был?!

      Понимая, что сейчас я просто не смогу сдержать всех эмоций, столь долго копившихся внутри, я телепортировалась, оставив поражённых Мстителей на своих местах, какими и застал их Старк.

      — Я что-то пропустил? — в присущей только ему расхлябанной манере поинтересовался Тони. Похлопав громовержца, он добавил: — Без обид: у тебя была фора.

      — Твоя… они с Локи знакомы? — только и смог выдавить Тор, указывая рукой на место, откуда девушка только что исчезла.

***


      Прислонившись к стеклянной стенке, я медленно сползла по ней на пол и наконец-то получила возможность дать волю эмоциям.

      Как оказалось, слишком рано.

Часть 39

      — Ты приняла моё предложение?

      Медленно оторвав голову от колен и почувствовав затылком прохладу закалённого стекла, я уставилась абсолютно ничего не видящим взглядом в стальную стену напротив.

      — А смысл?

      Железная решётка холодила кожу, и казалось, что она не собирается нагреваться от пока что живого тепла.

      — Это уже тебе решать, — насмешливо и неторопливо произнёс трикстер. По звучанию голоса было похоже, что он сидит на полу клетки позади меня, симметрично прислонившись к стеклу с другой его стороны. Повернуть голову, дабы подтвердить или опровергнуть мои догадки, я не решилась.

      — От моего голоса в этом мире не зависит ровным счётом ничего. Как бы громко я ни кричала: в пол силы связок, или во всю мощь глотки. Никто меня не услышит, даже если я закричу прямо ему в ухо. Вот только это не песня, после которой может стать лучше.

      — Причём тут это?

      — Вспомнилось.

      — Ты сожалеешь?

      На мгновение в помещении повисла тишина. Не люблю такие моменты. Надо было найти силы ответить. Силы, которые были уже больше, чем на исходе.

      — Я не знаю. Я думала, что это будет… легко. Наверное, — начав выводить на стальном полу разнообразные закорючки, я продолжила. — Но нет, здесь совсем как по-настоящему. Я даже уже не различаю разницы, которая поначалу была заметна. Да, реальная жизнь с реальными людьми. Вот только поддержать некому, — я постепенно говорила, не замечая, как с каждым словом становится легче где-то там, в глубине души. Будто камень, который гнул меня вниз, мешал нормально радоваться жизни, наконец-то начал рассыпаться на биллионы мельчайших частиц пыли. — И не в том плане, что здесь обо мне не заботятся — это было бы слишком нагло заявлять такое теперь. Но… в общем, не знаю. Я чувствую, что если мне придётся остаться здесь дольше, ещё, снова, то я запутаюсь окончательно. Чувствую, что постепенно схожу с ума. Наверное, это звучит нелепо — понимать всю неотвратимость приближающегося безумия. Неотвратимость собственного падения… в бездну, — нервный смешок, прозвучавший как бы в довершение всего сказанного ранее, заставив меня замолчать.

      — Нелепым может быть всё, даже путь к триумфу.

      — Не знаю. Мне… мне не хватает… — голос решил пустить петуха, а мутная пелена слёз вновь заслонила трезвый взгляд на мир. — Их. Не знаю, понимаешь ли ты меня — я не разбираюсь в чужих душах. Заблудилась в своей. Какого это: понимать, что все твои прежние выводы были ошибочны, все твои умозаключения были навязаны излишней самоуверенностью в собственных действиях, излишней бравадой? Как получается, что все устои рушатся, стоит лишь исполниться самым заветным желаниям? Почему одно так резко противоречит другому? И какой урок я должна вынести? Но нет, эти вопросы не имеют ответа, они попросту бессмысленны, пока я не отвечу на один единственно верный вопрос. Один вопрос, разрешением которого является моя конечная цель пребывания здесь. Как минимум, так я себе внушила. Смогу ли я вынести из всего этого какой-то урок? Чем дольше я нахожусь здесь, тем больше понимаю, что моё пребывание затянулось на неопределённый срок. И знаешь? — голос внезапно стал ровным и спокойным, будто и не было тут только что исповеди пред Богом Обмана. — Я сама виновата во всём этом.

      Вновь уткнувшись носом в колени, я постаралась сдержать рвавшиеся наружу рыдания. Мне не хотелось выглядеть слабой. Ни перед ним, ни перед собой.

      Растворившись в окружавших меня звуках, я слушала мерное дыхание аса, размышлявшего о чём-то своём; слушала тяжёлые шаги агентов, эхом разносящиеся по всем палубам Хелликарьера; слушала едва уловимое жужжание электричества, бегущего по проводам. Слушала собственное биение сердца, отдававшееся гулкими ударами в висках.

      — Дока, хватит киснуть.

      Эти слова будто ударили меня током, заставив встрепенуться всем телом и резко поднять голову.

      — Кто зде… мама?! — уронив свою челюсть, я в полнейшем удивлении уставилась на людей, стоящих предо мной. — Папа?

      Я смотрела на них во все глаза, стараясь запомнить как можно больше деталей, что постоянно ускользали от меня даже в самых правдоподобных снах. Они выглядели на удивление настоящими. Они… были настоящими.

      — Но… как?!

      — Ты всё ещё удивляешься чему-то? — улыбнувшись, поинтересовался папа.

      — Да есть немного, — расплывшись в улыбке, подтвердила я. — Знали бы вы, как мне вас не хватает, — по щекам потекли слёзы, которые больше не смог бы сдержать ни один психологический барьер.

      — Всё будет хорошо, — мама протянула руку в приглашающем жесте. На секунду замешкавшись, я всё же встала и подошла к ней. — Ты сильная, дока, ты справишься.

      — Я не уверена.

      — Зато мы в тебе уверены, — добродушно произнёс папа, глядя мне прямо в глаза. — Ты сможешь.

      — Я… спасибо, — закрыв глаза, я коснулась их рук.

      Зелёное свечение, пробежавшее по их лицам, стёрло мастерски созданные иллюзии, будто их и не было.

      — Спасибо, — развернувшись к принцу, прошептала я. Молчаливая мягкая полуулыбка на мгновение промелькнула на его лице, но лишь на короткое мгновение.

      — Черёд за тобой. А теперь — уходи, — лицо трикстера снова приняло выражение непроницаемой маски, скрыв любые эмоции, кроме напускного безумия, помогавшего ему оградиться от окружающего мира.

      Спорить я не стала и, закрыв глаза, телепортировалась в один из коридоров Хелликарьера.

      Что нельзя совершать никогда и ни при каких обстоятельствах? Что может аукнуться в будущем? Необдуманные поступки. Кажется, один из них я только что совершила, а заодно и приобрела билет в один конец.

Примечание к части

Как бы громко я ни кричала: в пол силы связок, или во всю мощь глотки. Никто меня не услышит, даже если я закричу прямо ему в ухо. Это не песня. - в данном моменте подразумевается строчка из песни Bon Jovi "It's my life": "You're gonna hear my voiсe when I shout it out loud" (перевод: "Вы услышите мой голос, когда я прокричу изо всех сил).

Часть 40

      — Пожалуй, не так уж это и глупо. Только надо всё обустроить.

      — Из нас двоих ты знаешь, что произойдёт дальше. Так что предложишь?

      — Скипетр. Для правдоподобности.

      — Я и не это могу для правдоподобности.

      — Обсудим. Только давай обойдёмся без избиений.


***


      Меня снова трясли за плечо, что навело меня на мысль о существовании некоего ритуала. Делать было нечего, и я открыла глаза.

      — Сти… — не успела я договорить, как мужская ладонь накрыла мой рот, не дав и слова молвить. Капитан, поднеся палец к губам, явно призывал к тишине. Ничего не понимая, всё же заставила себя кивнуть, тем самым получив свободу. Лишь теперь до меня дошло, что я сидела на полу среди ящиков с оружием Гидры.

      Судя по всему, я здесь заснула. Устала искать тихое место на корабле и решила перенестись в самое бесшумное. Секретный склад. А лучше мне, видимо, ничего в голову и не пришло.

      В глазах Стива читался тот же самый немой вопрос. Не найдя ничего лучшего, чем пожать плечами, я попыталась встать, но рука, молниеносно опустившаяся на моё плечо, осадила мои тщетные попытки.

      Мы тут что, в молчанку играем?

      Всё так же безмолвно указав на странного вида предмет за спиною (разработки Гидры, как подсказала мне услужливая память), себя и меня, Роджерс взмахом куда-то вбок и вверх безмолвно спросил меня о чём-то, чего я совершенно не поняла.

      — Перенесёшь? — почти одними губами поинтересовался Кэп.

      Совсем рядом раздались глухие шаги. Лязг оружия. Полузабытый оклик эхом раздался в голове:

      — Чёрная Вдова?

      — Кто здесь?!


      Вновь нахлынувшие воспоминания заставили меня поморщиться от боли, и я практически на автомате перенесла нас к лаборатории. Без лишних вопросов. Голова и так раскалывалась.

      Стив сразу же зашёл внутрь, однако я не торопилась последовать его примеру, лихорадочно пытаясь хоть что-то сообразить. Ноги сами решили вести меня в обход по коридору, а мысли никак не могли связаться в один узел. Сплошные обрывки, огрызки.

      Осколки.

      Внезапно, погрузившись в размышления, я налетела на Тора и Наташу. Оборачиваясь, шпионка успела на автомате спросить:

      — Кто здесь?

      — Вдова, извини, — абсолютно так же на автомате выдала я.

      Поняв, что произошло, попыталась просочиться мимо них в лабораторию, приняв как можно более безучастный вид, но громовержец не позволил мне этого сделать, перехватив меня за локоть.

      — Нам надо серьёзно поговорить, — подняла на него якобы непонимающий взгляд. — По поводу Локи.

      — Разве мало было сказано? — из-за головной боли я буквально огрызнулась, но почти тут же сумела взять себя в руки. Вдох-выдох. — Пожалуй, ты прав. Между нами произошло некоторого рода недопонимание. Но не сейчас, — торопливо пробуя освободить руку, мне, всё же, удалось протиснуться в помещение, не обратив на себя лишнего внимания. Взгляд мельком упал на карту и проценты. Шестьдесят семь. Ничего, ребята, осталось совсем немного.

      Тор зашёл следом, не пропустив вперёд Наташу. А джентльмены в Асгарде, видимо, не в почёте. Только сила, только хардкор. Пф, оно и видно.

      — Из-за него, — почти тут же произнёс Фьюри.

      — Началось, — произнесла я на русском, а на меня тут же набросился Старк:

      — Где ты была?!

      — Она помогала мне, — встрял Роджерс, не дав мне даже рта раскрыть.

      Меня вновь развернули за плечо. Нет, я человек али кукла?!

      — Признайся, это тогда была ты, на базе в оружейной! — едва различимым голосом почти шипела на меня Романофф.

      — Не понимаю, о чём ты говоришь, — сделав нарочито невинное лицо, я попыталась отвернуться. Но агент не дала этого сделать и схватила меня за грудки.

      — Ты же лежала в коме! — повышая голос, добавила Наташа.

      — Ты ответила на свой вопрос: это была не я! — в какой-то мере я смогла нависнуть над ней, ибо рост это позволял.

      — И из-за неё в том числе! — переключился на кого-то ещё директор. У меня возникло чувство, что у меня выросли глаза на спине — так сильно я была уверена, что Фьюри указывал на меня.

      — А я-то Вам чем не угодила? — резко отвернувшись от шпионки и вырвав из её рук куртку, я поставила руки в бока и продолжила показательно удивляться столь не вовремя возникшей перепалке. Спокойно, осталось немного. А меж тем настала пора сваливать. — Не виновата же я во внезапном выплеске энергии Тессеракта?

      — Не притворяйся, будто ничего не знаешь. Мы всё это время следили за тобой. Например: зачем ты ходила к заключённому под стражу преступнику? — не унимался Фьюри.

      — Разве мы не в свободной стране?! — я подняла одну бровь и удивлённо развела руки в стороны. — Может, пыталась выведать информацию?

      — Ты была у Локи? — в нашу «милую» беседу решил встрять и Тор.

      — Да, и что с того?! — переходя на повышенные тона, я ответила ему на всю лабораторию.

      — Нам надо обязательно… — Тор замер на середине фразы, совершенно точно не собираясь её заканчивать и смотря куда-то мне за спину.

      Все слишком резко замолчали, что не сулило ничего хорошего. Все, кроме одного.

      — Мы все здесь — часовая бомба.

      Я не спеша тоже развернулась к Брюсу.

      Гомон вокруг вновь начал нарастать, но я уже перестала слушать происходящее. Смысл? Внимать бессмысленному спору Старка и Стива? Увольте, знаем.

      Вновь тишина.

      — Так вы хотите знать мой секрет?

      Замешкавшись буквально на несколько секунд, я потеряла драгоценные мгновения безопасности.

      — Не знаю как вы, а я сваливаю немедленно, — придя в себя, прошептала я, особо ни к кому не обращаясь. Пятясь к двери и проскальзывая мимо всех, кто мог бы помешать моему «побегу», не будь они в замешательстве, я старалась не использовать телепортацию, дабы сохранить энергию.

      И, естественно, не успела.

      Писк приборов.

      Попытки вспомнить безопасное место оказались тщетны. Пусто. В голове были одни отрывки.

      Взрыв…

Часть 41

      Должен был произойти удар о стену, который, почему-то, не последовал. Вместо этого меня выкинуло на капитанский мостик и впечатало в металлический пол. Несильно, но ощутимо, ударившись затылком, я стиснула зубы до скрежета и поднялась на ноги. В конце концов, нам повезло, так как это был лишь отголосок взрыва, и самое страшное ожидало всех впереди.

      Ко мне уже спешил кто-то из агентов. Успокоив его, что всё нормально, сначала я, а затем и мы оба заметили более важную проблему, на которую агент тут же и переключился — на неработающий двигатель. А я, собрав всю свою волю, направилась к многочисленным коридорам Хелликарьера, дабы якобы не позволить пленнику сбежать. Или сделать жалкую попытку остановить трикстера — так должны были думать остальные. Как было условлено.

      — Все в порядке? — вспомнив о своеобразном уоки-токи, который нам вручили по прибытии на базу, я внимательно вслушалась в перекличку, боясь услышать непоправимые изменения. Но нет, всё было нормально, и я с более-менее спокойным сердцем продолжила движение.

      — Где Маша? — раздался голос Старка по рации. — Её кто-нибудь видел?

      — Я на мостике, — ответила, предварительно нажав на кнопку. — Иду в сторону камеры с пленником. Буду там через шесть-восемь минут.

      — Никуда ты не пойдёшь! Оставайся на мост… — почувствовав вину перед миллиардером, я вытащила наушник и продолжила высчитывать шаги, прокладывая путь во всей этой суматохе.

      Я не собиралась исполнять чьи-то приказы — если мои действия должны были привести их именно к таким выводам, то мне это было только на руку. А моя выходка в джете только способствовала подтверждению моего настроя в глазах команды.

      — Разве непонятно, что всё это организовано только для того, чтобы Локи сбежал?! — сердито бросила в микрофон, окончательно сняв и его. Кинув все эти провода на пол я, как бы случайно, наступила на них.

      Раздался тихий треск ломающихся технологий. Ну и что. Откинув чёрную прядь волос с глаз, я продолжила идти наперерез людям, сновавшим туда-сюда по коридорам. Сзади прогремели звуки стрельбы, крики. И они ничего не знали. И они были напуганы.

      Они боялись собственного неведения.

      Свернув в новый коридор, я попыталась отделиться от толпы, что почти получилось.

      И в следующий момент корабль начал медленно и неминуемо наклоняться. Сначала едва заметно, что даже не мешало продолжать движение, затем больше, заставив отклониться в противоположную сторону и идти уже фактически по стене. Агенты, что ещё попадались на пути, в исступлённом страхе хватались за стены, думая о неминуемой смерти.

      А я, вспомнив «Начало», кое-как лавировала меж их распростёртых тел, неуверенно продвигаясь по наклонной.

      Впереди показался тюремный блок. Здесь уже не было слышно ни взрывов, ни пальбы, ни борьбы с Халком. Лишь тяжёлые шаги по металлической решётке.

      Вот и солдат, которого я заметила слишком поздно, когда он уже открыл огонь. Одна пуля пронеслась буквально передо мной, и лишь отшатнувшись чисто интуитивно назад, я не получила её в висок. Решение выставить щит пришло на автомате.

      Все остальные снаряды, как и ожидалось, пролетели мимо, а я даже не пыталась отшвырнуть солдата, что было бы лишней тратой энергии.

      — Не стрелять.

      Повернув голову, я заметила трикстера, наблюдавшего из прохода камеры. Я не знала, как долго он там простоял, но прекрасно понимала, что его нельзя было выпустить просто так. Надо было ждать, а Локи предусмотрел даже это.

      Одну руку я оставила в стороне, предпочтя иметь защиту от возможных шальных пуль, вторую направила на аса, вроде как не давая ему выйти.

      Со стороны это выглядело так, словно ему это было без надобности.

      — Браво, — надменно и слишком размеренно младший принц принялся хлопать в ладоши, смеющимся взглядом смотря прямо мне в глаза, не предпринимая попыток сдвинуться с места. — И чего ты этим хочешь добиться?

      — Зайди обратно в камеру, — сквозь зубы почти прорычала я. — Оставайся там, где тебе и следует быть.

      — А что, если я не хочу? — ухмыльнувшись, поинтересовался трикстер. Взор его переместился куда-то за меня.

      Я знала, что должна была сделать. Знала, и всё. Оставалось лишь надеяться, что камеры записывали всё в лучшем виде.

      Было ли мне страшно?

      — Тогда я тебя заставлю, — я всё-таки отшвырнула охранника в стенку и, освободив вторую руку, направила всю энергию на принца. В ближайшее время она мне не должна была понадобиться.

      В данный момент даже мне показалось, что маг поддался.

      — Это вряд ли, — и более мощный заряд магии не заставил себя ждать, слегка приподняв и откинув меня к стене словно пушинку.

      Вскрикнув, я сползла на пол как безвольный мешок с картошкой. Договаривались, вроде, без избиений! С меня хватило на сегодня швыряний в стены.

      — Нет! Локи! — словно сквозь вату до меня донёсся оклик Тора.

      В ушах стоял свист, а спина вспомнила почти забытый перелом.

      И зачем я в это влезла? Чего мне не сиделось на мостике? Но нет, предложение было принято, а сделки подобного рода старались не нарушать.

      Так было ли мне страшно?

      Вот появился и Колсон, готовый встретить свою смерть. Я не могла сказать, было мне жалко его или нет. Этот агент мне никогда особо не нравился.

      Глухие шаги по металлической решётке раздались рядом со мной.

      Но мне уже не было страшно. В любом случае, свою часть сделки я выполнила. Оставалось надеяться, что Локи выполнит свою.

      Густые капли крови с неприятным звуком падали на пол в нескольких сантиметрах от меня, норовя испачкать уже заношенные джинсы.

      Я знала, что должно было произойти.

      — Готова освободиться? — донёсся до меня голос сверху.

      — От моего решения ничего не зависит, — нервно сглотнув и собрав всю оставшуюся волю в кулак, я встала.

      Бросив якобы последний взгляд на отчаявшегося громовержца, я одними губами произнесла то ли «Прости», то ли «Прощай». Невольно закрыв глаза, буквально в следующее мгновение я их открыла и уже смотрела прямо в две холодные льдинки, так лукаво усмехавшиеся мне. Магу всё это представление явно доставляло небывалое удовольствие, которое он даже не пытался скрыть. Что ж, возможно, моя игра ему тоже пришлась по вкусу. В конце концов, я старалась.

      — Тогда начнём, — улыбнулся уголком рта трикстер.

      И окровавленный скипетр, оставляя заметные пятна на футболке, упёрся своим остриём в область моего сердца.

      — Нет! — вновь донёсся до меня крик Одинсона, но мне уже было всё равно. План почти до конца был приведён в исполнение.

      Но почему мне стало так холодно?

      И было ли страшно мне?

***


Birds flying high you know how I feel
Птицы в вышине, вы знаете, что я чувствую!

Sun in the sky you know how I feel
Солнце в небесах, ты знаешь, что я чувствую!

Reeds drifting on by you know how I feel
Тростники, колышащиеся на ветру, вы знаете, что я чувствую!

It's a new dawn it's a new day it's a new life for me
Это новый рассвет, новый день, новая жизнь для меня,

And I'm feeling…
И я чувствую себя…

By Muse

Часть 42

И словно ничего не изменилось,
И путь я продолжаю дальше свой,
В душе лишь что-то сорвалось, разбилось,
Оставив безмятежность и покой.



***


      Они были разбиты. Унижены. Могучие герои Земли уже не ощущали себя такими великими, как им казалось раньше. Что ж, и с официальных лиц порой стоило сбивать спесь.

      Они были разбиты. Терпели потери. Каждый в этой схватке потерял кого-то. Пусть они и пытались убедить самих себя, что это было не так… в глубине души они ощущали себя паршиво. Хуже тех, кто уже признал своё поражение.

      Разбиты. Опустошены. Брошены. И о какой мобилизации могла идти речь?! Когда не было стимула и никто совершенно не понимал, за что надо было бороться.

      И только хороший лидер мог дать команде нужную мотивацию, дать ей ощущение того, что ещё не всё было потеряно. Или же был способен показать всю боль поражения, вызвать непередаваемое словами чувство отчаяния. Чтобы они поняли, что им было нечего терять. Чтобы приняли решение идти грудью на пики, вилы, штыки.

      Даже если бы они всё это осознали, какое-то время они всё ещё продолжали бы колебаться, словно были на лезвии бритвы. Им предстояло замереть, словно собираясь с духом перед прыжком в пропасть.

      — Что, не привык терять солдат? — без какого-то потаённого смысла спросил Роджерс. Но Старку показалось, будто в голосе капитана присутствовала издёвка над происходящим, задевание неприкосновенных чувств миллиардера.

      — Мы. Не. Солдаты, — словно чеканя каждое слово, выдал Железный Человек. Развернувшись к капитану, он задел ногой что-то, что ещё не было замечено ни Фьюри, ни его людьми.

      Опустив взгляд, гений буквально через мгновение поднял маленькую безделушку, такую неброскую, оставленную здесь по невнимательности (или с какой-то целью).

      Он не мог оставить этого просто так. Ненависть вскипела в нём с новой силой, затмив беспросветное отчаяние и тяжесть потери. Этот выскочка возомнил себя всемогущим? Если так, то Старк собирался преподать этому обнаглевшему принцу урок. Урок, что не стоило брать чужое.

      Особенно если решил отобрать это у продавца оружия. Пусть и бывшего. Если призадуматься, то бывших «торговцев смертью» не существовало.

      Сжав в кулаке небольшой и аккуратный браслет с надписью «Stark Industries», миллиардер вновь вернулся к этому миру, чтобы вынести свой приговор инопланетному захватчику.

***


      — Ты за это поплатишься! За всё! — оглушительно шумящий поток ветра заглушал слова громовержца, уже опустившего руки (во всех смыслах этих слов).

      — Да? А что ты на это скажешь? — угрожающе ухмыльнувшись, трикстер посмотрел в сторону темноволосой девушки, покорно стоявшей рядом с ним. На её лице играла едва заметная полуулыбка, и лишь глаза указывали на то, что что-то здесь было неладно. Получив беззвучный приказ, она подошла к пульту.

      — Позволишь? — неуверенно занеся руку над кнопкой, девушка перевела взгляд на наследника асгардского престола. — Ты даже не представляешь, как много ты уже потерял, Тор.

      — Это не ты. Пусть я тебя плохо знаю, но я знаю своего брата. Очнись, Маша! Не позволяй себя охмурить его чарам! — не слишком хорошо разбирая такую запутанную речь, темноволосая всё же уловила суть сказанного, и её улыбка стала ещё шире.

      — Ты в этом полностью уверен? — и рука без малейшего колебания опустилась на пульт управления.


***


      — Как такое может быть? Нет, мне просто интересно!

      — Не задавай лишних вопросов. К тому же, вопросы здесь задаю я.

      — Но ведь воля, разум… разве они не должны быть подчинены… тебе?

      — Наивные смертные. Вы не заметите абсолютно ничего, даже если на ваших глазах начнётся Рагнарёк, а Фенрир поглотит солнце.

      — Ну, не совсем. Я же продолжаю контролировать… быть свободной. Или нет?

      — Ты чувствуешь себя свободной ровно настолько, насколько я тебе позволяю.


      Тем временем они уже летели в вертолёте, ожидая своего приземления. Они покинули этот несносный корабль, весь напоминавший душную клетку, пропитанную ядом предательства. Ещё неизвестно, кто кому больше лгал. Они соврали однажды, они были обмануты, а те… агенты, буквально жили во лжи. В вечном обмане, не имея возможности прервать этот нескончаемый цикл.

      Так они и сидели: один — отвергнутый принц, пытавшийся найти своё утешение в порабощении мира; другая — потерянная девушка, искавшая свою реальность, запутавшаяся в правильности выбора. Их цели были в чём-то похожи: стремление обнаружить мир, который бы идеально им подходил.

      Вот только такого мира не было. А что им мешало построить свой?

      — О чём ты думаешь?

      — О том, как удачно сработал наш план…

Часть 43

      Место вне времени и пространства. Место, где вас никто не может подслушать. Где все ваши тайны так и останутся навеки вашими.

      Вне всего. Здесь могут находиться лишь очень сильные и мудрые маги. Реже — любители. Совсем редко — самонадеянные глупцы, по своей же ошибке спустившиеся в лимб. Проще говоря, попавшие в кому.

      Я относилась к третьему типу. Трикстер — к первому. И пусть я уже на деле вышла из комы, кто-то решил насильно погрузить меня в сон. Хотя, не приходилось сомневаться в том, чьих рук это дело. Вопрос другой: зачем?

