Янтарноглазая химе

Главная |
Страница произведения на сайте |
Источник
Внимание! На данный момент возможность чтения онлайн на сайте - экспериментальная функция, она находится в стадии разработки, потому возможны ошибки, вырвиглазное оформление и тд и тп.
Если вы автор данного произведения, и вы не хотите чтобы его можно было прочесть онлайн на этом сайте, то просто сообщите мне об этом:
Текст актуален на 2019-04-14 18:02:14
Размер текста: 2606 кб

Пролог

      Очередной скучный день обычной студентки факультета лингвистики, которой все надоело. Нет, я не пофигистка или что-то в этом духе, просто у меня депрессия. Ну, а вы что хотели? Очередной парень не выдержал встречи с моими младшими братьями-близнецами пяти лет, которые искренне считают меня своей собственностью и с эгоистичностью, присущей только детям, не хотят меня никому отдавать. Самое противное, что и злиться я на этих чертят не могу, уж очень они милые! А главное, внешностью напоминают маленького Саске из Наруто, даже волосы практически так же торчали! Да-да, вы не ослышались, я говорю именно про аниме, которое просто обожаю! Хотя Учиху никогда не любила, но его маленькая версия, особенно эпизод, где он просил потренировать его Итачи, я обожала. Там Саске такой милашка! Так и хочется потискать, но до рисованного героя я добраться не могла, зато у меня под рукой были две его копии, вот на них-то я и отрывалась.

      Я их с удовольствием обнимала и таскала сладости втайне от бабушки или няньки, что пару лет назад еще нанимал отец. Братишки и рады были, мама-то умерла почти сразу после того, как их родила, а отец погрузился в работу и из нее не вылазит. Не появляйся в корзинке для грязного белья каждый день грязная одежда, а в раковине грязная посуда, я бы вообще могла о нем забыть. Хотя нет, главным напоминанием о том, что у нас все же есть родитель, служат деньги, что каждый месяц появляются на полочке. Хорошо хоть он зарабатывал прилично, и мы ни в чем не нуждались, правда, не научи меня в свое время бабушка с дедом бережливости и умению планировать покупки, могли бы быть и проблемы, а так нам на все хватало, и даже оставались некоторые средства на разные глупости. К примеру, Миша любил коньки, а Сережа ролики, а это все стоило денег, которые, к счастью, у меня оставались. Ну и у меня, конечно, были свои маленькие слабости, к примеру, я с интересом следила за новинками компьютерных игр, да и интернет тоже стоил денег.

      И вот как при таком раскладе озаботиться личной жизнью? Никак. Что мне наглядно продемонстрировал Кирилл, с которым я встречалась месяц, а после он, узнав, что папы дома нет, напросился на «чай». Ну, а я посчитала, что ничего страшного в этом нет и не стала сопротивляться, месяц-то он продержался, а значит ему от меня не только тело нужно! Хотя я как-то не думала, что Кира начнет меня лапать прямо в коридоре и растерялась, вот он и начал действовать смелее, даже под свитер полез, но тут… на него совершенно случайно упала швабра. Ага… три раза, а то, что ее держали в четыре руки два проказника, это вам показалось. Пришлось вмешиваться и вставать между взбешенным Кириллом и Мишей с Сережкой, а то пролилась бы кровь. Единственное, было удивительно, что они были одни, да и рано им было еще из садика домой возвращаться, но как оказалось, тот просто закрыли на карантин, и наш доблестный папашка не придумал ничего лучше, чем привезти их домой и умотать обратно на работу. Ибо пятница, а он и в воскресенье старается домой лишний раз не возвращаться, но самое главное он НЕ ПРЕДУПРЕДИЛ МЕНЯ И ОСТАВИЛ ИХ ОДНИХ. Да он даже бабушке не позвонил, что говорить о том, чтобы отвезти к ней? Вот скажите мне, пожалуйста, где его мозги были? Им же всего по пять лет! Да, они не в меру самостоятельные, но лишь маленькие дети, да еще и мальчики! Вот подскажите мне, каким местом он в тот момент думал? Явно не головой!

      Перезнакомив своего парня со своими братиками, я решила, что нужно сделать следующий шаг к примирению и потащила всех на кухню, благо у меня со вчерашнего посещения бабушки остались пирожки и пироги, которые я и выставила на стол, а на плитку был водружен чайник. Пока я совершала все эти нехитрые манипуляции, за моей спиной сгущалось напряжение, но стоило мне повернуться, как на лицах парней появились ангельские улыбки. Сразу становилось понятно, что они друг другу не понравились, и от активных действий их сдерживает только мое присутствие. Пришлось выдавливать из себя улыбку и начинать искать темы для разговора, но вскоре у меня уже скулы сводило от вымученных улыбок, а в горле стало першить из-за того, что я непривычно много говорю. В таком случае я посчитала даром небес, когда засвистел чайник и кинулась заваривать всем чай. Думаю, ромашковый сойдет, по крайней мере для меня, хоть нервишки успокою, а остальным сделаю мятный, он тоже неплохо на нервную систему дейcтвует.

      Вот сидим, пьем чай, а я еще стараюсь сделать вид, что все хорошо и темной ауры над столом не витает. Правда, чувство предстоящей подлянки не отпускает и, как оказалось, не зря. Вскоре, Миша вспоминает, что у нас есть где-то конфеты и с радостью вскакивает, совершенно случайно толкая локоть сидящего рядом Сережи, тот не менее случайно выпускает из рук чашку, все содержимое которой (горячее, хочу заметить, содержимое) совершенно случайно оказывается на штанах Кирилла. Согласитесь, слишком большой коэффициент «случайностей» на одно предложение? Вот и Кира не поверил в их невиновность, пришлось извиняться и отправлять его в ванную, пока он ничего моим младшим не сделал. Однако, я как-то упустила из виду, что те успели сбежать из кухни, пока я хлопотала возле своего парня, а зря упустила. Уж не знаю как, но они подменили мазь от ожогов на клей момент, а главное, как тот это не заметил, но он им помазался. Мда… а кипяток разлился в районе гениталий… в общем, пришлось вызывать врачей, которые кривляясь и явно едва сдерживаясь, чтобы не заржать, забрали с собой мою не совершившуюся любовь, теперь уж точно не совершившуюся, ибо вряд ли нормальный парень простит мне свой позор, пусть даже моя вина чисто номинальная. Вот теперь сижу и стараюсь не свалиться в депрессию окончательно.

      Правда, долго я в одиночестве не пробыла, вскоре ко мне в комнату поскреблись братья, а когда я разрешила им войти, они начали виновато ковырять носочком тапочек палас в моей комнате. При этом оба скорчили такие виноватые мордашки! Прямо чуть слезу не пустили, периодически снизу вверх, заглядывая в мои глаза. Ну, прямо ни дать ни взять, кот из Шрека! Вернее два кота. Ну и кто же после этого сможет остаться равнодушным? Ну подумаешь, мне уже 23 и я пошла на последний курс университета, а парня у меня нет, не конец же света? Еще найду! Эм… найду же, правда? Такого умного, красивого и любящего детей, ну или хотя бы просто сошедшегося характерами с моими братцами? И почему мне кажется, что это будет практически нереально? Но с другой стороны, зачем мне парень, который будет воевать с моими братьями? С такими мимишными розовощекими прелестями? Незачем! Они мне куда дороже, чем идиоты, не понимающие кавайности двух маленьких чертят!

      В общем, как вы поняли, я их простила и позволила оккупировать свою кровать и даже почитала с ними комикс, который им сама же купила на днях. В результате спать мы легли поздно и, как вы уже могли догадаться, в одной кроватке. Ну, не поднялась у меня рука выгнать их из комнаты! Они на меня так жалобно смотрели! В конце концов, ничего же страшного не случится с одного раза, правда? И вот сколько раз я себе подобное говорила? Много, но каждый раз наступаю на одни и те же грабли! Знаю же, что после сна с близнецами, всегда просыпаюсь на полу! И как это у них получается, легли-то они по разные стороны от моего бренного тела! Пришлось, как и много раз до этого, кряхтя и постанывая, вставать и разминать затекшие от неудобного положения конечности, а после отправляться на кухню. Благо суббота и нам, как последнему курсу, в эти дни пары не ставили. Мимоходом отмечаю грязную чашку и тарелку в раковине, но уже привычно игнорирую. Потом, я не хочу тратить на нее время сейчас, ничего страшного, если помою позже.

      На запах свежезаваренного кофе и подогретых в микроволновке остатков вчерашних пирогов прибыли и остальные жильцы нашего дома. Сонные и растрепанные после сна, трущие кулачками сонные глазки, они вызывали новый прилив умиления. Вот никогда не понимала некоторых своих знакомых, которые заявляли, что младшие братья и сестры, это исчадия ада! Я считаю своих братишек милашками! Всегда считала и буду считать! Но вот кофе им еще рановато, поэтому завариваю чай и ставлю перед их недовольными мордашками. Правда, когда я отдала им все, что осталось от их любимого мясного пирога, они тут же сменили гнев на милость и под конец завтрака были полностью довольны жизнью. Особенно после того, как утащили последний кусок малинового пирога у меня из-под носа.

      Осталось тяжело вздохнуть и в который раз вспомнить мудрость своего покойного деда, который любил поговаривать — «в большой семье зевать не надо», и не поспоришь ведь! Умный был старик, не зря в свое время капитаном-разведчиком стал, хотя суров был… в общем, я не любила отдыхать у деда с бабкой. Нет, он меня любил и по-своему баловал, но в тоже время считал, что девушка в современном мире должна уметь постоять за себя. Многого я из его уроков не вынесла, но парочку грязных приемов, а главное актерское мастерство и знание немецкого, вполне. Это, кстати, мне не сильно помогало, ибо он же настоял, чтобы я изучала в школе английский и развивалась дальше, а не тормозилась на чем-то одном. Про развитие актерского мастерства он тоже не забыл и, поняв, что боевые навыки у меня застопорились, записал на художественную гимнастику и школьный драмкружок. Он бы и еще куда-нибудь меня запихнул, но не успел. Инсульт, после которого дед больше не мог бегать везде и всюду, поэтому просто сконцентрировался на уже достигнутом, но это контролировал жестко. Ну, а за год, до окончания мной школы, чуть больше шести лет назад, он скончался во сне. Просто уснул и не проснулся.

      Было больно, очень, ведь родители у меня на момент, когда я родилась, были молодые, не нагулявшиеся, и воспитывали меня родители отца. Это потом, из-за моей учебы мы в столицу области перебрались, а до этого жили в пятидесяти километрах от него, в относительно небольшом городишке, которых вокруг него было разбросанно немеряно. Ну и смерть отца сильно повлияла на родителей, и они вспомнили, что как бы уже семнадцать лет родители. Немного поздновато, конечно, я так и не смогла стать с ними по-настоящему близкой и воспринимала их скорее, как близких друзей, чем родителей. Ну, учитывая нашу разницу в возрасте, меньше восемнадцати лет (мама забеременела, когда ей было чуть больше шестнадцати, отец был на полгода старше), это было не удивительно. Когда я была маленькая, они наслаждались молодостью и работали, естественно, на меня времени не оставалось, и я даже не каждые выходные их видела, они были так называемыми «родителями-праздниками», с которыми хорошо веселиться, но не пойдешь плакаться о том, что тебя обижают. Да и через некоторое время я выросла. Перестала нуждаться в таком, мне были нужны не праздники, а советы, за которыми я шла не к родителям.

      Возможно, именно поэтому, я спокойно восприняла новость о том, что у меня появятся братики. Я никогда не ревновала отца к ним, несмотря на то, что смотреть, как он разговаривает с маминым животом, мне было грустно. Я ощущала себя лишней и тогда в полной мере поблагодарила бабушку, которая не позволила мне забросить гимнастику, там я уставала так, что сил ни на что не было, я приходила домой и просто отрубалась, не думая и ни о чем не жалея. Я просто замкнулась в себе и перестала замечать окружающих, как когда-то они меня, все сильнее погружаясь в состояние полного равнодушия к миру, считая, что он и я идем параллельно и не пересекаемся, все чувства были притуплены, и я взирала на все как сквозь толстое стекло. Именно в то время я и увлеклась аниме и мангой, читая и просматривая новинки ежедневно, прячась за придуманными историями от реальности, которая меня не устраивала. Я помню, как родители устраивали мне скандалы из-за моего равнодушия, но они меня не задевали. Я молча выслушивала и, когда они заканчивали, уходила к себе в комнату. Я до сих пор не могу себе простить этого, ведь именно мое равнодушие могло послужить последней соломинкой, что сломала горб верблюду. Хотя правильней будет сказать, что мое поведение вылилось в лишние нервы для мамы, которая носила под сердцем детей. Я поступила плохо, очень плохо и попросила бы прощения, но… мне уже было не у кого его просить, в какой-то момент ее сердце не выдержало и остановилось, врачи смогли спасти только детей.

      Небольшая случайность, слабое сердце, поздняя беременность и постоянные нервы, а добивающий аккорд — роды. Она дала жизнь двум сыновьям, но сама выкарабкаться была не в силах. Меня никто не винил в произошедшем, но именно тогда ледяная броня, что я воздвигла вокруг своего сердца — рухнула. Я плохо помню похороны и вообще первый месяц после смерти мамы. Впрочем, отцу было еще хуже, но я не могла найти в себе силы подойти и просто обнять, мне казалось, что он смотрит на меня и в его взгляде я читаю свой приговор: «Виновна!» Возможно, это мне только казалось, но я никуда не могла скрыться от этого, вина тяжким грузом упала на плечи, и я не знала, что делать. Спасла меня моя бабушка. Сильно постаревшая, осунувшаяся от усталости, она потребовала от меня все рассказать, и я не выдержала. Рыдая и размазывая слезы и сопли, бессвязно начала вываливать на нее все свои мысли и ощущения. Она терпеливо выслушала мои мало связанные между собой бредни и какое-то время молча смотрела в окно, а потом просто сказала, что я могу убиваться, сколько хочу, но это ничего не изменит и не вернет моим новорожденным братцам мать. Не знаю, насколько ее слова были верны с точки зрения психологии, но они дали мне цель и я плохо или хорошо следовала ей.

      Продолжение следует…

Глава 1. День, закончившийся трагедией

      Память, именно она самое страшное, что может с вами случиться, и как хорошо, когда есть те, кто может вырвать из круговорота мыслей и картинок давно минувших дней. Да, когда-то я ошиблась и поступила очень плохо, но я поклялась больше не совершать таких ошибок, но главное, взять на себя заботы, что обычно ложатся на плечи матерей. Плохо или хорошо, но я вкладывала в это стремление всю душу и просто не могла проигнорировать зов своих братьев, которые явно испугались моего отрешенного состояния. Пришлось встряхиваться и улыбаться, успокаивая встревоженных мальчишек.

      — Со мной все в порядке, — не отказываю себе в удовольствии протянуть руки и потрепать своих братьев по густым шевелюрам, из-за чего те отскакивают от меня подальше и начинают картинно дуться, приобретая дико милый вид, однако взгляды серьезные. Понимаю, что этого мало и решаю переключить их на что-нибудь другое. — Ну, кто хочет сходить на каток?

      — Я! — моя хитрость сработала, и вот, братцы-кролики уже забыли, что на меня дуются, и начинают подпрыгивать в нетерпении, хотя близко не подходят, боятся, что я опять начну их лохматить. Ну-ну, еще не вечер!

      — Идите, собирайтесь, — прошло меньше секунды после моих слов, а Миши и Сережи уже на кухне не было. Искренне смеюсь и иду следом за умчавшимися братьями, нужно проследить, чтобы они оделись достаточно тепло, а главное взяли перчатки и шарфы. Ну и про себя любимую не забыть!

      Ровно полчаса, именно столько нам потребовалось на сборы. Причем, половина времени была потрачена на спор о том, надевать ли шарфы или нет! Впрочем, я не злилась, ибо сама такой была и в детстве шарфы на дух не переносила! Правда, меня тоже его, в конце концов, заставляли наматывать, но спорить я могла до бесконечности. Тут сработали слова: «Не наденете, не пойдете на каток». Воистину, они возымели магический эффект! Близнецы, молча, хотя и недовольно пыхтя, обмотали эти удавки (по их словам) вокруг шеи и даже не спорили о том, надевать ли шапки и перчатки, а это, я вам скажу, показатель! Обычно мне приходится с ними спорить до хрипоты, ибо я не хочу их лишний раз заставлять, или пользоваться авторитетом старшей сестры, чтобы продавить свое решение, но видимо они, еще помнят свой вчерашний косяк и решили меня пожалеть.

      В общем, утеплив братьев и утеплившись сама, прихватываю деньги и купленные специально для таких случаев коньки и только после этого отправляюсь с Мишей и Сережей на ближайший каток. Благо до него было всего десять минут езды на автобусе или полчаса неторопливым ходом, да и утро было пусть и не ранее, уже почти двенадцать, но выходной ведь! Вот и получилось добраться без особых проблем, ведь мальчишки знали, когда не стоит баловаться. Именно поэтому настроение у меня стало быстро подниматься, как и желание скорее выйти на лед. Не расстраивало даже то, что мне все время придется следить за шустрыми братишками, наоборот, это могло стать достаточно веселым времяпровождением! Мы же пришли отдыхать и веселиться! Хотя надо не забыть следить за временем и вовремя утащить братьев в тепло, да покормить. Благо, недалеко есть чудесная кафешка, где можно недорого и весьма прилично перекусить.

      Добравшись до катка, я едва успела проследить за тем, чтобы Миша с Сережей нормально зашнуровали коньки, но главное отправились на каток не вовсе раздетыми, а то знаю я их! Им, видите ли, жарко становится, вот они и стягивают с себя не только курточки, но и шапки с шарфами! Нет, с куртками я скрепя сердце соглашаюсь, они все же слишком стесняют движения, но насчет остального стою насмерть! Они все же и заболеть могут, а это, я вам скажу, не самое приятное в жизни, тем более сидеть возле их кроваток придется мне, чего я категорически не хочу. В результате, пять минут споров и вылавливаний то одного, то другого за шкирку, и вот мы уже все трое выходим на лед. Хорошо хоть, мы все умеем сносно кататься, а то была бы картина, двое маленьких мальчиков поддерживают с двух сторон взрослую деваху! Не надо мне такого счастья! Меня и так за их маму принимают, даже место в автобусах уступают, да и в магазинах, кое-где, пропускают без очереди. Это было бы забавно, если бы не было так грустно.

      В итоге, понаматывав n-нное количество кругов по всему катку, я поняла, что уже время не то, что позднее, но приближается часам к двум. Это мы хорошо погуляли! Больше двух часов на коньках! Даже странно, что мальчишки продолжают носиться, как заведенные. Впрочем, это скорее адреналин, а вот выйдем с катка, как бы мне не пришлось их на себе тащить! Ну, а пока начинаем сгонять непослушных чертят к выходу. Благо, они крутятся неподалеку, и на мои жесты (а вы сами попробуйте покричать в том шуме, что в выходные дни на катках бывает) они откликнулись довольно быстро, и вот мы уже скользим к выходу. Вскоре оказываемся вне катка, и братишки растекаются на скамейках, а я иду забирать одежку. На мою радость, пробиться забрать из гардеробной вещи было несложно, стоило только сказать всей той толпе, что я освобожу аж три номерка, как передо мной образовался целый свободный коридор. Хотя это и не удивительно, на выходных, желающих активно провести время довольно много, и мест на всех не хватает, а тут такая удача.

      В общем, быстро забрав вещи, я попрыгала на так и не снятых коньках к Мише с Сережей, чтобы побыстрее их укутать, а то это на катке, когда непрерывно движешься не холодно, а стоит сесть, как быстро примораживает. Все же на дворе не май месяц, а аж целый ноябрь! Впрочем, настроение от этого не страдало, хотя усталость я определенно чувствовала, несмотря на то, что была достаточно натренированной. Правда, больше меня волновала не она, а то, что вернувшись назад, я застала уже замерзших, как цуцики, братьев. Удивительно, а ведь меня не было меньше десяти минут! Тааак! Замечаю, что рядом с ними стоят две небольших ледяных банки из-под колы и медленно закипаю! Это надо же было придумать! Сразу после катка пить холодную газировку! И вот когда только успели? Перевожу взгляд на их окружение и понимаю, что эти мелкие вымогатели воспользовались своей милотой и раскрутили на питье одну счастливую парочку, что стоит рядом с ними. Пришлось благодарить их за беспокойство и втюхивать деньги за напитки, попутно заставляя переодеваться двух предприимчивых дурачков. Деньги у меня не взяли, просто посоветовали не оставлять своих детей одних и, не слушая моих оправданий, отчалили на каток. И вот скажите мне, пожалуйста, я что, так старо выгляжу?

      Мысленно плюю на подобную несправедливость и поворачиваюсь к прикидывающимися невинными овечками братьям, а после командую идти на выход. Впрочем, это я погорячилась, пострелята явно сильно устали, ибо прошли нормально только первые два шага, а после мне пришлось позволять им схватить меня за руки с двух сторон и уже на буксире тащить в сторону кафе. В который раз радуюсь, что до него меньше пятидесяти метров от катка! Хотя даже и так, я с трудом дотащила их до нужного места, после чего они умостились на стульях и реагировали на все достаточно вяло. Правда, это же было мне на руку, я смогла позаботиться о нашей верхней одежде и сделать заказ. Не успей я поймать момент тишины, вряд ли бы мне удалось заказать что-нибудь вместо пиццы. Нет, я ничего не имею против нее, порой даже сама с удовольствием ее готовлю или заказываю, но им нельзя, малы еще. Домашнюю сколько угодно, а вот покупную нефиг.

      В итоге мне пришлось выдерживать целую войнушку, когда перед ними поставили обычные супы и пюре с котлетой. Нет, я понимаю, что вкус у пиццы или чего-то подобного ярче, но кто сказал, что полезней? Правда, попробовали бы вы пояснить это самим детям! Ну вот кто их мог к подобному приучить? Хотя, что я спрашиваю? В редкие моменты, когда я или наша бабушка не можем проследить за их питанием, они остаются с отцом, который о готовке и не слышал, слава Богу, если вообще вспомнил и покормил! Теперь и приходится разгребать последствия. Хорошо хоть я, предчувствуя разборки, заказала себе аналогичные блюда, плюс еще и десерты для мальчишек. Себе не стала, не то, чтобы я была на диете, подобного мне не требуется, просто тут не было моих любимых пирожных, а предлагаемые десерты с безе… ну, не люблю я эту хрустящую гадость, в отличие от своих же братьев! Зато зеленый чай потягиваю с огромным удовольствием.

      Правда, насладиться его вкусом полностью мне никто не дал. Стоило только сделать первый глоток, как у меня зазвонил телефон, который пришлось экстренно доставать и смотреть, кому я там потребовалась. На экране высветилось «бабушка», игнорировать подобное я не могла, поэтому нехотя нажала на «принять вызов».

      — Да? — привычный вопрос, который я каждый раз задаю, когда поднимаю трубку.

      — Внученька, а вы сейчас где? — мгновенно раздается в ответ голос, пропитанный теплыми интонациями.

      — Полдничаем возле катка, — грожу кулаком Мише, который отогрелся и сейчас был уже готов к подвигам, вернее к глупостям, ибо по-другому назвать его желание обкидать идущего мимо официанта пирожным, я назвать не могу.

      — Это дело полезное, — добродушно рассмеялась она в трубку, а после уже серьезней. — Как насчет того, чтобы на выходные приехать ко мне?

      — Ну… — с сомнением тяну я, едва успев подхватить опасно накренившийся стакан с соком возле Сережи.

      — Я пирожков с мясом и капустой наделала, — тоном Змея-искусителя добавила бабушка.

      — Хм… — я все еще сомневалась в подобном решении, все же от нее мне сложно добираться на тренировки, но с другой стороны, я давненько не была у нее в гостях, да и желание отдохнуть от домашних хлопот было сильным.

      — И с малиной, — неправильно истолковав мое молчание, продолжила она. — Дед Никита недавно теленка резал, я твою любимую домашнюю колбаску сделала, да и…

      — Я согласна, сейчас у мальчишек спрошу! — поспешно перебиваю свою бабушку, пока из-за ее речей не затопила слюнями все кафе.

      — Ну, давай, — дала она добро на мои действия.

      — Миш, Сереж, — отведя немного от уха трубку, позвала я братишек, которые явно примеривались куда-то смотаться, но мой окрик им помешал.

      — Да? — хором спрашивают они меня.

      — Тут бабушка предлагает на выходные перебраться к ней, как вы на это смотрите? — весело улыбаюсь, особо не сомневаясь в ответе, ведь дома их особо никуда не отпускали, город же, зато у бабули они могли спокойно выйти во двор и там покидаться снежками. Да и мало ли развлечений у детей в деревне, тем более, что она расположена достаточно близко к крупному городу, но немного в стороне от основной трассы? Много, а главное, там достаточно безопасно, хотя и приходится от остановки около двух километров идти пешочком.

      — Согласны! — закричали на все кафе братишки, а мне пришлось на них шикнуть и поизвиняться перед недовольными посетителями кафешки.

      — Бабуль, — начала было я.

      — Я слышала, — прозвучал смешок в ответ. — Мы с соседушкой вас через три часа будем ждать на остановке.

      — Давай четыре, — предложила я. — Я еще домой зайду и немного вещей сменных возьму.

      — Хорошо, через четыре часа, — согласилась со мной бабушка и отключилась.

      — Так, шпана, — смотрю на нетерпеливо подпрыгивающих на стуле Мишу и Сережу. — Я расплачиваюсь, и мы идем домой, берем не очень много вещей, оставляем записку папеньке и уезжаем к бабушке.

      — Да! — хором шепчут они, правда, я никак не ожидала, что они смогут закричать шепотом.

      Тяжело вздыхаю и подзываю официанта, чтобы рассчитаться и наконец-таки покинуть это заведение. Рассчитали меня быстро, не менее быстро подошел и наш автобус, который смог в кратчайшие сроки доставить нас до нужной остановки, а от нее до нашего дома рукой подать. Ну, а там пришлось контролировать сборы. Мы все же не на Северный полюс едем, да и зачем им комиксы с собой? Как и водные пистолеты? На улице температура минус, а они кого-то обрызгивать вздумали?! Быстро отобрав ненужное и взяв сменной одежды на пару дней себе и им, я набросала коротенькую записку, которую магнитиком пришлепала к холодильнику. Краем глаза вновь цепляюсь за грязную чашку в раковине, но времени на нее опять нет, да и в целом какая разница? У нас еще есть свободные, вот пусть их и берет, а я опаздываю, мы и так вместо часа, все полтора собирались.

      Иду проверять остальное, а после отправляюсь с братишками на выход. Благо до так называемого пригородного вокзала, откуда отправляются нужный нам автобус, транспорт курсирует довольно часто. Вот и сейчас, стоило оказаться на остановке, как спустя пару минут подкатил требуемый автобус, в который мы и влезли. Час езды по городу и вот мы на месте, покупаю билеты и дожидаюсь отправление нашего железного коня. Ну, а потом, еще полтора часа езды и мы на месте. Хорошо хоть на той остановке всегда кто-нибудь выходит, а то бы я ее проворонила! Выходим из автобуса и мгновенно замечаем размахивающую нам руками бабушку, которая стоит возле старенького УАЗика. Близнецы тут же срываются с места и бегут в ее сторону, не обращая внимания, что им приходится перебежать дорогу.

      Тороплюсь вслед за ними, хотя и заметно отстаю, все же бежать мне не по возрасту уже. Впрочем, именно это позволило мне заметить, как на дорогу, через которую только начали движение мои братья, выруливает здоровенный джип и, не замедляя движения, несется прямо на них. Я не знаю, как я успела преодолеть разделяющее меня и братишек расстояние быстрее, чем автомобиль. Возможно, открылось то самое пресловутое второе дыхание, но я успела и смогла вытолкнуть их из-под колес, а потом удар и дикая боль, последнее, что появилось перед моим внутренним взором, это та самая грязная чашка, что я утром так и не помыла.

      Продолжение следует…

Глава 2. Смерть еще не конец

      Темнота укрыла меня в своих объятиях, и я не знаю, сколько пробыла в ней. Тут не существовало ни времени, ни пространства, темнота, как бы это странно не звучало, просто была. Постепенно мысли замедлялись, а события прошедшей жизни меркли, с них как бы исчезали краски. Впрочем, через какое-то время темнота начала меняться, и я поняла, что она уже не такая однородная. Еще спустя какое-то время, я ощутила непонятную мне силу, и меня буквально впечатало во что-то. Прошло еще непонятное количество времени, и вот перед моим взором возникла необычайно мутная картинка и донеслись отголоски звуков, а я сама, как это ни парадоксально звучало, ощутила чье-то присутствие возле себя. Время шло, картинка становилась четче, а звуки понятней, и вскоре я с удивлением поняла, что по ту сторону преграды говорят на японском, а сама я как бы смотрю на мир глазами ребенка. Хотя правильней будет сказать, что не только смотрю, но и слушаю и даже ощущаю слабые отголоски его чувств. Поразительно, но ни удивления, никаких других эмоций это не вызвало. Я просто смирилась, а потом стали появляться отголоски привычных мне чувств и я стала собирать себя по частям. Постепенно начала восстанавливаться память, чувства, и в результате проснулось любопытство и честолюбие будущего лингвиста.

      Изголодавшийся по информации мозг, вцепился мертвой хваткой в новый единственный доступный мне способ добычи новых данных. Каждый сеанс связи с реальным миром стал для меня праздником, и я начинала смаковать подробности увиденного. Опыт общения на трех языках помогал и тут, спустя некоторое время, точно сказать не берусь (у меня отсутствовало ощущение дня и ночи, ребенок спал, я плавала в темноте), но года за полтора точно (ребенок стал относительно уверенно ходить на своих ногах), я уже спокойно понимала разговорный японский и знала имя ребенка, чьими глазами смотрела, и имена его родителей. Выяснилось, что девочку звали Тсунаеши Савада, а родителей Нана и Иемицу Савада, жили они в небольшом городке под названием Намимори. Мать девочки была типичной домохозяйкой, которая посвящала все время ребенку и дому, зато отец мог пропадать неделями непонятно где, чем очень напомнил мне моего родителя. Однако, семья была на удивление дружной и стоило Иемицу вернуться, как он тут же устраивал какое-нибудь развлечение своим родным. Уууу, где только это бедное дите не таскали! Ладно, парк развлечений и зоопарк, но зачем было Тсуну тащить на выставку картин? Или устраивать пикник неподалеку от лошадиной фермы? Я когда ее глазами этих зверюг увидела, сама испугалась и это несмотря на то, что я все эмоции чувствовала очень слабо!

      В общем, так они и жили, мама готовила и убиралась, вечерами дожидаясь отца семейства, а Тсуна играла. Причем, девочка была поразительно неуклюжа, получая синяков и ссадин в два раза больше, чем оба моих братишек вместе взятые. Даже там, где их по определению получить было нельзя! Плюс еще и патологическая боязнь собак, но дикая и необъяснимая любовь к кошкам. Ну, я бы могла долго перечислять все то, что в совокупности образовывало этого ребенка, но не буду, разве отмечу отдельно, что у нее было поразительно развито шестое чувство. Угу, то самое, которое иногда приписывают пятой точке и называют неприятностями. Правда, она как-то странно их чувствовала, всегда становясь эпицентром и не получая по чужой вине ни царапины, зато сама могла тут же споткнуться об свою же ногу. Поразительный феномен, но с другой стороны это было поправимо, помнится мне в самом начале, когда я только-только пришла на гимнастику, показывали разные упражнения на координацию, да и дед любил гонять меня по специально созданным турникам. В общем, в случае чего, я знала, как улучшить рефлексы, но это я.

      Мои знания — это мои знания, а не Тсуны, и как ей их передать я не знала, между нами по-прежнему была прозрачная, но от этого не менее прочная преграда, которая отказывалась сдаваться под моим натиском. Вот и приходилось довольствоваться ролью безмолвного наблюдателя, радуясь, что эмоции не окончательно восстановились и скука или зависть мне на данный момент неведомы, иначе бы было совсем худо. Не спасло даже то, что я периодически повторяла в уме все прочитанные мной книги на известных мне языках, боясь, что все позабуду. Все же без практики постепенно забываются языки, а мне хотелось этого избежать. Они были еще одной памятью о моем дедушке и о том, что я когда-то была жива и имела семью. Пусть не самую большую и дружную, но она у меня была, и я искренне считала это главным.

      Правда, я старалась не отчаиваться и старательно долбилась в эту преграду, желая если не убрать ее совсем, то хотя бы проковырять малюсенькую дырочку. Получалось плохо, результатов особых не было, но через непонятно какую попытку, я стала ощущать, что преграда в одной точке истончилась. Я стала лучше ощущать эмоции Тсуны, но до нее самой достучаться не могла. Хотя я и не ставила перед собой такой цели, я просто не хотела быть безмолвным наблюдателем, я хотела помочь, но… я не знала, в чем это будет заключаться. Я вообще старалась не думать, что случится, когда рухнет барьер, отделяющий наши сознания. Может мы самоуничтожимся, а может сольемся в одну личность, но просто сидеть сложа руки уже не могла, со временем контролировать свои чувства и желания стало труднее. Однако, навредить ребенку я не желала, поэтому старалась делать все аккуратно и постепенно. На что я тогда надеялась? Я и сама не знаю, все равно возвращения к прошлой жизни мне было не видать.

      Впрочем, долго эта идиллия не продлилась. Мне было неизвестно, сколько времени прошло снаружи, но в зеркале напротив раковины в ванной, отражался ребенок лет четырех-пяти. Хотя это было не главным, в тот день… хм… как бы это сказать… а! Точно! В общем, примерно пять десятков смен бодрствования и сна Тсуны, ее отца не было дома, а после он приехал и целую неделю посвятил дочери! Небывалое событие на моей памяти, обычно того не было по десять-пятнадцать подобных смен, а потом он четыре-восемь оставался дома и снова уезжал, а тут нет! Даже наоборот, он прихватил своих домочадцев, чтобы куда-то привезти. Это куда-то оказался аэропорт, где мы встретили… старика, поразительно напоминающего мне Сандайме из аниме Наруто. Нет, не внешностью, а улыбкой и выражением глаз. Не знаю, как другие, но я всегда смотрела на Хирузена неприязненно, уж слишком у него все складно выходило, зато сироты плодились, как грибы после дождя. Причем, сироты не из обычных семей, где одно или два поколения были шиноби, а из Великих Кланов! Это как надо было постараться, чтобы подобное произошло? Вот и я даже не подозреваю, зато в официальную версию его хорошести никогда не верила. Вот и сейчас, увидев этого старикашку и проведя аналогию, могу сразу сказать, что он мне очень не понравился, зато Тсуна восприняла его нормально.

      Не знаю, кем тот старик был на самом деле, но то, что не обычным денди — точно, уж слишком те шкафы, что его сопровождали, матерых убийц напоминали. Походка, взгляд и манера держаться, все, как мне рассказывал и показывал дед, пока был жив. Правда, и сам дедуля был таким же, да и в целом, как он оглядывал местность и цепко смотрел на собеседников, сильно напоминало мне поведение уже не этих шкафчиков, а встречаемого старикашку. Хотя нет, от деда шла уверенность и сила, а от старика власть и непоколебимая уверенность в праве распоряжаться чужими жизнями. Впрочем, он старательно это маскировал за мягкой улыбкой и лукаво сощуренными глазами, но вот я видела, что это не лукавый прищур, а попытка скрыть холод в глазах. Реально, как под дулом пистолета стоишь! Но этого никто не видел и не чувствовал, даже Тсуна, которая обычно хорошо (по крайней мере лучше меня) чувствовала людей. Странно, даже очень, но сделать я опять ничего не могла, мой удел был только наблюдать.

      Разговор между родителями и этим стариком был на неизвестном мне языке, в котором я с изумлением опознала итальянский. Ну, а после, только ради Тсуны, они перешли на японский, но уже ни о чем серьезном не говорили, зато нам представили старика, сообщив что его зовут господин Тимотео. Непривычное для японцев обращение, впрочем, внешность отца, как и матери, малышки, тоже была далеко не японская, поэтому я уже не удивлялась, хотя и вздохнула (вернее попыталась, тела-то своего у меня не было) с тоской, что до словарей не добраться и не узнать, о чем те говорили. Впрочем, вскоре я начинала грустить уже из-за другой причины, слушать сюсюканье и специальное коверканье слов в общении с Тсуной, меня искренне напрягло. Помню, в свое время, я так хотела с братьями разговаривать, так бабушка мне целую лекцию прочла о том, что это делать нельзя, а главное, почему нельзя. Списком возможных последствий такого сюсюканья я тогда сильно впечатлилась и в дальнейшем все слова старалась говорить правильно. Ну, а тут никак повлиять на происходящее я не могла, да я даже отключиться от слуха ребенка возможности не имела! Вот и приходилось слушать, благо, вскоре они сели в машину и Тсуна задремала, а я вновь погрузилась в темноту, сюсюканье исчезло, а когда девочка проснулась, на нее уже почти не обращали внимания, что нас обеих устраивало, и она тихонько играла в своей комнате.

      Тимотео пробыл у них в гостях еще неделю, в течение которой он внимательно приглядывался (скорее даже оценивал, как придирчивый покупатель мясо на рынке) к Тсуне, а каждый вечер рассказывал сказки. Нет, ну, допустим про группу людей, создавших Виджиланте, чтобы помогать нуждающимся? я поверила, как и в то, что после они стали бандой мафией тоже, но вот в то, что она была благородной… ну, сказка на то и сказка, чтобы случались невозможные вещи. Только вот взгляд у старикашки при этом был таким, что я начинала думать, что в основе его рассказов лежали реальные события и говорил он про реальных людей. Впрочем, мой интерес мог бы так и остаться интересом, если бы не малышка Тсуна! Эта умничка спросила про то, какими были эти Виджиланте! Уж не знаю почему, но Тимотео ответил, что их было семеро: Джи — преданный соратник и друг, всегда идущий в острие атаки, он ураган, сметающий врагов семьи; Асари Угетсу — он дождь, что смывает все тревоги и беды, он спокойствие и стабильность; Кнакл — яркое солнце, что пробьет своим телом любую преграду; Лампо — он громоотвод, что уведет от семьи все беды; Деймон Спейд — скрывающий и запутывающий всех туман, что не позволит опасности приблизиться к семье; Алауди — гордое, но одинокое облако, что заботится о всех издали; ну и самый последний — Джотто, всепрощающее небо, которое объединяло их всех, так называемый босс семьи позже ставшей Вонголой.

      Красивая история, живые герои, смахивающие характерами на описанные погодные явления, но вот то, что имя придуманной стариком созвучно с названием кампании, в которой якобы работает отец Тсуны, мне не понравилось. Уж очень плохая картинка получалась, но вот малышка была в восторге. Я ее понимала, сама в таком возрасте таскалась за дедом и требовала рассказов о его героическом прошлом, пока не выросла и не услышала: «в разведке нет красивых подвигов, которых показывают в современных фильмах, только пот, кровь и стоящая за спиной старуха с косой, а так же знание, что невыполненное задание — смерть сотен, а то и тысяч сограждан». Помню, я тогда не поверила ему, но отстала, зато позже, услышала пару его откровений во время обучения самозащите. Он мне тогда немного рассказал, стараясь пробудить стремление к знаниям, я впечатлилась, но особых успехов все равно не достигла, а после он умер, потом умерла мама, ну и я решила взять заботу о братьях на себя и времени стало вообще ни на что не хватать. Правда, простую истину, что интересный рассказ и реальность - разные вещи, я уяснила крепко.

      Однако мой скептицизм не поддерживался Тсуной, а значит, каждый вечер слушала уже набившие оскомину рассказы о великолепной семерке, а после погружалась в темноту и начинала с остервенением долбиться в разделяющую нас преграду. Меня переполняла решимость достучаться до ребенка и предостеречь, рассказать, что этот старикашка не так уж хорош, указать ей, что тот смотрит на нее, как на товар. Дорогой и нужный, но не более. Правда, когда девочка вновь открыла глаза, я так и не смогла пробиться, но преграда как будто стала еще тоньше, что меня несказанно воодушевило, теперь не хватало последнего толчка, чтобы мы наконец-таки встретились. Меня уже не волновало, что я не знаю последствий, просто я ощущала, что скоро случится что-то непоправимое, что навсегда изменит мой мир и не только мой, что было в сотни раз хуже.

      Впрочем, в тот день я немного успокоилась, ведь из речей взрослых я узнала, что Тимотео скоро покинет наш скромный домик и улетит назад в Италию. Искренне порадовалась и, была бы возможность, я бы ему вслед платочком поразмахивала, но, чего нет, того нет. Однако я на свою беду расслабилась, хотя, с другой стороны, я бы все равно ничего поделать бы не смогла, но обо всем по порядку. Думаю, любой мог понять, что я видела и слышала реальность только тогда, когда Тсуна не спала, но влиять на нее или говорить с ней я не могла. Вот и в тот день, наблюдая за ее привычным распорядком дня завтрак-игры-обед-игры-ужин-сказка-спать, вернее пока только завтрак-игра, я была спокойна. Плохо стало, когда на ребенка вновь накинулась выпущенная в наш внутренний дворик соседская болонка, которая не просто накинулась на девочку, но и вцепилась ей в ногу. Судя по тому, как по ее ноге потекла кровь, а она отчаянно закричала, боль была адская, а потом… я не знаю, как так получилось. Я хотела ее исцелить и утешить, а желанием Тсуны было избавиться от боли, защититься. Собачонку откинула волна рыжеватого пламени, а ранка от укуса запеклась.

      На крик боли и страха прибежал Иемицу и Тимотео, они успели заметить отсветы гаснущего пламени и повели себя странно. Если отец Тсуны замер, так и не кинувшись успокаивать свою дочь, то вот старик времени не терял. Быстро подскочив к девочке, он подхватил ее на руки, от неожиданности малышка замолчала и перевела на него глаза, в которых все расплывалось из-за слез. Однако, даже таким зрением я успела заметить, как указательный палец Тимотео загорелся очень похожим по цвету с примененным нами ранее огоньком, а после он ткнул им Тсуне в лоб. Первая мысль — зачем? А вот второй уже не было, возникло ощущение, что наши с Тсуной души окружил барьер из очень и очень плотной субстанции, похожей на рыжеватое стекло и он стал стремительно сужаться. Паника, вот что ощутила я. Все барьеры, что столько времени сдерживали мои эмоции, рухнули и меня затопил животный страх. Внезапно пришло понимание, что ни я, ни Тсуна поодиночке не выживем. Удача отвернулась от нас, осталась только вера и надежда на лучшее.

      Продолжение следует…

Глава 3. Больница

      Я не знаю, что происходило в это время снаружи, но внутри… стенки нашей клетки стремительно сужались, буквально вплющивая нас с Тсуной в друг друга. Боль и ощущение беспомощности, накатывающая волнами паника — вот что испытывали мы обе. В какой-то момент все смешалось и мы, ведомые инстинктами, рванули навстречу друг другу, и без того истонченная моими бесконечными попытками преграда начала трескаться и… и исчезла совсем, краткий миг облегчения, а после наши чувства и воспоминания стали смешиваться, резонируя и усиливаясь, а барьер решил сделать последний рывок и скачкообразно уменьшился, не давая времени на плавное слияние. Правда, после я ощутила, что что-то пошло не так и стенки барьера хрустнули, однако они выдержали, лишь чуть-чуть прогнулись, поэтому меня окружал не куб, а бочкообразное нечто. Хотя на прочности образования это никак не сказалось.

      Впрочем, невозможность понять кто я, сестра двух братьев-близнецов или Тсунаеши, волновала меня в последнюю очередь. Ощущение от сковавшего меня барьера были хуже, чем в метро в час пик или маршрутке-малолитражке, что едет раз в день из города в ближайший поселок. Этот барьер явно не был рассчитан на две души и должен был сковать, не позволяя развиваться, одну-единственную, а тут такой нежданчик, у ребенка оказалось их несколько. Плюс еще его стенки обжигали то холодом, то нестерпимым жаром, сознание стало меркнуть, как и попытки сопротивления. Однако что-то внутри меня воспротивилось самому простому решению моей проблемы, где-то в глубине моей еще недослившейся сущности разгоралось Пламя, очень похожее на то, что не так давно вызвали мы, дабы отпугнуть соседскую собачонку.

      Сильное, необузданное, оно пропитывалось моей болью и паникой, чтобы достигнув критической отметки, рвануть в разные стороны, стараясь уничтожить угрозу нашему существованию. Нахлынуло на стенки, по которым пробежалась сеть тоненьких трещин, и вернулась назад, чтобы через пару секунд опять повторить попытку. И так раз за разом, становясь все слабее и выдыхаясь, но и барьер был уже слаб. Последний удар, и он с тихим звоном оседает осколками на пол, а Пламя возвращается назад, постепенно затухая и оставляя после себя ощущение тепла в районе солнечного сплетения. Ну, а я ощущаю дикое облегчение и проваливаюсь в ставшую уже привычной темноту, понимая, что так надо и так правильно.

      Не знаю, сколько я пробыла в ней в этот раз, но проснулась я в больнице, в окружении пиликающих приборов и дикой слабостью в теле. Стоп, теле? Не веря в происходящее, резко принимаю сидячее положение, точнее, пытаюсь принять. Неудачно, тело пронзает импульсом боли, что убеждает меня в реальности происходящего, а стоящие вокруг приборы начинают надрывно пищать. Головная боль нарастает и вот в палату вбегает целая куча людей в белых халатах. Кто-то из них что-то мне колет, и я опять соскальзываю в спасительное забытье.

      Следующее мое пробуждение было уже более легким. Тело было слабым и неудобным, как будто я надела одежку на пару размеров меньше, но в целом, состояние было терпимым. Особенно радовало еще и то, что теперь я точно знала кто я. Имя Савада Тсунаеши стало родным, как и ее мать, а вот отец… мы обе к нему относились предвзято, вот и получилось, что Иемицу оказался в пролете и объединенное я воспринимало его, как постороннего дядьку, не более. Это ту часть меня, что раньше была Тсуной, ни капельки не расстраивало, ведь последний год он стал появляться все реже и реже, так что в последний его приезд дите само было неуверенно в том, что правильно помнит черты лица своего бати.

      — Тсу-чан! — в распахнувшиеся двери палаты влетела мама, да? Я уже не воспринимала ее по-другому, это была именно моя мама. Она заплакала и обняла мое обессиленное тельце, продолжая бормотать. — Тсу-чан, теперь все будет хорошо.

      — Ка-чан, я тебя люблю, — обнимаю ее и говорю те слова, что давным-давно хотела сказать одна из моих частей. Впрочем, я внезапно поняла, что это глупо делить себя на какие-то части, их больше нет, а есть я, носящая имя Савада Тсунаеши. — Очень-очень сильно!

      — Тсу-чан? — удивилась, отстраняясь ка-чан, а после счастливо разулыбалась и обняла меня еще крепче. — Я тоже тебя очень и очень люблю!

      — Ка-чан, а то-сан приедет? — я не знаю сколько мы просидели обнявшись, но стоило Нане отстраниться, как я задала волнующий меня вопрос. Что-то внутри меня уверенно говорило, что ему лучше не знать, что техника не сработала, пусть лучше считает, что я просто заболела, но барьер не был разрушен. Я верила этому голосу, но единственным источником информации была именно мама. Не бог весь что, но все-таки…

      — Нет, извини, Тсу-чан, у него много работы, но он передавал тебе… — дальше я уже не слушала и просто кивала, искренне радуясь, что у меня появилось время привыкнуть к телу, а главное придумать, как жить дальше, ведь возможности вернуться у меня нет. — …хорошо? — донеслось до меня, и, выплыв из своих далеко не радужных мыслей, я наткнулась на заботливый взгляд Наны.

      — Угу, ка-чан, я хочу спать, — не помню, что она мне говорила, но железобетонная уверенность, что мама никогда не сделает мне ничего плохого, заставляет меня согласиться не раздумывая.

      — Ой, точно! Прости, Тсу-чан, — только сейчас, смотря на засуетившуюся вокруг меня Нану, помогающую лечь поудобней и подтыкающая углы одеяла, я поняла, что не соврала, я и правда хотела спать. — Отдыхай… — ее голос становится тихим, так что я скорее угадываю по губам ее следующие слова, чем по-настоящему их слышу, — …и не волнуйся, я ему ничего не скажу, Дон не узнает.

      Впрочем, я не уверена, что последние слова мне не пригрезились, ибо в следующее мгновение она уже начала рассказывать, что в следующее свое посещение принесет мои любимые сладости, но много их не даст, лечащий врач запретил и тут же уточняла, не обижусь ли я из-за этого? Бурчу что-то неразборчивое, что одинаково можно принять за согласие и за отрицание, но, кажется, Нане большего и не надо, она вполне довольна тем, что есть, ну а я и подавно. Правда, хочется еще подумать над тем, что за игру ведет уже моя мать, но с другой стороны, угрозы я не ощущаю. Да и виденное мной еще во время разделения позволяет со стопроцентной точностью сказать, что она свою дочь любит и в обиду не даст, поэтому присутствие и голос Наны дарили спокойствие и расслабленность.

      Успокоено вздыхаю и под ее мерный щебет начинаю погружаться в сон, чтобы в следующий раз очнуться в пустой палате, но уже другой, тут нет противно пищащих приборов и у меня из руки не торчат иголки. Попытки встать на ноги ничего не дали, тело не слушалось, и я полетела прямиком на пол. Ну, хорошо хоть капельницу у меня убрали, пока я спала, а то отбитыми руками и коленями я бы не отделалась. Тихо подвывая от обиды и боли, осторожно хватаюсь за кровать и медленно стараюсь подтянуться. С огромным трудом мне удается заползти на кровать, чуток передохнуть и подползти к спинке кровати, а после перевернуться с живота на спину и, пользуясь спинкой, как опорой, сесть. На меня мгновенно нападает дикая слабость, и я едва успеваю направить свое падение так, чтобы не свалиться с кровати, но вот носом в далеко не мягкий матрас я впечаталась, а главное, сил шевелиться у меня не осталось! Внезапно раздается звук раздвигаемых дверей, удивленный вскрик и быстрый топот ног.

      — Тсунаеши-чан, тебе не следовало вставать! — меня довольно мягко подхватили под грудь и легко подняли, чтобы в следующую секунду устроить на подушках.

      — Простите… — внимательно смотрю на невысокую русоволосую девушку… вернее уже пусть и молодую, но женщину лет тридцати, которая мне помогла, кстати, у нее слишком нетипичная для японки внешность. Слишком уж она светлая, да и голубые глаза… я бы скорее приняла ее за россиянку, но отсутствие акцента убеждает меня в обратном. Взгляд падает на беджик, что был прикреплен к ее груди, но, к сожалению, японский письменный я не понимала, поэтому замялась, не зная, как ее назвать.

      — Канаме, — приятная улыбка появилась на губах женщины, — меня зовут Мисуми Канаме, я медсестра.

      — Канаме-сан, а сколько сейчас времени? — мгновенно оживилась я, а моя усталость отступила на второй план, вперед вышло поистине детское любопытство. — А сколько я была без сознания? А…

      — Стоп! — прервала поток моих вопросов Мисуми и рассмеялась. — Я отвечу на них, но вначале тебе следует поесть.

      Вторя ее словам, мой желудок раздает весьма громкое бурчание.

      — Простите, — кажется, у меня краснеют даже волосы, но медсестра лишь добродушно улыбнулась.

      — Ничего страшного, Тсунаеши-чан! — заверяет она меня, но мне не нравится полное звучание моего имени, меня так звал тот дедуля, из-за которого я и оказалась в больнице, да и Нана, когда я что-нибудь делала не так, как надо. — А сейчас…

      — Тсуна, — перебиваю я ее.

      — Что? — удивилась сбитая с толку Канаме.

      — Зовите меня Тсуна, мне не нравится, когда говорят мое полное имя, — пояснила я и поежилась. — Сразу кажется, что я в чем-то провинилась.

      — Ха-ха-ха, как скажешь, Тсуна-чан, — согласилась со мной Мисуми. — А теперь посиди здесь немного, пока я схожу за едой.

      — Хорошо, — киваю с серьезным видом, мысленно негодуя, ведь если судить по моему состоянию, встать и куда-то уйти, мне просто не по силам, вот чужие слова и кажутся скорее издевательством.

      Правда, извести себя подобными мыслями я не успела. Канаме вернулась очень быстро, при этом она еще и несла небольшой поднос, на котором стояла дымящаяся чашка, судя по донесшемуся до меня запаху, это был куриный бульон, стакан с водой и кучка каких-то порошков с таблетками. Навскидку я насчитала пять таблеток и три брикетика с порошочком, причем белым и даже на вид невесомым. Как-то у меня сразу пропало все желание его пробовать, да и бульон стал казаться подозрительным. Желудок, конечно, хотел что-то вякнуть против, но воля пока была сильнее.

      — Не волнуйся, это аскорбинка, — перехватив мой подозрительный взгляд, пояснила Мисуми.

      — А почему их три? — ее слова не уменьшили во мне подозрительности, но немного успокоили.

      — Нууу, она вкусная, вот я и решила принести ее побольше, — обезоруживающая улыбка на меня не подействовала, я по опыту общения с братьями знала, как опасно много витаминов есть. Благо, тогда я вовремя заметила пропажу, так называемых «тех вкусных шариков» и вызвала врачей, тогда отделались простым промыванием, а могли и серьезно отравиться.

      — Не хочу, — отворачиваюсь от подноса, хотя живот старательно выводит рулады. Нет, я не ощущаю угрозы, но пить непонятно что я не собираюсь.

      — Тсуна-чан, это лекарство и его надо выпить после еды, — поднос аккуратно приземляется на тумбочку, которую я до этого благополучно не заметила, Канаме осторожно берет чашку с бульоном и подносит к моим губам полную ложку.

      — Все лекарства горькие, — с твердой убежденностью заявляю Мисуми, но вот протянутую ложку опустошаю.

      — Эти не горькие, — тяжело вздохнув и явно приготовившись мне доказывать свою правоту, заявила Канаме, при этом не забывая запихивать мне в рот полные бульона ложки.

      — Не верю, — с детским упрямством отрезаю я и слышу, как опять открывается дверь и в комнату входит Нана, неся полный пакет фруктов и чего-то еще.

      — Тсу-чан, в чем дело? — мягко интересуется она у меня. — Я с того конца коридора слышала ваш спор.

      — Не так уж и громко мы болтали, — обиженно надуваюсь, но, увидев ласковую улыбку мамы, мгновенно улыбаюсь в ответ.

      — Ну, так все же? — опять интересуется мама, а после, переводит взгляд на медсестру и добавляет. — Мисуми-сан?

      — Ваша дочь отказывается пить лекарства после еды, — спокойно отзывается медсестра, впихивая в меня последнюю ложку бульона, которую я с трудом проглотила, ощущая себя шариком, который в любой момент может лопнуть.

      — Тсу-чан, ты же хочешь поправиться? — осторожно поставив пакет на стул, поинтересовалась у меня Нана и, получив мой кивок, мягко, но непреклонно заявила. — Тогда ты должна их выпить.

      — Ну, хорошо, — согласно киваю я, понимая, что никуда от этого не отвертеться, да и вряд ли моя мама хочет нанести мне вред.

      Продолжение следует…

Глава 4. Первые шаги

      В больнице я провалялась неделю, после которой меня выписали, правда, написав при этом целую кучу таблеток, сиропов и прочей фигни. Самое обидное, что Нана строго следила за тем, чтобы я все это пила! Ужас! Ну, а еще через недельку прибыл жутко встревоженный Иемицу, который с порога ощупал меня на повреждения, за что едва не схлопатал игрушечным молотком. Меня тогда остановило только то, что сильного удара надувным изделием не нанести. Мда… хорошо хоть пробыл он с нами недолго, всего-то три дня, а после опять умотал в дальние дали. Впрочем, я не расстроилась, у меня наконец-таки появилось время все обдумать и я пришла к выводам, что то Пламя, что я в прошлый раз смогла вызвать на пике паники - это чакра или энергия Ци! Вернее, что-то неуловимо на нее похожее, все же мне сложно сказать точно, в прошлой жизни я ничем подобным не владела, а в этой прожила слишком мало. Правда, предположение насчет чакры проверить при Иемицу я не могла, хотя правильней сказать могла, но интуиция настойчиво твердила, что лучше этому подобию отца не знать о неудаче его начальства. Ну, не хотелось мне вновь видеть рожу дедули Тимотео! Я и без него хорошо живу и даже здравствую, а вот то, что я выдержу еще одно запечатывание, я не верила. Слишком страшно, слишком больно, от одной мысли о повторении, я хочу зарыться головой в песок, как страус!

      В общем, отъезд папани я восприняла как дар небес. Хотя нет, больше меня порадовало то, что благодаря этому я узнала, что у меня через месяц День Рождения! Оказывается, я уже большая девочка, мне скоро исполнится пять! Кстати, я тогда сильно удивилась, но зато пропали вопросы о том, почему я такая неуклюжая и почему я так быстро устаю. Впрочем, это меня не расстроило, наоборот я обрадовалась, ведь это означало, что у меня есть время подтянуть знание японского и наконец-таки добраться до книжек по другим языкам! Правда, как я буду пояснять свой интерес, я как-то не подумала, но с другой стороны, всегда же можно написать что-нибудь самой! Хотя кто бы знал, какая это мука писать! Все же ручки и карандаши не приспособлены под маленьких детей, да и в комнате Тсуны, точнее уже моей, были только фломастеры, мелки и пластилин. Нет, против них я ничего не имела, но если первым еще можно было писать (хотя из-за отсутствия тетрадей и вообще бумаги кроме раскрасок сложно), то вот вторым и третьим нет. Пришлось выкручиваться и требовать себе прогулки и игры в песочнице. Нет, мне игры с детьми были неинтересны, но вот обследовать ближайшую местность было бы полезно. Все же в прошлой жизни я никуда кроме родной страны не ездила, поэтому мне было интересно посмотреть, чем живут в Японии, да и вообще есть ли отличия.

      На мою радость, требование погулять воспринялось Наной как надо и вскоре я узнала ближайшие улицы, а главное мне показали несколько ближайших школ и площадок для игр. Их оказалось не так уж много, всего-то три штуки, ближайшая в ста метрах от дома, а самая дальняя примерно в километре. Мне не нравилась ни та, ни та. Лучшей была расположенная примерно в восьмистах метрах, прямо по пути в среднюю школу Намимори. Нет, она не была самой посещаемой и детей там почти не было, но зато там была не только песочница, но и некоторые примитивные турники, что было очень хорошо! Все же многого в своей комнате добиться было нереально, а мне нужно было работать над координацией, уж слишком напрягали постоянные синяки и ссадины. Я, конечно, неженкой не была, но кто любит боль? Уж точно не я! Поэтому такая площадка пришлась мне по вкусу и я, маскируя свои тренировки под игры, осторожно приводила свое тело в порядок. Правда, дело это было не быстрое, но через месяц уже были видны некоторые результаты, все же болячек на моем теле стало меньше. Ну и заодно я выяснила, что главным отличием этого города от ранее виденных мной было то, что тут везде было заасфальтировано! Не было такого безобразия, как проселочные дороги чуть дальше центра города, тут везде были ровные, как по линеечке улицы и пешеходные дорожки! Хотя, сказать, что так везде я не могу, все же далеко от дома меня никто не отпускал, может это наш район такой.

      Впрочем, радовалась своим успехам в обследовании окрестностей и постепенному улучшению координации я вяло, у меня все зудело, я мечтала перейти к тренировкам с чакрой! Однако осторожность и постоянно нудящая о чем-то интуиция предупреждали, что не стоит даже пытаться экспериментировать с этим сейчас. Именно поэтому я оставила опыты с ней на лучшие времена, просто занимаясь медитацией и стараясь почувствовать тот теплый комочек внутри себя. Получалось не очень. Нет, я его чувствовала, но вот делать им что-нибудь я не могла, он стал каким-то обезличенным, пустым, хотя я и не понимала, как такое возможно. Радость, что я смогу прыгать на несколько десятков метров вверх или ходить по вертикальным стенам оказалась преждевременной. Мне чего-то не хватало, а учитывая мой первый опыт ее использования… как-то не хотелось это повторять, ибо кроме комнаты проводить такие опыты было негде, а она была мне дорога как память, да и сохранить свои успехи в секрете хотелось. В общем, я оставила упражнения, которые вычитала в манге Наруто, но и все, посвящать им больше, чем полчаса утром, я посчитала излишним, решив постепенно возвращать, вернее, приводить свой организм к тем же параметрам, что обладала в прошлом мире.