      В любом случае, наша беседа адепта и начинающего, длившаяся уже много часов, так или иначе подходила к своему логическому финалу.

      — Это всё, что ты обо мне знаешь? — спросил бархатный повелительный голос, разрывая возникшую тишину.

      — Да, — слегка пожав плечами, ответила я. — Ты одержишь столь долгожданный триумф.

      Самодовольная улыбка озарила лицо младшего принца, будто тот уже вкусил сладостные плоды победы. Что ж, не будем мешать ему так думать. В конце концов, доля правды присутствует и в моих словах. Конкретику во времени, касающуюся триумфа, никто ведь не просил.


***


      — Что мне надо будет делать? — негромко поинтересовалась я, выглянув в небольшой иллюминатор джета. Под нами — красочный своей серостью Нью-Йорк со своими однообразно оживлёнными улочками и ничего не подозревавшими людьми, такими «уникальными и неповторимыми».

      — То, что я скажу, — не открывая глаз, молвил Локи. Он знал, что Тессеракт уже доставлен в нужное место, и что его установка уже почти завершена. Был нужен лишь тот, кто взойдёт на престол.

      — Отлично! Я тебя об этом и спрашиваю, — не выдержав, я пренебрежительно фыркнула. Перспектива просидеть весь бой в баре за бутылочкой виски, конечно, привлекала, но, как говорится, неспокойная душа рвётся в бой.

      — Замолчи. Просто действуй по ситуации, — эхом прозвучавший в голове голос заставил меня невольно вздрогнуть. Опять.

      — По ситуации так по ситуации, — буркнула я себе под нос и уставилась в иллюминатор на всё приближающуюся башню Старка.

      История любит логичность и цикличность. Там, где она началась, она и закончится.

      Вот только не моя.

***


      — Старк, последний раз спрашиваю: ты точно уверен, что всё завязано на твоей Башне? — в очередной раз проверяя рацию, поинтересовался Капитан. — У нас не так много времени.

      — Ты прав, Стив, времени у нас совсем нет, — совершив заключительные штрихи в починке шлема (его непосредственное включение), ответил миллиардер. — И да, я последний раз повторяю: Башня Старка — единственное и неповторимое здание, работающее на чистой энергии, без которой им этот кубик точно не раскрутить, — немного помолчав, Тони добавил: — Это статная Башня, а не уродливый небоскрёб.

      — Да хватит тебе уже, — усмехнулся Стив и, прихватив с собой щит, отправился к джету.

***


      — Жди здесь. У меня на тебя есть планы.

      — Как скажешь.


      Темноволосая девушка вальяжно расселась на небольшом, но изящном диване. А ведь совсем недавно она собирала здесь осколки стекла, недовольная павшим на неё жребием. А сейчас она лишь с задорной улыбкой вспоминала случившееся, усмехаясь своей глупости. Как быстро люди меняют собственное мнение. Или это произошло из-за вернувшихся на место воспоминаний?

      Трикстер вышел на своеобразный балкон и принялся внимательно наблюдать за работой учёного-фанатика, сделавшего всё так, как и требовалось. Ас больше не собирался контролировать их поступки. Это было и не нужно. Слишком эти смертные увлеклись, приняв всё за какую-ту игру, из которой можно было в любой момент выйти.

      А что потом? Потом он собирался от них просто избавиться.

      — Локи, зайди внутрь, промочи горло перед битвой, — раздался усмехавшийся голос девушки, оказавшейся позади него, а уже в следующий момент активно хозяйничавшей в баре. — А то потом времени не будет.

      Недолго поразмыслив, младший принц всё же принял столь незатейливое предложение. В конце концов, без бокала нет вокала. А он сегодня, как никак, виновник приближавшегося торжества.

      Войдя в комнату, маг узрел следующую картину: темноволосая девушка и вправду хозяйничала в баре, вот только так и продолжала сидеть на диване.

      — Завораживает, неправда ли? — восхищённым голосом поинтересовалась смертная. Локи лишь ухмыльнулся в ответ, присаживаясь на противоположный диван.

      Полотенце само протирало кружки, ожидая бутылку элитного шампанского, которая, повиснув в воздухе, никак не желала открываться. Наконец, пробка с сухим треском вылетела, предоставив питью свободно разлиться по сосудам. Ни одна капля не упала на пол.

      — Я не мастер говорить длинные тосты, — перехватив на лету бокалы, смущённо произнесла девушка. Протянув один из сосудов трикстеру, она добавила: — Изволь, сегодня это твоя прерогатива.

      — Тосты — удел праздношатающихся гуляк, — внимательно изучив шипящие пузырьки, молвил асгардец. — Предпочту выразить всё в двух словах: за триумф!

      — За триумф! — вторила ему смертная. — Да уж, краткость — сестра таланта.

      Звон бокалов был наглым образом заглушен мощным гулом откуда-то сверху, сотрясшим весь верхний этаж Башни.

      Вечеринка началась.

Часть 44

      — Видимо, празднование придётся отложить, — краем губ улыбнулся трикстер и неторопливо встал с дивана. Бокал с шампанским занял положенное ему место на журнальном столике, а сам завоеватель уже через пару мгновений был на верхней веранде.

      — Оставайся здесь.

      Девушка пригубила напиток из своего бокала и, приготовившись ждать сколько необходимо, отошла к дальней стене, откуда открывался прекрасный вид на ещё пока что целый Нью-Йорк. Скрестив руки на груди, она лишь смотрела, старалась не слушать.

      Вот и Старк, собственной нескромной персоной. Было заметно, что он лишь тянул время, строя из себя шута. Зачем его слушать? Лишь только для того, чтобы подыграть.

      Не замечает меня. Или делает вид, что не замечает. Но я продолжаю следить, краем глаза поглядывая на барную стойку. Всё же просто делает вид, а взгляд-то скачет туда-сюда. Ничего, пусть понервничает.

      А в голове всё вертелись слова, услышанные когда-то давно, когда сон ещё не был реальностью: «Вы созданы, чтобы подчиняться». Почему бы, собственно, нет? Если это добровольный выбор.

      Или навязанный?

      Звон стекла. Треск магии в помещении. Было чувство, будто здесь всё должно было взлететь на воздух. Плевать! Давно пора сделать тут перестановку.

      — На тебя ещё один человек в обиде, — произнёс Железный Человек, но я слышу совсем другое:

      — «В конце концов…»

      — Его звали Фил…

      — «Каждый будет сам за себя!»

      — Колсон.

      Последние фразы сливаются для меня воедино, окончательно смешав то, что происходит на самом деле, и то, что мне известно. То, что мне положено видеть.

      Хруст раздавливаемого стекла. Старк, собрав большую мощь в репульсорах, выстрелил в трикстера. Но заряд рикошетом отскочил от невидимого препятствия и попал прямо в миллиардера. Что сказать, тренировки.

      Отлетев на несколько метров, Железный Человек смог стабилизироваться в воздухе и повернул голову на девушку, стоявшую невдалеке от асгардца. Она опустила вытянутую вперёд руку, и только теперь Старк заметил кровь, неторопливо стекавшую по её пальцам. Внизу валялись осколки бокала, но никого это, похоже, не волновало.

      — Так, значит? — только и успел произнести миллиардер, как его отвлёк странный шум, раздавшийся откуда-то сверху. Здесь не нужны были и навыки особой дедукции, чтобы догадаться: портал открыли, и армии Читаури теперь ничто не могло помешать переместиться в Нью-Йорк.

      Старк улетел, оставив заговорщиков наедине.

      — Зачем ты вмешалась? — почти сорвался на рык йотун. Сам того не заметив, он подошёл вплотную к смертной, заставив ту слегка отклониться назад.

      — Затем, чтобы ты не получил по шее, — в тон ему ответила девушка, тыча окровавленным пальцем в броню завоевателя. Алые следы остались на золотой глади металла. — И вообще, мне надо перевязать руку. Отойди, — не получив никакой реакции, черноволосая сквозь зубы добавила: — пожалуйста.

      Отступив немного в сторону, трикстер сделал вид, что освободил проход. Но стоило девушке сдвинуться с места, как он схватил её раненную руку и крепко сжал запястье. Послышалось нескрываемое шипение, и осколки под ногами пустились в пляс.

      — Успокойся, — без слов приказал маг, и стёкла замерли. Повернув кисть смертной ладонью кверху, ас накрыл её руку своей.

      Несколько секунд — и кисть приобрела потребный вид, избавившись от кровавых полос и застрявших осколков стекла. Выдернув руку из цепкой хватки трикстера, девушка поспешила к выходу на веранду, стараясь избежать лишних вопросов.

      — А где благодарность? — с усмешкой вопросил трикстер. — Я могу вернуть всё как было, если тебе не нравится.

      — Мерси, — развернувшись, смертная сделала размашистый реверанс. Пусть в её излишне голубых глазах и читалась злость и ненависть, на губах играла искренняя, слегка сумасшедшая улыбка.

      — Локи! — раздался гулкий бас снаружи, оповестив парочку о прибытии громовержца.

      — Упс! Тебя ждёт брат! — стоило девушке это произнести, как в следующее мгновение комнату наполнил смех, а затем его обладательница телепортировалась в неизвестном для трикстера направлении.

      — И ведь прекрасно знает, что он мне не брат, — с самодовольной улыбкой младший принц Асгарда вышел на главную сцену, облачившись в свой лучший парадный костюм.

Часть 45

      Кровь. Хаос. Разрушение. Лишь в нетипичном для войны месте правительство начинает обращать на это внимание. Лишь когда завоеватель стучится в их дверь, а затем выбивает её с ноги, они начинают суетиться. Когда им это невыгодно, они поднимают свои головы и начинают говорить. Когда ими овладевает страх, они пытаются что-то сделать, создавая различные Общества. По защите прав человека. Смешно звучит.

      Фикция. Ложь. Коррупция. Мистификация.

      Но если это они выбили дверь в Ваш дом, тогда всё нормально. Если им выгоден хаос, они будут молчать, делая вид, что внеочередная спасательная операция пошла не так. А всех несогласных они будут унижать, сажать в тюрьму, истреблять, убивать. Сотрут их имена из летописи мироздания. Или же будут называть их «Предателями человеческого рода».

      Скрывая то, что они намного хуже тех самых предателей. Надев маску, они будут вершить злодеяния, прикрываясь чужими именами, чужими действиями, чужими телами. Защищая обман. Закрывая глаза на бесчинства, которые им выгодны. Тыча пальцем туда, где их самих и быть-то не должно.

      А я? Я всего лишь хочу внести ясность в эту хитроумную паутину лицемерия. Очистить мир от отбросов общества. Убрать двойные стандарты. Дать человечеству то, чего оно жаждет больше всего.

      Властной руки. Не покрытой ничтожной маской. Я дам человечеству лидера, не скрывающего свои действия за спинами толпы. Я дам им кнут, а то в последнее время стало слишком много пряников.

      Чтобы избавиться от прежних идеалов, надо начать с нуля. С чистого листа. С большой спасательной операции в нетипичном для неё месте.

      Согласитесь: национальную гвардию в Нью-Йорке меньше всего ожидают увидеть в обычный день. А уж военные действия и подавно.

      Люди? Что они могут?

      Привыкать.


      — Я не буду никого убивать! В чём виноваты они?! — стоя на крыше многоэтажки, девушка надрывала связки, крича в пустоту. Ветер трепал волосы, беспорядочно откидывая их в разные стороны. Взрывы, пальба, рёв Халка заглушали её голос, но тот, к кому был обращён этот отчаянный крик, всё прекрасно слышал.

      Ты будешь делать то, что я скажу. Что для многомиллионного стада пара тысяч жизней? Забудут, и точка. О войнах же они забывают, обрекая себя на постоянное повторение ошибок.

      — Я не стану этого делать! А если ты настаиваешь, то уходи прочь из моей головы! — руки сами легли на виски, сжимая их со всей силы, а стёкла в здании угрожающе затряслись, повинуясь внезапным сейсмическим волнам. Девушка упала на колени, стараясь взять себя в руки, но все её усилия рассыпались крахом.

      Нет.

***


      Все эти люди в банке. Они оказались здесь случайно. И они в панике. Да и весь Манхэттен оказался здесь случайно. Весь Манхэттен охвачен паникой.

      Всего лишь арена. Это могло быть абсолютно любое место в абсолютно любой точке земного шара. И тогда завоевание прошло бы быстрее.

      Но ведь одному воевать неинтересно. Должен быть противник.

      Бомба должна была в следующее мгновение, и Роджерс это прекрасно знал.

      А ещё он знал, что этот Читаури просто не успеет выкинуть бомбу в толпу, и она разорвёт мерзкого инопланетянина на мелкие кусочки.

      Лишь бы добраться до щита.

      Взрывная волна, прошедшая над головами заложников, выкинула Капитана в окно, отбросив того на капот стоявшей неподалёку машины.

      Надо бороться. Превозмогая боль, Капитан Америка поднялся на ноги. Растерянных, перепуганных, грязных людей выводили на улицу солдаты национальной гвардии. А спасённые с искрящимися от благодарности глазами искали их героя. И находили. Кто-то хотел подбежать к нему, броситься на шею, но цепкие руки солдат не давали этого сделать. Слишком опасно было находиться на открытом воздухе.

      Они все разные, непохожие друг на друга. Бизнесмены, официантки, военные, дети, полицейские. Возможно, они бы никогда и не встретились на забитых людьми улочках Нью-Йорка. Никогда бы не узнали о существовании друг друга. Они бы с радостью продолжили жить в этом счастливом неведении.

      Но их судьбы переплела обрушившаяся как снег на голову инопланетная атака. Звучало нелепо и даже абсурдно. Но настало такое время, когда даже сама глупая и дурацкая шутка могла оказаться правдой. Когда одно случайное действие могло привести в движение давно уснувший механизм. Заставить колёсики вращаться с новой, ранее невиданной силой.

      На соседнем перекрёстке пролетели три глайдера, руша всё на своём пути. Раздался оглушительный звон вылетавших стёкол, и последний солдат Читаури врезался в стену. Позже, когда будут увозить труп, в его голове найдут кусок стекла, равный большой мужской ладони. Вот только не смогут сказать, он ли послужил причиной падения глайдера. Да и разбираться-то никто не станет.

      Капитан устремился к перекрёстку, желая остановить Читаури, если вдруг те были ещё живы. Но, приблизившись к изуродованным телам, он понял, что его щит здесь не нужен.

***


      — Я не сделаю этого! Нет, я не сделаю этого! — в исступлении повторяла я. Слёзы обжигали глаза. Надо было продолжать бороться, нельзя допустить изменения.

      Нет? Тогда ты свободна.

      Небрежный кивок головы, и синева полностью заполнила и без того голубые глаза.

***


      — Сти-и-ив! — протяжный, но оттого не менее внезапный крик словно бритва полоснул слух Капитана. Среди шума битвы он звучал слишком естественно, слишком привычно для войны, поэтому Роджерс не сразу обратил т на него внимание. — Стив! Помоги! Пожалуйста!

      Капитан почти сразу обнаружил источник звука. Перевёрнутый автомобиль, а сверху как бы случайно привалившаяся бетонная плита. Голос из-под завалов слабел, но Роджерс успел вытащить черноволосую девушку из машины прежде, чем плита полностью раздавила иномарку.

      — Ты в порядке? — поставив ещё одну жертву нападения на ноги, осведомился Капитан. Девушка отбросила чёрные волосы с лица, позволив Стиву узнать её. — Маша?! Ты… Ты в порядке?!

      — Я — да. А вот тебе понадобится помощь, — неестественного цвета глаза с презрением смотрели на Капитана, а самодовольная ухмылка мешала понять, кто перед ним: обыкновенная девушка или трикстер.

      Но лёгкий взмах руки, отбросивший Роджерса в сторону, прекрасно ответил на этот вопрос.

Часть 46

Unless we save our lives
Пока мы жизни наши не спасли

From the coming tide
От потока, что идет,

That seeks to drown us in its waves
Снести нас хочет он, и утянуть в пучину волн.

But if we sell our soul
Но если продадим мы души наши

For the chance of gold
За золото шальное,

Then we'll rue each passing day
Об этом будем сожалеть мы каждый день.



      — Что, не признал меня? — с чрезвычайно напущенным сожалением произнесла девушка, слегка наклонив голову. — Солдат. Человек из прошлого. Пробирочный эксперимент, — подходя всё ближе к Капитану, черноволосая чеканила слова, выплёвывая их сквозь зубы.

      Щит, брошенный в неё, словно бумеранг полетел обратно, не достигнув цели. Зато достигнув Роджерса.

      — Чтоб тебя! — бросил Стив, двумя руками остановив щит. — Тор, это всё больше становится твоей прерогативой, — обратившись в пустоту, так как громовержец не взял рацию, Капитан продолжил. — Маша, повторяю, не дай ему взять верх! Ты сильнее его!

      — А её тут больше нет! — раскинув руки в стороны, выкрикнула девушка. Ухмылка на её лице стала по-настоящему страшной, маниакальной, не предвещавшей Роджерсу ничего хорошего. — Теперь здесь только я! И тебе нет здесь места!

      Громоздкий кусок стены, с торчавшей во все стороны арматурой, словно пушинка взлетел в воздух. Капитан не стал ждать, пока его раздавят, и, схватив щит, побежал в сторону моста, где произошло первое столкновение с Читаури.

      — Эм, Старк? Ты меня слышишь? — на бегу кричал Роджерс.

      — Не ори, я ещё не оглох, — сварливо отозвалась рация.

      — Мне бы тут помощь с воздуха не помешала, — услышав грохот и резко взяв вправо, Стиву удалось избежать столкновения с куском бетона, прокатившегося ещё несколько метров по асфальту, оставив за собой глубокую траншею, — и побыстрее!

      — Понимаешь, я немного занят! — раздражённо выпалил Старк. Раздались выстрелы, и вновь всё стихло.

      — Знаешь, сам бы попробовал подраться со своим подмастерьем! — в тон миллиардеру ответил Роджерс.

      — Буду через минуту, — только и услышал Капитан. В следующее мгновение перед ним внезапно появился инопланетянин, спрыгнувший откуда-то сверху. Не останавливаясь, Роджерс отразил энергетический выстрел в атаковавшего и, посильнее толкнув того щитом, увернулся от последовавших зарядов с воздуха, поднявших с земли кучу пыли, осколков и камней.

      — Бартон, как тебя вернули? — возобновив забег на неопределённой длины дистанцию с препятствиями, спросил Стив.

      — Нат мне хорошенько врезала, — незамедлительно ответил лучник. — А что?

      — В этом и проблема, я не могу её ударить!

      — Что, рука на девушку не поднимается? — язвительно поинтересовался Соколиный Глаз.

      — Клинт, эм, помоги! — ясно прозвучал немного растерянный голос шпионки, не дав ответить Стиву.

      — Наташа? Что ты… — спохватившись, Соколиный Глаз пояснил Капитану. — Прости, Кэп, прервём нашу милую беседу, пока я не пристрелю одного рогатого, — оборвав связь, подытожил Бартон.

      — Старк, ты где? — остановившись, дабы отдышаться, Роджерс принялся осматриваться по сторонам. Было слишком тихо.

      — На подлёте, а что? — ответил ему усталый голос.

      — Я, кажется, оторвался. Её нигде не… Вот чёрт! — черноволосая возникла прямо перед Роджерсом, преградив тому путь к отступлению, и взмахом руки вновь отправила Капитана в недолгий, но стремительный полёт.

      — Считай до десяти, Капитан! — успел разобрать Стив.

      Один.

      Впечатавшись спиной в лобовое стекло автобуса, Капитан почувствовал, как осколки разрывают костюм, иногда добираясь до кожи и оставляя на ней глубокие порезы.

      Два.

      Стиснув зубы, Стив поспешил выбраться наружу, пока автомобиль не взмыл в воздух слишком высоко.

      — Давай поговорим, хорошо? — оттягивая время, начал Роджерс.

      Уже четыре.

      — Я просто прикончу тебя без лишних разговоров! — выкрикнула девушка, бросив автобус на Стива. Реакция не подвела Капитана, и тот, в который раз, смог увернуться без тяжёлых для себя последствий.

      Пять. Старк, быстрее.

      Раскинув руки в стороны, черноволосая взмыла в воздух, поднимая за собой Роджерса. Крепко сжимая щит в руках, Капитан продолжал отсчёт.

      Шесть.

      Появившись прямо перед Стивом, девушка ударила того кулаком в живот, но вовремя выставленный блок отразил атаку, усиленную телекинезом.

      Семь.

      Вскрикнув, девушка камнем упала на землю.

      Вместе с ней на мостовую рухнуло всё, что до этого взлетело в воздух под её влиянием. В том числе и Роджерс.

      Восемь.

And I swear this place once was alive
И я клянусь, что этот город был живой,

The streets all pulsed like living veins
Как живые вены, пульсировали улицы.

Heart was beating cars with blood
Как сердце с кровью тарахтят машины,

The buildings breathe each time they sway
И здания качаются дыханью в такт.



***


      Всё прекратилось так же внезапно, как и началось. Банальная фраза, но почему-то она не вылетала у меня из головы.

      Кстати о голове. Гудела она у меня ужасно, словно в ней находилось несколько ульев пчёл.

      Но это неважно. Потому что я вновь контролировала себя.

      Вот только Стив и Тони об этом, похоже, не знали.

      — Стреляй! — раздался яростный крик Роджерса. Я не знала, с какой стороны ожидать нападения, поэтому выставила защиту вокруг.

      Несколько ракет рикошетом отскочили от правой стороны, и невидимая стена рухнула. Осознав, что не могу больше защищаться, я подняла взгляд на Капитана. Рядом с ним уже приземлился Старк, нацеливший на меня весь свой арсенал. Как в Штутгарте.

      Вот только цель другая.

      — Стив, — только и смогла выдавить я. Слова комом застревали в горле, отказываясь складываться в предложения.

      Я помню, что трик… нет, он наговорил Кэпу. Я помню, что я делала.

      И я жалею, что нельзя повернуть время вспять.

      Я не слышу того, что Железный Человек говорил Капитану Америка. Слёзы нещадно жгли глаза, словно кнутом сдавливая горло.

      Я не желала этого. Совсем.

      Мне страшно от того, что я слышала. Я боюсь того, кому была подчинена моя воля.

      — Маша? — над головой неуверенный голос то ли Роджерса, то ли Старка. Ан-нет, Тони уже улетел спасать Манхэттен от боеголовки.

      — Лучше не подходи ко мне, — закрыв глаза и пытаясь подавить слёзы, я почувствовала на плече чужое прикосновение, всё явственней ощущая хватку кнута на шее. — Не. Подходи! — сорвавшись на крик, я телепортировалась подальше от Капитана.

      Я знала место, где сейчас можно было вдоволь наораться.

We'll never sell our soul
Не продадим мы души наши

For the chance of gold
За золото шальное,

And we'll live each passing day
И будем жить мы наступивший каждый день…*



Rise Against — Dirt and Roses

Часть 47

      Я хотела закричать, но в тоже время боялась этого сделать. Было ощущение, что голосовые связки просто лопнут от перенапряжения, если я заору. Поэтому я молча заперла все эмоции внутри на какое-то время.

      Осколки. Они были повсюду. Битое стекло словно олицетворяло разлетевшуюся на кусочки спокойную жизнь Нью-Йорка, складывавшуюся из привычной жизни обычных людей… раньше. Как стремительно разбивается стекло, разлетаясь на миллионы осколков, так внезапно прервались будни мегаполиса, превратившись в хаос. Многие кусочки целостной мозаики уже никогда не отыщутся, затерявшись в суматохе происходящего. Многие жизни теперь не вернуть.

      Под ногами слышался размеренный хруст. В оглушающей тишине, обрушившейся на город так же внезапно, как и начавшееся вторжение, каждый звук слышался особенно остро. Кажется, у Старка всё получилось. Славно.

      Собственное надрывное дыхание резало слух, казалось неестественным и чужим. Я всё ждала подвоха, боясь вновь начать воспринимать всё происходящее словно от третьего лица. Быть словно во сне.

      Такое же надрывное, как и моё, но всё же чужое дыхание вперемешку с едва различимыми стонами заставило сердце гнать кровь в ускоренном темпе, разнося непонятно откуда взявшуюся ненависть по всему телу, в каждую его клеточку.

      Подойдя ближе, я старалась не заорать. У меня ещё будет время это сделать, о да. Пока же стоило поберечь свои нервы.

      В нос ударил металлический запах крови. Конечно, в фильмах с рейтингом двенадцать плюс такого не показывают. Да и запахов в кино нет.

      Уселась рядом с трикстером, уже успевшим выбраться из бетонного пола и расположиться на невысоких ступеньках, ведущих к бару. Он смотрел куда-то в пол, размышлял. А я посильнее прикусила язык и покрепче сцепила руки в замок.

      Эта запёкшаяся рана на лбу его совсем не красила, пусть я и была не прочь нанести ему ещё несколько подобных повреждений. Всё так же молча перевела взгляд на полку с бутылками и, заметив нужную мне, сделала лёгкий взмах рукой, и вот уже жидкость сорокапроцентной крепости и бумажное полотенце стояли рядом со мной. Сейчас это было быстрее, чем пытаться открыть аптечку.

      Стоило только открыть бутылку, как в нос ударил запах крепкого спирта, заставив непроизвольно морщиться. Классные ароматы: кровь и спирт. Даже не знаю, какие ассоциации они вызывали у меня, будучи вместе.

      Слегка смочив полотенце, я уже собралась продезинфицировать рану, как ас перехватил мою руку.

      — Не нужно, — негромко произнёс трикстер. — Зачем ты пришла сюда? Ты же могла сбежать. Или присоединиться к ним.

      Всё так же молча выдернув руку, я лишь с ненавистью взглянула в глаза младшего принца и продолжила свои попытки промыть рану, предварительно встав перед ним на коленки, ибо с боку было не слишком сподручно.

      — Я же сказал… — недовольно зашипев от прикосновения, ас вновь убрал мою руку. — Зачем ты здесь? Или забыла, каково не отвечать на вопросы?

      Спокойно отложив полотенце на пол, я вновь заглянула в глаза трикстеру.

      — Нет, не забыла.

      Встала на ноги и отвесила ему звонкую пощёчину.

      Скорее машинально, чем по необходимости, схватившись рукой за пылающую щёку, Локи расхохотался резким смехом.

      -На кой-чёрт ты пустил его в мою голову?! — на весь пентхаус заорала я, давая выход накопившейся злобе. — Захотел на всю оставшуюся жизнь обеспечить мне раздвоение личности?! Спасибо, подозреваю, что у тебя это получилось!

      — О чём ты? — изумлённо поинтересовался маг. Казалось, что в его глазах было неподдельное удивление. Ага, разбежалась. — Кого «его»? Я не понимаю.

      Пришла моя очередь расхохотаться, но уже истерическим смехом.

      — Не. Надо. Врать! — сделав ударение на последнее слово, я продолжила: — Не знает он! А с кем сделку заключал, знаешь?

      — Это-то тут при чём? — всё так же наигранно молвил трикстер.

      — А при том, что сила скипетра подчиняется ему! Ты, — я с силой ткнула пальцем ему в грудь, — подчинил мой разум скипетру. А теперь давай, ищи связь!

      Я замолчала, почувствовав значительное облегчение. Выговорилась. Вот теперь пусть сидит и размышляет, а мне ещё уживаться с этой головной болью!

      В вновь наступившей тишине раздалось три тяжёлых приземления где-то позади меня. Стоя спиной к улице, я понятия не имела, что там происходит. Но догадывалась.

      — А теперь, если хочешь сохранить доверие своих друзей и вернуться домой не в ящике, будь добра, выполняй то, что я скажу, — ехидный голос эхом звучал в моей голове.

      — Да я лучше… — в тон ему хотела ответить я, но меня перебили.

      — Маша, — начал кто-то за спиной. Твою мать. Кажется, я влипла. И как всё это объяснить?

      — Прости, что «ты лучше»? — едва сдерживая смех, издевательски произнёс трикстер.

      — Скотина. Давай, разглагольствуй, я слушаю, — скорчив недовольную гримасу, я смотрела точно в глаза мага, где уже плясал ничего хорошего не предвещавший огонёк.

      — Повернись и выстави щит.

      Делать нечего. Развернулась, и щит выставился как-то сам собой.

      Хах, ну да, не каждый же день тебе угрожают Железный Человек, Тор, Халк, Соколиный Глаз, Чёрная Вдова и Капитан Америка. Один Халк тут чего стоил.

      — Нат, кажется, не сработало.ю — разочарованно произнёс Стив. — Она всё ещё под контролем.

      Ухмыльнувшись уголком губ, я спросила:

      — Иллюзия?

      — Да.

      — Странно, на Клинте же сработало, — нахмурившись, ответила Романофф.

      — Локи, отпусти её! — покрепче перехватив Мьёлнир, Тор сделал шаг вперёд. — А то хуже будет.

      — Знаешь, если он захочет ударить по щиту молотом, я не выдержу — меня измотала погоня за Кэпом, — нервно подумала я.

      — Жаль, а я хотел развлечься, — печально отозвалось в мыслях.

      — Локи!

      — Я уже видел этот взгляд, — шёпотом сказал Старк Роджерсу, но я его всё равно услышала. Тони хотел ещё что-то добавить, но трикстер его перебил:

      — Хорошо. Я отпущу её, — спинным мозгом я чувствовала, что он ухмылялся. — Но для начала, помоги мне встать.

      Поняв, что эта реплика адресована мне, я развернулась и протянула младшему принцу руку. Его улыбка стала ещё шире.

      — Глаза подобрее, и будет Том, — усмехнувшись, подумала я. — К чему вся эта театраль…

      — Я отпущу её, Тор, — издевательски глядя мне в глаза, ещё раз произнёс трикстер и резко притянул меня к себе, бездушно впившись своими холодными губами в мои, не оставляя мне выбора.

      Никогда бы не подумала, что мой первый поцелуй будет таким.

Часть 48

      — К чему вся эта театраль…

      — Я отпущу её, Тор, — издевательски глядя мне в глаза, ещё раз произнёс трикстер и резко притянул меня к себе, бездушно впившись своими холодными губами в мои, не оставляя мне выбора и мешая все мысли.

      — …ность, — поражённым эхом пронеслось у меня в голове. По ответному смешку я поняла, что Локи меня услышал, но вот разорвать поцелуй явно не собирался. А мне что делать? Я же, вроде как, под контролем. И оттолкнуть не могу, и ответить. Так я и застыла на пару мгновений с вытаращенными от удивления глазами. И лишь одна фраза криком возмущения смогла появиться в этот момент: — Ты что, совсем уже спятил?!

      — Да ладно, это же смешно! — он что, тварь, смеяться вздумал? — Ух, видела бы ты лицо Капита…

      — Я же тебя урою, скотина ты эдакая! — вновь заорала я на аса. — Сначала пускает Таноса тут хозяйничать, а теперь ещё и целоваться полез! О нет, чувак, ты не жилец.

      — Если ты всё же хочешь отстраниться, то советую сделать это побыстрее, а то всё уже как-то затянуто, — насмешливый голос в очередной раз сменил тему, не желая выслушивать мои истерики. — Можешь даже оттолкнуть меня с помощью телекинеза, для пущей правдоподобности.

      — Ох, вот это я с радостью…


      — Это я с радостью, — шёпотом молвила я после того, как трикстер со всей дури впечатался спиной в барную стойку. Послышался звон дрожавших бутылок и сдавленный стон миллиардера (кажется, это было обращение к Хеннеси).

      Кажется, что эта… этот неловкий момент длился целую вечность, хотя прошло не больше десяти секунд. Не знаю, почему именно столько, но так мне чувствовалось.

      Всё ещё сжимая руки в кулаки (уверена, что костяшки заметно побелели) и стараясь подавить непрекращающуюся дрожь, я наконец сумела отвести взгляд от ухмылявшегося аса и уже застывших на месте бутылок и повернуться. Послышался почти что синхронный вздох облегчения, стоило им увидеть мои глаза. Молот, скипетр, щит и лук, будто по команде, опустились; скрылось бесчисленное множество снарядов и, как мне показалось, даже Халк встал в более расслабленную позу.

      — Кажется, им было тебя жалко, — послышался ехидный шёпот.

      — Кажется, им было тебя жалко, — передразнив трикстера, я добавила: — Уймись уже, они и так наденут на тебя намордник.

      — Ещё посмотрим, — посмотришь! Мазохист!


      Чисто на автомате заправив чёрную прядь волос за ухо, я постаралась как можно более безразличным тоном спросить:

      — Что здесь было? — осознав, что голос более-менее меня слушается и не собирается давать петуха, я продолжила: — Меня никто не целовал?

      Секундное замешательство сменилось дружным смехом, после чего Стив заговорил первым:

      — Ну, почти, — я сделала вид, что пропустила эту фразу мимо ушей. Вновь провела рукой по волосам. — Хах, Старк, вы точно не родственники? — обращаясь к изобретателю, слегка наклонив голову, поинтересовался Роджерс.

      — Не переживай, Кэп, — лукаво усмехнувшись, Тони решил не продолжать мысль. — Собираемся, ребятки, нас уже вроде как ждут на базе. Джет прибудет с минуты на минуту. Хотя, думаю, нас не сильно будут торопить. И да, давайте не будем оставлять этого рогатого наедине с моими напитками, — бросил Старк, махнув рукой мне за спину. Обернувшись, я смогла оценить, насколько удобно расположился Локи у барной стойки, пока его довольно резко не встряхнул Тор.

      — Чувствуется, приговор Отец тебе вынесет быстро! — сумела различить я злобный шёпот громовержца.

      — А так бы он мешкал, — в ответ ему прошипел трикстер.

      — Привет, я Клинт, — протянув руку в дружеском жесте, Соколиный Глаз отвлёк меня от асгардцев. — Мы тут с тобой одни почувствовали вкус «свободы». И как тебе? — заговорщическим тоном поинтересовался лучник.

      — Напоминает добровольно-принудительное дежурство в школе. Вроде и надо, но точно не тебе, — сморозила я первое, что пришло в голову. Клинт, похоже, заценил. — Маша.

      Я ответила на рукопожатие, краем глаза наблюдая за Наташей. Шпионка явно не доверяла мне, но понимала, что объективных причин делать этого у неё нет. Кроме как домыслов о том, что моё сознание следовало за ними по секретным коридорам базы, в то время как тело лежало в коме. Ересь, правда же?

      — Только не говори, что и ты из России, — в притворном удивлении хитро ухмыльнулся лучник.

      — Ну, с утра точно была, — рассеянно улыбнувшись, я повела плечами. — А что, тебя что-то не устраивает?

      — Нет-нет, всё в полном порядке, — нарочито покосившись на Наташу, подыграл мне Бартон. — Добро пожаловать обратно.

      Хлопнув меня по плечу, Клинт присоединился к мужской части Мстителей, уже успевших приступить к заслуженному отдыху. Старк решил не отходить от традиций и налил себе виски со льдом. Стив, хоть и имел повышенный метаболизм, был отъявленным трезвенником и держал в руке минералку. Доктор Беннер, уже вернувший свой обычный вид, также довольствовался минералкой. Зато Бартон запросил мартини, позабавив миллиардера, который упорно считал, что «марсиан» употребляют лишь девицы в клубах. Лучник лишь показал Старку средний палец, заставив всех присутствующих улыбнуться.

      Куда делись Тор и Локи, я сказать не могла. Возможно, они были на улице, может, спустились в лифте на этаж ниже. Может, они и вовсе поднялись на крышу, где доктор Селвиг разбирал установку с Тессерактом.

      Под ногами вновь захрустели осколки. Я подошла к разбитому окну и, осторожно взявшись рукой за остатки рамы, посмотрела вниз. Из пентхауса открывался поистине потрясающий вид на Нью-Йорк, пусть и потрёпанный по прошествии битвы. Вместо некоторых зданий зияли огромные искорёженные пасти их руин. Кое-где застряли просто гигантские корабли Читаури, похожие на рыб в панцирях, от которых вились тонкие струйки дыма. Отсюда было плохо видно, но я подозреваю, что-то серо-жёлтое месиво было остатками асфальта и такси. В некоторых местах дороги повреждения от взрывов были настолько мощными, что виднелись ржавые трубы канализации, а выкорчеванные с корнем провода явно сообщали о том, что кто-то сегодня не сможет дозвониться до Манхэттена.

      В редко уцелевших окнах отражалось яркими зайчиками солнце, создавая причудливую игру света и тени, скрывая некоторые повреждения от человеческих глаз.

      Оглушающая тишина начала постепенно сходить на нет. Уцелевшие в зверской бойне люди набирались достаточно смелости для того, чтобы выглянуть на улицу. Национальная гвардия приступила разбирать завалы, надеясь отыскать пропавших без вести. Уверена, там внизу есть парочка-другая машин Щ.И.Т.-а, собирающих сейчас инопланетное оружие различных видов, дабы то не попало в руки обычных военных или просто жителей Нью-Йорка, которым инопланетного явно было достаточно для одного дня.

      Я снова провела рукой по волосам, стараясь утрясти в голове беспорядочный поток мыслей. Вот битва и прошла. А что же дальше?

      Внезапный порыв ветра заставил меня пошатнуться и отступить на несколько шагов вглубь помещения, где я ненароком натолкнулась на Романофф. В который раз извинившись (сколько я уже извинялась перед ней за сегодня?), я уже хотела было пройти к дивану, когда шпионка меня остановила.

      — Я не знаю, ты ли это была или я тебя с кем-то спутала, — начала агент свою речь, — но мне так или иначе надо тебе кое-что сказать.

      Скипетр Романофф прислонила к барной стойке, так что она могла спокойно жестикулировать свободной рукой, пока одной держала меня за локоть.

      — Если ты про склад и «приведение» пару лет назад, — я понизила голос до шёпота, дабы праздновавшие нас не услышали, — то да, это была я. И не надо на меня так смотреть: я не имею ни малейшего понятия, как такое могло получиться. Возможно, ответ на этот вопрос надо искать либо у Фьюри, либо у Селвига. В любом случае, я вспомнила об этом совсем недавно: думала, что это был лишь плод моего воображения. Вот и не сказала раньше.

      Виновато улыбнувшись, я с удовлетворением заметила, как Романофф сначала ослабила свою хватку, а затем и вовсе разомкнула свои пальцы.

      — Ладно, — только и произнесла она. — Надеюсь, ты понимаешь, что по прибытии на Хелликарьер тебя ждёт допрос от Фьюри с пристрастием?

      Я, конечно, не исключала подобный вариант развития событий, но всё равно тень неприязни скользнула на моём лице, что не могло не укрыться от опытной шпионки.

      — Будет использован детектор лжи, — как ни в чём не бывало продолжила она, а я почему-то посмотрела на свои ноги, будто почувствовав себя виноватой. — Я тебе ничего не говорила.

      Наташа уже собралась уходить, когда я задала ей вполне резонный вопрос:

      — В чём меня обвиняют? — подняв взгляд, я заметила, как Романофф уже собралась ответить.

      Но её голос заглушил рёв двигателя квинджета, заходящего на посадку.

Часть 49

      Судорожно заламывая пальцы, хруст которых прекратился уже давным давно, и поминутно проводя рукой по волосам (эта дурацкая привычка начала преследовать меня с новой силой), я сидела у дверей кабинета Фьюри уже довольно долгое время. Эта томительная неизвестность вымотала меня сильнее, чем полёт в Европу и обратно, бессонная ночь и битва в Нью-Йорке вместе взятые. Кроме того, что я была уже полностью измотана морально (а тут ещё и допрос этот дурацкий предстоял), физическая выносливость была больше, чем на пределе. Сломанные ранее кости мучительно ныли, давая о себе знать, и из-за этого хотелось в буквальном смысле выть и лезть прямо на стенку. Мышцы ломило то ли от усталости, то ли от каких-то нагрузок. Возможно, это были последствия полёта в Штутгарт. Но что-то мне подсказывает, что это сказывались мои многочисленные падения за последние сутки. На правом плече рядом с ключицей красовалась небольшая, но всё же заметная рана. Во рту чувствовался слабый металлический привкус, а нижняя губа слегка кровоточила. Не знаю, как я не заметила этого раньше. Может, мне просто было не до разбитой впопыхах губы?

      Все Мстители уже давно покинули Нью-Йоркский наземный офис Щ.И.Т.-а, отправившись, как я подозреваю, вкушать все прелести шаурмы. Их отпустили сразу же после того, как мы прибыли на Хелликарьер. Вернее, как меня и Локи доставили на Хелликарьер. Забавно. До сих пор не могу отделаться от чувства, что со мной поступили как с вещью. Паршиво.

      Стоило квинджету приземлиться на вертолётной площадке Башни Старка, как два агента спустились по трапу и изъявили огромнейшее желание сопроводить меня до положенного места. В руках они держали автоматы, как бы невзначай оставив пальцы на спусковых крючках.

      Сначала им пытались возражать: Старк и Роджерс явно были против такого развития событий. Да и остальным я не успела сделать ничего плохого… по своей воле. Они это знали.

      Слова агентов о том, что это было личным распоряжением Фьюри, и два поднятых дула автоматов сделали своё дело, позволив военным проводить меня в дальний конец джета. Там же расположились и Тор с Локи, уже прекратившие эти бесполезные распри между собой. Поначалу агенты хотели разделить и эту парочку, но невзначай поднятый молот решил все возникшие вопросы по этому поводу, так что солдаты лишь усадили меня и сели по бокам.

      Какое-то время мы сидели в тишине, после чего я решила скромно подать голос:

      — Пожалуй, нам и в самом деле надо будет поговорить позже, — обращаясь к громовержцу, я то и дело нервно переводила взгляд на трикстера, безучастно сидевшего рядом с асом. — Думаю, Тони сможет рассказать тебе большую часть моей истории, пока меня не будет.

      Поставив локти на колени, Одинсон о чём-то довольно долго размышлял. Лицо его было хмуро, а сцепленные в замок пальцы то напрягались, то опять ослабляли свою хватку. Мьёльнир стоял у ног громовержца, являясь олицетворением неусыпной бдительности последнего.

      Наконец, когда джет уже приземлялся на взлётную площадку Хелликарьера, Одинсон всё же ответил мне, вызвав, как мне показалось, некоторую заинтересованность Локи:

      — Надеюсь, в этот раз получится лучше, чем в предыдущие два, — слегка улыбнувшись, молвил Тор.

      Ох, как бы мне хотелось на это надеяться, знал бы громовержец!

      Как только квинджет замер на месте, агенты встали, приглашая меня пройти за ними. Они сказали громовержцу, где его будет ждать Мария Хилл, чтобы принять у Тора его пленника. Селвигу, всё это время тихо сидевшему рядом с Романофф, было сказано пройти к Фьюри.

      Тессеракт самолично унёс Капитан. Уверена, они с Тони точно будут говорить с Ником, вот только будет ли от этого толк?

      Сначала меня проводили в какую-то каюту и приказали ждать. Неужели они не понимают, что если бы я хотела сбежать — я бы это сделала? Если бы мне было куда бежать.

      С тех пор и началось моё ожидание. Очень, очень долго я в полнейшем одиночестве сидела в каюте, маясь от безделья. Почему нельзя было сразу всё мне высказать, вместо того, чтобы оставлять меня наедине со своими мыслями? Это что, какая-то новая пытка собственной совестью? Если да, то это очень оригинально. И действенно.

      Спустя время меня навестил Тони. Ещё (или уже?) в костюме. Не знаю, на сколько его пустили ко мне: когда сидишь один и ничего не делаешь, течение времени для тебя претерпевает значительные изменения. Поэтому я не могу сказать, как долго мы сидели в тишине, пока я не нашлась, что сказать:

      — Мне очень жаль, что так вышло, — я смотрела в пол, но всё равно чувствовала тяжёлый взгляд миллиардера. Я не хотела встречаться с ним глазами, боясь найти там осуждение и презрение. Поэтому мне было очень странно услышать те слова, которые я услышала, и увидеть те эмоции, которые я увидела.

      — Тебе не за что здесь извиняться, — только и сказал Железный Человек, после чего я всё же осмелилась поднять голову и посмотреть ему в глаза. Лёгкая, слегка печальная улыбка и глаза, в которых явственно читалось сожаление. Я почувствовала, как на мои глаза наворачиваются слёзы, но постаралась заглушить их сразу же.

      — Всё настолько плохо? — только и сумела выдавить из себя я.

      — Сейчас всё зависит от того, что решит Фьюри, — сделав небольшую паузу, Тони продолжил: — И от твоих ответов на детекторе лжи.

      Я нервно сглотнула, понимая, что всю правду я рассказать не смогу, как бы не хотела. Я её попросту не знаю.

      В следующее мгновение я обняла миллиардера. Просто так. И несмотря на то, что Тони был в костюме, он обнял меня в ответ, насколько это было возможным.

      — Мы поговорили с Фьюри, — услышала я слегка приглушённый голос Старка в следующее мгновение. — Он сказал, что не всё зависит от него.

      Я вспомнила про руководство. Ну да, не всё.

      Отпустив Старка, я постаралась не разреветься. Не веди себя как истеричка.

      — Ну что ж, Masha from Russia, могу только пожелать тебе удачи, — аккуратно хлопнув меня по спине металлической рукой, Тони встал и направился к двери. Уже когда он выходил, я обратилась к нему:

      — Поговори, пожалуйста, с Тором, — проведя рукой по волосам, я продолжила: — Думаю, вам есть о чём поговорить. И, мне кажется, я знаю, как мне вернуться домой.

      Старк ещё немного постоял в дверях, смотря на меня. На его лице вновь играла та самая его слегка надменная, немного печальная, но всё же лукавая ухмылка. В глазах зажёгся странный огонёк.

      Миллиардер понял, что в Нью-Йорке я больше не задержусь. Несмотря на то, отпустит меня Совет или нет.

      — Я поговорю, — Старк кивнул головой, а в следующее мгновение дверь за ним закрылась с характерным щелчком.

      Я вновь осталась одна. Вновь принялась думать, не оставив без внимания наш короткий диалог. Слёзы так и стояли в глазах, но я никак не решалась их выплакать. Боялась, что стоит мне начать плакать, как меня вызовут к директору. А мне отнюдь не хотелось представать в зарёванном виде перед Фьюри.

      Размышляя над разговором, я нашла вещь, которую упустила за всплеском эмоций. Старк сказал: «Мы поговорили»? Может, я просто ослышалась? Если нет, то значит ли это, что…

      Дверь снова отворилась. В каюту зашёл…

      — Стив! — воскликнула я от удивления. Он просто стоял, слегка улыбаясь, тоже в костюме, испещрённом замысловатом рисунком из порезов и ран различной тяжести. Самую страшную рану — под рёбрами — ему уже обработали, и через порванную синеву отчётливо виднелся белый бинт, в некоторых местах пропитавшийся кровью.

      Внезапная волна странной смеси стыда, страха и сожаления накрыла меня с новой силой, и я, не выдержав, всё же разрыдалась. Сначала я как-то пыталась скрыть слёзы, но они молчаливым потоком всё же стекали по щекам и капали на пол.

      Я опустила голову, не решаясь встать и подойти к Капитану.

      Стив сам сел на кушетку рядом со мной и аккуратно приобнял меня. А я, уткнувшись лицом в его сильное плечо, разрыдалась с новой силой.

      Так мы и сидели. В тишине, изредка нарушаемой так или иначе прорывающимися наружу всхлипами. Одной рукой Капитан обнимал меня за плечи, другой осторожно гладил по голове. А я безвольной куклой просто сидела и рыдала, выплёскивая накопившиеся за этот день переживания.

      Когда слёзы начали постепенно сходить на нет, я постаралась заговорить:

      — Стив, прости меня, пожалуйста, прости, — едва слышным шёпотом приговаривала я, закрыв глаза и слушая тяжёлое дыхание Капитана. — Я не хотела, не могла остановиться…

      Бессвязный поток слов грозился вновь прерваться рыданиями, но Роджерс прервал его раньше:

      — Я знаю, что ты в этом не виновата, — только и сказал он, сильнее приобняв меня за плечи. — Клинт рассказал, как это действует.

      Клинт. Он ведь тоже был под действием скипетра.

      — Фьюри допрашивал Клинта? — тихо поинтересовалась я у Капитана.

      — Его допросили раньше, — также тихо ответил мне Стив. — После того, как он пришёл в себя.

      — После того, как вы с Локи сбежали с корабля, — словно хотел сказать Капитан. Но он этого не сказал. Возможно, даже не подумал об этом.

      Мы вновь сидели в тишине. Через какое-то время в дверь постучали, как бы говоря о том, что с меня хватит, и Стиву пора идти.

      Я непроизвольно сжала его руку, которую незадолго до этого взяла в свои. Капитан слегка сжал руку в ответ, но всё же встал.

      Дверь открылась, и Роджерс вновь посмотрел на меня.

      — Ещё увидимся, — со стопроцентной уверенностью произнёс Стив. Я смотрела в его голубые глаза, ловя себя на мысли, как сильно они отличаются от других голубых глаз. Добрые и тёплые, готовые в любой момент стать серьёзными и жёсткими.

      Ледяные и хитрые, постоянно светящиеся неким безумием.

      — Да, — только и молвила я в ответ.

      Дверь вновь закрылась с характерным щелчком.

      И опять я осталась наедине с собой.

      Почему я не сказал Стиву о том, что, скорее всего, завтра меня уже здесь не будет? Не смогла?

      Или потому, что всё могло сорваться в любой момент? Неужели я надеялась на то, что останусь?

      Эти минуты в тишине… Они были лучше любого лекарства.

      Лучше того спонтанного и эксцентричного поцелуя в Башне Старка. Да?

      В следующий раз за мной пришли уже агенты. К тому моменту я успела уже полностью успокоиться и взять себя в руки.

      В полной тишине, сопровождаемой лишь тяжёлым топотом солдат и лязганьем автоматов о ремни, меня проводили к джету.

      В полной тишине меня доставили в наземный офис Щ.И.Т.-а. Я просто следовала за солдатами, не собираясь оказывать ни малейшего сопротивления.

      Тяжёлый топот и лязганье автоматов. Напряжённое дыхание. Едва различимый стук сердца. И тишина.

      Навстречу нам никто не попался. Лишь однажды топот и лязганье словно удвоились, и в одном из боковых коридоров я смогла увидеть другую процессию. Солдат там было больше. Так же их сопровождал Тор.

      Возможно, я бы и хотела сказать, что мы встретились с кем-то взглядами, но, к счастью, этого не произошло. Процессия скрылась за поворотом.

      — Пожелать тебе удачи? — ехидным эхом отдалось у меня в мыслях.

      — Пошёл вон из моей головы! — произнесла я с непонятно откуда взявшейся внезапно ненавистью.

      Послышался отдаляющийся смех.

      Я нервно сжала руки в кулаки. На секунду мне показалось, будто агенты по бокам едва заметно поудобнее взяли автоматы. Возможно, мне только показалось.

      Меня привели к двери и сказали ждать. К сожалению, они не уточнили, как долго. И ушли, остановившись за поворотом в основной коридор.

      Я опять осталась одна. Быть может, стоит уже свыкнуться с этим состоянием?

      Шло время. Я начала заламывать пальцы и непроизвольно приглаживать волосы на голове, словно стараясь унять мысли.

      Шло время. Иногда за дверью слышались недовольные мужские голоса. Я не хотела слушать, о чём они говорят, хотя и понимала, что говорят обо мне.