      Пожалуй, единственное, что продвигалось у меня замечательно, так это общение с Наной! Нет, она прекрасно заметила некоторые изменения в моем поведении, но смотрела на это сквозь пальцы, да что там! Она даже помогала мне, с заговорщицким видом в углу нашего внутреннего дворика, были созданы небольшие турники для тренировки равновесия. Это было большим плюсом, ведь на площадку меня одну никто не отпускал, а свободного времени у моей матери было не так уж и много. Это со стороны кажется, что домохозяйки ничего не делают, но вот попытались бы вы содержать в порядке такую домину, как у нас! Две жилых комнаты, зал и кухня, плюс четыре законсервированных помещения (предположительно спальни), кладовка и шикарный подвал (я бы назвала его даже бункером)! Убрать такое великолепие и при этом оставить время на ребенка и поход за продуктами достойно уважения. Впрочем, Нана не роптала, да и я после больницы начала делать попытки помогать, хотя из-за неуклюжести скорее мешалась. Однако нам было весело, что еще надо?

      Наша идиллия закончилась через месяц. Нет, не было катаклизмов или чего-то подобного, просто на мой День Рождение приехал Иемицу. Возможно, я бы ему даже порадовалась, но… НО! Этот гад привез мне в подарок четырехколесный велосипед! Да и хрен с ним, но… НО! Он был покрыт блестящим лаком насыщенно розово-поросячьего цвета! Однако и этого ему показалось мало! Я не знаю, какой злобный гений его украшал, но создание розовых бантиков во всевозможных местах (причем не только нарисованных, но и металлических, припаянных намертво), было излишним. Хотя особенно меня убила сидушка, как на трехколесном, угу, именно такая, как делают в подобии трехколесных велосипедов с функцией коляски. Причем — да, он не забыл и про верх, хотя держите меня семеро, я не знаю, как создатель этого чуда (от слова чудовище) умудрился приляпать сюда козырек, но он был! Еще более ядовитого розового цвета и в рюшах!

      Мне хватило одного взгляда на это великолепие, чтобы понять, что я знаю, на чем я буду тренировать выпуск преобразованной в Пламя чакры! Теплый комочек внутри согласно завибрировал, ощущая мое бешенство, но вот внешне я осталась невозмутима… надеюсь. В общем, я затрудняюсь сказать, сколько я стояла и смотрела на это чудо инженерной мысли, иногда переводя взгляд на своего улыбающегося, по принципу — тридцать два не предел, папаню. В который раз я благодарила науку деда и то, что он настоял на посещении драмкружка, эти уроки мне сильно помогли, заставив заткнуть свои эмоции глубоко-глубоко, а после самой поверить, что я обычная девочка и в восторге от подобного подарка! Вроде получилось неплохо, ибо начавший нервно поглядывать по сторонам Иемицу успокоился и разулыбался еще шире, восторженно что-то мне втирая, поднял на руки и стал подбрасывать. Желание его треснуть чем-нибудь тяжелым стало возвращаться, все же прибыл он уже после обеда, плотного обеда, стоит ли говорить, что это все начало проситься наружу? От облевывания его оранжевого костюма, папаньку спасало только то, что я считала это позорным, но чувствую это не надолго.

      — А давайте пойдем есть торт? — прозвучал радостный голос Наны, которая прекрасно заметила мое состояние и поторопилась вмешаться. — Что скажешь, Тсу-чан?

      — Ура! — мгновенно натягиваю улыбку до ушей и начинаю подпрыгивать на руках у своего отца, старательно ища пути для отступления и выскальзывания из стальных объятий.

      — Тсу-чан, — укоризненно покачала пальцем у меня перед лицом мама и перевела взгляд на розового монстра, а после на светящегося радостью Иемицу. — Что нужно сказать?

      — Спасибо, то-сан! — весело крикнула я, как можно громче ему в ухо и, чмокнув в щеку вздрогнувшего от неожиданности мужчину, наконец-таки смогла слезть с его рук.

      Видимо моя звуковая атака подействовала на него достаточно сильно, хотя улыбаться он не перестал, пришлось давить разочарованный вздох и приниматься трещать про все подряд, особенное внимание уделяя тому, что в этот раз он без дедушки. Кажется, то, что я вспомнила про Тимотео и откровенно обошла стороной его подарок, Иемицу сильно задело. Причем настолько, что он предложил, завтра пройтись по магазинам, купив себе все, что душенька пожелает! Это он зря сделал! Душа у меня русская, а папанька еще не знал, что такое словосочетание, как «от широты русской души» появилась далеко не просто так, да и у меня слишком много интересов появилось, самое обидное, что без лишних средств. Нет, я, конечно, могла пойти зарабатывать переводами, но кто ж мне даст их делать? Во-первых, меня на порог в уважающие себя компании не пустят, не говоря уже о том, что добраться до туда будет проблематично. Во-вторых, привлекать таким образом к себе внимание не самое лучшее решение, это понимала даже я.

      В общем, за одно это предложение я простила Иемицу половину его прегрешений, хотя… брошенный на розового монстра взгляд показал, что половину прошлых, а сегодня, уже открыт новый счет. Решение раскрутить папаню на что-нибудь окрепло и приобрело определенные черты. Так же я понадеялась, что мне удастся попасть если не в книжный, чтобы купить хотя бы словари и что-нибудь на известных мне языках, то вот в канцелярский я его затащу точно! Уж в целой куче альбомов и тетрадок с разноцветными ручками и карандашами, даже конченный параноик ничего не заподозрит! В результате, я была довольна, как слон, поэтому больше Иемицу не напрягался, хотя нет-нет и смотрел с подозрением. Однако его мгновенно отвлекала мама, не позволяя на мне сосредоточиться, а уж в том, что мою чакру он не почувствует… на этот вопрос я не знала ответа, но надеялась, что тот примет ее за остаточный фон печати, что на меня наложил Тимотео. В общем, день закончился довольно неплохо и даже позитивно, я получила огромное удовольствие находясь в центре внимания, хотя и жалела, что гостей не было, только я и родители. Ну, примерно с такими мыслями я и отправилась спать, ровно по расписанию, иначе говоря, для взрослых рано.

      Правда, я не расстроилась тем, что меня отослали. Детское тело и разум требовали отдыха, не позволив мне даже посмаковать свои коварные планы перед сном! Жаль, конечно, зато я проснулась рано и поспешила сообщить об этом всем. Нет, я не надеялась застать маму в постели, она всегда вставала раньше, но вот отсыпающегося батю… как показала практика еще с той жизни, прыгать с разбега на мужчину, который был в боевых действиях не лучший вариант. Не-не-не! Не знаю, что кто-нибудь мог подумать, но сразу говорю, что это не так! Дед меня не бил и тем более не калечил, он просыпался куда раньше, чем я заходила к нему в комнату, но после… после он подробно пояснил почему так делать нельзя. Благо, это после наступило уже тогда, когда я немного подросла и успела оценить его арсенал с возможностями, поэтому сомнений в том, что со мной могло произойти, не просыпайся он немного раньше, я оценить смогла.

      Я понимаю, что такое сравнение не корректно, но вот то, что Иемицу не шахтер я понимала отчетливо, как и то, что некоторые характерные мозоли на руках появляются не от кирки. Я у деда в свое время руки со всех сторон осмотрела и ощупала, а после и поспрашивала. Многое, конечно, из памяти уже стерлось, но вот то, что у него были мозоли на пальцах, я запомнила крепко, как и то, что он тогда с усмешкой сказал, что это от пистолета. Ну и именно такие же мозоли я вчера ощутила у него на руках, что примечательно на обеих. Поэтому я подходила к нему предельно осторожно и «тихо», грацией напоминая себе слона в посудной лавке, но зато я была уверена, что встретят меня ласково, в прямом смысле, а не в том, что многие привыкли вкладывать. На мою радость, я не ошиблась в своих предположениях и смогла попрыгать на своем притворяющимся спящим отце, а после еще и повизжать в свое удовольствие, когда тот стал меня щекотать. Ну, а после нас погнали умываться и завтракать.

      После завтрака пришло время шопинга! Думаю, его он будет вспоминать долго, уж об этом я позаботилась! Причем, мне даже удалось зайти в книжный (мне сунули деньги, оставшись в кафе напротив) и получить на руки парочку книжек на английском и немецком языке, правда, не совсем те, что я хотела… ну, не лежит у меня душа к селекции злаковых культур это по-немецки с довольно интересными, пусть и бесполезными для меня картинками, зато англичане порадовали! Томик стихов о любви и природе, с красочными иллюстрациями заставил меня в него влюбиться. Хотя огорчило то, что итальянского и русского там ничего не оказалось, но с другой стороны у меня еще хватило денег на то, чтобы скрыть свои покупки красочными книгами для детей, поэтому вопросов ко мне у Иемицу не возникло, а потом я оттащила их в свой домик в специально устроенный тайник. Не бог весть какое укрытие, но Нана всегда уважала мое личное пространство и в тайник полезет вряд ли. Однако, самым главным стало то, что спустя сутки после нашего шопинга, в доме Иемицу уже не было! Даже не знаю, радоваться или нет? Мне-то хорошо, а вот мама… мама как-то сразу поникла, хотя и продолжала мне улыбаться.

      Продолжение следует…

Глава 5. Первые друзья

      После того похода за покупками прошло еще полгода, которые я старательно тратила на разные игры, попутно составляя свой собственный словарь на трех языках, плюс со мной наконец-таки всерьез занялись японским! Я имею ввиду письменным, показывая и кандзи, и хирагану, и катакану, и романдзи*, поэтому вскоре у меня начал пухнуть мозг, но я старательно переписывала для себя все в отдельные тетрадочки. Впрочем, не буду врать, самым легким для меня был именно романдзи, только вот он практически не использовался в книгах, зато повсеместно встречался в повседневной жизни, вернее в городе, там им писали некоторые вывески и предупреждения на автомобильных трассах. Впрочем, это мне помогало мало, ведь в город меня брали не часто, в основном мне позволялось гулять в нашем частном секторе, где машин почти не было, а значит и знаков тоже. Правда, это никак не повлияло на мое желание научиться чему-нибудь новому и притащенные Наной детские книги, как и купленные мной самой, я упорно пыталась прочесть. Получалось с пятого на десятое, а то и на сотое, но чего-чего, а упорности мне было не занимать, как и свободного времени.

      Моя мама радовалась такому рвению, а главное, стала больше мне доверять и теперь она легко отпускала меня гулять по ближайшим улицам. Правда, добивалась я этого долго и довольно упорно, последним аргументом, что сломил ее волю, стал тот, что дома мне скучно, а у нее нет достаточного количества времени, чтобы ходить со мной гулять. Кстати, в этом была еще одна странность! Как я поняла из разговоров, в Японии дети ходили в садик с трех до шести лет, причем, делясь на группы, а у меня ничего такого не было! Я не ходила сейчас, да и в прошлом я тоже такого не припоминала, поэтому вопрос напрашивался сам собой, но он не получил ответа, зато у меня появилось право выходить за пределы калитки, пусть и на строго лимитированное количество времени, специально вручив мне для этого дела простенький мобильник, наподобие старенького кирпича-Nokia. Мобильник был таким же не убиваемым и простым в применении, что не могло не радовать, язык-то я еще не очень знала. Ну и еще одной функцией этого телефона, помимо часов, стало то, что Нана могла в любой момент со мной связаться, а я должна была тут же ответить.

      Впрочем, радовалась-то я телефону радовалась, но мгновенно встал вопрос, как его носить с собой, вот тут-то и пришла на помощь святая уверенность моего отца, что я настоящая принцесса! Нет, я не против, но с другой стороны, мне в жизнь не переносить все те воздушные все в рюшах платья, что он покупал каждый раз, когда возвращался на пару дней! Но, с другой стороны, под этим делом я легко смогла получить детскую сумочку и даже относительно нормального цвета, т.е. не любимый им розовый! Я получила обычную бежевую, чем была невообразимо довольна. Правда, пришлось выкинуть из нее всунутую отцом мини-барби и положить туда: набор первой помощи (перекись, бинт, пол-литра воды и кучу бактерицидных пластырей разной формы) с врученным мобильником и небольшим кошельком с мелочевкой (на мороженое, как заявила мне мама), но это уже были частности. В конце концов, я же получила возможность делать что-нибудь втайне от остальных… теоретически, на практике выходило иное. Не знаю, как пояснить свои ощущения, но меня всякий раз, как я выходила за калитку посещало иррациональное чувство, что на меня кто-то смотрит. Взгляд не был враждебным и не нес явной угрозы, иногда возникало ощущение, что это разные люди, но главным было то, что он вообще был. Причем, самое паршивое, я не могла определить откуда он шел, а просто знала, что он есть! Это раздражало, это бесило, но изменить я ничего не могла.

      Понимание, что оставлять меня одну никто не собирается, заставляло меня вновь и вновь откладывать тренировки по овладению чакрой, поэтому я так и не сдвинулась с мертвой точки. Нет, я по-прежнему ее ощущала, могла даже заставить распространиться по венам (я предпочитала их называть чакроканалами), но на этом и все. Мне нужен был маневр и место, где я смогу позволить себе ее выплеснуть, проявить, но для этого нужно было остаться одной, чего я так и не смогла добиться. Мой неизвестный наблюдатель неотступно следовал за мной. За прошедший месяц, после отвоевывания моего права гулять некоторое время в одиночестве, это порядком приелось, но я решила не обращать на это внимание и просто посвящать свое свободное время чтению детских книжек. У меня даже появилось любимое место, где и тенек был, и свежесть! Что особенно мной ценилось в связи с уже начавшейся весной и приближающимся летом!

      В общем, если кто не понял, я приметила местечко возле реки, благо до нее идти было даже меньше, чем до моей любимой детской площадки. Впрочем, про ту я тоже не забывала, распределив свое время так, что после завтрака и до обеда я бегу на эту площадку и старательно трачу энергию, чтобы прибыть домой уже уставшей и голодной. Ну, а поев и немного подавив подушку, я полдничала и, взяв новую или же старую недочитанную книженцию, отправлялась на речку, чтобы в тиши и спокойствии позаниматься улучшением своих знаний. В конце концов, моя уязвленная гордость требовала гораздо более быстрого осваивания письменности, чем я демонстрировала сейчас! Однако получалось у меня все не очень хорошо, во-первых, я хотела сделать все сама и стеснялась спрашивать совета у Наны сверх необходимого. Нет, я понимала, что веду себя глупо, но ничего поделать не могла, обращаясь к ней только в крайнем случае. Во-вторых, обратиться к словарям, где написано вначале на любом из других известных мне языков, а уже после на японском, я не могла, вот и приходилось насиловать память.

      Хотя стоит отдать таким занятиям должное, не имея доступа к уже сделанным словарям, я начала создавать свои собственные, которые после прятались в самые невообразимые места, чтобы их не обнаружила мама. Ну не хотела я отвечать на ее вопросы или, не дай Боже, случайно проговориться, что я не совсем ее дочь! Я уже привыкла к ней, да и сейчас… сейчас она была единственным человеком, что держал меня в этом мире. Да, пребывание в темноте ослабило боль потери, но не стерло совсем. Остаться в своем уме мне позволяло только то, что рядом была Нана, которая приняла меня, и я с ужасом думала, что она может посмотреть на меня с холодом или ненавистью. Именно поэтому, я старалась сделать все, чтобы не доставлять ей хлопот и не заставлять плакать, улыбка ей шла больше, и я сделаю все возможное, чтобы она появлялась у нее на губах как можно чаще.

      Ну, думаю, расписала свой примерный распорядок дня, что уже устоялся за почти семь месяцев после того, как мне исполнилось пять. В общем-то, сегодня он никак не отличался. Утром я отправилась на детскую площадку, побегала и попрыгала с остальными ребятами, что привели туда мамы, вернулась к нужному времени домой, поспала и пошлепала на свое облюбованное место у реки. Правда, я как-то не ожидала, что там будет несколько шумно. Вернее, неподалеку от него я увидела двух детей — девочку и мальчика, на которых наседала кучка детей постарше. Впрочем, не наседали, а под громкие мольбы и крики девочки избивали уже практически потерявшего сознание беловолосого паренька. Первой мыслью было, что я таких не знаю и лучше пройти мимо, все же вряд ли я сейчас смогу им чем-нибудь помочь, семь месяцев слишком мало, чтобы стать по-настоящему сильной. Да еще и без наставника, плюс в таком нежном возрасте и с изначально довольно щуплым телосложением. Однако и оставить все так я не могла. Не то, что мне было жалко мальчика, но стоило так подумать, как огонек чакры внутри меня взбунтовался! Очень похожие ощущения, примерно такие же я ощутила тогда, когда меня едва не уничтожил барьер старика! Следующие свои действия я не поняла сама, я просто знала, что должна сделать и действовала, не раздумывая.

      — То-сан, то-сан, тут мальчика бьют! — истошный крик и только спустя пару секунд я понимаю, что кричала я. До этого яростно пинающие незнакомого мне мальчика и издевательски что-то выкрикивающие рыдающей навзрыд девочке хулиганы замерли и повернулись в мою сторону.

      Смотрю на этих детей и отчетливо понимаю, что с кучкой парнишек лет восьми, я не справлюсь. Тем более их было пятеро, а я одна. Впрочем, страха нет, зато есть уверенность в правильности моего выбора. Поэтому я тычу в них пальцем и делаю вид, что смотрю на кого-то с другой стороны дороги, что шла на высоком берегу, в то время как, хулиганы с попавшими в беду детьми были возле самой кромки реки.

      — То-сан! — поняв, что их не впечатлило, вновь выкрикиваю обращение к отсутствующему взрослому и с театральным раздражением топаю ногой. Из-за образовавшейся тишины, отчетливо слышно чей-то непонимающий мужской голос, судя по всему, на мои крики выполз кто-то из живущих поблизости.

      — Бежим! — только услышав чье-то ворчание мгновенно среагировал, наверное, лидер этой компашки и спустя пару секунд уже ничего не напоминало об их присутствии. Довольно хмыкаю и, убедившись, что забияки ушли, начинаю спускаться к ним, попутно разглядывая детей. Вернее, мой взгляд прикипел к залитому кровью лицу мальчика, у которого оказалась рассечена бровь.

      — Спасибо, — хрипло выдохнул беловолосый парнишка и потерял сознание, начав заваливаться вперед.

      Тело реагирует мгновенно, и я пытаюсь его поймать, что мне даже удается, я упираюсь ему в плечи, но тут меня подводит все еще непослушное тело. В общем, из-за резкого рывка, я поскользнулась и в момент хватания паренька за плечи, моя правая нога поехала вперед и я плюхнулась прямо на пятую точку, а сверху меня придавил спасенный. Первая мысль, моей майке, да и светлой юбочке — хана. Вторая, паренек не притворяется, а значит, ему могло достаться сильнее, чем я думала. Поэтому я с трудом приподнимаюсь и выскальзываю из-под тела мальчишки, а после его переворачиваю, чтобы ощупать, да и просто убедиться, что ему ничего серьезного не повредили, все же у него возраст еще такой, когда кости мягкие и легко ломающиеся.

      — Ни-сан, ни-сан! — размазывая сопли и слезы к парню кинулась девчушка, что он прикрывал от хулиганов. Нет, я не считала, что она себя ведет худо, просто ее суета мешала, как и крики, тут ведь помогать надо, а не плакать.

      — Как тебя зовут? — решаю ее отвлечь, пока руки уверенно ощупывают чужое тело на повреждения, впервые радуюсь, что с братьями у меня был подобный опыт, да и на занятиях гимнастикой я много чего видела, правда там скорее вывихи, чем переломы, но все равно.

      — А? — монотонный бубнеж замолкает и девочка даже перестает плакать, смотря в мою сторону большущими карими глазами. Хм… кстати, странно, внешность у нее не типичная для японки, у тех глаза уже и в основном черные, да и волосы каштанового цвета для них не типичны. Правда, с парнем, которого она братом кличет, они совсем непохожи, хотя тот тоже похож на европейца, но это единственное, что их объединяет.

      — Как тебя, да и его, — киваю на бессознательного мальчишку, а после продолжаю, — зовут?

      — Киоко, Сасагава Киоко, — отозвалась она, — а это мой брат Сасагава Рёхей, с ним же все будет хорошо, да?

      — Переломов нет, — мельком глянув в полные надежды глаза, отозвалась я. — По крайней мере я их не обнаружила. Судя по тому, что кровь изо рта не идет, да и сипов не слышно, внутреннего кровотечения тоже нет.

      — Хорошо, — облегченно вздыхает она и садится так, чтобы положить голову своего братца на колени. Тяжело вздыхаю, ибо уйти не могу, интуиция буквально требует им помочь, но вот кроме промывки внешних ран водой и перекисью, сделать я ничего не смогу.

      — Где ваш дом? — осторожно спрашиваю я, впрочем, не особо надеясь на ответ, ибо девочка выглядит моей ровесницей, а значит память у нее соответствующая. Адрес, вероятно, она назовет, но вот довести туда вряд ли сможет.

      — Там, — неопределенный мах рукой в произвольную сторону и я поняла, что в своих предположениях была верна. Возможно, она и знала название улицы и дома, но вот воспроизвести их разом, она не могла. Впрочем, еще одной преградой стало то, что я знала расположение улиц, но не их названия, ибо кандзи по-прежнему давались мне с трудом.

      — Тогда пошли ко мне домой, тут недалеко, всего-то метров триста, — тяжело вздыхаю и пытаюсь приподнять Рёхея. — Ка-чан поможет обработать его раны и позвонит вашим родителям, ну или, в крайнем случае, твой ни-сан очнется и скажет как их найти.

      — Спасибо, — очередной всхлип и вот она уже помогает мне поднять своего брата. Правда, описывать, как мы потом по склону реки с ним тащились, да и до дома шли, я не буду, но зато стоило зайти за калитку, как ко мне на встречу выскочила Нана.

      — Тсу-чан? — встревоженный голос и почти сразу паническое. — Это кровь?

      — Не моя, — пока мама ничего не напридумывала себе, мгновенно сообщаю ей. — У Рёхея бровь рассечена, поможешь?

      — Конечно, Тсу-чан! — Нана мгновенно встряхивается и кидается к нам, забирая у нас с Киоко с плеч груз, а после добавляет. — Проходите скорее.

      — Спасибо, — а вот это подала голос Киоко, на что мама лишь улыбнулась и отправилась внутрь дома.

      Я быстро сориентировалась и, схватив за руку, потащила девочку внутрь. Ну, и не забыв скинуть обувку, прошли дальше, чтобы увидеть, как Нана осторожно устраивает Рёхея на диване, а после, достает аптечку и первым делом обрабатывает рассеченную бровь, вначале осторожно промыв, а после заклеив клеем, похожим на БФ-6 (клей применяемый в медицине). Откуда я знаю? Да, все просто! Она уже неоднократно мне посеченные коленки и ладошки им заклеивала, результат такой же, как я получала, обрабатывая порезы у своих братьев в той жизни. Кстати, очень удобная вещь и главное, после шрамов не остается! Вернее, от небольших ранок не остается, с более большими сложнее, но тоже помогает. Впрочем, это не так важно, куда интереснее, что Нана не стала больше ничего делать и просто достала нашатырь, приводя Рёхея в сознание. Тот, обведя мутным взглядом помещение и остановившись взглядом на Киоко, облегченно вздохнул и начал приподниматься, что, пусть и с трудом, ему удалось. Хотя не совсем, если бы не помощь мамы, в самый последний момент, не выдержавшие нагрузку руки его бы подвели, и летел бы он до пола.

      — Спасибо, — поблагодарил Рёхей Нану и осторожно спросил. — А где мы?

      — У меня дома, — делаю пару шагов вперед и встаю прямо перед ним.

      — Ты потерял сознание, и моя дочь тебя сюда принесла, — мягко и успокаивающе добавила мама. — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?

      — Все болит, но это пройдет, — к чему-то прислушавшись, выдал Рёхей. — Мы сейчас же уйдем.

      — Сиди уже, герой, — хмыкнула я. — В таком виде, вам только по улицам шляться.

      — Ой! — раздалось со стороны Киоко, которая видимо только сейчас обратила внимание, что мы обе запачкались кровью, пока тащили бессознательную тушку ее братца.

      — И правда, Рёхей-кун! — поддержала меня Нана. — Пойдем, я отведу тебя в ванну, где ты умоешься и мы обработаем остальные твои раны.

      — Тогда я с Киоко займу ванну на втором! — это, конечно, громкое название, на втором был лишь душ, совмещенный с туалетом, но нам его с головой хватит. — Идем, Киоко, вещи я тебе свои дам, а вот Рёхею придется майкой то-сана обойтись, его размера вещей у нас нет.

      — Я их постираю и зашью, — улыбнулась мама.

      — Спасибо! — хором согласились переглянувшиеся брат с сестрой, причем мне показалось, что они были рады, что вопрос об их родителях мы не подняли.

      Хмыкаю и опять схватив за руку Киоко тащу ее на буксире наверх. Нет, я не собираюсь делать все долго, просто у меня проснулся азарт, да и нехватка общения сказывалась, я ведь уже и не помню, когда последний раз нормально общалась с людьми. Обычно все мое общение сводилось к играм, а там много не поговоришь. Возможно, именно поэтому я вцепилась в этих детей, как утопающий за соломинку, ведь Киоко, которая немного отошла от произошедшего, внезапно оказалась довольно болтливой. В итоге мыться ей в душе помогала я, а после сама быстренько ополоснулась и вот мы уже в похожих шортиках и маечках сидим у меня в комнате и складываем пазлы.

      — Нана-сан сказала, что позвонит нашим родителям, — в мою комнату просачивается Рёхей, который был одет в длинную ему майку, правда, не отцовскую, а Наны, но даже так, она смотрелась на нем, как платье, да и сам он напоминал девочку. Еще бы ран и ссадин на лице не было, но даже так, он был довольно милым. — Чем заняты?

      — А давайте поиграем в визажистов? — игнорирую вопрос парня и предлагаю самую бредовую на мой взгляд идею, кто же знал, что она придется по душе Киоко? Ну, а также то, что мальчишка не может отказать ни в чем сестре?

      В общем, мое предложение было принято единогласно (воздержавшийся Рёхей не в счет), и мы стали думать, как будем действовать. Портить косметичку мамы, что ей во время одной из прогулок подарил отец, я отказалась, нужно было искать замену. Спустя пару секунд, я вспомнила о куче фломастеров и красок, в том числе и гуаши, что у меня были! Ну, а остальное уже дело пяти минут. Притащить стакан с водой, и начать осторожно накладывать тени, вначале мы с Киокой друг другу, а потом вместе, не сумевшему выдержать двойной заряд кавая (просящие глазки рулят) Рёхею! Нанеся тени, я достала черный фломастер и, похихикивая, стала прорисовывать стрелочки бедному парню, потом и его сестре, после достала зеркало и тоже самое сделала с собой. После пришла очередь губ, которые мы окрасили ярко-алой гуашью и подвели немного более темным фломастером их контур. В общем, к тому моменту, когда прибыли родители Рёхея и Киоко, мы были уже накрашенные и заканчивали пристраивать непонятно какой по счету бант на коротеньких волосенках терпеливо сносящего это непотребство беловолосого. Ну, а теперь представьте картину, мы, сидим с потеками макияжа на лицах и четкими стрелками вокруг глаз (опыт прошлой жизни не прошел даром), и заходят родители, причем, у Наны в руках фотопарат, который тут же щелкает. Вот так и запомнился день встречи с моими первыми друзьями, причем Нана, оказывается за все это время сделала далеко не одну фотографию, а незаметно сняла целый фильм.

      Продолжение следует…

Примечание:

* — Кандзи (漢字, букв. «Буквы (династии) Хань») — китайские иероглифы, используемые в японской письменности в основном для записи имён существительных, основ глаголов и прилагательных, а также японских имён собственных. Первые китайские тексты были завезены в Японию буддийскими монахами из корейского королевства Пэкче в V в. н. э. Сегодня наряду с исконно китайскими иероглифами используются знаки, изобретённые в самой Японии: т. н. кокудзи.
* — Хирагана (яп. 平仮名) — слоговая азбука, каждый символ которой выражает одну мору. Хираганой можно передать гласные звуки, слоговые сочетания и одну согласную (н ん). Хирагана используется для слов, для записи которых нет кандзи, например, частиц и суффиксов. Она употребляется в словах вместо кандзи в тех случаях, когда предполагается, что читатель не знает каких-то иероглифов, или эти иероглифы незнакомы самому пишущему, а также в неофициальной переписке. Формы глаголов и прилагательных (окуригана) также записываются хираганой. Кроме того, хирагана используется для записи фонетических подсказок для чтения иероглифов — фуриганы.
* — Катакана (яп. 片仮名) — вторая слоговая азбука японского языка. Позволяет передавать звучание тех же мор, что и хирагана. Используется для записи слов, заимствованных из языков, не использующих китайские иероглифы — гайрайго, иностранных имён, а также ономатопеи и научно-технических терминов: названия растений, деталей машин и т. п. Смысловое ударение на слово или участок текста, в которых обычно употребляются кандзи и хирагана, можно создать, если записать его катаканой.
* — Ро: мадзи (яп. ローマ字 букв.: «латинские буквы») — запись японских слов латиницей. Употребляется в учебниках японского языка для иностранцев, в словарях, на железнодорожных и уличных указателях. Японские названия и имена записываются с помощью ромадзи, чтобы их могли прочесть иностранцы: например, в паспортах или визитных карточках. При помощи ромадзи записываются некоторые аббревиатуры иностранного происхождения, например DVD или NATO. Широкое применение ромадзи имеет в области компьютерной техники: например, на клавиатурах часто применяется метод ввода (IME) каны через ромадзи.

Глава 6. Опять школа!

      Прошло без малого два с половиной года после того, как я встретила Рёхея и Киоко. Возможно, это покажется немного странным, но я прониклась к ним искренней симпатией, я ощутила то, чего лишилась когда оказалась тут, вакуум вокруг меня исчез. Наконец-таки я не чувствовала пустоту рядом и слышала радостный смех. Нет, они не заменили мне навсегда потерянных для меня братьев, но зато стали достаточно близки, я вновь поняла, что я кому-то нужна и теперь мне было о ком заботиться. Ну и самое удивительное! Моя чакра, тот внутренний комочек, что любил становиться Пламенем, заиграл новыми красками! Исчезла его обезличенность, я, пусть и слабо, начала ощущать его индивидуальность. Однако вместе с тем, почувствовала, какую-то незаконченность. У меня появилось четкое осознание, что мои друзья поделились со мной своей силой, но этого недостаточно и мне, для гармонии с самой собой, нужно что-то или кто-то еще. Впрочем, проверять эту теорию времени у меня не было. Мое знакомство и последовавшая дружба с другими детьми подстегнуло мое развитие! Нет-нет, я не стала супер-пупер крутым пользователем чакры и не начала поглощать литературу в огромных количествах или что-то вроде этого! Просто наличие Рёхея под боком, позволило мне быстрее изучать чужую письменность и заодно проверить свои возможности в других направлениях.

      В общем-то, в моих успехах не было ничего удивительного, ибо я просто не стеснялась показаться глупой перед своим другом и спокойно спрашивала все, что мне непонятно в написании иероглифов. Рёхей, конечно, знал не все, но то что не знал, тут же спрашивал в школе, что тоже принесло свои плоды, я получала недостающие знания и одновременно с этим успеваемость парня резко повысилась, что мгновенно заметили их с Киоко родители. Быстро сопоставив факты и немного понаблюдав за нами (ощущения еще хуже, чем те, что у меня были из-за наблюдателей от отца), они остались довольны и теперь я получила не просто статус друга, а едва ли не родной дочери! Это полностью устроило Нану, ведь теперь ей было на кого оставлять меня и главное, она всегда знала где меня можно найти. Ну, а я неожиданно узнала, что значит быть не самым старшим ребенком в семье! Рёхей оказался идеальным старшим братом, который пусть и несколько неуклюже, но заботился о Киоко, вскоре перенеся это и на меня. Не скажу, что это что-то поменяло в моем отношении к нему (я по-прежнему чувствовала себя старше его), но оценить его порыв пойти на бокс, только для того, чтобы защищать своих сестричек, я смогла. Правда, его тренер… в общем, когда Рёхей стал через слово вставлять ЭКСТРИМ, я поняла, что дело нечисто. Спустя полгода я стала понимать, что поменяй он свой вопль ЭКСТРИМ на Силу Юности я дала бы ему десять из десяти за реалистичность. Спустя еще год, я была готова на него молиться, ведь теперь мне не приходилось искать оправдания своим далеко не девчачьим увлечениям (один поход в горы с ограниченным унесенным нами в рюкзаках количеством еды чего стоил или участие в сплаве по реке на катамаранах) и попыткам научиться давать отпор обидчикам не только словами (идти в лоб точно не мое). Впрочем, пока это ограничивалось лишь базовыми стойками, которые охотно показывал нам с Киоко Рёхей.

      Однако, обучение застопорилось практически мгновенно, ибо мы с моей подругой оказались слишком хрупкими для этого вида спорта (а я еще и знала куда придется удар и старательно уворачивалась), пришлось нам придумывать что-нибудь еще, но для этого было нужно место. Правда, решение нашлось достаточно скоро и это были танцы (официально и для родителей). Хотя не совсем обычные, а с вейлами! И привела нас туда моя мамочка, которая решила, что перед поступлением в школу, мы должны быть лучше всех! Оспаривать ее решение не стали ни мы, ни собственно родители Киоко, наоборот, его охотно поддержали. Тем более, школа танцев была неподалеку от школы Рёхея, поэтому тот перед своими тренировками успевал забежать за нами, отвести туда и потом еще и забрать. Идеальный вариант, который устраивал всех, а в особенности меня, все же моя неуклюжесть хоть и снизилась, но не исчезла совсем, нужны были систематические тренировки и веселее всего их проводить в компании, в чем я была уверена еще по прошлой жизни и в этой то, в общем, ничего не поменялось.

      Обучение в школе танцев стало быстро давать свои плоды. Мы с Киоко стали лучше чувствовать свои тела и двигаться более плавно, количество ссадин и синяков не просто резко уменьшилось, а стало практически нулевым и к моменту поступления в школу, я стала походить на девочку, а не на нечто с ободранными коленями и локтями. Впрочем, на момент поступления это меня практически не волновало, меня как-то бил мандраж, хотя казалось бы в первый раз что ли в школу иду? Однако, паника и какой-то внутренний подъем ощущался сильно. Правда, не долго, спустя месяц я поняла, что мне дико скучно, ибо из всех предметов, что мы изучали, я не знала только письменный японский, а если вспомнить учебники Рёхея к ним через год прибавятся история и литература, все остальное я знала еще с прошлой жизни. Мгновенно встал вопрос, как мне быть и что делать, чтобы не ходить на неинтересные занятия, но не выдать свою так называемую гениальность отцу, который мог случайно сообщить об этом тому старикашке… я боялась даже просто представить какая у того будет реакция! Пришлось метаться в поисках ответа, который никак не находился, пока я не наткнулась на чудесное объявление о наборе новых членов в студ. совет. Точнее его школьный аналог! Написать заявку и выиграть у других соискателей было не сложно, еще месяц я потратила на то, чтобы заработать среди них некоторый авторитет и в результате, к окончанию первого триместра, когда происходил перевыборы главы студенческого совета, я пролезла в секретари, оставив далеко позади пятерых более опытных соперников.

      Новая должность принесла мне кучу головной боли и обязанностей, хотя и появилась официальная отмазка для того, чтобы не посещать некоторые уроки. Мне повезло, учителя попались понимающие (или просто равнодушные) и главным стало то, что я знала их предметы и могла сдать в любой момент, а в некоторых случаях я соглашалась даже съездить на олимпиады, чтобы защитить честь школы. Именно поэтому вскоре я получила возможность заниматься на них своими делами, главное не мешать остальным, вот и все ограничения. Освободившееся время я использовала с толком, как и увеличившиеся возможности. К примеру, доступ к компьютеру и принтеру школьного совета, я использовала для того, чтобы выбраться на просторы интернета и начать искать себе не только книги, но и источник заработка. Благо, знания языков были при мне, как и воспоминания о некоторых сайтах, на которых я зависала в прошлой жизни. Нет, я не нуждалась в деньгах, ни тогда, ни сейчас, просто в обоих случаях я совмещала приятное с полезным. Иначе говоря, подработку и улучшение своих познаний в других языках. Правда, половины известных мне сайтов не было и поисковик выдавал на эти запросы полнейший бред, но парочку работающих я нашла и зарегистрировалась. Не скажу, что мне сразу дали серьезные работы или деньги полились рекой, но кое-что на заведенный кошелек в ЯД мне капало. Даже жаль, что тратить их на что-то серьезное я не могла. Во-первых, появились бы нежелательные вопросы, ну, а во-вторых, карточки для обналичивания у меня не было и завести я ее могла бы еще не скоро, вот и выходило, что деньги были, но в тоже время, как бы и нет.

      Впрочем, человеком я была крайне неприхотливым, поэтому из-за этого не расстраивалась, просто иногда производила покупки через интернет, оформляя попутно и доставку на дом. Это было очень удобно, хотя главным в этот момент было не попасться на глаза моему бате, но учитывая его крайне редкое появление на пороге дома, это было несложно. Ну, а Нана старательно закрывала глаза на то, что у ее дочери периодически появляются какие-нибудь безделушки, пусть довольно красивые и дорогие. Я не уверена, но кажется, она списывала все или на поклонников, или на подарки от Тимотео, хотя кто его знает? Я не спрашивала, а сама она меня в свои мысли не посвящала. Правда, это все не изменяло того, что компьютер или что-нибудь еще настолько же громоздкое или дорогое, я покупать опасалась, предпочитая пользоваться тем, что есть в школе. Хотя пойдя во второй класс и получив вместо секретарской должности должность главы школьного совета, делать подобное стало сложнее, работы у меня прибавилось, зато я со спокойной совестью протащила туда Киоко и теперь она ходила у меня в секретарях. Вдвоем дело двигалось куда быстрее, и теперь часть времени мы не только корпели над даваемыми директором или завучем заданиями, но и разбирали преподаваемый нам материал. Зачастую, к нам присоединялся и Рёхей.

      Не скажу, что я была в восторге от того, что мне приходится примеривать на себя роль учителя, но с другой стороны я поняла, какой это труд! Поясняя то, что я считала простейшим, я начинала не просто лучше понимать темы, но и вообще они открылись мне с совершенно другой стороны! А главное я теперь заранее готовилась к подобным посиделкам и даже стала получать удовольствие от математики! Я, гуманитарий, который ненавидел ее ранее, стала разбирать задачки с огромным удовольствием, решив обновить свои знания не только за начальную школу, но и за более старшие классы. Самое удивительное, что моя память меня не подвела и вплоть до самых старших классов, я решала задачи пусть и не с легкостью, но достаточно быстро. Ну, а старшие классы… вот там уже начинались проблемы, но я была уверена, что к концу обучения в младшей школе я добью принятую в них программу. Правда, занятия с ребятами и работа в школьном совете, были не единственной моей отдушиной. Оказалось, что в младшей школе Намимори было много факультативов, от которых я была в принципе освобождена, но от такой привилегии я отказалась. Нет, я не стала ходить на все подряд, просто договорилась с учителем художественной гимнастики и теперь имела собственный ключ, который использовала каждое утро, решив совместить прошлое увлечение с нынешним. Вернее танцы с вейлами дополнить элементами гимнастики, а для этого вначале следовало все изучить по отдельности, а делать это проще под опытным руководством. Благо, сенсей пошла мне на встречу и так же приходила на час раньше.

      В общем, за пару лет я достигла кое-каких успехов, но еще больше осталось не охвачено. Особенно это относилось к овладению чакрой, чье наличие обнаружилось и у Рёхея с Киоко, правда, оно было не таким как у меня. Впрочем, его странность еще заключалась и в том, что оно казалось одинаковым и одновременно с тем, у моей подруги оно было более мягким, а у ее брата жестким и агрессивным. Почему-то смотря на них у меня возникало ассоциация с палящими лучами солнца в пустыне (Рёхей) и ласковым весенним солнышком (Киоко). В принципе, едва ощутив, что у них есть чакра, я перетащила их на свою сторону и теперь мы втроем искали пути овладения силой. Единственным успехом у всех троих стало усиление своего тела у всей нашей троицы (если конкретней, то прочность у нас повысилась и прыгать с места мы научились метра на два вверх), ну и на этом наши с Рёхеем достижения застопорились, а вот Киоко порадовала! Не имея сильного тела и желания приносить кому-то вред, она научилась ускорять чужую регенерацию! Слабенько пока, но следы от кошачьих когтей она сводила за десять минут. Впрочем, большего от нас и не требовалось, все же достичь даже таких успехов, не имея наставника, было довольно неплохо! О чем я неоднократно говорила своим друзьям, но кто бы меня слушал?

      В конце концов, устав от бесконечных неудач и нудной работы в совете, я приняла волевое решение вытащить всех на прогулку, развеяться. Мое предложение было принято на ура, Киоко даже пообещала позвать с нами Курокаву Хану, с которой она сдружилась в первый год поступления в школу (нас определили в разные классы). Не имея ничего против такого развития событий я охотно согласилась, попутно припахав названного братца идти с нами. Нет, мы не собирались покупать слишком много (ткните мне пальцем в школьника, у которого столько свободных денег) или гулять допоздна, но я предпочла не рисковать, все же случиться могло всякое, да и не отпустили бы нас одних в город! Нам было-то по восемь лет! Правда, Рёхею девять и это тоже не было показателем, но родители почему-то успокаивались, если он шел с нами, даже не знаю чем это вызвано. Впрочем, главное было то, что никто против такого соседства не возражал и вскоре мы уже были в городе, где старательно начали тратить данные родителями деньги. Ну и как результат, мы немного задержались и общим решением было принято, что вначале мы проводим Хану, а после пойдем до меня и уже там дождемся, когда придут родители моих друзей. В таком решении ничего удивительного не было, мы часто так поступали, ведь родители Рёхея и Киоко работали, в отличие от моей мамы, но оставлять детей одних не хотели. Днем-то ладно, но вечером или ночью? Кто ж их покормит и тому подобное? Вот и получилось, что их ночевки у нас стали делом частым, чему я была искренне рада, хотя и догадывалась, сколько проблем этим создаю Нане, но, кажется, эту проблему родители решили между собой.

      Впрочем, подобными мыслями я особо не заморачивалась, предпочитая пользоваться возможностью немного побыть эгоисткой, пусть и в разумных пределах. Нет, я не пользовалась добротой и любовью мамы, стараясь по максимуму облегчить ее труд, взяв на себя некоторые обязанности в доме, стоило мне немного подрасти, но учитывая мой плотный график… сил порой ни на что не хватало. В общем, помочь я могла только на выходных, а их было всего два в неделю и тратить их целиком на уборку, стирку и глажку, я считала глупым, заставив прикупить не только пылесос, но и стиральную машинку. Времени мгновенно стало больше, хотя и не на много, от уборки-то меня никто не освободил!

      — Тсуна-чан, Тсуна! — в мои мысли ворвался взволнованный голос Киоко, и я почувствовала прикосновение к руке.

      — В чем дело, Киоко? — отвлекаюсь от своих мыслей и поворачиваюсь к подруге, которая старательно жмякала мою ладонь. — Кстати, сколько раз говорить, что для тебя с Рёхеем я Еши.

      — Смотри, тут объявление, что на следующей неделе будет открыт суши-бар! — проигнорировав мои слова, меня просто подтащили к закрытому строительными лесами домику, возле которого стояло подобие рекламного щита, на который приклеили ватман, где достаточно разборчиво было о только что сказанном написано, а в конце, кто-то пририсовал небольшую улыбающуюся рожицу.

      — И? — уточняю я, чувствуя, как интуиция что-то тревожно тренькнула, но что я понять не успела.

      — Давай сходим! — тут же отозвалась Киоко.

      — Согласен, — за нашими спинами мгновенно вырос Рёхей. — Во имя ЭКСТРИМА, давненько я суши не пробовал.

      — Ну, я тоже не против, — киваю, чувствуя, что на меня кто-то смотрит, а интуиция при этом блаженно мурчит. — Тем более открытие на следующих выходных, не вижу препятствий.

      — Ура! — весело воскликнула Киоко и захлопала в ладоши. — Помни, ты обещала!

      — Угу, — послушно соглашаюсь и весело улыбнувшись, продолжаю. — Ну, а пока пошли, ка-чан наверняка волнуется.

      Продолжение следует…

Глава 7. Слезы, это просто вода.

      Прошла неделя после нашего похода в город, причем дико сложная неделя! Ну, для меня так точно! Уж не знаю почему, но именно во втором триместре, как оказалось, начинаются основные заботы школьного совета. Вернее, нам внезапно было поручено составить списки всего необходимого для клубов, которые были у нас в школе. Стоит ли говорить, что раздолбайство присуще всем школьникам и японцы тут не исключение? Причем, ладно бы директор нормальный срок выставил, но она же озвучила приказ в стиле «это должно было лежать у меня на столе уже вчера»! В общем-то, подобным меня было не взять, но выторговать я смогла отсрочку на четыре дня, т.е. с понедельника по пятницу, пятница конечный срок и до трех часов дня все списки должны быть у директора. Пришлось пользоваться громкой связью и объявлять собрание капитанов/глав всех кружков с заданием сделать заявки, но кто это будет слушать? Есть же море других, не менее интересных идей! И ладно бы подобным страдали только школьники, но ведь и ответственные за кружки учителя были не лучше!

      Ууууу! Кто бы знал, сколько мне потребовалось нервов и времени, чтобы обработать всех и получить все требуемое к вечеру четверга! Я, по ощущениям, за четыре дня прокачала навык переговоров и убеждения если не до божественного уровня, то до твердого профессионала точно. Зато навык рука-лицо или фейлспам у меня стал точно уровня божества! Кто б знал, сколько нелепых отговорок и отмазок за все это время мне пришлось услышать! Над некоторыми в буквальном смысле пришлось стоять над душой или водить за ручку по помещению клуба, чтобы получить желаемое. Благо, у меня были в помощниках Киоко и Рёхей, которые взяли часть забот на себя, но даже так, большую часть все равно обрабатывала я. Да и конечный результат, который ложился на стол завучу с директором, мне пришлось делать самой с утра пятницы и до трех часов дня. Ну, а после, я, сдав свою работу, воспользовалась правом президента — отчаливать когда и куда надо, хотя и не забыла поставить об этом в известность Киоко с Рёхеем, отправив им SMS-ки. Нет, могла и не ставить, но зная названного братца… в общем, не хотелось через час после моей якобы пропажи, обнаружить столбы с объявлениями, что я ЭКСТРЕМАЛЬНО разыскиваюсь, не говоря уже о сотнях вызовов на поставленный на бесшумный режим мобильный. Впрочем, отправка сообщений не исключала возможность такого варианта развития событий, хотя я надеялась на лучшее.

      Именно поэтому, собралась и закрыла кабинет школьного совета быстро, как и добралась до дома, беспечно напевая песенку и радуясь, что до тренировки в танцевальном зале, еще осталось около трех часов. В целом, до дома-то я добралась, но кроме как поесть, там мне делать было нечего. Ну, не лежала у меня сейчас душа к переводам, да и в целом ко всему, что было связано с печатанием и просто бумагами, а времени еще было навалом. В результате, я переоделась в удобные бежевые бриджи и оранжевую маечку с воротником сделанным в китайском стиле, а после решила просто прогуляться, наслаждаясь забытым спокойствием и ощущением, что у меня есть время. Обычно все наоборот, я бегу, боясь не успеть, не сделать, упустить возможность узнать что-то новое. Не спорю, подобное оправданно, ибо наблюдатели от отца, или от его работодателя не дают расслабиться. Но иногда хочется просто поваляться на травке или, как сейчас, неторопливо гулять по спальному району, наслаждаясь чистым воздухом и ради баловства идти по бордюру тротуара, старательно удерживая равновесие и придумывая себе какие-нибудь ограничения, чтобы сделать эту игру интересней.

      — Ты кто?

      Внезапно раздавшийся вопрос застал меня врасплох, и моя так и не искорененная до конца неуклюжесть дала о себе знать, полузадушено пискнув, я оступилась. Правая нога подвернулась, и я полетела на встречу с асфальтом. Попытка спросившего помочь, успехом не увенчалась, поймать он меня не смог, и вот мы уже оба валяемся на дороге.

      — Ты в порядке? — быстро вскочив на ноги и протянув мне руку, уточнил парнишка, а я только в этот момент обратила на него внимание и смогла разглядеть. Хм… смуглый, явно много времени проводит на свежем воздухе, черные растрепанные волосы и большие карие глаза, судя по виду примерно моего возраста. Интуиция что-то тихо тренькнула, как будто предупреждая о чем-то, но слишком тихо, и единственное, что я смогла понять, он мне не враг и подлости от него ждать не стоит. Беспокойство, что он обо мне проявил, настоящее.

      — Наверное, — неуверенно киваю и принимаю помощь, но встать не получается. Правая нога отзывается дикой болью, и я опять падаю, только в этот раз на пятую точку. — Больно!

      Обиженно надуваюсь и пытаюсь потереть пострадавшую только что попу и одновременно ощупать повреждения на ноге. Получалось откровенно плохо, нужно было выбрать что-то одно, но больно было и там, и там!

      — Ха-ха! — прозвучал веселый смех, но стоило мне кинуть на парнишку грозный взгляд, как тот примирительно вскинул руки. — Прости-прости, просто ты забавная, — не успела я понять, как мне реагировать на такое заявление, как он присел возле меня на корточки и серьезно не попросил, а потребовал. — Дай посмотрю.

      Недовольно поджимаю губы, но руки от ноги убираю, чтобы через пару секунд взвыть от боли! Этот горе-лекарь начал мять мою голень! Причем, силы явно не жалел.

      — Ты меня добить решил? — треснув ему по рукам и прижав к себе поближе пострадавшую конечность, со всхлипом вырвалось у меня.

      — Извини, я не хотел делать тебе больно! — опять широкая улыбка, но в глазах почти нет веселья. Странно, почему я не увидела это сразу? И еще более странно, я знаю этот взгляд, где-то я его уже видела, но вот где? Память упорно молчит и не хочет сотрудничать.

      — Да? — уверена в моих глазах недоверие, но только вот связано оно не с его словами. Впрочем, мальчишке это знать не обязательно.

      — Ты мне не веришь? — притворно возмутился парнишка.

      — Нет, — мгновенно отозвалась я и увидела, как тот, вздрогнув, повесил голову.

      — Ну, по-крайней мере честно, — внезапно он встрепенулся и с улыбкой сообщил. — У тебя вывих и, судя по всему, довольно сильный, не говоря уже о царапинах, — красноречивый взгляд на мои ободранные руки и убитую одежду, — нужно их обработать скорее, пошли!

      Паренек резко поднялся и, подойдя к шокированной мне, поднял на руки и куда-то меня потащил, пришлось обхватывать его шею, чтобы не упасть, мысленно удивляясь тому, что тот смог меня поднять. Я, конечно, весила не так уж и много, но не намного меньше, чем сам паренек. Ну, а поднять почти свой вес в таком возрасте… это достойно уважения. Впрочем, сейчас меня больше занимала другая странность, я совершенно не ощущала опасности и не испытывала не малейшего дискомфорта у него на руках! И это несмотря на то, что очень не любила, когда кто-то нарушал мое личное пространство и даже просто хватал за руку. Подобное прощалось только маме, братишке и Киоко, в крайнем случае Иемицу, но там скорее была необходимость, и особой радости от этого я не ощущала. Ну, а тут? Я чувствовала только любопытство и ощущение чего-то теплого, родного, идущего от паренька. Кто он такой? И почему… почему я ощущаю себя с ним практически так же, как с Рёхеем? Стараюсь отвести взгляд и просто осмотреться по сторонам, понимаю, что погруженная в свои мысли я пришла к тому суши-бару, в который так хотела попасть моя подруга! Только теперь, он уже без строительных лесов и выглядит, как обычная традиционная японская забегаловка. Кстати, именно туда меня и заносят.

      — О, не успели мы переехать, а ты уже хозяйку в дом принес! — послышался насмешливый мужской голос, и я вижу за барной стойкой мужчину среднего роста, довольно похожего на парня, который меня нес. Причем не только внешне, ощущение, теперь понятно, что чакры, было таким же. Только вот у мужчины оно уже обрело силу и какую-то остроту. Широкая улыбка не скрыла от меня бритвенной остроты взгляда и ощущения опасности. Интуиция настойчиво посоветовала не держать этого человека во врагах, слишком опасно. Впрочем, было еще кое-что, что меня насторожило, взгляд, который он на меня бросил… в нем были отголоски страха, не за себя, за парнишку, который меня держал.

      — То-сан! — возмущенный вопль парня подтвердил мои предположения.

      — Прошу прощения, просто я подвернула ногу, и ваш сын решил меня сюда притащить, смею надеяться, что для оказания первой помощи, — стараюсь выглядеть как можно более безобидно, но хитрая улыбка появляется сама собой, и я насмешливо добавляю. — Кстати, герой, может уже, сейчас, когда на руках занес в свой дом, представишься?

      — Такеши, его зовут Ямамото Такеши, — Расхохотался мужчина, с откровенным удовольствием разглядывая красного как рак сына, который не находил в себе силы не просто ответить, но даже посадить меня на один из высоких стульчиков перед стойкой. — А меня Ямамото Тсуеши, я то-сан этого оболтуса, как ты понимаешь.

      — Мое имя Тсунаеши, — открыто улыбнулась я, представляясь, правда, отводить глаз от отца семейства не торопилась, решив представиться полным именем, — Савада Тсунаеши.

      — Такеши, усади нашу гостью на стул, я сейчас принесу аптечку, — улыбка не исчезла с лица Тсуеши, но вот то, что он вздрогнул, когда я назвала свою фамилию… это сильно мне не понравилось.

      — Не сравнивайте меня с то-саном, мы совсем разные. К тому же он искренне считает, что запечатал меня, — эти слова сорвались с моих губ сами собой, и только по резко повернувшемуся в мою сторону мужчине я поняла, что сделала это не зря. Взгляд, что на пару мгновений был острее бритвы, смягчился, да и в целом, он как-то расслабился, что ли?

      — Хм… — Тсуеши качает головой и вновь обращается к недоумевающему сыну, — Такеши, усади ты уже нашу химе на стул.

      — Да, конечно, — и вновь у парня на губах расцветает улыбка, которая практически не касается глаз, и он, подойдя к ближайшему стулу, водружает меня туда. — Ну как, удобно?

      — Да, вполне, — киваю и, немного поерзав, наконец-таки усаживаюсь достаточно удобно, чтобы и пострадавшая в неравном бою с асфальтом пятая точка не ныла. — Кстати, у меня к тебе небольшая просьба, выполнишь?

      — Какая? — опять улыбка, и я, заметив, что его отец уже возвращается с небольшим белым с красным крестом чемоданчиком, устало вздыхаю. Я вспомнила этот взгляд, именно таким он был у меня после смерти деда в том мире. Пустота там, где раньше кипели эмоции, боль, которую я затолкала глубоко-глубоко, не позволяя пролиться слезам, считая их слабостью. Только пройдя темноту, я начала понимать, в чем ошиблась, слезы это не слабость, это просто вода. Вода, которая очищает и смывает боль, она облегчает страдания.

      — Никогда не улыбайся, если хочешь кричать. Никогда не смейся, когда хочешь плакать, — слова идут из глубины моей души, и на них, почему-то, откликается моя чакра, которая странно подрагивает глубоко внутри.

      — С чего ты это взяла? — улыбка не исчезла с лица парня, наоборот стала шире.

      — Я не беру, я просто знаю, — уголок моих губ дернулся. — Тебя выдают глаза, я уже видела такой взгляд, полный боли и невыплаканных слез, — качаю головой, видя, как глаза моего собеседника в ужасе расширяются, только вот у меня нет желания его задеть, я просто хочу помочь и ведомая интуицией легко нахожу те слова, которые западут ему в душу. — Впрочем, это не важно, просто хочу, чтобы ты знал, что даже небеса плачут, чтобы смыть с себя все горести мира, что они видели. Именно после дождя небо начинает играть новыми красками, сможешь ли ты сделать так же?

      — Я… — на мгновение у парня в глазах появилась растерянность.

      — А вот и я! — рядом со мной, на барную стойку, приземляется чемоданчик, что нес Тсуеши. — Сейчас мы посмотрим, что там с твоими ранами.

      — Я буду вам благодарна, Тсуеши-сан, — тут же отвлекаюсь, ощущая, что продолжать разговор не стоит.

      — Сейчас-сейчас! — усмехается мужчина и, достав бутылочку воды и бинт, осторожно начинает обмывать мои исцарапанные руки, а после и коленки. Убрав лишнюю грязь, он достает перекись и заливает ранки, после чего накладывает плотную повязку на голень. — Вот и все.

      — Спасибо! — улыбаюсь и благодарно киваю, а после прошу: — Если вам не сложно, позвоните моей маме, а то я мобильный дома забыла, домашний номер я скажу.

      — Да, конечно, — кивает он и, повернувшись в сторону Такеши, просит. — Принеси трубку, Такеши, а я пока угощу нашу гостью чаем.

      — Хорошо, то-сан, — соглашается парень и уходит куда-то вглубь бара, а я замечаю, что Тсуеши хочет мне что-то сказать.

      — Скажите, а сколько Такеши лет? — я начинаю говорить первой, явно сбив с мысли мужчину, слишком тот удивлен, а я торопливо добавляю. — Он же ходит в школу?

      — Ему восемь и он ходит, вернее ходил, во второй класс младшей школы, — прозвучал ответ, тяжелый вздох, и он добавляет. — Хотя я еще не успел отдать его документы, мы же недавно переехали. Хотя сейчас даже не знаю, есть ли смысл переходить в другую школу в середине триместра?

      — Ну, это вы погорячились, еще и первый месяц после начала триместра не прошел! К тому же, если хотите, я могу вам помочь, — весело улыбаюсь, ощущая, что все идет так, как надо, и поясняю. — Я президент школьного совета младшей Намимори. Школа недалеко от вас располагается, и учителя хорошие. Дайте бумажку, я вам запишу телефоны.

      — Держи, — передо мной ложится блокнот и карандаш, а я на память записываю три номера, поясняя. — Это директора, это завуча, а это школьного совета. Звоните с девяти до пяти, позже уже никого не будет.

      — Спасибо, — поблагодарил меня мужчина и в этот момент вернулся запыхавшийся Такеши с трубкой от домашнего телефона.

      — Вот, — парень протянул мне принесенное из глубин дома.

      — Хорошо, — кивком благодарю Такеши и начинаю набирать зазубренный наизусть номер. Правда, мысли при этом у меня бродили далеко не радужные, уж очень хорошо я знала, насколько Нана трясется надо мной. Да еще и про танцы придется на время забыть. Эхх, тяжела жизнь обычной школьницы!

      Продолжение следует…

Глава 8. Я чувствую его, так же, как вас

      Мысленно сетуя на судьбу, я заканчиваю набор цифр, но на последней цифре моя рука замирает. Воображение живо рисует картину того, как поведет себя Нана, узнай она, что я довольно сильно повредила ногу. Нет, перелома или, не дай Боже, разрыва связок у меня нет, уж в этом я уверена, причем, далеко не из-за своих ощущений, просто Тсуеши уж очень профессионально заматывал мою конечность. Возможно, медицинского образования у него и нет, но опыт в таких травмах определенно присутствовал и, судя по всему, немалый. Отсюда выходит, что будь у меня что-то серьезное, медика мне бы вызвали прямо сюда, не зря же он меня химе обозвал, да и понимание в его глазах мне не нравится, мужик явно знает гораздо больше, чем я, но делиться этими знаниями не торопится. Интуиция упорно утверждает, что ему можно верить, да и его сына я ощущаю как друга, если не сказать больше — близкого родственника. В общем, думаю, можно рискнуть.

      — Скажите, а сколько времени? — решительно сбрасываю почти набранный номер и поднимаю глаза на стоящих рядышком отца и сына Ямамото.

      — Без двадцати пять, а что? — первым отвечает Такеши, и я благодарно киваю ему, но вместо ответа быстро набираю на телефоне совсем другой номер, чем раньше и прикладываю палец, к губам прося помолчать.

      — Секретарь школьного совета младшей Намимори слушает, — спустя два гудка, раздается довольно громкий голос Киоко из трубки. Хм… я же громкую связь не включала! Хотя… так даже лучше, недосказанностей не будет.

      — Киоко… — осторожно начала я и в следующее мгновение едва успела отставить трубку и вовремя.

      — ТСУНАЕШИ САВАДА, КАК ПОНИМАТЬ ТВОЕ СООБЩЕНИЕ: «МЕНЯ ДОСТАЛИ БУМАЖКИ, УШЛА, ИСКАТЬ НЕ НАДО»?! — разъяренный голос моей подруги меня буквально оглушил, и мне оставалось только порадоваться, что трубку от своих ушей я убрать успела. — ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, НАСКОЛЬКО БЕЗОТВЕТСТВЕННО ПОСТУПИЛА? ДА ТЫ ЗНАЕШЬ, КАК ОТРЕАГИРОВАЛ НА ЭТО НИ-САН? Я ЕГО С ТРУДОМ УСПОКОИЛА! ДА И ВООБЩЕ, ПОЧЕМУ ТЫ НА ЗВОНКИ НЕ ОТВЕЧАЕШЬ? ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО Я УСПЕЛА ЗА ЭТО ВРЕМЯ ОБО ВСЕМ ЭТОМ ПОДУМАТЬ?