      Я уже начала думать о том, что обо мне забыли, когда дверь открылась, и из неё вышел немолодой мужчина в сером костюме, синем галстуке в полосочку и в очках. Светлые волосы на его голове были аккуратно уложены, да и вообще, весь его вид говорил о том, что этот человек занимает далеко не последний пост в данной организации.

      — Добрый вечер, — робко произнесла я.

      Мужчина оценивающе посмотрел на меня, из-за чего я почувствовала себя неловко. Что-то прикинув в уме, он обратился в открытую дверь:

      — И это из-за неё такой переполох ты тут устроил, Ник? — указав на меня рукой, с явным скепсисом поинтересовался мужчина. — По-моему, это просто ребёнок, который не туда влез.

      — Ты не видел её в действии, Пирс, — сказал ему Фьюри. — Кстати, может уже зайти.

      Я поднялась с места, вновь удостоившись взгляда этого Пирса. Уже когда дверь почти закрылась за мной, я услышала его голос:

      — Надеюсь, мне предоставится возможность увидеть тебя в действии, — фраза, как мне показалось, была сказана так, чтобы Фьюри не смог её услышать.

      А про себя я подумала:

      — Надеюсь, нет.

Часть 50

      — Садись, — кивком головы Фьюри указал мне на небольшой диван. Я молча выполнила приказ.

      Первым делом, войдя в помещение, я обратила внимание на его размеры. За небольшой серой дверью, как две капли воды похожей на остальные, скрывался весьма просторный кабинет, две стены которого являлись одновременно и окнами, открывающими головокружительный вид на город. Сейчас была ночь, поэтому все огни Нью-Йорка были как на ладони. Было видно и разрушенное целиком и полностью авеню, на котором уже велись ремонтные работы: это было понятно по излишней освещённости этого места. С помощью мощных прожекторов полицейские пытались найти раненых, выживших…

      Просто тела.

      — Меня будут допрашивать? — продолжая осматривать кабинет, тихим голосом поинтересовалась я. На автомате провела рукой по волосам.

      Дело в том, что никаких специальных приборов, типа детектора лжи, я не видела.

      — Нет, — опустившись на другой диван, стоявший перпендикулярно моему, произнёс Ник. — Мы с тобой просто побеседуем…

      Ах, вот как оно теперь называется.

      — Но если я замечу, что ты врёшь, — продолжил директор свою вводную речь, — мне придётся воспользоваться более радикальными методами.

      С этими словами он положил на небольшой журнальный столик передо мной нечто, отдалённо напоминающее шприц. Только этот был весь чёрный, и абсолютно не было видно, есть ли что-то в нём или нет.

      — Что это? — пытаясь сохранить спокойствие, осторожно спросила я. Никогда не ладила со шприцами и прививками. Никогда.

      — Можно сказать, подобие сыворотки правды, — не сводя с меня своего взгляда одним единственным глазом, Фьюри продолжил: — Есть какие-нибудь вопросы?

      Издав нервный смешок, не укрывшийся от взора директора, я ещё раз обвела взглядом помещение. Мы сидели ровно напротив огромного окна-стены, а в левом углу, где стекло ещё не стало камнем (левая стенка была наполовину сплошным серым камнем, наполовину — окном), стоял широкий и на удивление пустой стол, на котором стоял лишь небольшой переходник, испещрённый множеством разъёмов для USB. Проводов видно не было.

      Мягкое освещение кабинета обеспечивали встроенные в стены лампы и огромный голографический экран позади нас. На нём то и дело мелькали сцены из сегодняшних сражений, и я ужасно боялась увидеть там себя.

      Именно поэтому мой взгляд лишь скользнул по экрану и вновь вернулся к шприцу.

      — Есть, — сухо сказала я. С чего бы начать? — Ладно. Что конкретно Вам от меня нужно?

      — Правда. — лишь произнёс Фьюри.

      Какое совпадение, мне она тоже нужна.

      — Ещё один вопрос, — я не отрывала взгляда от шприца. Как же пересохли губы! — Кто был тот мужчина?

      Я не смотрела на директора, но краем глаза заметила, что тот слегка усмехнулся.

      — Это? Это был Александр Пирс, представитель Совета, если быть кратким, — Ник сделал небольшую паузу, после чего продолжил: — Он приходил сообщить о решении, которое собирается принять Совет.

      — О каком решении идёт речь, позвольте поинтересоваться? — я вспомнила о тёмных силуэтах на экранах, но промолчала. Если Фьюри сам завёл этот разговор, значит, это ему нужно.

      — Не отпускать тебя, — прямо сказал директор. Я взглянула на него, надеясь понять, врёт он или нет. Но куда мне до этих шпионов.

      — А какого Ваше мнение по этому вопросу? — сцепив руки в замок, я смотрела в один единственный глаз Фьюри. «Прости, мне смотреть на повязку или в глаз? Просто это немного сбивает, » — в мыслях чёткой картинкой предстал Старк, как всегда надменный и издевательски прямолинейный в некоторых моментах. Действительно, общаться с директором было непривычно, потому что никогда не можешь правильно истолковать картину с недостающим фрагментом.

      Но сейчас там отражалось извечная готовность ко всему и… усмешка. Не злобная, но усмешка человека, который знает намного больше и которому просто интересно наблюдать за твоей правильной или же лживой игрой.

      — Всё зависит от твоих ответов, — слегка усмехнувшись, Ник продолжил. — И если они меня удовлетворят, я не передам тебя в юрисдикцию Пирса и, следовательно, Совета.

      — Значит, правда? — настороженно переспросила я, уже не спуская взгляда с директора. Следующий вопрос сам сорвался с моих уст. — А что, если я сама её не знаю?

      — Думаю, таких вопросов у меня будет немного, — улыбнувшись, Фьюри спросил: — Начнём?

      А на задворках сознания совершенно другой голос из уже прошлого молвил:

      — Тогда начнём, — и я невольно передёрнулась от пробежавших по спине мурашек.

***


      Вопросы и в самом деле по началу были абсолютно формальными, но я и здесь сумела накосячить.

      Уже на второй вопрос, в котором Фьюри пожелал узнать мою фамилию, я умудрилась ответить давно заученным на зубок предложением:

      — В этой Вселенной это не имеет никакого смысла, — с досадой покачав головой, произнесла я. — Старк пытался отыскать меня по своим каналам. Как видите, безрезультатно.

      — И всё же, — немного подавшись вперёд к сыворотке, молвил Фьюри. — Мы договаривались о том, что ты будешь говорить только правду. Любую. А я уже решу, как мне с ней распоряжаться.

      Тут до меня дошло.

      — Всё записывается? — в голосе не было удивления. Лишь разочарованно-подтверждающие нотки.

      Меня удостоили кивком головы.

      — Что ж, — я назвала свою фамилию, попросила продолжить. Рука вновь непроизвольно потянулась к волосам, но мне удалось подавить сей порыв на этот раз.

***


      После вопросов, касавшихся моей жизни в другом измерении, директор задал вопрос, заставивший меня задуматься:

      — В вашем мире есть магия?

      Я уже приготовилась сказать твёрдое «Нет». Казалось бы, очень простой и однозначный вопрос. Но после всего того, что произошло здесь, я не знала, что и думать.

      Неловкое молчание грозило затянуться, но Фьюри меня никуда не торопил. А я собиралась с мыслями, пытаясь представить более-менее адекватный вариант ответа.

      — Скорее нет, чем да, — скромно начала я, возобновляя заламывание пальцев. — В смысле, не в такой концентрации, как в этом мире, — я с трудом подбирала слова, боясь, что директору такой ответ покажется неубедительным. Но Фьюри лишь молча слушал меня, ничем не выдавая свои эмоции. Покосившись на сыворотку, я продолжила: — Порой появляются отдельные личности, которые проделывают то, что выходит за рамки человеческого понимания. Вот только люди боятся, что ли, называть это магией. Иллюзией, ловкостью рук — да. Но не магией.

      — А как ты сама считаешь? — заинтересованно спросил Ник. — Без всяких чужих домыслов.

      — Я же оказалась здесь, — скованно улыбнувшись, я решила подытожить: — Да. Я верю в то, что магия существует и в нашем мире.

      Рука вновь провела по волосам, а вопросы возобновились, и касались уже моего пребывания здесь.

***


      Я не знаю, сколько длилась наша «доверительная» беседа, которую, я уверена, прослушивало ещё несколько агентов-лингвокриминалистов, но за окном уже начало светать, а веки становились всё тяжелее.

      Меня неумолимо клонило в сон. Я уже перестала следить за своими ответами и просто рассказывала всё как есть.

      Я просто хотела выбраться отсюда.

      — Сколько ты жила у Старка?

      — Пару лет, — но Вам это должно быть известно, ведь раз в несколько месяцев я приходила на плановый допрос. После того, как какое-то время была в коме, — я уже не напоминала директору, что им это и без меня прекрасно известно.

      Просто отвечала.

      — Ты встречалась с Локи до Штутгарта?

      — Да.

      Что?! Нет!

      — Нет! — тут же выпалила я, и сонливость как рукой сняло. Мой взгляд вновь метнулся сначала к сыворотке, потом к Фьюри, который уже не скрывал любопытства после моей, как он думал, оговорки. — Эм, я не знаю.

      — Как можно не знать, встречалась ты с человеком, — ну, или с Богом, как в данном случае, — или ты видела его в первый раз? — скепсис весьма отчётливо звучал в голосе директора, отчего мне становилось не по себе.

      А что я скажу? Что он мне… приснился? Привиделся во время комы? Я не смогу этого объяснить.

      Фьюри протянул руку к шприцу, заставив меня буквально сжаться в один сплошной комок нервов.

      — Я не знаю, — повторила я, не сводя взгляда с руки, осторожно застывшей в десятке сантиметров от столика с сывороткой. — Не знаю, потому что если я и встречалась с ним, то не была, как бы сказать, совсем в сознании.

      Я нервно сглотнула.

      — Да, я знаю, что моё лечение проходило на военной базе Щ.И.Т.-а, подальше от человеческих глаз, — рука заняла своё исходное положение, и я облегчённо выдохнула. — Там же, где находился Тессеракт.

      Фьюри удовлетворённо улыбнулся.

      — Вот видишь, — произнёс он. — А ты говорила, что не сможешь ответить на мои вопросы.

      Я не знала, что и сказать. Небо за окном медленно окрашивалось в кроваво-красные тона, прогоняя ночную тьму обратно в её колыбель. Уличные фонари постепенно гасли, погружая город в предрассветный сумрак. Не выключались только рекламы на Times Square, продолжая пестрить круглые сутки.

      — Это всё? — ослабшим и слегка охрипшим голосом спросила я.

      — Да, — всё так же спокойно ответил директор. — Только ещё один вопрос: если я тебя отпущу, что ты собираешься делать?

      Если меня отпустят? Я не ослышалась? Пожалуй, мне всё же придётся поделиться своими дальнейшими планами.

      — Если Вы меня отпустите, я пойду и поговорю с Тором о возможности следования с ни… с ним, — слегка запнувшись, я продолжила. — Как мне известно из мифологии и из фильмов, в плане путешествия между мирами Асгард осведомлён лучше Земли.

      — Пожалуй, это верно, — Фьюри встал и отошёл к окну, наблюдая за постепенно восходящим солнцем.

      Слегка замешкавшись, я тоже поднялась с дивана и, аккуратно обойдя журнальный столик, встала немного позади директора.

      — Так в чьей юрисдикции я нахожусь сейчас?

      А на экране темноволосая девушка сцепилась в коротком бою с Капитаном Америка.

Часть 51

      — Так в чьей юрисдикции я нахожусь сейчас? — поглядывая то в окно, то на спину директора, поинтересовалась я.

      — Думаю, точно не в моей, — произнёс Фьюри, всё также глядя в окно.

      Я промолчала. Нет, с одной стороны, находиться не в юрисдикции Фьюри уже, в принципе хорошо, но вот с другой стороны…

      Он опять не ответил прямо. Не смог, или не захотел дать точную информацию? Мне кажется, пора отсюда делать ноги. И как можно быстрее!

      — Директор, если Вы позволите, — медленно начала я. Фьюри повернул голову в мою сторону, и я продолжила: — Разрешите мне покинуть Ваш кабинет, — я немного помолчала, затем добавила: — И это здание в целом.

      Фьюри лишь указал рукой в сторону двери и вновь повернулся к пейзажу полуразрушенного Нью-Йорка, открывавшемуся из окна.

      Сделав несколько осторожных шагов спиной вперёд, я всё же осмелилась развернуться и оказаться этой самой спиной к директору.

      У двери уже стояло двое агентов с эмблемой Щ.И.Т.-а на предплечьях. На поясе у каждого висело по пистолету и дубинке. Они старались не смотреть на меня, а если и делали это, то делали украдкой.

      Они что, боятся меня? Но ведь я не давала именно им повода для страха.

      Поравнявшись с агентами и пересилив себя, я развернулась лицом к Фьюри. Он всё так же непоколебимо стоял у окна, наблюдая за восходящим солнцем.

      — До свидания, мистер Фьюри, — кажется, впервые я осмелилась назвать его по имени. Аж непривычно как-то стало. — Надеюсь, своими ответами я не разочаровала Вас.

      — До свидания, мисс Браун, — не поворачиваясь, произнёс директор. — Нет, не разочаровали! Надеюсь, в следующую встречу Вы будете по эту сторону занавеса.

      А уж как я надеюсь на то, что эта встреча никогда не состоится!

      Я уже собиралась покинуть сиё злосчастное помещение, когда мой взгляд упал на большой экран, расположенный ровно напротив окна.

      Это… это не могу быть я! Я не выбивала толстенные стёкла одним взмахом руки! Я этого просто не умею…

      Один из агентов попытался взять меня под локоть, собираясь выпроводить из кабинета. Прикосновение его перчатки было каким-то слишком колючим: нет, как можно обычной перчаткой уколоть человека? Но я не могла уйти сейчас, я просто должна была увидеть эту запись! Либо я увижу её сейчас, либо я никогда не узнаю, что заставило людей бояться меня.

      Возможно, я слишком резко выдернула руку (как показалось агенту), возможно, моё лицо не выражало дружелюбия, но это не изменит факта, что через пару мгновений на меня смотрело дуло пистолета одного, и была направлена электрическая, судя по звуку, дубинка другого.

      Я заметила краем глаза, что Фьюри развернулся в нашу сторону и что-то сказал агентам. Что он сказал, я разобрать не смогла — все звуки смешались в один сплошной ком и словно давили на череп изнутри. Изображение перед глазами поплыло, и, прежде чем я успела попросить о помощи или хотя бы схватиться за что-нибудь, я рухнула на пол.

      Последнее, что я увидела перед тем, как моё сознание окончательно покинуло меня, — это стоявшую в дверном проёме фигуру мужчины с синим галстуком.

***


Так в чьей юрисдикции я нахожусь сейчас?


***


      Неужели так важно сейчас — знать, что он ответит? Разве это что-то изменит? Сомневаюсь.

      Никогда ещё ожидание не было столь томительным, столь скомканным и столь странным. Мог ли что-то изменить его ответ? Навряд ли. И как сильно зависела я от его ответа?

      Надо признаться хотя бы себе — от его ответа зависело всё: начиная от моей ничтожной персоны и заканчивая полным исчезновением Вселенной. Пожалуй, впервые все нити наконец сошлись, все пути пересеклись в одной несуществующей точке, в одном несуществующем месте.

      И всё зависело только от него.

      — Значит, для того, чтобы выиграть — я должен проиграть, — обойдя наколдованный стул и остановившись ко мне боком, негромко подытожил трикстер.

      — Думаю, так и…

      — Неважно, что ты думаешь или предполагаешь! — перебив меня на полуслове, воскликнул ас. Костяшки его пальцев, так рьяно сжимавшие деревянную спинку стула, стали синими, а глаза, буравившие меня с лютой ненавистью, налились красным. Я невольно сделала небольшой шаг назад. — Неважно, что тебе кажется или нет! Важно лишь то, что я уже ввязался во всё это! — внезапно оказавшись прямо перед моим носом, Локи с силой сжал мой подбородок, заставив меня жалобно заскулить от боли и досады.

      Как же я ненавижу его в такие моменты!

      — Важно то, что мне уже не выйти сухим из воды, — холодный взгляд его красных глаз не давал возможности отвернуться или зажмуриться, путая мысли и слова в моей голове. Он бы и так не вышел сухим из воды, так что же он так беспокоится? — Собственно, как и тебе. Рано или поздно, он найдёт тебя.

      Кто, он? Я так хотела задать этот вопрос вслух, но цепкие пальцы аса не давали мне этого сделать. Его рука всё ещё сдавливала мой подбородок, красные угольки глаз буравили взглядом, а на губах красовалась едва заметная усмешка. На мои глаза навернулись слёзы — я чувствовала себя абсолютно беспомощной, запертой в собственном сознании с маниакальным полубогом, жаждущим величия. Мне было больно, и эта боль была вполне ощутима физически.

      Наши лица уже отделяло буквально несколько сантиметров, когда я наконец смогла закрыть глаза. Через мгновение оков, сжимавших мою челюсть, больше не было, и я смогла спросить:

      — Так кто, он? — с опаской открыв глаза, я всё же осмелилась задать этот вопрос.

      — Открой глаза, глупая смертная, — Локи стоял спиной ко мне, но я интуитивно чувствовала его усмешку. — И ты всё поймёшь. Просто открой глаза…

***


      Открой глаза.

      — Открой глаза, — словно сквозь вату доносился до меня знакомый голос. — Маша, ты меня слышишь?

      С превеликим трудом открыв глаза, я смогла различить сначала силуэт, а затем и остальные черты человека, сидевшего передо мной.

      — Стив, — едва прохрипела я. В горле жутко пересохло, а голова раскалывалась так, будто её зажали в тиски, не иначе.

      — Да, это я, — улыбнувшись, негромко произнёс Капитан. — Возьми, станет лучше.

      С этими словами он сначала помог мне сесть, а затем подал стакан воды, на котором я еле смогла сфокусировать свой взгляд и который я бы точно выронила из рук, если бы не Кэп.

      — Спасибо, — негромко, как и Стив, сказала я. Он лишь ещё раз улыбнулся и поставил стакан на место.

      Стив был одет в гражданскую одежду, состоящую из брюк, клетчатой рубашки и кожанки. Раны были хорошо обработаны, так что не сразу бросались в глаза (по-крайней мере, мой расфокусированный взгляд точно заметил это не сразу). За окном ярко светило солнце, радуя ньюйоркцев (наверное, именно их) хорошей погодой и спокойным днём.

      — Что… что произошло? — я решила нарушить молчание первая. По лицу Стива я поняла, что он слегка взволнован.

      — Ты не помнишь? — всё ещё аккуратно придерживая меня, поинтересовался Роджерс. — Фьюри сказал, что как только ты вышла из его кабинета — ты отключилась.

      Я лишь медленно покачала головой из стороны в сторону.

      — Я помню лишь двух агентов и за… — я запнулась на полуслове, ловя реакцию Стива. Он наверняка должен был всё знать! Так зачем он хочет… Он хочет услышать мою версию произошедшего. Так зачем же мне медлить? — И запись, где я… принимаю не последнее участие в разрушении города. Я должна была увидеть её, чтобы понять. Я должна была…

      Я больше не хотела говорить, поэтому просто замолчала и опустила взгляд в пол.

      — Фьюри сказал, что всё было именно так, — спустя некоторое время, произнёс Роджерс. Я всё ещё смотрела в пол, поэтому слегка вздрогнула, когда он взял мои руки в свои и добавил: — Скажи, ты точно больше ничего не помнишь?

      — Я не… — начала было я, но тут перед моим взглядом предстал тот мужчина с синим галстуком. Был ли он на самом деле? Стоит ли о нём говорить вообще? — Я не уверена. В дверях стоял какой-то мужчина. Я помню только синий галстук. Больше ничего.

      Внезапно левое плечо пронзила острая боль, заставив меня негромко зашипеть и выдернуть руки, дабы рефлекторно закрыть ноющее место.

      — Что случилось?! — пожалуй, слишком громко воскликнул Капитан, так как от резкого громкого звука в висках застучало.

      — Прошу, тише, — уже закрыв лицо руками, пробубнила я. — Это — указав на руку, продолжила я: — подарок от битвы, а это — теперь я показала на голову, — подарок от обморока.

      Или от Таноса?

      — Иди сюда, — Стив пересел ко мне и очень аккуратно приобнял меня. — Я узнаю у Фьюри, что это мог быть за человек, но не обещаю.

      Я молча кивнула. Боль постепенно утихала, но разбудить её вновь у меня не было ни малейшего желания.

      Не знаю, как долго мы так сидели: может, пять минут, может, тридцать. Боль уже успокоилась, и я даже начала забываться сном, когда, Стив заговорил:

      — С тобой хочет поговорить Тор. Это правда, что ты полетишь с ним? — его голос, казалось, стал ещё грустнее, чем обычно. А я что могла ответить?

      Правда ли, что я полечу с ним?

      Всё зависит только от того, в чьей юрисдикции я нахожусь.

Часть 52

      Огненно-красный закат наряжал город в причудливые оттенки и тона, заставляя стёкла светиться и искриться разными красками. Даже скучный серый бетон уже не казался таким бесцветным. Миллионы окон отражали свет заходящего солнца, пуская солнечных зайчиков в глаза туристов и коренных жителей Нью-Йорка, заставляя их забыть о том кошмаре, который приключился с ними буквально пару дней назад.

      Ремонтные службы мегаполиса и специальные отряды Щ.И.Т.-а, трудившиеся несколько суток без перерыва, уничтожая любые последствия битвы и напоминания о недавнем вторжении, потрудились на славу. Уже почти не осталось следов сражения — дороги были очищены и отремонтированы, здания окружены строительными лесами, гигантские броневые машины увезены в неизвестном направлении…

      Но в первую очередь были убраны трупы. Как человеческие, так и инопланетные. От вторжения Читаури не осталось и следа, словно его никогда и не было, и лишь стены памяти напоминали людям о случившимся. Мерцание огоньков свечей, складывавшихся в одно единое целое, лица с фотографий, любимые игрушки детей — всё это напоминало о бесчисленных жертвах произошедшего.

      А ведь кто-то из них мог погибнуть по моей вине.

      На секунду зажмурившись, я постаралась отогнать эту ужасающую мысль и отвернулась от окна Башни Старка. Я не хотела больше смотреть на город, не хотела видеть это ужасное напоминание. Я бы, пожалуй, многое отдала за то, чтобы забыть весь этот кошмар. Чтобы больше не задавать себе вопрос, на которой я не смогу найти ответа. Чтобы совесть уже наконец заткнулась в дальнем уголке моего подсознания, не давая вспоминать. Не давая думать.

      Прости, Тони, но даже твоя высотка, где сейчас ты с радостью разместил Мстителей и где им, судя по всему, было весьма комфортно, теперь превратилась для меня в уродливый небоскрёб. Как бы ты её не перестраивал, каким бы гостеприимством ты не обладал — этот «монумент до небес» уже никогда не сможет вновь стать мне «домом».

      Я хочу убраться отсюда поскорее. Куда угодно, лишь бы не оставаться здесь.

***


      Бригада рабочих, так надоедавшая миллиардеру, уже приступила к ремонту пентхауса и верхних этажей в целом. Где-то надо было подлатать окна, где-то — потолок. Ну и, конечно, Старк не собирался оставлять незамеченной вмятину в полу, добродушно оставленную Халком, — её заделали в первую очередь.

      Пеппер следила за ремонтными работами, пока Железный Человек пребывал с остальными Мстителями в других местах Башни, заканчивая обсуждать некоторые нераскрытые вопросы и проблемы. Вопрос о том, как быть с Локи, учинившим анархию на улицах Нью-Йорка, успели решить во время моего отсутствия. Пока для него выделили отдельный этаж, дабы он не мозолил никому глаза, а позже его собирались отдать Тору. И слава Богу!

      Кстати, как оказалось, из офиса Щ.И.Т.-а меня привезли лишь под вечер, сказав, что я, дословно, «весьма утомилась за время допроса». Такое объяснение было, всё-таки, немного странным для официальной организации, поэтому Старк решил спросить у Фьюри его версию произошедшего.

      Очнулась я лишь на следующий день и, к удивлению некоторых, подтвердила версию директора. Конечно, я бы могла сказать, что наша беседа длилась лишь до утра… вот только я сама уже не была в этом уверена. К тому же, меня об этом даже и не спрашивали.

      Большую часть времени до ужина я провела в лаборатории, подключённая датчиками к различным компьютерам и сканерам. Тони и Брюс, казалось, с головой ушли в работу и не замечали никого и ничего вокруг, поэтому я не рискнула отвлекать их своими вопросами о том, что они собираются делать. Всё равно рано или поздно они что-нибудь да скажут.

      От датчиков меня отключили только спустя несколько часов, но и тогда учёные не решили посвятить меня в тайну своих манипуляций, заявив, что сделают это на общем сборе.

      Супер. Просто замечательно! Не помню, чтобы я давала согласие на работу подопытным кроликом.

***


      Ужин прошёл в весьма спокойной и дружеской обстановке (не то, что на Хелликарьере, когда нужно было куда-то бежать и опасаться за сохранность пленника). Тони с Брюсом о чём-то не переставая спорили, то и дело обращая на себя внимание собравшихся, но не давая тем присоединиться к своей беседе. В конце концов, они постоянно использовали какие-то термины, так что, если бы их слушал неподготовленный мозг, им пришлось бы всё время отвлекаться на разъяснения.

      Стив и Тор вели не менее увлечённую беседу, которая, как я поняла, длилась уже на протяжении нескольких последних дней. Капитан расспрашивал громовержца об их военном деле, об оружии, о путешествии в другие миры. Они сравнивали разные тактики и понятия, то споря, то соглашаясь друг с другом. Стив всё ещё не мог понять, как, воюя на мечах и, в принципе, весьма старомодном оружии, Асгард умудряется устрашать и держать под контролем все миры Иггдрасиля.