      — Киоко, — старательно придаю своему голосу жалобные нотки и для достоверности даже всхлипываю, воспользовавшись небольшой паузой в чужом монологе и надеясь, что моя уловка сработает.

      — Еши?! — яростный ор, мгновенно сменяют тревожные нотки. — Что случилось?

      — Я ногу подвернула, идти не могу, — честно отзываюсь на ее вопрос.

      — Ты где? — единственный вопрос, что она после этого мне задала.

      — Помнишь суши-бар, в который ты хотела на выходных зайти? — осторожно отвечаю на поставленный вопрос, начиная жалеть, что позвонила не маме, но с другой стороны, заставлять ту нервничать не охота.

      — Через десять минут будем, — короткий ответ и в телефоне раздаются протяжные гудки.

      — Какая у тебя эмоциональная ка-чан, — раздалось насмешливое со стороны Такеши.

      — Это моя подруга, а не ка-чан, — тяжело вздыхаю и добавляю. — Наверняка с ни-саном примчится, чтобы транспортировать меня домой. Впрочем, оно и к лучшему, позвони я домой, ка-чан пока добежит, себя накрутит, а так реакция будет уже постфактум.

      — Интересный подход, — невозмутимо кивнул Тсуеши и, повернувшись ко мне спиной, наклонился и откуда-то вытащил небольшой заварочный чайник с двумя высокими чашками, правда, поставив это богатство передо мной, он опять нырнул под барную стойку и вскоре рядом с прошлым малюсеньким подносом опустилось блюдо с суши, пакетики с одноразовыми палочками и еще одна чашка. — Угощайся.

      — Ну, я вообще стараюсь ее лишний раз не волновать, ей то-сана хватает, — нейтрально замечаю я и, взяв один из пакетиков вытащила орудие труда. Отказываться поесть нахаляву, пусть и не так уж и много, я не собиралась. — Итадакимас!

      — А ты уверена, что они за десять минут успеют? — смотря, как я, игнорируя соевый соус (ну, не понимаю я его!) поедаю угощение, запивая довольно неплохим зеленым чаем, уточнил Такеши. Что показательно, отбирать тарелочку с суши он у меня не собирался, зато вновь ненадолго отлучившись в дом, притащил небольшие сладкие печеньки, которые, как я выяснила на пару минут позже, обладали вкусовыми качествами овсяных.

      — Ну, до школы отсюда тридцать минут неторопливым шагом, — отставляю опустевшую тарелку из-под суши и начинаю рассуждать вслух. — Созвониться с Рёхеем дело пары секунд, если он не на тренировке. Если на тренировке, пара минут, чтобы спуститься в его клубную комнату, еще минута — обрисовать ситуацию, две на душ и переодевание, — смотрю, как по мере перечисления, а главное поставленных нормативов, глаза обоих мужчин семьи Ямамото округляются и тороплюсь заключить. — Конечно, успеют.

      — Ха-ха, твои друзья супермены? — изумился Такеши и, отставив чашку с почти не тронутым чаем, почесал затылок. Получилось довольно забавная пантомима, но главное, пустота во взгляде парня стала исчезать, а безразличие стало вытесняться другими эмоциями, пока едва заметно, но уже прогресс.

      — Нет, они только учатся, — ухмыляюсь и начинаю хрумкать печенюшки, мысленно отсчитывая прошедшее с начала моего звонка время, выходило, что половина уже прошла.

      — Учатся? — внезапный вопрос со стороны Тсуеши, едва не застал меня врасплох, но посмотрев в его сторону, я ощутила, что сейчас у меня два пути: сказать правду, показав свое доверие и получить непонятные перспективы; или же я могла уклониться от прямого ответа, что позволило мне все сохранить как есть. Сразу вспомнилась летучая фраза: «тот, кто не рискует, тот не пьет шампанского».

      — Ну, хорошего наставника днем с огнем не сыщешь, да еще и то-сан озаботился о моей охране, — недовольно поджимаю губы и жалуюсь. — Иногда мне кажется, что и ванну без присмотра мне никто принять не даст, а знали бы вы, какие у него приступы паранойи разыгрываются, каждый раз после приезда!

      — О, значит, это за тобой приглядывали? — хохотнул Тсуеши, а я с трудом сдержалась от улыбки, посмотрев в сторону Такеши, который переводил взгляд с меня на своего отца и все равно ничего не понимал.

      — Ну, гуляя, я чувствовала, как минимум троих, жаль понять, где они находятся, мне не удалось, — вот теперь мое огорчение не наигранно, я и правда расстроилась, все же я дилетант и не достанься мне при слиянии такая интуиция, вообще бы слежку не заметила. Угу, спалившись в первый же момент, не то, что сейчас, Иемицу, судя по всему, до сих пор ничего про наши эксперименты с чакрой не знает и слава тебе, как тут говорят, Ками-сама! Я хочу стать сильнее, прежде чем заявлять что-нибудь о себе.

      — Вы вообще о чем? — наконец-таки прорвало Такеши.

      — То-сан ко мне охранников приставил, — тяжело вздыхаю.

      — А почему они тогда тебе не помогли? — задал он, в общем-то, вполне логичный вопрос, на который у меня точного ответа все же не было. Ну, откуда мне знать инструкции, что им дал Иемицу?

      — Угрозы моей жизни не было, а при остальном они не вмешиваются, — пожимаю плечами, высказывая свои предположения. — Я, по правде-то говоря, вообще об их существовании знать не должна.

      — А… — открыл было рот для следующего вопроса паренек, но задать его не успел, в комнату ворвалось два урагана: рыжий и белый.

      — Тсуна, с тобой все хорошо?! — первой задала вопрос подлетевшая ко мне Киоко, впрочем, названный брат не надолго от нее отстал.

      — Что, во имя ЭКСТРИМА, тут случилось? — я, привычная к таким крикам, даже не поморщилась, что нельзя сказать про моих новых знакомых.

      — Жива, относительно здорова, но нога не слушается, — короткими рубленными фразами я ответила своим друзьям, прекрасно видя, что Рёхей непроизвольно встал так, чтобы загородить нас обоих от Такеши, при этом не потеряв из вида Тсуеши.

      — Опять во что-то вляпалась? — скорее утвердительно, чем вопросительно протянула Киоко. — Ни дня покоя, да?

      — Нет, это была чистая случайность, — тут же начала отнекиваться я, стараясь придать себе вид оскорбленной невинности.

      — Ладно, будем считать, что я тебе поверила, — согласилась со мной Киоко и повернувшись к внимательно наблюдающему за нами Тсуеши поклонилась. — Благодарю, что вы позаботились о Тсунаеши.

      — Заботиться о лучшей половине человечества наш долг, — слегка кивнув, отозвался Тсуеши. — К тому же это мой сын принес ее сюда.

      — Во имя ЭКСТРИМА, вступай в мою секцию бокса! — попытку Киоко побыть вежливой еще немного прервал вопль Рёхея и мы синхронно сделали жест рука-лицо.

      — Ха-ха, ты забавный, но я больше к бейсболу тяготею, — с широкой улыбкой заявил ему Такеши.

      — Это… — названный братишка набрал в грудь побольше воздуха, чтобы сказать что-то еще, судя по всему вдохновляющее, но был прерван.

      — Ни-сан, думаю нам пора, — в голосе Киоко появилась строгость, и она с тревогой посмотрела на мою забинтованную конечность. Рёхей мгновенно сдулся, как шарик и подойдя ко мне повернулся спиной и опустился на корточки.

      — Спасибо за заботу, Тсуеши-сан, — насколько возможно из положения сидя кланяюсь мужчине и после, забравшись на закорки названного братка, кидаю взгляд на Такеши, добавляю. — Еще увидимся, Такеши.

      — Да, конечно, до встречи, — на сей раз улыбка у парня вышла куда более искренней, и я, улыбнувшись в ответ, слегка склонив голову, попрощалась с его отцом.

      — До свидания, — попрощалась за себя и брата Киоко, и мы покинули довольно гостеприимное для меня место.

      Оказавшись на улице, Рёхей не придумал ничего более интересного, чем сорваться с места в карьер, и мимо нас замелькали дома. Говорить при такой скорости бега не получалось, пришлось вцепиться в плечи названного братца и молиться, чтобы все обошлось. На мою радость, преград он на пути не встретил и до дома меня доставили без особых проблем, оповестив всех, что мы пришли, Рёхей потащил меня в мою комнату. Оставалось только порадоваться, что Нана и не такое в его исполнении видела, поэтому отреагировала весьма спокойно.

      — Рассказывай! — потребовала от меня Киоко, стоило братишке скинуть меня на мою кровать.

      — Да нечего рассказывать! — возмущенно воскликнула я, но, увидев полный недоверия взгляд, все же поправилась. — Я просто гуляла и настолько ушла в свои мысли, что не заметила Такеши, который захотел познакомиться. Из-за звука чужого голоса, я не просто вышла из раздумий, но и потеряла равновесие. Упала и тот притащил меня к себе домой.

      — Такеши? — послышался удивленный вопрос Киоко и я едва не прикусила язык! Черт, я же чисто по имени только близких зову, остальных либо по фамилии (что мне привычней), либо с разной степени уважительности суффиксами. — Не ощутила его близкого присутствия? — Еще один прокол! Теперь придется делиться всем.

      — Я его ощущаю, почти так же, как и вас, — устало вздыхаю и послушно раскалываюсь, не став даже ради приличия ломаться. Времени займет море, а полезность сомнительна. — Кстати, а что с тренировкой?

      — Я позвонила сенсею и предупредила о твоей травме, — моя подруга кидает быстрый взгляд на своего брата и тот, кивнув, становится возле окна, а сама Киоко перемещается так, чтобы оказаться спиной к окну и загородить происходящее. Она осторожно разматывает повязку и кладет поверх опухшей лодыжки руки, по которым начали бегать золотистые искры. — Она согласилась, что подвернутая нога это серьезно и до понедельника тебя трогать не будет, как, впрочем, и меня.

      — Хорошо, — киваю, ощущая облегчение и добавляю. — Киоко, помоги дойти до ванной.

      — Э? — на мгновение она удивленно вскидывается, а после понимающе кивает и, поднявшись, выпихивает Рёхея из моей комнаты, с наказанием подождать в гостиной. Ну, а после привычно идет к моему (учитывая количество ее вещей в нем, далеко не моему) шкафу, осторожно вытаскивая сменную одежду (бриджи из мягкой ткани и футболку) и свежее полотенце. — Пошли.

      Мне помогают подняться и на одной ноге допрыгать до нужного помещения. Благо, оно хоть и не большое, но если потесниться два человека в нем поместятся. Ну и самое главное! В нем нет окон, и я надеюсь, нет камер (вряд ли Иемицу бы позволил их ставить в месте омовения своей жены, мужик он или не мужик?), а значит, процесс лечения никто не увидит. Единственное, жаль, что у Киоко пока возможностей хватило только на небольшое уменьшение опухоли, но с другой стороны, я теперь хотя бы на нее встать могу! Пусть это еще и несколько болезненно, но все же лучше, чем было или тем более могло бы без этой помощи быть! Теперь дело за малым, достать мазь для таких случаев и наложить плотную повязку, а после отправиться откармливать Киоко, все же лечение жрет у нее уйму сил. Вот и сейчас, всего-то десяток минут лечения, а вид у нее такой, будто она в обморок грохнуться собралась!

— Ка-чан, есть чего-нибудь пожевать? — кричу с лестницы, не рискуя с нее спуститься, все же нога пока побаливает, да и уверенности в том, что она не подведет у меня нет.

— Конечно, Тсу-чан, а ты почему не на тренировке? — из кухни выглядывает Нана в компании что-то жующего Рёхея.

— Я ногу подвернула, — выставляю на обозрение своей мамы аккуратно забинтованную конечность. — Не сильно, но наступать больно, — замечаю тень тревоги в глазах Наны и поспешно добавляю. — Киоко помогла ее обработать, к понедельнику буду, как новенькая!

— Ну, если Киоко, тогда хорошо. У нее легкая рука, — облегченно вздохнув, кивает мама и, повернувшись к моему названному братцу, спрашивает. — Рёхей, отнесешь гамбургеры с чаем наверх?

— Конечно, Нана-сан, — мгновенно соглашается братишка, и они оба скрываются в кухне. Хорошо, теперь можно со спокойной совестью вернуться в комнату, чтобы составить в валянии на кровати компанию Киоко. Делать что-либо в таком состоянии нам все равно не удастся.

      Продолжение следует…

Глава 9. Знакомство двух семейств

      Утро следующего дня началось для меня не очень удачно. Нет, с ногой у меня был относительный порядок, опухоль уже в достаточной мере спала, не зря Киоко вчера еще пару раз над ней шаманила, хотя наступать на нее было еще больновато. Правда, я мужественно терпела и выдавала меня только хромота, да невозможность быстро двигаться, но зачем мне это дома? Вот и я так думала, пока в компании Рёхея и Киоко (они отказались вчера уходить) ждала свой завтрак. Впрочем, мои радужные мысли о том, что я целый день проведу дома, читая какую-нибудь интересную книжку, мгновенно были обломаны ставящей передо мной тарелку с яичницей Наной.

      — Тсу-чан, а где ты вчера умудрилась настолько сильно повредить ногу? — голос моей мамы ласковый, но вот взгляд… я против воли сглотнула и поняла, что даже деревянная лопаточка в умелых руках грозное оружие.

      — Это… — протянула я.

      — Только не смей врать, — улыбка Наны стала еще мягче.

      — Она упала возле нового суши-бара, — с потрохами сдала меня Киоко. — По-крайней мере мы нашли ее там внутри.

      — Тсу-чан? — лопаточка стала угрожающе хлопать по раскрытой ладони, невольно ежусь, слишком уж внушительно это у матушки получается.

      — Я и правда упала там, а Такеши притащил меня в бар своего то-сана, — мгновенно сдалась я. — Ну, а Тсуеши-сан оказал первую помощь и дал телефон позвонить. Тебя волновать не хотелось, и я позвала на помощь Киоко, благо, телефон школьного совета я знаю.

      — О, вот как! — грозный взгляд мгновенно исчезает и предо мной вновь самое доброе, светлое создание из всех, которых я знаю. — Я должна сегодня же сходить и поблагодарить их за заботу о тебе!

      — Может, не надо? — жалобно протягиваю.

      — Киоко-чан, где находится этот бар? — меня показательно игнорируют, просто-напросто поставив передо мной чашку с чаем и обращаясь к моей уже позавтракавшей подруге.

      — Тут недалеко в двадцати минутах ходьбы! — весело улыбнулась эта… эта предательница и, ехидно посмотрев в мою сторону, добавила. — Если хотите, я вас провожу, тем более я не рассмотрела того, кто по словам Еши на руках ее носил!

      — На руках? И через порог? — восторженно приложив ладони к щекам выдыхает Нана и смотрит на меня таким взглядом… а я считала, что разучилась краснеть и после того случая, когда я помогала избавиться Кириллу от клея на интересных местах, еще и смущение растеряла, но, видимо, ошибалась. — Я точно хочу с этим мальчиком познакомиться! Тсу-чан, наденешь то персиковое платье, что мы тебе купили месяц назад, а волосы…

      — Ка-чан! — возмутилась я, мысленно молясь всем святым, что моим волосам, что я смогла частично отрастить до поясницы, ничего не сделают. Почему, частично? Просто батенька посчитал, что растрепанные карамельные пряди спереди мне идут больше всего, а Нана поддержала, вот и получилось, что мне безжалостно откромсали часть волос на челку, зато остальные струились по плечам, хотя редко, обычно я их либо в хвостик, либо в косичку убирала, чтобы не мешались. Оставалось только радоваться, что гены этого тела были неплохие, а волосы густыми, косичку в мизинец толщиной моя гордость бы точно не выдержала.

      — Делать что-то сложное долго, — игнорируя мой выкрик пробормотала Нана, — хотя… во сколько говоришь, Киоко, они открываются?

      — С десяти, — мгновенно последовал ответ, что удивительно со стороны Рёхея, а моя подруга поддержала его энергичными кивками.

      — О, — быстрый взгляд на прибитые к стенке часы и мама расцветает, — тогда успеем! Тсу-чан, ешь быстрее!

      — Предатели, — едва слышно шепчу, прекрасно замечая, что они все превосходно услышали.

      — Ты что-то сказала, Тсу-чан? — мгновенно повернувшись ко мне поинтересовалась Нана.

      — Нет, ничего, — тут же мотаю головой и подтягиваю к себе поближе остывший завтрак, чувствую, от посещения суши-бара мне не отвертеться.

      Мои мысли были пророческими, стоило мне закончить пережевывать еду, как меня тут же подхватили под белы рученьки и потащили ко мне в комнату. Спустя два часа, меня, несмотря на все сопротивление, умудрились запихнуть в платье, надеть лаковые туфельки в тон (как в них забинтованную ногу засовывали отдельная песня), да еще и волосы немного накрутить. В общем, сделали все, чтобы себя вчерашнюю я стала напоминать весьма отдаленно. Нет, реально, я стала похожа на куклу! Впрочем, Киоко тоже не избежала этой участи, как и Рёхей, поэтому я чувствовала себя отомщенной, не одна мучилась!

      Стоило закончить с нашей одежкой, как и матушка сама приоделась, правда, не так уж и сильно, видимо посчитала, что хватит нас, таких нарядных. Ну, а после, нас буквально потащили к месту дислокации суши-бара, до которого я едва доковыляла. Нет, я бы дошла нормально, но не в новеньких же туфлях? Они же были совершенно не растоптаны, а у меня еще и нога в бинтах! Я вообще не представляю, как смогла доковылять до нужного места и не свалиться! Впрочем, главное, что дошла, пусть под конец пути откровенно висла на названном братце и мрачно размышляла, насколько сильно усугубится мое состояние по возвращению домой.

      — Добро пожаловать! — забегаловка встретила нас радушной улыбкой Тсуеши-сана и полностью пустым помещением. Впрочем, логично, мы вышли из дома ровно в десять, доковыляли за сорок минут, в общем, сейчас еще нет одиннадцати. Учитывая, что сегодня суббота… кто в выходной так рано по барам ползает? Вот вечером тут наверняка будет не протолкнуться!

      — Доброе утро, Тсуеши-сан, — вяло машу рукой и, походкой паралитика, доковыляв до стойки буквально растекаюсь на первом попавшемся стуле, попутно стряхивая ставшие нестерпимо тесными туфельки. — Воды!

      — Химе? — удивился он и тут же поставил передо мной стакан с водой, к которому я присосалась. — Держи.

      — Вы мой спаситель! — облегченно выдохнула я, отставив уже пустую емкость, а после почувствовала чей-то недовольный взгляд.

      — Тсу-чан, ты ничего не забыла? — прозвучал у меня за спиной голос Наны, и я мысленно хлопнула себя по лбу, чувствуя, что сейчас начнется.

      — А, прости, ка-чан! — тут же спохватилась я и, повернувшись боком, быстро произнесла. — Ка-чан, знакомься это Тсуеши-сан, именно он обработал мои боевые ранения, — поворачиваюсь к удивленному мужчине и добавляю, — Тсуеши-сан, познакомьтесь это моя ка-чан, она хотела поблагодарить вас за своевременную помощь мне.

      — Очень приятно, — улыбнулся Ямамото-старший и дальше последовал обмен стандартными любезностями, которые я благополучно пропустила мимо ушей, старательно оглядываясь по сторонам, в надежде, что мне удастся куда-нибудь ускользнуть, ну или хотя бы предупредить о нависшей над ним угрозой Такеши.

      — Ну, я сделал не так уж и много, Нана-сан, — только благодаря подавшей признаки жизни интуиции я обратила внимание на разговор, который от погоды, перешел к обсуждению конкретного происшествия, — если бы не мой сын — Такеши, я бы и не узнал, что ваша дочь упала неподалеку от моего бара. Именно он ее принес сюда.

      — Да? — от тона, которым было произнесено это слово, меня буквально передернуло. — А где ваш сын сейчас? Я хочу поблагодарить спасителя дочери лично!

      — Сейчас позову, — казалось, что Тсуеши-сан ничего не заметил, а после просто отправился внутрь здания.

      — Тсуеши-сан довольно хороший человек, — голос Наны был уже без дурашливых ноток, а взгляд на мгновение стал серьезен, зато спустя секунду, она уже хлопала в ладоши и весело улыбаясь, добавила. — Я рада, что еще не перевелись настоящие мужчины, наверняка его сын такой же мужественный.

      — Вы мне льстите, Нана-сан, — прозвучал довольный кашель и Ямамото-старший вошел назад в помещение, толкая перед собой Такеши. — Вот мой сын.

      — Какая милашка! — восторженный писк и, даже не успевшего поздороваться парнишку, начинают тискать. Взгляд, что вначале выражал лишь легкое недоумение, вскоре был полон муки и мольбы о помощи.

      — Ка-чан, — позвала я Нану, сжалилась над не знающим, куда себя деть, Такеши, — может, раз уже сюда пришли, сделаем заказ? Тсуеши-сан делает превосходные суши!

      — О, точно! — тут же отвлеклась от щечек бедного Ямамото-младшего Нана. — Тсуеши-сан, вы же не против принять заказ?

      — Конечно, а вам как первым посетителям скидка, — широко улыбнулся мужчина. — Кто что хочет?

      — Мне то же, что и вчера, — первой озвучиваю свой заказ и получаю понимающий кивок, а вот от прослушивания заказов остальных меня отвлек пробравшийся ко мне Такеши.

      — Она всегда так? — тихо уточнил он, попутно потирая пострадавшие щечки.

      — Угу, но ничего, ты привыкнешь, — покивала я и наткнулась на полный ужаса взгляд.

      — Тсуна, не наговаривай на Нану-сан! — шепотом, вмешался Рёхей, смотря, как моя матушка отправилась помогать Тсуеши-сану создавать заказ. Кстати, что странно, тот нисколько не возражал, да и вообще, было такое ощущение, что они если не знакомы, то слышали друг о друге точно. — Это только первые пару раз, потом реакция становится нормальной, — еще тише, склонившись к самому уху Такеши, поведал он.

      — А, тогда еще ладно, — облегченный вздох стал нам ответом.

      — Наши дети так хорошо смотрятся вместе! — отвлек нас от разговора восторженный возглас со стороны родителей. Медленно поворачиваю туда голову и едва сдерживаю стон, оба смотрят с таким умилением! Не чувствуй я точно, что эти слова содержат немного другой контекст, чем обычно вкладывают смотря на девочку с мальчиком, я бы покраснела. Угу, примерно так же, как Такеши, который, кажется, только сейчас заметил, что держит меня за рукав платья.

      — Действительно! — согласно покивал Тсуеши-сан, только усугубив положение своего сына, понимающе улыбнувшись на то, что тот отдернул от меня руку и спрятал ее от греха подальше за спину.

      — Такеши-кун же ходит в школу? — перед нами стали появляться тарелочки с заказом, которому мы уже даже рады особо не были.

      — Конечно! — согласно кивнул Тсуеши-сан.

      — Предлагаю отсесть за дальний столик, — едва слышно произношу, но о чудо! Меня расслышали все и спустя пару секунд, мы, провожаемые ехидными взглядами взрослых, спрятались в дальний угол.

      — Знаешь, кажется, я понял, почему ты не стала тогда звонить своей ка-чан, — поежившись, сообщил мне Такеши.

      — У каждого свои недостатки, — флегматично пожимаю плечами и, немного поколебавшись, добавляю. — К тому же, когда они говорили о том, что мы красиво смотримся вместе, они вкладывали немного другой смысл, чем ты понял.

      — Откуда ты знаешь, что я понял? — возмущенно вскинулся парень.

      — Щеки остуди, — ехидно улыбнулась я, смотря на все еще краснющего Ямамото-младшего, попутно беря палочки и приступая к самому основному — поеданию суши!

      — Да ну тебя! — обиделся он.

      — Не дуйся, Тсуна всегда такая, зато за друзей горой, — на Такеши навалился Рёхей. — Клянусь, во имя ЭКСТРИМА.

      — А? — удивленно покосился на него мальчик.

      — Кстати, ты еще не надумал поступить в мой кружок бокса? — не дал он ему опомниться.

      — А… — глаза Такеши приобретают идеально круглую форму, кажется, он сам не знает, что на подобное ответить.

      — Ни-сан, он еще даже в школу к нам не пошел, а ты его уже к себе в клуб тянешь, — справедливо заметила Киоко.

      — Не проблема, да, Тсуна? — требовательно посмотрел он в мою сторону.

      — Список документов и телефоны я уже оставила, — пожимаю плечами, огорченно осматривая уже закончившееся лакомство и принимаясь цедить зеленый чаек.

      — В общем, считай, что ты уже поступил, во имя ЭКСТРИМА, — заявил Такеши мой названный братец и нам с Киоко осталось только посочувствовать Такеши, который попал из огня, да в полымя.

      Рёхей, как бы не похуже Наны может мозг выносить, только если та чрезмерной заботой и некоторой наивностью реакций (причем, даже моя интуиция ничего в этом подозрительного не находила), то вот братишка своим боксом. В общем, мы даже не собирались вмешиваться, просто следя за тем, как один предлагает стать боксером, а другой всячески отбрехивается от подобной чести. Еще спустя пару минут, сжалившись над Такеши, мы с Киоко стали просто-напросто делиться тем, в какие ситуации мы попадали благодаря ЭКСТРЕМАЛЬНОСТИ Рёхея, а их было много. Одна подготовка к сплаву на катамаранах чего стоила! Я до сих пор от его попыток научиться плавать отойти не могу! В общем, скоро мы полностью раскрепостились и над столом зазвучал смех. Не уверена, но, кажется, ребята приняли Такеши, так же как и я, что меня радует.

      Продолжение следует…

Примечание к части

Я создала свою группу! Желающих узнавать мои планы на фф или задавать вопросы, милости просим - https://m.vk.com/club107176342.

Глава 10. Рука помощи

      Прошло меньше пяти месяцев с момента нашей встречи с Такеши, тот довольно неплохо влился в нашу компанию! Теперь он довольно часто следовал примеру Рёхея и после занятий в своем клубе шел в кабинет школьного совета, делать уроки и просто дурачиться. Кстати, с ним было достаточно весело, а главное, он больше ничем не напоминал ту бездушную куклу, что я встретила ранее. Он смеялся и улыбался больше без наигранности, в глазах пылала жизнь, правда, только среди нас, остальные такого не удостаивались, пусть он и считался душой компании. Хотя вряд ли кто-то кроме меня и Тсуеши-сана замечал это, слишком хорошо Такеши умел врать, причем в основном самому себе. Впрочем, мне было достаточно того, что я ощущала его спокойное присутствие рядом. Правда, пока мы не привлекали его к своим тренировкам, вернее, мы ему о них сказали, но он не обратил внимания. Слишком уж фантастично все звучало, но доказывать ему что-то я не стала, считая, что слишком рано. Хотя о чем рассказывать? Наши тренировки по-прежнему состояли в основном из медитаций, да попыток усилить свои тела путем ускорения чакры и бега. Все это он с радостью выполнял, но не верил в физическое проявление силы.

      Ну, а Киоко не хотела тратить ее попусту (хотя и стала серьезно интересоваться медициной), да и я осторожничала, все же чем меньше она показывает свои способности, тем меньше шансов, что кто-то о них узнает. Порой мне самой было интересно, почему я делаю все, чтобы о ее способностях никто не узнал, но ответа не было, только интуиция что-то дрожащим, неуверенным голоском шептала, а ей я привыкла верить, она ни разу меня не подводила. Вернее не так, она не подводила, если дело касалось людей, а вот в остальном барахлила. Так, к примеру, я спокойно могла спрогнозировать, куда во время тренировок мне прилетит кулак даже тренера Рёхея (про уворачивание другой разговор, но знать куда ударят я знала), но стоило меня поставить напротив простейшего тренажера, как я начинала теряться. Правда, я не особо-то и рвалась, ибо синячищи после этого оставались жуткие и не сходящие неделями, но с другой стороны, приемы показанные дедом, я старалась довести до автоматизма. Не ради любви к боям, а ради спокойствия, ибо веры в отца… хотя какой из него отец? Появляется раз в год, откупается подарками и исчезает. Ладно, он со мной так поступает, но чем перед ним провинилась Нана? Хоть бы звонил или как-то по-другому о себе знать давал! Нет же, появился на два дня и исчез на год. И как такому человеку верить? Учитывая то, что именно он привел в свое время в дом Тимотео?

      Правда, иногда у меня возникали мысли, зачем я все это делаю? Кроме постоянной слежки и сказок, что я услышала в детстве, я ничего не знала. Впрочем, едва в мою светлую головушку прокрадывались подобные мысли, я начинала ощущать, что интуиция вопит об опасности. Возможно, я бы ее проигнорировала, если бы не Тсуеши-сан, с которым в одно из посещений возвращений домой (причем, произошло оно в тот же день, когда мы с Наной сходили к Ямамото в гости) познакомился Иемицу. Нам с Такеши не удалось подслушать их разговор, но вот момент, когда нас выпроводили… я запомнила крепко. Сложно не ощутить напряжение, которое между ними буквально летало, но с другой стороны, я получила полный карт-бланш на общение с Такеши и посещения Тсуеши-сана, зато мама больше к ним не ходила. Мда… но с другой стороны это и к лучшему, теперь мне было где хранить книги на итальянском и русском, все же складировать все у Киоко с Рёхеем, было не лучшей идеей, а посвящать в свои занятия Иемицу я считала излишним. Ему хватало того, что я демонстрировала неплохие знания английского, названный братец учил немецкий, поэтому тут тоже все было схвачено, а вот два других в чужое видение мира не вписывались, но теперь плотно обосновавшись в доме Ямамото, благо, Тсуеши-сан смотрел на это сквозь пальцы. Его даже устраивало то, что я подтягиваю в языках его сына, да и… порой у меня возникало ощущение, что он рад… что это именно я? А вот что именно я, узнать мне не удалось, слишком мало данных.

      — Еши, ты тут? — в мой кабинет, вернее кабинет школьного совета постучались, причем, если слух меня не обманывает - это Такеши.

      — Заходи, — лениво откидываюсь на спинку удобного стула и отодвигаю распечатки с текстами, что мне заказали перевести. Желание что-нибудь делать нулевое, поэтому я даже рада, что меня отвлекли, да и, смотря, как внутрь просачивается мой друг, я ощущаю спокойствие, именно так его присутствие на меня действует. — Ну и что ты тут делаешь, у нашего класса вроде иностранный или я ошибаюсь?

      — Нет, ты права, — растерянно взъерошив волосы на затылке, отозвался Такеши. — Просто, то-сан просил передать тебе, что он готов утолить твое любопытство и показать свой стиль.

      — О! Здорово! — мгновенно оживляюсь я, вспоминая, что был у нас как-то разговор об этом, вернее, я как-то увидела, как он рыбу для суши режет, и задала вопрос о том, изучал ли он кендзюцу… мда… до сих пор помню его реакцию, а потом слова «Интуиция Вонголы, а я еще сомневался, точно химе». Кстати, я потом так и не смогла от него добиться, что это за зверь такой, но он был третьим человеком на моей памяти, который о моллюсках вспомнил. Именно поэтому я и обратила внимание на его бормотание. Впрочем, единственное, что я смогла добиться, так это обещание, что мне когда-нибудь покажут его умения и все, хотя на момент озвучивания вопроса я о подобном даже не думала, просто хотела научиться быстро разделывать рыбу. Причем это было месяц назад, и я уже посчитала, что он забыл, но видимо нет, однако, есть один вопрос, который требует уточнения. — Тсуеши-сан будет показывать только мне?

      — Да, то-сан говорил только о тебе, поэтому я и пришел во время уроков, — с извиняющейся улыбкой ответил Такеши.

      — Жаль, но, с другой стороны, оправдано, — киваю, почему-то у меня есть уверенность, что Тсуеши-сан просто не хочет втягивать во все это остальных, но почему я думаю так, я не знаю. Мда… кто бы знал, как я за это порой проклинаю свою интуицию! Ну, не люблю я знать некоторые вещи, особенно приступы: «не знаю почему, но я точно знаю, что это так»! Бесит! Очень бесит!

      — Он тоже так считает, — смерив меня задумчивым взглядом, отозвался Такеши. — Интересно, почему?

      — Думаю, завтра ты все поймешь, — грустно улыбаюсь, смотря на парня, который только недавно стал жить, а не существовать. — Мне кажется, тогда ты поймешь многое, даже слишком. Ну, а сейчас иди на урок, у тебя все же такой универсальной отмазки, как у меня - нет, как, впрочем, и таких же знаний чужого языка.

      — Как скажешь, — не стал он со мной спорить, однако его выдавало хмурое выражение лица, похоже, кто-то пытается понять, что я имела ввиду, и это при отсутствии достаточного количества информации! Впрочем, пусть, ему будет полезно немного подумать, авось к чему-нибудь придет.

      Дверь за моим универсальным успокоителем закрывается и я (опять же) не зная почему, довольно жмурюсь, пододвигаю к себе поближе печатные листы и включаю компьютер. Дел у меня, как у главы школьного совета, сейчас нет, зато есть время и возможность подзаработать, да и возможность зарекомендовать себя, как хорошего переводчика уже с пяти языков, тоже была не лишней. Тем более, последние пару месяцев заказов стало больше и они стали сложнее, оплачивались лучше, вот и получилось, что денег у меня за все это время скопилось неожиданно много, я могла себе позволить купить двушку в Токио, пусть и не в центре, но и не вовсе на окраине. В результате, у меня уже давно свербела мысль, что надо купить себе домишко с участком и оформить там место для тренировок, но как это провернуть, являясь несовершеннолетней, я пока понять не могла. Вернее, мысли-то у меня были, в конце концов, я могла попросить сделать это и Нану, и Иемицу, но было стойкое ощущение, что делать этого не стоит, нужно немного подождать и появится возможность все решить другим способом. Ну, а так как я все равно ничего не теряла и, самое главное, изменить ничего не могла, я решила ждать и надеяться на скорейшее разрешение проблем. Не похоже на меня, но я же могу иногда бросать дела на самотек, правда?

      Впрочем, глупо ждать ответ на заданный вопрос, время меня рассудит, главное, чтобы поздно не было. Хотя кто бы знал, как мне порой хочется просто переделать под свои нужды подвал нашего с Наной дома! Однако пока я только смогла отвоевать небольшой кусочек, где Киоко улучшает свои навыки лечения, иногда на нас, но чаще на подобранных животных. Получается это у нее неплохо, хотя после и приходится их оттаскивать в ветеринарный центр. В нем нас уже узнают и делают скидку на лечение! Ну, а главное, они согласны забирать найденных животных и пристраивать в хорошие руки, что радовало меня гораздо сильнее, все же создавать зоопарк, пусть и в частном, но своем доме, у меня желания не было, да и матушка была против. Нет, она не запрещала таскать живность, но ее осуждающий взгляд был для меня пыткой, поэтому долго никто у нас не жил, а в моменты заездов Иемицу, тот угол вообще пустовал.

      — Еши? — от печатания перевода и идущих фоном мыслей, меня отвлек голос Киоко. — Что ты делаешь, сама же сказала, что документов нет?

      — Перевожу, — пожимаю плечами и, допечатав пару слов, ставлю точку. Перевод закончен, причем, я настолько увлеклась и потеряла счет времени, что умудрилась выполнить сложнейший по местным меркам перевод с японского на русский и английский. Хм… думаю, на сегодня хватит, я и так иду с опережением графика, у меня на этот еще было два запасных дня.

      — И? — не отстает от меня подруга.

      — Сейчас, перепроверю и иду домой, — флегматичным тоном сообщаю я ей, начав быстро сверять распечатки с написанными переводами. — Завтра к Такеши.

      — Одна? — отставать от меня Киоко явно не собиралась.

      — Тсуеши-сан попросил прийти только меня, но я буду не против, если вы будете готовы прийти в любой момент, — на мгновение отвлекаюсь от проверки и поднимаю глаза на свою подругу.

      — Хорошо, — понимающий кивок и она садится на свое место секретаря, доставая какие-то бумажки. — Домой пойдем вместе, а там уж как получится.

      — Ок, — хихикнув, отзываюсь я и утыкаюсь в свою работу. Еще час проходит в тишине и спокойствии, а после я связываюсь с заказчиком и, получив расчет, отправляю заказ. Усмехаюсь и, закрыв все вкладки, с удовольствием потягиваюсь в своем кресле.

      — Ты все? — отвлеклась от чтения Киоко, вопросительно посмотрев на меня, а после, кинув взгляд в окно, в котором было прекрасно видно школьные часы. — Три часа? Да ты рано!

      — Ну, я же не на уроках прохлаждалась, — фыркаю и парочкой кликов мышью выключаю компьютер, после чего поднимаюсь и, подхватив пиджак, интересуюсь. — Ты идешь?

      — Конечно, — хмыкнула в ответ моя подруга и быстро закинула вытащенные вещи в сумку. — Идем.

      Решаю, что отвечать будет глупо, поэтому со спокойной совестью иду в сторону двери, у Киоко есть ключи, поэтому она спокойно сможет за мной закрыть. Единственное, быстрым движением достаю простенький мобильник, набираю предупреждение о том, что мы уходим немного раньше и рассылаю Рёхею и Такеши. Они сейчас на клубных занятиях, но после наверняка решат прийти позаниматься, а нас тут нет. Впрочем, они с таким же успехом могли бы и позвонить, но учитывая мою привычку забывать телефон дома… в общем, зачем мне самой себе создавать проблемы? Хотя жаль, что не удастся пообщаться с Киоко подольше, но с другой стороны, сегодня один из свободных дней, когда нет тренировок (вернее, они оставлены на нашу совесть), поэтому пусть немного погуляет без моей ехидной рожи на радаре.

      — Увидимся! — едва мы дошли до развилки, где каждый расходится в свою сторону, как Киоко прощается.

      — Угу, — машу в ответ и уже ей в спину, добавляю. — Не забудь Рёхея!

      Получаю в ответ мах рукой и со спокойной совестью иду домой, чтобы потратить полчаса на успокоение Наны, которая развела панику из-за того, что я вернулась на пару часов раньше! Можно подумать, я не могу последний день учебной недели прохалтурить, тем более, я в школу только для галочки хожу! Было бы желание, я бы с удовольствием ее закончила и получила образование в универе, но вот засада, ни гением, ни просто идиоткой, которой надоело детство, я не была. Да и закончу я, что дальше? Расстаться с друзьями? Они-то за мной не успеют, все же разница в знаниях у нас колоссальная, да и куда мне спешить? И вообще, я хочу любви и расцвета весны своей юности! А пока попадаются… нет, нормальные парни тоже попадаются, но вот проблема, это Рёхей и Такеши. Первый старший брат, а второй… тоже старший, как бы глупо это не звучало. Оба считают своей обязанностью нас с Киоко охранять и съедать мозг десертной ложкой, когда считают, что рядом с нами крутятся недостойные. Учитывая то, что танцы мы с ней так и не бросили… было пару раз, что нас пытались в темном переулке зажать после выигранных соревнований, пусть земля будет пухом этим идиотам. Я тогда впервые Такеши в ярости видела и не дай Боже увидеть вновь! Кстати, тогда же я с удивлением узнала, что тот знает пару стоек из кендзюцу, хотя серьезно им заниматься не собирался. Эххх! Скорее бы завтра, хочу увидеть в действии его отца и его танец с клинком! Наверняка это завораживающее зрелище, да и позаимствовать некоторые элементы для моих занятий гимнастикой и танцами будет можно.

***



      Несмотря на то, что вечер прошлого дня тянулся для меня дико медленно, а потом я полночи ворочалась и не могла уснуть, проснулась я бодрой и готовой к свершениям. Однако, идти рано утром в чужой дом, когда точное время никто не сообщил, я посчитала верхом наглости. Ну, в итоге, я едва дотерпела до одиннадцати часов, попутно успев сделать кучу всяких дел по дому в помощь Нане, и только после этого позвонила Киоко с предупреждением, а потом умчалась в сторону дома Такеши, надеясь, что меня все же уже ждут. Все-таки я и появлюсь у них уже ближе к полудню, да и бар они открывают к десяти, поэтому никому помешать не должна! В общем, успокоила я свою совесть быстро, гораздо быстрее, чем добралась до бара и решительным шагом туда заперлась.

      — Ты вовремя, — меня встретил спокойный, даже немного усталый взгляд Тсуеши-сана, который, судя по всему, меня ждал.

      — Здравствуйте, Тсуеши-сан, — кланяюсь и получаю в ответ усталую усмешку.

      — Не стоит, химе, — качает он головой и, выходит из стойки, чтобы закрыть бар, а после поворачивается ко мне, — идем.

      Молча следую за мужчиной, причем, не в дом, там я уже была, Такеши приглашал, а внутренний двор, который расположился за суши-баром. Вернее, я думала, что это внутренний двор, пока не оказалась там! Это не двор, это дворище! Куча старых деревьев и прячущееся в их тени додзе, в которое меня и вели. Удивленно оглядываю все это великолепие и удивляюсь своей невнимательности, у меня вообще возникает ощущение, что я ни разу не приходила в гости к своему другу, ибо ничем другим такую свою безалаберность объяснить не могу.

      — За тобой следят? — спокойный тон и небрежный вопрос, но вот взгляд напряженный.

      — Сейчас, нет, — прежде, чем ответить, тщательно прислушиваюсь к своей интуиции, только потом даю ответ. Причем, когда я говорю — нет, я имею ввиду, что даже Такеши сейчас на нас не смотрит, кажется, он вообще спит. Хотя это и странно, обычно он рано просыпается и тут же мчится тренироваться, пусть и не так фанатично, как Рёхей, но все же… в общем, странно, что в двенадцатом часу он не бодрствует, но с другой стороны, что еще делать в выходной? Это у меня шило, где не надо, а не у него.

      — Хорошо, подожди внутри, — он останавливается на пороге додзе и кивает мне на небольшое возвышение, где покоятся два запечатанных меча. Хотя, какой запечатанных? Там просто красиво перевязаны рукояти, вот и все. Впрочем, главное, что на возвышении есть небольшие подушечки, как раз, чтобы было удобно сидеть.

      — Конечно, — киваю и, только разувшись, прохожу внутрь, чтобы присесть на сидушку.

      Вскоре внутрь входит сам Тсуеши-сан, который был одет уже не в современные вещи, а в костюме камисимо*, что придавало ему некоторой серьезности, если не сказать брутальности. Он не стал ничего мне говорить, просто достал клинок и в следующую секунду я просто застыла с широко раскрытыми глазами. Я никогда не любила танцы с клинками, как громко именовались виденное мной представление в той жизни, но сейчас… сейчас я не могла отвести взгляд, то от кажущихся тягучими, плавными движений, но в следующее мгновение становившимися резкими, порывистыми. Танец жизни и смерти, вот что я перед собой видела, а воображение уже подкинуло мне подходящую мелодию, которая следовала за каждым движением стоявшего напротив меня мечника. Последний, финальный аккорд и его клинок вспыхивает голубым, а стена, напротив которой тот остановился становится мокрой, причем я могу поспорить, что вижу, как на ней вырастают кристаллики льда.

      — Ты все еще хочешь у меня учиться? — раздается спокойный голос Тсуеши-сана, который нисколько не запыхался. — Это искусство убивать.

      — Мда… а я ведь просто попросила научить разделывать меня рыбу, — обреченно вздыхаю и поднимаюсь. — Я не хочу учиться убивать, Тсуеши-сан, я хочу научиться защищать своих друзей. Однако, — мой голос меняется и я впервые за столько времени позволяю своему Пламени свободно потечь по венам и вижу, как вздрагивает стоящий напротив меня мужчина, — я буду рада, если вы разрешите использовать ваше додзе, чтобы я с друзьями могла овладеть своей силой, — я не узнаю свой голос, он стал глубже и на пару тонов ниже, но в тоже время не грубее, странно.

      — Силой? — удивленно приподнимает он бровь.

      — Эээ… — от неожиданности теряю контроль над своей энергией и честно признаюсь, — ну, я называю ее чакрой…

      — Чакрой? — вначале изумление, а потом громогласный хохот. — Я не против, но ремонт, в случае чего, будешь оплачивать из своего кармана или просить со своего то-сана.

      — Я достаточно зарабатываю на переводах, Тсуеши-сан, не беспокойтесь, — недовольно отмахиваюсь. — Только вот перевести деньги смогу только на карточку, ибо своей у меня нет и до совершеннолетия не предвидится. В другом случае, я бы себе уже место тренировок устроила.

      — Вот как, — на мгновение мужчина прищуривается, а потом кивает. — Думаю, я смогу тебе с этим помочь, как и прикрыть тренировки, но детали обговорим немного позже.

      — Такеши проснулся, — понимающе киваю, ощущая, что тот и, правда, только встал, но мое присутствие уже ощутил. Мда… интересно, почему на близких расстояниях я не могу от своих друзей скрыться? Да и в более дальних, у них просто займет больше времени мои поиски, но разыщут ведь, пусть и не сразу!

      — Именно, — согласился со мной Тсуеши-сан и отправился на выход. — Если не сложно, встреть его на кухне, где что лежит, ты знаешь.

      — Конечно, — весело улыбаюсь и в припрыжку мчусь к выходу. Похоже, дела налаживаются, теперь стоит только не упустить момент, чтобы переговорить с Тсуеши-саном и начать уже серьезные тренировки. Правда, теперь придется больше времени проводить за переводами, ибо деньги лишними не будут, зуб Иемицу даю!

      Продолжение следует…

Примечание к части

* - http://vk.com/club107176342?z=photo-107176342_390521628%2Fwall-107176342_31

Глава 11. Новые заботы

      Прошло почти два с половиной года с того разговора с Тсуеши-саном, который ожидаемо получил продолжение. К примеру, мне пояснили что то, что я назвала чакрой, тут называется пламенем, мне даже рассказали, какие виды встречаются! Причем, я уже без удивления отметила, что сказка, рассказанная мне дедулей Тимотео, приобрела определенные очертания. То, что я по незнанию приписала, как описание характеров великолепной семерки, на деле оказалось определением их сил! Впрочем, что-то мне подсказывало, что и с характерами я не сильно промахнулась, правда, пояснений своим предположениям я найти не смогла, но с другой стороны, а смысл? Найду и что дальше? Как бы это грустно ни звучало, но я не ощущала себя хозяйкой своей судьбы и дело тут было не в внезапно исчезнувшем Иемицу. Нет, я не расстраивалась, что не видела его уже полтора года, как минимум, просто ощущение подлянки не исчезало. Моя интуиция с пятой точкой нашли общий язык и упорно сообщали, что что-то близится, но вот что? Я не знала, предпочитая не вдаваться в подробности и просто заканчивать шестой класс младшей школы. Ну и заодно начать готовить себе замену, все же через пару месяцев мне придется сдавать свой пост президента школьного совета и абы кому его отдавать не хочется, хотя с другой стороны какая мне разница? Абсолютных лидеров нет, а вот из тройки самых популярных ребят (после меня с Киоко и Такеши, естественно), мне никто не нравился, но с другой стороны, за следующий год я любого поднатаскаю, главное, чтобы не стеснялись совета просить. Впрочем, даже если и будут стесняться, мне все равно, компьютер я себе уже прикупила (Тсуеши-сан был довольно любезен, когда прикрыл мои траты тем, что заплатил за помощь ему на кухне, взяв меня типа временным поваром), а остальное мне там и не требовалось.

      — Тсу-чан? — раздался вопросительный голос Наны у меня над головой. — С тобой все в порядке?

      — Конечно, — удивленно поворачиваюсь в ее сторону, не понимая из-за чего такой вопрос.

      — Да? Тогда что-то не так с завтраком, да? — расстроено уточняет она у меня.

      — Все замечательно, — удивленно качаю головой, по-прежнему не понимая к чему все эти вопросы.

      — Тогда почему ты уже двадцать минут на него смотришь и не ешь? — нахмурившись, уточняет она у меня.

      — Двадцать минут? — кидаю быстрый взгляд на часы и понимаю, что она не врет, я и правда промедитировала над полной тарелкой порядка пятнадцати минут. Стоит поторопиться, а то мои привычные занятия гимнастикой поутру накроются медным тазом. — Прости, ка-чан, задумалась, — мило улыбаюсь, кидая извиняющийся взгляд на свою матушку.

      — И о чем, если не секрет? — хитро прищурившись, уточняет у меня она, попутно в мечтательном жесте складывая руки на груди. — Неужели у тебя появился ухажер?

      — Какой ухажер с моими церберами? — взвилась я, вспоминая все попытки парней подарить мне шоколад или просто открытки на Белый День. Угу, дарить дарили, зато потом резко начинали избегать встреч со мной, причем, я даже знаю, кто в этом был виноват!

      — Неужели и правда все так плохо? — сочувствующе посмотрела на меня Нана, опуская сложенные в замок руки.

      — Хуже и быть не может, — обреченно киваю, вспоминая все произошедшие за это время случайности. — Хотя с другой стороны, значит, все встреченные мной парни слабаки, испугались ни-сана! Да и Рёхей уже в средней школе, а шугаются, как прежде.

      — Все с тобой понятно, — рассмеялась мама. — Однако, может ответишь, о чем же ты так долго думала?

      — Тсуеши-сан купил соседний со своим двором дом и хочет сделать из него гостевой домик, — с самым невинным видом пожимаю плечами, благоразумно умалчивая, что тот не просто купил, а еще пробив по своим каналам, смог оформить в подвальном помещении неплохую тренировочную площадку.

      Правда, не очень большую, меньше даже нашего школьного спортзала, точнее квадратов двести (она и под его участком проходила), плюс потолок около десяти метров, зато все сделано было с тройным запасом прочности… хотя я промолчу, как мне пришлось работать, чтобы наскрести нужную сумму. Впрочем, не только мне, я умудрилась припрячь к этому делу и своих друзей, благо, простейшие переводы они делали достаточно успешно, сказывалось общение со мной. Нет, я без проверки их не отсылала, да и давала им не самые дорогие заказы, но это тоже разгружало мне время, позволяя заниматься наиболее денежными. Однако, повторять этот подвиг я ни за какие коврижки не хочу! Я на потраченные на покупку и ремонт деньги могла купить себе квартиру в центре Токио, причем квадратов на пятьдесят, больше по нынешним ценам я бы не вытянула. Впрочем, я не жалею, это того стоило. У нас теперь есть место, где мы спокойно можем тренироваться с пламенем. Хотя меня это не спасет, несмотря на все попытки, я так и не смогла им сделать ничего кроме усиления и ускорения тела, да я даже к стене прилипнуть не могла!

      Хотя ради приличия, стоит уточнить, что ходить по стенам не умели и остальные, а Тсуеши-сан вообще посоветовал поменьше мангу читать и просто стал обучать меня кендзюцу (пытался и Такеши, но тот встал на смерть, считая, что это не его, хотя в остальных тренировках принимал участие с большим удовольствием). Правда, несмотря на все его старания, это не принесло никаких успехов, оружие мне было давать просто самоубийственно, зато с ножами я справлялась легко! Хотя опять же, только при готовке, в любом другом случае они становились оружием массового поражения, либо я просто калечила сама себя. В итоге, меня начали натаскивать на гибкость (после танцев это было не так уж и сложно) и умение уворачиваться от ударов, это у меня получалось легко, и теперь я даже могла попытаться ударить в ответ. В самом начале я чисто интуитивно метила в слабые места, а чуть позже и выучив (ну и кое-что вспомнив с занятий с дедом из прошлой жизни) слабые точки организма. Ну, а самым главным своим достижением я считала то, что теперь я не пугалась оружия в чужих руках. Нет, я не дралась с якудза, вместо них выступал Тсуеши-сан, который учил не теряться, когда видишь в чужих руках клинок, будь это катана или нож. Свои плюсы от этого были, хотя я за эти пару лет забыла, когда последний раз отдыхала. Ну, а теперь еще придется участвовать в обустройстве, все же там только отделку завершили, а вот обставить десяток комнат и кухню на двух наземных этажах придется отдельно.

      — Ну хочет и что? — явно устав от ожидания, так и не последовавшего от меня продолжения, уточнила Нана. Ну, а мне осталось только мысленно перекреститься и начать подбирать слова, чтобы не наврать, но и полной правды не рассказать.

      — Тсуеши-сан просил меня помочь с оформлением комнат, — мило улыбаюсь. — Ну, там обои, занавески и т.д. и т.п. — фыркаю я. — В общем, я у него дизайнером побуду, вместе с Киоко, все равно завтра-послезавтра выходные.

      — А остальные? — весело рассмеявшись, уточнила у меня матушка, задорно сверкая глазами.

      — Рёхей и Такеши тоже там будут, — согласно киваю, — но они будут на подхвате, а мы будем ходить и выбирать.

      — Хм… после школы? — уточнила у меня Нана, добродушно смотря, как я запихиваю в себя остатки завтрака.

      — Угу, — согласно киваю. — Кстати, ка-чан, я бы хотела у тебя попросить… — нерешительно замолкаю, не зная, как оформить свою просьбу и не напороться на отказ.

      — Говори уж! — требовательно посмотрела она на меня и даже притопнула ногой, хотя из-за мягких тапочек, что она носила дома, выглядело это не слишком внушительно.

      — Ну, мы хотели завтра сходить полюбоваться сакурой… — издалека начала я, немного опасаясь, что меня никто никуда не отпустит, все же я еще официально маленькая, хотя и умненькая.

      — Замечательная идея, я приготовлю еды для пикника! — восторженно захлопала в ладоши Нана, а после нахмурилась и недовольно добавила. — Только вот я сегодня вечером еду в соседний город и вернусь не раньше, чем в понедельник.

      — Зачем? — Искренне изумляюсь, поднимая на нее глаза, на моей памяти матушка впервые куда-то выезжает и оставляет меня одну. — И почему я это узнаю только сейчас?

      — Прости-прости! — мягко улыбнулась Нана. — Просто недавно звонил твой то-сан и просил кое-что забрать из банковской ячейки.

      — А, так он еще не помер? — тихим расстроенным тоном бормочу себе под нос и поднимаюсь, чтобы убрать грязную посуду. — Жалко.

      — Ты что-то сказала, Тсу-чан? — со спины повеяло угрозой, и я осторожно повернулась, чтобы увидеть разгневанную маму, судорожно сглатываю и стараюсь придумать, чем ее отвлечь.

      — Я говорю, что ты же не будешь против, если мои друзья у нас переночуют? — стараюсь придать взгляду как можно больше невинности, попутно ища пути к отступлению, если отвлечь ее не удалось. Выходило слабо, единственный выход перекрывала Нана.

      — Рёхей-кун и Киоко-чан? — уточнила мгновенно успокоившаяся мама и задумчиво посмотрела в сторону холодильника. Мда… а вот про пропитание я как-то не подумала.

      — Еще Такеши, а то он обидится, — тут же дополнила я список возможных гостей, тоже начиная гипнотизировать вместилище пищи и мысленно составляя список возможных покупок.

      — Я не против, заодно мальчики за тобой присмотрят, — согласилась со мной Нана, слишком довольная для человека, который хотел бы отговорить свою дочь от глупостей. И вот почему у меня такое ощущение, что она надеялась, что я предложу именно такой вариант? — Может, вообще у Тсуеши-сана заночуете, а я ему позвоню?

      — Согласна! — тут же закивала, ибо этот вариант крутился у меня в голове, но озвучить его я побоялась, а вдруг решит, что я кому-то навязываюсь? Или, не дай Боже, посчитает, что я с Такеши парочка? Нет, парень он хороший, но воспринимается мной только, как брат, причем за исключением лица, близнец. Кто ж нормальный влюбляется в своего собственного брата? Уж точно не я! Я даже на Рёхея, как на мужчину смотреть не могу и в этом виновата далеко не его ЭКСТРЕМАЛЬНОСТЬ.

      — Хорошо, тогда я позвоню тебе часа в четыре, чтобы сказать, договорилась или нет, — покивала Нана, а я отправилась уже, наконец-таки, вымыть эти злосчастные чашки, что держала в руках.

      — Зачем звонить? — удивилась я, мысленно просчитывая, каковы шансы, что я не поставлю в школе мобильный на бесшумный режим, выходило, что они не слишком-то и большие, если не сказать круче — нулевые. Я все же сегодня буду немного занята, ибо про важность выбора себе замены, мне уже все уши прожужжали. В общем, велика вероятность, что сегодня я буду немного занята и отвлекаться на телефон не смогу. — Приду, скажешь.

      — Я уеду до пяти часов, поэтому мы можем и не встретиться, — оповестила меня мама.

      — Ладно, — недовольно поморщившись, отзываюсь я. Нет, я не боялась оставаться одна или ночевать у своих друзей, но мне не нравилось то, что Иемицу что-то забыл и потребовал забрать это Нану, слишком уж странно. Да и интуиция, что-то вякает, пусть и слабо.

      — Вот и хорошо, Тсу-чан, а сейчас беги в школу, — весело улыбаясь, напутствовала меня матушка, а я оглянулась на часы и мысленно взвыла, опаздываю, минимум на десять минут! Придется побегать!

      — Я ушла! — выкрикиваю, прежде чем захлопнуть входную дверь и кинуться прямиком в школу. Нет, меня никто не станет ругать, ибо один раз за пять лет опоздать не критично, но не хочу подводить и так пошедшего мне на встречу сенсея.

      К своему изумлению, я успела вовремя, и меня даже никто не запалил за недостойным главы школьного совета занятием, иначе говоря, быстрым бегом по улицам. Благо, физическая форма у меня была хорошая, и я смогла не только вовремя добежать, но и восстановить дыхание перед тренировкой. Ну, а после я окунулась в привычную школьную круговерть, чтобы часа в два оказаться в кабинете завуча, который сунул мне пять папок с досье на учеников, которые решили себя выдвинуть на роль президента школьного совета. Забрала их и, вернувшись в свое царство бумажек, где меня уже ожидала Киоко, начала их изучать. В итоге мы с ней настолько увлеклись обсуждением кандидатур, что обещанный звонок от Наны, застал меня врасплох, хотя и порадовал тем, что ничего из запланированного не отменяется. Это хорошо, а то не люблю менять планы.

      — Нана-сан что-то хотела? — стоило мне закончить общаться по телефону с матушкой, как Киоко тут же задала вопрос, попутно поднимая на меня задумчивый взгляд, сразу видно, что она что-то обдумывает. Похоже, кто-то решил добросовестно выполнить повешенное на нас задание. Эххх! Мне даже как-то стыдно становится за свой пофигизм и откровенную лень!

      — Сегодня и завтра, возможно послезавтра, я ночую у Такеши, — довольно сообщила я, откидывая все ненужные размышления прочь, в конце концов, не мои проблемы, если другие ученики выберут на мое место идиота, в крайнем случае, скажу об этом завучу или директору, пусть сами выкручиваются и ищут замену. — Ка-чан уезжает в город. Не хотите присоединиться? Будет определенно весело!

      — Хм… думаю, если я скажу, что мы с ни-саном и тобой вместе там будем, меня отпустят, — согласно кивнула моя подруга. — Заодно приведем в порядок хотя бы одну комнату! А то голые стены, даже обоев нет, про пустой, а главное, отсутствующий холодильник, вообще молчу.

      — Зато есть футоны, да и Тсуеши-сан вряд ли будет против, если мы то здание оккупируем, надо будет только продуктов побольше купить, вот и все, — добавила я, ощущая какое-то непонятное, иррациональное чувство счастья. Почему-то мне показалось, что сегодня случится что-то незабываемое, причем незабываемо-хорошее! Интересно… очень интересно, у меня такое настроение давненько не появлялось, да и интуиция больше о проблемах предупреждает, чем о чем-то действительно хорошем.

      — Еще бы, дом-то твой! — фыркает Киоко.

      — Ну, не совсем, — качаю головой, оформлен-то он и правда не на меня, — хотя ты права, куплен он был для меня.

      — Значит, заканчиваем разбираться с кандидатами и к Такеши? — хитро уточняет моя подруга, картинно взвешивая на руке пару папок с досье. Хотя могла и не стараться, все же мы не в полиции работаем, а в школе учимся и каждая папка на три-четыре листа, поэтому смотрится не слишком внушительно. Зато полностью передает наше настроение, а главное, нежелание заниматься такой ерундой, все равно мы никому из них предпочтение отдавать не будем… ну, я по крайней мере точно.

      — Да, мы вроде уже все обсудили, — хмыкаю и добавляю. — Назначим выборы на среду, как раз времени хватит со всеми согласовать и распечатать бланки, а там пусть сами выбирают. Главное еще не забыть, что секретарь ребятам тоже будет нужен, причем желательно на год младше главы.

      — Я беру на себя документы, общение с людьми на тебе, — мгновенно сориентировалась Киоко, попутно спихивая на меня самую неприятную часть работы. Эхх! Чувствую, придется побегать!

      — Как скажешь, — не стала я спорить. — Тогда я сейчас пойду болтать с классными руководителями этих ребят, потом пойду, уточню расписание занятий и в понедельник вызову их на общение.

      — Вали-вали, — помахала мне ручкой моя подруга, а мне оставалось только тяжело вздохнуть, ведь раньше такая милая девочка была! Еще один усталый вздох и я направляюсь на поклон к учителям. Благо, те меня знали и не то, что бы любили, но за знания и выигрыши в разных олимпиадах во славу школы - уважали. Да и вопросы я задавала не слишком уж и сложные.

      Продолжение следует…

Глава 12. Одноклассник Рёхея

      Закончив свои дела в школе, я, распрощавшись с Киоко, которая умчалась немного раньше нас, и прихватив Такеши, отправилась прямиком ко мне домой. Учитывая то, что Нана пообещала приготовить мне еды на пикник и вообще озаботиться моим пропитанием на парочку ближайших дней, носильщик мне пригодится, причем даже так нам не одну ходку делать придется. Хотя… придя в дом и оценив забитый доверху холодильник, я поняла, что все мы не оттащим, хотя бы из-за того, что нам ставить все некуда! Эхх! Накрылось мое желание выключить все электроприборы в доме, холодильник по любому придется оставить. Правда, как мне подсказывает опыт, наготовленного может и не хватить, особенно если мы плотно возьмемся за ремонт и времени готовить у нас не будет. В конце концов, трое мужиков, плюс мы с Киоко, а мама готовит вкусно, значит на сегодня-завтра этого хватит, а вот потом придется что-нибудь придумывать. Впрочем, оно и к лучшему, можно будет попрактиковаться на кухне у Тсуеши-сана, а то Нана меня на кухню пускать не любит, хотя и признает, что готовлю я неплохо.

      — Еши, только не говори, что нам надо все это перетаскать, — со священным ужасом заглянув мне через плечо, простонал Такеши.

      — Не все, — согласилась я и, увидев, как он облегченно вздохнул, невинно добавила, — часть мы съедим сейчас, чтобы потом ни на что не отвлекаться.

      — А, ну, тогда ладно, — рассмеялся мой друг, ероша волосы на затылке, но после посмотрел уже серьезно, интересуясь. — Издеваешься?

      — Есть немного, — кивнула я. — Однако, перетащить придется все, желательно за один заход.

      — Хм… тогда предлагаю отнести твои вещи, ты же немного их возьмешь? — с опаской посмотрел на меня Такеши и, получив мой утвердительный кивок, продолжил. — Потом берем тележку и перетаскиваем все остальное ко мне, правда, я не уверен, что у нас все поместится.

      — Угу, а я в это время перепроверяю электроприборы и остальное, — соглашаюсь я. — Насчет поместится — не поместится не сомневайся, уже сегодня вечером, после работы часть в наших желудках осядет, будь уверен. Ничто так не разогревает аппетит, как совместная работа.

      — Мы же сегодня вроде только отбирать обои идем? — хмыкнул Такеши.

      — Ну, не совсем, — качаю головой, — хотя это основное, мы вообще разделимся.

      — То есть? — заинтересованно посмотрел в мою сторону парень, пока я торопливо раскладывала и грела наш ужин.

      — Кухонный гарнитур мы выбрали еще на прошлой неделе, нам даже замеры сделали, осталось только оплатить, — пожимаю плечами, ставя перед своим другом полную тарелку. — После прикупить холодильник, вытяжку и плиту заданных размеров, с этим пообещал разобраться твой то-сан. Ну, а мы с Киоко идем заказывать обои и краску, ни-сан и ты пойдете покупать спортивный инвентарь, впрочем, — с громким щелчком разъединяю палочки и продолжаю, — без фанатизма, деньги, конечно, не проблема, но кучу барахла покупать не надо, тренажерный зал у нас строго заданных размеров и я думаю сделать его на первом наземном этаже.

      — Ты про ту комнату, что имеет выход в наш внутренний двор? — заинтересовался Такеши и, покачав головой, добавил. — А я еще удивлялся, зачем там две душевые кабинки.

      — Угу, она недалеко от остальных, но в тоже время не вплотную к кухне, да и проветриваемость у нее будет неплохой, — пожимаю плечами и убираю грязную посуду, мгновенно начав ее мыть. Ну, вот не могу я оставить грязные чашки в раковине! Сразу нехорошие ассоциации вылезают. — К тому же от вас будет удобно туда заходить, а для чаепитий можно использовать беседку напротив выхода из кухни.

      — Она у всех на виду, — недовольно поморщился мой друг, который с удовольствием стал цедить чай и заедать его какими-то печенюшками.

      — Не у всех, только у тех, кто любит через полутораметровые заборы заглядывать, — мне остается только хмыкнуть на такое заявление, похоже паранойя передается воздушно-капельным путем. — Да и я тут покопалась в интернете и решила пустить по ней виноградные лозы, а по излишне дырявому забору розы-вьюшки.

      — Это сколько они расти-то будут? — фыркнул на мое заявление Такеши.

      — Если корешки немного простимулировать, что Киоко пообещала сделать, то за пару месяцев оплетут, — пожимаю плечами, без зазрения совести выдавая обнаруженный нами побочный эффект от Пламени Солнца, каким владели мои друзья. — Правда, цвести начнут не сразу, да и подкормки придется проводить почаще, но это не такая уж и большая цена.

      — Вижу, ты все продумала, — улыбнулся мне мой друг, а я вновь ощутила, что на душе царит полнейшее спокойствие, все тревоги прошедшего дня, как будто исчезли. — Идем?

      — Сейчас, только вещи упакую, — мгновенно спохватилась я, буквально улетая в свою комнату и уже оттуда, крича. — Такеши, проверь, везде ли все закрыто и выключено!

      — Ха-ха, как скажешь! — донеслось до меня приглушенно с первого этажа и я уже ни о чем не раздумывая, кинулась собирать необходимое.

      Впрочем, особо много мне брать и не требовалось, я же всего-то на пару суток туда иду, а не на месяц. Правда, стоит взять кое-что из старых вещей, ибо в остальном будет жалко ремонт проводить. Кстати, я вообще была против делания ремонта своими силами, хотела, чтобы как и нижние этажи, все профессионалы своего дела сделали. В итоге, так сделали только в ванных и кухне, все остальное ребята потребовали сделать самостоятельно. Мда… я уже сейчас предвкушаю, сколько мы возиться будем! Хотя кто мне мешает немного подождать, а уже после все сделать так, как я изначально хотела? Никто, заодно покажу, что чужое мнение я ценю.

***



      В общем, после того, как мы с Такеши проверили весь дом на все ли выключено/закрыто, я под его присмотром отправилась к ним домой, где нас уже ждал Рёхей и Киоко, которые мгновенно прониклись проблемой перетаскивания продовольствия и помогли перетащить все за еще одну ходку. Правда, Тсуеши-сан, когда увидел гору готовых и полуготовых продуктов только потрясенно покачал головой. Все закономерно в холодильник не поместилось, но это никого уже не расстраивало, мы как-то слишком быстро сошлись во мнениях, что после шопинга сил готовить не будет и мы найдем этим запасам применение.

      Поход в торговый центр… был обычным, мы пришли, разделились, каждый отправился закупаться по своему списку, причем, я изначально сообщила, что у нас на все про все не больше четырех часов. Благо, мы до этого уже тут были, как раз присматривали все необходимое, поэтому с этой стороны проблем не было, как и с заказом продукции. Единственный, кто выделился, так это Рёхей, который сообщил, что доберется домой отдельно, ибо ехать в такси ему тесно, а второе брать он не хочет, да и вообще вдруг заделался в любителей природы. Возражать никто не стал, тем более к его заскокам мы уже привыкли, поэтому назад ехали в несколько урезанном составе, решив просто дождаться нашего братца и только потом ложиться спать. Хорошо хоть тренировки с Пламенем дали кое-какие бонусы, теперь мы были гораздо выносливей остальных и легко переносили по пару суток бодрствования, без особых последствий для организма, но все же шутить с этим мы опасались. Организм вообще штука сложная. Ну, а пока еще даже сутки не прошли, мы просто обживали одну из ближайших комнат в особняке, старательно распаковывая новенькие футоны и обменивались колкостями с вызвавшимся разделить с нами трудности первой ночевки Такеши.

      — Еши, Киоко! — наши неспешные обсуждения того, что мы будем делать первым, прервал срывающийся голос Рёхея и хлопок двери. Быстро подхватившись, мы выскакиваем из комнаты, чтобы увидеть… Сасагаву-старшего, который тащит на своих плечах окровавленного черноволосого подростка, большего разглядеть не удается, но чувство родства… похоже, очень похоже и почти позабыто! Я хочу увидеть его лицо, а не только надетую на него форму, которую я определенно знаю! Рёхей носит последние месяцы такую же! Одноклассник или просто знакомый?

      — Ками-сама, что с тобой, ни-сан? — из ступора меня выводит голос Киоко и я резко встряхиваюсь, пламя запертое внутри меня оживает и буквально рвется к висящему на плечах братишки парню. Я просто обязана ему помочь!

      — Несем в ванную, — голос мгновенно изменяется, приобретая уже привычную глубину и становясь на пару тонов ниже, но восприятие сейчас гораздо ярче, что-то изменилось, я вижу это по глазам вскинувшегося Рёхея, но разбираться буду потом. Момент, когда я оказываюсь вплотную к братишке и притащенным им парнем, я пропускаю, но вот подхватываю его с другой стороны, я вполне осознанно, а после командую. — Пошли, ни-сан. Киоко, аптечка. Такеши, поможешь его раздеть, нужно осмотреть раны.

      — Есть! — хором отвечают ребята и вокруг начинается движение, вскоре мы оказываемся в ванной и начинаем освобождать парня от рванной, окровавленной одежды. В уголке сознания появляется мысль, что одежка восстановлению не подлежит, похоже на парне целыми остались только трусы и носки с туфлями. Не густо. Впрочем, после того, как мы осторожно смыли с него кровь, даже то, что осталось целым, можно было смело в утиль выбрасывать.

      — Киоко? — коротко уточняю у единственной, кому легко удается латать чужие раны. Нет, Рёхей тоже может, но дольше, тяжелей и главное остаются неприятные шрамы, которые после сводит все та же Киоко. Вообще братец показал себя, как человек, который излечит любую рану у себя, но к другим его лучше не подпускать, зато со своею сестрой могут свободно объединять усилия. Вернее, он может передавать ей свое пламя, а она уже использует его как надо. Удобно, тем более, Рёхей восстанавливается быстрее, мне порой вообще кажется, что он постоянно в режиме, что дарует Пламя. Я так, к примеру, не могу.

      — Ножевая на правом боку, но печень не задета, за десять минут закрою, — коротко отозвалась Киоко. — Еще множество менее опасных ранений и гематом, но на них меня не хватит, даже с помощью ни-сана.

      — Действуй, — согласно киваю я, но моя подруга меня уже не слушает, просто прикладывает руки к чужой ране и сосредотачивается. Вскоре, та перестает кровоточить и начинает постепенно уменьшаться, зато Киоко в противовес бледнеет и начинает тяжело дышать. Придерживающий ее за плечи Рёхей, который щедро отдает свое Пламя, спасает ситуацию не сильно, все же у каждого есть свой порог выносливости, моя подруга его практически достигла. Кидаю на нее тревожный взгляд, а после на рану, от которой остался длинный разрез, уже не опасный и не кровоточащий, мгновенно принимаю решение. — Хватит. — Кладу руку поверх ее. — Ты сделала все, что смогла, иди отдыхать, об остальном мы позаботимся сами.

      — Но… — попыталась она возразить, только вот меня не проведешь, я прекрасно видела, что она облегченно вздохнула.

      — Иди, — непререкаемым тоном заявила я и кинула выразительный взгляд на Рёхея, который просто кивнул и, подхватив сестру на руки, вышел из ванной, что показательно, ее возмущенный лепет он не слушал.

      — Такеши, перекись, бинты, медицинский клей и мазь от ушибов, — коротко скомандовала я.

      — Вот, — передо мной легла открытая медицинская сумка, где было все выше указанное.

      — Придержи, — киваю на бессознательное тело, что полулежало в ванной.

      Дожидаюсь, когда он его немного приподнимет и начинаю обрабатывать порезы, которых было не то, чтобы много, но достаточно. Правда, в основном на руках, хотя парочка была и на ногах. Попутно, мимоходом, отмечаю довольно развитую мускулатуру парня, аххх, эти кубики! В этот момент мне показалось, что внутри меня живут два разных человека: один, спокойно и сноровисто обрабатывал чужие раны, обмазывал синяки и заклеивал слишком длинные ранения, после накладывая повязки; зато второй, получал искреннее эстетическое удовольствие, смотря на не по возрасту развитое тело. Мда… хорошо хоть чисто эстетическое, будь иначе, мне бы пришлось в психушку записываться.

      — Я закончила, — критично оглядываю получившуюся мумию в мокрых труселях. — Такеши, ни-сан, переоденете его? И, кстати, кого его?

      — Это мой одноклассник — Хибари Кея, — буркнул Рёхей, который все это время стоял немного в стороне, стараясь не вмешиваться в процесс лечения. — И, конечно, переоденем, только во что?

      — Понятно, — киваю, хотя, честно-то говоря, ни черта не понимаю. — Твои вещи должны подойти, ни-сан.

      — Точно! — хлопает кулаком об раскрытую ладонь Рёхей и исчезает из ванной, чтобы спустя мгновение появиться там вновь, уже таща чистые вещи.

      — Я пойду, возьму у Тсуеши-сана еще один футон, — хмыкаю, смотря на явно замявшихся парней и выхожу из ванной, чтобы оформить еще одно спальное место и мне удалось справиться с этим даже до того момента, как мои друзья втащили в комнату так и не очнувшегося парня. Благо, отец Такеши не стал задавать ненужных вопросов, а возможно просто видел, кого и в каком состоянии притащил Рёхей. Он не просто выдал мне футон, но и помог его принести в нашу общую комнату, где уже спала вымотанная Киоко, а после ушел назад, не забыв пожелать мне спокойной ночи.

      Пришлось признать, что у него есть чувство юмора, ибо ночью, когда все наконец-таки угомонились и легли на свои места, мне особо не спалось, все мои мысли занимал внезапно появившийся парень. Он был странным, но довольно красивым, хотя и начавшие проявляться синяки сделали его пятнистым, зато лицо… вроде похоже чем-то на стандартного японца, но не совсем. Хотя почему-то мне хочется увидеть его глаза, мне кажется, что они должны быть серыми и спокойными. Однако, его сила ощущается мной, как всесокрушающий вал, у него нет границ и она может разрастись в любом направлении. Странно, но несмотря на это, рядом с ним мне спокойно, не так как с Такеши или Рёхеем, но очень близко к этому. Да и мое Пламя среагировало вполне однозначно, буквально потребовав к нему внимания. Устало вздыхаю и заставляю себя погрузиться в медитацию, чтобы с первыми лучами вскочить и тут же отправиться на кухню Тсуеши-сана, чтобы сообразить для себя с ребятами перекус.

      — Давай помогу, — спокойно предлагает мне незаметно зашедший на кухню отец Такеши. — Где накрывать собралась?

      — Беседка, — смущенно улыбаюсь, с благодарностью принимая помощь, все же неудобно нести пузатый горячий чайник с кучей чашек и одновременно тащить разогретые мамины гамбургеры, которых со вчерашнего дня осталось немало.

      — Кого вчера притащили? — забирая тяжеленный поднос и пропуская меня вперед, чтоб я открывала перед ним двери, уточнил Тсуеши-сан.

      — Одноклассник ни-сана, — пожав плечами, негромко отзываюсь я.

      — Понятно, — больше вопросов он не задает и, поставив поднос со снедью в беседке, просто разворачивается и уходит. Ну, а мне остается только ждать, когда остальные проснутся. Правда, я внезапно увидела, что на крыше беседки сидит небольшая желтая птичка, к которой подкрадывается соседский кошак. Естественно я поднялась и попыталась согнать обоих, но те меня с королевским величием проигнорировали, пришлось лезть по одной из наружных стен наверх. Кстати, я сама не знаю, зачем туда полезла! Особенно если учитывать то, что утром было много росы и доски были откровенно скользкими, упасть с них было проще простого.

      — Что ты делаешь, травоядное? — холодный голос снизу и я срываюсь, автоматически переворачиваясь и стараясь сгруппироваться в воздухе, чтобы приземлиться на ноги, только вот… понимаю, что не успеваю. Нет, перевернуться я смогла, даже заметить, что внизу стоит вчерашний спасенный и сверкает серыми, отливающими сталью глазами, но это и все. Зажмуриваюсь, ожидая удара об землю, ибо веры, что меня поймают нет, как и шансов, что тот не уберется с пути моего полета, по-крайней мере, я бы точно отскочила. Однако, удара не следует, наоборот, я приземлилась очень мягко, а главное мои губы коснулись чего-то теплого и… опять же мягкого.

      — Хороший кадр, — раздается голос Киоко со стороны дома, и я открываю глаза, понимая, что валяюсь на Хибари, плюс целуюсь с ним едва ли не в засос, но! Он без сознания! Дико краснею и вскакиваю, стараясь привести парня в сознание, но ничего не выходит.

      — Неужели я такая страшная, что от поцелуя со мной теряют сознание? — горестно спрашиваю подругу, которая неторопливо убирает мобильный телефон в карман домашних штанов. Ответа не получаю, надо мной просто хохочут. Эхх! Не так я представляла себе свой первый поцелуй! Совершенно не так!

      Продолжение следует…

Глава 13. Возможные проблемы

      Впрочем, долго предаваться самокопанию я не стала, нужно было еще нашего болезного поднимать и приводить в порядок, к тому же мне не нравилась его реакция на мое падение. Ладно, он отскочить не успел, но потерять сознание? Ну, допустим, это из-за того, что он вчера много крови потерял и у него слабость, но все равно! Он целую ночь восстанавливался, поэтому странно, что от удара об землю Кея отрубился, у меня вообще ощущение, что у него как минимум легкое сотрясение. В совокупности с сильной потерей крови оно могло дать такой результат. Правда, в таком случае удивительно, что он вообще смог подняться незамеченным, хотя…

      — Киоко, а ты почему вышла? — поворачиваюсь к с любопытством смотрящей на мои телодвижении подруге.

      — Услышала, как принесенный ни-саном одноклассник встал, — пожала она плечами, но тут раздался короткий мявк и рядом грохнулся давешний кот, который мгновенно дал деру.

      — Хибари! Хибари! — раздается у меня над головой и, подняв туда взгляд, вижу тот желтый комок перьев, из-за которого все началось. Тот, продолжая чирикать, садится мне на голову и немного покопавшись, устраивается там, с явным намерением сидеть так и дальше.

      — Мда… видимо, это его живность, — устало вздохнув, заключаю я переглянувшись с Киоко, но даже не пытаюсь согнать пернатого, что воспылал ко мне неземной любовью.

      — Вероятнее всего, — соглашается моя подруга.

      — Киоко, помоги дотащить его до беседки, — попросила я и тут же, смотря, как она ко мне подходит, добавляю. — Кстати, ты не помнишь, у него гематомы на голове были?

      — К чему вопрос? — с пыхтением помогая мне поднять парня, уточняет моя подруга.

      — Не нравятся мне его обмороки, — честно отвечаю я и, заметив ее ехидный взгляд, поморщившись, добавляю. — И мой неудавшийся первый поцелуй тут не при чем!

      — Ну-ну, так я тебе и поверила, — хихикнула в ответ Киоко.

      — Что за первый поцелуй? — тут же раздается голос Такеши.

      — Мне тоже ЭКСТРЕМАЛЬНО интересно! — вторит ему голос Рёхея и у нас буквально отбирают бессознательную тушку Хибари, затаскивая в беседку и сгружая на ближайшую скамеечку, после чего теряют к нему всякий интерес и поворачиваясь к нам, попутно хватая гамбургеры со столика.

      — Вот, — моя подруга не стала ломаться и тут же достала мобильный, немного повозилась с ним, а после протянула его парням. Пара минут молчания, когда они смотрят вначале на экран, а после на сгруженного на скамеечку парня, а Такеши так вообще едва не подавился откушенным куском, а потом они оба отложили гамбургеры и я буквально ощутила, как воздух в беседке стал накаляться. Взгляды, которыми они одаривали бессознательного Кею, стали в буквальном смысле убийственными, причем это почувствовала даже Киоко, благоразумно скрывшись за моей спиной и выглядывая оттуда. Впрочем, опасность почувствовала не только она, лежащий в бессознанке парень тоже зашевелился и открыл глаза.

      — Травоядные! — не будь голос таким слабым, он бы был грозен, а так… ну, так холодные нотки в нем определенно не котировались, хотя взгляд сверкал достаточно воинственно, но попыток подняться он даже не предпринимал.

      — Хибари, а я тебе ЭКСТРЕМАЛЬНО верил! — огорченно заявил Рёхей, тряся рукой с мобильным. — Как ты мог?!

      — Согласен, — тут же кивнул Такеши, начиная хмуриться, а вот не шевелящийся Кея начал раздражаться и я буквально кожей чувствовала, как пламя в нем начинает закипать, а его откровенно хреновое состояние перестает его волновать.

      — Ребят, Кея не виноват, это я на него свалилась, — понимаю, что еще немного и прольется кровь, причем, если я правильно поняла то, как он слегка поменял положение и напружинился, не обязательно Хибари. Да и не нравится мне, что я внезапно ощутила возросшее внимание к нам сквозь забор. Нет, троих я знаю, это наблюдатели Иемицу, а вот еще парочка, была явно лишней и они только сейчас обратили внимание на меня, до этого они смотрели только на Кею и я их банально не замечала. Впрочем, так бы продолжалось и дальше, но их враждебные намерения коснулись конкретно меня и интуиция взвыла, против обычного дребезжания на краю сознания.

      — Хибари! — подтвердила мои слова птичка и захлопала крыльями у меня на голове.

      — Еши? — повернулся ко мне Такеши, явно требуя полного отчета. Мысленно обреченно поднимаю глаза вверх, ибо я ненавижу, когда они включают режим старших братьев, но сейчас споры ни к чему.

      — Пернатое, которое свило гнездо у меня на голове, сидело на крыше беседки и на нее охотился кот, — поясняю я. — Спугнуть их криком не получилось, кидать камни я посчитала излишним, к тому же они могли спланировать на наш завтрак, — киваю на стол и продолжаю. — Вот я и решила забраться по стенке беседки, но она оказалась скользкой и когда Кея появился внизу, назвав меня травоядным, я дернулась и поскользнулась. Развернуться в воздухе мне удалось, но я не рассчитывала, что меня захотят поймать. Ну и вот… — невинно шаркаю ножкой и киваю на телефон.

      — Я в тебе никогда не сомневался, Хибари! — мгновенно изменил свое отношение Рёхей и кинулся к нему обниматься, причем, его не останавливали, ни бешеный взгляд, ни попытки сопротивления. — Спасибо, что спас мою имото!

      — Ха-ха! Согласен с семпаем, спасибо, что поймал Еши, а то она бывает дико неуклюжей, — мгновенно начал улыбаться Такеши.

      — Это он тебя поймать пытался, да? — ехидно прошептала мне на ухо Киоко.

      — Тебе хотелось увидеть тут бойню? — пользуясь тем, что внимание от нас отвлечено, осторожно уточняю я у подруги.

      — Ну, ты утрируешь, Хибари-сан столько крови потерял, вообще удивительно, как он встал, — хмыкнула в ответ Киоко. — Ну, а наши лежачих не бьют.

      — Он бы встал, — качаю головой и негромко добавляю. — Он такой же.

      — Такой же что, травоядное? — только сейчас понимаю, что последние слова произнесла излишне громко и теперь на меня смотрят все три парня.

      — После завтрака поясню, заодно и проверим твое состояние, — хитро улыбаюсь, надеясь, что любопытство ему все же присуще. — К тому же не расскажешь, кто тебя так? — Картинно обвожу все его синяки взглядом.

      — Вас это не касается, — отрезал он.

      — Вот как, — неторопливо подхожу и наливаю ему в чашку чай, а после ставлю его перед ним. — Ну, не важно, однако, пока не восстановишься хотя бы немного, уходить не советую.

      — Еши? — настороженно приподнимает бровь Такеши.

      — Двое новых и враждебных, — с удовольствием беру уже остывший гамбургер и откусываю кусок побольше. — Тсуеши-сан должен быть уже в курсе, я ведь права? — запиваю чаем и поворачиваюсь в сторону бесшумно подошедшего мужчины.

      — Естественно, — хмыкнул он и, пожав плечами, добавил. — Звонили из доставки, через час подъедут делать кухню, а после обеда подвезут спортинвентарь и часть электроприборов.

      — Хм… а остальное? — с откровенным интересом смотрю на Тсуеши-сана.

      — Никто больше не звонил, а что? — вопросительно посмотрел он на меня.

      — Ну, мне обещали, что доставят все утром, часов до двенадцати, — пожимаю плечами, замечая, как тот странно улыбается, продолжаю, хотя и чувствую, что с каждым словом затягиваю у себя на шее петлю. — Правда, я просила позвонить перед доставкой и дала ваш номер.

      — Замечательно, — он усмехнулся и уже собравшись уходить, бросил через плечо. — Через десять минут жду в додзе, химе.

      — Хай, — обреченно смотрю на кучку гамбургеров и понимаю, что даже уже съеденный мной один единственный уже плохо. Нет, Тсуеши-сан не дает мне в руки оружие, но он и рукопашном бою неплох. Не будь я настолько гибкой и не имей такую интуицию, спарринги бы заканчивались с ним быстро, а так… так я успеваю от большей части ударов уклониться или частично заблокировать. Хотя от новых синяков и поражения, меня это не спасает, все же опыт у него колоссальный, да и умения соответствующие.

      — Ну, не расстраивайся, Еши! — тут же обнял меня за плечи Такеши.

      — Остальных это тоже касается, — невозмутимо сообщил Тсуеши-сан. — Только… — он с сомнением посмотрел на бесящегося Кею, который молчал, но что-то мне подсказывает, что это только пока, ибо избавиться от сидящего рядом с ним Рёхея, ему не удается, — химе?

      — Я его чувствую, — прекрасно понимаю, что он хотел этим сказать.

      — Вот как, тогда и его тоже, — согласно кивает Тсуеши-сан и уходит.

      — Облом, а не плотный завтрак, — грустно заключает Киоко, которая пусть и не любила эти занятия по самообороне, да и особых успехов не демонстрировала, но все равно ходила.

      — Смотри на это проще, — мысленно настраиваю себя на позитив.

      — Проще? — она удивленно косится в мою сторону.

      — Да! — согласно киваю и, глубокомысленно подняв указательный палец вверх, заключаю. — Чем меньше ешь, тем меньше шансов потолстеть.

      — Кха-кха! — зря Киоко начала пить чай.

      — Хотя если учитывать наш график тренировок, нам это и так не светит, — обреченно вздыхаю и отставляю пустую чашку из-под чая. — Кто последний, тот и убирает.

      — Согласна, — вместе со мной подскакивает Киоко и мы в буквальном смысле вылетаем из беседки.

      — Тсуна! Киоко! — звучит возмущенный сдвоенный вопль нам вслед, а мы лишь довольно переглядываемся, игнорируя чужое недовольство.

      — Травоядные, — кажется и недавно спасенный с парнями солидарен.

      Хмыкаю и неторопливо переодеваюсь в тренировочную одежду, как и Киоко, чтобы потом отправиться протирать пол в додзе. Нет, можно было бы, конечно, спуститься на подземные этажи, но не сейчас, когда в доме условно незнакомый парень. Нет, моя интуиция говорит, что я могу ему доверять, но и она же предупреждает, что проблем от него я не оберусь. Даже не знаю, чему верить?

      — Пришли? — стоило зайти в додзе, как я увидела невозмутимо сидящего напротив мечей Тсуеши-сана и… и Кею? Интересно…

      — Да, — киваю, с интересом косясь в сторону мрачного, связанного Хибари, рядом с которым лежат металлические тонфа. Ну, по-крайней мере, блестят они металлическим цветом, а уж из металла они или нет, я не знаю, я вообще их вчера не видела, но это меня в тот момент и не интересовало. — Вы что-то хотели сказать, прежде, чем начать тренировку?

      — Да, — соглашается он и бросает взгляд на Киоко. — Киоко-чан, посмотри парня, у тебя тренировки не будет.

      — Да, Тсуеши-сан, — чувствую вопросительный взгляд кинутый мне в спину и, повернувшись к ней, киваю, после чего она и соглашается со словами Ямамото-старшего.

      — Тсунаеши, ваша находка умудрилась сцепиться с Момокекай, — невозмутимо сообщает мне Тсуеши-сан.

      — Якудза? — осторожно уточняю я, припоминая все слухи, что бродили по нашей школе, да и не только там.

      — Да, они те, кто контролирует этот город, — согласился с моими словами мужчина. Щурюсь и прислушиваюсь к позвякивающей внутри меня интуиции, заодно, краем глаза смотря, как Киоко пытается добраться до Хибари, который старательно старается не подпустить ее ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Мда… и это все связанный! Ну, хоть помалкивает и то ладно

      — Они за ним придут, — я не спрашиваю, я утверждаю.

      — Конечно, — согласился со мной Тсуеши-сан, — что будешь делать?

      — Давно хотела понять насколько я стала сильнее, — пожимаю плечами и призываю свое пламя, которое слушается непривычно легко, а у меня в руках вспыхивают сгустки огня.

      — О, ты наконец-таки смогла вызвать физическое воплощение своего пламени! — радостно заявляет мне Ямамото-старший.

      — Действительно, а я думала, мне вчера показалось, что у тебя на лбу огонек заплясал! — согласно поддакнула Киоко и уже не мне. — Да, хватит тебе вертеться, я тебя лечить буду!

      — Стоп! Пламя на голове? — замерев, смотрю в сторону Тсуеши-сана.

      — Ну, да, — согласно кивает он и встает. — Ну, а теперь тебе стоит подготовиться к нападению, пламя ты демонстрировать не можешь, поэтому убирай гипер режим.

      — Хорошо, — устало вздыхаю.

      — Мне не нужна ваша помощь, травоядные, — холодно сообщает Кея, которого Киоко так и не смогла подлечить.

      — Ну, нет, Хибари! — в додзе входят Рёхей и Такеши. — Ты силен, но вначале мы тебя вылечим, а уж потом посмотрим.

      — Киоко, лечи, мы его подержим, — согласился Такеши, хватая не успевшего отскочить Кею за одно плечо, второе заблокировал братишка.

      — Держите крепче! — весело усмехается моя подруга и заходит за спину брыкающемуся парню.

      — Ну, пора и нам начинать, — слышу за спиной и едва успеваю уйти перекатом в сторону, а на месте где я стояла, пролетает боккен.

      Мгновенно сосредотачиваюсь на своем противнике и чувстве опасности, больше не обращая внимание на остальных. Сейчас это не важно, главное не пропустить удар, который, несмотря на отсутствие режущей кромки, весьма болезненный и оставляет шикарные синяки. Впрочем, совсем без них уйти не получится, но свести к минимуму — вполне. Однако, следует быть внимательней, радиус его атак больше, а вот я его достать смогу вряд ли, по крайней мере, без применения Пламени, что мне наглядно демонстрировали, гоняя по всему додзе. Хотя ради приличия все же стоит отметить, что пару раз я его достала, ага, вскользь, сделала подкат и смогла его сбить, зато после он мне по ребрам хорошо прошелся.

      — Достаточно, — наконец-таки я услышала это слово и облегченно стекла на пол, раскидываясь на спине в форме звездочки. Болело у меня все!

      — Неплохо для травоядной, — прокомментировал мое состояние Хибари и я ощутила с его стороны… одобрение? Переворачиваюсь на живот и с интересом смотрю в его сторону. Хм…, а ведь и правда, взгляд довольный, да и выглядит он куда лучше, в противовес бледноватой Киоко и трущих ребра Такеши с Рёхеем. В опущенных руках у него тонфа, да и сам он уже без веревок, интересно…

      — Спасибо, — фыркаю я.

      — Хочешь присоединиться? — насмешливо интересуется у него Тсуеши-сан.

      — Конечно, — хищная усмешка расползается на губах Кеи и тот срывается с места в сторону Ямамото-старшего.

      Интуиция мгновенно говорит, что мне стоит убраться с его пути, а лучше вообще из додзе, ибо он сейчас в таком состоянии, что затопчет и не заметит. Организм открывает второе дыхание, и я успеваю откатиться немного в сторону и с низкого старта смыться за спину Рёхея, буквально плюхнувшись рядом с Киоко и не зря! Уж не знаю, насколько этот парень и в самом деле силен, но драться он явно любит! Хотя больше всего меня впечатлил довольный оскал на губах Тсуеши-сана, похоже Кея его впечатлил. Мда… и, судя по всему, это взаимно, ибо у Хибари ухмылка не менее внушающая. Черт! Меня окружают одни маньяки!

      Продолжение следует…

Глава 14. Крещение боем

      Наблюдать за бойней мне быстро надоело. Впрочем, вставать и идти куда-то желания тоже не было, поэтому я просто подперла плечом Киоко, с другой стороны сел Рёхей. Обмен Пламенем при моей поддержке происходил у них не то, чтобы проще, но чисто психологически им было комфортней. Вообще, почему-то мое присутствие облегчало им работу с собственной силой на первых порах. Ну, а мне просто было хорошо, ибо часть силы переданной Киоко Рёхеем плавно перетекало в меня, облегчая боль в синяках. Кажется, я даже задремала, под глухие удары и восторженное обсуждение происходящего от Такеши с названным братцем. Не самое плохое сопровождение, только вот не долго я так блаженствовала, отдыхая и восстанавливаясь после тренировки, чувство опасности меня буквально подбросило.

      — Еши? — удивленно уточняет у меня Киоко, единственная кто заметила мое пробуждение и то, что я резко вскочила. Братишки за это время уже успели от нас отойти и теперь попеременно подбадривали, то Тсуеши-сана, то Кею.

      — Тсуеши-сан, прекращайте тренировку, они здесь, — я говорю негромко, но при этом на мгновение активирую Пламя, как показала практика, такое никто не игнорирует. Наоборот, сказанное в гипер режиме слушают с особой внимательностью. — Кея, тебя это тоже касается.

      — Сколько их? — отбив очередной удар и отскочив от не желающего останавливаться Хибари, уточняет Ямамото-старший. Правда, боккен не опускает, в любой момент, готовясь отразить чужую атаку, но наш хмурый знакомый уже остановился.

      — Моя интуиция считать не умеет, — искренне возмутилась я, смотря, как замирает повернувшись ко мне Кея, в стальных глазах еще блестят огоньки удовольствия, но боевая горячка быстро сходит и они становятся непроницаемыми. — Я лишь знаю, что у нас не больше десяти минут.

      — Ясно, — кивает Тсуеши-сан и кидает взгляд на мгновенно подобравшихся парней, а я вот на них даже не смотрю, мне не нравится то, что я ощущаю со стороны Хибари. Похоже, кое-кто решил справиться со всем в одиночку. Мда… даже хорошо, что я в гипер режиме, так мне проще их всех чувствовать. Хотя реакции остальных я и без него могу спрогнозировать, а вот Кею я практически не знаю, вернее совсем не знаю и могу опираться только на ощущения, которые благодаря Пламени обострены.

      — И куда ты собираешься пойти, Кея? — склоняю голову к плечу, смотря на уже сделавшего шаг к выходу парня. — То, что ты дрался с Тсуеши-саном не показатель, Киоко не может создать тебе кровь из воздуха, да и сотрясение у тебя было… — кидаю взгляд на подругу и получаю легкий кивок.

      — Легкое, я поправила, что могла, но не уверена, опыта у меня мало, — посчитав, что кивка недостаточно, дополнила Киоко.

      — Тем более, — хмыкаю я и возвращаюсь к разговору с Хибари, — у организма есть свой предел прочности. Сейчас ты двигаешься на адреналине и благодаря стимуляции Пламени, но и у него есть свои ограничения. Сражением ты только ускорил этот процесс, и я даже не знаю, когда у тебя сядет батарейка.

      — Травоядное! — рыкнул парень. — Ты даже не понимаешь, во что ввязываешься.

      — Кея, мой то-сан советник Вонголы, за мной с детства следят, я привыкла к опасности, насколько это возможно, — горько усмехнулась я. — Поверь, я прекрасно осознаю, на что иду и поступить по-другому не могу. Впрочем, — теперь моя улыбка становится мягче, — ты же и сам это чувствуешь.

      В ответ получаю недовольный взгляд, который быстро сменяется на задумчивый, еще спустя секунду, в нем появляется хорошо скрытое смятение. Хм… заметил, да? Я уже давно поняла, что связь, которую я ощущаю, работает в оба конца. Не только я ощущаю родство и доверие с теми, кто связан со мной узами Пламени, но и они тоже. Абсолютное доверие, ни я в них, ни они во мне, не могут сомневаться. Странное ощущение, но такое приятное и нужное, они заполняют мою пустоту, а я принимаю их такими, какие они есть, не пытаясь переделать. Они поддерживают меня, я их.

      — Мы поможем, — абсолютно спокойно заявляет Рёхей, без ставших уже привычными криками об ЭКСТРИМЕ.

      — Согласен, — кивает Такеши и, повернувшись к Тсуеши-сану, собрался что-то спросить, но не успел.

      — Оружие не берем, — предугадывая его просьбы, сообщаю я, но, заметив ошарашенные взгляды, добавляю. — Вернее, мечи, ножи и любой другой колюще режущий инструмент не берем, свою биту, Такеши, можешь брать со спокойной совестью, как, впрочем, и Кея — тонфы.

      — Согласен, — кивает Тсуеши-сан. — Наблюдатели от Иемицу-сама никуда не делись.

      — Киоко, ты остаешься в этом доме с Тсуеши-саном, — едва уловимо морщусь на имени своего отца, но когда поворачиваюсь к подруге, голос мой звучит твердо. — В бою ты ничем не поможешь, зато после твоя помощь будет неоценима.

      — Согласна, — пожимает плечами Киоко. — Я приготовлю аптечку и вообще все необходимое.

      — А вот я не согласен, — спокойно заявляет Тсуеши-сан. — В бою от меня больше пользы, чем от вас четверых, да и опыта побольше.

      — Согласна, но сразу же вступать в бой вам нельзя, — качаю головой и добавляю. — Вы нас подстрахуете, все же больше, чем человек десять-двадцать они за раз не подвезут.

      — Откуда такая уверенность, Еши? — с интересом уточняет у меня Такеши.

      — У Тсуеши-сана есть определенный авторитет среди якудза, да и защита Вонголы, об этом знают все заинтересованные лица, — пожимаю плечами я. — Значит, проникнуть на территорию его собственности они могут только тайно, а сделать это можно лишь с доставкой товаров. Ну, а много ли человек поместятся в машины доставки? Учитывая, что избавиться от их груза им не выйдет, надо же как-то будет просочиться внутрь?

      — Им ничто не помешает пригнать несколько машин, — фыркнул Рёхей.

      — Не помешает, но у нас спальный район, большое количество машин привлечет ненужное внимание, — качаю головой. — Они на это не пойдут.

      — Что будешь делать ты, химе? — слушая мои рассуждения Тсуеши-сан, лишь довольно кивал. — Ты ведь без гипер режима тоже весьма уязвима, да и большой физической силы у тебя нет. Удары в болевые точки могут не сработать, они якудза и опыт разборок имеют неплохой.

      — Я буду приманкой и заведу часть людей в дом, — поджимаю губы, понимая, что это самая рискованная часть плана. — Ребята их вырубят, а после пойдут разбираться с остальными.

      — Рискованно/Травоядное, — хором заявили парни.

      — Учитывая мою интуицию, больше никто не подойдет, — качаю головой. — Я же на опасность успею среагировать, да и не выгляжу я сильной. Мне легче остальных удастся играть глупышку, которая сама не знает кого приютила, да и, — вот теперь я ухмыляюсь, — утренние события мне на руку.

      — Утренние события? — удивились парни, а вот Киоко захихикала.

      — Мое лазание по беседке и чем оно закончилось, — хмыкнула я. — Они уже следили за нами в тот момент и мнение у них сложилось не самое лестное, да и выглядел Кея не очень.

      — Но… — все возражения ребят обрывает громкий гудок машины.

      — Хозяева! — грубый мужской голос следует с небольшим запозданием и опять гудки. Кто их вообще учил? Разве так себя ведут доставщики?

      — Действуем по плану, — обрываю я наш спор и, пока меня не остановили, выскальзываю из додзе. За мной быстрой тенью скользит Кея, спустя пару мгновений присоединяются недовольные Рехей и Такеши. Я тороплюсь пересечь дом и достигнуть выходной двери, благо, домой зайти можно и через внутренний дворик, который не просматривается с дороги.

      — Хай-хай! — открываю двери, попутно натягивая самое беззащитное выражение из всего своего арсенала.

      — Где твои родители, девочка? — грубым тоном интересуется у меня еще недавно оравший призывы мужчина, что примечательно, на месте водителя сидит еще один.

      — Оджи-сан сейчас немного занят в додзе, а что? — усиленно хлопаю глазами, а в голове крутится надоедливая строчка из одной песенки — «хлопай ресницами и взлетай».

      — Мы привезли кухню, кто будет принимать? — игнорируя мой вопрос и, переглянувшись с вынырнувшим из кабины сообщником, интересуется он.

      — О, меня об этом предупреждали! — тут же начинаю кивать, как китайский болванчик и, подскочив к калитке, открываю ее, гостеприимно добавляя. — Проходите, я вас провожу!

      — Конечно, — за мной идет водитель, а вот второй отправляется к задним дверцам машинки наподобие газельки.

      — Заходите, — поворачиваюсь к ним спиной, стараясь не показывать своего напряжения и иду к дверям, которые широко распахиваю, но не задерживаюсь. — Сюда, — указываю на открытые двери, причем, этот проем и, правда ведет в кухню и там, сейчас, ощущается мной Кея и Рёхей, Такеши находится чуть дальше, в гостиной.

      Стоило этому непонятному типу подойти поближе к двери, как его быстро затягивает внутрь рука Рёхея (бинты на них наматывает только он) и слышится глухой удар. Хм… похоже Кея его тонфа проконтролировал. Вот и хорошо, совершенно спокойно поворачиваюсь к дверям, в которые резко врывается еще пятерка мужчин, у одного даже пистолет имеется, причем старая добрая ПМ-ка. Угу, не снятый с предохранителя, уж это я заметила, благо, дед в свое время мне весь мозг съел с такими мелочами.

      — Обыскать тут все! — рявкает дуболом с пушкой и наставляет ее на меня, а я с трудом сдерживаю желание с него посмеяться, но нельзя. — А ты не дергайся и останешься жить.

      — Х-хорошо, — заикаюсь и стараюсь представить себе, что-нибудь неприятное, чтобы побледнеть. Мой больной мозг выдает предложение представить накрашенного Рёхея, но тут же вспоминается картина нашего первого знакомства и я понимаю, что это не прокатит, поэтому ищу альтернативу и… перед моим внутренним взором появляется накрашенный Кея в стрингах. Картинка яркая, вызывающая дикий прилив отвращения и бледность у меня уже не наигранная.

      — Вот и молодец, — этот дуболом купился и подошел, чтобы похлопать меня по плечу, а большего мне и не надо.

      Делаю резкий рывок в сторону и вниз, рукой пробивая в солнышко и подсекая мужика. Он еще не успевает упасть, а из кухни уже вырываются Кея и Рёхей, которые отвлекают внимание от Такеши, что идет на незваных гостей в лоб. Впрочем, фиксирую это лишь краем глаза, не упуская из виду свою жертву, которой добавляю локтем в горло. Удар недостаточно силен, чтобы смять гортань, но лишает мужчину голоса, а я не теряю время, перехватываю выпущенный пистолет и снимаю с предохранителя. Впрочем, зря, все уже кончено и остальные нападавшие лежат без сознания, а Кея метким ударом тонфа отключает и этого.

      — Травоядное, — одним словом, он умудряется выразить все свое отношение к моим действиям.

      — На улице есть еще парочка, — возвращаю предохранитель на место и, достав платочек, начинаю вытирать свои отпечатки, попутно прислушиваясь к своим ощущениям. Причем, договариваю уже в спину, выскользнувшему на улицу Кее, за которым, как привязанные, проследовали и Такеши с Рёхеем.

      — Держи, — сзади появляется Киоко и вручает мне в руки моток веревок.

      — Потом, — качаю головой и прокрадываюсь к выходу, с интересом смотря в щелку, как троих оставшихся якудза, легко теснят парни. Причем, Кея, наплевав на последствия, выбил за ограду последнего и, сейчас медленно, но верно приближается к распластавшемуся на земле противнику.

      Однако, тут, что-то заставляет меня кинуть взгляд дальше по улице, и я вздрагиваю. Там резко останавливается легковушка и из открытого окна… прежде, чем я осознаю, что оттуда высовывается рука с пистолетом, я срываюсь с места и едва успеваю сбить с ног Кею, в которого и целились. Мне уже не важно, использовала я Пламя или нет, чужая жизнь важнее. Хотя даже так… я убрала с пути Хибари, но меня пуля задела, левое плечо обожгло болью и я вскрикнула.

      — Тсуна/Еши/Зверек! — мгновенно послышался крик.

      — Я в порядке, — зажимаю кровоточащее плечо и понимаю, что ни черта не нормально! Рана не сквозная, пуля осталась там.

      — Какой в порядке! — рядом оказывается Киоко, где-то голосит ребенок и слышатся причитания из-за забора.

      — Вызывайте полицию, это уже не шутки, — специально говорю погромче, чтобы успокоить соседей. — Они разберутся.

      — Но… — возмутилась выбежавшая Киоко.

      — Она права, — рядом появляется Тсуеши-сан и поднимает меня на руки, — Такеши, вызывай полицию и скорую, рана у химе нехорошая. Кея-кун и Рёхей-кун, свяжите нападавших.

      — Есть! — ответ идет от братишек, а вот Хибари, просто ударом тонфа оборвал попытки последнего из могикан нападавших сбежать и, взяв за шкиряк, потащил его в дом.

      — Киоко, сотри отпечатки с пистолета, — едва слышно шепчу находящейся поблизости подруге и ловлю мрачный взгляд в ответ, но спустя секунду она кивает, уже хорошо.

      — Тебе придется потерпеть, пулю должен вытащить врач, — осторожно оттранспортировав меня в беседку, сказал Тсуеши-сан, выуживая из принесенной Киоко аптечки жгут.

      — Хорошо, — не скажу, что я этому рада, лучше бы моя подруга меня подлечила, но я прекрасно понимаю, почему лучше сделать именно так. Все же нашумели мы знатно, но гораздо больше меня напрягают мрачные парни. Уж очень взгляды у них на мою рану красноречивые. Мне даже гадать не надо, я и так знаю, что за мысли крутятся у них в голове.

      Впрочем, как начать разборки, так и вправлять им мозги, я не успела, завыли сирены и вскоре мне пришлось призывать на выручку весь свой артистизм, чтобы на пару с Киоко показывать, какие мы белые и пушистые, но защитники у нас хорошие, пока врачи вытягивали у меня пулю из плеча. Правда, допрос продолжался не долго, кто-то позвонил полисмену и тот, мгновенно подобрел и поверил в нашу версию произошедшего. Да, что там! Они даже не всех соседей опросили, уложившись в кратчайшие сроки и, поклонившись мне, исчезли. Угу, а меньше, чем через три часа, прибыл мой батяня. Ощупал, отвлек внимание и пока он убивался, парни куда-то смылись, что я вовремя не заметила ибо с боем отвоевывала свое право ночевать в условно гостевом доме Тсуеши-сана. Отвоевала, Иемицу убрался восвояси, причем даже не вспомнив о Нане, но зато надолго заперся в гостиной дома Тсуеши-сана, с самим хозяином дома. Уж не знаю, о чем они там болтали, но главным стало то, что меня оставили в покое и я даже смогла познакомиться с неким Базилем, который знал только высокий стиль и говорил подчеркнуто правильно. Общаться с ним было не то, чтобы сложно, но в тот момент меня волновали исчезнувшие с поля зрения парни, а потом нас с Киоко буквально отрубило. В моей голове на пару мгновений появилось ощущение чужого присутствия, а потом на воспоминания последних дней, как будто опустился туман, а после все исчезло. Правда, тот кто это сделал, явно не рассчитывал, что у меня есть тот, кто может смыть воздействие. Звенящую ярость Такеши я ощутила четко, а после, по нашей связи, пришел целый поток его Пламени Дождя, он буквально смыл чужое воздействие и я провалилась в сон без сновидений. Ну, а утром, я очнулась и увидела вернувшихся со сбитыми костяшками парней. Причем у всех! Даже у Кеи! Ну, а мои грозные взгляды были просто проигнорированы.

      — Ха-ха! Я убрал воздействие и с Киоко, Еши, — прежде, чем я успела задать, хоть какие-нибудь вопросы, вперед выскользнул Такеши. — Кстати, кто это был?

      — То-сан и кто-то из его подчиненных, — взглядом обещаю все муки ада, но на вопрос отвечаю. — О их личности лучше Тсуеши-сана спрашивать, а вот вы сейчас поведаете мне, откуда у вас сбитые в кровь костяшки? Причем, даже у ни-сана? А?

      — Мы посетили кое-кого, имото, — весело улыбаясь, заявил Рёхей.

      — Травоядные поняли свое место, — дополнил Хибари и мне хватило одного взгляда на два улыбающиеся лица (ни-сан и Такеши) и ледяную маску (Кея), чтобы понять, что ответы я на свои вопросы не получу. Впрочем, гадать не за чем, и так понятно, что за травоядных они посетили.

      — Я надеюсь, вас не видели или опознать не смогут? — с обреченным вздохом уточняю у них.

      — Ха-ха! Обижаешь! — весело закинул руки за голову Такеши.

      — Ладно, идемте завтракать, а после на любование сакурой, — хмыкнула я, отворачиваясь на ставших на удивление похожими парней. — Киоко я сама разбужу.

      — Хай! — прозвучало мне в ответ, а я потопала в сторону вначале комнаты, поднимать Киоко, а после и кухне в доме Тсуеши-сана. Впрочем, к тому моменту, когда у меня все было готово, парни уже разместились в гостиной дома Такеши, явно ожидая заслуженной (по их мнению) еды. Разочаровывать я их не стала, хотя мне и не понравилось, что Кея отсел немного подальше от остальных, но с другой стороны, он вообще остался и это хорошо.

      Продолжение следует…

Глава 15. Первое прозвище

      Завтрак прошел быстро и в полном молчании. Ну, а после, как мы и рассчитывали, отправились на любование цветением сакуры. Красивое зрелище, только вот толпа людей… нет, я не страдала агорафобией* или чем-то вроде нее, но у меня было прострелено плечо. Лечить ранение при помощи способностей Киоко было глупо, слишком большой шанс спалиться, наблюдателей все же никто не отменял, а обезболивающее закончило свое действие рано утром. Собственно, из-за этого я и встала рано, в другом бы случае я еще бы повалялась на футоне, ловя момент спокойствия и неги. Однако, когда ноет плечо и болят наставленные на вчерашней тренировке синяки, продолжать нежиться в постели достаточно трудно. Если не сказать категоричнее — невозможно!

      В общем, рана болела и ныла, а толпы людей и случайные столкновения не добавляли мне энтузиазма (и это в десять часов утра). Ну, пока парни не взяли меня в коробочку, вернее, Киоко встала у здорового плеча, тащащий часть провианта Рёхей пошел в лобовую, Кея прикрывал раненую конечность (я могу поклясться, слышала с его стороны глухие удары!), а Такеши таща напитки, замыкал наше шествие. Сам пикник на природе… прошел весело, но меня постоянно отвлекала боль, поэтому удовольствие от этого я получила смазанное. Да и остальные, чувствуя мое состояние, вели себя тише. Впрочем, тот же Кея, как я поняла, вообще был малоразговорчивым субъектом, который постоянно ходил с постным лицом и взглядом, от которого молоко кисло. Правда, Рёхея это не останавливало и за пару часов, что мы сидели под цветущими ветвями, они умудрились трижды, едва не подраться. Благо с нами был Такеши, да и меня они слушались (поразительно). Хотя и приходилось время от времени изображать умирающую лебедь (чувство вины присуще было даже Кее, но я поостерегусь это использовать слишком часто).

      Впрочем, немного посидев и даже успев чуть-чуть подмерзнуть, а главное умять и выпить все захваченное, мы с моей подругой заторопились… нет, не домой, а попудрить носики. Причем, наш с Киоко порыв был поддержан и мужской частью компании, поэтому сборы прошли быстро и мы довольно быстро собрали пледы, а после, утыкав их в рюкзаки парням, пошли к выходу из парка. По пути нашли, куда скинуть мусор и где облегчить наши страдания. Еще час и мы уже окончательно решили идти домой, а все дело в моем состоянии, нужно было сменить повязку и заново обработать рану. Эхх! Знали бы мы, кто нас ждет у Тсуеши-сана, точно бы не торопились назад! Ибо стоило переступить порог и… нам на встречу выступила Нана, поправочка, взбешенная Нана.

      — Тсу-чан? — ласково пропела она, а за ее спиной я увидела отца Такеши, который облегченно вытирал пот со лба.

      — Рада тебя видеть, ка-чан, — мгновенно чувствую, что дело запахло жареным и пытаюсь найти пути отступления.

      — А уж я, как рада! — еще более ласково прозвучало в ответ.

      — Правда? — осторожно уточняю я, смотря, как мои друзья стараются незаметно рассосаться, один Кея ничего не понимает. — Это, хорошо… наверное?

      — Конечно, хорошо, — согласно кивает Нана и, посмотрев на ныкающий народ, рявкнула. — А ну, стоять!

      — Хай! — судорожно вырвалось у них, а вот Хибари лишь недовольно сверкнул глазами. Похоже, кое-кто никак не может понять, в чем дело и сильно этим недоволен. Отдать его маменьке на растерзание что ли? Это идея! Правда, стоит придумать, как это сделать незаметно.

      — Проходите, проходите, — ласково пропела в это время Нана и указала рукой на двери гостиной, — я сейчас чайку сделаю, и вы мне все расскажете.

      — Как скажешь, ка-чан, — начинаю кивать, как китайский болванчик и отправляюсь на место казни в указанное место, сопровождаемая остальными. Самое удивительно, игнорировать эту просьбу не стал даже Кея, послушно войдя в комнату и устроившись на подоконнике.

      — Ешииии! — жалобно протянула Киоко.

      — Спокойней, она нас не убьет, — стараюсь вложить в свои слова, как можно больше уверенности, которую сама не испытываю и с гордостью замечаю, что мой голос тверд.

      — Мне бы твою уверенность, — бормочет Рёхей.

      — Ха-ха, да все нормально! — пытается нас всех подбодрить Такеши, не очень удачно, но я чувствую настоящую благодарность. Мне и правда стало спокойней, а это хорошо. Выкручиваться будет проще, только нужно дать себе установку не врать и говорить только правду… угу, только часть подробностей стоит упустить, иначе плохо будет всем. — Нана-сан добрейшей души человек!

      — Когда дело не касается ее дочери, — закончила за него Киоко.

      — Вот именно, — на сей раз поддакнули парни хором и так же синхронно вздохнули.

      — Отставить упаднические настроения! — тихо, но как можно более внушительно заявляю я и, поймав на себе четыре скептичных взгляда, твердо заявила. — Говорить буду я.

      — Говорить? — нет, ну вот как можно одним словом и взглядом выразить весь скептицизм мира? Я тоже хочу так уметь! — Ты хочешь сказать правду, Зверек?

      — Ее родимую, — покивала я. — Ка-чан все равно поймет, если ей соврут, поэтому говорим правду и ничего кроме правды.

      — Вао! — прозвучал ответ и по мне опять проехались таким взглядом, что я ощутила себя умственно отсталой. Причем, самое обидное, остальные Кею поддержали! Гады! Совсем меня не ценят и в меня не верят!

      — В общем, не важно, — отмахнулась я от них, прислушиваясь тихим шагам и негромкому голосу Наны за дверьми гостиной. — Первой говорю я, а вы слушаете и киваете.

      — Ладно, другого плана все равно нет, — обреченно соглашается Киоко, остальные просто кивают и рассасываются по комнате.

      Вскоре к нам присоединился и Тсуеши-сан, который благородно помог дотащить матушке поднос чашками и пузатым чайником. Он осторожно примостил свою ношу у низенького стола и тут исчез, чтобы спустя пару минут вернуться с ароматной выпечкой и не только. Однако опять же не остался с нами, сославшись на занятость в своем суши-баре, он по-тихому свинтил. Вся наша компания проводила его завистливыми взглядами, но подавать голос никто не решился. Ну, а Нана решила пошаманить с горячим чаем и стала аккуратно его разливать, отдавая полные чашки лично в руки. Отказаться не посмел никто, как и его пробовать, уж очень улыбка с взглядом у матушки была впечатляющей.

      — Ну, теперь можешь рассказывать, — передо мной опустилась чашка с дымящимся чаем.

      — Ка-чан, а что ты хочешь услышать? — все еще надеясь, что обойдется, уточнила я.

      — Ну, как о чем? — картинно всплескивает руками Нана. — Стоило мне вернуться и мне столько рассказали! — резкое движение и она впивается мне в больное плечо рукой, сжимает она не сильно, но мне хватает. Едва успеваю задавить порыв вскрикнуть и отшвырнуть чужую руку. Мне это удается и сквозь зубы вырывается лишь сдавленное шипение, а на надетой поверх повязки бежевой рубашке, с которой сползла не застегнутая толстовка, расползается алое пятно. Маменька меня тут же отпускает, но взгляд становится жестче, а голос требовательнее. — Что это?

      — Ка-чан, сядь, пожалуйста, я все расскажу, — с трудом выталкиваю слова, чувствуя, что боль вгрызлась в плечо с новой силой, а взгляды ребят стали тревожными.

      — Вначале поменяем повязку, заодно и расскажешь, — не терпящим возражения тоном, прерывает мой лепет Нана. — Киоко-чан, поможешь.

      — Да, Нана-сан! — тут же подскочила моя подруга, помогая подняться мне.

      — Тсуеши-сан, где мы можем перевязать Тсу-чан? — крикнула в сторону двери маменька.

      — Ванная комната, аптечка со всем необходимом там же, — мгновенно нарисовалась мужская фигура на пороге комнаты. — Такеши вас проводит и все покажет.

      — Спасибо, — благодарно улыбается Нана, а Тсуеши-сан, коротко кивает и опять уходит.

      — Ни-сан, принеси мой рюкзак с одеждой, — попросила я.

      — Во имя ЭКСТРИМА, сделаю! — прозвучал довольно энергичный ответ, и он промчался мимо нас.

      — Идем, — меня осторожно тянут в сторону выхода, и я не успеваю ничего сказать Кее, хотя и хотелось. Впрочем, у меня есть шанс, что он дождется нас и не уйдет.

      — Так, а теперь осторожно приподними руку, — скомандовала Нана, стягивая толстовку вначале со здоровой руки, а теперь готовясь убрать с больной. Послушно выполняю команду, закусывая от режущей боли губу. — Вот хорошо, теперь рубашку, — успокаивающе погладив меня по голове, произнесла матушка. С меня начинают стягивать рубашку и остается только порадоваться, что на майку моих сил утром не хватило, даже с учетом действия обезболивающего. Они закончились на спортивном бюстгальтере, но с ним проще, моделька напоминает короткий топ и снять его будет не сложно. — Нужно смыть кровь, — посмотрев на припухшие края ранки, решительно заявила, матушка, — Киоко-чан?

      — Перекись или дистиллированная вода? — невозмутимо уточняет моя подруга, чем-то позвякивая в белом чемоданчике.

      — Спиртовые салфетки, — на секунду задумавшись, отзывается Нана.

      — Их нет, — расстроено сообщает Киоко.

      — Тогда перекись и ватные тампоны, — решительно заявила мама и, протянув руку, забирает протянутый флакончик, а мне остается только сжимать зубы, ибо несмотря на то, что движения стирающие кровь аккуратные, растревоженное плечо болит неимоверно. Однако я держусь, даже умудряюсь сквозь шум в ушах услышать, что приходил Рёхей и принес мой рюкзак, его, кстати, забрала Киоко, но внутрь никого не пустила.

      — Рана воспалилась, — резюмировала Киоко, стоило маме закончить экзекуцию промывание раны.