      Конечно, это было всё весьма увлекательно, ведь ас рассказывал с неподдельным энтузиазмом и красноречием. Он без смятения отвечал на любые вопросы Капитана и совсем не терялся, если Роджерс задавал какие-то провокационные вопросы. Он спокойно, без прежней его вспыльчивости рассуждал о тактике сражения. Так же Тор упомянул о том, что в боях они часто используют магию.

      Да, вот только я уже порядком устала от всех их сражений и битв, от их тактики и магии, поэтому, грустно усмехнувшись, я перестала слушать старшего принца и решила присоединиться к незамысловатым беседам Клинта и Наташи.

      — То есть мало того, что ты из России, так ты ещё и из другого мира? — не переставая жевать куриную ножку, спросил Клинт. — Далековато ты забралась, тебе не кажется?

      — Да даже если и кажется, то что с того? — потупив взгляд в тарелку с салатом, проговорила я. — Ты так говоришь, будто от моего желания зависит, как минимум, семьдесят процентов попадания в ваш мир.

      — Если бы всё в мире зависело только от нашего желания, — или хотя бы от семидесяти процентов, — то мир был бы проще, не так ли? — подмигнув нам, произнесла Романофф, уже разделавшись со своим ужином и спокойно попивая один из фирменных коктейлей Старка.

      — Так, так. Вот только, боюсь, наш рогатый «друг» не прожил бы и пару часов в нашей «доброй» и «любящей» его компании при таком раскладе! — обведя рукой всех сидящих за столом, Бартон лучезарно усмехнулся.

      Наташа и я последовали его примеру, так как не ответить на заразительную улыбку лучника было выше чьих-либо сил.

      В данный момент рогатый «друг» находился как можно дальше от желавших порвать ему глотку Мстителей. На одном из этажей Башни расположили временное пристанище пленника, приставив к нему, для порядка, пару-тройку агентов, вооружённых по полной программе, начиная от электрических дубинок и заканчивая оружием Фазы 2. Но трикстера, по всей видимости, это лишь забавляло. Быть может, он бы и отпустил не одно замечание по поводу благоразумия и предусмотрительности смертных и своего братца, если бы у него не был заткнут рот. Старк собственноручно сконструировал полу-ётуну нечто, похожее на намордник. Это приспособление вызвало немало ухмылок и смешков со стороны Бартона и недовольства со стороны Тора, поэтому лучника решили держать подальше от не в меру вспыльчивого громовержца (хоть и пытавшегося не показывать свой подлинный нрав). Так, на всякий случай.

***


      После ужина все Мстители, за исключением Наташи и Стива, собрались в той самой лаборатории, где Старк и Беннер опутали меня своими датчиками несколько часов назад. Каждый преследовал какую-то свою цель, пребывая в том помещении. Мне хотелось узнать, для чего всё это лабораторное исследование было нужно (хотя, мне бы так и так пришлось там быть — подопытная крыса, как-никак). Тор хотел обговорить с миллиардером (и со мной, надеюсь) мою отправку в Асгард — это он сказал Тони ещё за ужином (подслушивать, конечно, нехорошо, но я ничего не могла с собой поделать). Ну, а Клинту были любопытны результаты исследований. В конце концов, он тоже был под контролем скипетра и, как я поняла, был в курсе некоторых наработок учёных, поэтому держался более раскованно, чем мы с Тором.

      Из окон лаборатории, находившейся на одном из верхних этажей, открывалась панорама Нью-Йорк. Больше не радовавшая меня своей красотой, она вызывала лишь дурные мысли и отвратительные воспоминания. На секунду зажмурившись, я отвернулась от окна и приготовилась слушать.

      — Мы не будем сегодня долго разглагольствовать, — начал свою, должную быть короткой, тираду Тони. — Поэтому я предпочту сразу ответить на уже заданные ранее вопросы: да, Тор, энергия, порождающая способности нашей гостьи, схожа с энергией Тессеракта. Да, Клинт, энергия скипетра и энергия Тессеракта, в каком-то смысле, схожи. Вот только они выполняют разные функции, — здесь миллиардер с вопросом взглянул на Тора. — Надеюсь, ты сможешь нам объяснить это? Судя по тому, что ты так рвёшься забрать этот куб в Асгард — ты явно знаешь о нём больше, чем мы все вместе взятые. Не так ли?

      — Я знаю о нём совсем немного, — задумчиво потирая подбородок, произнёс громовержец. — Да и вам от этого понятнее не станет.

      — Выкладывай уже, — нетерпеливо перебил аса Клинт. — Вы тут из-за него бойню вселенского масштаба чуть не устроили. Ясно, что это не какая-нибудь обыкновенная побрякушка.

      Недовольно взглянув на лучника, старший принц решил не обращать внимание на его довольно резкий выпад и продолжил:

      — Я буду краток. Во Вселенной существуют древние артефакты, заключающие в себе огромную силу. Их называют Камни Душ или Камни Бесконечности. Когда мы узнали, что на Земле находится, как минимум, один из камней — было решено направить меня сюда. Но, как мне кажется, вы всё же столкнулись сразу с двумя камнями: камнем Космоса и камнем Разума, — подытожил громовержец, буравя взглядом устройство для перевозки, в котором находился куб.

      — То есть, Тессеракт — это камень Космоса, а скипетр Локи содержит в себе камень Разума? — переспросил лучник. — Ты уверен в этом? И если два этих камушка смогли причинить нам столько хлопот, то что могут сделать все Камни вместе? Кстати, сколько их всего?

      — Всего шесть камней. И однажды они уже собирались все вместе, насколько мне известно, — пристально глядя на Клинта, отвечал Тор. — Сказать тебе честно, уверен ли я? Нет, я не хочу быть в этом уверенным, но пока всё происходящее лишь подтверждает наши догадки.

      — Зато теперь мне становится понятно, почему и откуда у меня взялись именно эти способности, — задумчиво произнесла я, взглянув на Тора. — Перемещение, как я поняла, является прерогативой Тессеракта. Да и, собственно, если он не является одним из Камней Бесконечности — этот артефакт всё равно является очень мощным оружием и уже успел подпортить жизнь двух эпох. Спросите Стива — и он тоже расскажет вам о разрушительных способностях куба.

      — Я видел наработки отца, — ответил мне Тони. — И могу рассказать вам даже побольше Кэпа.

      — В любом случае, — заговорил доктор Беннер, который всё это время только наблюдал и молчал, — эти два артефакта слишком опасны, чтобы Щ.И.Т. хранил их вместе. Мы уже видели, что может произойти, если один нен… — Брюс с опаской взглянул на громовержца, но тот, казалось, не услышал оговорки доктора, — человек будет обладать хотя бы двумя. А у директора и так полно тайн, чтобы хранить ещё две.

      — Именно поэтому я забираю Тессеракт в Асгард, а скипетр оставляю на хранение Щ.И.Т.-а, — уверенно произнёс Тор.

      — Ты настолько доверяешь Фьюри, что готов оставить Камень, подчиняющий разум, ему? — скептически поинтересовался Бартон.

      — Я не доверяю Фьюри, — мгновенно отозвался громовержец. — Я доверяю им.

      Он кивнул на присоединившихся к нам несколько минут назад Кэпа и Романофф.

      — Мы отправили скипетр в безопасное место, — кивнул в ответ Роджерс. — Если что-то пойдёт не так — директор будет отвечать лично.

      — А я постараюсь проследить, чтобы всё было в порядке. В конце концов, слежка — моя профессия, — скромно пожав плечами, усмехнулась Наташа.

Часть 53

      И вот, наконец, все формальности были утрясены, Щ.И.Т. больше не пытался никого допросить, и даже с Тором я смогла найти общий язык после всех тех непонятных стычек и столкновений, но отправиться в путь мы так и не смогли. Пока. Ведь Старк не был бы Старком, если бы не устроил прощальную вечеринку, на которую пригласил по меньшей мере половину находившихся в Нью-Йорке знаменитостей, а так же своих партнёров по бизнесу (что, по сути, являли собой почти одних и тех же людей). В принципе, я ничего против этого не имела, но уж больно мне хотелось поскорее отсюда смотаться.

      — Хэй, Белоснежка, ты меня вообще слушаешь? — небрежно щёлкнув пальцами рядом с моим ухом, поинтересовался изрядно подвыпивший парень в тёмно-синем костюме и с не к месту аляпистым галстуком.

      — А что, надо было? — с притворным сожалением протянула я и попыталась отодвинуться от него подальше. К сожалению, вокруг было слишком много людей, что помешало привести мой план в исполнение. Терпеть не могу, когда люди доводят себя до такого состояния нестояния.

      — Эй, ну что мы какие серьёзные, — парень явно не собирался сдаваться. Господи, куда подевался весь адекватный народ? Такое чувство, что как только они испаряются — появляется это «чудо», порядком успевшее надоесть за этот вечер. — Спорим, я смогу тебя развеселить.

      Резким движением (на какое он ещё был способен) он приобнял меня за талию и притянул к себе. Эх, знал бы ты, парень, как я ненавижу подобные распускания рук.

      — А знаешь, возможно ты действительно сможешь меня развеселить, — я ухмыльнулась ему, но это создание только расплылось в широченной улыбке и полезло целоваться. — Вот только внезапных поцелуев с меня хватит, — произнесла я уже из-за его спины.

      Сначала парень попытался осознать пустоту в своих объятиях, затем медленно развернулся ко мне.

      — А я ведь предупреждала, — вздохнув с притворным сожалением, я уже сосредоточилась на том, чтобы отправить ему в лицо содержимое половины бокала, но передумала. Он всё равно ничего толком не соображал, а тратить на него свои силы и портить чудесный синий костюм мне вообще не хотелось. — Сначала протрезвей, потом, может, поговорим.

      — Белоснежка… — начал он снова, но я его перебила.

      — Нет, нет и нет. Можешь заказать ещё пару стаканов чего-ты-там-пил, упиться ими до беспамятства и приставать к другим, — если всё же хочешь уйти отсюда не через окно, подумалось мне, но я продолжила иначе: — а про меня забудь. Я даже уйду отсюда, чтобы тебе было легче. Адьос, — я развернулась и отправилась искать более-менее знакомые лица в этой аляпистой толпе веселящихся людей. К счастью, подавляющее большинство всё ещё сохраняло присущую деловым людям адекватность. Видимо, только мне так повезло.

      — Мы ещё встретимся? — вопрос догнал меня как-то неожиданно. Я думала, этот парень уже оставил все попытки, уткнувшись в барную стойку.

      Я уже собралась ответить ему «Вряд ли» и даже развернулась, чтобы ответ прозвучал чётко и понятно для этого типа.

      Но его сзади не было. Только толпа незнакомых мне людей, скрывающая синий костюм у барной стойки от моего взгляда.

***


      Громкая музыка сменилась ещё более громкой, а это означало, что вечеринка переходила к своему апогею. Многие парочки уже разбрелись по углам, некоторые отправились в специально-заготовленные гостевые спальни, и лишь крайне малая часть гостей отправилась по домам. С верхних этажей Башни Старка лился громкий смех, искристое шампанское, последние музыкальные новинки и ослепительный свет. Небоскрёб превратился в сверкающую новогоднюю ёлку, переливающуюся миллионами огней над уже успевшим зализать свои раны Нью-Йорком. Чем выше находился этаж — тем ярче светились его окна. Такая своеобразная гирлянда вела прямиком к вершине Башни, которую венчала единственная оставшаяся целой и невредимой буква А, и проделанный над ней небольшой косметический ремонт давал ясно понять, что никаких других букв рядом не предусмотрено.

      С каждым часом (и количеством выпитого спиртного) у барной стойки становилось всё меньше и меньше народу, поэтому, оглядевшись, я направилась к ней. Не то, чтобы я не нашла Мстителей. Нет, я прекрасно знала, где они находятся — найти их оказалось куда легче, чем я предполагала. В центре пентхауса на небольшом возвышении находилась, как я её прозвала, «вип-вип зона». Все Мстители собрались там, собрав вокруг себя толпу зевак и барышень в мини юбках. Остроумные шуточки и ответный хохот то и дело раздавались из местоположения героев. Порой удавалось различить отдельные ироничные замечания Старка или слегка заумную для непривыкшего уха речь Тора, но не более. Не думаю, что меня бы погнали оттуда, если бы мне вдруг захотелось присоединиться к шумному и прилюдному торжеству. Вот только это и так не мой праздник, меня вообще тут быть не должно. Я не видела смысла привлекать к себе ещё больше внимания, чем я уже успела привлечь.

      Попросив бармена налить мне второй бокал мартини за весь вечер, я поудобнее устроилась на высоком стуле. Делать было абсолютно нечего, но и уходить раньше всех не хотелось. В конце концов, это был мой последний вечер в Нью-Йорке.

      Так или иначе, заправив непослушно-выбившуюся прядь за ухо, я приготовилась ждать. Не знаю кого, не знаю чего. Просто бывает такое чувство, что тебе лучше посидеть ещё какое-то время на месте и ничего не предпринимать — вдруг что-то и выйдет.

***


      Второй бокал мартини сменился минералкой, а затем и каким-то коктейлем. Что в нём было намешано, я сказать точно не смогу, а уж повторить — тем более. Люди всё больше разбивались на отдельные компании, переставая слоняться без дела. Ритмичная музыка вечеринки стала иногда перемешиваться с заказами гостей: порой это были какие-то романтические композиции (коих я насчитала порядка шести штук), но иногда встречались и знакомые всем песни из 80-х и 90-х. Несколько навязчивых кавалеров пытались пригласить меня на танец, но я не обращала на них внимания. Они были скучны до невозможности в своих чёрных костюмах-тройках и таких же чёрных как смоль бабочках. Волосы у всех прилизаны на один лад, даже, кажется, пробор был на одну сторону. Ску-ко-ти-ща.

      Изящное тёмно-синее платье в пол, — не слишком броское, не слишком роскошное и не особо блестящее — которое Пеппер одолжила мне на этот вечер, успело надоесть, так как, казалось, привлекало к себе слишком много ненужных взглядов. К тому же, эти гигантские каблуки, с которыми приходилось его носить, вымотали меня до безумия — именно поэтому платье без сожаления отправилось в шкаф, а на замену ему пришло чуть более скромное и менее выделяющееся чёрное платьице из достаточно лёгкой, хотя и плотной, ткани. Юбка доходила до середины бедра и была чуть расклешённой к низу. Кружевные рукава и закрытое кружевное декольте с небольшим горлом не позволяли платьицу быть совсем заурядным, поэтому я без малейшего сомнения надела его. На замену туфлям пришли балетки, в которых я, наконец-то, смогла почувствовать себя комфортно и весьма свободно. Небольшой кулон с вставкой из голубого стекла, который мог вполне сойти за изделие Swarovski, довершал мой неброский образ. Покрутившись перед зеркалом и поправив незатейливую причёску, я вернулась в пентхаус, где действо принимало всё более мирный оборот.

      Вопреки моим чаяниям, барная стойка всё так же была пуста. Я уже начала было подумывать над тем, чтобы навестить пленника, заботливо упрятанного в одной из пустых комнат Башни Мстителей с приставленной охраной. Дабы быть честной, я уже давно подумывала это сделать, вот только не имела ни малейшего понятия, где его держат.

      Конечно, найти его не представлялось особо невыполнимой задачей, вот только зачем оно мне было нужно? Общий язык со всем Мстителями был найден, а искать проблемы на свою собственную шею мне не хотелось. Их было более чем достаточно во время моего продолжительного пребывания здесь. Да и что-то мне подсказывало, что на его суде мне предстоит побывать не только в качестве свидетеля.

      — О чём задумалась? — вывел меня из транса голос.

      — А? — я не сразу поняла прозвучавший, видимо, не в первый раз вопрос, поэтому мне пришлось взглянуть на появившегося из ниоткуда собеседника. — Стив! Привет, — я зачем-то достала зонтик из коктейля и принялась водить им по барной стойке. — Почему ты здесь? Наскучило? — я постаралась как можно более беззаботно улыбнуться и кивнула в сторону «вип-вип зоны».

      — Наверное. Тони и Тор вновь начали хвастаться своими девушками, а я уже успел устать от этого за сегодняшний вечер. Как, впрочем, и другие, — Капитан сделал паузу на несколько секунд, а затем вновь продолжил: — Почему ты не присоединилась к нам? Я видел тебя, как ты направлялась к нам, кажется. Но потом куда-то ушла.

      Пока Стив говорил, я смотрела прямо в его глаза. Возможно даже чуть более пристально, чем оно того следовало, но что ж, такова была привычка. Он говорил без тени иронии, и у меня сложилось впечатление, что Капитан, пожалуй, был единственным в этом здании, кто по-настоящему беспокоился обо мне. Даже я так не пеклась о собственной персоне в тот момент.

      Немного подумав и прикинув, какой ответ наиболее полно ответит на поставленный вопрос, я решила сказать правду:

      — Да, я действительно искала вас, когда один из гостей вновь принялся докучать мне, — я вновь перевела глаза на зонтик, продолжавший вычерчивать бессмысленные узоры уже без моей руки. Вдруг я поняла, что на моём лице появилась немного грустная улыбка. — Но когда я увидела вас в окружении бушующей и неугомонной толпы, я поняла, что совсем не хочу быть в её центре. Я и так привлекла к себе слишком много внимания. Хах, ты ведь и сам знаешь, что меня здесь быть просто не должно, — оставив в покое зонтик, я осмелилась вновь взглянуть на Капитана, сидевшего рядом.

      — Так же, как и меня, — улыбнувшись, ответил мне Стив. — Можно задать один вопрос? Твои глаза…

      — Что, опять? — встревоженно перебила я.

      — Ха-ха, нет, с ними всё в порядке, — дружелюбно заверил меня Кэп. — Раньше. Старк сказал, что видел эти голубые глаза задолго до обнаружения Локи в Штутгарте. И мне бы хотелось узнать…

      — Действительно ли там была я, а не марионетка, — закончила я за Стива. Он лишь кивнул в знак согласия. — Что ж, это прозвучит немного странно, — куда ещё уж? — но когда я была на реабилитации на базе Щ.И.Т.-а, я была не совсем без сознания. Как бы дух существовал вне тела, понимаешь? — Стив вновь кивнул. — Если очень кратко, спустя какое-то время я обнаружила Тессеракт. — Рассказать про Локи? Не стоит. Этот факт не вызывает доверия. Хотя… Была не была. — Там я впервые столкнулась с Локи лицом к лицу. В первый раз я сбежала оттуда. Но затем, зачем-то, вернулась. Там уж мы «слегка» повздорили, а потом я пришла в себя. — По глазам Стива было видно, что он хочет мне верить, но ему явно давалось это с трудом. — Вот, что осталось мне в «подарок» с той встречи.

      Я стянула браслеты, скрывавшие шрам (рукав в три четверти не мог этого сделать), и протянула руку Кэпу. Он осторожно взял меня за кисть, опасаясь причинить боль. Около минуты он рассматривал шрам, а затем негромко произнёс:

      — Я уже видел подобное. Это выглядит как…

      — Обморожение, — произнесли мы вместе. — Тебе ведь известно, что Локи — наполовину ледяной великан?

      — Тор, кажется, упоминал об этом, — неуверенно произнёс Стив, всё ещё изучая шрам.

      — Если ты мне не веришь, можешь узнать у Щ.И.Т.-а — когда я к ним поступила, этой красоты у меня не было.

      — Я верю тебе, — мягко улыбнувшись, Капитан отпустил мою руку. Я тотчас надела на неё браслеты. — Так и собираешься сидеть тут?

      — Если у Вас есть какие-нибудь предложения, Капитан, то я с радостью их приму, — я заправила непослушную прядь за ухо и впервые за этот вечер смогла беззаботно улыбнуться.

      В очередной раз сменился музыкальный трек. О, эту песню я узнаю где угодно. Зря, что ли, «Господин Никто» был просмотрен пару тройку раз?

      Тем временем Стив встал и, в слегка шутливой манере, произнёс:

      — Позвольте пригласить Вас на танец.

      И впервые за вечер я с превеликим удовольствием приняла приглашение.

Примечание к части

Daydream - Wallace Collection

Примечание к части

Обращаю внимание, что добавилась глава Gap Years, которая повлекла за собой изменения в четырёх главах.

Часть 54

      Непринуждённый танец сменился неспешной беседой. Отыскать свободный уголок оказалось легче лёгкого, ибо время было уже далеко за полночь, и народу в пентхаусе становилось всё меньше и меньше. Это было и к лучшему: меньше людей — меньше посторонних и ненужных взглядов.

      Бывают люди, при общении с которыми ты чувствуешь себя так комфортно, словно знаешь их всю свою жизнь, знаешь, где с ними можно пошутить, а где вы оба можете спокойно помолчать. Вот и Стив был таким. Нам не стоило лишний раз произносить какие-то слова, чтобы понять друг друга. Мы просто были: вместе и порознь, здесь и нигде. Знаю, звучит глупо, но я определяю подобный род людей только так. Для меня они являются сокровищами, которыми не хочется делится ни с кем, и которые всё равно приходиться отдавать. Это всегда немного грустно, но это такая светлая и лёгкая грусть, что по прошествии времени ты и вовсе не помнишь её, в сердце остаётся только безграничное счастье и нерушимое спокойствие, с которыми этот человек теперь всегда ассоциируется. Возможно, вы и никогда не встретитесь, но при любом воспоминании о проведённом времени с этим человеком на душе будет становиться легко и спокойно, в какой бы тоске ты не пребывал до этого. Капитан был, пожалуй, одним из первых немногих, которых я встречала до этого, которых я бы встретила после — это я точно знала. И я знала, что этого никто не сможет у меня отнять.

      Видимо, я заснула где-то совсем под утро, проведя оставшуюся ночь в разговорах обо всём и ни о чём с Капитаном. Просто сидели и разговаривали: без каких-либо насмешек со стороны, без глупых подколов, без громкой музыки, давящей на тебя со всех сторон. Я рассказывала Стиву о себе: о доме, о семье и друзьях, об увлечениях; он же рассказывал мне о том, какие отличия мира современного удивили его больше всего — иногда с позитивной, а иногда и с негативной стороны. Если бы меня спросили — я бы точно не смогла ответить, когда именно я перестала улавливать нить разговора и провалилась в царство Морфея — просто в какой-то момент меня разбудил ритмично повторяющийся звук уже надоевшего будильника, что неустанно напоминал о наступлении нового дня. Дня отбытия.

      Какое-то время я просто лежала и смотрела в потолок. Капитан, очевидно, ушёл, любезно накрыв меня одеялом. Проскочила мысль, что платье очень сильно измялось, и на что-то торжественное его ещё раз не наденешь. Да и какая разница? Будто что-то торжественное притаилось за углом и только и ждёт, когда же я пройду мимо. Смешно.

      Через панорамное окно уже отчётливо был виден утренний Нью-Йорк, но рассматривать его не было никакого желания. Я прекрасно осознавала, что, с вероятностью в 99%, больше никого здесь не увижу. Признаться честно, я безумно соскучилась по дому, и при любом воспоминании о семье становилось невыносимо тоскливо. Но и осознавать, что придётся расстаться с чем-то настолько волшебным, было не менее тяжко. Поэтому я просто лежала и смотрела в потолок, не пытаясь прислушиваться к шумам по ту сторону двери, и лишь отключив надоедливо ритмичный будильник.

      Но. Всегда есть то самое «но». Было нужно идти дальше, собираться. Чемоданы сами себя не проверят, да и желудок решил напомнить о себе и издать песнь кита — верный признак того, что на завтрак, всё-таки, стоит сходить. Я медленно села на кровати и рефлекторно поправила прядь волос, упавшую мне на глаза. Утренняя перезагрузка морального состояния почти завершилась, и буквально через пару минут я перестала залипать в стену и подошла к шкафу. Несмотря на то, что все вещи я приготовила ещё со вчерашнего дня, лучше было бы всё перепроверить.

      Методично проверяя каждую полочку, каждый ящичек шкафа, не желая оставить здесь хоть какую-то мелочь, я думала о последующей транспортировке. Очень сильно хотелось надеяться, что меня не скинут здесь как ненужный балласт, который только и делает, что попадает в беды. Я и сама прекрасно понимала, что не отличилась примерным поведением и особой помощью. Слишком самонадеянная, слишком импульсивная, слишком…

      Я рассчитывала на слово Тора как, пожалуй, никогда в жизни. Дома точно будет меньше рисков, а возникающие будут, хотя бы, не таких масштабов. Накосячить я всегда успею.

      Осознав, что проверяю ящики уже по второму кругу, я остановилась. Откладывать дальше было нельзя, и, переодевшись в длинную сине-серую рубашку в клеточку с широким поясом, тёмные джинсы и просто удобные кроссовки, я спустилась к завтраку.

      Стоит ли отмечать, что проснувшиеся Мстители были явно не в полном составе: пришли Стив и Наташа (оба получали сыворотку суперсолдата), Пеппер, которая в принципе не злоупотребляла алкоголем, и Брюс, с которым всё понятно. Что касается остальных, то Тор вчера где-то раздобыл асгардский эль (как минимум, он так утверждал) и решил сыграть с Тони и Клинтом в игру Dare to Compare. Проще говоря, когда гости начали расходиться, они решили сыграть в «Я никогда не», где выигравших просто не может быть. Когда мы уходили, бравая тройка как раз решила выпить за то, что они недавно отведали шаурму — самая безобидная стадия игры. Думать о том, до куда они дошли, желания у меня не было.

      — Доброе утро! — поприветствовала меня Пеппер.

      — Доброе утро, — ответила я и невольно прокашлялась, так как голос, в отличие от желудка, ещё не проснулся. — Всё нормально, просто утро, — ответила я на вопросительные взгляды и сумела весьма непринуждённо улыбнуться.

      — Готова к отправлению? — спросила Наташа, дожаривая глазунью. — Будешь?