      — В пределах нормы, — довольно спокойно возразила Нана, а я в который раз поразилась тому, как она может завестись на ровном месте и довольно равнодушно среагировать в нестандартной ситуации. Впрочем, спрашивать не буду, я знаю, что мама на моей стороне, а остальное не важно. Захочет расскажет сама, нет, так нет, настаивать не буду. — Кстати, врачи ее осматривали и какие-нибудь уколы делали?

      — Да, осмотрели и что-то даже кололи, но я запомнила лишь обезболивающее, — честно отзываюсь я, ощутив себя немного лучше.

      — Даже не буду спрашивать, где в это время были остальные, — обреченно вздыхает матушка и достает какой-то флакончик с распылителем из аптечки, распаковывает и подносит к моей ране, Киоко в это время готовит бинты. — Однако, с тебя рассказ, что все же случилось.

      — Ну, ни-сан позавчера вечером притащил своего одноклассника, не выгонять же его было? — от прыснутого на рану средства пошла блаженное онемение. Нет, руку я чувствовать не перестала, но… ощущения были близки к тому, что чувствует человек отсидевший ногу, вроде и есть, а в тоже время и не опереться. Правда, потом приходит боль и тысяча иголок вонзается в нежную кожу, но у меня этого не было, просто рука ощущалась, как ватная.

      — Хм… — скептично отзывается Нана, — дальше.

      — Мы оставили его ночевать, благо запасной футон у Тсуеши-сана был, я так вообще рассчитывала получить еще одного добровольного помощника, — невозмутимо продолжаю, игнорируя высказанное недоверие. — Ну, а на утро, мы как обычно пошли тренироваться в додзе, новый знакомый пошел с нами…

      — Ой! — ножницы, которыми Киоко пыталась разрезать упаковку бинтов, в буквальном смысле выскальзывают у нее из рук. Она торопится их поднять, попутно кидая на меня удивленный взгляд, похоже моя интерпретация того, как там оказался связанный Кея ее ошарашила.

      — В общем, он тоже решил присоединиться, а тут прибыла машина доставки, — игнорирую уже не только скептицизм, но и чужую растерянность. — Ну, я и пошла принимать выбранный мной гарнитур, а парни решили встретить гостей на кухне, Киоко осталась в додзе с Тсуеши-саном. Завела первого рабочего в дом и указала, где будет кухня и куда все заносить, а тут…

      — А тут? — заинтересованно уточняет Нана, осторожно начав бинтовать пострадавшее плечо.

      — А тут влетает пятеро вооруженных бандитов, причем, один с пистолетом, — стараюсь не перестараться с добавленной в голос трагичностью, поэтому делаю голос тише. — Хорошо мальчики пошли со мной, они быстро оглушили бандюков, причем, того с пистолетом именно Кея.

      — Кея — это кто? — уточняет мама, продолжая сосредоточенно накладывать слой бинтов за слоем.

      — Одноклассник, которого притащил ни-сан, — поясняю я, а после, немного подумав, все же добавляю. — Его зовут Хибари Кея, тот черноволосый, стальноглазый парень, что был с нами.

      — Облако, да? Или жаворонок? ** — хмыкнула Нана и начала завязывать аккуратный бантик в конце бинта.

      — Скорее Хмурая Тучка, — фыркаю я и продолжаю. — На улице мы заметили еще троих, вот ребята и решили использовать фактор неожиданности, отправившись разбираться с оставшимися, что с успехом и сделали.

      — Откуда тогда рана? — невозмутимо, поинтересовалась Нана.

      — Ой, да в последний момент вылетела откуда-то машина и оттуда появилась рука с пистолетом, — небрежно отмахиваюсь здоровой рукой и спрыгиваю с бортика ванны, на котором все это время сидела. Мне стоит найти что-нибудь на смену испорченной рубашке, хотя вариантов мало, все же я не у себя дома… хм… ограбить, что ли Такеши на рубашки? В майки я поостерегусь влазить, а то потом не сниму.

      — И? — смотря на мою медитирующую над рюкзаком тушку, уточняет маменька.

      — Он хотел пристрелить Кею, вот я и выскочила, чтобы его оттолкнуть, — пожимаю плечами и начинаю невинно хлопать глазками. — Вот и получилось…

      — Ты маленькая, безответственная… — начала закипать матушка.

      — Ка-чан, — перебиваю Нану, смотрю виновато, но твердо, — я не могла поступить по-другому.

      — А если они вернутся?! — довольно эмоционально получаю в ответ.

      — Мы сдали нападавших в полицию, — честно отзываюсь я, прекрасно понимая, что это не показатель. Нет, тут все было не так печально, как я помнила по своей прошлой родине, но все равно деньги правили балом, а у якудза они были и немалые.

      — Нана-сан, виновные в ранении зверька, вас больше не побеспокоят, — двери в ванную без стука распахиваются и там появляется Кея, который невозмутимо оглядывает полуголую меня и замерших от такой наглости Киоко с маменькой, за его спиной маячат Такеши с Рёхеем. — Это я вам гарантирую.

      — Вот как, — она тут же успокаивается и берет себя в руки, а повернувшись в мою сторону, добавляет. — Тогда я хочу познакомиться и поговорить с парнем, ради которого ты подвергла себя опасности.

      — Боюсь, не получится, — злобно шиплю я и хватаю первый попавшийся под руку снаряд, им оказался тюбик с зубной пастой и запускаю в двери, которые мгновенно захлопываются, а меня перехватывает Киоко.

      — Успокойся, Еши! — пытается она до меня достучаться.

      — Вот прибью их и успокоюсь, — мгновенно обещаю я, стараясь высвободиться из ее хватки, благо, у моей подруги хватило мозгов схватить меня со спины, а не за руку.

      — Вначале оденься, — неожиданно для меня Нана начинает весело хихикать, а я, оглядываю себя, одетую в одни штаны (на которые все же попала кровь) и с только начавшими формироваться прыщиками вместо груди (ну, не катит мой первый, после третьего в том мире), поддерживаю ее веселье. Правда, мой смех получается скорее нервным, чем веселым, но кому какая разница? Главное, что буря миновала и теперь все зависит только от парней, вернее от Кеи, если он матушке понравится, санкций ко мне не последует. Забегая вперед скажу, что Нана его приняла, сказав, что он будет замечательным другом и верным товарищем, а после понятливо подмигнула и стала рассказывать, как Иемицу опоздал на их свадьбу. Мда… а папанька-то мой оказался еще большей сволочью, чем я считала…

      Продолжение следует…

Примечание к части

* - это такое психическое расстройство, при котором появляется страх людных мест, страх перед открытыми пространствами.

** - "Hibari" может быть переведено как жаворонок; Первое кандзи в имени Хибари (雲雀恭弥) буквально означает "облако" на японском языке, что отражает его атрибут пламени и роль Хранителя Облака.

Глава 16. Средняя школа

      С момента нашего боевого крещения прошло чуть меньше года, сегодня будет первый учебный день в средней школе. Мы все трое решили пойти в ту же школу, что и Рёхей, отдельной статьей (для меня) шло то, что она же была школой Хибари, который получил от меня прозвище Хмурая Тучка. Кстати, Кея нередко помогал Нане с доставкой покупок, вернее к моей матери вдруг стали подходить незнакомые парни и предлагать свою помощь, безвозмездную, а кто еще мог такое обеспечить? Верно, никто. Правда, в гости ко мне он не ходил, зато достаточно часто появлялся у Тсуеши-сана. Не уверена, но, кажется, оба соскучились по хорошим спарринг-партнерам, вот теперь и отрывались. Нет, он приходил не каждый день, но два-три раза в будние дни и все выходные он проводил в додзе. Причем, хотя бы раз в неделю (обычно в субботу) мне приходилось участвовать в подобных тренировках. Благо, подземные помещения скрывали всплески Пламени и там тренироваться можно было без особых проблем. Зато парням повезло меньше, шантаж Тсуеши-сана, что он не будет сражаться, если Кея не поможет в тренировках ребят, дал неожиданный результат, Хибари согласился! Правда, тренер он был… жесткий и это слабо сказано! Ну, с другой стороны у Киоко появилась практика, угу, в больших количествах и не отличающаяся большой разнообразностью.

      Самой везучей, пожалуй, была я. Благодаря интуиции и появившейся возможности пользоваться Пламенем на полную, я могла избегать большую часть атак тонфа или кулаков, тут уж для Кеи принципиальной разницы не было, он был хорош и в том, и в том. Впрочем, могла и блокировать, но тут было все не так уж и радужно. Да, Пламя делало организм крепче и даже гасило часть инерции, но вот именно часть, а я была не той весовой категории и любой прямой удар Хибари, заканчивался моим полетом в стенку. Хотя, с другой стороны, он меня бить не боялся и сражался всегда в полную силу, не то, что братишки. Нет, был еще Тсуеши-сан, который меня не жалел и тренировки с ним были жесткими, но один спарринг-партнер не выход, особенно с моей интуицией. В общем, подстраивалась я под его стиль быстро, а вот с Кеей это не проходило, ибо он сам порой не знал, как ударит.

      Впрочем, помимо того, что меня гоняли физически, прибавился и геморрой с контролем Пламени. Нет, оно не было мне опасно и прекрасно слушалось моих команд, но вот проблема! Стоило мне использовать его для усиления тела, как не только цвет моих глаз менялся, но и начинал плясать огонек в волосах. Красиво, конечно, но дико демаскирует, а меня это не устраивало, все же я иногда его на автомате использовала. Ну, к примеру, запнулась или меня случайно толкнули, а я налетела на угол стола, укрепление тела происходило автоматически, до того момента, как я получала синяк и тут начинались проблемы. Мое Пламя мгновенно вспыхивало, хотя так же быстро и гасло, но сам факт! В общем-то, мне еще повезло, что ребята указали мне, на сей факт, в первые же дни, и я стала себя жестко контролировать. Однако все время ходить и прислушиваться к себе, чтобы вовремя среагировать, довольно напряжно, пришлось идти за советом к Тсуеши-сану. Правда, совет — «тренировки, тренировки и еще раз тренировки», меня воодушевил мало, но делать было нечего.

      Кстати, позже оказалось все гораздо банальнее, я ведь упоминала, что связь между мной и ребятами действует в оба конца? Так вот, оказалось, что пока она не устаканится, тренировки не помогут! Это просто свойство Пламени у Кеи такое, бесконечное распространение, и пока он не смирится, не перебесится, бить будет по всем. Вернее по мне, так как я Небо и инстинктивно защищаю свою семью, забирая все негативные последствия на себя. Впрочем, остальным тоже досталось, но не так сильно, просто Пламя стало немного сильнее и они с восторгом познавали новые горизонты. Хотя, если учитывать то, что подобное обнаружили только через две недели, это могло быть и результатом усиленных тренировок, а не присоединения Кеи. Все же раньше, к сожалению, проверка была невозможна, ибо я, прикрываясь своим боевым ранением, смогла продавить решение о найме рабочих для внутренней отделки наземной части нашей базы и подземелья нам были недоступны, соответственно полномосштабные тренировки тоже. Хотя Тсуеши-сан потом что-то насчет решимости говорил, но я не обратила на подобное внимание, все же не может же размер Пламени зависеть только от того, готов ты умереть или что-то вроде этого? Слишком уж фантастичная картинка получается, а я сторонник обоснованности! Правда, я не могу обосновать даже что такое Пламя, а тут… именно поэтому я решила не гадать, а просто радоваться усилению друзей и проводить с ними побольше времени.

      Однако наши тренировки были еще ничего, а вот Кеи… когда я однажды зашла в заваленный металлическими тонфа тренировочный зал, я посчитала, что у меня глюки. Оказалось — нет, просто кто-то очень умный посоветовал Хибари поэкспериментировать со своим Пламенем. Кто ж знал, что оно настолько сильное? Хотя бегать по базе от разъяренного Кеи пришлось всем: и правым, и виноватым. Ну, хорошо хоть он ее не разнес, а царапины и небольшие вмятины я переживу. Впрочем, после он не появлялся в наших владениях почти неделю и до меня долетели слухи, что кто-то решил проредить какую-то группировку в городе. Не понимаю его рвения, он эту Момокьендзи… хотя, нет, Момокекай, под себя подмял и ее представители ему кланяются, правда, мне почему-то тоже, но это к делу не относится. В общем, кланяются ему и признают его оябуном или кем-то вроде этого, а он теперь еще и дальше полез! Впрочем, перестрелок и разборок на районе больше не стало (их вообще не было, по правде-то говоря), поэтому я посчитала это не своим делом, пусть развлекается и спускает пар. Тем более, тогда он уже месяц в освоении Пламени тренировался и стал куда опаснее, чем был, а был он далеко не ангелочком.

      После нашей беготни по коридорам базы прошло еще три, относительно спокойных, месяца. Кея к тому моменту окончательно смирился, что у него появилась стая, хотя он упорно пытался назвать нас стадом травоядных, одна я удостаивалась титула зверька. Хотя самое поразительное было в другом, он за такое короткое время научился не только вызывать, но и немного управлять своим Пламенем, а главное! Он перестал излишне сильно воздействовать на меня, и я теперь могла вздохнуть спокойно, Пламя стало послушным и не грозилось больше проявиться в любой, не самый подходящий момент. Вовремя, кстати! Это произошло всего-то за неделю, когда я должна была торжественно передать пост президента школьного совета своему преемнику. Мероприятие торжественное и красивое, но кто бы знал, какой геморрой его готовить! А главное, сколько там случайностей могло случиться! Однако, я справилась и ничем не выдала себя. Впрочем, не стань мое пламя вновь послушным, в последний день я могла бы и сорваться, уж очень нервотрепки много.

      Хотя ладно с мероприятиями, спихнула пост и ладно, самое страшное последовало потом! Я поняла, что значит популярность! Нет, я и раньше знала, что являясь симпатичной девчонкой, плюс президентом школьного совета и отличницей, я имею достаточно поклонников. Однако, я как-то упустила тот момент, что с поклонниками могла встретиться только на уроках японского и литературы, на всех остальных я появлялась редко и в большинстве своем на экзаменах. Ну и, естественно, что в такие моменты на меня мало кто пялился, у одноклассников и остальных были другие заботы. В мой, вернее кабинет школьного совета, они просто-напросто не лезли, а по школе я ходила только в сопровождении Киоко и Такеши, в пятом классе был еще Рёхей, в общем, защищена я была и с этой стороны. Да, что там, я ведь в школу приходила на час раньше положенного и наслаждалась тишиной пустого здания. Ну, а тут я была вынуждена стать, как все… вот тогда я поняла, что сталкерство — это национальная японская болезнь! А я еще Киоко не верила, что ее по утрам возле дома поджидают… зря, очень зря! Мне хватило месяца, чтобы понять, что я могу свихнуться от такого количества внимания!

      Насколько бы странно не звучало, но моя жизнь превратилась в кошмар, ибо постоянно ощущать на себе не менее десятка-двух посторонних взглядов, в которых моя интуиция читала такое… в общем, я в той жизни, даже когда на спор камасутру изучала, так не краснела! И это постоянно, они даже смогли узнать, когда я моюсь после утренних тренировок по гимнастике! Повезло еще, что я пользовалась душевой учителя, а не учеников, иначе… ну, иначе бы школа лишилась кого-нибудь из учеников, причем посмертно. Правда, она так и так лишилась, все же камеры обнаружили не сразу и когда это дело вскрылось… головы полетели… директора сменили в раз и никого не остановила середина учебного года. Я же стала более внимательна и достигла договоренности с учителем физкультуры, согласившись выступить от школы в межшкольных соревнованиях по художественной гимнастике. Сто лет бы их не видеть! Я пять лет этого избегала, даже в кружок не записывалась, а тут пришлось, ибо светить своим телом перед идиотами мне не хотелось.

      Впрочем, по остальным урокам было еще хуже. Стандартно набирая не ниже 95 баллов по всем предметам и находясь в выпускном классе, меня было решено назначить репетитором для отстающих. Аргумент, что я помогаю Такеши и Киоко никого не волновал, в нашем классе развернулась битва за место под солнцем за возможность стать моим подопечным. Мда… вот тогда я поняла, что значит женская ревность и солидарность… не будь у меня интуиции и подруги-лекаря последний год младшей школы я бы закончила в реанимации. Однако обошлось! Я все сдала и теперь пойду в среднюю школу! Естественно, Намимори, кстати, Кея об этом узнал одним из первых, ибо он ГДК, что за зверь не знаю. Но он выполняет функции школьного совета, как я поняла, а жаль… как мне теперь отсутствие на уроках оправдывать? Или забить на все и заниматься своими делами? Ну, я же хорошая девочка, поэтому нельзя.

      — Тсу-чан! — из размышлений меня выдергивает веселый голос Наны. — К тебе пришли!

      — Еши, давай быстрее, а то опоздаем! — вторит ей голос Такеши, а я припоминаю, что он что-то говорил о том, что сегодня зайдет за мной, чтобы проконтролировать количество извращенцев на квадратный метр. — Киоко и семпай обещали ждать нас на перекрестке!

      — Иду! — последний раз оглядываю себя в зеркале и, разгладив неприметную складочку на юбке, подхватываю сумку и иду вниз. — Спасибо, что зашел, Такеши.

      — Да, ладно, вместе веселее, — весело смеется он, перехватывая поудобнее пакет с обенто, что я с вечера приготовила для себя, Такеши и Кеи. Ну, была у меня надежда его выловить и заставить с нами попить чаю, пожевать онигири (и не только), хотя и слабая. — Да и девочкам тяжести таскать нельзя!

      — Ты такой заботливый, Такеши-кун, — радостно хлопнула в ладоши моя матушка.

      — Вы меня смущаете, Нана-сан, — взъерошив волосы на затылке и ослепительно улыбнувшись, отозвался Ямамото.

      — Но это правда, присмотри за Тсу-чан, Такеши-кун, — слегка поклонившись, заявила моя мама.

      — Предоставьте это мне! — согласно кивнул он. — Да и остальные тоже в стороне не останутся.

      — Ну, блин, ка-чан, я и сама могу о себе позаботиться, — обиженно протягиваю я, ну, не люблю я, когда меня обсуждают в моем же присутствии. Недовольно надеваю туфли и иду к двери. — Я ушла!

      — До свидания, — слышу тихий голос Такеши, а потом уже гораздо громче. — Тсуна, подожди меня!

      — Счастливого пути! — донеслось нам вслед, машу рукой не оборачиваясь, за это время, привыкнув к некоторым причудам Наны.

      — Тсуна, смотрю ты не в настроении? — уточняет у меня Такеши, едва догнав.

      — Угу, — согласно киваю и, ощутив, что он смотрит на меня очень внимательно, расстроено поясняю, — Кея вчера сказал, что в школе нет школьного совета, только его ДК, но там только сильные и брутальные парни, девушек нет. Он сказал это очень категорично.

      — И все? — удивился он.

      — Тебе мало? — возмущенно смотрю на друга. — Как я буду пояснять свое нежелание ходить на уроки?!

      — Ха-ха, ну, ты, Тсуна, даешь! — Такеши буквально складывается пополам от хохота, а я не могу сдержать кислого взгляда, который его еще больше веселит. — Нежелание ходить на уроки, ха-ха!

      — Тсу-чан! — голос Киоко был для меня музыкой. — Доброе утро, — с интересом посмотрела на ухахатывающегося Ямамото и добавляет. — Доброе утро, Такеши.

      — Доброе утро, — сквозь приступы смеха выдавил мой друг.

      — ЭКСТРЕМАЛЬНО, привет, ребята! — рядом нарисовывается Рёхей и тут же хлопает по плечу Такеши, который от этого давится своим смехом. — Чего смеемся?

      — Я поделилась с Такеши своим горем, — трагично заявила я.

      — Горем? — удивленно смотря на заходящегося кашлем Ямамото, уточнил Сасагава-старший.

      — Это она про то, что школьный совет в средней Намимори переименован в ДК, — весело улыбнувшись пояснила Киоко, которая участвовала в уточнении этих моментов у Кеи, да и у учителей. — Тсу-чан не хочет ходить на уроки, а придется.

      — Главное, чтобы это не закончилось так же, как в прошлый раз, — обреченно вздыхаю и продолжаю путь. — Ладно, идемте, ребята, иначе опоздаем, а отношение к этому Кеи вы лучше меня знаете.

      — Хай! — хором отозвались они, и мы уже гораздо более мирно отправились дальше. Мы с Киоко обсуждали ассортимент новой кондитерской, что открылась неделю назад неподалеку от нашей новой школы, а парни обсуждали достоинства спортзала и бассейна, что были в школе.

      Впрочем, дорога недолго была спокойной, вскоре нам по пути стали встречаться и другие ученики. К счастью мы были знакомы еще с той школы, часть была знакомыми Рёхея. Хотя, меня радовало то, что незнакомых или полузнакомых ребят было больше и их взгляды не выражали бешеного фанатизма, что позволило мне вздохнуть спокойнее. Правда, чем ближе мы подходили к школе, тем больше было знакомых, но я гнала панические мысли прочь. Этому способствовало и то, что на школьных воротах я обнаружила Кею с парнем, у которого была необычная прическа. Нет, труба из волос, что гордо торчала вперед, была весьма забавна, но как она держалась? Вернее, сколько для такого эффекта он на нее лака-то вылил? Да и как он их расчесывает после?

      — Доброе утро, Кея, — весело улыбаюсь, проходя мимо него.

      — Доброе утро, Кея-семпай! — хором поприветствовали его Киоко и Такеши.

      — Зверек, — негромко ответил мне Хибари и слегка кивнул, остальные удостоились только кивка.

      — Ты ЭКСТРЕМАЛЬНО холоден, Хибари! — на Кее едва не повис Рёхей, но его вовремя успел перехватить Такеши, но если не вмешаться, то это ненадолго, а разнимать их у меня желания нет.

      — Кто это? — внезапно раздался тихий шепот, а я только сейчас заметила, что меня окружает нереальная для этого времени в школе тишина. Нет, тут и раньше было потише, чем в других местах, но точно не так. Оглядываюсь и замечаю, что большая часть школьников замерла и смотрит на нашу группу.

      — Она назвала Хибари-сана Кеей, — потрясенно прошептал кто-то из толпы, а я начала ощущать, что раздражение нашей Хмурой Тучки стало набирать вполне понятные очертания и направления.

      — Девушка? — чей-то голос, причем на сей раз, я уверена, что он был женским. Смешок я умудрилась сдержать, но вот легкую улыбку — нет.

      — Красавица! — восторженно раздалось из толпы, а у меня появился вполне реальный план, как избежать назойливых ухажеров и заодно поиздеваться над Хибари. Улыбаюсь еще более мягко, вспоминая все наставления учителя по актерскому мастерству и буквально заставляю себя смущенно покраснеть.

      — Зверек, есть разговор, — обведя толпу школьников своим фирменным взглядом, заявил мне Кея, зря он это говорил не таясь, кажется, я услышала где-то в стороне восторженный писк.

      — На обеденном перерыве, тебя устроит? — с трудом сдерживаюсь, чтобы невинная улыбка не переросла в ехидную. — Заодно и перекусишь с нами, я твои любимые рубленные бифштексы в обенто положила.

      — Хорошо, в обед, на крыше, — согласно кивнул Хибари.

      — Я ему завидую! — отчетливо прозвучало со двора школы. Мда… видимо то, что я говорила о себе во множественном лице никого не интересовало, но мне же лучше, это какая защита! Эхх! И ведь теперь никто не поверит, что я с Кеей просто дружу… я, впрочем, сама бы не поверила, парень-то он красивый, а голос… правда, петь отказывается! А я ведь столько сил вложила, чтобы на свой День Рождения его в караоке затащить… вывернулся, каким-то образом сделав так, что все известные мне караоке-бары в тот день перестали работать.

      — Ребят, нам пора, а то на урок опоздаем, — невинным тоном заявляю парням и получаю в ответ подозрительные взгляды, их-то моя притворная кротость совсем не обманула, но пояснять я ничего не собираюсь, скоро сами узнают. — Не будем больше отвлекать Кею.

      — Точно-точно! — согласилась со мной Киоко и как подтверждение моих слов, прозвучал первый звонок.

      — Действительно, поторопимся, — с веселым смешком заключил Такеши и отпустил названного братца. — Рёхей-семпай, идемте.

      — Это Э… — начал было он, но я не была в настроении выслушивать его высказывания и просто-напросто схватила его за руку, потащив по направлении к школе, на второй руке повисла Киоко, сзади шел Такеши. В общем, вырваться у него не было шансов, и мы смогли достигнуть школы все вместе и успеть на первые занятия.

      Продолжение следует…

Глава 17. Предвестники перемен

      Школьный день начался интересно и продолжился не менее ярко. Весь первый урок я ощущала на себе множество любопытных взглядов, особенно этим грешила Курокава Хана, подруга Киоко и моя неплохая знакомая. Она тоже пошла в среднюю Намимори и поразительно, но ее вместе с моими друзьями определили в один класс со мной. Не знаю, как так получилось, все же уровень знаний у нас всех был разный, но я определенно видела в этом происки нашей Хмурой Тучки. Вернее, Хана-то попала случайно, а вот остальные точно нет.

      — Тсуна-чан, можно вопрос? — стоило закончиться уроку и уйти учителю, как рядом со мной материализовалась Курокава.

      — Что, Хана-чан? — с интересом смотрю на эту девчонку, раньше мы с нею не особо общались, хотя и бывало, что гуляли вместе, но без особой радости, слишком мало точек соприкосновения (вернее вообще одна — Киоко), но я уважала ее за спокойствие и умение терпеть выходки Рёхея. Все же являясь подругой Сасагавы-младшей, она частенько сталкивалась с Сасагавой-старшим, но ни разу не позволила себе грубости в его сторону. Учитывая то, что терпеть братишку иногда и правда трудно, особенно малознакомым людям, это было достойно восхищения.

      — Скажи, а что тебя связывает с президентом? — осторожно поинтересовалась Хана у меня.

      — Президентом? — в начале удивляясь, не сразу поняв о ком меня спрашивают, но быстро вспомнила, как обращались к нашей Тучке подчиненные и улыбнулась. — Это ты о Кее?

      — Да-да, — покивала в ответ Куракава и впилась в меня взором горящим, даже удивительно, обычно она весьма спокойная, если не сказать флегматичная девушка.

      — Мы познакомились благодаря ни-сану, а на следующий день он спас меня от банды отморозков, — мгновенно «раскололась» я, но наткнувшись на недоверчивый взгляд, надулась. — Не веришь? — получаю мотание головой, добавляю. — Можешь спросить у Такеши или Рёхея!

      — Действительно? — быстрый взгляд на Такеши, который о чем-то задумавшись, коротко кивнул.

      — Да, правда, он тогда в одиночку чуть ли не всех якудза раскидал, нам с семпаем почти ничего и не осталось, — тут Ямамото наткнулся на мой заинтересованный взгляд и прикусил язык. Мда… жаль, я же от них так и не добилась ответа, куда они тогда на полдня и всю ночь исчезали… а тут такие подробности и опять без конкретики.

      — Я-якудза? — раздался чей-то тихий, какой-то дрожащий голосок, а я была довольна, ибо он был один.

      — Да, Кея-семпай тогда сильно разозлился, — улыбнувшись, подтвердила мою теорию Киоко. — Именно после этого, Тсу-чан с ним и сблизилась, теперь он частый гость…

      — Как романтично! — мгновенно пронесся восторженный вздох, перебивая речь Сасагавы-младшей, а мне осталось только мысленно поблагодарить свою подругу, ее слова как нельзя лучше лягут в основу моей легенды. Теперь мне даже особо напрягаться не придется, поверят и так.

      — Видишь? — победоносно смотрю на Хану, замечая, что класс разделился на три части: парни — от которых тянуло жаждой убийства, кого-то вне кабинета и я даже догадывалась кого; девушки, что подобрались ко мне поближе готовясь слушать увлекательный рассказ; ну и третья, самая малочисленная, те кому все равно или те кто уже понял, что я сейчас буду говорить правду, правду и ничего кроме правды, проще говоря Киоко и Такеши, последний уже подсчитывал масштабы нависшей над ним угрозы, только не понял, что взбешенный Кея меньшее из его проблем.

      — Расскажи! — требуют первые любопытствующие, ну, а кто я такая, чтобы их разочаровывать? Тем более, за время бытия президентом школьного совета, я навык развешивания лапши на уши прокачала знатно.

      Слова слетали с губ легко, а главное это была чистая правда. Я описала весь бой в нашем домишке, упустив только свое участие, но зато расписав в красках, как потрясающе выглядели парни. Рёхей у меня превратился в разящего своих врагов с одного удара старшего брата, причем, все поверили, что родного. Такеши стал настоящим самураем, что жалел глупых и неразумных, атакуя тупой стороной меча, оставляя шанс заблудшим душам на спасение. Кея превратился в прекрасного демона, что спасал глупую меня и благородно кидался на врагов вооруженных пистолетами. Мда… красивая сказка получилась, а уж Ямамото, как рад, только уши горят и глаза обещают мне все кары мироздания. Ну-ну, наивный вьюнош со взором горящим, так я тебе и дамся! Тем более сами виноваты, плохо сталкеров и других идиотов гоняете. Хотя Кея вроде тоже слежку чуять может… хм… дать ему, что ли добро на отлов если не моих охранников, то почитателей? Хотя вначале надо убедиться, что тут будет не так грустно, как в прошлой школе, где: 30% бегало за Киоко, 30% за мной, а оставшиеся 40% за нами обеими. Все же школа может закрыться, если процент здоровых и способных посещать занятия учеников станет ниже определенного количества, а я этого не хочу.

      — Постой, так это ты тогда из-за этого с забинтованным плечом ходила? — с откровенным восторгом выслушав мой рассказ, внезапно уточнила Хана.

      — Да, — согласно кивнула я. — И если бы не Кея… — отмахиваюсь рукой и вздыхаю. — Ну, вы сами понимаете, — получаю в ответ усиленные кивки.

      — Семпай сожрет тебя с потрохами, — донеслось до меня со стороны Такеши, причем сказано было довольно мстительным тоном.

      — Ты прав, Кея не любит лишнее внимание, — мгновенно обращаю на его слова внимание, а остальные вслед за мной. Мне даже оглядывать всех не надо, я и так понимаю, что все присутствующие стали одним сплошным ухом. — Он всегда говорит, что ненавидит толпы — стесняется, — нагло заявила я, а со стороны парней послышался грохот, повернувшись туда, с интересом смотрю на живописную кучу малу. Похоже, я единственная, кто смогла так интерпретировать его поведение.

      — В школе запрещено курить, — в образовавшейся тишине, особенно четко прозвучал холодный голос Кеи со стороны приоткрытого окна, — камикорос.

      — Аааа! — вопль довольно быстро оборвался и последовал глухой удар, восторг на лицах девочек, как-то поутих.

      Впрочем, окончательно разочароваться в нарисованном мной образе никто не успел, прозвенел звонок и в класс вошел следующий учитель. Пришлось расходиться по местам, а я резко захотела спать. Правда, немного ситуацию смягчило то, что дальше у нас была литература, английский и математика. Первый из названных уроков был мне относительно интересен, хотя местный учитель оказался диким фанатом хокку* и рэнга**, поэтому первый урок решил сделать посвященным стихам. Нет, может, кому и нравилось выдавать пару взаимосвязанных строф, а после передавать эстафету кому-нибудь другому, но явно не мне, хотя я справилась, может не лучше всех, но точно не хуже. Впрочем, урок стихосложения японской литературы закончился, но преподаватель ушел не сразу, в буквальном смысле завалив нас рекомендациями по прочтению каких-либо стихов. Весь класс почувствовал себя опустошенным, даже я с Киоко не нашли в себе силы что-нибудь обсуждать и в буквальном смысле растеклись по парте.

      Английский прошел легче, школьная программа для меня не представляла сложности, поэтому учебник так и остался не открытым, а я достала книгу Джером К. Джером «Трое в лодке не считая собаки» на оригинальном языке. Тут уж я не боялась разоблачения, ибо написано было на английском, а если что спросят, я всегда смогу ответить, да и вряд ли местный учитель не знал о моем знании языка, все же я последние два года от младшей Намимори в олимпиадах участвовала и стандартно занимала призовые места. Могла бы и первые, но времени не хватало, я же зарабатывать переводами так и не бросила, хотя с момента встречи с Кеей и уменьшила их количество, но зато они стали сложнее. Тем более, теперь у меня был: неплохой компьютер у нас на базе, немного хуже дома, которые обзавелись целым комплексом защитных программ и чего-то еще. Я особо не вникала в детали, просто поныла о своих проблемах, когда рядом был Хибари и спустя пару суток, получила подарки. Вернуть их я даже не пробовала, хватило только небольшого намека и мне стали угрожать тонфа, вот я и решила, что стоит последовать народной мудрости: «раз дают — бери, бьют — беги».

      В общем, учитель, конечно, заметил, что я его не слушаю, но наказывать не стал, стоило только показать, что я читаю. Правда, пришлось пообещать краткий пересказ прочитанного в конце урока и на английском языке, но разве это большая плата? Да и интересно мне было посмотреть, как среагирует тот на мои знания, хотя я себе уже поставила галочку, в уме, что больше ни на какие олимпиады не езжу, хватит! Времени и так мало, да и не люблю я покидать Намимори, сразу тревожно становится и дело тут далеко не в том, что мои друзья остаются дома, просто чувство защищенности исчезает. Правда, я давно заметила, что это происходит только тогда, когда никто из ребят не идет со мной. Впрочем, даже когда они рядом, тревога не исчезает совсем, просто становится меньше. Хотя ладно, чего заранее паниковать? Меня еще никуда не выдвинули! Прочь упаднические мысли и отвечаем на вопросы учителя, это как раз поможет избежать уточняющих вопросов от одноклассников, а на завтра они уже сами все себе придумают! Главное не переборщить, а то Кея зараза злопамятная! Хотя… моей вины в происходящем нет, он сам подкинул пищу для размышлений, я только помогла им окрепнуть.

      — Идем обедать? — стоило отзвучать звонку с математики, как ко мне подскочил Такеши с Киоко, в буквальном смысле утаскивая из класса. Ну, понять их не сложно, я-то отгородилась ото всех умной книжкой или просто на все вопросы строила восторженную моську, а вот на них насели одноклассники, которых интересовали подробности. Особенно доставалось Ямамото, которого доставала не только мужская часть нашего коллектива, но и женская. Мда… чувствую, у него и в средней школе девчонки не появится, ибо такой напор его только пугает. Озаботиться его личной жизнью, что ли? Хотя, ну его! Он уже большой мальчик, пусть сам свои проблемы решает!

      — За мной! — весело улыбнувшись, командую ребятам и, прислушавшись к своим ощущениям, уверенно иду в сторону выхода из класса. Все же хорошо, что я могу почувствовать каждого из ребят, а то, учитывая наличия аж четырех крыш в нашей новой школе, мотались бы мы долго, выходы то, далеко друг от друга находятся. Впрочем, воспользоваться своими навыками поиска Хмурых Тучек я не смогла, за дверьми нас уже ожидали.

      — Ос! Тсунаеши-сама! — грянул кто-то у меня над головой, едва я переступила порог кабинета. Поворачиваюсь в ту сторону и вижу… черный пиджак, трещащий по швам на чьей-то могучей груди. Задираю голову, отступив на шаг назад, чтобы удобнее было рассматривать того, кто тут разорался и вижу парня, внушительных габаритов. Причем, первой бросается прическа, которая точь-в-точь повторяет ранее виденную мною у того парнишки сопровождавшего Кею. Далее я перевожу взгляд на лицо и понимаю, что гопники в школе начали размножаться почкованием, хотя… наша Тучка, что-то говорила про сильных и брутальных самцов? Неужели это оно? Вновь задумчиво окидываю возвышающуюся надо мной, как минимум на две головы, тушу и понимаю, что — да, такую одежку в этой школе носят только они.

      — Да, это я, — согласно киваю, поняв, что передо мной стоит один из подчиненных Кеи. — Что ты хотел?

      — Президент сказал проводить вас, — так же громко, а главное, смотря поверх моей головы, отозвался парень.

      — Фьють, семпай подошел к делу серьезно, — присвистнул у меня за спиной Такеши, но амбалище на него даже не глянул.

      — Хорошо, показывай, — соглашаюсь я, а чего не согласиться-то? Заодно и вопросов о моей осведомленности ни у кого не возникнет.

      — Следуйте за мной, — невозмутимо произнес посланный Кеей парень и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, потопал именно в ту сторону, где я ощущала наличие Хибари. Впрочем, амбалище не обманул моих надежд, привел на крышу, где был Кея, а сам остался на страже, возле дверей. Это он, кстати, правильно, а то, я прекрасно ощущала, что за нами потопала довольно внушительна толпень. Ну, а удовольствие от обеда, когда каждый съеденный кусочек провожает целая куча народа, весьма сомнительно.

      — Опаздываете, — встретил нас холодноватый голос Хмурой Тучки, стоило появиться на крыше.

      — Ребята! — перед ним выскочил Рёхей, который стал энергично размахивать руками. — Мы уже… — что-то сверкнуло на солнце и братишка мгновенно схватился за ребра, — что ты творишь, Хибари?

      — Я хочу поговорить со Зверьком, остальных не звал, — холодно отозвался Кея. — Будешь шуметь, камикорос.

      — Ну-ну, успокойтесь, — решившего возмутиться таким произволом Рёхея перехватил Такеши. Мда… ну, хоть нашу еду догадался вначале опустить на крышу, а не вместе с ней удерживать братишку кинулся.

      — Согласна, давайте перекусим и уже потом поговорим, — улыбаюсь, снисходительно смотря на ребячество друзей. — Твоя же новость подождет еще минут десять, Кея?

      — Хорошо, — получаю в ответ согласный кивок, а после он разворачивается и отходит к ограждению, где и приземляется прямо на пол, угу, с независимым видом скрещивая руки на груди.

      — Хибари! — раздается довольно знакомое чириканье и из кармана его рубашки вылетает маленькая желтая канарейка, которая привычно устраивается у меня в волосах.

      Слышу веселые смешки со стороны Киоко и хихикаю сама, а после мы начинаем разгружать принесенный нами провиант. Откуда-то появляется небольшой пледик и коробочки с готовой едой ставятся на него. Свободного места практически не остается, но мы с Киоко умудряемся все же поместить своих любительниц приключений на ткань. Кстати, хорошо, что так, а то юбки короткие, а сидеть на шершавом покрытии удовольствие ниже среднего, все же ноги голые и кожа нежная у нас обеих. Зато остальным пришлось довольствоваться обычным полом, но форма парней включает в себя штаны, а не шорты, поэтому никто не расстроился. Хотя нас всех немного напрягало то, что на крышах напротив аномальное скопление народу, причем, я могу поклясться, что я видела кое-где блики от биноклей.

      Убедившись, что мы разложили все принесенное, да и палочки достались всем, я разлила из термоса зеленый чай. Кстати, именно он и весил больше всего, но зато и свое содержимое сохранял горячим долго. Купленную же явно Рёхеем воду, было решено оставить на потом. Вдруг чай кончится раньше, чем мы насытимся? Однако пронесло, еды и питья хватило всем, зато после Кея мгновенно отсел немного подальше, откинувшись на ограждение крыши и закрыл глаза. Наливаю ему еще чая, прекрасно зная, что утром Нана заполнила термос его любимым сортом и подхожу к Хибари. Остальные провожают мои маневры спокойными взглядами и начинают негромко переговариваться, правда, я прекрасно знаю, что это не помешает им услышать наш с Кеей разговор, все же пять метров не сотня.

      — О чем ты хотел поговорить? — подойдя к другу, протягиваю полную кружку.

      — На каникулах был капитальный ремонт школы, — кивком поблагодарив за чай, спокойно отозвался Хибари.

      — И? — с интересом смотрю в его сторону, ощущая, что интуиция заинтересовалась его словами, но больше меня напрягало чужое внимание. Впрочем, я быстро поняла, что это любопытствующие школьники, а не кто-то другой.

      — Ремонт был проведен на всех этажах в кратчайшие сроки, — невозмутимо дополнил Кея, неторопливо прихлебывая ароматную жидкость.

      — Хм… мой то-сан? — уточняю я осторожно, а то не нравится мне начало разговора, уж очень явственно указывает на возможные проблемы.

      — Имя благодетеля неизвестно, — качнул головой Хибари. — Да и вряд ли его заинтересовала вентиляция, которую обновляли два года назад.

      — Вентиляцию? — моя интуиция упорно заставляет выхватывать из разговора только определенные слова, хотя чисто на периферии сознания и скользнула мыслишка, что наша Тучка не должна знать, что было пару лет назад, ибо в эту школу перешел только в прошлом году. — Это плохо?

      — Нет, только вот вентиляция не проходит по абсолютно всем стенам на уровне полуметра над полом, — усмехнулся Кея. — Причем, ремонтные работы проводились не только в школе, но и на ее территории, а они вообще никак не объяснены.

      — Что? — вот теперь я по-настоящему обеспокоена, слишком много совпадений, да Тсуеши-сан последнее время выглядит несколько… встревоженно.

      — Вся школа пронизана ходами, чьи размеры рассчитаны на не очень крупного пятилетнего ребенка, — хмуро пояснил мне Хибари, которому по-видимому сложившаяся ситуация нравилась еще меньше. — Я знаю только часть выходов, их обнаружили случайно.

      — Странно, — тяну я, мысленно прокручивая все варианты того, для чего это все может использоваться, но в голову ничего путного не приходит. Нет, если среди мафии появились дети-убийцы, у меня отпадают все вопросы, но не может же такое быть, правда? Да и Иемицу вряд ли захочет избавиться от единственной наследницы. Ну, если только я единственная, хотя кто его знает? Впрочем, сейчас передо мной стоит совершенно другой вопрос. — Зачем?

      — Есть у меня одно подозрение, но я не уверен, — покачал головой Кея и я, взглянув ему в глаза, четко поняла, что озвучивать свои вопросы бесполезно. — Но в любом случае, будь осторожна, Зверек.

      — Хай! — согласно киваю, прекрасно понимая, что в противном случае он на меня натравит Рёхея, а тот пока не добьется желаемого, не отстанет. — Ты тоже, будь осторожен.

Продолжение следует…

Примечание к части

* - Ха́йку (он же Хокку) - жанр традиционной японской лирической поэзии века, известный с XIV века. В самостоятельный жанр эта поэзия, носившая тогда название хокку, выделилась в XVI веке; современное название было предложено в XIX веке поэтом Масаока Сики. Поэт, пишущий хайку, называется хайдзин.

** - Рэнга ("букв. совместное поэтическое творчество") - жанр старинной японской поэзии. Рэнга состояла по меньшей мере из двух строф; обычно же строф было намного больше. Первая, "открывающая" строфа рэнга (5-7-5 слогов) назывались хокку, именно она в своё время послужила основой для создания самостоятельного жанра японских трёхстиший-хайку.

Глава 18. Появление Реборна

      Как это не удивительно, но первый месяц прошел без происшествий. Мы довольно весело справили День Рождения Такеши и, казалось, что ничто не может испортить нам жизнь. Ну, если не считать того, что Кею начали доставать шепотки и томные вздохи за спиной. Впрочем, они не только быстро появились, но и так же быстро сошли на нет. Большинство просто признало, что он слишком пугающе выглядит, правда, это не мешало остальным следить за нашими с ним взаимоотношениями. Большинство мне сочувствовало, а на третью неделю, когда закончились первые проверочные тесты, парней прорвало. Уж не знаю, кто их надоумил, но теперь на обед, что я начала таскать Кее, началась настоящая атака. Мне приходилось прикладывать массу усилий, чтобы сохранить коробочки в целости, в противном случае, мне приходилось спасать идиотов, посягнувших на чужое пропитание и придумывать, чем обедать самой, все же моя емкость для еды имела три вставляющиеся друг в друга коробки, а закрывалась крышкой только последняя. В общем, еду утаскивали общую, благо Киоко тоже брала ее больше необходимого, но все равно наши были недовольны и виноватые в этом состоянии быстро оказывались в больнице.

      Однако, что удивительно никто ни разу не показал на ребят, что говорить о Кее? Я сама-то абсолютно случайно узнала о том, что моих условных обидчиков старательно отваживают от приготовленной мной еды именно парни. Уж очень они осторожно действовали и на глаза своим жертвам не попадались. Ну, хоть без смертельных исходов, максимум сломанное ребро, со следами падения на лестничные перила. Правда, это официальная версия, а вот мои ноющие ребра буквально вопили, что такие же следы остаются после удара тонфа. Мда…, а я ведь просила их быть осторожнее, но вместо этого они устраивают локальные войнушки! Хотя больше всего меня настораживает то, что я сегодня рано утром почувствовала, что рядом с нашим домом затормозил дико опасный субъект с сильным Пламенем, вероятнее всего Солнца, который постоял пару мгновений и куда-то ушел. Непонятно и странно, ибо я почувствовала, что этот человек был полон предвкушения, но опасности не было. Вернее была, но какая-то неоформленная, что странно. Впрочем, я быстро откинула эти мысли и попыталась успокоиться, ибо мне тут же пришли сообщения от друзей, где они уточняли все ли со мной в порядке. Пришлось успокаивать их и говорить, что все расскажу в школе и потом по наитию добавлять, чтобы они сегодня ко мне домой не совались, даже если ощутят, что-то нехорошее, отправить SMS-ки и тут же их стереть из памяти телефона. Сама не знаю, зачем это сделала, но я привыкла доверять интуиции, поэтому все делала на полуавтомате, а после отправилась делать зарядку, пробежку и готовить бенто. Все равно не усну, так зачем терять время? Лучше проведу его с пользой для себя и матушки, тем более, вчера я так закрутилась, что на сегодня ничего не приготовила, а это плохо.

      — Тсу-чан, ты уже встала? — отвлекает меня от создания осминожек из сосисок (вы бы видели лицо Кеи, когда я их в первый раз ему в еду положила!) голос Наны. — Доброе утро.

      — Доброе утро, — весело киваю, на приветствие и продолжаю творить, попутно насвистывая один прилипчивый мотивчик под нос и слегка приплясывая на месте. Кстати, уже и не припомню, где его услышала, да даже слов песни не вспомню, а вот мелодия в памяти осталась и я теперь не знаю куда от этого деться.

      — Ты сегодня рано, — с интересом заглянув мне через плечо и оценив мои старания, пробормотала мама и тут же отстранилась, пояснив на мой молчаливый вопрос. — Я проверю почту.

      — Хай! — останавливать ее и не думаю, попутно варганя из остатков вчерашнего риса онигири, большая часть уйдет ко мне в коробочку, но и того, что останется с верхом хватит на наш с мамой скромный завтрак. Я все же хоть и растущий организм, но почему-то быстро насыщающийся, да и про поставленные мной в духовой шкаф печеньки забывать не стоит, они необходимую энергию обеспечат.

      — Тсу-чан! — спустя пару минут Нана возвращается и протягивает мне какую-то картонку. — Держи.

      — Что это? — едва прочитав про то, что кто-то хочет сделать меня лидером нового поколения, крайне подозрительно уточняю я. Ну, не верю я таким листовкам! Да и мне достаточно моих друзей, которые без моей твердой руки друг друга поубивают, чтобы еще чьим-то лидером становиться.

      — Я нашла это в нашем ящике, правда здорово? — улыбнулась мама, но как-то неестественно. — Это же здорово иметь личного репетитора, тем более, он готов работать за кров и еду!

      — Подозрительно, — пожимаю плечами и отвлекаюсь на засвистевший чайник, мгновенно мчусь его выключать, чтобы заварить ароматный напиток.

      Мда… даже жаль, что в Японии предпочитают зеленый чай, но с другой стороны, есть сборы, которые своим вкусом не напоминают сено. Правда, они довольно дороги и поставляются на заказ, но не с моими деньгами на подобное жаловаться! Да и Кея мне пару точек в городе показал, где продается хороший чай, а он в этом деле знаток! Да и скидку мне там делают знатную, после посещения их под ручку с Хмурой Тучкой-то! Кстати, после, Кея даже пытался провести с нами чайную церемонию по всем правилам… угу, со всеми нами… опыт был довольно плачевный, а синяки у парней не сходили несколько недель, ибо я с Киоко на их поведение обиделись, поэтому быстро вылечиться мог только Рёхей, но его мы просто стали игнорировать. Извинения были принесены меньше чем через двое суток, хотя мы и поупрямились еще недельку для лучшего закрепления результата.

      — К тому же, зачем мне репетитор? — осторожно ставлю горячую емкость назад на плиту, а после начинаю закручивать термос. Чай в нем и так заварится, хотя и жаль, что придется пить его с чаинками, но с другой стороны это не самая большая плата. — Я отличница, спортсменка, — мысленно проглатываю фразу про комсомолку, начинаю доставать из духовки готовое печенье и выкладываю остатки теста, возращаю противни в духовку и выставляю таймер, а после продолжаю, — еще месяцок и дожму Кею, чтобы он взял меня к себе секретарем в ДК…

      — Тсу-чан! — недовольно обрывает меня мама и теперь уже насильно впихивает мне в руки картонку, а я едва не отшвыриваю ее от себя. Ощущение чистого, яростного Пламени Солнца заставляет меня замереть и поднять на Нану растерянные глаза, именно этот источник я засекла сегодня рано утром и больше не смогла уснуть. — Я уже созвонилась с репетитором и он… — ее слова прервал звонок входной двери, — наверное, это он, как-то он неожиданно быстро!

      — Я ухожу, не забудь вынуть последнюю партию печенья, — кидаю взгляд на часы и понимаю, что до встречи с ребятами у меня есть больше часа, уйма времени, но желанья оставаться рядом с непонятным репетитором нет. Мгновенно отделяю половину оставленных на столе онигири и, складываю в еще один небольшой контейнер и убираю в сумку с едой, туда же скидываю кулек с еще теплым печеньем. Только после этого выхожу в прихожую, чтобы взять предусмотрительно собранную и спущенную вниз еще со вчерашнего дня сумку. В сторону источника непонятной угрозы, я принципиально не смотрю, а вот его интерес, ощущаю четко. Хм… странно, взгляд взрослого, но если бы у нас на пороге оказался взрослый мужчина я бы его увидела в любом случае, тут уж не важно отворачиваюсь я или нет, но краем глаза все равно бы зацепила, а тут по нулям. Странно.

      — Подожди секундочку, — тут же поворачивается ко мне Нана и указывает мне под ноги, добавляет. — Вот это — Реборн.

      — Чаоссу! — раздался детский голос снизу и я начинаю медленно опускать взгляд, стоило встретиться с чужими черными глазами, как все тот же голос добавил. — Я репетитор-киллер Реборн!

      Удержать маску невозмутимости на лице было практически невозможно, я чувствовала слишком сильный контраст между тем, что видела и тем, что мне шептала интуиция. Я видела ребенка, лет пяти, если не младше, а интуиция упорно утверждала, что передо мной взрослый, состоявшийся мужчина, который знает себе цену, это же подтверждал слишком внимательный и осмысленный взгляд для ребенка, что тот даже не скрывал. Впрочем, из ступора меня вывел забавный хамелеон, что быстренько спрыгнул с пижонской шляпы ребенка и проворно полез по моей ноге наверх. Подхватываю чужую живность и автоматически начинаю почесывать между выпученными глазками, а после мягко улыбаюсь. Все же разнообразная живность меня любит, взять хотя бы Хиберда Кеи, который в школе от меня надолго не отлетает, а тут еще одна образина будет. Главное его не скормить всем тем кошечкам-собачкам, что лечит Киоко, а после сдает в местные приюты или пристраивает через интернет в хорошие руки. Одно радует, для своей деятельности она использует небольшой сарайчик за своим домом, а не нашу базу, иначе я даже не знаю, как мы бы от запахов избавлялись.

      — Очень приятно, Реборн, — осторожно сажусь на корточки, чтобы быть если не равного с ним роста то, хотя бы не возвышаться на пару метров. В той жизни, с моими братьями это срабатывало, все же они не любили чувствовать себя маленькими. — Однако, я не понимаю чему ты можешь меня научить, вроде я неплохо справляюсь со школьной программой. Впрочем, если тебе некуда идти, можешь остаться у нас дома, всегда мечтала о младшем братике, но от моих родителей разве дождешься? — обреченно вздыхаю, правда, на сей раз совершенно не наигранно, ибо про братишку я не вру, он бы замечательно вписался в мою семейку, а главное, вдохнул новую жизнь в Нану, все же я уже довольно взрослая и самостоятельная. Мне и раньше особо не нужна была помощь, а тут я вообще начала чувствовать, как мы отдаляемся. — Это же твой, держи, — протягиваю ему разомлевшее от почесушек хамелеона и, когда тот молча взял его у меня из рук, поднимаюсь. — А сейчас извини, мне уже пора в школу.

      — Тсу-чан, ты что не позавтракала? — раздается возмущенный голос матушки из кухни, а я обреченно вздыхаю. Черт! Забыла отлить немного чая из чайника, вот на таких мелочах и палятся все конспираторы.

      — Я взяла с собой, — невинно отвечаю я, мысленно давая себе пинок за забывчивость, — хочу с Кеей утром позавтракать.

      — О, ты, поэтому так в школу спешишь? — Нана выглядывает из кухни, а я растерянно хлопаю глазками, ибо как-то подзабыла, что у меня до уроков больше часа.

      — Конечно, — прячу глаза, не выдержав какого-то понимающего взгляда матушки, хотя и знаю, что уж кого-кого, а ее не провести, она прекрасно понимает, что сматываюсь отсюда я совершенно не поэтому. Мгновенно подскакиваю к своим туфлям и надеваю их, слышу пиликанье таймера на духовке и перед выходом, добавляю. — Ка-чан, не забудь достать печеньки и угости Реборна, а я пошла.

      — Естественно! Будь осторожна! — мгновенно слышится ответ, и я буквально вылетаю из дома, стараясь забыть излишне внимательный взгляд ребенка, что назвался репетитором-киллером Реборном, но не удается, ибо тот следует за мной, прямо по соседскому забору.

      — Реборн, вернись к нам домой, а то потеряешься, — стараюсь быть спокойной, но слишком четко я чувствую, что мальчуган не так прост, да и слова про киллера, что он говорил недавно… это правда, о чем мне неустанно шепчет интуиция. — Можешь даже попросить ка-чан, чтобы она отвела тебя в участок, наверняка тебя ищут родители.

      — Иемицу говорил, что его дочка милый цветок, — неожиданно перебивает меня Реборн и я останавливаюсь в растерянности смотря на мальчишку. — Я собрал о тебе достаточно сведений: отличница, неоднократно занимавшая призовые места по различным предметам; занимаешься с детства танцами, выезжала на конкурсы и концерты, занимала опять же призовые места вместе со своей подругой Сасагава Киоко; дружишь с братом и сестрой Сасагава, а так же с Ямамото Такеши; одна из самых популярных девушек средней Намимори, по слухам влюблена в главу ДК — Хибари Кею.

      — Ты многое знаешь, сразу видно, что от моего то-сана, — спокойно смотрю на мальчишку, чье присутствие я ощущаю, как взрослого. — Он все же решил дать о себе знать, пусть и таким оригинальным способом? — растерянно хлопаю рукой об раскрытую ладонь и осторожно уточняю. — Я надеюсь, ты не его внебрачный ребенок, Реборн?

      — Меня нанял Кьюдайме Вонгола, чтобы я сделал из тебя босса мафии, — игнорируя мой вопрос, заявило это мелкое недоразумение. Все вокруг погрузилось в тишину, рядом просвистел ветер, играющий с мелким мусором.

      — Ха? — нормальных слов, у меня не осталось и это было единственное, что я смогла из себя выдавить. Вот батяня удружил, так удружил! Зато теперь понятны все неясные намеки Кеи и Тсуеши-сана, вот не могли они сказать все прямо, а не заниматься напусканием тумана!

      — Кьюдайме стареет и планирует передать власть Джудайме, на эту роль была выбрана ты, — невозмутимо продолжает Реборн. — Меня послали, чтобы я ввел тебя в курс дела и начал твои тренировки.

      — Разве у Кьюдайме нет других наследников? — с трудом сдерживаю свое раздражение, все же становиться частью мафии явно не предел моих мечтаний. Не говоря уже о том, что я и без всякой мафии живу, как на пороховой бочке, в ожидании, что вот-вот рванет. Впрочем, появление этого ребенка, как раз вписывается в определение «уже рвануло», осталось только понять, какими будут последствия.

      — Первый был застрелен, — он с невозмутимым видом достает три фотографии и протягивает мне первую с убитым мужиком, у которого вся верхняя часть головы отсутствует. — Второго утопили, — я получаю вторую карточку, на которой запечатлено опухшее, частично обглоданное, вероятно, рыбами, тело. — от третьего нашли только кости, — последняя фотография самая презентабельная, ибо там только кости и ничего более.

      — Занимательно, — возвращаю карточки назад, стараясь забыть увиденное и радуясь, что позавтракать сегодня не успела, — но причем тут я? Я обычная школьница и не имею никаких особых талантов, — тут я, пожалуй, погорячилась, но сознаваться в том, что владею Пламенем, причем на приличном уровне я не собиралась. — Не понимаю, как меня могли выбрать на место босса мафии?

      — Не важно, Кьюдайме никогда не ошибается, — мои слова опять были проигнорированы. — Я величайший в мире репетитор-киллер обязательно сделаю из тебя прекрасного босса мафии.

      — Отказываюсь, — отворачиваюсь от Реборна и иду дальше.

      — Эй, Тсуна, ты же влюблена в Хибари Кею? — устало вздыхаю, мимолетно радуясь, что народу на улице мало и вряд ли кто слышал его спич.

      — Если да, то что? — поворачиваюсь назад и натыкаюсь взглядом на дуло пистолета, что было направлено в мою сторону. Сумки с обедом и школьными принадлежностями выпадают из рук, я начинаю лихорадочно искать пути отступления, но понимаю, что их нет. Я все же не Кея и увернуться от пули или заблокировать ее же тонфа (которых у меня, кстати, нет) не успею.

      — Я дам тебе силу, — с мерзопакостной усмешкой, сообщил Реборн и нажал на курок.

      Странно, но падая я не ощутила боли, было сожаление, что я не успела предупредить об изменившейся ситуации ребят, что не попросила Кею приглядывать за остальными, да и самому не совершать глупости. Мысли скачут бешенной белкой, а потом Пламя… Пламя начинает выходить из-под контроля! Очень похожее ощущение было тогда, когда в нашу компанию только вливался Хибари! Однако даже тогда, Пламя не было настолько агрессивным и непослушным, хотя и было сильнее. Тогда было дико сложно, но мое Пламя оставалось плавным, а не каким-то скачкообразным, причем, амплитуда скачков все время изменялась, как будто не могла выбрать необходимую мощность. С огромным трудом беру себя в руки, умудряясь сделать скачки Пламени более плавными, но тут начинает действовать, видимо, вторая часть начинки, той пули и я вскакиваю.

      — РЕБОРН! — Ками-сама, как же хорошо, что я попросила ребят за мной не заходить и они не видят этого позора! Я ведь даже голос понизить не могу, все сила воли уходит на то, чтобы не дать Пламени уничтожить мою одежду, которую та в нормальном состоянии отродясь не портила! Что этот гад запихал в пулю? — Я НАЙДУ КЕЮ, СО МНОЮ СИЛА!

      Под довольный смешок со стороны малыша срываюсь с места и мчусь в сторону школы. Сомнений, что Хмурая Тучка именно там, у меня нет, я его все же чувствую. Единственное, мне не нравится, что я не могу управлять своим телом полностью, только немного корректировать движение, чтобы не врезаться в машины или не таранить чужие заборы. Правда, больше всего меня начало раздражать то, что мое Пламя рвется из-под контроля и с каждой пройденной секундой, когда-то новехонькая форма, становится похожей на лохмотья. Впрочем, по прошествии двух минут, когда я уже достигла ворот школы, я уже полностью себя контролировала, хотя и не могла почему-то погасить Пламя. Мрачно оглядываю превращенную в черте что форму и, подняв голову, встречаю ошалелый взгляд Кусакабе и… и далекий от доброты взгляд Кеи, который внимательно изучал меня сверху вниз.

      — Кто? — от ледяного бешенства, что прозвучало в голосе Хмурой Тучки, мне захотелось сбежать на другой край света и спрятаться в самый глубокий бункер в надежде что пронесет.

      Продолжение следует…

Глава 19. Старые страхи

      Мысль куда-нибудь сбежать, продержалась у меня в голове недолго, хватило пары мгновений, чтобы понять, что против Кеи это не сработает. Именно поэтому просто прислушиваюсь к своей интуиции, надеясь, что она не обнаружит поблизости наблюдателей. Впрочем, я их с утра не ощущаю, они исчезли как раз после появления возле моего дома Реборна. Хотя не важно, главное, что сейчас поблизости нет даже этого непонятно взрослого малыша, а значит, можно отчасти свободно говорить.