      — Нет, спасибо. Вроде готова, — до меня только сейчас дошло, что прибыла я сюда только с сумкой. Это будет выглядеть весьма странно, когда я вернусь с чемоданом.

      «А сколько прошло времени с момента переноса?», возникла в голове шальная мысль, «Сколько ты уже здесь?»

      Снова заправив прядь волос (надо бы уже привыкнуть к невидимкам), я попыталась отогнать эти вопросы. Не сейчас.

      — А где остальные? — подойдя к холодильнику, я по привычке выудила плавленный сыр, затем заправила хлеб в тостер. — Ещё не проснулись?

      — Тони и Клинт должны прийти с минуты на минуту, — сверившись с часами, произнёс Брюс. Он уже поел и просто сидел на кухне, просматривая новости на планшете.

      — И во сколько они вчера закончили? — продолжая поиски шоколадной пасты, поинтересовалась я. Заветная баночка всё никак не хотела себя обнаруживать. Но нет, я упрямая.

      — Они и не ложились, — с характерным смешком, произнесла Наташа. — Сон для них что пустая трата времени.

      — Бьюсь об заклад, после отправки ребят в Асгард они свалятся как убитые, — сказал Стив, и на кухне раздался дружный смех. — Учитывая то, что до вопросов про подвиги друг друга отнюдь не на поле боя они дошли часа в два ночи — игра была очень оживлённая.

      — Кстати, а где Тор? — найдя, наконец, шоколадную пасту (и яблочный сок в придачу), я намазала тосты и приступила к завтраку. — Он же, кажется, и завёл эту игру?

      — Завёл, только что ему станет? И это явно был не асгардский эль, — рассуждала Пеппер, — просто решил разыграть парней, а они и повелись.

      — Этого и следовало ожидать. Тони с Клинтом иногда очень легковерные, а теперь и отлёживаются без сна после лошадиной дозы, — пожав плечами, подвела итог Наташа.

      — Ну да, неудивительно, — я поставила ещё тосты — слишком был вкусный сыр. — И всё же, где Тор?

      — Готовит Локи и Тессеракт к перевозке, — сказал Стив, поднимаясь с места и относя тарелки в раковину. — Хочет лично убедиться в надёжности сдерживающих механизмов.

      — Сдерж… наручников, что ли? — немного не поняв, я решила переспросить. Стив кивнул.

      — Пойду проверю мотоцикл. Не горю желанием застрять на полпути до места, — Капитан уже почти дошёл до двери, когда в спину ему донёсся голос Пеппер:

      — Растолкай парней. Или проверь, пожалуйста, в какой они кондиции. А то уже немного задерживаются.

      Показав большой палец, Стив покинул кухню.

      За столом возникла мирная тишина. Кто-то дожёвывал завтрак, кто-то читал новости, кто-то просто смотрел в окно на утренний Нью-Йорк. Перед моим внутренним взором ясно возникла сцена отбытия из фильма. Все в сборе, целые и невредимые. На Локи надели маску, дабы он много не болтал, не произносил заклинания. Да и от греха подальше. Не хотели слышать его речи, его ложь.

      Ну да, мысленно-то они его не слышат.

Примечание к части

Доброе время суток! Я оказалась тут раньше, чем планировала. Надеюсь, в этом году допишу фанфик.
Частичным фоном для главы послужили Hollywood Undead - Take Me Home.

Часть 55

      В последний момент сборов в моей голове обнаружилась одна чётко сформировавшаяся мысль — идти по Биврёсту с чемоданом, катить его за собой на колёсиках и вслушиваться в мерное тык-тык-тык будет, мягко говоря, странно. Я не могла не отдавать себе отчёт, что наша процессия и так будет обращать на себя предельно много внимания со стороны асгардцев — ещё бы, наследный принц, пропавший принц, один из Камней Бесконечности и непонятно «Кто». Да и тык-тык-тык в придачу. Именно поэтому я нашла наиболее удобный и вместительный рюкзак, покидала туда только самое необходимое — то, с чем я прибыла сюда, и пару новых вещей, включающих удобные туфельки и платье с Дня Рождения, которое я так и не удосужилась надеть. Был у меня одно время порыв захватить ещё и мини-утюжок, но довольно очевидным был факт, что в Асгарде с розетками не очень.

      Напоследок окинув уже успевшую стать мне родной комнату беглым взглядом и задержавшись лишь на мгновение на панорамном окне, я спохватилась, что нужно бы посидеть на дорожку (привычку никуда не денешь), и лишь затем вышла из комнаты. Мы с Тором договорились встретиться внизу раньше остальных, чтобы мне ещё раз успели провести краткий инструктаж «Поведение в перемещении». На самом деле, громовержец уже так доходчиво всё мне объяснил, что я сама могла бы давать лекции «теоретических основ перемещения», будь это необходимо. С другой стороны, я понимала: если Тор проговаривает это снова и снова, то необходимо с максимальной серьёзностью отнестись к предстоящему путешествию. И да, он сумел добиться одного — мои руки начинали нервно дрожать при одном воспоминании о предстоящем, а заправлять за ухо непослушную прядь волос я начинала всё чаще и чаще.

      Хоть я и ушла с завтрака раньше многих, но, продвигаясь к месту встречи и держа свой путь через кухню, я всё равно не удивилась необычайной опустошённости последней. И вроде бы всё и было как обычно, — недоеденные тосты, посуда в посудомоечной машинке, несколько стаканов в раковине, тихо играющая музыка, раздающаяся откуда-то из-под потолка, телевизор на беззвучном режиме — но атмосфера была иной. Всё же не каждый день происходит избавление от инопланетных интервентов. И уж не каждый день приходится наблюдать отбытие полубогов в их мир через «волшебный портал».

      Задержавшись ещё буквально на несколько минут, чтобы выпить воды, я снова захотела вернуться в комнату и проверить, не забыла ли я чего-то важного. Непонятное чувство беспокойства не давало мне ни на чём нормально сосредоточиться. Даже ноющее левое плечо было лучше этого ощущения, когда ты думаешь, что что-то идёт не так, не правильно. Или наоборот, олицетворяет твой страх перед тем, что всё идёт ровно так, как и должно. Не знаю я, как описать данное чувство — хах, даже его описание вызывает беспокойство.

      Но суть была не в этом. Суть была в том, что я боялась. Я боялась покидать привычные стены, успевшие стать мне домом, боялась прощаться с людьми, приютившими меня, свалившуюся им на головы из ниоткуда. Мне было страшно отправляться в Асгард через это перемещение, отправляться туда, где меня, возможно, ждал суд, если Один Всеотец решит так. Я боялась встретиться с семьёй громовержца, хоть с их помощью я и могла вернуться к себе домой, к своей собственной семье. Если это, конечно, возможно.

      Быть может, я как раз боялась отправляться туда, потому что мне было до жути боязно услышать отказ. «Такого мира — нет». «Наш мир — единственный». Или что-то в этом роде. И что тогда? Я-то знаю, что это не так. Я ведь не отсюда. Я просто оказалась здесь из Лондона, точно. Точно?

      — Ты идёшь?

      Я подняла взгляд на вошедшего Капитана.

      — Как мотоцикл? — не могу я пока ответить на твой вопрос, Стив. Не знаю.

      — В полной норме.

      — В отличие от меня, — прошептала я. Только сейчас до меня дошло, что я до сих пор держу стакан с водой на весу, так и не сделав ни одного глотка. Поставив ёмкость на место, я повернулась к Капитану и поправила лямки рюкзака, неприятно врезавшиеся в кожу, на которой синяки появлялись даже от самого слабого воздействия. Всё-таки, я слишком много впихнула в рюкзак. И видимо, об открытых плечах можно было забыть на ближайшие несколько дней.

      Немного постояв на месте, словно переваривая услышанное, Стив словно бы приготовился сделать небольшой шаг в мою сторону, но не двинулся с места. Сцепив руки в замок перед собой, он о чём-то размышлял.

      — Пойдём вниз. Тор, наверное, заждался, — первой нарушила тишину я и направилась было к выходу, когда Капитан заговорил, словно бы не услышав моей последней фразы:

      — Тебе бы нашлось здесь место.

      — Что? — это не то, что я рассчитывала услышать. Совсем не то.

       Посмотрев прямо мне в глаза, Стив продолжил:

      — Я лишь имею в виду, что ты на хорошем счету у Старка, да и Фьюри тебе, кажется, доверяет, — Капитан окинул взглядом кухню, стараясь больше не смотреть на меня. — Тебе бы нашлось здесь место.

      В закоулках сознания начало формироваться понимание происходящего, которое, почему-то, возникало вместе со страхом. Схватившись за ручку двери и сжав её, словно утопающий соломинку, я пыталась прислушаться к реактивному самолёту мыслей в моей голове.

      Почему вот стоит мне в чём-то засомневаться, как мир подкидывает мне ещё больше почвы для размышлений? Зачем? Я должна вернуться, разве есть у меня выбор? Почему всё это выглядит у меня в голове словно «поворот не туда»?

      — Только ли место? — заправив прядь за ухо и не отпуская ручку, я продолжила: — Я должна, Стив. Что, если время там шло так же, как здесь? Я…

      — Я не пытаюсь тебя остановить… оставить здесь. У меня просто в голове не укладывается, что вот есть человек, а через время его нет ни на одном уголке планеты, что ему даже, не знаю, в Скайп не позвонишь.

      Мы не смотрели друг на друга. Музыка всё так же лилась из-под потолка, вот только хоть как-то смягчить гробовую тишину у неё не получалось. Я должна вернуться. У меня и выбора-то нет.

      — Капитан, кому, как не Вам, быть привычным к такому положению вещей, — чувствую, как лёгким не хватает воздуха и стараюсь наполнить их глубоким вдохом. — Это всегда называлось одинаково — смерть.

      — Нет, — аккуратно отцепив мою руку от дверной ручки, Стив медленно развернул меня к себе. — Не смей так говорить. Оттуда не возвращаются, а у тебя будет хоть малейший шанс попасть в наш мир из твоего. Слышишь?

      Я нервно кивнула, чувствуя, как мутная, предательская пелена не позволяет мне поднять голову и посмотреть на того, кто, судя по словам, действительно волновался за меня. Замечательно. Давай, молчи, это же так упростит ситуацию.

      Стив не требовал от меня ответа. Вместо продолжения разговора, который, казалось, свернул совсем в иное от начального русло, он просто обнял меня, не подразумевая чего-то иного.

      Я не могу разрыдаться, не сейчас, не здесь. Мне ещё к людям выходить, косметику уже не успею поправить. Да что со мной такое? Я же так близко к тому, что искала последние несколько лет. Так почему же мне так паршиво? Мне ведь есть, куда возвращаться. Пусть мои слова и звучали весьма неубедительно.

      — Я просто говорю, что если что — если что — тебе найдётся здесь место. Я уверен.

      Найдётся. Как только Стив отпустил меня, я снова поправила лямки рюкзака, который, казалось, тянул меня вниз с ещё большей силой. Интересно, это вещи такие тяжёлые, или мой страх? Наконец, я отважилась посмотреть ему в глаза, где отражались мои собственные мысли: зачем мне пытаться что-то изменить, если результат абсолютно непредсказуем и вообще неизвестно, достижим ли. Зачем уходить от чего-то надёжного к чему-то зыбкому? Что это изменит?

      — Стив, я… — что ему сказать? Что я ухожу? Что я остаюсь? Что я должна что-то кому-то? Что? — Я не знаю, что тебе сказать. Мне страшно.

      — Опаздываешь.

      Я по инерции облокотилась о ручку двери и закрыла глаза, не ожидая такого мощного посыла в свой мозг. Видимо, меня подслушали.

      — Я не хочу на тебя давить. Это твоя жизнь, — видимо, моё поведение сказало Капитану, что я уже всё решила и стремлюсь покинуть данное помещение прямо сейчас, потому что тон, с которым он говорил до этого, в котором чувствовалось беспокойство и волнение, стал более ровным, менее выражающим. Я не могла его за это винить, но и поведение это продиктовано было не моими, не теми мотивами.

      — Я знаю, Стив. Спасибо, — сумев соорудить хоть какое-то отражение улыбки, я взглянула на Капитана, смотревшего, как казалось, на остатки еды на столе, словно думая, убрать их или нет. Я слишком хорошо знакома с этим взглядом. Я не хотела его обидеть, правда.

      — Лишние сантименты.

      Пытаясь не обращать внимания на назойливый голос у себя в голове, который уже давно научился доминировать над моими собственными мыслями, я аккуратно дотронулась до руки Стива, от чего он слегка вздрогнул, словно от прикосновения ледышки к телу. Ничего, я понимаю.

      В последний раз осмотрев кухню, я открыла дверь.

      — Пойдём?

***


      Как и ожидалось, внизу меня ждали Тор и Локи, которого уже укомплектовали по полной: наручники, намордник — всё при нём. Громовержец мерил подземную парковку шагами, каждый из которых равнялся двум моим, параллельно едва не задевая молотом рядком стоящие машины Старка. Сам хозяин пока не появился — что ж, у него было ещё несколько минут, чтобы успеть до того, как ярость скандинавского божества достигла бы уровня «разрядки» — разрядки ударов по чему-нибудь рядом стоящему.

      — Мы договаривались встретиться раньше, — вместо приветствия начал Тор. Заметив, что у меня только рюкзак (который я не отдала Стиву, несмотря на его множественные предложения понести его — не хватало ещё забыть рюкзак со всеми вещами), он заинтересованно заглянул нам за спины. Не обнаружив там следов иных пожитков, он с любопытством продолжил: — Всё?

      — Решила, что чемодан на Биврёсте будет смотреться даже нелепее меня.

      — Вот здесь ты попала в точку.

      Краем глаза я отметила, что Локи, насколько можно было судить по его мимике, усмехается. Да и по интонации понятно, честно говоря.

      — Всё подслушал?

      — Да ладно, я бы донёс, — спокойно пожав плечами, отметил Тор. — Старк встал?

      — А чем таким ты его вчера напоил? — вопросом на вопрос ответил Роджерс. Он стоял рядом со мной, подозрительно оглядывая трикстера с ног до головы на предмет любых несоответствий или привлекающих внимание деталей.

      — Честно? Это Клинт откуда-то притащил. Сказал, чтоб я ни в коем случае не проболтался Нат об этой бутылке, сказал что-то про Будапешт — да я уже и не помню очень.

      К этому времени Капитан окончил осмотр пленника и удовлетворённо кивнул. Я же, устав держать рюкзак, поставила его на бетонный пол. И тут до меня дошло, что я не наблюдаю одну крайне важную вещь.

      — А где Тессеракт?

      — Беннер попросил, снять последние показатели для будущих исследований. Не переживай, без него не улетим.

      — Этого я и опасаюсь, — сказала я, чтобы только Стив смог меня услышать. Ну, некоторые рогатые тоже слышали, это уже само собой разумеющееся. Я смотрела, как Тор, улыбнувшись собственной шутке и не услышав мой комментарий, снова принялся мерить шагами парковку и раскачивать Мьёльнир всё в более устрашающей для автомобилей манере. Старку пора бы уже появиться.

      — Что, уже скучаешь по нему?

      Что-то мне подсказывает, что с данным персонажем я ещё успею наговориться. Как минимум, я отбываю туда же, куда и он, а не наоборот, так что пока можно и не отвечать. Лучше поговорю со Стивом, пока ещё есть возможность.

      — Ты ведь понимаешь, что я тебя всё равно слышу?

      — Конечно, дорогой.

      — Дорогой? И с каких это пор?

      — С тех самых, как ты пытаешься контролировать все мои действия.

      — Ну-ну, смертная.


      Мой шумный выдох не мог не привлечь внимание Стива, который до этого протирал зеркала на мотоцикле, вместо того, чтобы присоединиться к хождениям Тора.

      — Волнуешься, — скорее утверждение, чем вопрос.

      — Старк задерживается, — не могу же я ответить правду, что меня тут из себя выводят.

      — Интересно, почему же?

      — Придёт, никуда не денется. Хочешь, я за ним схожу?

      Я не удержалась и снова посмотрела в эту тёплую синеву глаз Капитана. Ему можно доверять, в этом я уверена точно.

      — И с каких пор такая осведомлённость?

      Бросив лишь мимолётный взгляд на Локи, я не стала ему отвечать. А его глаза — лёд на озере, играет, заманивает… обманывает, губит.

      — Нет. Скоро придёт. Останься тут, пожалуйста.

      — Хорошо. Не передумала?

      Подавив нервный смешок, я ответила:

      — Не спрашивай.

      Позади раздался сигнал лифта, оповещавший собравшихся о прибытии недостающих членов команды.

***


      Путь до парка отнял совсем немного времени, учитывая то, что в городе в принципе ещё почти нельзя было встретить личный транспорт. Мы же, спокойно поместившись на один мотоцикл и в три машины, водителем одной из которых был Тони, двух других — штатные агенты, выбрали удобное место для парковки и направились вглубь парка, чтобы достичь выбранного заранее места перемещения, располагавшееся подальше от посторонних глаз.

      Вид Тони и Клинта действительно оставлял желать лучшего — солнечные очки они не сняли даже будучи в помещении. Пеппер с осуждением посматривала на обоих, пока те старались сохранять равновесие в парке. Конечно, Вирджиния Поттс не была бы собой, если бы наготове у неё не было спрятано в багажнике машины нескольких бутылок воды и таблеток от похмелья, которые в этот день были как никогда актуальны.

      — Видимо, пора, — убедившись, что все собрались, начал Старк. — Я не хочу говорить что-то долго. Мне было приятно познакомиться с тобой, будет время — залетай. Только предупреди заранее, на каком шоссе тебя ловить, — уточнив, кому именно был посыл, Тони продолжил: — Ты можешь прилетать без предупреждения, только дом мой не прожги своим порталом, — миллиардер пожал руку громовержцу, затем вернулся ко мне. — Надеюсь, у тебя всё получится. Про другое даже говорить не буду, как бы мне, возможно, этого и не хотелось.

      — Да ладно Вам, мистер Старк, я ведь только создаю лишние проблемы, — стараясь не расплакаться улыбнулась я.

      — Зато их очень весело решать. Что ж, обещал не растягивать, бывай. Break your leg*, — изобретатель хотел было пожать мне руку, но я не удержалась и обняла его. В конце концов, я успела привязаться к нему за несколько лет, как бы он иногда не пытался доказать остальным, что из него не может получиться заботливый… отец. Он очень старался.

      — Ну, бывай, — завершил Старк после объятий и отошёл к своей Акуре.

      — Надеюсь, у тебя всё получится, Masha from Russia, — настала очередь Пеппер прощаться. — Если вдруг каким-то волшебным способом удастся передать весточку…

      — Я обязательно это сделаю, — завершила я фразу девушки. Было тяжело смотреть на неё, потому что я вспоминала все наши подколы и приколы в сторону Старка, совместную работу над проектами — всё, что было за это время. — Следи за ним и не позволяй опускать руки.

      — Обязательно, — грустная улыбка Вирджинии доказывала, что ей было не легче моего, а объятия были искренними и добрыми, какими обычно прощаются в долгую дорогу.

      Затем попрощались Клинт, Наташа и Брюс, пожелавшие отличной и успешной дороги (видимо, это значило, чтобы меня не вывернуло наизнанку во время перемещения в Асгард). Клинт же выделился, сказав, что надеется больше не увидеть меня здесь, в хорошем смысле. Мне ничего не оставалось, кроме как оценить шутку и посмеяться с ним. Я не хотела делиться с кем-то ещё моими страхами, потому что чем дальше всё заходило, тем больше я сомневалась в правильности выбора.

      Настала очередь Стива. Это было почти так же тяжело, как прощаться с Тони и Пеппер. Пусть я и знала его так мало, я успела узнать его. Не раскусить, не понять, но узнать. И это было тяжело, потому что я не знала, будет ли у меня ещё такой человек, с которым я смогу поделиться всем, и это не будет в тягость ни ему, ни мне.

      — Наверное, стоит пожелать тебе удачи, — начал Капитан, щурясь от яркого, уже совсем летнего солнца, и замолчал. Мы уже успели поговорить на кухне, и теперь всё сказанное было бы либо повторением, либо ненужной болтологией. Поэтому я просто обняла его так крепко, как только позволяли мне мои собственные силы, в какой-то момент даже подумав, что я не хочу уходить.

      Во время объятий, Стив прошептал мне одну вещь, из-за которой моё беспокойство заиграло с новой силой, а по спине пробежали мурашки. «Даже оттуда возвращаются». Это, конечно, да, но какой ценой?

      Я не смогла ничего на это ответить. Лишь сдержанно кивнула, поправила прядь волос, упрямо спадавшую мне на глаза, и сделала шаг в сторону Тора и Локи.

      — У вас тут всегда так всё мило?

      — И сколько раз ты закатил глаза за это время?

      — Жду не дождусь перемещения, чтобы тебе уже не до шуток было.

      — Аналогично.


      — Прощайте, мидгардцы, — прогремел зычный голос Одинсона. — Надеюсь, свидимся в более светлые времена.

      — Это уж точно, — ответил кто-то из Мстителей.

      — Готова? — обратился ко мне Тор.

      Нервно сглотнув и не удержавшись от взгляда в сторону Локи, который невозмутимо буравил взглядом брата, не обращая на меня внимания, я кивнула.

      — Держись, — громовержец протянул свою руку, а я постаралась вспомнить все правила, которые были необходимы для успешного перемещения с помощью магии.

      Первое — ни в коем случае не отпускать человека, который держит артефакт. Ни при каких обстоятельствах. Даже если кажется, что всё идёт не так — не отпускать.

      Остальные правила, по сравнению с этим, казались ничтожной насмешкой над путешественниками в пространстве. Я даже удивилась, что там ни слова не было сказано про полотенца.

      — Я бы сказала, держи, — ответила я, испуганно протягивая руку громовержцу. Затем, повернувшись к Мстителям и стараясь запомнить их максимально такими, — все вместе, немного грустные из-за расставания, но, всё равно, счастливые — я попрощалась с ними: — Не хочу говорить «Прощайте». Скорее, «Всего хорошего» — так позитивнее. Так что всего всем вам хорошего. Иногда, вспоминайте обо мне. А я уж вас не забуду.

      Оттягивать больше было нельзя, и в голове у меня пронеслась предательская мысль «Я боюсь», от которой я не могла избавиться уже очень долгое время.

      — Главное — держись, — раздался у меня в голове бархатный голос, который, кажется, не пытался смеяться надо мной.

      Я не успела достаточно удивиться, так как услышала щелчок механизма, что есть силы вцепилась в руку Тора, а в следующий миг безумно яркие вспышки ослепили меня, обозначив начало перемещения в Асгард.

      Начало пути домой.

***


      *To break one's leg — пожелание удачи, «Ни пуха, ни пера».

Примечание к части

Автор обещал, автор принёс)
Прода пишется)

Часть 56

      Не знаю, чего я ожидала от этого перемещения. Что оно пройдёт в одну секунду? Вспышка света — и всё? Пожалуй, так оно и было. Однако я не предусмотрела одну вещь: уже очень давно мои ожидания отнюдь не совпадали с реальностью.

      Так вот. Перемещение. Те, кто когда-либо пытались плыть против волны во время морского прибоя, лишь отдалённо могут себе представить, что испытывает человек в данном потоке энергии. Именно человек, потому что ни Тора, ни Локи, ни кого-то другого я спросить не решилась. Ты определённо точно не находишься на месте, чувствуя, как некая сила увлекает тебя за собой, а вокруг пролетают мириады звёзд и планет, которые ты не то, что не видишь, ты их даже не замечаешь, и только осознание того, что они вот, стоит только руку протянуть…

      — Руки!

      Вздрогнув, я осознала, что до края портала меня отделяли буквально пара сантиметров. Только пальцы распрямить, и вот она — Вселенная.

      Мне абсолютно точно не хотелось её коснуться. Я покрепче вцепилась в Тора и зажмурила глаза, чтобы не видеть всего этого, чтобы оно побыстрее закончилось.

      Резкая остановка. А я по инерции лечу вперёд. Класс, сейчас ещё нос разбить не хватало.

      — Сто-о-ять! — рассмеялся Тор и одним движением руки буквально поднял меня над полом, а затем вновь поставил на ноги, не отпуская. — Глаза уже можно открывать.

      Действительно. Медленно, словно только включила свет в тёмной комнате, я открыла глаза.

      Пару раз мне доводилось бывать в царских дворцах на экскурсиях. Все эти бальные залы в золоте, украшенные либо в стиле барокко, либо рококо — ничто не шло в сравнение с царственным величием Асгарда. И я понимаю, что это прозвучит достаточно пафосно, но вот только всё вокруг отдавало таким минимализмом, словно говоря «и так понятно, что ничему меня не превзойти, так зачем все эти глупые завитушки?». Я без ума от минимализма. В восторге от гармонии между материалом и конечным результатом. Да, я влюбилась в вид, открывающийся передо мной.

      — Челюсть подними, смертная.

      Я недовольно развернулась к Локи, и только теперь заметила Хеймдалля.

      — Добрый… день, — не имея ни малейшего понятия, что же ещё необходимо, я склонилась в небольшом реверансе. Благо я занималась именно бальными танцами и не рухнула в неуклюжем поклоне!

      — Добрый день, — услышала я в ответ и не спеша выпрямилась. Хеймдалль уже не смотрел на меня, а дальнейшая его речь была обращена явно к более значимому адресату. — Приветствую тебя, Тор. Рад, что твоя миссия завершилась успешно. Один Всеотец уже ждёт вас, — сделав небольшую паузу, страж Биврёста добавил, — всех вас.