      — Успокойся, — устало вздыхаю, твердо встречая его взгляд. — В меня просто выстрелили какой-то непонятной пулей, из-за которой Пламя практически вышло из-под контроля. Благо, опыт его обуздания у меня есть, без этого, было бы совсем кисло, — кидаю задумчивый взгляд на Кусакабе, но интуиция реагирует на его присутствие спокойно, говоря, что он верен Кее. Учитывая наши взаимоотношения, это едва ли не синоним того, что он верен мне, поэтому решаю не зацикливаться на его присутствии, хотя его покрасневшие щеки и попытки отвести взгляд меня определенно забавляют. Однако, он в чем-то прав. — Кея, я понимаю, что мой вопрос странный, но у тебя нет сменной женской формы моего размера? А то мои вещи остались брошенными на улице, в шкафчике только форма для физкультуры, но в этом по школе не побродишь.

      — Откуда? — прекрасно вижу, что мое пояснение его нисколько не успокоило, но он уже взял себя в руки. — Просто выстрелили?

      — Ну, хотя бы потому что ты знаешь мой размер и уже давно готов взять секретарем в ДК, чтобы спихнуть часть бумажной волокиты, отпираясь чисто из вредности, — пожимаю плечами и прохожу в школу мимо Хибари. — Однако, если я не права, я переодеваюсь в спортивный костюм, а ты позвони Киоко, чтобы она принесла мне сменную одежду, пожалуйста. Я бы и сама сделала, но мобильный там же, где и мои вещи. О, точно позвони еще и Такеши, скажи, чтобы он прошел мимо моего дома, мои сумки будут валяться возле забора соседки с той противной псяшкой, ладно? Нет, в целом, Такеши можешь и не звонить, но тогда про сытный обед забудь, все осталось там.

      — Хорошо, — довольно холодно прозвучало со спины. — Кусакабе, на тебе патрулирование.

      — Да, Ке-сан, — соглашается парень и я слышу неторопливые шаги у себя за спиной, а после мне на плечи падает чужой пиджак.

      — Идем, — негромко сообщает Кея, на мой удивленный взгляд. — Будет тебе форма.

      — Сбрось сообщения ребятам, — обреченно вздыхаю я, прекрасно осознавая, что объяснять мне придется в буквальном смысле все.

      Впрочем, я погорячилась, наша Тучка, как всегда молчалив и стремительно идет впереди, в буквальном смысле заставляя идти за ним след в след. Хотя я не жалуюсь, ибо видела, как он на ходу набрал парочку коротких сообщений и отправил. Мне даже гадать не надо кому, ведь после этого, он банально выключил свой телефон. Правильно, кстати, а то я знаю Рёхея, он от него не отстанет. Правда, он так и так не отстанет, просто в школу примчится пораньше, все же не засечь странности в моем состоянии они не могли, уж очень резко и рвано я стала Пламенем фонтанировать.

      — Держи, — мы оказались в довольно неудобно расположенном кабинете, видимо, бывшего школьного совета, ныне являющегося ДК. Не знаю, кто и зачем запихнул его за спортзал, причем с отдельным выходом из школы, без возможности пройти сразу в здание, но сейчас меня это не сильно волнует. Гораздо интересней, что не дождавшись моей реакции, Кея насильно впихнул мне какой-то сверток.

      — Спасибо, — киваю я и, вопросительно посмотрев в его сторону, добавляю. — Может, выйдешь и дашь мне переодеться?

      — Пф! — в ответ лишь фырканье, но он вышел, пусть и по-прежнему фонтанируя недовольством.

      Очередной обреченный вздох и я мысленно сетую на то, что его не переделать, а после скидываю чужой пиджак и распаковываю данную мне одежду. Устало качаю головой и пытаюсь понять, почему мне была вручена мужская форма. Вытаскиваю ее и, приложив к себе, понимаю, что это мой размер, но форма мужская! Впрочем, дареному коню на зубы не смотрят и в рожу не плюют, надо брать то, что есть. Киваю сама себе и быстро скидываю превратившиеся в лохмотья вещи, одевая вместо них новую, пахнущую свежестью форму, что как влитая села на мою фигуру. Мне даже смотреться в зеркало не надо, и так видно, что шили на меня, но все же почему мужская? Ну, с другой стороны мне же легче.

      — Ну? — нетерпеливый стук в двери и она распахивается, после чего на пороге появляется Кея.

      — У меня с сегодняшнего дня есть репетитор-киллер, на вид около пяти лет, — возмущаться подобным бесцеремонным поведением я и не думаю, все же он мне помог, да и как бы странно это не звучало, чего он там не видел? Я, конечно, смогла ему отомстить за тот случай с ванной, но стереть память не в моих силах. — Жутко самоуверенный и со взглядом, как минимум, тридцатилетнего мужика, причем, много повидавшего мужика. Хотя маскируется хорошо, не будь у меня настолько развита интуиция, я бы могла посчитать его обычным дитем, а так я уверена в оценке его примерного возраста, плюс минус пять-десять лет. Пламя — Солнце. Если верить его словам, прислан прямо из Италии, чтобы сделать меня боссом Моллюсков.

      — Это точно все? — взгляд, да и голос Кеи пробирает до костей, хотя я уверена, что его бешенство направленно не на меня, но все равно немного жутко.

      — Ну, если не считать моей уверенности в том, что отказаться от сей чести я не смогу, то — да, все, — согласилась я, а после в буквальном смысле повисла на собравшемся стремительно выскочить из кабинета Хибари. Мне даже гадать не надо, что он удумал. — Не смей!

      — Зверек, — уверена, что любой другой, услышав произнесенное таким голосом обращение уже бы сбежал, но не я. Оптимизма не добавляют и напрягшаяся под моими ладонями рука, однако я не имею право отступать. Не сейчас, иначе все пойдет прахом. Я столько лет боялась, столько времени рвала жилы, чтобы стать сильнее и иметь возможность защитить своих друзей, найти точки опоры, обрести спокойствие, чтобы больше никогда не ощущать пустоту внутри. Я не смогу жить, если кто-то из них погибнет, я умру вместе с ними, кажется, я только сейчас понимаю сказанную в сердцах Тсуеши-саном фразу: «Небеса пусты, без своих Хранителей».

      — Кея, я столько лет строю из себя в меру глупое и невинно-наивное создание, не порть все, — против воли, мои слова звучат довольно жалко, я до зубовного скрежета боюсь вновь оказаться в той клетке, что пусть ненадолго, но смог меня запереть дедуля. — Никто не должен знать, что я знаю о Пламени, о мафии и мои друзья не просто имеют спящие Атрибуты, а они пробуждены, и вы не первый месяц их развиваете, — меня трясет, уж очень четкие картинки хранит моя память, а интуиция подзуживает воображение, кажется, я вновь ощущаю холод и жар, хриплю от боли и не слышу своего голоса. — Не мне тебе пояснять, что произойдет, если кто-то узнает, что мы не обычные дети. Ты знаешь о мафии больше меня!

      — Зверек, это же не все, — мне на макушку падает чужая рука и осторожно гладит, а где-то глубоко внутри, тревожно звенят ниточки, что связывают меня с каждым из моих друзей. Через них идет тепло и уверенность, а я, внезапно ощущаю резкое спокойствие. Мои друзья уже близко, они не бросят, я больше не одна.

      — Не все, просто поверь мне на слово, нам еще рано показывать зубы, — тихо, но уже без дрожи отзываюсь я. — У них есть способ оборвать связь Неба с Хранителями… — резко замолкаю, но Кея достаточно умен, чтобы понять, что я не досказала.

      — Зверек, — меня обнимают, позволяя спрятать мокрое от слез лицо. Я слишком сильно открылась, позволяя читать свои чувства, как открытую книгу. Плохо, но мне сейчас наплевать, мне нужна поддержка и я рада, что он меня не отталкивает. Все же я слабая, слишком слабая, я устала бояться и ждать, когда спокойствие и равнодушие в глазах моих наблюдателей сменится холодным расчетом. Я уверена, ни у одного из них не дрогнет рука, когда они будут нажимать на курок, отец… Иемицу любит и меня, и Нану, но он далеко и всего лишь советник, не за ним последнее слово.

      — Это страшно, Кея, — слова льются нескончаемым потоком, а руки судорожно сжимают чужую рубашку, я не могу остановиться, старый нарыв вскрыт и я должна поделиться, иначе это сведет меня с ума. — Пустота и полное отсутствие красок, я улыбалась то только рядом с ка-чан, а после застывала восковой куклой. Можешь спросить Рёхея и Киоко, тогда я представляла собой жалкое зрелище. Я вроде шла вперед, но стояла на месте. Я не хочу вновь ощущать пустоту там, где моя связь с вами, — меня опять захлестывают воспоминания и в себе позволяют остаться только крепкие руки, что осторожно прижимают меня к твердой груди. Это единственная связь с реальностью, меня не волнует даже быстро приближающиеся друзья и ощущающийся на грани восприятия Реборн, похоже он заинтересовался бегущими со всех ног подростками.

      — Хорошо, — я слышу отчетливый хруст, и ответ явно выдавлен сквозь сжатые зубы. — Я его не трону, но едва он перейдет грань…

      — Спасибо, — едва нахожу в себе силы отстраниться и начинаю вытирать непрекращающиеся слезы, мне протягивают кипельно белый платок, который я тут же беру.

      — ЕШИ! — двери комнатушки срывает с петель и в комнату врываются запыхавшиеся ребята.

      — Ты плакала? /Что случилось? /Какая сволочь тебя обидела? — чужие голоса сливаются в один, а я понимаю, что начинаю глупо улыбаться и меня совершенно не беспокоит любопытный взгляд Реборна, мои друзья, хотя нет, моя семья со мной, а значит, я не одна, я справлюсь, не имею права не справиться.

      — Молчать, Травоядные! — холодный рык со стороны Кеи и на комнату опускается тишина, ребята замирают, и я теперь вижу, что в руках Такеши и Рёхея находятся мои вещи.

      — Стоп, а что это на тебе надето? — первой отмирает Киоко, которая прекрасно знает, что у Кеи к ней довольно нейтральное отношение, все же именно она залечивает все наши повреждения. В общем, наша Тучка считает себя обязанным защищать травоядное, которое не может постоять за себя, но весьма полезно в тылу.

      — Форма секретаря ДК, — гордо заявляю я, выпячивая грудь, смотрится довольно забавно, все же мне до внушительных форм барышень с картин Рубенса, было далеко. — Мне Кея ее дал.

      — Хм… ты, поэтому плакала? — как-то излишне серьезно посмотрел на меня Такеши.

      — Это ЭКСТРЕМАЛЬНО неправильно, Еши! — я попадаю в медвежьи объятия Рёхея и на меня обрушивается его поток силы, физическая усталость начинает таять, как снег под лучами солнца. Впрочем, он и есть Солнце.

      — Потом, — едва слышно шепчу я, но прекрасно знаю, что братишка меня услышал и передаст остальным. Впрочем, я так же знаю, что Такеши и Киоко сейчас внимательно смотрят на невозмутимого Кею, стараясь по минимальным изменениям его мимики найти ответ на свой вопрос.

      — Думаю, твое назначение стоит отметить, правильно? — меня вытаскивают из стальных тисков и начинают крутить в разные стороны, одновременно с этим, чувствую, как на меня обрушиваются потоки чужой энергии. Дождь осторожно смывает моральную усталость и застарелую боль, мне становится гораздо спокойней, напряжение исчезает без следа.

      — Согласна, — заключает Киоко. — Во сколько и где?

      — Давайте у моего старика? — весело улыбается, убирая от меня руки Такеши. — Часиков в шесть, как раз успеем.

      — Я не против, там же и поговорим, поделимся новыми впечатлениями, — пожимаю плечами и поворачиваюсь к Кее, который находился в крайней степени бешенства, хотя причиной его были отнюдь не ребята. — Кея, придешь?

      — Хорошо, — в меня летит, какая-то папка и я автоматически ее ловлю, — а теперь пошли отсюда, Травоядные! — рыкнул он и нам ничего не оставалось, как смыться из помещения. — Зверек, жду на перемене!

      — Как скажешь, — на секунду возвращаюсь, заглядываю за дверь и одними губами произношу. — Спасибо.

      После вылетаю, как пробка из бутылки и тороплюсь к ожидающим меня ребятам. Правда, время до начала уроков у нас еще есть, а мне будет лучше умыться, а то видок у меня должен быть еще тот. Впрочем, даже у кранов, что были на улице, меня никто не собирался оставлять в покое. Причем, дело тут даже не в том, что ребята не собирались отходить от меня ни на шаг.

      — Чаоссу! — едва я умылась и закрыла кран, вытираясь поданным Киоко полотенцем, как плитки разошлись, и оттуда выдвинулось небольшое кресло, на котором сидел Реборн. — У тебя хорошие друзья, Тсуна. Они станут замечательными киллерами.

      — Не вмешивай их в свои игры! — с трудом сдерживаю желание отходить этого наглеца мокрым полотенцем, все же моя интуиция упорно указывает, что этого делать не надо, да и здравый смысл шепчет то же самое. К тому же истерика прошла, мне стало легче, теперь я могу контролировать свои эмоции. В общем, я готова к трудностям… надеюсь.

      — Тсу-чан, это твой отото? — невольно умиляется Киоко. — Почему раньше об этом не рассказывала, он такой милашка!

      — Он просто хорошо маскируется, — едва слышно говорю в сторону, краем глаза замечая, что парни мгновенно нахмурились, поэтому уже гораздо громче добавляю. — Нет, он не мой отото, его прислал из Италии начальник моего то-сана и он какое-то время поживет у меня дома.

      — Эээ, Иемицу-сан, да? — тянет Такеши, прекрасно зная, как я на самом деле отношусь к этому человеку, а после, наклоняется в сторону вальяжно сидящего Реборна. — Как тебя зовут, малыш?

      — Я репетитор-киллер Реборн, — невозмутимо сообщает это недоразумение. — Я прибыл из Италии, чтобы сделать из Тсуны босса мафии.

      — Мафия…? — улыбка моего друга ни на мгновение не изменяется, а вот ощущение Пламени немного колеблется, но он сдерживается. — Это такая игра? Звучит интересно, а я могу присоединиться?

      — ЭКСТРЕМАЛЬНО не знаю о чем вы, но если Тсуна участвует, я согласен, — поддерживает Рёхей, а мне остается только обреченно вздыхать, видя довольную усмешку малыша.

      — Точно-точно! — тут же начинает кивать Киоко. — Я свою подругу не брошу! Буду ее личным врачом!

      — Не поддерживайте его! — возмутилась я.

      — Хорошо, — абсолютно игнорируя мое недовольство заявляет Реборн. — Вы приняты.

      — Эй! — возмущаюсь я, но меня не слушают.

      — Еще увидимся, — заявляет этот гаденыш и нажимает на какую-то кнопку, в результате чего, его втягивает назад, а плитки возвращаются на место.

      — Ты из-за слов малыша такая? — мое плечо крепко сжимают и я вижу спокойный взгляд Такеши, но, помимо этого, ощущаю и взгляд Реборна, поэтому отвечать прямо не тороплюсь.

      — Все случилось слишком неожиданно, — уклончиво протягиваю, но им хватает. — Пойдемте, посидим на лавочках до уроков?

      — Хорошая идея! — соглашается со мной Киоко.

      Дальнейшее время до занятий мы проводим в относительной тишине и спокойствии. Каждый занялся чем-то своим, а я решила открыть и почитать кинутую в меня Кеей папку. Открываю и первое, что бросается мне в глаза, это имя — Гокудера Хаято и чуть ниже пояснение переведенный из Италии ученик. Сердце сжимается от плохих предчувствий, но я переворачиваю первую страницу, чтобы посмотреть на фотографию человека, который вероятно связан с мафией и Реборном, уж слишком резко он появился. Переворачиваю и замираю, на меня смотрит зеленоглазый парень с волосами пепельного цвета, но цепляет меня не то, что он довольно красив. Взгляд, его взгляд, наверху самоуверенность и наглость, а в глубине тоска, боль и одиночество. Не знаю, но у меня не возникает сомнений, что мое первое впечатление правильное. Кея… он ведь не просто так дал мне это досье, стоит его изучить, пока Реборн отправился следить за нашей Тучкой, а после незаметно вернуть. Не лучшее решение, но другого нет, ибо дата перевода — завтра. В общем, я должна узнать о нем, как можно больше, чтобы легче было его понять и избежать возможной ловушки. Все же цена ошибки — смерть, и ладно бы только моя.

      Продолжение следует…

Глава 20. Нежданчики

      Изучение досье на Хаято, вместе с пометками, что явно сделал Кея (только у него такой аккуратный, но в тоже время резкий почерк), много времени не заняло. По-сути о парне известно не так уж и много, а полезного и того меньше. Сразу видно, что за пареньком стоит какая-то семья, вернее, если верить короткой заметке от моей нашей Тучки, он является любимым ребенком босса одной из семей входящих в Альянс. Что за зверь такой Альянс тут не указано, спрашивать Хибари бесполезно, если бы хотел дать информацию, он бы ее дал. Можно поспрашивать еще и Тсуеши-сана, но он тоже вряд ли скажет, отец Такеши вообще считает, что и так слишком много мне разболтал, а главное рано. С другой стороны про Альянс даже спрашивать не надо, из его названия «Альянс Семей» уже понятно, что туда входят семьи, учитывая контекст, мафиозные. Состав и названия мне не важны, все равно ничего не скажут, главное, что мне стало известно о том, что возможный кандидат в мои друзья-Хранители (если верить опять же заметке Кеи — Урагана), является младшим наследником не самой последней семейки. Правда, парень оказался бунтарем и показал всем фигуру из трех пальцев, закрепил парой десятков крепких словечек и свинтил в свободное плавание.

      Самое удивительное, свинтил он лет в семь-восемь, сейчас ему, как и мне тринадцать. Умудрился пять с лишним лет скрываться от ищеек своего отца, да еще пытался заработать себе имя (весьма удачно, теперь его прозвище Дымовая Бомба) и войти в любую другую семью в виде Хранителя. Неудачно, не смог сойтись характером ни с одним из возможных боссов. Мда… даже не знаю, это он настолько некоммуникабелен или просто слишком требователен? А то как-то мне не нравится формулировка «не сошлись характером», уж очень она общая и под нее можно протащить все, что угодно. Судя по всему, Гокудера Хаято будет геморроем похуже Кеи. Хотя странно, я слышала от Тсуеши-сана, что Ураган не такой, как Облако, его предназначение бушевать, образовывая вокруг Неба Око Бури, а не идти параллельно, оберегая издали. Это же подтверждали и порядком подзатертые воспоминания о рассказанных дедулей сказках. В общем, подозрительно, хотя как вариант, я просто не все знаю, в конце концов, о том, что присоединившаяся Тучка вносит дисбаланс в Пламя, я тоже узнала не сразу, да и сам Тсуеши-сан тогда был удивлен.

      — Тсу-чан! — раздалось над моим ухом и лежащую у меня на коленях папку резко захлопывают.

      — Киоко? — подскакиваю от удивления и резко поднимаю голову, встречаясь с насмешливым взглядом своей подруги.

      — Ну, наконец-таки! — уперев руки в бока и грозно нахмурившись, начала выговаривать мне Киоко. — Я уже думала, что ты на меня внимание никогда не обратишь! Вставай, через пятнадцать минут начнется урок!

      — Ой, уже так поздно? — изумилась я.

      — Мне даже стало ЭКСТРЕМАЛЬНО интересно, чем тебя так загрузил Хибари, — достаточно громко заявил Рёхей, что внезапно вырос за спиной Киоко. Впрочем, с внезапностью я погорячилась, ибо изначально чувствовала его поблизости, как и Такеши, что сейчас у меня за спиной обретается.

      — Действительно, — прозвучал у меня за спиной голос Ямамото и он с интересом заглянул мне через плечо, пытаясь понять, что у меня в папке. Мгновенно пресекаю эту попытку, щелкая тому по носу и начиная завязывать тесемки, а после убирая ее себе в сумку.

      — Секретная информация, только для членов ДК, — важно заявляю я на возмущенно-удивленные взгляды друзей. — Пошли, а то еще опоздаем, а я должна теперь блюсти дисциплину, от и до! — хитро улыбаюсь и, встав со скамейки, решила воспользоваться тем, что на заднем дворе кроме нас никого нет, поэтому весело подмигнув, добавила. — Иначе камикорос, травоядные!

      Со стороны моих друзей послышался кашель, похоже, мою импровизацию весьма оценили. Хотя не спорю, мое камикорос и травоядные, прозвучало совсем не грозно, скорее даже игриво. Кстати, знай я, чем мне этот прикол обернется, я бы ни за что так не сделала!

      — Ладно, пошли, хищник ты наш! — все еще похихикивая, Киоко подхватила меня под руку и потащила в школу.

      Шли мы довольно быстро и откровенно веселились с реакции всех попадающихся нам по пути людей. Отношение к увиденному у всех была разной, но вот то, что равнодушных не было, можно сказать с уверенностью. Тут и там раздавались стенания, что Кея узурпировал ангела всея Намимори (кто первый высказал этот бред, я не знаю, но на удивление он нашел отклик в чужих сердцах); часть капала слюнями, говоря, что черный мне к лицу (придурки, это цвет траура! Он точно мне не к лицу!); сами члены ДК были ошарашены и провожали меня одинаково стеклянными взглядами. Пришлось всю дорогу до класса мило улыбаться и даже пару раз вмешаться в небольшие свары, которые мгновенно прекращались, стоило парням увидеть на мне форму ДК. В общем, я произвела фурор и даже не подозревала насколько.

      Стоило мне появиться в классе, как разговоры там мгновенно смолкли и в течение пяти минут, через которые в класс зашел учитель, стояла оглушительная тишина. Ну, а я… я быстро поняла, что быть объектом внимания пары десятков людей в классе и еще непонятное количества вне его, мне не нравится. Да и взгляд Реборна, довольно злорадный взгляд, прошу заметить, откровенно напрягал, но я тешила себя надеждой, что за один урок ничего страшного не случится, а там я уже с Кеей переговорю о своем сопровождении кем-то из ДК. Зря, кстати, тешила, но это я поняла гораздо позже, когда уже урок закончился и я отправилась к Хибари, который за прошедшее время умудрился обойти всю школу и вернуться назад в свой кабинет.

      В общем, прихватив данную Кеей папочку я вышла из класса, провожаемая пожеланиями удачи от Киоко с Такеши и мрачными взглядами остальных. Причем, расстроены были все и парни и девчонки, хотя если первых я отчасти еще могла понять, то вот чем не устроило мое вхождение в ДК вторых, я даже представить боялась! Учитывая старательно подпитываемые мной слухи о моей влюбленности… да я их главной конкурентки в своем лице лишила! Все же психов, которые решат пойти против Кеи много быть не может априори. В общем, немного понедоумевав, я пожала плечами и потопала в сторону ближайшего выхода. Ну, а теперь представьте себе картинку, подхожу я к лестнице, уже достигаю середины пролета (наш класс был на втором этаже, первый это раздевалки и спортзалы), но тут и снизу, и сверху на меня надвигается толпа разновозрастных парней-школьников.

      — Тсунаеши-сама, это правда, что вы вошли в ДК? — потрясенно выдохнул кто-то за спинами потной и запыхавшейся толпы.

      — Точно-точно, это правда? — вот теперь сказано было более организованно, а моя интуиция, что упорно трепыхалась с самого утра, взвыла белугой.

      — Да, Кея сам этим утром вручил мне форму и назначил секретарем, — несмотря на вопли интуиции, говоря это, я довольно улыбаюсь, все же я столько сил приложила, чтобы уговорить Хмурую Тучку пойти мне на встречу и смогла добиться своего, пусть и не совсем так, как хотела.

      — Накажите меня, Тсунаеши-сама! — вся толпень качнулась в мою сторону и понять, кто это выкрикнул первым стало невозможно.

      — Хии?! — полузадушенный писк вырывается у меня из груди, пока я смотрю на это сборище экстремалов, что вдруг захотели получить наказание.

      — Я весь ваш, хочу камикорос! — прозвучал новый лозунг, а я уперлась спиной в подоконник, огромными глазами смотря на выкрикивающих несуразные словосочетания парней. Чувствую панику и одновременно осознаю, что на помощь мне ребята прийти не успеют, да и придут, что дальше? Их просто сомнут толпой, Пламя-то на школьниках не используешь, хотя… Кея бы и без него справился, но он тоже не успеет!

      Стремительный рывок первого желающего получить наказание и я автоматически вскакиваю на подоконник избегая чужих объятий. Ну, а дальше работают рефлексы, а не мозг. Благо, японцы любят традиционные способы открывания дверей и окон, в общем, тут они открываются одним движением. Дальше дело техники, все же тут до земли было не больше четырех метров, плевая высота для тренированного человека! Правда, кусты роз под окнами не лучшая площадка для приземления, но, хорошенько оттолкнувшись, я смогла пролететь на три метра дальше, прямо на асфальтовую дорожку. Хорошо хоть, что догадалась сделать сальто, гася часть инерции, а после и приземлилась достаточно удачно, прямо на ровное место и сделала перекат, что позволило достаточно быстро прийти в себя и подскочить на ноги. Вот теперь я была искренне благодарна тому, что Кея дал мне мужскую форму, была бы женская, мои колени (да и вообще голые ноги) были бы стесаны чуть ли не до кости, ибо применять Пламя для укрепления своего тела и кожи в частности, я не стала. Все же внимательный взгляд малолетнего киллера заставлял держать себя в руках.

      — Тсунаеши-сама! — раздался вопль из окна и я, оценив возможные перспективы, перестала страдать глупостями и довольно быстро, хотя и не опускаясь до бега, поторопилась смыться под защиту приближающегося Кеи. — Куда вы? Накажите меня!

      — Травоядные! — от тона, каким это было сказано, кажется, инеем покрылись стены, а едва не вываливающиеся из окна парни, замерли.

      — Кея… — мысленно ставя крест на всех, кто высунулся вслед за мной, осторожно обращаюсь я, но тут же затыкаюсь, наткнувшись на мрачный взгляд Хмурой Тучки. Мда… кто-то зол, очень зол, но самое главное, что виновата в этом я. Похоже, из-за сегодняшнего, кое-кто слишком чутко прислушивается к нашей связи.

      — Что вы делаете? — холодно интересуется он у медленно отползающих от подоконника парней и достает тонфа. — В школе запрещено залезать на подоконники, камикорос.

      Пара мгновений и больше ничего не напоминало о том, что в окне вообще кто-то был. Облегченно вздыхаю, радуясь, что легко отделалась, но тут же задаваясь вопросом о том, откуда мои слова о камикоросе стали достоянием общественности? Впрочем, кажется, я догадываюсь…

      — Спасибо, Кея, ты меня спас, — благодарно смотрю на своего друга.

      — Что им было от тебя надо? — резко разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и пряча свое излюбленное оружие, интересуется он. Правда, стоять и ждать ответа не собирается, наоборот, мгновенно начинает движение вперед и мне приходится его нагонять.

      — Не поверишь, Кея, — обреченно вздыхаю и, зажмурившись, выдаю. — Они просили камикороса.

      — Вао, — единственное, что я слышу в ответ и удивленно распахиваю глаза, смотря на невозмутимого Хибари, который, как утверждала моя интуиция, был совершенно не удивлен произошедшему.

      — И все? — осторожно уточняю у него, чувствуя невольный дискомфорт от того, что приходится сильно задирать голову, ибо макушкой я едва достигала ему подбородка.

      — Я ожидал чего-то такого, — едва уловимая ухмылка тут же пояснила, что не будь моего сегодняшнего срыва, кукиш мне был бы, а не помощь.

      — Я прочла переданные тобой документы, — невольно поджимаю губы, ощущая, что большего я от Кеи не добьюсь, да и вообще, его забавляет происходящее. Ну, еще бы! Столько травоядных можно закамикоросить!

      — И? — он невозмутимо заходит в кабинет первым, плюя на приличия и то, что я вроде как девушка и меня нужно пропустить вперед. Впрочем, не сильно расстраиваюсь, все равно там нет ничего интересного.

      — Буду импровизировать, — пожимаю плечами и захлопываю дверь, с блаженством понимая, что взгляд Реборна больше не сверлит у меня в спине дырку. Хорошо-то как!

      — Ну-ну, — усмехнулся Хибари, смотря на то, как я с хлопком укладываю папку ему на стол. Мгновение и она исчезает в недрах стола, а в мою сторону пододвигают стопочку сантиметров двадцать в высоту. — Разберешь до большого перерыва, после знакомства с моими подчиненными.

      — Эй, а уроки? — возмущенно смериваю взглядом кучу бумажек, причем, если я правильно разглядела первую страницу, там смета. В общем, кое-кто мудрый, решил спихнуть на меня самую неблагодарную работу, расчет расходов и отдачи от клубов средней школы Намимори. Кажется, я как-то говорила, что люблю математику? Забудьте!

      — До конца дня освобождена, — спокойно сообщил мне Кея и скосил глаза в сторону окна, что располагалось практически под потолком. Мне даже гадать не надо, что он там увидел, чувство слежки опять вернулось. — Сидишь тут и не высовываешься.

      — Здорово, — несмотря на перспективу сидеть в душном кабинете и заниматься не самой благодарной работой, я воспряла духом. Все же еще раз повторять подвиг с выпрыгиванием из окна мне не хотелось, не говоря уже о том, что во второй раз это могло и не прокатить.

      Ответом мне стала ухмылка, а после Кея оставил меня в гордом одиночестве. Обреченно смотрю на кучку бумаги и понимаю, что желания ее разбирать нет, но надо. В конце концов, Тучка отмазала меня от уроков, пусть и только на сегодня, значит надо поблагодарить хотя бы так. Со спокойной совестью игнорирую оба небольших диванчика и приземляюсь на кресло своего «начальника», пододвигаю бумаги и, достав карандаш с черновиком и калькулятором, погружаюсь в работу. К моему удивлению, мне удалось отвлечься, даже назойливое внимание моего «репетитора» не напрягало и я разобрала документы гораздо раньше указанного мне срока. Разобрала, перепроверила и сложила аккуратной стопочкой, сама же плюхнулась на один из диванчиков и стала переписываться с ребятами, все равно больше заняться нечем. Нет, можно было бы полазить по ящикам стола и исследовать комнату, но я посчитала это невежливым, захочет, Кея сам мне все покажет. Достаточно уже того, что вошедший в мое положение Такеши принес коробочки с моим обедом и пожелал удачи, по его словам она мне понадобится. Даже знать не хочу, чем подобное вызвано!

      — Зверек, а это уже наглость, — двери в кабинет открываются за двадцать минут до большой перемены, я к тому времени уже успела позавтракать, подремать и проснуться, теперь же просто лениво рассматривала потолок, где на удивление не было ни трещинок, ни паутины.

      — Я сегодня рано проснулась, — прикрываю зевок рукой. — Не успела позавтракать, да еще и умственным трудом после занималась. Кстати, бумаги на столе, можешь проверить.

      — Хорошо, — довольно спокойно, я бы даже сказала умиротворенно, отозвался Кея, а я начала смотреть на него подозрительным взглядом.

      — Кея, все хорошо? — осторожно уточняю я, смотря на своего друга, что сейчас до боли напоминал мне этакого ленивого котяру, что успел сожрать целую крынку хозяйской сметаны и смыться до того, как это обнаружили.

      — … — нет, ну вот как можно промолчать так, что я ощутила себя настоящей дурой? Заметив, что я прекрасно поняла смысл его взгляда, он усмехнулся и уткнулся в бумажки. — Подойди, — спустя пару минут, коротко требует он поднимая на меня взгляд.

      — Что? — послушно подхожу поближе и для удобства опираюсь одной рукой на спинку его стула, заглядывая ему через плечо.

      — Почему ты решила провести распределение так? — невозмутимо уточнил он. — Этот клуб стоит в очереди одним из последних. Зато тех кто стоят первыми, ты отодвинула дальше.

      — Все просто, — пожимаю плечами и, слегка навалившись на его плечо, тянусь к бумагам, вытаскивая на свет еще пару листов. — Смотри, эти клубы пусть и более посещаемы, но обновление инвентаря производилось в прошлом году, в то время как этим почти не выделяется средств на протяжении трех лет. Я была у них в кабинетах, — чувствую некоторое недоумение и поясняю, — Киоко стремилась выбрать себе кружок, вот и ходили. Впрочем, это к делу не относится, главное я видела их кабинеты и могу с уверенностью сказать, что все выглядит довольно убого…

      — Ке-сан, Дисциплинарный Комитет собран по вашему приказанию! — двери распахиваются и в кабинет вваливается Кусакабе, который замирает, смотря на нас огромными глазами, а после стремительно краснеет и, перед тем, как вылететь на улицу, выкрикнул. — Прошу прощения!

      — И что это было? — удивленно уточняю я, застывая на месте, а в следующую секунду понимаю, что в буквальном смысле лежу у Кеи на плече, а говорю ему на ухо. Ну, а если учитывать то, что кабинет был душный и застегнуты у меня были далеко не все пуговицы на рубашке… кажется я влипла. Нет, если все видеть и слышать изначально, никаких вопросов не будет, но вот если влететь с улицы… — Уууу! Ками-сама, мало мне было проблем!

      — Зверек, — фыркнул Кея, — пошли.

      — Как скажешь, — обреченно вздыхаю и отстраняюсь, прекрасно понимая, что теперь появился еще как минимум один человек, который искренне будет считать, что я пыталась соблазнить мою Тучку. Ну, вот за что мне это, а?

      Продолжение следует…

Глава 21. Запрет на Пламя

      Ровно шесть часов и я захожу в суши-бар Тсуеши-сана. Кто бы знал, сколько усилий мне пришлось приложить, чтобы успеть к положенному времени отвязаться от Реборна и прийти сюда! Благо Нана помогла, умудрившись каким-то непонятным мне способом нейтрализовать мелкого киллера, давая необходимое время для того, чтобы я смылась. Впрочем, эта мелкая шмакодявка, все же успела вручить мне какую-то подозрительного вида брошюрку и пока я телепалась до места встречи, я ее немного полистала. Мда… я впечатлилась уровнем пафоса в этом печатном издании. Нет, серьезно, кто написал этот бред? Кто поверит в то, что босс мафии самое светлое, чистое, доброе и заботливое существо? Или я настолько сильно отстала от жизни? В общем, меня это чтиво не впечатлило.

      — О, Еши, ты вовремя, — поприветствовал меня Такеши и махнул рукой, приглашая входить побыстрее, а молча кивнувший мне Тсуеши-сан со спокойной совестью закрыл двери у меня за спиной. Удивленно вскидываю бровь, но ничего не спрашиваю, отправляясь в глубь чужого дома, а после, пройти через внутренний дворик в наш штаб. Однако, на этом мы не останавливаемся, спускаясь в подземную часть.

      — ЭКСТРЕМАЛЬНО жду рассказа! — стоило войти в наш тренировочный зал, как меня в буквальном смысле оглушил вопль Рёхея.

      — Согласна, что это было утром, Тсу-чан? — спокойно кивает Киоко, довольно привычно проигнорировав вопли собственного брата. — Я пыталась разговорить Кею-семпая, но он непробиваем, — быстрый взгляд в дальний угол, проследив за которым, я, без удивления, замечаю неторопливо потягивающего чаек Хибари. Кстати, откуда он здесь? Кухня-то на верхних этажах оборудована!

      — Действительно, твое Пламя было нестабильным, да и после… — согласно качнул головой пришедший вместе со мной Такеши, — если бы не пришедшее предупреждение от семпая, я бы решил, что на тебя напали.

      — Ну, можно сказать и так, — пожала я плечами и тут же пожалела о сказанном, ибо температура в помещении мгновенно упала на пару градусов.

      — Зверек, почему я этого не знаю? — грохот отставленной чашки, прозвучал как выстрел, а мне осталось только сглотнуть и поторопиться объяснить сказанное.

      — В меня выстрелили пулей, как это еще можно интерпретировать? — мрачно уточняю я и приземляюсь прямо на пол, скрещивая ноги. — Правда, пуля меня не убила, а только вызвала странные колебания Пламени.

      — Такие, как были из-за семпая? — мгновенно уточнил Такеши.

      — Нет, — отвечаю достаточно категорично, но видя непонимание, пытаюсь пояснить свои ощущения. — Атрибут Кеи действовал на Пламя, но оно не становилось непослушным, скорее я никак не могла приспособиться к увеличившейся силе. Однако оно меня слушалось, защищало и тем более не вредило одежде! Тут же в Пламени было столько агрессии, непримиримости и ярости…

      Запинаюсь, не закончив мысль, почему-то слово ярость, что-то задевает внутри. Кажется, я когда-то уже встречалась с подобным, когда-то очень давно и это было мне знакомо. Нет, не так, это меня спасло…

      — Тсу-чан? — голос Киоко выбивает меня в реальность, а уже практически оформившаяся мысль ускользает. — Что дальше?

      — Выстрелил, Пламя взбесилось и я, вопя во все горло: — «Реборн! Я найду Кею, со мною сила!», помчалась в сторону школы, пытаясь взять под контроль Пламя и тело, — мрачно смотрю на ухахатывающихся ребят и несколько удивленного Хибари.

      — Во имя ЭКСТРИМА, причем тут Хибари? — задает интересующий всех вопрос Рёхей.

      — Не знаю, но когда в меня попала пуля, я ощутила сожаление, что не предупредила вас о Реборне, а последней мыслью было то, что я не попросила Кею за вами приглядеть, — пожимаю плечами, отвечая достаточно честно.

      — Пуля посмертной воли, — негромко сообщил Тсуеши-сан, что все это время молча стоял рядом.

      — Пуля посмертной воли? — удивленно поднимаю бровь повернувшись на голос и натыкаюсь на спокойный взгляд отца Такеши.

      — Значит началось, — спокойно заключает он, а после, все же поясняет. — Химе, ты говорила, что твое Пламя пытались запечатать, пули один из самых быстрых способов это исправить.

      — Шоковая терапия в действии? — ехидно замечаю я.

      — Зря ехидничаешь, — спокойно замечает Тсуеши-сан.

      — Ехидничаю?! — взвилась я. — Да я, из-за этой пули, чуть голышом по улице не пробежалась!

      — ЧТО?! — ой! Кажется, я зря это сказала! По-крайней мере, бешенство я почувствовала даже от Кеи.

      — Пламя меня не слушалось, а все повреждения моей формы, что ты видел, Кея, были от него, — обреченно призналась я.

      — Так вот почему семпай дал тебе форму, — неожиданно спокойно протянула Киоко, смотря на ярящихся парней. — А я уже думала поверить тому, что ты про свое вхождение в ДК поведала…

      — Эй! Я ни словом не соврала! — оскорбилась я на подобное заявление.

      — Верю, — согласилась со мной подруга.

      — Ладно, это не важно, — обреченно вздыхаю, а после смотрю на недовольных парней, которые уже мысленно разработали тридцать три способа угробить гада, который пытался опозорить их невинную сестренку. Поправочка, один просто хотел забить до смерти наглое создание, что посмело трогать его стадо. Хотя, что еще от Кеи ожидать? Радует уже то, что он считает меня частью своей жизни. — Ребят, я хочу вас кое о чем попросить, что может вам не понравиться.

      — Ты меня прямо заинтриговала, Тсу-чан, — улыбнулась Киоко.

      — Согласен, — одновременно кивнули братишка с Такеши.

      — Ребят, в общем, — замолкаю не в силах сформулировать свои мысли, а после резко выпаливаю, — я хочу, чтобы вы не использовали Пламя!

      — Что? — первой отмирает Киоко. — Я не ослышалась? Ты не хочешь, чтобы мы использовали свою силу? Ты в своем уме?!

      — Да, ты не ослышалась, Киоко, — твердо смотрю ей в глаза. — Никто не должен знать, что мы можем использовать Пламя свободно, особенно Реборн. Я ему не доверяю, не чувствую его серьезности, для него мы все игрушки. Он напоминает мне маленького ребенка, который из любопытства отрывает у мухи крылья, а после смотрит, как она барахтается.

      — Аркобалено далеко не ребенок, — спокойно вклинивается в мою речь Тсуеши-сан, одной фразой подтверждая все мои догадки, но добавляя вопросов.

      — Я знаю, но от этого еще страшнее, — повернувшись боком к Ямамото-старшему, замечаю я. — Он взрослый и игры у него взрослые, на ребенка можно прикрикнуть или повлиять как-нибудь по-другому, на взрослого же практически невозможно. Своими поступками он напоминает мне асфальтовый каток, он не будет говорить, он будет действовать.

      — Справедливо, — усмехнулся Тсуеши-сан. — И? Твои действия?

      — Киоко, — кивнув на слова мужчины, я поворачиваюсь к своей подруге.

      — Да? — во взгляде Сасагавы-младшей я вижу растерянность и упрямство.

      — Ты не должна использовать Пламя вообще, ни для лечения наших ран, ни для лечения всякой живности. Исключения только смертельная опасность. Понятно? — твердо встречаю искрящийся возмущением взгляд, добавляю. — Предупреждая твое возмущение и вопросы. Реборн не должен знать о твоих способностях. Хотя все что ты вычитала в медицинских справочниках и умеешь делать без Пламени, используй, но не более.

      — Почему?! — все же не выдержала моя подруга.

      — Мафия не игрушки, Киоко, — поджимаю губы, но вижу не менее упорный взгляд, поэтому больше с ней не церемонюсь. — Мне тебе напомнить уровень твоей боевой подготовки? Мы не можем быть рядом все время, а ценность твоя возрастет многократно.

      — Не надо продолжать, я тебя поняла, — недовольно скрестив руки на груди, прервала меня моя подруга.

      — Хорошо, — согласно киваю и поворачиваюсь к напружинившимся парням, продолжаю. — К вам аналогичная просьба, не используйте Пламя. По-крайней мере внешние проявления, когда оно выходит за пределы тела или как-то физически проявляется.

      — Хм… — довольно насмешливо донеслось со стороны Тучки.

      — Кея, я знаю, что ты его не используешь против слабых травоядных, но напомнить все равно не мешает, — устало смотрю на Хибари, а после, зажмурившись, негромко сообщаю. — К тому же, больше сборов на нашей базе не будет. Все равно, никто кроме меня, ну, еще Кеи, почувствовать слежку со стороны Реборна не сможет, а раскрывать свое убежище перед ним у меня желания нет. Это произойдет не раньше, чем он заслужит мое доверие, если заслужит, конечно.

      — Зверек, ты хочешь прекратить тренировки? — зловеще уточнил Кея.

      — Реборн все равно не даст проводить их нормально, — морщусь, как от зубной боли. — Слишком часто от него сбегать не получится, мне и сегодня-то повезло, ка-чан помогла. В другой раз не поможет, да и без помощи Киоко синяки будут сходить долго.

      — Плевать, — коротко, но емко заявил на мои возражения Тучка.

      — Хм… — мне хватило одного взгляда на Кею, чтобы понять, что так просто от него не отстать. — Могу приходить в школу на час раньше и в спортзале проводить тренировки. Для любопытных скажем, что в ДК не может быть слабаков, вот ты меня и натаскиваешь. Однако, запрет на Пламя остается, поэтому тренируемся без оружия.

      — Уже лучше, — согласился Хибари, хотя радости от него я не ощущала, скорее во взгляде было разочарование. Хотя я его понимала, без использования Пламени, я становилась раз в пять слабее, если не больше. Удары никакие, только интуиция и знание болевых точек, что я вычитала в книжках Киоко. Правда, для большинства этого достаточно, но не для нашей Хмурой Тучки.

      — Ну, извини, — развожу руками, немного нервно косясь на задумавшегося Рёхея. — Могу только успокоить, моя интуиция четко говорит о проблемах, причем, крупных и вряд ли это из-за переведенного ученика.

      — Ученика? — удивилась Киоко, отвлекая меня от своего братца, который меня откровенно напрягал, ну, не в духе это Рёхея настолько задумываться! Он обычно идет напролом, а не думает!

      — У каждого Неба, есть шесть Хранителей, — вместо меня начал отвечать Тсуеши-сан. — Ураган, которого у химе по-прежнему нет; Дождь, им является Такеши, так же как и я, хотя я вне вашей семьи, у меня уже было Небо; Солнце, это ты, Киоко-чан, и Рёхей-кун; Гроза, которой тоже пока нет; Облако, чьим ярким представителем можно назвать Кею-куна; Туман, которого тоже пока нет.

      — А причем тут это? — изумилась моя подруга, а мне осталось только обреченно вздохнуть. Нет, все же не зря мое Пламя вначале потянулось к братишке и уже потом к Киоко, он и правда мне ближе.

      — Реборн является репетитором, который прибыл для подготовки химе к церемонии наследования, — спокойно пояснил Тсуеши-сан. — Наличие всех Хранителей обязательное условие.

      — Если еще понятней, Реборн не может сделать меня боссом, пока за моей спиной не встанет шесть разномастных Атрибутов, — довольно задумчиво заключила я, а после, посмотрела с надеждой на Кею и поинтересовалась. — Кея, может ты пошлешь его, когда он придет к тебе с предложением?

      — Не получится, химе, — Хибари не успел даже рта раскрыть, как вмешался Тсуеши-сан. — Мне напомнить, что он устроил из-за полученной тобой, в вашу первую встречу, царапины? А ведь тогда ваша связь только стала проявляться. Стоит появиться реальной угрозе, он, как и остальные, не раздумывая, пойдет ее уничтожать. К тому же Кея-кун идеальное Облако, не подконтрольное, далекое от Неба, но одновременно самое близкое. Реборн не упустит своего, особенно теперь, когда защищая тебя, он взял под свое крыло.

      — Я никого не защищал, — холодно заметила Тучка, а мне осталось только улыбнуться и кивнуть.

      — Действительно, — не могу не согласиться с доводами отца Такеши, ибо он прав. Я верю в Кею, как ни в кого другого. Мне плохо, я ищу утешения у него, он всегда рядом и поддерживает, появляясь в нужный момент. Однако, рядом не значит на виду, близко и далеко, как бы странно это не звучало. Хибари вообще одно сплошное противоречие, но мне это нравится! С ним интересно, ведь даже моя интуиция пасует перед его характером и предсказать его сложнее всего. Впрочем, я к этому не стремлюсь, слишком скучно.

      — Ладно, с этим понятно, но причем тут переведенный ученик? — осторожно вмешалась Киоко.

      — Он из Италии, — пожимаю плечами. — Предположительно Ураган.

      — Точно, — коротко поправил меня Кея.

      — Точно Ураган, — послушно исправилась я, а после, решила немного пооткровенничать. — Сильный и независимый, но бесконечно одинокий.

      — Это плохо? — на мое удивление вопрос задал отмерший Рёхей.

      — И да, и нет, — слегка растерянно начала отвечать я, — хотя не знаю! Пока я его не увижу в живую, я мало, что могу сказать! Правда, я уверена, что он может как стать верным другом, так и непримиримым врагом. Первое желательно, второе вероятнее.

      — На уроки завтра не идешь, сидишь в моем кабинете и не высовываешься, — припечатал меня Кея. — С проблемой я разберусь.

      — Не пойдет, — отмахиваюсь от его слов. — Реборн не даст мне отсидеться в стороне.

      — Ищешь острых ощущений, понравилось заниматься прыжками? — небрежно уточнил у меня Кея, а меня аж перекашивает.

      — Нет! — чересчур резко, на мой взгляд, отзываюсь я. — Кстати, не мог бы ты перенести свой кабинет поближе? Уж очень неудобно он располагается.

      — Я подумаю, — согласно кивнул Кея и поднялся. — Я на патрулирование. Не забудь, завтра, на час раньше.

      — Почему мне кажется, что он даже рад такому исходу? — задаю довольно риторический вопрос, смотря на удаляющуюся спину.

      — Ха-ха! Крепись, Еши, — хлопает меня по плечу Такеши. — Ты только что дала замечательный повод для дополнительных тренировок! Так два дня в неделю, а так вся неделя.

      Хватило одного взгляда на сочувственно улыбающегося парня, чтобы почувствовать всю глубину своих проблем. Самое обидное, винить в них было некого, я сама напросилась.

      Продолжение следует…

Глава 22. Новичок

      После ухода Кеи, мы переместились назад в бар к Тсуеши-сану. Однако долго там не задержались, все же слишком много информации навалилось на ребят. Именно поэтому, посидев и поболтав на общие темы около часа, мы отправились по домам. Вернее, Такеши отправился провожать меня, а Рёхей с Киоко отправились уже к себе. Правда, половина пути у нас была общая и мы довольно весело ее провели. Единственное, что было плохо, вернулось ощущение слежки, но я ее мужественно игнорировала.

      — Где ты была? — стоило попрощаться с Такеши и войти в дом, как передо мной появился малолетний киллер.

      — Отмечала получение должности секретаря ДК с ребятами, — пожимаю плечами, а после устало добавляю. — Кстати, а где ка-чан?

      — Ушла за покупками, — коротко отозвался Реборн, недовольно посверкивая на меня своими глазищами.

      — Хорошо, — довольно киваю, не собираясь ничего уточнять и тем более волноваться за нее. В конце концов, полгорода, если не весь, находится под контролем Кеи, а значит, все будет в порядке. Нана не только закупится на неделю вперед, но и будет доставлена вместе с горой покупок прямо к порогу.

      — И все? — недовольный взгляд, который я игнорирую, делая вид, что вообще не заметила, ибо очень занята сниманием обуви и убиранием ее на положенное место. — Я с кем разговариваю, Тсуна?

      — Реборн, я понимаю, что ты не просто так приехал, — выпрямляюсь, абсолютно спокойно встречая чужой взгляд. — Заметь, я даже про то, что ты сегодня в меня стрелял и из-за этого, я чуть голяком по улицам не пробежала, не вспоминаю. Хотя, ты поступил очень и очень нехорошо. Я все же девушка, а ты меня едва на весь Намимори не опозорил.

      — Пф! — вижу усмешку на детских губах, а вот глаза он прикрывает своей шляпой с оранжевой ленточкой.

      — Понятно, — тяжело вздыхаю, поняв, что моя попытка надавить на сознательность и совесть с треском провалилась. — В общем, я пошла готовить ужин и обенто на завтра, ты можешь в это время поведать мне все необходимое. Правда, сразу скажу, еще раз попытаешься меня опозорить… я обижусь.

      — Хм… — усмешка так и не сходит с лица ребенка, зато его предает его собственная живность. Небольшой хамелеон с огромным удовольствием сматывается от своего владельца и забирается мне на плечо.

      — Что, и тебя он обижает, маленький? — осторожно почесываю зеленую образину и отправляюсь на кухню, мне слишком многое надо сделать, чтобы ждать решения этого малолетнего киллера.

      — Хорошо, я расскажу тебе главное, — донеслось мне в спину, а я мысленно порадовалась своему выигрышу, пусть он пока и не значителен.

      Впрочем, как оказалось, я рано радовалась. Реборн оказался тем еще словоблудом и ничего нового мне не поведал. Общие фразы, туманные намеки и много-много россказней о моем якобы предке Джотто, который и основал Вонголу. Море пафоса и разговоров о том, что босс мафии фаворит трущоб, в общем, у него выходило дико складно, я только и успевала снимать рамен с ушей. Наводящие вопросы ничего не дали, а прямо спрашивать я побоялась, и так чуть из образа умной, но не заморачивающейся девочки едва не вышла. Единственный плюс, я смогла освежить память насчет приключений Примо и его друзей, на этом все. Договориться не применять на мне пули, когда надо и не надо я не смогла. На все попытки доказать, что это глупо и недальновидно я получала лишь усмешки.

      В общем, Реборн оказался гораздо более непробиваемый, чем я думала. Ну, а после пришлось встречать Нану, которую ожидаемо доставили на машине (хорошо хоть с шашечками) и помогли донести сумки до порога, дальше пришлось действовать своими силами, помогая затаскивать все внутрь и сортировать гору закупленных продуктов. Благо, холодильник, подвал и кладовая у нас были большие, поэтому разместить удалось все. Ну, а после мы вместе, весело напевая продолжили готовить еду. Потом ужин в теплой семейной обстановке и распитие чая, когда мы с Наной делились всем, что произошло с нами за день. Кстати, вскоре я поймала себя на том, что болтая с матушкой, автоматически подсовываю Реборну лакомые кусочки, как в свое время было с моими братьями…

      Воспоминание мелькнуло и погасло, но настроение уже стало совершенно не тем и, закончив чаепитие, да и в целом помогать на кухне, убрала готовое обенто в сумку и отправилась делать домашнее задание. Нет, я не ощутила грусти, хотя это и странно, просто появилось ощущение неправильности, поэтому я поторопилась сбежать. Впрочем, долго за уроками я не просидела, слишком простая для меня программа, все же Кея не только в рукопашном бое ас, но и в точных науках. Правда, объяснять не любит, зато можно подбить его на соревнования или спор, в результате я получаю объяснение и доказательство самых сложных примеров или задач, после без труда разбирая похожие. Хотя сразу скажу, подобная манера обучения весьма опасное занятие и требует не только определенных знаний, но и навыков… боевых, а главное — удачи. Если у вас всего вышеперечисленного нет, лучше даже не пытаться, на Такеши с Рёхеем проверено!

      Быстро закончив с домашним заданием и, собрав сумку, я отправилась смотреть, нет ли чего нового у меня на почте. Реборн, конечно, сволочь, но это не повод отказываться от постоянного заработка, наоборот, если вспомнить слова Тсуеши-сана о том, что что-то началось, нужно позаботиться о хороших тылах. Да и тренировки дело не только сложное, но и затратное. Нет, возможно, методы Реборна и не будут включать в себя обстрел теми пулями, из-за которых я лишилась своей формы, но что-то мне в подобное не верится. Учитывая, что одежда нынче дорогая, раскошеливаться придется часто, но вот брать деньги на это у Иемицу… не хочу, как и влазить в свою кубышку, там деньги на непредвиденные обстоятельства, тратить их буду только в крайнем случае. Значит, придется зарабатывать на повседневные траты самостоятельно. Ну, по-крайней мере, пока малолетний киллер сидит с Наной и не пытается забраться ко мне в комнату.

      — Что ты делаешь, Тсуна? — стоило только подумать о нем, как он тут как тут, да еще бесцеремонно запрыгнул прямо на стол и смотрит в экран. Уххх! Хорошо, что у меня сейчас нет новых заказов, только одно издательство попросило перевести парочку новомодных английских писателей. Мда… хорошо хоть не русских, а то пришлось бы врать или изворачиваться, а это лишняя головная боль.

      — Перевожу тексты, — пожимаю плечами, возвращаясь к прерванному занятию.

      — Зачем? — внимательный взгляд мне не нравится, чувствую дикий дискомфорт.

      — Видишь ли, Реборн, — задумчиво отрываюсь от экрана и вновь поворачиваясь к мальчишке. — То-сан дает достаточно денег на жизнь, но я хочу иногда себя побаловать. К примеру, компьютер, то-сан мне бы его ни за что не купил. То же самое с частью моего гардероба, он считает, что я обязана ходить только в платьях, что мне не нравится, поэтому половину моего гардероба я обновляю тайно.

      — Пф! — кажется мое объяснение насмешило малолетнего киллера.

      — Да-да, ты не ослышался, именно тайно! — усмехаюсь, прекрасно понимая, что вызвало такую реакцию. — Вся моя одежда, кроме пары платьев и юбок, была куплена на заработанные мной деньги. Благо, английский я неплохо знаю, хотя первое время и сложно было найти работу, но я случайно наткнулась на парочку сайтов, где были предложения о работе переводчика. Вначале было сложно, пару раз даже оставалась без гонорара, но после все вошло в норму, — отворачиваюсь от Реборна, уже привычным жестом почесав расположившегося рядом с мышкой хамелеона, возвращаюсь к своим делам. — А сейчас не мешай мне, пожалуйста, Реборн.

      Удивительно, но он меня послушался! Молча спрыгнул со стола, оставив на мое попечение своего питомца, отправился куда-то по своим делам. Правда, минут через двадцать вернулся и стал оформлять себе спальное место в моей комнате! Попытки вежливо отправить его за дверь, обустраиваться в любой другой свободной комнате провалились. Мое настроение медленно, но верно начало падать, зато повышалось желание прибить наглое траво… создание. Кажется, я начинаю понимать Кею с его вечным желанием закамикоросить всех подряд… Однако я могу собой гордиться! Я выдержала и даже не наговорила никому гадостей! Сумев смириться с тем, что теперь у меня в комнате будет еще один жилец, малолетний на вид, но с непонятного возраста начинкой, иными словами с душой взрослого человека. Правда, из-за этого пришлось ложиться спать ровно в девять, ибо детское время пришло… и не важно, что по факту он не дите.

      Несмотря на то, что спать я легла рано, уснула я гораздо позже, чем обычно, да и спала… беспокойно. Всю ночь мучили неясные кошмары, а стоило проснуться взгляд упирался в подвешенный у потолка мини-гамак. Мгновенно начинали лезть разные ненужные мысли, которые мешали снова уснуть. Единственное, что удерживало меня от необдуманных поступков, это ощущение связи с моими друзьями, все же я не могла их подвести. Ну и как итог, проснулась я раньше, чем планировала и в преотвратнейшем настроении. Не выспавшаяся и злая, поплелась в ванную, которая помогла немного прийти в себя, а после на кухню, чтобы сварганить себе немного кофе, которое завершило мое преображение. Теперь я уже не напоминала свежеподнятого зомби и вновь сверкала веселой улыбкой, попутно заканчивая приготовление запеканки на завтрак. Подобное было весьма кстати, ибо на запах свежесваренного кофе притопали и Нана, и Реборн.

      — Тсу-чан, ты сегодня рано, — с улыбкой принимая от меня чашечку кофе, мягко заметила матушка.

      — Кея сказал, чтобы я пришла на час раньше, он будет делать из меня подобие хищника, — весело улыбнулась я, игнорируя внимательный взгляд малолетнего киллера.

      — Подобие? — с интересом уточняет Реборн, а поняв, что я не собираюсь давать кофе ему, потребовал. — Мне тоже кофе… — строгий взгляд Наны и он нехотя добавил, — пожалуйста.

      — В твоем возрасте кофе вредно, — мило улыбаюсь и ставлю перед ним… кружку с какао, попутно проигнорировав первую часть сказанного им. Эххх, видели бы вы его взгляд! — Попробуй, уверена тебе понравится.

      — Спасибо, — сквозь зубы цедит мальчишка, а я, чтобы подсластить пилюлю, ставлю перед ним тарелочку с запеканкой.

      — Пожалуйста, — от проявившейся в голосе патоки, свело скулы даже у меня, что говорить про передернувшегося Реборна?

      — Ладно, ка-чан, мне пора, — весело хихикаю и, ополоснув грязную посуду, отправилась на выход.

      — Счастливого пути! — раздалось мне в ответ, а я, довольная, как обожравшийся сметаны кот, подхватила вещи и потопала в сторону школы.

      Настроение у меня было отличным, не портило впечатление и тяжелый, давящий взгляд Реборна, который явно не был в восторге от моей утрешней импровизации, а главное ранней побудки. В общем, я шла в школу, едва не подпрыгивая, чтобы добравшись до ворот, встретить хмурый взгляд Хибари.

      — Доброе утро, Кея, — весело улыбаюсь, игнорируя то, что Хмурая Тучка вначале посмотрела в сторону следящего за мной киллера, а только после этого обратила свое царственное внимание на меня.

      — Идем, — легкий кивок и он, стремительно развернувшись, отправился в школу. Устало вздыхаю и послушно плетусь следом, мысленно жалея, что сбагрить свои вещи и обенто мне некуда, не на Кею же вешать, правда? Хотя…

      — Кея, может, возьмешь мои сумки? — невинно уточняю я.

      — Нет, — короткий ответ.

      — Тогда вначале я должна их где-то оставить и это не обсуждается, — категорично отзываюсь я, прекрасно ощущая, что Реборн сейчас смотрит в сторону Кеи, а не меня.

      — Хорошо, — короткий взгляд через плечо и Тучка меняет направление движения, сперва решив зайти к себе в кабинет.

      Довольно улыбаюсь, прибавляя шагу, стараясь идти рядом и делать в меру дебильно-счастливое выражение лица. Мгновенно натыкаюсь на раздраженный взгляд Кеи и, ощущаю, как поднимается мое изгаженное настроение, как говорится: «сделал гадость — на сердце радость». Впрочем, особо я не наглела, прекрасно осознавая, что платить за свое веселье мне придется в ближайшее время, но, с другой стороны, сумки и правда были тяжелыми, поэтому подождет, не переломится.

      — Зверек? — вопросительно бросил Кея стоило зайти к нему в кабинет и на некоторое время избавиться от внимания юного киллера.

      — Следит, — кивнула я.

      — Хм… идем, — он недовольно сверкает глазами и тут же идет на выход. Ну, а мне ничего не остается, как поставив сумки на журнальный столик, поспешить следом.