      «Твою мать», пронеслось у меня в голове. Догадываюсь я, что это не приведёт ни к чему хорошему. Тор в свою очередь успел поблагодарить Хеймдалля и двинулся по Биврёсту в сторону дворца, без лишних слов увлекая за собой Тессеракт и Локи. Я прилагалась «бонусом» к их процессии, поэтому, пробубнив невнятное «Спасибо, до свидания» в сторону Хранителя, засеменила следом.

      Чтоб вас! Мысленно проклиная всех и вся, я следила за тем, как энергия моста реагирует на шаги. Шаг — всплеск, шаг — всплеск. Здорово, конечно, иметь подобное средство перемещения. Ну что за везение, только переместилась в новый мир — и тут снова в неприятности. Надеюсь, всё обойдётся.

      — Ещё бы, — раздалось в ответ. — Если ты думаешь, что Хеймдалль ничего не видел и не доложил, что же происходило в Мидгарде, то уж Тор точно не упустит возможности отчитаться в «проделанной работе».

      — Я ведь уже говорила, что подслушивать нехорошо? Я даже подумать теперь наедине с собой не могу. Так точно шизофреником стану.

      — Да брось, тебе это не грозит, —
в голосе полу-йотуна явственно слышалась усмешка. — И не смей меня так называть. Это не твоё дело.

      — Это мои мысли.


      Я постаралась вновь отвлечься ото всего и решила смотреть за энергией Биврёста. Шаг-всплеск, шаг-всплеск. Рюкзак неприятно тяготил спину, да и Тор ещё почему-то крайне сосредоточенно молчал. Шаг — подождите…

      — Тор, — я невольно остановилась, наблюдая, как энергия вокруг меня не гаснет — словно ты стоишь в потоке, и вода тебя обтекает, но ненадолго всё равно задерживается около твоих ног, — а как тебя перенесли, если Биврёст разрушен? Обратно нас захватил Тессеракт, это да. А туда?

      Я подняла взгляд вверх, стараясь заглянуть старшему принцу в глаза. Он, почему-то, смотрел на мост с такой же сосредоточенностью, с которой пару минут назад его созерцала я.

      — Хороший вопрос.

      — Во-первых, он почти восстановлен, — медленно, с расстановками, будто подбирая верные слова, произнёс ас. — Можешь сама посмотреть, — он махнул рукой за мою спину — туда, откуда мы шли. — Во-вторых, это сложно. Я не думаю, что сейчас могу это тебе объяснить.

      Я просто мастер понимать, когда от меня хотят отвязаться, чтобы не лезла не в своё дело. Другие человеческие взаимоотношения для меня крайне сложны, но только не в случае, если люди (или боги) желают, чтобы я не приставала к ним с расспросами. Поэтому я просто кивнула и вновь собралась уставиться в ноги, когда что-то дёрнуло меня обернуться. До меня дошло, что я видела только сам город и дворец, но не то, откуда мы прибыли.

      — Как прекрасно.

      Несмотря на то, что мы прошли уже достаточно большое расстояние, от этого чарующего неба было невозможно уйти. Оно являлось частью Асгарда, дополняя его, создавая его, питаясь от его вод. Слов не хватит, чтобы описать все созвездия, туманности, космические объекты, которые можно было разглядеть невооружённым глазом на Асгардском небе. В Космосе. Во Вселенной — любого слова будет мало.

      — Нам надо идти, — Тор аккуратно развернул меня за плечо и направился в сторону города. — Не нужно нам заставлять Отца ждать.

      — Я смогу ещё вернуться сюда?

      Тор не ответил, лишь в голове отдалённо прозвучал нервный смех. Чей — так и осталось для меня тайной.

***


      Мимо тянулись сначала улочки, которые можно было смело назвать окраинами Асгарда. И тем не менее, они были величественно изящны. Ничего лишнего, лишь стиль и красота. Асы, которые изредка появлялись снаружи, спешили как можно быстрее вернуться домой или забежать в таверну, только бы не мешать шагающей процессии. Однако я видела, как некоторые менее тактичные (или просто дети) тыкали в нас пальцами, и я даже не могла бы сказать, кто станет большей темой для обсуждения — вернувшийся принц, считавшийся погибшим, или смертная в своей странной Мидгардской одежде. Надеюсь, это просто моё ЧСВ разыгралось.

      — Ты здесь явно незваный гость, — укрепляя мои подозрения, в голове прошелестел голос Локи.

      — Спасибо, я не догадалась.

      — Я, собственно, тоже не приглашён на этот «праздник жизни».

      — Если это ты так пытаешься приободрить, то у тебя точно ничего не вышло.


      Следующую фразу трикстера я пропустила мимо ушей, однако мне пришла в голову идея. Как говорится, если хочешь слиться с толпой — не прикладывай никаких для этого усилий.

      — Тор, — ей-богу, я как ребёнок, который всё время мамкает. Однако ас обратил на меня внимание. — Слушай, может, снять с Локи намор… маску? Просто, честно говоря, я не совсем понимаю её смысл.

      — Это чтобы он не колдовал, — короткий ответ, однако принц не продолжил движения.

      — Знаешь, думаю, если бы он мог, он бы уже это сделал, — я сама не понимала, что я несу, но останавливаться было уже поздно. — А так мы только лишнее внимание привлекаем — пока дойдём до дворца, уже весь Асгард будет знать, что мы… вы прибыли.

      — Будто без маски они меня не заметят.

      — Так я хотя бы получу право в случае чего обращаться к тебе вслух.


      — Все всё равно уже знают, — разведя руками, молвил Тор. — Хотя, маску мы, всё же снимем. Иначе знаю я, кому это точно не понравится.

      Я уже собиралась было спросить, что же это за персона, когда в моей голове возникло одно только имя, произнесённое с такой теплотой, которую я до этого ни разу не наблюдала в голосе трикстера: «Фригга».

      — Наконец-то, братец. Я уже думал, что мне теперь всегда с этим ходить. Как же я рад, что зерно благоразумия всё же присутствует и в тебе.

      Нет, всё было в порядке.

      — Это была ещё одна причина, по которой я не хотел снимать с него маску, — предостерегающе помахав перед лицом трикстера предметом склоки, Тор развернулся в сторону дворца. Идти оставалось не то, чтобы очень долго. К тому же, на улицах города действительно было пустынно — такое чувство, что даже здания затаили дыхание. Нам ни разу не встретились и стражники, которые, казалось, должны были присутствовать на улицах Асгарда. Тем не менее, до дворца мы дошли без приключений. Даже Локи, казалось, погрузился в свои собственные мысли и не высказывал своего мнения ни на какой счёт. Странно.

      Возникало ощущение, что город замер в ожидании чего-то. Несмотря на то, что на улицах стояла необычайная тишина, впереди слышался какой-то гул, который всё нарастал по мере нашего приближения ко дворцу, и объяснения ему я пока не могла найти. Я просто не могла представить себе, что может так звучать. И уже поскорее хотелось выяснить, что же там происходило. Как оказалось, нам необходимо было только дойти до точки назначения.

      Стоило нам только показаться на площади, как толпа взревела, приветствуя возвратившегося принца. Теперь всё встало на свои места — и куда подевались все стражники, и почему было так мало жителей на улицах, и куда спешили все остальные.

      Встречать победителя. Того, кто спас Мидгард. Вернувшего принца, считавшегося погибшим. Привёзшего трофей. Как же складно всё выходило.

      Когда мы прошли половину этого живого асгардского коридора — Тор и Локи впереди, я же прячась за их спинами, — раздался голос, подобный грому, и вся толпа разом стихла. Как же хорошо, что я решила оставить ту футболку.

      — Тор, сын мой! Я рад вновь видеть тебя здесь, в Асгарде!

      Мне срочно надо было что-то сказать. Без разницы, что.

      — Здесь всё превращается в красочное шоу?

      — Добро пожаловать в мой мир.


      — Подойди ближе, сын мой, — велел Один Всеотец, обращаясь точно к Тору. Часть моей «живой стены» отделилась и последовала приказу Всеотца. Я старалась не двигаться и не привлекать к себе внимания, хотя больно хотелось уменьшиться, скрыться с чужих глаз, коих здесь было безмерное множество. И все эти асы, как один напоминавшие самые величественные фигуры с прекрасных полотен.

      Лямки рюкзака больно резали плечи, а непослушная прядь волос снова упала на глаза. Однако мне было боязно даже просто убрать её: лишние движения, лишние взгляды.

      — Эйнхерии, сопроводите Локи и мидгардку в тронный зал. Я буду ждать их там.

      Мидгардка? Это про меня, да?

      Я подняла голову и увидела, как стражники в золотом обступили нас, образовывая плотный круг.

      Ну зашибись.

      — Это явно не тот тип приветствия, на который ты рассчитывала, да?

Примечание к части

В том году не получилось, но автор здесь) Спасибо за терпение.

Часть 57

      Это финиш. Я абсолютно не знала, что нужно от меня Всеотцу, не знала, какую информацию можно ему дать. Да и более того, я сомневалась, что ему пришлись бы по душе мои ответы. Вспомнив странное, словно сдерживаемое определёнными рамками поведение Тора на Биврёсте, я всё больше убеждалась, что в Асгард прибыло двое, находящихся под следствием. Если можно так выразиться, конечно.

      В голове снова всплыли события, которые ещё несколько дней назад я считала всего лишь порождением собственной фантазии, сном — не более. Теперь же предоставилась новая возможность проанализировать вернувшиеся (не без помощи некоторых) воспоминания. Не обнаружив иной перспективы, я окунулась в водоворот мыслей.

***


      — Как так получилось, что ты тоже здесь? — периодически выстукивая на подлокотнике стула какой-то знакомый, но постоянно ускользающий мотив, я пыталась хоть как-то поддерживать беседу, что получалось отнюдь не всегда. Собственно говоря, в этот раз я тоже не дождалась ответа. — Не то, чтобы мне было прям интересно, я просто, как бы сказать, не совсем понимаю.

      Младший принц стоял ко мне спиной, сцепив руки в замок и смотря куда-то вдаль. Я понятия не имела, что он пытается там обнаружить, потому что в этом иллюзорном месте кроме нас больше никого не было. Но и лезть к нему я не торопилась — в конце концов, достающие люди бесят всех, даже меня. Думаю, в этом вопросе царственные особы не особенно отличались от обычных смертных.

      Осознав, что мои конечности совсем затекли от затяжного сидения на месте, я не выдержала и решила размяться. Не подходя к трикстеру, не беспокоя его. В какой-то момент наш разговор просто зашёл в тупик, а я окончательно потеряла счёт времени. Может, это и к лучшему.

      — Я не знаю.

      Спустя несколько секунд до меня дошло, что это не только продолжение моих мыслей, но и ответ Локи на ранее заданный вопрос. «Я не знаю».

      В полном молчании я наблюдала за принцем, который, судя по всему, пытался совершить неясные мне магические манипуляции. Видимо, безуспешно.

      Что ж, если даже асгардцу неизвестно, что происходит, то не настало ли время мне опустить руки и сдаться? Или меня вновь обманывают?

      — Не знаешь?


***


      Много толку от этих обрывков не было, и, признаться, без Локи я вряд ли смогу восстановить полную картину происходящего. Однако его уже отвели на допрос, предварительно добавив ещё одни наручники на запястья. Один Всеотец не стал откладывать эту встречу в долгий ящик. И это мне было ясно. В конце концов, ему необходимо было выяснить много вещей: начиная с того, как принц выжил в бездне, и заканчивая его нападением на Нью-Йорк. И как бы лично я, возможно, не одобряла или не понимала поступки Одина (хоть и была абсолютно уверена, что руководился он, несомненно, высоконравственными мотивами), одно мне было известно наверняка.

      Родители никогда не должны хоронить своих детей. Ни при каких обстоятельствах.

      Поэтому беседа им явно предстояла долгая и, не сказала бы, что радостная.

      А мне оставалось только ждать одной в окружении отряда стражников. И прокручивать в голове вернувшиеся воспоминания и дельные (надеюсь) советы, которые успел мне дать принц по пути во дворец.

***


      — Я совершенно не знаю, что мне нужно будет сказать. И как себя вести. И что вообще делать. И…

      — Перестань, ты только с мыслей сбиваешь.

      — Ах, извините. Вы, быть может, и знаете, что ожидать от данной встречи, но вот я — нет.

      — Вы? — 
бровь неудавшегося завоевателя изогнулась дугой. — Может, определишься, как ты ко мне обращаешься: «Дорогой» или же на «Вы».

      — Может, и определюсь. Только вряд ли это будет в ближайшее время — видишь ли, меня вызывают на допрос к твоему отцу.

      — Он мне не отец.


      Даже в мыслях было слышно, как сильно Локи стиснул зубы. Я предпочла промолчать, потому что стражи, вышагивающие рядом с нами, начали бросать подозрительные взгляды в нашу сторону. Что ж, хорошо.

      Следующие несколько минут мы шли в полной тишине, нарушаемой только тяжёлыми шагами по мостовой, сопровождаемыми ритмичным бряцаньем доспехов и орудий. Честно сказать, по сторонам смотреть вообще не хотелось, ибо всю дорогу до дворца нас сопровождали не только воины, но и любопытные асгардцы. Пёстрая толпа то ликовала, вновь и вновь воздавая почести могучему Тору Одинсону (к которому у меня не было претензий, разве что парочка вопросов), то поливала нас последними словами. Да находились и те, и другие. Они что-то выкрикивали, показывали пальцами, смеялись, обсуждали всё и вся. «Как ты выжил?», «Зачем напал на Мидгард?», «Что это за смертная?». Хах.

      Несколько раз я уже пожалела, что не осталась у Старка. Там, как минимум, всё уже было отлажено, всё работало, как добротный механизм старинных часов — лишь иногда проверяй завод, и будет тебе счастье. Да и разве мне не предлагали? Разве не было там людей, которые были бы рады мне? Тому, что я осталась бы с ними? Вопрос и ответ точно были не в этих фразах, я всё прекрасно знала, просто тянула время, думая обо всём и ни о чём.

      Так зачем я решила уйти?

      — Потому что ты очень хочешь попасть домой.

      Я снова вздрогнула, что не укрылось от взглядов наших сопровождающих. Поэтому я максимально быстро постаралась взять себя в руки и не обращать внимания на трикстера, разглагольствующего в моей голове. Эти мои высказывания ему тоже не нравились, наверняка.

      — Да-да, можешь не обращать на меня внимания, но пока ты перестала истерить, позволь уж вставить несколько полезных советов специально для твоего случая.

      — Ты так говоришь, словно для тебя это уже давно в порядке вещей. Насколько известно мне, до этого случая ты не совершал таких ярых атак на Мидгард.

      — А ты так и уверена, что тебе известно всё, да? — 
я явно начинала выводить из себя Локи. — Ещё одна ремарка, и ты ни слова от меня не услышишь, обещаю.

      Я нервно поправила лямки рюкзака и с ещё большим упорством стала рассматривать мостовую. Как бы то ни было, это была не моя территория, и здесь Локи знал точно больше моего. Так что единственное полезное, что я могла сделать — молчать в тряпочку и мотать на ус.

      — Здравая мысль, наконец-то, — я сделала глубокий вдох, но сдержалась. — Самое главное — даже не смей юлить и врать. Один наблюдал за мной более тысячи лет, так что если ты и надумаешь что-то скрыть — он это поймёт. И тебе будет только хуже.

      — Класс, спасибо.

      — Не перебивай. Когда придёшь к нему, сделай небольшой поклон — уважение никто не отменял. Особенно к власть имущим. Особенно к Одину. Если будешь дерзить ему так же, как пытаешься дерзить мне, вряд ли ты сможешь сыскать его расположение.


      Мостовая сменилась широкой лестницей, ведущей вверх. Не выдержав, я подняла голову и обомлела — стрелы золотого дворца уходили высоко в небо, кружа голову и не идя ни в какое сравнение с небоскрёбами Нью-Йорка. Зрелище захватывающее и настолько потрясающее, что я слишком засмотрелась. И запнулась об одну из ступенек.

      Лёгким и своевременным движением руки ближайший стражник помог мне удержать равновесие. Едва успев пробормотать «Спасибо», я почувствовала ощутимый толчок вперёд. Мол, шевелись, не ты здесь задаёшь правила. Да, знаю.

      — Надеюсь, я не зря тут распинаюсь, пока ты считаешь ворон по сторонам. Могу ведь и не продолжать, если не надо.

      Ещё раз бросив взгляд на массивные двери, призывно открытые и ожидающие нас, я постаралась максимально сосредоточиться и отбросить все прочие мысли.

      — Прости. Продолжай, пожалуйста. Я вся внимание.

      Отметив про себя довольный смешок, я слегка удивилась. На большее времени не было, так как мы ступили в прохладу дворцового холла. Сколько нам осталось вот так беседовать, было известно одному Одину.

      — В-третьих, если так случится, что я буду присутствовать на твоих «показаниях» (что вряд ли) — слушай, что я буду тебе говорить. Всеотец, конечно, всегда старается исключить любую возможность ментальных контактов. Однако сейчас он может подумать, что имеет дело с обычной смертной, оказавшейся не в то время и не в том месте. С одной стороны, он целиком прав.

      Мы остановились у очередной лестницы, и отряд эйнхериев разделился на две части. Нет, нет, рано. Я ещё не всё успела спросить.

      — Так, а что же мне ему говорить, если тебя не будет?

      — То, что знает Тор — самый безопасный вариант.


      И хотя мы уже шли в разные стороны, я всё ещё могла слышать младшего принца. Или просто надеяться на это.

      — Почему ты мне помогаешь?

      Невинный вопрос, но мне захотелось задать именно его. Зачем? Я боялась.

      — А почему бы и да? — услышала я в ответ весёлый голос трикстера, который шёл на суд словно на вечернюю прогулку по саду.

      А сейчас я сидела одна в комнате, охраняемая воинами асгарда, желая получить хотя бы сотую долю спокойствия Локи и с каким-то извращённым весельем думая о том, как бы глупо я смотрелась на суде с чемоданом. Да ещё и в своей любимой футболке. Как хорошо, что мозги у меня иногда работали.

      Прокручивая в своей голове снова и снова то, что было известно Тору, я не заметила, как дверь в комнату открылась, впуская одного из стражников.

      — Время, — только и произнёс ас и тут же вышел. Я поймала себя на мысли, что Тор и Локи пока самые разговорчивые представители Асгарда. Забавно.

      Подняв с пола рюкзак, внезапно словно ставший ещё тяжелее, я вышла вслед за стражником. Было приятно видеть, что отряд заметно уменьшился и состоял теперь только из троих стражников. Я понимала все выставленные меры предосторожности, ведь со мной это было не впервые. Стоило только вспомнить толпу спецагентов Щ.И.Т.-а, сопровождавших меня в школу каждый день в течение месяца, напичкавших меня всякими датчиками и прочим после того глупого инцидента. А всего-то и было дело, что один из парней решил, что, раз уж он в составе команды школы по футболу, то ему можно всё. Вот он и получил от меня ответную защитную реакцию. Возможно, чуть сильнее, чем следовало, и явно сильнее, чем могла собственными силами прописать обычная девушка.

      Меня словно током прошибло, но я постаралась не остановиться. Что мне говорить про способности? Показывать? Почему мне не пришло в голову спросить это у Локи. Не тот вопрос был выбран для последнего, ох не тот. Конечно, он велел говорить то, что известно Тору. Но я же не знаю, что мог рассказать ему Старк. Или Капитан. Или Фьюри. Слишком много подводных камней.

      Отворилась очередная дверь, за которой меня уже ожидал асгардский суд. Одина было найти проще всех — он восседал на возвышающемся троне в центре зала, давая ясно понять, кто тут главный.

      В надежде осмотревшись по сторонам, насколько позволяли мои сопровождающие, я ощутила уходящее в пятки сердце.

      Тора нигде не было. Локи тоже.

Часть 58

      Лучи солнца незатейливо проникали в коридоры величественного дворца, забавно играя на золотых колоннах, ступенях, пуская зайчиков в глаза забывшихся стражей или просто обитателей замка. Лёгкий ветерок изящно прогуливался по коридорам и переходам сего произведения архитектуры, принося с собой живительную прохладу водопадов Асгарда. А затем мягко устремлялся к раскинувшемуся внизу саду, игриво шелестя ветвями деревьев. Где-то там внизу неспешно прогуливались асгардцы, привыкшие к окружавшей их величественной красоте, но всё ещё способные удивляться происходящему. Дети играли в салочки, прятки и в другие игры, которым, на самом деле, не нужно было название. Куда важнее было то, что они доставляли удовольствие и приносили звонкий смех на улицы города.

      Но всё это происходило где-то там, вне стен, не со мной. Я этого не знала и не видела, и только моё воображение зачем-то рисовало все эти картины в моём сознании, которое было готово заниматься чем угодно, только не сосредотачивать своё внимание на действительно важном сейчас.

      На том, что меня должен был прямо сейчас судить асгардский суд.

      Мои сопровождающие остановились примерно в десяти-пятнадцати шагах от трона, заставив меня замереть вместе с ними. В целом, достаточно безопасное расстояние, особенно когда хочешь защитить правителя от нападения. Видимо, воинов не предупредили о моих способностях, ибо они слегка расступились, всё ещё находясь достаточно близко ко мне, чтобы остановить (если бы я вдруг захотела выкинуть какую-нибудь глупость). Эта мысль вызвала у меня лёгкий истерический смешок, но, бросив взгляд на трон, я тут же постаралась вернуть лицу серьёзное выражение и выполнить один из советов.

      Небольшой реверанс вышел как нельзя удачно.

      — Зачем ты уговорила моего сына взять тебя с собой?

      Я медленно подняла голову, выходя из поклона. Величественный голос Одина на несколько мгновений заполнил всё помещение. Как только заговорил Всеотец, все остальные голоса, перешёптывания смолкли. А когда и его голос стих, в помещении воцарилась гнетущая тишина, в которой я буквально слышала, как головы присутствующих поворачиваются в мою сторону.

      Почему их так много? Я должна ответить.

      — Это была просьба отчаявшегося человека. И Ваш сын любезно согласился мне помочь.

      Я вновь опустила глаза в пол и глубоко вдохнула. Казалось, что мне катастрофически не хватало воздуха, хоть я и прекрасно понимала, что это было лишь глупое самовнушение. «Любезно согласился», конечно.

      — Он сказал, что ты владеешь магией.

      Где-то в зале послышался удивлённый возглас, по непонятной причине слегка разозливший меня. Серьёзно? Нет, правда? Уж не знаю, кого данное известие могло поразить, но у меня сложилось такое ощущение, что в Асгарде освоил магическое искусство только Локи. Ладно. Эти мысли уже где-то на грани истерики.

      Я вновь подняла взгляд на Всеотца.

      — Наверное, произошло некоторое недопонимание, — нервно сглотнув, я начала медленно и предельно осторожно снимать портфель с плеч, заставив стражников двинуться прямиком ко мне. Едва заметным жестом Один остановил их. — Я абсолютно не сведуща в чарах или колдовстве, — не ври и говори то, что известно Тору. — Однако у меня есть определённые… способности. Если Вы желаете, я могу продемонстрировать их.

      Асгардцы вокруг, казалось, буквально затаили дыхание. А что, я для многих здесь была словно диковинная вещь в цирке, вроде бы так знакомая всем, но от этого не менее чужая. Да весь мой внешний вид только и делал, что кричал, как сильно мне здесь не место. И я никак не могла этого исправить.

      Приглашающий взмах руки Одина было очень трудно истолковать как-то иначе, поэтому я приготовилась. Ещё раз пробежавшись взглядом по стоящим вокруг асам, я не смогла найти никого, кто хоть отдалённо был бы мне знаком. Вдох-выдох.

      Для меня больше не были важны наполнявшие залу асгардцы, ровно как и им не была важна моя история. Они не хотели знать, как я сюда попала, что сделала до этого. Нет, главный виновник торжества вышел отсюда ещё до моего прихода. Хотя, если бы их ожидания оправдались, возможно, любопытство к моей персоне возросло в них с ещё большей силой, а пока…

      Портфель, стоявший рядом, приподнялся на несколько метров, сделал небольшой круг и вновь опустился на то же место. Удовлетворённо отметив про себя, что ощущения управления всё те же, я вновь обратилась взглядом к сидящему на троне. Скепсис на лице Всеотца совершенно меня не обрадовал.

      — Это не является доказательством. Как я могу быть уверен, что это не очередная технология Мидгарда? Мы достаточно осведомлены о техническом развитии вашего мира, где у вас есть самолёты и разные дроны, так почему и эта вещь не может оказаться чем-то подобным? Чтобы проверка была правдивой, продемонстрируй на том, что находится и всегда находилось здесь, в Асгарде. Асгейр, — один из стоящих рядом воинов с готовностью поднял голову на своего правителя. — Одолжи нашей гостье свою флягу.

      Ладно хоть не пленнице, уже за это я успела испытать чувство благодарности. Однако мешкать было нельзя, и я с готовностью приняла флягу из рук голубоглазого воина, который вновь вернулся к стойке «смирно».

      Взвесив на руке предмет и примерно прикинув, сколько в нём содержимого, я вытащила некое подобие пробки — лучше было попробовать на чём-то маленьком, а то вдруг здесь всё заговорено, и у меня ничего не выйдет? Этого мне вовсе не хотелось, особенно вспоминая слова Локи. Эх, как жаль, что я не могу до него достучаться.

      Снова мельком взглянув на Всеотца, я аккуратно повесила пробку в воздухе. К моему искреннему счастью, она осталась висеть. Отлично, пришёл черёд фляги. С осторожностью подставив руки, чтобы не уронить всё на пол, я заставила сосуд зависнуть рядом с пробкой. Бинго! Хорошо, пришёл черёд воды, которая начала было стремительно выливаться из сосуда, однако так и не достигла пола. Вместо этого жидкость уже описывала круги вокруг фляги, напоминая мне о Сатурне, что заставило меня улыбнуться и немного ослабить концентрацию внимания.