      С огромным трудом поспеваю за размашистым шагом Кеи, иногда даже приходится переходить на бег. Правда, особого дискомфорта мне это не приносит, все же тело у меня в достаточной мере тренированное, но чисто психологически… возникает дикое желание ему врезать! Он ведь прекрасно знает, что я ненавижу подобное, но упорно высказывает свое «фи», пусть и таким незамысловатым способом. Эххх, Ками-сама дай мне терпения! Теперь он будет на мне долго отыгрываться!

      — Ос! Президент, Тсунаеши-сама! — стоило войти в спортзал, как нас встретил слаженный вопль двух шеренг здоровых лбов, похожих друг на друга, как сиамские близнецы. Впрочем, признаю что такой эффект дают одинаковые прически, цвет волос и глаз, а главное форма. Правда, больше всего меня напрягает то, что вчера было примерно тоже самое, единственной разницей было то, что вчера сбор был на улице и Кея представил меня им, попутно толкая речь, что я под его защитой, но вице президент по-прежнему Тетсуя. Довольно короткая речь, кстати, состоящая целиком из рубленных фраз, которые нельзя было подвергать сомнению, он просто ставил их перед фактом. Хотя ребята не выглядели тогда расстроенными, наоборот, едва сдерживали радостные улыбки. Они явно не поняли, что Кея взял меня к себе не ради них и моего внимания им много все равно не обломится. Ну, да, ладно! Ребята они неплохие, несмотря на откровенно пугающий вид, поэтому я буду не против немного повыделять их из толпы, главное имена запомнить.

      — Доброе утро! — угрозы от парней не ощущается совсем, скорее радость встречи и тихое обожание, но не переходящее границ. Похоже, они приняли меня кем-то вроде талисмана, вот и хорошо.

      — Значит так, — Кея явно не собирался размениваться на расшаркивания, сразу перейдя к нарезке заданий. — Зверек теперь с нами и я решил, что ей нужно уметь постоять за себя. Ваша задача обучить ее обороняться.

      — Есть, президент! — прозвучал восторженный рев, а мне захотелось прибить этого недохищника! Нашел, кого припрягать, хотя… учитывая наличие Реборна, это лучший вариант.

      Следующие полчаса я старательно действовала на нервы наблюдающим за мной Кее и Реборну. Хотя скорее только Хибари, все же он знал мой уровень, поэтому тихо бесился, смотря, как крутятся вокруг меня парни, показывая разные стойки и как наносить удары. Причем, большая часть еще была дико косноязычна и от их «энто надо делать вот так» или «рукой/ногой бьешь тудыть, а потом сюдыть», у меня пух мозг, поэтому я решила даже не стараться понять, что от меня хотят. Кстати, давно я так не веселилась! Медленно повторяя показанные движения, то и дело делая вид, что запуталась и готова упасть. В итоге, Кея не выдержал и притащил кучу мячиков на вид, как шарики для пинг-понга, только с более тяжелым наполнителем, и заставил десятерых парнишек их в меня кидать. Неудачно, парни старательно мазали, а я поддерживала их игру. В итоге, через полчаса он разогнал всех, оставив при себе только Тетсую, вот тогда-то моя лафа кончилась, ибо Хибари меня не жалел, а мячики были тяжелыми, били больно. В общем, пришлось собирать себя в кучку и старательно уворачиваться от его метательных снарядов, что тот бросал в меня без всякой жалости. Неплохая получилась тренировка, правда, пока мы так развлекались, а после я еще и приводила себя в порядок в школьных душевых, звонок прозвенел. Пришлось мчаться на первый урок со всех ног, попутно прислушиваясь к дребезжащей непонятно из-за чего интуиции.

      — Прошу прощение за опоздание, — стучу в двери, а после решительно их раздвигаю, невозмутимо встречая недовольный взгляд учителя математики и, с огромным интересом оглядывая пепельноволосого парнишку, что застыл у доски. Гокудера Хаято собственной персоной, а в живую он интересней, чем на фотке, но и взгляд… Такеши был таким же, но он был тогда младше и не научился прятать свои эмоции. Однако чувство того, что я встретила кого-то родного, после долгой разлуки, точно такое же. Хотя он другой, его Пламя другое, но оно спит или мастерски приглушено, я не могу до него дотронуться. Даже с Кеей такого не было, связь я почувствовала сразу, хотя… он же без сознания тогда был…

      — Савада, неужели ты решила осчастливить нас своим приходом? — язвительно поинтересовался у меня сенсей, чье имя я никак не могла запомнить. Впрочем, не важно, испортить мне настроение у него не получится, ибо рядом, буквально на расстоянии руки стоит тот, кто поможет мне обрести еще один важный кусочек самой себя, а чуть в стороне весело звенит мой Дождик, успокаивая и настраивая на позитивный лад, одним своим присутствием. В общем, пусть это подобие математика разоряется, сколько влезет! Мне-то что? — Я уже и перестал надеяться!

      — Даже более того, сенсей, я сделала домашнее задание, — на чужое бешенство отвечаю улыбкой, попутно стараясь достучаться до Атрибута стоящего передо мной парня, что пусть и плохо, но получается. — Да и в школе я уже давно, просто Кея меня немного задержал, но если вы так хотите я попрошу его подойти и объяснить, зачем он это сделал.

      С огромным интересом смотрю, как этот мужчина, только по чьему-то недомыслию пробившийся в преподы, начинает бледнеть, после его лицо сменяет цвет на красный, еще спустя секунду синий, потом зеленый и вновь белый. Мда… сколько эмоций! Нет, Кея все же гений, умудриться так себя поставить даже среди учителей! Я восхищена!

      — Сядь на место, Савада! — рявкает взбешенный учитель, который понимает, что поймать меня на незнании не получится, уж очень у меня и этого класса уровень разный.

      — Хай! — старательно хлопаю ресницами и улыбаюсь, краем глаза замечая, что Такеши и Киоко прячут усмешки за учебниками. Правда, они еще не знают, кто этот зеленоглазый новичок.

      — К тому же если такая умная, на перемене покажешь школу новенькому! — никак не может успокоиться математик, зато я довольна, так будет проще, сейчас слишком много факторов, которые мешают мне настроиться.

      — Подождите секундочку, я кое-что уточню, — мгновенно останавливаюсь и, под недоуменными взглядами достаю мобильник, набираю номер Хмурой Тучки, благо, учитель немного в неадеквате и пока он, молча, как рыба, открывает свой рот, я ожидаю ответа. Пара гудков и вот в трубке раздается… молчание! Мда… вот как Кея умудряется так молчать, что кажется, что из трубки в буквальном смысле исторгается темная аура, от которой вянут цветы, киснет молоко и замораживается все вокруг? Однозначно талант! Правда, на меня не особо действует, но ради приличия на пару мгновений все же отодвигаю трубку от уха, позволяя остальным почувствовать всю глубину плохого настроения моего собеседника и заодно включая громкую связь, а после с мягкой улыбкой начинаю ворковать в трубку. — Я тоже рада тебя слышать, Кея. Я тебе буду нужна на следующей перемене?

      — Зверек? — холодный, как и всегда голос, но я слышу в нем настороженные нотки.

      — Меня попросили показать школу новичку… — кидаю вопросительный взгляд на математика.

      — Гокудера Хаято, — вместо учителя отвечает сам парень, причем, довольно агрессивно отвечает, его явно бесит моя улыбка, а еще он чувствует неясное беспокойство. Впрочем, я его понимаю, не каждый день рядом находится Небо, которое уже признало его своим.

      — …Гокудера Хаято, — кивком благодаря за информацию, сообщаю я, прекрасно видя, что улыбки на лице Такеши и Киоко исчезли, зато появилась тревога, а взгляды стали вопросительными. Прикрываю на мгновение глаза, показывая, что в своем решении уверена и зарабатываю два недовольных взгляда. Ничего, переживут, зато я смогу с Ураганчиком пообщаться…

      — Хорошо, — короткий ответ и он отключается.

      — Кея не против, — поднимаю на парня взгляд и добавляю. — Я покажу тебе школу, Хаято.

      Вижу, как вздрогнул Такеши, неверяще смотря в мою сторону, а после переводя далекий от дружелюбия взгляд на Гокудеру. Впрочем, он был в этом не одинок, практически вся мужская часть класса смотрела не лучше, зато женская испепеляла меня. Хотя мне не привыкать, да и интересовало меня сейчас другое, нужно составить план и осуществить его так, чтобы даже Реборн ничего не понял. Ну и главное! Я НЕ ХОЧУ ВНОВЬ ПОПАСТЬ ПОД ПУЛЮ ПОСМЕРТНОЙ ВОЛИ!

      Продолжение следует…

Глава 23. Дымовая Бомба

      От автора: Поздравляю всех с наступающим Новым Годом! Желаю исполнения всех мечтаний и успехов в новых начинаниях! Давайте сделаем наступающий год самым незабываемым, а все грустное оставим в проходящем! С праздником вас, дорогие читатели!

      Дальнейший урок можно описать одним словом — балаган. Мало мне было недовольных взглядов моих друзей и мрачного от виновника сего торжества, так еще и куча записок летела от остальных. Хрипящий от бешенства математик еще пытался навести порядок, но удавалось слабо, хотя душу он отвел, понаставив всем подряд двоек, но опять же кроме меня, самого Хаято и ребят, остальным повезло меньше. Впрочем, я особо не расстраивалась, ожидая звонка. Правда, осознание, что если не случится чудо, то нас из класса не выпустят, немного портили впечатление, как и то, что Кея по моим ощущениям начал движение в сторону моего класса, но… незаметно достаю телефон и, прикрыв его от любопытных взглядов учебником, быстро печатаю сообщения Киоко и братишке. В первом SMS отправленном моей подруге просьба отвлечь ребят из класса, ну, за исключением Такеши, с ним такое точно не пройдет, но я уверена, что он не будет вмешиваться… до определенного момента, конечно. Второе сообщение, которое я отправила Рёхею, задание уже посложнее, он должен будет отвлечь Кею, примерное местоположение прилагается. Мда… почему мне хочется сказать: «мир твоему праху, ни-сан»?

      Быстро откидываю совершенно ненужные мысли и ловлю на себе вопросительный взгляд Киоко. Корчу умоляющую моську и получаю легкий кивок. Замечательно! Пара минут после звонка у меня будет, остальное неважно! Перевожу взгляд немного дальше и вижу, что Такеши пилит Гокудеру недружелюбным взглядом, а тот его игнорирует, впрочем, Ямамото не одинок в своем рвении, поэтому тот его не выделяет. Правда, мой друг видимо почувствовал мой взгляд, поэтому отвлекся от дистанционного испепеления новичка и переводит взгляд на меня. Отрицательно качаю головой, благо, на меня уже никто не смотрит, уж очень Хаято всех поразил… умом и красотою, елки-палки! В ответ получаю сердитый взгляд и поджатые губы, а по нашей связи приходит протест. На мгновение хмурюсь, а после картинно вздыхаю и показываю десять пальцев, намекая, что мне потребуется не более десяти минут, Такеши качает головой и показывает три, теперь приходит моя очередь отрицательно мотать головой. В общем, еще пять минут тратим на незаметный торг, в итоге сойдясь на семи минутах. Вовремя, стоило найти компромисс, как звенит звонок и учитель буквально вылетает из класса, а я подхватываюсь с места, быстро подскакивая к новичку, благо его посадили всего на пару парт дальше, чем было мое место.

      — Идем смотреть школу, Хаято? — мило улыбнувшись, предлагаю я.

      — Хорошо, — недовольно хмурится парень и резко встает, окидывая меня презрительным взглядом, только вот я отчетливо понимаю, что он так прячет растерянность.

      — Эй! — вот первый из моих одноклассников поднимается и враждебно смотрит в сторону Гокудеры. — Я не позволю…

      — Кья! — слышу со стороны Киоко крик, а после следует жуткий грохот, все отвлекаются от наших скромных персон. Пользуюсь предоставленной возможностью и хватаю Хаято за руку, попутно сосредотачивая там немного своего Пламени, буквально вытаскивая его из класса.

      — Успели, — весело улыбнувшись, пробормотала я, делая вид, что не обратила внимание на то, как парень, стоило нам покинуть класс, вырвал свою руку. Правда, потрясенный взгляд кинутый на нее, мне определенно понравился, как и яростное и необузданное Пламя, что чувствовалось в нем. Кстати, странно, но оно имело много оттенков, как будто разрушающая сила Урагана лишь малая часть его предназначения.

      — И? — высокомерно поднятая бровь, но во взгляде ничем неприкрытое потрясение, которое быстро сменяется злостью. От наблюдающего за нами Реборна повеяло откровенным интересом, похоже не я одна могу читать эмоции этого парня, как раскрытую книгу.

      — Давай я вначале покажу тебе территорию школы? — предлагаю я, мысленно прокладывая маршрут так, чтобы оказаться на неиспользуемой площадке за школой. По-сути там пустырь, хотя когда-то пытались сделать клумбы, но из-за того, что там часто зависали любители покурить и выбросить мусор, где не надо, от этого отказались. Хотя для моих планов самое то.

      Получив согласие со стороны Гокудеры, неторопливо иду вперед, прекрасно понимая, что тут никто к нему не прикопается, хотя бы из-за того, что на нашем пути подозрительно много парней в черных пиджаках. Кажись, Кея решил немного перестраховаться, хотя это ладно, главное он сам не показывается, хотя я и ощущаю его внимательный взгляд. Впрочем, это самое большее, на что я могу рассчитывать. Хотя меня и не радует, что они, если верить моим ощущениям, с Рёхеем разминулись, зато тот идет на сближение с Такеши, ну, хоть что-то.

      — Вот здесь запасной выход из школы, — спокойно показываю на дверь и неторопливо выхожу наружу. — Здесь довольно тихо и практически не бывает людей, я думаю, попросить Кею выделить средства для клуба садоводов и, обговорив детали с директором, разбить здесь нормальные клумбы и поставить скамейки. Ну, а пока, увы, тут ничего этого нет.

      — Замечательно, — раздается за моей спиной, интуиция мгновенно взвизгивает заставляя меня резким движением отскочить на пару метров в бок, а там где я только была, прозвучали взрывы и меня обдало потоком воздуха с мелким мусором.

      — И что это было, Хаято? — с трудом сдерживая раздражение, уточняю я. Мгновенно понимая, что мне повезло, что Такеши перехватил Рёхей, зато Кею — нет, но он на крыше, поэтому время до его вмешательства у меня будет, пусть и не очень много.

      — Ты как бельмо на глазу, — в руках парня появляются четыре… динамита? Мда… теперь понятно, почему у него прозвище Дымовая Бомба… — Умри!

      — Чаоссу! — попытку швырнуть в меня динамиты прерывает веселый голос Реборна. — А ты прибыл раньше, чем я думал, Гокудеро Хаято.

      — Вы знакомы, — я не спрашиваю, я утверждаю. — Реборн, что это значит?

      — Он член семьи, которого я вызвал из Италии, — довольно заявил мне малолетний киллер. — Правда, я сам его впервые встречаю лицом к лицу, но это не так уж и важно.

      — Значит, ты лучший киллер девятого поколения — Реборн, — внезапно вмешивается Гокудера, вызывая у меня откровенное удивление, не выглядит парень осчастливленным этой встречей. — Так это правда, что если я убью Саваду, я стану наследником?

      — Хии? — едва успеваю проглотить свои слова, что подобное заявление откровенный бред, но изумление все же прорывается, пусть и таким несуразным образом.

      — Да, — соглашается Реборн, а мне остается только поджать губы.

      — Реборн, кто ты такой, чтобы решать мою судьбу? — мой голос спокоен. Даже слишком, но те кто меня знает, уже давно бы прятались.

      — Я твой репетитор, — спокойно замечает мальчишка.

      — Я с этим не соглашалась, только позволила жить в нашем с ка-чан доме, — негромко сообщила я. — Договора о репетиторстве подписанного моими родителями у тебя нет. Помогать с учебой или чем-то другим ты даже не пытаешься, да и мне это не надо. С какой стати, я должна на потеху тебе бодаться за непонятный пост?

      — Мне все равно, — ответить Реборну не дает Хаято, резко швыряя в мою сторону десяток динамитов, от которых я едва успеваю увернуться, попутно мысленно благодаря Кею за сегодняшнюю тренировку. Если бы не она, мне бы пришлось куда хуже.

      — Говорят, что Гокудера Хаято, это тот человек, чье тело полностью скрыто динамитами, — доносится до меня ехидный голос малолетнего киллера, пока я уворачиваюсь от шашек с взрывчаткой, попутно пытаясь не попасть и под взрывную волну. Удается плохо, к тому же я не хочу привлекать внимание, значит надо увести его подальше от выхода, тут неподалеку есть прекрасный тупичок, где никого обычно нет. — Его второе имя — Дымовая Бомба.

      — Очень познавательно, — едва слышно фыркаю себе под нос, едва успев спрятаться от очередной порции бомб за угол школы, оказываясь как раз в том тупике, что и хотела.

      — Попалась! — с торжеством заключает парень, швыряя в мою сторону очередной десяток динамитов. Впрочем, этого я и ждала.

      — Сражайся с Предсмертной Волей! — слышу со стороны Реборна и вижу, как в его руках появляется пистолет. Интуиция позволяет отследить момент, когда он нажал на курок и за мгновение до этого, резко отталкиваюсь от земли, взмывая в воздух так, чтобы сделав небольшое сальто, оказаться вплотную к стене школы. Слышу взрыв и отталкиваюсь от оказавшейся поблизости поверхности, в буквальном смысле, пролетая над кучей поднятой пыли и приземляясь в опасной близи от Гокудеры.

      — Че? Двойные бомбы! — потрясенно выдыхает парень, но тело действует быстрее его мозга и вот в меня летят уже два десятка зажженных бомб, а сам он отскакивает назад, добавляя еще десяток динамитов.

      Впрочем, я тоже не лыком шита, совершаю прыжок вперед, проскакивая мимо двойного подарочка, что тот решил в меня бросить. Взрывная волна от сработавших динамитов, ускорила мой полет в его сторону, но одновременно, они же отбросили в ту же сторону и брошенные второй волной десяток бомбочек. Пришлось призвать немного Пламя, сильнее ускоряясь и теперь уже делая длинный прыжок назад. Не очень удачно, взрывная волна была слишком сильна, а земля, куда я приземлилась, уже была взрыхлена прошлыми взрывами. В общем, я совершенно не эпично падаю и ударяюсь спиной. Больно! Впрочем, времени на лелеяние новых болячек у меня нет, поэтому вскакиваю и, увидев, как Хаято вновь тянется за взрывчаткой, мысленно начинаю материться. Этот долбодятел вытащил около тридцати динамитных шашек, то ли в попытке меня напугать, то ли переоценив свои силы, но как итог, удержать их он не смог и сейчас они красивым дождиком падали вокруг будущего трупа. Времени думать нет, фитили слишком короткие, а Реборн видимо посчитал, что я смогу справиться и без Посмертной Воли, поэтому убрал пистолет. Пламя послушно откликается на мой зов, но я не позволяю ему слишком сильно проявиться, только легкие искры в глазах, но даже этого достаточно, чтобы немного ускориться и, промчаться мимо Ураганчика, схватить его за воротник рубашки и сделать резкий прыжок. За спиной слышится взрыв, горячий воздух бьет в спину и швыряет нас о землю. Метров пять мы по ней прокатываемся, прежде, чем остановиться.

      — Больно, — тихо скулю с трудом приподнимаясь и ощущая, что Кея ушел с крыши, а в мою сторону мчатся Рёхей с Такеши. У меня меньше минуты, чтобы уладить все дела.

      — Я ошибался! — восторженный вопль со стороны Гокудеры и, посмотрев туда, я вижу, как он, встав на колени, склоняет свою голову. — Ты достойна стать боссом. — Голова поднимается и на меня смотрят полные обожания глаза. — Я пойду за тобой, Джудайме! Приказывайте мне, что угодно!

      — Что? — меня немного сбивает с толку такой резкий переход, да и льющаяся из рассеченной брови у этого придурка кровь не добавляет душевного спокойствия. Благо, я сама практически не пострадала, во-первых, рефлекторно сгруппировалась, ведь в неудачных падениях опыт у меня неплохой, во-вторых, автоматически укрепила тело Пламенем, полезный навык, а главное не требующий непосредственного контроля.

      — Проигравший подчиняется победившему, это правило, которому подчиняются в мафии, — невозмутимо сообщил Реборн, приземляясь неподалеку от меня.

      — Да? — скептично смериваю взглядом малолетнего киллера и, поднявшись, начинаю отряхиваться, да и вообще, оценивать степень повреждений.

      — Вообще-то я и не хотел становится Дечимо Вонгола, — мои гляделки с малышом прервал Гокудера. — Я просто услышал, что кандидат японка и решил проверить ее силу. Однако вы превзошли все мои ожидания! — в глазах появился фанатичный блеск, но… почему мне кажется, что это только игра? Похоже, проверка только начинается и еще неизвестно сколько продолжится. — Вы подвергли опасности свою жизнь, чтобы спасти меня! Моя жизнь теперь принадлежит вам!

      — Хаято, мне не нужны подчиненные, их у меня еще будет много, — мягко улыбаюсь, протягивая руку и продолжаю. — Однако, я буду рада если ты станешь моим другом.

      — Джудайме! — недоверчиво смотря на протянутую ему ладонь, потрясенно тянет парень, недоверчиво хватаясь у меня за руку.

      — Еши, для друзей я Еши, — помогаю парню подняться, заодно отпуская свое Пламя, которое теперь ощущает отклик. Чужое Пламя радостно рвется вперед, делясь своей силой, ластясь, как котенок к хозяйской руке.

      — Замечательно, Тсуна, благодаря твоей силе, у тебя появился еще один последователь, — нашу идиллию разрушает насмешливый голос Реборна. — Хорошая работа!

      — Реборн, — на мгновение перестаю себя контролировать, в голосе звучит холод. Я понимаю, что он хочет меня проверить, но устраивать подобное в школе это перебор. Пламя начинает яриться и рваться вперед, желая разорвать обидчика…

      — Еши! — меня спасает Такеши, чей обеспокоенный голос раздается прямо над нашими головами. Поднимаю взгляд и понимаю, что он едва не вываливается из окна, рядом с ним Рёхей и Киоко.

      — Ребята, — устало вздыхаю, чувствуя, что бешенство ушло, на место непривычной для меня ярости приходит спокойствие. Пламя послушно отступает, возвращается способность трезво мыслить.

      — К вам семпай идет! — весело сообщает мне Ямамото.

      — Упс! — вздрагиваю, понимая, что тот прав и Тучка уже близко, поэтому хватаю ничего не понимающего Хаято за руку. — Уходим!

      — Джудайме! — изумляется болтающийся у меня за спиной парень.

      — Потом! — обрываю его я, старательно ориентируясь на интуицию и прислушиваясь к нашей связи с Кеей, чтобы свалить из опасного места подальше. Хотя он быстро понял мои маневры, как и то, что я иду в сторону медкабинета, поэтому резко остановился, а спустя мгновение у меня завибрировал телефон. Останавливаюсь и, увидев на дисплее «Хмурая Тучка», обреченно вздыхаю, решительно нажимая на принять вызов.

      — Зверек? — голос холоден, но я прекрасно слышу в нем незаданный вопрос. Радуюсь, что Реборн немного отстал и я не ощущаю его взгляда.

      — Ушибы, у меня ран нет, — коротко отзываюсь я.

      — Хорошо, через двадцать минут в кабинете, — бескомпромиссно звучит в ответ. — Без взрывного травоядного, Зверек, — предупреждающе добавил он и отключился.

      — Черт! — обреченно вздыхаю.

      — Джудайме? — вопросительно раздается со стороны позабытого мной Хаято.

      — Еши или Тсуна, — кидаю на него недовольный взгляд, но, наткнувшись на преданно-обеспокоенные глаза, поясняю. — Это один из моих друзей — Хибари Кея, радуйся, только из-за этого, проблем с тем, что мы распахали часть школьной территории не будет, а теперь пошли.

      Вновь хватаю пепельноволосого за руку и тащу в медпункт, где мной прекрасно ощущаются остальные ребята. Мда… похоже сегодня у Ураганчика будет насыщенная программа, все же ребята не из тех, кто проповедует «тебе ударили по левой щеке? Подставь правую», мои друзья скорее действуют по принципу «вас пытались ударить? Уйди с траектории удара, подставь подножку, а после прямой в печень и контрольный в голову».

      — Еши! — стоило зайти в медкабинет, где ожидаемо не оказалось медсестры, как рядом материализовалась Киоко, по ее бокам стояли хмурые Рёхей и Такеши, которые картинно похрустывали кулаками. Ками-сама, только не хватало мне еще драки разнимать!

      — Прекратить! — позволяю на мгновение вспыхнуть огоньку в волосах и глазах, голос стал немного ниже. Смотрю на парней и твердо, продолжаю. — Со мной все в порядке, небольшие ушибы и все, понятно?

      — Да, — недовольно кивают они, но взгляды на Хаято не становятся ни на йоту мягче.

      — Киоко, помоги обработать раны Хаято, потом посмотришь мои ушибы, — недовольно поджимаю губы и загоняю Пламя назад, чувствуя, что стоящий за моей спиной Гокудера потрясен.

      — Это же Пл… — начал было восхищенно он.

      — Хаято! — обрываю его восторженный вопль.

      — Да, Джудайме? — мгновенно замер он.

      — Считай это нашей общей тайной, которую знают только присутствующие здесь и больше никто знать не должен, хорошо? — мягкая улыбка, но, почему-то парни синхронно бледнеют и начинают поспешно кивать. — Не слышу ответа?

      — Хай! — звучат три голоса разом.

      — Вот и славно, — киваю я. — Кстати, Хаято, знакомься, это мои друзья. Ямамото Такеши, — киваю в сторону своего универсального успокоителя, — Сасагава Рёхей, — указываю в сторону братишки, — и Сасагава Киоко, его сестра и наша одноклассница.

      — Гокудера Хаято, — недовольство в глазах, а на заднем фоне недовольно бурлящее Пламя. Впрочем, это почувствовала не только я, Такеши выдвигается вперед.

      — Приятно познакомиться, — мягкая улыбка и он хлопает пепельноволосого по плечу, заставляя того замереть, все же правильно примененное Пламя великая вещь!

      — Такеши! — одергиваю я его.

      — Извини, но он должен был понять, что не один такой особенный, — хмыкнул в ответ мой друг. — Еши, тебе лучше поторопиться и обработать свои ушибы, Кея-семпай не любит ждать, да и выглядел он… — ненадолго замолкает, начав размахивать руками, а после все же продолжил, — несколько нервно.

      — Во имя ЭКСТРИМА классно ты состояние крайнего бешенства у Хибари обозвал! — с улыбкой покивал Рёхей.

      — Плохо, — недовольно цокаю языком.

      — Иди за ширму, я посмотрю твои ушибы, — хмыкает Киоко, появляясь рядом с какими-то баночками, да скляночками в руках. — С травмами Хаято-куна и ни-сан справится, благо опыт у него в этом плане большой, да и кроме тебя никто семпая успокоить не в силах. В общем, помилуй учеников, Тсунаеши-сама!

      — Киоко! — возмутилась я.

      — Давай-давай! — прикрикнула на меня подруга. — Про Хаято-куна не беспокойся, не сожрут его ребята, я за этим прослежу, все равно урок-то пропустили.

      — Ладно, — пришлось признать правоту Киоко, братишки, конечно, дурни еще те, но не убьют же они Гокудеру? Зато про Кею я не уверена, он сейчас может и прибить кого-нибудь ненароком…

      Продолжение следует…

Глава 24. Конфликтная ситуация

      Оставляю медкабинет с тяжелым сердцем, уж очень мне не нравится царящая там атмосфера. Впрочем, они хоть стали обрабатывать раны Хаято, который, стоило мне выйти за дверь, начал материться на итальянском. Ками-сама, за что мне это? Устало вздыхаю, но даже не думаю возвращаться, я свое мнение уже высказала, да и Киоко только выглядит божьим одуванчиком, на самом деле ее характер давно уже не такой. Ну, а как иначе? После присоединения Кеи-то! Он же нам всем тогда давал жару! И не только его…

      — Ты не вмешаешься? — стоило обреченно вздохнуть и шагнуть от двери, как передо мной выскочил Реборн.

      — Они должны сами найти общий язык, — качаю головой. — Я не смогу все время их контролировать.

      — Гокудера довольно взрывной паренек, — усмехнулся малолетний киллер. — Он их не признал.

      — Я это, как бы, заметила, — уголки губ невольно приподнимаются в намеке на улыбку, но из-за дверей слышится новый поток ругани и желание смеяться тут же пропадает. — Реборн, присмотри за ними, а я должна предотвратить возможные жертвы среди остальных.

      — Хм… — мальчишка, который совсем не мальчишка, опять прячет глаза за полами шляпы. Правда, он явно не понимает, что гиперинтуицию таким трюком не обмануть, но и ладно, мне же проще.

      — Значит договорились, — слабо улыбаюсь, слыша возмущенный голос Киоко и падение чего-то тяжелого. — Ну, я пошла на заклание к зверю.

      Устало вздыхаю и иду дальше, хотя и не забываю прислушаться к своей интуиции, которая упорно твердит, что Реборн не двигается с места, смотря мне в след. Хм… странно, неужели он меня послушался? Ан, нет! Пара мгновений и я, завернув за угол, понимаю, что тот двинулся за мной следом. Мда… только этого мне не хватало! Успокаивать Кею под прицелом пистолета! Да он тут все разнесет… стоп! А это идея! Хотя, нет… еще одну потасовку такого масштаба Кея мне не простит… Недовольно морщусь и отправляюсь дальше, в конце концов, Тучка, конечно, сволочь, но сволочь, которая умеет просчитывать последствия. Впрочем, это не мешает мне несколько нервничать и пытаться найти возможность избежать неудобного разговора, или, хотя бы, перенести его на пару часов дальше, все же Реборн следит за мной не постоянно. В противном случае, я бы уже повесилась.

      — Кея, звал? — осторожно заглядываю в его кабинет, где царит полутень и, в конце комнаты, за столом видна смутная фигура. Осторожно поднимаю глаза, смотря примерно там, где у силуэта видны очертания головы и встречаюсь с взглядом горящим…

      — Зверек, — коротко, но довольно емко, одним-единственным произнесенным словом, передал свое настроение Хибари. Рядом судорожно сглотнул Тетсуя, который явно боялся даже шевелиться.

      — Ты сам знаешь ответ, — осторожно захожу внутрь и закрываю за собою двери, у меня есть пара минут, пока Реборн не займет наблюдательный пункт у окна, благо в самом кабинете нет ходов. — Если для того, чтобы смеяться с Такеши, успокаивать Рёхея, ходить в кондитерскую с Киоко и молча пить чай на крыше с тобой, Кея, мне придется вновь лезть под пули или динамиты, я это сделаю.

      — Это не игра, Зверек, — холод и едва сдерживаемая ярость в ответ.

      — Ты злишься, — я спокойно встречаю чужой взгляд, хотя внутри все холодеет, такого Хибари я еще не видела, это даже не бешенство, а гораздо хуже. Однако, я обязана доказать свое право делать то, что считаю нужным, иначе потом меня просто затыкают на скамью запасных, а этого я допустить не могу, поэтому следующие слова слетают с языка легко, хотя я и осознаю, что могу потом сто раз пожалеть об этом. — Только вот почему? Из-за того, что я полезла на рожон или потому, что ты опять мог только наблюдать?

      — Зверек! — тихое рычание и меня буквально вбивают в дверь, что находилась у меня за спиной, а чужой кулак впечатывается в нескольких сантиметрах от моей головы.

      — Ке-сан! — полный паники голос Кусакабе и тот рвется вперед, стараясь оттащить от меня Тучку, но неудачно, Кея бьет даже не повернувшись в его сторону. Бедный парень отлетает назад, впечатываясь спиной в стол.

      — И? — смело встречаю взгляд взбешенного парня, хотя и понимаю, что мне нечего ему противопоставить. Не сейчас, когда он себя плохо контролирует, а я связана Реборном по рукам и ногам.

      — Я забью его до смерти, — лед в серых глазах, а голос… интуиция начинает упорно шептать, что стоящий передо мной, опасен даже для меня.

      — Пришлют другого, — равнодушно констатирую я, прекрасно поняв, что сейчас Кея говорит о моем «репетиторе».

      — Я его не приму, — сдавленное рычание, а хватка становится еще сильнее. Вот теперь до меня доходит частичная ошибочность моих прошлых выводов, но отступать я не намерена.

      — Его уже приняла я, — голос спокоен, что дается мне с огромным трудом, ибо интуиция в буквальном смысле матерится, отчетливо намекая, что я нарываюсь.

      — Зверек, — звучит достаточно угрожающе, но ощущение чужого взгляда заставляет Кею отступить, отходя от меня и направляясь к столу. Он подходит к нему и берет в руки планшет с парочкой прикрепленных к нему листов и швыряет его в мою сторону. Рефлекторно отскакиваю с траектории полета кинутого в меня снаряда (от души, кстати, кинутого, даже небольшая вмятина на стенке осталась), а потом наклоняюсь и поднимаю его.

      — Что это? — удивленно смотрю на Хибари, немного сбитая с толку произошедшими изменениями в его поведении. Нет, я понимаю, что он тоже почувствовал, что за нами наблюдают, но это же не повод… или нет?

      — Ты уничтожила задний двор, тебе его и восстанавливать, — опять этот холодный тон и ощущение чужого бешенства, поправочка, едва сдерживаемого бешенства. — Там расчеты, что необходимо и сколько школа на это может выделить. Расходы сверх этого, покрываешь со своего кармана.

      — Понятно, — коротко киваю, начав быстро просматривать данные мне бумаги и, с тоской понимая, что школа покроет только цену материалов, все остальное… хотя… почему бы не использовать свою популярность на благое дело? В конце концов, от парней не убудет, если они парочку вечеров проведут за физическим трудом.

      — В понедельник состоится сбор клубов, — холодно оповестил меня Кея.

      — Мне подготовить документы? — удивленно вскидываю на него глаза, подсчитывая свои шансы успеть за сегодня-завтра подготовить необходимые бумажки, все же субботу и воскресенье тратить на подобное не хотелось. Это только Хибари может каждый день проводить в школе, а меня назвать фанаткой подобного сложно.

      — Ты не идешь, — коротко сообщил он мне.

      — Почему? — искренне возмущаюсь, но, наткнувшись на далекий от доброты взгляд Тучки, замолкаю. Он усмехнулся на мою реакцию и отправился к двери. Мрачно поджимаю губы, понимая, что ни фига я его не успокоила, но останавливать его сейчас самоубийственно, даже для меня. Хотя… попытка не пытка, поэтому негромко кидаю ему в спину. — Куда ты, Кея?

      — Развеяться, — ледяной тон и бешенный взгляд в мою сторону, а после он стремительно покидает кабинет. Мда… не повезет тому, кто сейчас попадется ему на пути, но я за ним не побегу, жить-то хочется!

      — Пронесло, — устало выдыхаю и сползаю по стенке вниз, правда, взгляда от двери, через которую только что вышел Хибари не отрываю. Вдруг он вернется? Нужно быть готовой ко всему!

      — Скажите, Тсунаеши-сан… — удивленно перевожу взгляд от захлопнувшейся двери в сторону раздавшегося голоса и вижу только пришедшего в себя Кусакабе, который пытается подняться на ноги.

      — Что? — удивленно смотрю на подчиненного Кеи.

      — Вы же на самом деле не влюблены в Ке-сана? — он с трудом выпрямляется и смотрит на удивление твердо, а со стороны Реборна веет настоящим изумлением. — Зачем весь этот маскарад? Ради чего?

      — Ты не прав, Тетсуя-кун, — грустно улыбаюсь. — Я люблю Кею, хотя и по-своему и это нисколько не соответствует тому, что рассказывают на каждом углу сплетники, — заставляю себя подняться и начинаю отряхиваться. — Ну, а то, что я их не опровергаю, а наоборот поддерживаю… — устало качаю головой, — в последнем классе младшей школы, мне было довольно сложно. Популярность сильно утомляет, а некоторые не понимают простого слова нет. Пришлось искать способ отсеять большую часть, вот я при молчаливом попустительстве Кеи и решила воспользоваться его грозной репутацией себе на пользу. На самом деле, сказать, что я просто влюблена, довольно опрометчиво.

      — Я вас не понимаю, — парень хмурится, вызывая у меня грустную улыбку, я ведь порою сама свои чувства к ребятам не понимаю. Хотя нет, Такеши и Рёхей… с ними все просто и понятно, они сами выбрали, кем хотят для меня стать, а вот с Кеей сложнее. Он не согласен быть братом, но и большим стать не пытается, только вот я не знаю изменится это в будущем или нет, на это мне даже интуиция ответ дать не может.

      — Он все же мой друг, можно сказать часть семьи, а разве членов семьи не любят просто потому, что они есть? — пожимаю плечами, поднимая на него взгляд, попутно отслеживая перемещения Тучки и понимая, что он стремительно удаляется от школы. Хм… видимо он решил погонять на своем мотоцикле, ну, так даже лучше, скорость остудит его горячую голову и в следующий раз мы сможем поговорить спокойнее, да и за Хаято не нужно будет беспокоиться. — Кстати, Тетсуя-кун, называй меня Тсуна-чан или Тсуна-сан, Тсунаеши-сан слишком длинно, да и непривычно.

      — Тсуна-сан, вы хотите сказать, что с Ке-саном родственники? — удивленно вскидывается парень и тут же хватается за ребра, приходится броситься вперед, чтобы помочь устоять парню на ногах.

      — Сядь, я посмотрю, не сломал ли тебе чего Кея, — помогаю парню дойти до ближайшего диванчика. — Снимай пиджак и рубашку, — становлюсь так, чтобы наблюдающий за нами мальчишка не видел моего лица и едва слышно шепчу, — обещаю не приставать.

      — Тсуна-сан! — возмущенно воскликнул Тетсуя, мгновенно покрываясь красными пятнами и отводя взгляд.

      — Снимай-снимай, я знаю силу ударов Кеи, — теперь я говорю уже достаточно громко и серьезно, а от Реборна при этих словах идет ничем не прикрытое любопытство, но я решила его немного обломать, поэтому невозмутимо добавляю, — ни-сан частенько выводит его из себя. В общем, результаты его ударов я видела неоднократно.

      — Хорошо, — красный от смущения Кусакабе начинает осторожно снимать пиджак, а после, путаясь в пуговицах, и рубашку.

      Устало качаю головой на это. Нет, я понимаю, что не являюсь врачом, да и парню явно неловко, но это уже перебор. Он ведет себя так, что я чувствую себя извращенкой! Устало отворачиваюсь от парня и отправляюсь копаться в выделенном мне Кеей шкафчике, там упакована аптечка. Правда, не самая обширная, но бинты и мазь от ушибов там точно есть. Достаю все необходимое и приступаю к осторожному осмотру чужого торса, неплохо развитого, кстати, но не идущего ни в какое сравнение с уже виденными мной у ребят, но тоже весьма внушительного. Впрочем, увлекаться себе я не позволяю, меня больше интересует наливающийся синим синяк на чужих ребрах, чем ощупывание чужой мускулатуры.

      — Ребра целы, трещин вроде тоже нет, — спокойно констатирую я, видя, что от моих нажатий парень лишь морщится, да и интуиция говорит об этом же. — Кея сдержал удар. Сейчас наложу мазь и тугую повязку, но к врачу все же сходи. Я не рентген и с уверенностью могу сказать только про переломы.

      — Тсуна-сан, вы не ответили, — мужественно терпя перевязку, заметил Кусакабе.

      — На что? — не отрываюсь от своего занятия, уточняю я. Интуиция тихо звенит, но угрозы не чувствуется, поэтому я довольно расслабленна.

      — Вы родственники с Ке-саном? — повторил свой вопрос парень, а я почувствовала, резкое усиление внимания со стороны мелкого киллера, что мне сильно не понравилось.

      — Нет, все гораздо проще и сложнее одновременно, Тетсуя-кун, — завязываю красивый бантик и с улыбкой заключаю. — Готово, можешь одеваться.

      Поднимаюсь и начинаю убирать вытащенное назад в небольшую коробку с крестом. Во-первых, даю возможность Кусакабе одеться без лишних глаз. Во-вторых, мне не хочется рассказывать о наших с Кеей взаимоотношениях, тем более, порой я сама их не понимаю. Слишком уж он человек сложный, который не признает никаких преград, но одновременно сам их создает и сам же преодолевает.

      — Тсуна-сан, — кажется, кое-кто от меня не отстанет, пока не добьется ответа.

      — Кея… — замираю, а после поворачиваюсь к Тетсуе и продолжаю, — Кея, он был одним из тех, кто вернул в мою жизнь краски. Он тот, кто неимоверно близок и одновременно не менее далек.

      Мне даже не надо смотреть в сторону окна, чтобы понять, что Реборн удивлен не меньше Кусакабе, они явно не этот ответ ожидали. Ну, а я что? Я просто закрываю коробку и убираю ее назад в шкаф.

      — Тсуна-сан, — парень явно растерян, но он же хотел получить ответ? Что ж он его получит! И пусть потом не говорит, что я его проигнорировала или ответила не полно!

      — Ты спрашивал, люблю ли я его? — поворачиваюсь в сторону Тетсуи и продолжаю. — Однако ты неправильно поставил вопрос. Я его не просто люблю, я его принимаю таким, какой он есть. Со всеми его недостатками, с кучей тараканов в голове и жутким характером. Это малое, что я могу сделать в благодарность за то, что сделал для меня он, — усмехаюсь, видя, что Кусакабе ничего из моего объяснения не понял. — Впрочем, это не важно, не пытайся понять, просто знай, что он один из немногих людей, кто мне по-настоящему дорог.

      — Я вас понял, Тсуна-сан, — парень встает передо мной и глубоко кланяется. — Благодарю за честный ответ.

      — Ты странный, — смеюсь в кулачок. — Однако я рада, что такой человек рядом с Кеей, он… довольно сложный парень.

      — Аналогично, Тсуна-сан, — едва уловимо усмехается парень. — С вашим появлением он стал спокойней.

      — Не совсем, просто у него появилась возможность спускать пар, — хмыкаю, вспоминая с каким удовольствием Кея, вначале бодался с Тсуеши-саном, а после воодушевленно гонял парней, да и меня по тренировочному полигону. Причем, переломы и синяки были довольно частым явлением, правда, не у меня, интуиция помогала избежать серьезных травм. Впрочем, пару раз я зарабатывала трещины в костях.

      — Нет, я знаю Ке-сана давно, — покачал головой Тетсуя. — Драки не приносили ему внутреннего равновесия.

      — Возможно, — киваю, соглашаясь с его словами. — Мне сложно судить, все же я его знаю чуть меньше года.

      — Как я и думал, — доносится до меня со стороны Кусакабе.

      — Тетсуя-кун, предлагаю разобрать документы, — кидаю на него спокойный взгляд и направляюсь к следующему шкафчику, которых в кабинете Хмурой Тучки достаточно, вернее, они полностью занимают одну стену. Насколько я помню, на третьей полке сверху, он складывает документы, что требуют быстрейшего решения, но делать ему это лень.

      — Да, Тсуна-сан, — парень мгновенно подхватывается и идет доставать с полки нужные бумаги.

      — Спасибо, — благодарно киваю, все же те документы расположены слишком высоко для меня, а идти за стулом, желания нет.

      — Да, ничего, — смущается парень и протягивает мне папку, с которой я иду к рабочему столу. В конце концов, Кеи сейчас тут нет, а значит, никто против не будет! Да и не стоит забывать, что Тучка повесила на меня обустройство распаханного заднего двора, но этим я займусь чуть позже, после уроков зайду в клуб садоводов, после пообщаюсь с Такеши и Рёхеем, уверена спортсмены не откажут в небольшой помощи мне. Главное правильно задачи поставить.

      Стоило прекратить разговор с Тетсуей и уткнуться в бумажки, как я поняла, что Реборн исчез из моего восприятия, хотя и не из школы, похоже он решил посмотреть, что там с ребятами. Ну-ну, пусть идет, все равно там ничего особо интересного уже нет, иначе я бы это почувствовала… а учитывая оружие Ураганчика, еще бы и услышала.

      Продолжение следует…

Примечание к части

Я написала небольшой драбблик "Воспоминание" на необычную гетную пару 88/18, желающие его прочитать, могут пройти по этой ссылке - https://ficbook.net/readfic/3922424.

Глава 25. Неудачная попытка

      Звонок на большую перемену ознаменовался для меня окончанием сортировки срочной документации и сильной боли в пояснице. Черт! Похоже, я ударилась спиною сильнее, чем думала. Осторожно потягиваюсь и морщусь, поясницу простреливает болью, а я понимаю, что даже если пойду просить помощь у наших садоводов, сама смогу только руководить. Хм… неплохая мысль, только вряд ли ее кто оценит, хотя…, а кто мне мешает поступить немного по-другому? Я же, когда Хаято рассказывала про клумбы, не врала. Так-с, разгоняю немного Пламени по венам, это помогает приглушить боль и немного взбодриться. Впрочем, злоупотреблять подобным Тсуеши-сан не советовал, но у меня тут чрезвычайная ситуация! Будем экстренно вылавливать президента клуба садоводов, причем, желательно без целой кучи свидетелей, а то парня загрызут, но без его помощи не обойтись.

      В общем, быстро наметив примерный план действий, я предупредила о своем уходе Тетсую и отправилась разыскивать ребят. Свой обед я благополучно оставила на столе Кеи, ему он будет нужнее, все же я уверена, что после того, как он развеется, припрется в школу. Учитывая его любовь к готовке и фастфудам… с меня не убудет, а он хоть немного оттает, да и иногда надо устраивать разгрузочные дни. Впрочем, зная отца Такеши и привычки Киоко, подобное мне не грозит.

      Я оказалась права, ребята встретили меня с радостью, покормили и даже согласились помочь в моей авантюре, пообещав подключить свои клубы для облагораживания территории. Попутно, я узнала, чем закончилось их общение с Хаято, которого я уже не ощущала в школе. Оказалось, что в самый интересный момент, когда уже Киоко закатывала рукава, чтобы пару раз врезать погладить ребят чем-нибудь тяжелым, произошло явление Христа Реборна народу и он услал куда-то Гокудеру. Ну, в целом тоже неплохо, я сейчас не готова его успокаивать, а то, что придется, я не сомневаюсь. Малорослик не зря сказал, что он не принял остальных. Если я правильно поняла его характер, да и имеющиеся у меня на руках основных черт, присущих атрибутам, он будет отгонять от меня всех. Впрочем, после Кеи и его выкрутасов нам уже ничего не страшно! Мне, по-крайней мере, точно.

      Немного отдохнув и, с новыми силами, я отправляюсь договариваться с садоводами, все же я хочу закончить с посадками, как можно быстрее, а уже потом помчаться забирать подарок для Кеи, ему как-никак через четыре дня, аккурат в понедельник, будет пятнадцать! Не абы какая дата, да и сам виновник торжества вряд ли захочет ее праздновать, но я просто обязана ему вручить подарок. Зря я, что ли, месяц потратила на то, чтобы перевести книжку «Занимательная математика»? А после еще и найти способ ее распечатать и переплести? Пришлось, конечно, повозиться, чтобы найти копию той, что в свое время вручил мне дед, пытаясь пробудить любовь к точным наукам. Его действия тогда не возымели успеха, но обложку я запомнила, по ней и искала, а после с огромным удовольствием переводила, попутно вспоминая моменты из детства. Впрочем, тогда по мою душу еще Реборн не приехал, поэтому могла себе позволить, сейчас — нет.

      Усталый вздох и я, наконец-таки, замечаю нужного мне человека! Теперь дело за малым, выцепить его тогда, когда рядом будет как можно меньше людей. Хотя тут мне даже стараться не пришлось, парнишка явно шел в сторону своего клуба, который мало того, что стоял немного на отшибе (у школы была небольшая оранжерея), так еще и сам по себе был не самым популярным. Ну, а дальше не сложно, Бенджиро* согласился с моим предложением быстро, да он даже мне старую схему, где уже распланировано все необходимое где-то достал! В общем, прошло меньше часа, после того, как я занялась проблемой, а уже большая часть готова. Распрощавшись со своим будущим помощником, я отправилась заручаться поддержкой парней из ДК, вернее Тетсуи, все равно Кея еще не вернулся! Кусакабе, ожидаемо, сопротивляться не стал, быстро согласившись со всеми моими доводами и пообещав устроить все в лучшем виде. Как итог, под конец дня, были и материалы с рассадой, и рабсила. После уже проще, пара часов работы энтузиастов дорожки выровнены и места под клумбы обзавелись нормальными бордюрами, хотя и были пока что без цветов. Впрочем, тут я не расстраивалась, коробки с рассадой уже были принесены и прошло еще несколько часов, как под чутким руководством Бен-куна все было понатыкано и даже полито. В общем, я смогла уладить все недоразумения достаточно быстро, хотя и устала, как собака, но домой не торопилась, наслаждаясь тем, что Реборн уже ушел, видимо, подготавливать мне очередную гадость. По-крайней мере, интуиция настойчиво советовала домой не торопиться.

      — Тсу-чан, ты идешь? — рядом с уличным умывальником материализуется Киоко, которая уже держит в своих руках сумку.

      — Да, — согласно киваю, вытирая руки. — Только сумку возьму.

      — Кусакабе-сан уже отдал ее Такеши, — весело улыбнувшись, отозвалась моя подруга и, тут же нахмурилась, заметив, что я поморщилась и совершила пару наклонов. — Тсу-чан?

      — Ты же не будешь против, если я зайду к вам в гости, уроки поделать? — опережая возможные вопросы, поинтересовалась я.

      — Конечно, — согласно кивает Киоко. — Идем.

      Спорить или возражать я не собираюсь, настроение не то, да и ощущение неприятностей, которое постоянно нес с собой Реборн, убивали подобные глупости на корню. Тем более, мне много не надо, только уменьшить синяки на спине, что Киоко сделает с легкостью. Ну, а ни-сан своей тренировкой прикроет ее всплески пламени. Впрочем, учитывая отсутствие мелкого киллера рядом, это может и не понадобиться, хотя ради приличия, я все же позвонила Нане и предупредила о своей задержке. Слава Ками-сама, она ничего не стала спрашивать! Только попросила, чтобы до дому меня проводил кто-нибудь из ребят, да выразила надежду, что я вернусь до девяти. Учитывая то, что часы бескомпромиссно показывали начало седьмого, это было сложно, хотя и возможно. Однако, больше всего меня напрягало, что Кею я так и не увидела, только ощущала, что он еще в Намимори и выплескивает куда-то злость.

      Мой пессимизм не поддерживался ребятами, которые искренне считали, что такое настроение норма для Хибари. Впрочем, я их понимала, сама видела Тучку раздраженной куда чаще, чем в состоянии дзена, но волноваться это мне не мешало. Единственная радость, Киоко свела синяки на спине, да и над другими ушибами поработала. Нет, она не убирала их совсем, хотя и хотела, но боли я больше не чувствовала, что меня вполне устраивало. Ну и особым пунктом шло то, что я сделала домашку без сверлящего затылок взгляда! Дикий кайф! Реборн у нас дома всего-то пару дней, а я уже от него устала, уж очень много места он в моей жизни занял, причем, без моего согласия. Даже жаль, что приходится возвращаться назад, пусть и не одной, а с Ямамото.

      — Спасибо, что проводил, Такеши, — останавливаюсь у калитки и благодарно смотрю на своего друга. Благо, он уже успокоился и не порывался убить моего «репетитора», как еще полтора часа назад, когда понял, что полученные мной ушибы достаточно неприятны. Хотя относительно спины он не просто неприятен был, у меня оказался нерв защемлен, Киоко едва исправить это смогла, попутно причитая, что я двигалась лишь из-за пламени, что приглушало боль.

      — Ха-ха! Да, не за что, Еши, нам все равно по-пути, — весело улыбнувшись, отозвался мой друг. — Ну, до завтра.

      — Все равно спасибо, — кричу ему в спину. — И передавай привет Тсуеши-сану! На выходных обязательно заскочу помочь!

      — Обязательно, — на мгновение обернувшись и с улыбкой махнув рукой, отозвался Такеши.

      — Помочь? — у меня над ухом прозвучал голос Реборна, а я мысленно порадовалась, что он появился только сейчас, когда мой друг уже не смотрит назад.

      — Я иногда подрабатываю у то-сана Такеши, — поворачиваюсь к мелкому киллеру и снимаю его со столба, отправляясь в дом. — Да и просто помогаю, все же мой то-сан постоянно в разъездах, а иногда хочется кому-нибудь поплакаться в жилетку и пожаловаться на наглых мальчишек.

      — Хм… — раздается в ответ, но несмотря на то, что я ожидала яркого протеста, когда брала мальчишку на руки, его не следует, да и сам он… какой-то легкий? Странно, я готова поклясться, что в свои тринадцать в прошлой жизни, не смогла бы с такой легкостью таскать пятилетнего малыша, а тут… такое ощущение, что он почти ничего не весит!

      — Не стоит реагировать так скептично, Реборн, — осторожно опускаю его на пол, чтобы разуться и пойти дальше. — Он и правда, в свое время мне сильно помог, да и суши он готовит великолепные! — замечаю, как из кухни выглядывает Нана и добавляю. — Да, ка-чан?

      — Что? — удивленно приподнимает она брови.

      — Я говорю, что Тсуеши-сан готовит великолепные суши, — поясняю я, — я ведь права?

      — Да, — согласно кивает матушка. — Будешь ужинать?

      — Нет, мы перекусили у Киоко, — отрицательно мотаю головой. — Однако буду рада, если ты поможешь мне приготовить обенто на завтра. Я с Кеей немного повздорила.

      — Аре-аре, — осуждающе качнула головой Нана, — как же так.

      — Так получилось, — смущенно шаркаю ножкой.

      — Ладно, иди переодеваться и на кухню! — торжественно вскидывая руку, в которой оказывается разделочный нож. — Мы сделаем лучшее обенто в жизни Ке-куна!

      — Да! — широко улыбаюсь, внезапно ощущая небывалый подъем, давно мы с ка-чан вместе вечера не проводили…

      Быстро сменив форму ДК на более домашнюю одежду, отправилась на кухню, где мы с Наной и провели время с девяти до одиннадцати часов. Особого расстройства от этого я не ощутила, тем более, в комнате меня ждал Реборн, поэтому подниматься туда мне совершенно не хотелось. Впрочем, не всегда происходит то, что мы хотим и нам остается только смириться с этим. Ну, а меня радует уже то, что когда я добралась до постели, я вырубилась от усталости и проспала до самого утра, проснувшись от того, что кое-кто слишком резвый забрался мне на кровать, нарушая личное пространство.

      — Доброе утро, Реборн, — нет, кто бы видел, как расстроился малыш от того, что я открыла глаза сразу, как он заскочил ко мне!

      — Тебя маман зовет, — недовольно спрятав глаза за полами шляпы, заметил он и я правда услышала, как снизу доносится голос Наны, которая сообщает, что завтрак уже на столе.

      — Уже так поздно, — смотрю на часы, которые указывают, что до школы остался час, учитывая мою привычку вставать за два, а то и три часа до нее… неприятно. Ну, с другой стороны, ничего страшного не произошло, мне идти-то тут всего минут двадцать, если не меньше.

      Устало вздыхаю и, старательно игнорируя внимательные взгляды Реборна, начинаю собираться. Полчаса на завтрак и приведение себя в порядок вполне нормальный срок. Тем более, тратить время на штукатурку не надо, в Японии вообще с этим строго, школьницам запрещено не только разрисовывать лицо, но и даже красить бесцветным лаком ногти! Это сильно экономит время, но, с другой стороны, теряется вся сноровка. Мне это, правда, не грозит, ибо на выступлениях, хочешь не хочешь, а краситься приходится, все же макияж неотъемлемая часть образа! Хотя привыкнув обходиться без этого, смотрится несколько непривычно, да и Кея вряд ли оценит, если я приду в школу накрашенной, он вообще в этом плане бескомпромиссен.

      — Я ушла, — проскакиваю мимо кухни, где все еще сидит Реборн.

      — Удачного пути, — звучит голос Наны в ответ, а вот мой «репетитор» никак не реагирует на мой уход. Мысленно делаю себе зарубку не расслабляться, ибо не просто так он настолько спокоен и отправляюсь в школу.

      На середине пути меня встречают ребята, а от Реборна опять — ни слуху, ни духу, возникает ощущение, что он про меня вообще забыл, я даже слежки не чувствую! Правда, стараюсь особо не нервничать, а то мои друзья начнут водить вокруг меня хороводы, хотя они и так, что-то поняли, кидая порой на меня внимательные взгляды, но ничего не спрашивая. Это меня вполне устраивает, как и то, что Кея стоял на воротах и проверял прибывших, судя по тому, как он кивнул на наши приветствия, он уже достиг внутреннего равновесия. Причем, я даже знать не хочу, каким образом! Главное все идет хорошо… вернее я так думала, пока учитель естествознания, кажется его фамилия Незу (он искренне меня недолюбливает за то, что поймать меня на незнании предмета невозможно), не объявил, что на этой неделе он замещает нашего математика и готов поделиться с нами результатами вчерашнего теста.

      Самое противное, что это был уже последний урок, знала бы, что все так будет, давно сбежала. Мгновенно появилось ощущение слежки, и я даже выглянув в окно, заметила со всеми удобствами расположившегося на ветке дерева Реборна. Именно этот момент выбрал Хаято, чтобы войти в класс, естественно, Незу-сан возмутился таким поведением и попытался на него наехать. Зря, от его «дружелюбного» взгляда поплохело всем, хотя нет, вот Такеши и Киоко, даже бровью на это не повели, все же Гокудера явно не дотягивает до Хибари… Вот уж кто взглядом даже убить может! И это при хорошем настроении, когда плохое, он смотреть не будет, просто прикопает под ближайшим кустом, да скажет, что так и было.

      — Доброе утро, Джудайме! — стоило Хаято заметить меня, как его поведение мгновенно меняется, а я начинаю ощущать на себе далекие от дружелюбия взгляды всех присутствующих в классе девушек и, как не удивительно, учителя.

      — Доброе, Хаято, — вбитая на уровне рефлексов привычка улыбаться спасает и тут. — Рада, что ты пришел на уроки, но в следующий раз постарайся не опаздывать, пожалей нервы сенсеев.

      — Да, Джудайме! — о, Ками-сама! Меня начинает выбешивать его преданный взгляд! Я же его чувствую! Интересно, когда он поймет, что меня подобной игрой не обмануть? Хм… стоит с ним поговорить в ближайшем будущем, кажется, кое-кто не принял всерьез мои слова насчет того, что мне нужны друзья, а не подчиненные.

      — О, смотрите-ка, один нарушитель правопорядка, нашел другого, — начинает говорить Незу-сан, которого, видимо, задело то, что его игнорируют. — Это, конечно, образно говоря, но представим, что есть такой ученик, который беззастенчиво опаздывает на урок, наверняка ошиваясь в плохой компании и общаясь со всяким сбродом, приходит в школу и общается с точно такими же…

      Едва уловимо вздрагиваю, ощущая, как взъярился Хаято, сам еще не понимая почему, как в успокаивающем присутствии Такеши появились угрожающие ноты, да даже с Киоко слетела привычная улыбка. Впрочем, первым начал действовать Гокудера, резко сорвавшись с места и впечатав Незу-сана в находящуюся у того за спиной доску.

      — Старик, я не потерплю таких высказываний в сторону Джудайме, — самое удивительное, я не ощущаю сейчас в его словах и поведении фальши! Хотя гораздо хуже то, что от Такеши и Киоко повеяло одобрением…

      — Ну, я же образно говоря… — задыхаясь, проблеял Незу-сан, а мне мгновенно стало противно. Слизняк, который обычно боится вставить и слово поперек тем на кого у него нет влияния. Меня он этот месяц не трогал, боялся Кею, но тут видимо накипело, да и просто посчитал, что переведенный ученик побоится нарываться и устраивать разборки. Ну, а последствия его глупости и недальновидности придется разгребать мне.

      — Хаято, отпусти его, — обреченно вздыхаю, стараясь передать по только вчера образовавшейся связи немного спокойствия.

      — Как скажете, Джудайме, — мгновенно разжимает руки Гокудера и, радостно улыбаясь, идет к своему месту. Мда… даже не знаю, это мое воздействие с просьбой помогли или тот просто заметил ничтожность этого человека и решил не марать об него руки? Интуиция, почему-то упорно намекает, что второе ближе, хотя и первое тоже сыграло роль.

      — Да, как вы посмели! — вскочил красный, как рак Незу-сан. — Я это так не оставлю! Гокудера-кун, немедленно к директору!

      — Пф! — презрительно фыркает Хаято, но за учителем к дверям идет.