      Внезапно хлопнула массивная дверь в залу (ими вообще можно так делать?), из-за чего всё рухнуло на пол, а вода расплескалась по ногам рядом стоящих, до колена намочив мелкими брызгами мои джинсы. По сторонам начали переговариваться, а позади мерно раздавались увесистые шаги, направлявшиеся явно в сторону трона. Не оборачиваясь, я пробормотала невнятные извинения в сторону стражника и протянула ему обратно уже поднятую флягу, которую он не принял или же просто не обратил на меня внимания, не имея должного приказа. Чувствуя себя более чем неловко, я аккуратно пристроила сосуд сверху рюкзака и уже приготовилась обернуться, когда фраза Одина ответила на интересующий меня в данный момент вопрос:

      — Ты вовремя, Тор: мы как раз заканчиваем с Мидгардкой.

      В этот момент до меня дошло, что Всеотцу даже имя моё было неинтересно. Ни к чему. Единственное, что его интересовало, могли ли мои способности представлять для Асгарда интерес, или это были жалкие фокусы обычной смертной. И отчего-то вдруг стало так обидно, что я невольно взялась левой рукой за плечо и опустила глаза в пол, словно стараясь успокоить саму себя. Но ведь ничего не случилось, ровным счётом ничего.

      — Заканчиваете? — Тор как раз поравнялся со мной, не обращая ни малейшего внимания на воинов. — Всё показала?

      Осознав, что вопрос адресован мне, я растерялась. С одной стороны, не очень-то мне хотелось делиться своим умением к телепортации — кто знает, когда и каким образом оно может пригодиться здесь. Но в голове у меня словно метрономом отдавались слова Локи «Не юли», постаравшегося объяснить мне с максимальной точностью, что со Всеотцом шутки плохи. Стоит ли удивляться, что я снова решила довериться совету младшего принца, которые пока меня не подводили?

      — Нет, — почти одними губами произнесла я.

      В возобновившейся тишине только голос Одина имел для меня значение, и никакой Тор ничего с этим не мог поделать. Это был непреложный факт. Поэтому, когда Всеотец дал мне позволение, у меня уже не осталось никаких сомнений в том, что я должна была совершить.

      Вы пришли посмотреть на диковинку? Что ж, вы её получите.

      Обернувшись на вход, а затем улыбнувшись Одинсону, я решила перестраховаться:

      — Помоги сделать так, чтобы меня не убили, пока я иду сюда, хорошо?

      И пока бровь Тора успела подняться, я уже возвращалась неспешным шагом к стражникам, успевшим вооружиться до зубов, от тех самых массивных дверей, куда несколькими минутами ранее вошёл громовержец. Куда гораздо раньше провели меня. Признаюсь, для большей сохранности я ещё выставила силовой щит — кто знает, вдруг где-то здесь притаились асгардские лучники, готовые в любой момент устранить опасность.

      По эмоциям Бога Грома я увидела, что тот понял мои слова, а в следующее мгновение уже отдал приказ воинам отступить. Что было страннее всего, Один всё это время сохранял молчание, однако стражники всё равно повиновались. Мне же к лучшему.

      Под удивлённые взгляды и перешёптывания, я вернулась на своё место (как в школе, правда) и вновь сделала небольшой реверанс Всеотцу. Где-то в мыслях раздался одобрительный смешок, но я постаралась не выпустить его наружу — стражники вокруг теперь с ещё большим вниманием наблюдали за мной, готовые в любой момент на абсолютно любое моё неверное движение обнажить мечи. Эта ситуация даже напомнила мне Щ.И.Т., где агенты так же судорожно сжимали в руках автоматы и дубинки, когда сопровождали меня куда-либо. Но, несмотря на все эти во многом неуместные сравнения и ассоциации, я чувствовала себя на удивление спокойно и легко. У меня с души словно свалилась неведомая доселе ноша, отчего хотелось улыбаться и смеяться, хотя последнего сейчас я и не могла себе позволить.

      — Интересно, — такую оценку я получила от правителя Асгарда: не больше, не меньше. Признаю, это было много лучше, чем услышать «Казнить» и осознать, что надежды точно больше нет, но всё равно не вселило в меня больших чаяний. Слишком кратко, слишком быстро. Слишком спокойно. Но не стану же я выпрашивать у хранителя Девяти Миров более подробного комментария, верно? Ладно, поживём — увидим. — Тор, проводи Мидгардку в гостевые покои, а затем возвращайся на совет. На этом суд окончен.

      И хотя вокруг асгардцы уже начали расходиться, я всё ещё стояла как вкопанная, не совсем осознавая то, что только что произошло в стенах дворца. Меня отпускают? Правда? Как такое вообще возможно? Краем глаза я отметила, что Тор уже поднял мой рюкзак, не забыв прихватить и флягу, оставленную мне, видимо, в «подарок» от стражника. Он мне что-то говорил, но я не слишком внимательно его слушала, сосредоточенно смотря на восседавшего на троне правителя. Наши взгляды вновь встретились, и Один встал. В почтении (и страхе) склонив голову, я позволила себе наконец развернуться и последовать за громовержцем.

      Мои финальные сомнения развенчал звонкий удар скипетром об пол, ознаменовавший настоящее завершение большей части моих страхов.

      Неужели мне разрешили остаться?

Часть 59

      Какое-то время мы неспешно шли по лабиринтам дворца, сворачивая то направо, то налево, и я давно уже потеряла дорогу, погружённая в свои мысли. Отвечала я тоже невпопад, не особенно вникая в то, что пытался донести до меня громовержец. Признаться, я и вовсе его не слушала, застряв в нелепом подобии ментальной ловушки. Казалось, я всё ещё находилась в той огромной зале, окружённая разномастными незнакомцами, в ушах так и отдавался спасительный звон скипетра, а перед внутренним взором то и дело возникал суровый, безмерно мудрый взгляд Всеотца.

      Хорошо, что многие вопросы так и не были подняты. Я бы просто не знала, как честно на них ответить, не утаив ничего и не подставив саму себя. И не только себя.

***


      — Почему, почему я забыла всё это? Я не могла просто взять и забыть, так ведь? — еле сдерживая слёзы от накатывавшей волнами головной боли, я пыталась найти ответ в этом ускользающем круговороте воспоминаний, вырвавшихся из долгого плена. Но мой собеседник хранил молчание, и только беспокойные голоса Старка и Капитана глухо доносились до меня словно сквозь пульсирующую вату. — Почему ты молчишь?

      — Потому что ты боялась, — наконец раздался столь желанный и неясный ответ.

      — Чего? — я никак не могла взять в толк, что Локи имел в виду, однако боль начинала понемногу утихать, а вместе с этим и кусочки мозаики вставали на свои места.

      — Что у тебя не получится спокойно жить, зная о нашем сговоре. Что ты будешь постоянно оглядываться, считая, что тебя заподозрили в чём-то неположенном, — короткий смешок ненадолго прервал речь трикстера. — Что ты выдашь меня на очередной проверке детектором лжи, и события пойдут по незапланированному сценарию.

      Это было похоже на меня. Как ни странно, но данное умозаключение выудило одно из старо-новых воспоминаний, в котором в месте вне времени и пространства перепуганная девушка почти со слезами на глазах умоляла мага помочь ей. «Локи, я знаю, что тебе всё равно, но мне страшно». А младший принц не сводил с неё своих заинтересованных голубых глаз, будто проверяя её эмоциональность на подделку.

      — Я велел тебе спрятать всё записанное с той ночи как можно дальше, — монотонно вещал маг. — А затем запер любые воспоминания о наших встречах так, чтобы только я мог их разблокировать, когда придёт время.

      — Та встреча не была просто сном. Всё это не было сном.

      — А ты как думала?

      — Но ведь я зачем-то вызвалась в Штутгарт? Или меня вызвали?

      Локи усмехнулся, что не укрылось от Стива и Тони, находившихся достаточно близко для этого.

      — Могу я оставить некоторые секреты при себе?


***


      — Тор, надеюсь, я тебя не подставила, — наконец я осмелилась выдать что-то более-менее связанное громовержцу. — Со всем этим судом и прочим. Если что, прости, пожалуйста.

      Перехватив рюкзак поудобнее, Одинсон чуть сбавил шаг и произнёс:

      — Знаешь, скорее, это я должен извиниться, — я аж чуть не споткнулась от подобного заявления. — В конце концов, следовало предупредить тебя о подозрениях Всеотца.

      — По-подозрениях? — не сразу поверив своим ушам, я подняла взгляд на Тора, пытаясь уловить его настрой: казалось, он и сам был рад, что всё разрешилось благополучно.

      — Именно, — улыбнулся старший принц. — Ты только представь: тебе докладывают о том, что на одной стороне с твоим павшим в бездну сыном сражается мидгардская дева, обладающая силами, превосходящими умения многих асгардских чародеев. Что ты ответишь на это?

      — Что неплохо было бы обучить своих магов парочке её приёмов? — Тор хмыкнул на данное заявление. — Ладно, предпочла бы проверить, какую опасность она (или они оба?) представляют для девяти миров и Асгарда в целом?

      — Что-то наподобие этого, — кивнул громовержец, спускаясь по очередной лестнице. — Кстати, мы почти на месте.

      — Это где? — настороженно поинтересовалась я, ибо только тут до меня дошло, что я совершенно не помнила, куда мы шли.

      — Не стоит волноваться, это всего лишь гостевые покои, — слегка похлопав меня по плечу (что у меня коленки заходили ходуном), Тор открыл очередную дверь, приглашая меня последовать за ним в небывалой красоты комнату. И дело было даже не в том, что она была вся из золота (как и, собственно, весь дворец), а в искусном переплетении узоров, в тонкой работе архитектора, превратившего данную комнату в своё ожившее полотно. От пола словно стремились к потолку бесконечные стволы деревьев, чьи ветви соединялись в различные, казалось, руны, а среди крон порхали миниатюрные птички разных цветов. В какой-то момент мне даже почудилось, что я слышу их пение.

      — Как прекрасно, — только и смогла вымолвить я, задрав голову и стараясь запомнить как можно больше из представшего передо мной.

      Тор, подобно гордому хозяину, явно было доволен произведённым впечатлением. Поставив рюкзак рядом с кроватью, которую мне ещё предстояло изучить как отдельное произведение искусства мастеров Асгарда, он произнёс:

      — Слышала про Ванахейм? — я утвердительно кивнула. — О, что ж, это родина моего соратника Огуна. Если коротко, данные покои предназначены для принятия послов и высокопоставленных гостей из Ванахейма и выполнены с учётом их пожеланий и традиций. Как по мне, это одна из самых удобных опочивален во дворце. И ты можешь оставаться в ней столько, сколько потребуется.

      Мне стало неуютно.

      — Спасибо большое, Тор, но к чему такая честь? Я же не сделала ничего, чем могла бы заслужить всё это, — обведя рукой комнату, я продолжила: — Почему меня не поселили в покои Мидгарда?

      Старший принц слегка нахмурился, словно не ожидал подобной реакции от смертной, и я постаралась как можно скорее сменить его настроение:

      — Нет, ты не подумай, я в восторге от вашего гостеприимства, — Боже, почему это звучит так саркастично? — я просто не понимаю.

      — Я думал, ты привыкла к роскоши у Старка, вот и, — заметив моё обескураженное выражение, Тор рассмеялся: — Шучу, это мне посоветовала Фригга, когда узнала, что тебя допрашивает Один.

      Фригга. Который раз за сегодня я слышу её имя и вновь замечаю, как сильно меняются оба брата, стоит им только упомянуть мать.

      — Её не было на суде, — констатировала я, аккуратно присаживаясь на край кровати. К моему счастью, перина (если это была она) оказалась не прям уж мягкой, так что я в неё не провалилась.

      — Да, она отправилась за… — Тор слегка замялся, и я, видя его замешательство, решила подсказать:

      — За Локи?

      Последовал кивок.

      — Он в темнице? Не смотри на меня так, это не самая сложная логическая цепочка, которую можно проследить, зная его «подвиги».

      Казалось, громовержец хотел что-то добавить, но внезапно как-то странно повёл плечами и направился к двери.

      — Я что-то не то сказала?

      Задержавшись у самого проёма, Тор развернулся и произнёс:

      — Вспомнил, что Всеотец просил вернуться на Совет, как только я провожу тебя до покоев.

      — А он не из тех, кто любит ждать, верно? — снова кивок. — Я понимаю. Будут ли мне какие-то дальнейшие указания?

      Старший принц довольно улыбнулся, затем бросил взгляд в сторону окна и молвил:

      — Самое первое перемещение через Биврёст обычно отнимает невиданное количество энергии. Я бы советовал тебе отдохнуть, а вечером к тебе пришлют кого-нибудь из слуг, что помогут собраться на ужин. Неплохое предложение?

      — Просто замечательное, — потягиваясь, я только сейчас поняла, что совершенно точно не знала, как давно мы прибыли в Асгард. А ещё на меня свалилось камнем осознание того, как сильно я успела вымотаться за день. — Тогда до встречи?

      — До встречи, — ещё шире улыбнулся громовержец и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь (совсем не как в большом зале, когда грохот заставил меня потерять контроль).

      Оставшись одна, я переоделась в какую-то чистую футболку и шорты, найденные в рюкзаке, и откинулась на подушки. Полог кровати был выполнен из достаточно плотной синей ткани, сверкавшей словно звёзды на ночном небе. Пошаманив немного с завязками, мне удалось закрыться от солнечного света и оказаться в прохладном сумраке, пусть и искусственно созданном. Глаза слипались, и уже через несколько мгновений я была готова погрузиться в сон, пока в голове медленно таял назойливый вопрос, который я не решилась задать Тору. К сожалению, Старк точно рассказал ему об особенностях моих способностей (да я и сама помогала ему в этом), поэтому вряд ли можно было рассчитывать на что-то.

      Именно поэтому вопрос «Можно ли будет его увидеть?» так и остался всего лишь неозвученной строчкой в голове.

Часть 60

      Я не представляла, как долго проворочалась в постели без сна. Прохлада простыней и приятный ветерок с улицы не могли отменить того, что солнечные лучи являлись прекрасным естественным освещением, не требуя ни электрических лампочек, ни факелов. В таком состоянии «между» я снова и снова прокручивала в мыслях суд, на котором довелось побывать благодаря встревоженности… всех? Наверно, да. Как верно подметил Тор, «что ты ответишь на то, что на одной стороне с твоим павшим в бездну сыном сражается мидгардская дева, обладающая силами, превосходящими умения многих асгардских чародеев?». Кхм, спасибо Тессеракту? Мда, пожалуй, именно это. Но что конкретно хотел увидеть Всеотец? Понравились ли ему мои ответы? Почему-то у меня было такое навязчивое ощущение, что Один всего лишь взял небольшой перерыв, но вот только не отпустил меня, нет. Мы оба прекрасно знали, сколько ещё не было рассказано. Вот только ушей на том публичном слушании было слишком много.

      В очередной раз перевернувшись на другой бок, я безмерно обрадовалась, обнаружив едва заметную верёвочку, сдерживавшую полог кровати в собранном состоянии. Не тратя времени на ненужные раздумья, я развязала её, скрывшись в мягкой обволакивающей тени ткани. С облегчением откинувшись на подушки, я вдохнула полной грудью, а в следующий момент готова была биться об заклад, что полог заколдован — тишина комнаты постепенно наполнялась едва слышными трелями неизвестных мне птиц, и сознание медленно уплывало на неизведанные равнины далёких миров, о которых я разве что в книгах читала. Вдалеке на свободе прерий резвился табун диких лошадей, совершенно не ведавших о таком создании, как человек. Луг был устлан покрывалом мельчайших цветов: жёлтыми, голубыми, алыми… На лазурном небе вальяжно проплывали перьевые облака, подгоняемые лишь мягким ветром. Шелковистая трава приятно щекотала кожу, и я просто шла, любуясь этой красотой. Где-то поблизости игриво журчал ручеёк, и я двинулась на его звук, напевая какую-то незамысловатую мелодию, кажется, из «Пиратов Карибского Моря».

      Мимо пролетел ворон. Затем ещё один. Журчание ручейка становилось громче — казалось, что я приближалась к нему, о чём свидетельствовал прохладный ветерок, веявший со стороны потока. Солнце несколько раз скрылось за набежавшими на него облаками. Совсем близко пронёсся табун лошадей, словно встревоженный чем-то. Из леса неподалёку взметнулись птицы, разорвав покой и тишину шелестом сотен крыльев и нестройным гомоном голосов. Резкий порыв ветра выдернул меня из мирного созерцания природы, заставив поёжиться. Ещё один порыв, и безмятежность дня сменилась холодом ночи. Над головой расстилался покров мириад звёзд, посылавших свой ледяной свет вниз, не отпускавший от себя, лишённый хотя бы толики тепла. Я попыталась как-то согреться, но лёгкое весеннее платье не могло этого позволить, и я оторвала взгляд от цеплявшего неба, желая обнаружить хоть какое-то убежище.

      Всё стихло. Ни малейший звук не нарушал космической тишины, вылившейся на меня подобно ушату холодной воды. Лес, равнина, ручеёк — всё живое исчезло, оставив лишь какие-то голые скалы, совершенно не вписывавшиеся в канву того, что здесь только что было. Я огляделась, не ведая, что же ещё можно сделать. Холод пробирал до костей, и я пошла дальше, не желая стоять на месте. Где-то на задворках сознания шевелилась странная догадка, что я знала это место, но я упорно гнала её прочь, двигаясь всё дальше, пытаясь осознать, зачем я здесь. Тихая поступь босых ног сохраняла первозданную тишь, и только изредка мелкие камешки неудачно перекатывались, неприятно шебурша под ногами.

      Слева показалась подозрительного вида лестница вверх, подсвеченная странным голубоватым сиянием. Не сказать, что я горела желанием проверить, что там было, но ноги сами несли меня в том направлении. В конце концов, у снов же есть значения? Да и мы не всегда можем контролировать происходящее там. Поэтому, воровато озираясь по сторонам, я медленно начала своё восхождение наверх, стараясь ступать как можно мягче. Острые камешки впивались в незащищённые ничем ноги, причиняя не самые приятные ощущения, и время от времени по спине пробегали мурашки, заставляя меня оборачиваться и проверять, не преследовал ли меня кто (или что). Подъём давался не то, чтобы тяжело — всё вокруг словно подгоняло меня двигаться вверх, — но в какой-то момент я принялась считать ступеньки, чтобы так разнообразить восхождение. Пять, десять… двадцать, тридцать…

      Сверху раздались голоса, и я на автомате пригнулась за ближайшей ступенькой. Сама того не заметив, я преодолела всю лестницу, но почему-то на верхнюю площадку меня выходить абсолютно не тянуло. Как же холодно. Впрочем, сидеть на месте в неведении тоже было сомнительной прерогативой.

      Осторожно выглянув из-за ступеньки, я обмерла от нахлынувшего ужаса, ибо первое, что бросилось в глаза — огромное подобие трона, парившего в воздухе. А рядом… рядом стоял его хозяин.

      — У нас гости.

      Продолжение этой прекрасной фразы я услышать не хотела, желая лишь как можно более незаметно сбежать с этого треклятого острова, дрейфовавшего где-то в глубинах космоса, на котором я оказалась чёрт пойми как. Пригибаясь, чтобы меня не было видно из-за оставшихся ступенек, я очень медленно отступала, не спуская глаз с происходившего на плато. Как вообще.? Ладно, не это было сейчас важно. Сейчас было важно то, как уйти целой и невредимой… куда-нибудь. Поэтому, удостоверившись, что меня точно уже не видно с площадки, я развернулась и максимально тихо и аккуратно, но от этого не менее быстро, начала спускаться, глядя себе под ноги и не оборачиваясь. Пять ступенек, десять, двадцать — когда же уже эта лестница закончится? — тридцать… Меня резко перехватили куда-то в сторону, зажав рот рукой.

      — Во имя… Ты что здесь забыла?

      Сказать, что я была счастлива увидеть Локи, ничего не сказать.

      — Я-я просто легла спать, шла, ветер, а потом я здесь, и… — младший принц слегка покачал головой, требуя тишины. В данной ситуации — всегда пожалуйста!

      Бросив недоверчивый взгляд на меня, трикстер так же молча посмотрел наверх.

      — Почему ты здесь? Разве ты не в темнице? Они же не дают использовать магию вне стен, только внут…

      — Ещё нет. Всематерь, что мне с тобой делать? Я не могу не явиться…

      Сверху послышались неторопливые шаги. Не мешкая ни секунды, Локи заставил меня сесть и велел ждать, а сам отправился на площадку. Поудобнее спрятавшись за ближайшей скалой, где меня и оставили, я поджала ноги и приготовилась слушать — благо, в такой полнейшей тишине слышно было всё. Пять шагов… десять… двадцать, тридцать… Всё смолкло.

      — Ты подвёл меня, — властный голос разрубил тишину пополам, не прилагая особенных усилий.

      — Твои Читаури были не готовы, так что большую часть работы мне пришлось делать самому, что, при наличии весьма заметной и неповоротливой армии, было довольно непросто. А наш уговор был не таков.

      — Перечишь.

      — В следующий раз я буду действовать в одиночку, а сам я проколов не допуск…

      — Конечно, — перебил его голос. — Ведь за следующим твоим проколом последует смерть. Хотя, возможно, мне следует избавиться от тебя прямо сейчас, — наверху раздались тяжёлые шаги, и снова всё стихло. Я зажмурилась и скрестила пальцы на руках. Последовало ещё пара секунд затишья, и разговор продолжился: — Ведь ты уже потерял два камня.

      — Я же сказал — сам я смогу их вернуть. К тому же, один из них хранится у Мстителей, а второй — в Асгарде. Я имел дело со всеми. Думаю, лучше с этой задачей справится тот, кто уже имеет немало опыта в данном вопросе. Кто лучше готов.

      Последовала тишина, во время которой я продолжила молиться буквально всем известным богам (не лучшая формулировка сейчас, да), чтобы всё обошлось. Мне было безумно страшно, даже больше, чем холодно, но я сидела на месте, не смея пошевелиться, ожидая исхода беседы. Снова тяжёлые шаги, не предвещавшие ничего хорошего, и снова всё стихло. Зачем я-то здесь вообще?

      — Так и быть. Это последний шанс. Подведёшь ещё раз — я этого не потерплю.

      — Я же сказал, что не подведу.

      Послышались уверенные, но торопливые шаги, когда голос вновь заговорил:

      — Кто помогал тебе в Нью-Йорке?

      Казалось, более затаить дыхание было нельзя, но я это сделала. А ещё машинально выставила блок. Оставалось надеяться только на то, что с потерей скипетра Танос не мог услышать мои мысли и каким-то образом повлиять. Надежда, хах. Однако блок я снимать не стала.

      — Смертные. Пешки, только и всего.

      Тишина. Мы оба знали, почему мог возникнуть данный вопрос. И если Клинту повезло чуть больше (такое себе везение, согласна), то вот по поводу всего остального всё было слишком сомнительно. Настолько, что лучше бы и вовсе не поднимать эту тему.

      — Предположим. Иди.

      Шаги возобновились, и буквально через несколько мгновений Локи уже схватил меня за локоть и с силой потащил за собой вниз. Я боялась подумать хоть что-то и просто бежала за ним, несмотря на то, что мелкие камешки так же больно впивались в мои босые ноги, а холод лишь усиливал своё влияние.

      — Не смей никому рассказывать, что ты была здесь, что ты здесь слышала.

      — Угу.

      — Говоря никому, я имею в виду ни одной живой душе. Даже мне. Если Один захочет тебя проверить, он может найти какого-нибудь искусного метаморфа, и ты уж точно его не отличишь.

      — Можно подумать, мы с тобой так много словами общаемся,
 — нервно выдала я, на что младший принц усмехнулся, но не сбросил темпа. Достигнув конца лестницы, он коротко обернулся, но когда я захотела сделать то же, оборвал меня:

      — Нет. В таком состоянии очень тяжело наложить иллюзию невидимости, а уж поддерживать её на движущемся в своём темпе объекте и подавно.

      — Ладно, хорошо, молчу и не спорю. Но как мы вернёмся?

      — Предоставь это мне.


      С глубоким вдохом я села на кровати, пытаясь отдышаться от странного сновидения. Луг, небо, космос, Танос? Что всё это значило? Пожалуй, в следующий раз стоило оставить полог открытым, а то какие-то странные сны навевала его магия. Не хотелось мне повторять подобный опыт снова, хватило сполна. Да и ладно, весеннее платье? Явно не моего фасона. И босиком я во снах не гуляла, не так я обычно представала в царстве Морфея. И метаморфы? В Асгарде? Подозрительно дотронувшись до собственного лба, я не обнаружила никаких признаков температуры. Я и так могла сделать нужный мне вывод — переутомление. Это как с гороскопами: читаешь все, а выбираешь понравившийся, только и всего. Так и я переутомилась за долгий день ожидания после странного путешествия. Нервишки шалили, только и всего.

      В дверь коротко постучали. Как оказалось, ко мне была направлена прислуга (непривычно так их называть), чтобы помочь подготовиться к ужину, на который меня любезно пригласила королевская чета. Можно было предположить, что и асиний ко мне прислала Фригга, но кто я такая, чтобы делать поспешные выводы? Не став задерживать милых девушек, я попросила их войти, а сама решила вернуть полог кровати в завязанное состояние. По мере продвижения данного процесса я несколько раз сравнила его в своей голове с заправкой пододеяльника — вроде всё в руках, но непонятно ничего. Как только асиньи занесли в покои несколько вариантов платьев с украшениями и обувью, одна из них подошла ко мне и помогла справиться с неподдающейся тканью, управившись с нею в считанные мгновения. Коротко поблагодарив её, я наконец встала с кровати, собираясь рассмотреть поближе принесённые наряды, как вдруг поморщилась. Мои стопы были усеяны маленькими порезами и царапинами, словно я ходила босиком по необработанным камням.
Это все...