      — Тсу-чан, как ты думаешь, его исключат? — стоило за ними двоими закрыться двери, как первой нарушает тишину голос Киоко.

      — Вряд ли, — качаю головой, но добавлять свои размышления на счет того, что Незу-сан захочет вначале поиздеваться, хотя вряд ли у него получится, я не тороплюсь. Слишком много лишних ушей, да и скоро они сами поймут, что Хаято не понимает шуток, да и сам по себе парень он резкий.

      — Тсуна-сан, откуда такая уверенность? — прозвучал робкий вопрос от одной из моих одноклассниц.

      — У Хаято сто баллов, как и у меня, — пожимаю плечами. — Так что максимум, который ему грозит, так это выговор или отстранение от занятий на некоторое время, но это маловероятно, — строго оглядываю класс и, поняв, что от старосты толку нет, добавила. — Ну, а пока сидим и ждем окончания урока или прихода сенсея.

      Слышу потрясенный гул, теперь все начинают обсуждать полученные сведения, а вот я отвлекаюсь. Ощущение взгляда Реборна исчезло, но ожидаемого душевного подъема не принесло, появилось стойкое чувство, что тот недоволен произошедшим. Подобная импровизация была явно рассчитана на то, чтобы задеть и меня. Хотя… откуда ему знать, что Кея за моей спиной не только для красоты появляется? Нет, отношений босс-подчиненый у нас с ним нет, но учителя прекрасно понимают, что тот за членов ДК порвет и не заметит. Причем, это испытано далеко не на мне, поэтому никаких подозрений и не вызывает. Все же Хибари может быть сколько угодно гадом, но не глупцом, который считает, что не должен заботиться о подчиненных. В противном случае, у него не было бы столько последователей, все же сила, в такие моменты, играет далеко не первую роль.

      Продолжение следует…

Примечание к части

* — Бенджиро (Benjiro) — Наслаждающийся миром

Глава 26. Бовино Ламбо

      Мое предсказание оказалось пророческим, Хаято никто и не подумал наказывать, а сам Незу-сан внезапно оказался не у дел. Если верить полученной от Кусакабе информации, внезапно появился какой-то непонятный то ли детектив, то ли профессор, который сообщил всем, что тот подделал свои документы. Как результат, про Гокудеру все забыли, а он под шумок исчез из кабинета директора. Ну, а школьникам многого было и не надо, они с упоением начали пережевывать новую сплетню и строить свои предположения. Впрочем, меня все устраивало, я даже смогла не только выделить время на поездку в город, где забрала подарок для Кеи, но и потащить с собой Киоко, с которой мы погуляли по торговым центрам и посидели в кафешке. Теперь у меня даже появилась надежда на спокойные выходные… зря. Нет, суббота прошла неплохо, я смогла в свое удовольствие побегать с ребятами, а после отправиться на помощь Тсуеши-сану. Киоко тоже присоединилась, в итоге все выходные мы не только готовили, но и принимали заказы. Не хорошо хвастаться, но половина приходящих посетителей, были только из-за нас! Правда, никого это не расстраивало, все же посетители у Тсуеши-сана были достаточно культурными и только смотрели, а это пережить было можно.

      Проблемы появились внезапно, когда я, в воскресенье вечером, возвращалась домой вместе с ребятами. Нет, присутствие Такеши было не обязательным, время-то было не позднее (около шести, даже сумерки еще не опустились), да и ни-сан был рядом, но я не стала отказываться, когда он предложил свою помощь по доставке гостинцев от Тсуеши-сана. Да и я прекрасно понимала, что они должны убедиться, что со мной все хорошо и рядом не ошивается Хаято. Ну, не вызывал он у них доверия, хотя парни уже и начали чувствовать, что он свой, как это было когда-то с Кеей. Впрочем, это не мешало им считать, что он не достоин находиться со мною рядом. Не уверена, но, кажется, он у них болтался где-то между маньяком и извращенцем. Мне оставалось только надеяться, что со временем ситуация немного улучшится, а пока я довольствовалась только тем, что они пообещали первыми драку не начинать. Не совсем то, что мне было надо, поэтому я решила продолжить спор. Правда, получалось не очень, я ощущала рядом чье-то присутствие, но оно не было опасным скорее… родным?

      Впрочем, нервировать ребят мне не хотелось, поэтому я старалась не мотать головой по сторонам и поддерживать разговор ни о чем. Вскоре это стало не так уж и сложно, источник странных ощущений не приближался, даже наоборот, он стал удаляться, поэтому я вздохнула спокойнее и к дому подходила в довольно приподнятом настроении. Правда, там уже пришлось распрощаться с моими друзьями, даже не пытаясь их пригласить в гости, ибо Реборн не дремлет. Порой мне вообще начинало казаться, что он все обо мне знает, но интуиция утверждала обратное, а ей я привыкла верить. Впрочем, эта же капризная дама упорно намекает, что зря я не обратила внимание на то, что Такеши пошел в гости к ни-сану, но, с другой стороны, там Киоко, которая их точно от необдуманных поступков удержит. Ну, я на это надеюсь.

      — Ты сделала уроки? — не успеваю даже переступить порог и произнести стандартное приветствие, как передо мной появляется Реборн.

      — Конечно, — согласно киваю и, разувшись, отправляюсь на кухню, к Нане. — Ка-чан, Тсуеши-сан передал немного суши.

      — Здорово! — весело улыбается она мне. — Ужинать будешь?

      — Нет, — ставлю коробочку на стол и отрицательно мотаю головой. — Мы пока Тсуеши-сану на кухне помогали, напробовались. Лучше угости ими Реборна, уверена ему понравится, а я наверх, почитаю немного перед сном.

      — Хорошо, — мне даже к интуиции прислушиваться не надо, чтобы понять, что матушка расстроилась.

      — Ка-чан, правда не хочу есть, извини, — осторожно подхожу к ней со спины и обнимаю. — Ты же знаешь Тсуеши-сана, от него голодным не уйдешь.

      — Ладно-ладно, я не злюсь, — мне взлохмачивают непослушно торчащую челку. — Упакую тебе все в корзинку, вы же будете отмечать?

      — Вряд ли, но все равно спасибо, — согласно киваю, мысленно радуясь, что не забыла сказать Нане о дне рождении Кеи. Впрочем, не верю я в то, что он согласится давать вечеринку, но вот сделать обед немного торжественней, чем обычно, попытаться можно. Против воли вырывается расстроенный вздох и я утыкаюсь головой в мамино плечо. Ками-сама, почему все так сложно?

      — Ну-ну, он хороший мальчик, уверена все образуется, — меня успокаивающе гладят по спине, а после отстраняются. — Иди отдыхать, а ка-чан все устроит.

      — Спасибо, — весело киваю и уже в приподнятом настроении иду к себе. Во-первых, я должна сложить все необходимое в сумку. Ну, а во-вторых, стоит проверить, не исчез ли мой подарок для Кеи, а то я не верю в то, что Реборн не перетрусил все мои вещи. Он все же киллер, да и простое любопытство никто не отменял. Впрочем, паниковала я зря, книга, даже не упакованная в оберточную бумагу, не привлекла его внимания и лежала именно там, где я ее и оставила, иными словами на столе, среди кучи тетрадок и учебников.

      Облегченно вздыхаю и, начинаю упаковывать все в школьную сумку. Настроение становится замечательным, поэтому я позволяю себе маленькую слабость — почитать один из романов Агаты Кристи, правда, увы, не на оригинальном языке. Однако, тут уж выбирать не приходилось, английская копия книги у меня была в электронном виде, а мне хотелось услышать шелест страниц, почувствовать запах типографной краски. В общем, пришлось смириться с некоторыми неудобствами, тем более, их с лихвой покрывало полученное удовольствие. Заваливаюсь на кровать, подгребая поближе подушку и погружаюсь в увлекательный мир детектива, где Экюль Пуаро раскручивает самые страшные и запутанные убийства.

      — Тсуна! Тсуна! — от чтения меня отвлекает недовольный голос Реборна, который, похоже, зовет меня уже не в первый раз.

      — Ты что-то хотел? — с огромным сожалением отрываюсь от книги и сосредотачиваю внимание на нем, попутно отмечая, что у меня с плеча свешивается зеленый хвостик. Странно, неужели, я настолько увлеклась, что не заметила, когда ко мне приполз хамелеон? Хотя… с некоторым удивлением начинаю понимать, что мне кажется в этой живности странным, он вытягивает из меня пламя! Немного, но все же…

      — Я подумал над твоими словами, — малыш прячет глаза за полами шляпы, а я отвлекшись от Леона, начинаю лихорадочно вспоминать, что и когда я ему говорила, — и решил, — за многозначительную паузу, я готова была его прибить, тем более, на ум ничего стоящего не приходило! Я не знала, какие-такие слова могли его сподвигнуть на мозговой штурм, а извращенную фантазию мини-киллера я уже успела оценить. — Я буду тебя обучать… итальянскому.

      — Что, прости? — откладываю книгу и сажусь на кровати, потрясенно смотря в сторону Реборна. Нет, его предложение не самое плохое, все же мой разговорный итальянский был не очень, слишком мало практики, да и в части слов я была не уверена, правильно ли я произношу слова. Все же транскрипции хорошо, но далеко не панацея.

      — Я буду учить тебя итальянскому, — с некоторым раздражением повторяет мальчишка.

      — Это я слышала, — отмахиваюсь от его слов, — мне интересно, из-за чего такая щедрость?

      — Я твой репетитор, я должен заботиться о твоей успеваемости… — начал свою шарманку Реборн.

      — Только вот незадача, я и без твоего вмешательства отличница, — перебиваю чужое восхваление. — Давай ближе к делу?

      — Ты станешь боссом итальянской семьи, значит, должна знать язык, — недовольно поджав губы и, сдвинув шляпу на самые глаза, ответил мини-киллер. — С этого дня, мы начинаем занятия итальянским.

      — Не хочу тебя расстраивать, но уже вечер, — кидаю взгляд на часы, которые показывают начало восьмого, причем, далеко не утра.

      — Не важно, — отрезает Реборн и указывает на небольшой журнальный столик, что стоял посередине моей комнаты и использовался мной с друзьями для посиделок. Правда, теперь он ничем себя прежнего не напоминал, ваза с искусственными цветами исчезла, как и парочка журналов, что притащили мне еще ни-сан с Такеши, теперь там лежали парочка словарей, учебник для начинающих и толстая пачка распечаток на итальянском языке. — Садись, будем учиться.

      — Не хочу, — пожимаю плечами и плюхаюсь назад.

      — Леон, — позвал Реборн и, еще недавно подремывающий у меня на плече хамелеон шустро помчался на зов. Мгновение и он трансформируется в пистолет, который тут же наставляют на меня. — Садись учиться.

      — Ладно, — недовольно морщусь и соскребаю себя с кровати, решив, что переть против пистолета глупо.

      — Быстро! — кое-кому явно надоело смотреть на мои неторопливые движения, и он выстрелил. Хорошо хоть не в меня, а рядом.

      — Эй! — обиделась я, правда, скорость прибавила, все же мне не хотелось получить пулю в лоб, а то, что он меня не пожалеет, я была уверена.

      — Читаешь первые двадцать страниц, потом учишь алфавит, — спокойно сообщил мне мини-киллер. — У тебя час, потом опрос.

      — В тебе и правда умер великий репетитор, Реборн, — с огромным трудом мне удается справиться со своим лицом, когда я услышала, как мне были нарезаны задачи.

      — Не отвлекайся, — мальчишка утыкается в какую-то книгу, давая мне возможность открыть учебник и оценить степень подставы. Впрочем, откуда ему знать, что я итальянский алфавит уже знаю? Однако я мужественно взяла книгу в руки и даже собралась начать читать, но не успела, меня привлекло движение за окном. Поворачиваю туда голову и вижу… малыша лет четырех-пяти в костюме коровы? Хотя, Ками-сама, с костюмом, но у него в руках настоящий пистолет, да и сам он увешен разнокалиберным оружием! Начиная от лука и заканчивая ракетницей! Как его вообще ветка удерживает? Она же тонкая!

      — Умри, Реборн! — завопило это чудо и даже нажало на курок, но… послышался сухой щелчок и ничего не произошло.

      — Твой знакомый, Реборн? — у меня дергается глаз, но я не позволяю себе кричать.

      — Не отвлекайся, — полностью проигнорировав мои слова, отозвался мини-киллер и перевернул страничку своей книги. Хочу возразить, но не успеваю, теперь я слышу треск и полный паники крик, а после ребенок исчезает из поля моего зрения. В следующее мгновение следует глухой удар, я мгновенно отбрасываю учебник и подлетаю к окну, готовая в любой момент оттуда выпрыгнуть и оказать малышу посильную помощь до того, как приедет скорая.

      — Только спокойствие, — стоило выглянуть вниз, как я поняла, что помощь никому не нужна, ребенок в относительном порядке, разве парочка ушибов есть, но… почему я с трудом сдерживаю себя от того, чтобы не спрыгнуть вниз и не проверить свои догадки?

      — Пойду, проверю, нужна ли помощь, — коротко бросаю я, направляюсь на выход.

      — Стоять! — успеваю только слегка приоткрыть двери, как мои ноги опутывает хлыст, а после следует резкий рывок. От неожиданности не успеваю сгруппироваться, только инстинктивно прикрыть лицо руками, и со всего маху падаю на пол. — У тебя есть, чем заняться.

      — Реборн, — вот теперь у меня из горла начинает вырываться тихое рычание, а сама я ощущаю ярость. Кто он вообще такой, что смеет так обращаться с девушкой? Тем более со мной?! Да и малыша обидел!

      — Давно не виделись, Реборн! — от желания разорвать мини-киллера меня отвлекает внезапно появившийся в дверях малыш. — Это я — Ламбо!

      — Вернись к изучению учебника, — игнорируя ворвавшегося ко мне в комнату малыша, да и мое недовольство тоже, спокойно потребовал «репетитор».

      — Эй, не игнорируй меня! — малыш мгновенно взъярился, вытащил непонятно откуда нож и понесся на читающего Реборна. — Я убью тебя!

      Ожидаемо, его атака не принесла ему успеха, слишком быстро начал действовать мини-киллер. Только годы тренировок под руководством Тсуеши-сана и, чуть позже, еще и Кеи, позволили мне заметить, что он резко ударил по руке малыша, из-за чего тот расслабил руку, в этот момент он выхватил оружие и без всякой жалости метнув ему в черепушку. Ребенка в буквальном смысле смело с ног и впечатало в стенку, а нож… я уверена, что видела капли крови!

      — Что ты делаешь, Реборн! — чужая боль полоснула по нервам, и я попыталась вскочить, но из-за все еще оплетающего мои ноги Леона, это получалось не очень, но я упорно пыталась добраться до малыша, чтобы проверить, жив он или нет.

      — Ой, больно, — неожиданно пошевелился уже записанный в трупы ребенок. — Наверное споткнулся, — мальчик поворачивается так, что мне становится видно воткнутый в его шевелюру нож и стекающие по его лбу капли крови. — Я, Ламбо-сан, пять лет, итальянец, наемник семьи Бовино просто споткнулся! — он плачет, но пытается представиться, а на меня наваливается ощущение чужой обиды, страха и боли. — Любимая еда: виноград и конфеты. И я, Ламбо-сан, просто споткнулся! — малыш встает, улыбаясь сквозь слезы и идет к Реборну. — Попробуем еще раз! Йо, Реборн! Это я Ламбо!

      — Стой! — пытаюсь остановить Ламбо, внезапно понимая, что мини-киллер раздражен и подходить к нему довольно опасно, но ребенок меня не слушает. Поняв, что его продолжают игнорировать, он останавливается напротив открытого мною окна и начинает копаться у себя в пушистой шевелюре, что-то ища. Интуиция начинает вопить что-то несуразное, но ничего сделать я не могу, хамелеон по-прежнему сковывает мои движения.

      — О-ла-ла, а что это? — в руках малыша появляются гранаты… противного розового цвета, но гранаты! Кто ему их дал? Впрочем, долго предаваться этому вопросу я не смогла, Ламбо внезапно швырнул их в сторону моего «репетитора» и закричал. — Умри!

      Леон мгновенно исчезает с моих ног, становясь чем-то вроде ракетки для бадминтона, которой Реборн и отражает гранаты назад. Причем, с невообразимой силой отражает! Малыш Бовино вылетает из окна вместе со своими снарядами! Слышу взрыв, но почему-то у меня остается дикая уверенность, что с ребенком все хорошо. Однако…

      — Что ты делаешь, Реборн! — с холодным прищуром, уточняю я.

      — Семья Бовино очень маленькая, — невозмутимо отзывается тот. — Я не связываюсь с теми, кто ниже меня по рангу.

      — Реборн, не смей обижать детей, — жестко требую я, вставая и отправляясь на выход. Ощущение, что если я останусь тут, я не сдержусь, становится слишком сильным.

      — Ты куда? — спокойно заметил мини-киллер, наконец-таки подняв голову от книги. — Мы не закончили.

      — В следующий раз, сейчас я должна убедиться, что с Ламбо все хорошо, — равнодушно отзываюсь я и резко захлопываю за собой двери. Отправляясь искать малыша, с которым «репетитор» настолько жестоко обошелся.

      Впрочем, долго искать его не пришлось, я внезапно отчетливо поняла, что его чувствую! Более того, я знаю, что он потерял сознание и где-то валяется. Полностью полагаюсь на интуицию, которая приводит меня на параллельную улицу, где я и замечаю белое пятно на дереве. Подбегаю поближе и понимаю, что малыш не шевелится. Мгновенно появляется тревога, поэтому использую немного пламени, чтобы легче было забраться на верх и снять оттуда Ламбо. Удивительно, но это получается достаточно легко, и я начинаю ощупывать его на наличие повреждений. Странно… их нет! Только небольшая ранка на голове, куда прилетел нож. Прислушиваюсь к интуиции и… что? Образовавшейся связи? Это моя Гроза?

      Мотаю головой, пытаясь избавиться от посторонних мыслей и просто начинаю передавать ребенку немного своего пламени. Это его не излечит, но даст мне время для того, чтобы сбегать в травматологию. Благо, она в получасе ходьбы или десяти минутах бега, да и работает круглосуточно. Срываюсь с места, надеясь, что с малышом все в порядке, но все же понимая, что проверка необходима. Сейчас, не до наблюдающего за мной Реборна, хотя пламя я стараюсь не использовать, впрочем, будь тут угроза для жизни Ламбо, я бы плюнула на конспирацию, но он не умирает.

      До самой больницы добираюсь быстро, в этом мне помогает и знание окружающей местности, не зря я ее в свое время изучала! Ну, а дальше пошли долгие минуты ожидания, пока бессознательного малыша обследовал врач. К моей радости, ничего серьезного он у него не нашел, зато встал вопрос кем я ему прихожусь, который поставил меня в тупик. Пришлось привирать насчет того, что я его сестра, нести полную ахинею про то, что он свалился с дерева. Мда… кто бы знал, как я в тот момент благодарила то, что за время пока я была президентом школьного совета, я научилась говорить убедительно и не важно, правда это или выдумка, главное говорить твердо, глаз не отводить. Самое поразительное, мне тут же верили! Вот и сейчас это сработало, Ламбо мне отдали, попутно пояснив, как за ним ухаживать и сообщив, что они вкололи ему снотворное и обезболивающее. Быстро поблагодарив за заботу, иду домой, внезапно, четко понимая, что этого малыша я не брошу.

      — Тсу-чан, где ты была? — стоило открыть двери, как на меня налетела Нана. — Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени? Твой телефон разрывался! Я не знала, что сказать твоим друзьям! Да и сама места не находила!

      — Ка-чан, тише, разбудишь, — тихо шикнула я на нее.

      — Кто это, Тсу-чан? — матушка тревожно нахмурилась.

      — Это Бовино Ламбо, — устало пояснила я, а после с мстительными интонациями, дополнила. — Старый знакомый Реборна, с которым они сегодня немного повздорили и он выпал из окна.

      — Да? — вижу искреннее сомнение в ее глазах, которое быстро вытесняет тревога. — Как он?

      — Врач сказал ничего серьезного, — пожимаю плечами и скидываю обувку. — Однако, ему вкололи снотворное и он проспит до утра.

      — Тсу-чан? — Нана начинает успокаиваться, но в ее голосе я слышу откровенный вопрос.

      — Я всегда хотела братишку, — улыбаюсь, почему-то уверенная, что меня поймут правильно. Хотя матушка и ни разу не выдала то, что осведомлена обо всем, но, с другой стороны, нравится ей играть в игру — «я знаю, что ты знаешь, что знаю я», кто я такая, чтобы мешать?

      — Я постелю ему в зале, комнату уже поздно подготавливать, — кивнула она и отправилась вглубь дома. — Советую пока успокоить своих друзей, телефон в гостиной на столе.

      — Хорошо, ка-чан, — согласно киваю, хотя и понимаю, что она этого не видит и плетусь в зал. Там, как и говорила Нана, телефон лежит на столе. Краткий просмотр истории звонков и сообщений выявляет то, что не поленился написать и позвонить даже Кея. Обреченно вздыхаю и печатаю короткое сообщение: «Все хорошо, подробности завтра» и отправляю его сразу всем. Отправляю и тут же выключаю телефон, ибо отвечать на звонки желания нет.

      Продолжение следует…

Глава 27. Конфликт

      Говорят, что понедельник день тяжелый, но я как-то не думала, что настолько! Мало мне того, что у меня в комнате спит любитель разнообразных ловушек, так еще и будильник не поставишь! Правда, я и без него просыпаюсь, как, например, сейчас. Кстати, а почему я проснулась? Прислушиваюсь к тишине… какой к черту тишине?! Снизу слышны веселые детские крики и тихий смех Наны. Неужели Ламбо очнулся? Мгновенно сажусь на кровати и осторожно оглядываюсь по сторонам, только после этого поднимаюсь и иду на выход.

      — Доброе утро, — спустившись, застаю момент, где матушка накрывает на стол, а рядом бегает вчерашний ребенок и смеется.

      — О, Тсу-чан, ты уже проснулась? — весело посмеиваясь над выходками малыша, отозвалась Нана. — Доброе утро.

      — Смотрю, тебе лучше, Ламбо? — сажусь на корточки, с интересом смотря на явно подвергшегося умыванию мальчика. — Давай знакомиться, мое имя — Тсунаеши Савада.

      — Нья-ха-ха, а я Ламбо-сан! — проигнорировав то, что я уже называла его по имени, сообщил ребенок.

      — Рада познакомиться, — с серьезным видом пожимаю ему руку, видя, что малышу явно нравится происходящее. — Кстати, а где твои родители?

      — О, Тсу-чан, хорошо, что ты об этом напомнила! — неожиданно всплескивает руками Нана, а после начинает копаться в кармане фартука и протягивает мне открытку.

      — Что это? — бровь непроизвольно начинает дергаться, уж очень мне напоминает это ситуацию с прибытием Реборна.

      — Прочитай и узнаешь, — весело хихикнув в кулачок, отозвалась матушка, пришлось брать и читать.

      «Дечимо Вонгола, приносим извинения за поведение Ламбо и высказываем надежду, что вы сможете за ним присмотреть. В коробке его вещи и игрушки, деньги на содержание будут пересылаться по почте.

С уважением, босс семьи Бовино»



      — Это… — у меня заканчиваются все слова, цензурные и нецензурные, давненько я такого не ощущала. Особенно меня напрягает то, что первые слова, которые и обозначали обращение вроде как ко мне, были написаны на итальянском, зато все остальное послание было на японском. Мгновенно появляется желание побиться головой об стену, мне даже гадать не приходится зачем Ламбо прислали сюда, похоже… похоже скоро что-то будет, теперь, для церемонии наследования, мне не хватает только Тумана.

      — Я нашла это сегодня утром во внутреннем дворике, а еще большую коробку! — весело пропела Нана. — Разве не здорово, Тсу-чан?

      — Да, всегда мечтала об отото, — тут же соглашаюсь с матушкой, откидывая неприятные мысли прочь. — Ламбо, ты уже выбрал себе комнату?

      — Нет, а можно? — замер прыгающий по кухне ребенок.

      — Ну, конечно! — мгновенно подключается к беседе Нана. — Тсу-чан, у тебя же еще два часа до школы, помоги Ламбо-куну.

      — Конечно, — согласно киваю. — Могу потом и коробку наверх занести.

      — Не стоит, она тяжелая, — отрицательно мотнула головой мама. — Я лучше в течение дня все потихоньку перенесу.

      — Как скажешь, — не стала я спорить. — Пошли, Ламбо?

      — Да! — радостно подпрыгнул ребенок, помчавшись наверх, пришлось тоже прибавлять скорость, чтобы успеть его проконтролировать. Как итог, я все утро провозилась с малышом. Кстати, что удивительно, раздражение от этого не чувствовалось мной совсем! Наоборот, ощущался, какой-то внутренний подъем, я радостно отвечала на все его вопросы и получала от этого искреннее удовольствие. Правда, про время я все же не забывала, поэтому за час до уроков уже была полностью собранной и готовой к выходу, хотя и продолжала играть с Ламбо.

      — Тсу-чан, открой двери! — из состояния какой-то эйфории меня вывел звонок в двери и веселый крик Наны.

      — Хорошо! — отзываюсь я и, потрепав малыша по волосам, иду к двери, чтобы открыв, застать милую картину бранящегося Хаято и посмеивающегося Такеши… угрожающе посмеивающегося, но пока сдерживающего убийственные порывы.

      — Доброе утро, Еши, — как не удивительно, первым меня заметил именно Ямамото.

      — Доброе утро, Джудайме! — отстав буквально на несколько секунд, вторит ему Хаято.

      — Доброе утро, — весело улыбаюсь на внимательные взгляды, которые прошлись по всей моей фигуре сверху вниз. — Все рассмотрели?

      — Прошу прощения, Джудайме! — мгновенно вытянулся по струнке Гокудера.

      — Да, ладно, мы же беспокоились! — теперь смех Такеши звучит без натуги, хотя это могут заметить только единицы, в которые, к счастью, вхожу и я. После он обхватывает Хаято за плечи и прикрывает свои глаза.

      — Ты что делаешь, бейсбольный придурок?! — мгновенно вспыхивает Гокудера, но замирает, заметив, что тот открыл свои зенки, причем, взгляд у него, сейчас, далеко не мягкий.

      — Ты не отвечала на звонки, Еши, а после прислала несуразное сообщение, — он смотрит прямо, показывая, что не просит, а требует ответа.

      — Нья-ха-ха, ты скоро, Еши-не? — раздается со стороны гостиной, а после оттуда выскакивает Ламбо и смеривает парней недовольным взглядом. — А это вообще кто?

      — Ребят, познакомьтесь, это Бовино Ламбо, — устало вздыхаю, понимая, что пояснений не избежать и пропускаю их внутрь. — Ламбо, это Ямамото Такеши и Гокудера Хаято, мои друзья.

      — Тсу-чан, кажется, я слышала, что пришел Такеши-кун? — возможный поток вопросов, прервала Нана, которая выглянула из кухни.

      — Доброе утро, Нана-сан, — мгновенно сориентировался Ямамото, а вот Гокудера замешкался.

      — Доброе утро, — матушка в ответ лишь добродушно улыбается.

      — Ка-чан, познакомься, это Гокудера Хаято, — предвосхищая все вопросы, отозвалась я. — Хаято, это моя ка-чан, Савада Нана.

      — Для меня честь познакомиться с ка-сан Джудайме! — он мгновенно отвешивает маме глубокий поклон.

      — Мне тоже, — улыбка Наны становится шире. — Рада, что у моей дочери появился еще один защитник.

      — Положитесь на меня! — кажется, воздух вокруг Хаято стал светиться. — Я защищу Джудайме даже ценой своей жизни!

      — Еши-не, он мне не нравится! — Ламбо, обиженный отсутствием внимания к своей персоне, хватает меня за штанину. — Гони их! Я хочу играть!

      — Извини, Ламбо, — приседаю на корточки и осторожно отцепляю его от своей ноги. — Ребята пришли проводить меня до школы, но я обещаю, что вернувшись, обязательно с тобой поиграю.

      — Я хочу сейчас! — мгновенно отрицательно замотал головой малыш Бовино.

      — Ламбо, если ты не против, с тобою поиграю я, — в ту же секунду поняв, что дело пахнет керосином, отозвалась Нана.

      — Ладно, — нехотя согласился мальчишка, а после заявил мне. — Однако, Еши-не, когда придешь со школы играешь со мной три… нет! Четыре часа подряд!

      — Хорошо, — даже не пытаюсь сдержать смешки, внезапно четко ощутив негатив со стороны только решившего спуститься Реборна. Ха! Так тебе и надо! Я не собираюсь учиться языку непонятно у кого! В конце концов, приспичит, я Хаято к этому припрягу, он же вроде итальянец? Вот пусть помогает боссу, раз статус друга не принимает. Заодно и попытаюсь ему мозг вправить, да и понять его не помешает, все же и с остальными я не сразу стала близка, да и не зря же говорят «Москва не сразу строилась».

      — О, точно, Тсу-чан, я все, что ты просила и даже сверх этого приготовила, — неожиданно заявила мне матушка. — Правда, я беспокоилась, как ты все это понесешь, но теперь я спокойна.

      — Все, что я/Еши просила и даже больше? — хором переспросили мы с Такеши, а после, переглянувшись рванули на кухню.

      — Ками-сама, ка-чан, куда столько? — потерянно обозреваю три громадных корзины, литров на сорок-пятьдесят объемом, которые даже на вид были тяжелыми.

      — Ха-ха, согласен, Нана-сан, вы немного перестарались, — немного нервно поддакнул Такеши.

      — Думаете? — слегка расстроенно обвела взглядом корзины, переспросила мама, а после, хлопнула в ладоши и уверенно произнесла. — Ну, вы же растущие организмы и поможете Ке-куну с этим справиться!

      — Ха-ха… — смотрю, у Ямамото начинает дергаться глаз, а Гокудера уже открывает рот, чтобы что-то ляпнуть, поэтому тороплюсь вмешаться.

      — Ты права, ка-чан, спасибо! — мило улыбаюсь, мысленно просчитывая, куда можно деть столько провизии. Хотя… в чем-то она права, все же наша компания сильно разрослась, а тот же Хаято не носит еду, покупая какие-то булочки, да и Кусакабе можно будет приобщить. Главное все обставить так, чтобы Кея не взбунтовался…

      — Вот и славно, — радостно хлопнула в ладоши Нана. — Идем, Ламбо.

      — Ребят, каждый берет по корзинке, — обреченно вздыхаю, смотря, как Такеши с Хаято начинают примериваться к грузу. Вот они хватают их за ручки, приподнимают и… и тут же ставят назад от неожиданности. Похоже, они даже тяжелее, чем я думала.

      — Еши, мы потащим все, — серьезно замечает Ямамото, поудобней перехватывая первую корзинку и хватая ручку второй.

      — Согласен с бейсбольным придурком, Джудайме! — несмотря на по-прежнему насквозь фальшивое обращение, говорит он на полном серьезе.

      — Ну, как хотите, — пожимаю я плечами, даже не пытаясь спорить, просто отправляюсь на выход, обуваясь и подхватывая сумку. — Мы ушли!

      — Счастливого пути! — звучит немного приглушенный ответ со второго этажа, похоже, матушка решила облагородить комнату для Ламбо, вот и славно.

      — Ну, вы идете? — с интересом кошусь на замерших парней, которые пытались беззвучно разделить третью корзину между собой. — Ками-сама, да несите ее по очереди! Все равно, по пути встретим ни-сана!

***



      Мои слова оказались пророческими, мы успели пройти совсем немного, когда к нам присоединились Киоко и Рёхей. Пришлось вновь терпеть внимательный осмотр, а уже после я начала рассказывать, как провела вчерашний вечер, прекрасно понимая, что Тучке лучше будет рассказать все отдельно, авось присоветует, что-нибудь с высоты своего опыта. Правда, о том, что малыш теперь один из нас, из-за Реборна, пришлось говорить довольно расплывчато, но мне кажется, намек понял даже Хаято, уж очень недоволен он был тем, что какой-то Бовино решил жить со мной в одном доме. Впрочем, будь Ламбо постарше, остальные выразились бы не менее резко. Ну, а так… так осталось только найти Кею и все обсудить, правда, странно, что его нет сегодня на воротах. Хотя… я его прекрасно ощутила на крыше, а подняв голову и увидела. Мама-мия! Сегодня будет сложно, но нужно держать лицо и придумать, куда убрать корзинки, до поры, до времени. Правда, я вообще голосую за то, чтобы их перебрать, собрав одну поменьше, а оставшееся отдать… да, хоть тем же парням из комитета! Осталось только найти корзинку и место хранения…

      Эххх, в который раз радуюсь, что не имею привычку ругаться с учителями, ну, по-крайней мере, не со всеми. Все же утрамбовать в шкафчики то количество провианта, что выдала нам Нана, было даже не проблематично, а невозможно. Оттаскивать ее в комнату ДК, все-равно, что добровольно подписать себе смертный приговор, пришлось договариваться с учителем по домоводству, заодно узнать, что завтра мы будем делать под ее руководством торты. В итоге, пришлось краем глаза наблюдать, как парни сгрузили корзинки куда указано и сбежали, пока мы с Киоко, охотно обсуждали достоинства бисквитных тортов с разной пропиткой коржей. Правда, стоило нам, девушкам, остаться в кабинете одним, как мы похихикивая, при непосредственной помощи учителя перебрали весь провиант, отделив часть на праздник нам, немного на пробу отдали ей, а корзинки так и остались полными! Мгновенно начался спор, куда все это девать, чтобы не испортилось. К общему мнению так и не пришли, ибо прозвенел звонок и нам пришлось идти в класс, чтобы долго и нудно ждать окончания занятий. Мда… даже жаль, что Кея категорично запретил мне соваться к нему в кабинет, пока он не решит проблемы с школьными клубами. Мне даже интересно, успеют они подобное провести в обеденный перерыв или нет?

      Оказалось, не успели, да и вообще, у меня возникло стойкое ощущение, что Хибари меня избегает! Причем, с того разговора избегает! Отправил разговаривать и патрулировать школу, вместе со мной Кусакабе, телефон выключен, а я ведь хотела ему подарок вручить, но не получилось. Да, он даже обещанные тренировки не проводит, ни до, ни после уроков! Хотя после уроков и не сможет, с недавнего времени, у меня заняты пять дней тренировками в школе танцев, три отдаю танцам с вейлами, еще два классическим, типа вальса. Ну, нужно же было чем-то заменить тренировки с Тсуеши-саном? Хотя замена откровенно слабенькая, но все же… В общем, условно незанятыми остаются всего два дня, но они выходные. Впрочем, сейчас меня куда больше волнует то, что мне пришлось оставить Киоко одну на крыше. Нет, опасности там нет никакой, но лучше бы я ей помогла расставлять продукты, чем делала вид, что качественно патрулирую школу.

      — Тсуна, — внезапно, по-крайней мере, для идущего со мной Тетсуи, открывается пожарный щиток и оттуда выходит Реборн.

      — Что случилось? — мысленно прокручиваю прошедший день и пытаюсь понять, что мог сделать этот гад. Воображение отказывается сотрудничать, зато тревожно тренькает интуиция, но она вообще в его присутствии не затыкается, поэтому ничего удивительного.

      — Я решил тебе помочь и отправил твоих друзей с корзинками в приемную, — прикрыв глаза шляпой, но мне это ни сколько не помешало ощутить его предвкушение, сообщил мне мини-киллер.

      — Приемную? — удивленно приподнимаю бровь, а после поворачиваюсь к Тетсуи. — Разве не там проводился сбор клубов?

      — Плохо, там Ке-сан! — отозвался вмиг побелевший Кусакабе. Замираю, прислушиваясь к своим ощущениям, отыскивая ребят и, внезапно понимая, что Хаято, Рёхей и Такеши, идут на сближение с Кеей. Ками-сама, да тот же еще после перепахивания заднего дворика не отошел!

      Мгновенно приходит осознание, что может устроить не любящий толпы Кея, стоит этой шумной компашке попасться в зону его видимости! Учитывая взрывной и бескомпромиссный характер Хаято… меня передергивает и я срываюсь с места. Плевать на то, что приходится нарушать правила школы. Плевать, что вслед мне несутся изумленные крики. Плевать, что за мной торопится не только Тетсуя, но и Реборн. Я должна успеть!

      — Ненавижу собирающиеся в толпы травоядных, — слышу полный недовольства и холода голос Кеи, едва выскакиваю из-за угла, оказываясь на финишной прямой. До двери пятнадцать метров, но в коридоре пусто, поэтому мне прекрасно слышно то, что творится в кабинете, за открытой дверью. — Так и хочу забить до смерти.

      Слышу глухие удары, а когда подлетаю к открытой двери, вижу разлетающихся в разные стороны ребят. Правда, Рёхей с Такеши еще в сознании, но если я не придумаю, что-нибудь, это не надолго. Черт! Пламя использовать нельзя, Реборн рядом, а без Пламени, я остановить его не смогу! Впрочем, есть и другие способы на него воздействовать, благо у него есть неплохие зачатки здравомыслия, да и гордости, главное их нащупать.

      — И что вы тут устроили? — недовольно уточняю я, ловя угрожающий взгляд стальных глаз. Выдержать его трудно, но едва я вспомнила, что тот собрался отправить на больничную койку ребят, вспыхивает раздражение и взгляд у меня становится явно не добрее, чем у Тучки. Ну, по-крайней мере, все кроме Кеи уж очень красноречиво отшатываются. — Мне повторить вопрос?

      — Малыш ЭКСТРЕМАЛЬНО сказал, что ты с Киоко хочешь накрыть стол в этой комнате… — начал было говорить Рёхей, но едва я перевела на него взгляд, замолчал. Правильно сделал, я сейчас не в том настроении, чтобы прощать заигрывания с мини-репетитором.

      — О, Реборн, значит, тогда понятно, — заставляю себя сделать вздох-выдох, а после кидаю мрачный взгляд на Хибари. — Знаешь, Кея, Тсуеши-сан мне тут недавно говорил, что хочет съездить отдохнуть, но не знает на кого оставить заботу о Такеши и его баре, — картинно всплескиваю руками, чувствуя, что Реборн уже занял наблюдательный пункт, но вмешиваться не собирается. — Представляешь?

      — Зверек? — убивать меня, да и остальных он передумал, в его взгляде появилась настороженность. Правильно, я тоже умею делать гадости, только вот он пока не понял, чего стоит ждать от меня сейчас. Ну-ну, уверена, он скоро в полной мере сможет оценить мою задумку.

      — Я думала поговорить с ка-чан, уверена она не откажет приютить Такеши на недельку-другую, а бар и постоит пару недель закрытым или работая только в выходные, — голос становится вкрадчивым. — Тсуеши-сан столько для меня сделал за эти годы, разве я не могу подарить ему путевку в какой-нибудь санаторий?

      — Ты этого не сделаешь, — угрожающе нахмурился Хибари, но тонфа опустил, хотя еще и не убрал. Уже хорошо, он уже понял, что если так продолжится, он останется без своего лучшего спарринг-партнера!

      — Ну, почему же? — улыбаюсь я, а после поворачиваю голову к Ямамото. — Такеши, скажи, твой то-сан откажется от такого подарка? — теперь я откровенно ухмыляюсь. — Особенно если его сделаю я?

      — Ха-ха, — даже не пытаясь приподняться, отзывается мой Дождик, — тебя сделали, семпай!

      — Тц! — тонфа чудесным образом исчезают у Тучки из рук. — Забирай своих травоядных, Зверек.

      — Ну, я тут не только за этим, — прекрасно слышу дикий топот в коридоре, но мы оба его игнорируем, борясь взглядами.

      — Что ты еще хочешь, Зверек? — ничем не прикрытое раздражение, вот что я слышу в его голосе и он переводит взгляд за что-то, вернее кого-то, за моей спиной. Хм… а Тетсуя неплох, всего-то две минуты отставания, а я ведь гораздо ловчее него и бежали мы с другой стороны школы.

      — Поздравляю с Днем Рождения, Кея, — подхожу поближе и протягиваю чудом не выкинутую во время бега книгу, а после кидаю взгляд на удивительным образом не опрокинутые корзины. — Вот это поздравление от моей ка-чан.

      — Зверек, — он недовольно щурится, хотя книгу из моих рук берет, оценивающе посмотрев на ее обложку.

      — Все претензии к ка-чан, — понимаю, что его это нисколько не успокоило, поэтому негромко добавляю. — Прекрати его веселить.

      — … — вот теперь вижу не только откровенное раздражение в его глазах, но и понимание тоже. Хм… вот теперь можно и о небольшом праздновании поговорить.

      — Рада, что ты согласен! — хмыкнула я и повернулась к напряженно ожидающим моего решения ребятам. — Схватили Хаято и на крышу, Киоко уже должна была там все приготовить.

      — А…? — открыли было рот братишки, причем, на удивление синхронно.

      — Тетсуя-кун, — игнорирую их попытку задать вопрос и поворачиваюсь к тяжело дышащему парню, который опасается зайти внутрь.

      — Да, Тсуна-сан? — осторожно интересуется он у меня.

      — В этих корзинах еда, — указываю в нужную сторону, а после уточняю, — много еды и она была сделана специально, чтобы отметить День Рождения Кеи. В общем, я уверена ребята из ДК оценят столь широкий жест, правда, к самому виновнику торжества советую не соваться. Он не любит толпы, поэтому праздновать будет в узком кругу.

      — Эй! — прозвучало угрожающе со стороны Тучки.

      — Путевка, — одариваю его широкой улыбкой, невинно хлопая глазами и откровенно наслаждаясь тем, что он скрипит зубами. Ну-ну, я знаю, что он не любит ограничений, но я его и не ограничиваю, просто даю выбор. Кто ж ему виноват, что он такой небогатый?

      Продолжение следует…

Отступление первое. Поиск ответов

      Четыре часа дня, а в суши-баре, что принадлежал Ямамото Тсуеши довольно пустынно. Впрочем, хозяин этого заведения не расстраивается, прекрасно зная, что основной наплыв клиентов начнется куда позже, поэтому он неторопливо готовил все, что ему могло пригодиться, когда зал наполнится клиентами. Впрочем, он не долго провел в одиночестве. Внезапно, внутрь кто-то зашел и по полу зазмеилась длинная тень, принимая вид взрослого человека. Спустя секунду это ощущение пропало, казалось, на пороге стоит самый обычный пятилетний ребенок, но мечника было так просто не провести.

      — Тсуеши… — первым нарушил молчание ребенок, вернее, мужчина застрявший в теле ребенка.

      — Что же вас привело ко мне, Реборн-сама? — голос владельца бара был спокоен, он даже не посмотрел в сторону вошедшего.

      — Ты знаешь, что, вернее кто, — отозвался невысокий посетитель, чисто по привычке пряча глаза за полой шляпы.

      — Хм… пришли узнать о химе? — хмыкнул Тсуеши, на мгновение посмотрев в сторону уже зашедшего внутрь собеседника.

      — Химе? — мимолетный вопрос, который никак не отразился в глазах Реборна, запрыгнувшего на один из стоящих возле стойки стульев.

      — Ну, назвать ее королевой пока рано, а химе в самый раз, — наконец-таки оторвался от своих дел старший Ямамото и посмотрел прямо в глаза собеседника. — Коронация же еще не прошла.

      — Хм… — задумчиво протянул киллер, а после продолжил, — я хочу узнать не только о ней, но это подождет.

      — Химе довольно интересный человек, — немного подумав, Тсуеши отворачивается от Реборна, ставя чайник на огонь и не торопясь поворачиваться назад. — Чай? Кофе?

      — Кофе, — звучит ответ и рядом с чайником опускается небольшая турка.

      — Хорошо, — владелец суши-бара открывает одну из дверец, что были расположены под столешницей и немного покопавшись там, вытаскивает на свет зерновой кофе и ручную кофемолку. — Наверху улыбка, рядом ощущение спокойствия, а глубоко внутри пустота, которая только недавно перестала пугать.

      — Я спрашивал не об этом, — немного резко замечает мини-киллер.

      — Я знаю, — кивает Ямамото-старший и смотрит через плечо, — но вы же хотели узнать, почему стандартные схемы с ней не срабатывают?

      — Хм… — недовольно тянет Реборн, но не протестует.

      — Я бы сравнил химе с фениксом, — Тсуеши отворачивается к начавшей закипать воде в турки, пара движений и перемолотые кофейные зерна отправляются внутрь. — Она смогла возродиться из пепла, хотя и потеряла многое.

      — Ты о чем? — хмуро уточняет малыш, невольно начав принюхиваться к потрясающему аромату, что издавал уже почти готовый кофе.

      — Я встретил ее около пяти лет назад, когда переехал сюда после смерти жены, — Ямамото-старший снимает турку и переливает ее содержимое в кофейную чашечку, которую и ставит перед собеседником, как, впрочем, и саму емкость с оставшимся напитком, а сам возвращается к засвистевшему чайнику, чтобы заварить для себя чаю. — У нее уже тогда было Солнце и больше никого.

      — Что? — удивленно приподнимает бровь киллер.

      — Они сами не осознавали своей связи, хотя и считали друг друга братом и сестрой, — Тсуеши поворачивается назад, ставя чайник на подставку, а рядом выставляя две кружки, но не торопясь себе наливать еще не заварившийся чай. — Рёхей всегда шел впереди, прикрывая химе и Киоко, а те его радовали улыбками и смехом.

      — И? — заметив, что Ямамото-старший замер, смотря куда-то вдаль и мечтательно улыбаясь, поторопил его Реборн и вылил остатки кофе себе в небольшую чашку. — Еще.

      — Ха, быстро вы, — как будто очнувшись, покачал головой хозяин бара.

      — Я люблю кофе, но давно его не пил, — недовольно скривился в ответ мини-киллер. — Стоит его себе налить, как рядом появляется Тсуна и вручает чашку с какао.

      — Ха-ха, это на нее похоже, — рассмеялся Тсуеши и без вопросов принялся готовить новую порцию. — Она умеет высказывать недовольство так, что придраться не к чему, наоборот, будешь чувствовать себя неблагодарной скотиной по отношению к ней.

      — Ну, так что? — получив новую порцию ароматного напитка, уточнил Реборн, которому порядком надоела тишина и игры в загадки.

      — Самое интересное я заметил позже, — неторопливо налив себе чаю, отозвался Ямамото-старший. — Насколько веселой и улыбчивой она могла быть на людях, настолько мертвыми были ее глаза, когда рядом не было ее друзей или матери, — мужчина неторопливо делает глоток и начинает вертеть в руках чашку с чаем, задумчиво рассматривая чаинки на ее дне. — Когда-то мое Небо сказало, что потеряв Хранителей, он станет мертвым, тогда я не понял, что он имел в виду, пока не увидел химе.

      — … — Реборн удивленно оторвался от поглощения любимого напитка и напряженно посмотрел в сторону собеседника.

      — Первое, что мне пришло в голову, когда я ее увидел — мертвое Небо, — заметив интерес мини-киллера Тсуеши коротко кивнул и, глотнув еще немного чая, продолжил. — Тем удивительнее было наблюдать за тем, как быстро идет привязка моего сына к ней. В тот момент, когда Такеши перенес ее через порог, она уже стала его Небом.

      — И ты с этим согласился? — едва уловимое недоверие в словах Реборна.

      — Такеши тяжело переносил смерть своей матери, — на мгновение на лицо Ямамото-старшего наползла горькая улыбка, но практически сразу же исчезла. — Я уже всерьез опасался, что он станет мертвым Дождем, Еши его спасла, как и он ее.

      — Что ты имеешь в виду? — уточнил мини-киллер, вновь вернувшись к смакованию каждого глотка кофе.

      — Он пролился дождем на пепелище, а солнце дало необходимое тепло, чтобы на обломках старого, начало расти новое, — пожал плечами Тсуеши, отставляя полупустую чашку и складывая руки в замок. — Поразительное ощущение, наблюдать, как возрождаются Небеса, как на место пустоте приходят настоящие, ничем не замутненные эмоции.

      — Хм… — недоверчиво протягивает Реборн, явно не веря в сказанное и пытаясь соотнести услышанное с тем, что ему известно.

      — Спустя… где-то четыре года, когда Еши с ребятами осталась, чтобы обустроить купленный мною соседний дом и участок, Рёхей притащил в дом своего одноклассника, — игнорируя чужое недоверие, продолжал хозяин суши-бара. — Он был сильно ранен, да и без сознания. Девочки тогда впервые оказывали серьезную помощь, закрывая ему рану на боку. На следующий день по его следу пришли якудза и Еши была ранена. Не смертельно, но довольно неприятно.

      — Кто был тот парень? — негромко уточнил мини-киллер, с расстройством поболтав туркой, в которой осталась только гуща.

      — Хибари Кея, — пожал плечами Ямамото-старший, внимательно смотря на гостя, готовый сделать еще кофе, но получил в ответ, отрицательное качание головой. — Настоящая заноза, помешан на силе, но против обаяния маленькой химе не устоял. Вернее, я опять наблюдал поразительную картину установления связи, причем опять же в короткий промежуток времени. Сутки и за то, что она получила рану, он пошел уничтожать виноватых, хотя Рёхей с Такеши тоже там отметились, а люди Иемицу-сама их прикрыли.

      — Да, я слышал об этом от Иемицу, — согласился Реборн и, подавив горестный вздох, отодвинув пустые тары от себя подальше.

      — Правда, Кея потом долго и упорно доказывал, что ненавидит быть должным, но каждые выходные приходил сюда, — хмыкнул Тсуеши и, заметив заинтересованный взгляд собеседника, пояснил. — Химе получила рану выталкивая его из-под пули.

      — Сегодня, она шантажировала Хибари тем, что подарит тебе путевку в санаторий, — кивнув на пояснение Ямамото-старшего, уточнил мини-киллер. — К тому же она, да и остальные были убеждены, что ты от ее подарка не откажешься. Почему?

      — Вот выдумщица! — восторженно цокнул языком Тсуеши, мысленно представляя себе насколько она этим задела своего Хранителя, но не веря, что она не нашла способа, как его успокоить. — Однако она права, от подарка химе я не откажусь.

      — Хибари из-за этого отступил, — недовольно сверкнув глазами, заметил Реборн.

      — С того момента, когда я понял, что химе Небо моего сына, я решил сделать все, чтобы мой сын мог быть спокоен за тылы, — задумчиво отозвался Ямамото-старший. — Ну, а что может быть лучше, чем надежные товарищи?

      — Ты их тренировал? — коротко уточнил у него мини-киллер.

      — Да, мальчишек я тренировал, но только в рукопашном бое и умению не бояться клинка, — согласно кивнул Тсуеши. — Впрочем, последний год в этом мне неплохо помогает Кея. Он силен, а главное, он знает чего хочет и не сомневаясь идет к победе.

      — А Тсуну? — недовольно поведя плечом на то, что казалось ему очевидным, уточнил Реборн.

      — Она любит танцы, но клинок я ей не доверю, — весело рассмеялся Ямамото-старший, вспоминая, как он получил это знание. Все же суметь распороть клинком одежду Такеши и потом поранить себе ногу, это надо было умудриться! Особенно если учесть, что изначально тот находился не меньше, чем в пяти метрах от самой девочки. — Хотя с ножом она справляется неплохо, но только во время готовки. Не ее это оружие.

      — Понятно, — недовольно морщится мини-киллер, ощущая себя обманутым, почему-то он ожидал большего.

      — Реборн-сама, позволите дать вам совет? — осторожно поинтересовался Тсуеши, с интересом смотря на пришедшего к нему киллера. Он бы хотел ему помочь, но подставлять доверившуюся ему химе не хотелось.

      — Если только он будет полезен, — усмехнулся Реборн, внимательно смотря своими черными глазами на хозяина суши-бара, он чувствовал, что ему сказали далеко не все, но не мог понять, где он ошибся? Что ему не досказали? Задание, которое в самом начале было легким и понятным, с самых первых дней пошло наперекосяк.

      — Вы не пробовали с ней просто поговорить? — осторожно уточнил Ямамото-старший. — Поверьте, она гораздо умнее, чем показывает.

      — Я это уже понял, — мрачно отозвался мини-киллер, закрывая глаза шляпой. — Она смогла обойти все ловушки без особых потерь и использования Пламени, я не знаю, как снять с нее ограничитель. Прошла неделя, было как минимум три ситуации, которые угрожали ее жизни, а пуля была использована только одна. — Реборн недовольно покрутил в пальцах красного цвета патрон с рисунком Пламени на нем. — Да и то, это была удача, больше подловить ее не получилось, несмотря на все мои старания.

      — Неужели Пули единственный способ? — поинтересовался Тсуеши, задумчиво прищурившись и пытаясь придумать, как направить мысли собеседника в нужное русло и при этом не выдать тайны Тсунаеши. Слишком девушка не любила ложь, которую из-за гиперинтуиции чувствовала за версту.

      — Нет, но он самый быстрый, — покачал головой малыш. — Кьюдайме отдал приказ пробудить Пламя Тсуны, как можно скорее.

      — Понятно, — кивнул Ямамото-старший. — Однако не советую стрелять в нее в присутствии друзей, даже Кеи, получите непримиримых врагов. Хотя… — мужчина на пару секунд задумался, а после уточнил, — хотя если вам удастся смягчить действие пуль, чтобы вырвавшееся на волю Пламя не уничтожало одежду, все будет не так уж плохо.

      — Я это уже понял, — недовольно поморщился Реборн и встал, собираясь уходить. Больше его тут ничто не держало, он уже спросил все, что хотел.

      — Реборн-сама, вы все же подумайте, разговор по душам, может решить много проблем, — не удержался, бросил в спину лучшему киллеру девятого поколения Тсуеши.

      — Посмотрим, — едва слышно пробормотал себе под нос малыш, не собираясь останавливаться или как-то еще показывать, что услышал последние слова Ямамото-старшего.

      Реборн уже не видел, как проводивший его взглядом Тсуеши, усмехнулся и достал мобильный телефон, напечатав и отправив короткое сообщение: «Он приходил». Находящаяся за несколько километров от его суши-бара девушка, удивленно раскрыла пришедшее сообщение и довольно усмехнулась. Она и не надеялась, что все пройдет настолько гладко.

      Продолжение следует…

Глава 28. Первая попытка

      Сидеть на крыше, тягая в рот разнообразные вкусняшки, было довольно здорово. Правда, больше всего мне нравилось наблюдать за Хаято, который очнулся спустя пять минут, после того, как его затащили на крышу и прислонили к ограждению. Поместив его аккурат между враждебно настроенным Кеей и шумными братишками, а я с Киоко сели напротив них. В общем, Гокудера, явно не ожидал очнуться в подобной компании и сейчас не знал куда смотреть и что делать. Вроде, хочется надавать по шее слишком громко спорящим Такеши и Рёхею, но так же хочется отодвинуться подальше от Хибари. Однако, в тоже время он не мог показать свою слабость уже мне, вот и сидел пришибленный с дергающимся глазом. Интересно, взорвется или нет? Прошло уже больше получаса, а он помалкивает, даже непривычно как-то. Впрочем, узнать это я не успела, внезапно, ощущение слежки пропало.

      — О, Реборн ушел, — с довольной улыбкой заметила я и как по мановению волшебной палочки, братишки успокаиваются, теперь они не кричат, а начинают достаточно мирно вести беседу о каких-то спортивных новинках. В целом, все тоже самое, но громкость упала в три, если не четыре раза. Ну и правильно, не перед Хаято же выпендриваться?

      — Что-то ты слишком этому рада, Зверек, — довольно сухо заметил Кея, мрачно смотря, как я с довольным видом увела из-под носа ни-сана последний кусочек копченой рыбки.

      — Хочешь? — невинно хлопнув глазками протягиваю его ему, мгновенно нарываясь на ледяной взгляд.

      — Зверек, — вот теперь я слышала неприкрытую угрозу.

      — Кея, давай ты не будешь прикидываться берсерком, — попросила я, пожав плечами и съедая то, что он отверг.

      — Зверек, — в интонациях появились вкрадчивые нотки. — Реборна сейчас тут нет, ты сама это подтвердила.

      — Ладно, извини, — перестаю улыбаться и складываю свои палочки на подставку, сейчас с ребятами стоит серьезно поговорить, потом может не получиться. — Я довольна из-за того, что тот пошел искать ответы.

      — Я ЭКСТРЕМАЛЬНО не вижу причин для радости, — замечает Рёхей.

      — Согласна, — кивает Киоко, а после поворачивается в мою сторону, — или мы чего-то не знаем?

      — Ну, сами подумайте, много людей могут ему дать ответы? — хитро кошусь в сторону ошарашенного Хаято. — Учитывая, что взрослые в моем окружении это: сенсеи по танцам, но они обычные люди, в этом я уверена; сенсеи в школе, но с ними я контактирую только на уроках и все, поэтому их тоже отметаем; ка-чан… ха, удачи ему в общении с ней. Ну и кто же у нас еще остается?

      — То-сан, — недовольно вырывается у Такеши.

      — Да, Тсуеши-сан, — смотрю на напрягшегося Ямамото и фыркаю. — Расслабься, ничего Реборн ему не сделает.

      — Согласен, — неожиданно поддержал меня Кея, но вопросительные взгляды проигнорировал, сделав вид, что его ну очень интересует еда, что ему на подносике подсунула Киоко.

      — Такеши, именно ты гарант безопасности Тсуеши-сана, — пожимаю плечами и, откинувшись на руки, начинаю смотреть в небо. — Вы мои друзья, хотя Реборн упорно называет вас Хранителями. Более того, твою кандидатуру одобрил Иемицу и, судя по тому, что ты до сих пор жив, Кьюдайме, — перевожу на него ленивый взгляд и добавляю. — Тсуеши-сана больше нечем прижать, а убивать смысла нету.

      — Реборн-сан умен, Джудайме, — неожиданно подал голос Хаято. — Он умеет спрашивать и не только.

      — Хм… Хаято? — позволяю пламени проявиться у меня в глазах, но не более, мягко интересуюсь я.

      — Да, Джудайме? — сразу, как-то напрягся Гокудера, впрочем, он правильно сделал.

      — Знаешь, чем обычная интуиция отличается от гиперинтуиции? — довольно спокойно уточняю я, но, увидев, как он отрицательно замотал головой, недовольно цокнула языком. — Не знаешь, хорошо, я поясню. Интуицию можно обмануть, запутать, а гиперинтуиция безжалостна. Я знаю, когда мне лгут, чувствую, как ко мне относятся. Причем, мне не важно, сколько я знаю человека, — я усмехаюсь. — Если тебя коробит называть меня Джудайме, не стоит этого делать. В конце концов, я с самого начала дала тебе выбор, кем ты хочешь для меня стать, ты выбрал друга, так соответствуй этому.

      — Ха-ха, загрузила ты его! — оглушающую тишину, что стояла на крыше, разбил легкий смех Киоко, но она практически сразу стала серьезной. — Однако он прав, Реборн-кун умный.

      — Тсуеши-сан мастер меча, у которого было достаточно учеников, — фыркаю я. — Кому как не ему уметь сказать много, но не сказать ничего? Дать часть ответов, но оставить большую часть за кадром? Вспомни наши уроки! У меня первое время от выливаемой на наши головы философии мозг кипел, приходилось долго раздумывать над его словами, но до сих пор не уверена, что понимала все, что мне говорят, если бы не моя интуиция.

      — Мне бы твою уверенность, — устало выдохнула Киоко, но спорить не стала, понимает, что я права.

      — Ну, это не так уж и важно, — отмахиваюсь от ее слов и хитро смотрю в сторону Тучки. — Вы не поверите, но я недавно встретила Грозу!

      — Ха? — недоуменно вырвалось у парней.

      — Где это травоядное? — прозвучало предвкушающее со стороны Кеи.

      — Ну-ну, малышу всего-то пять лет! — предостерегающе качаю пальцем, видя, как на мгновение у него в глазах мелькает дикое разочарование. — Зря расстраиваешься. Это значит, что не хватает только Тумана. Мне пояснять, что это значит?

      — Скоро будет весело, — прозвучал хмык со стороны Такеши.

      — Не то слово! — согласилась я и, немного подумав, продолжила. — Правда, я ставлю на то, что у нас есть еще неделя-две, возможно больше. Все же Реборн должен понимать, что нам надо время для притирки, уж со слишком большим скрипом Хаято в нашу компанию вливается. Хотя неделя не срок, но все же… — кидаю обреченный взгляд на парня, добавляя, — кое-кому нужно стать сдержанней, а то мне надоело, что мои эмоции, да и пламя никак нормализоваться не могут.

      — А причем тут я? — кажется, своими откровениями, я выбила у него почву из-под ног, уж очень вид у Гокудеры пришибленный, да и реакции немного приторможены.

      — По легенде, человек, который дал название каждому Атрибуту, любил небо, он стал Небом, — в моих руках полыхнул теплый оранжевый огонек и тут же погас, — его друзья, позже их стали называть Хранителями, получили наименования шести погодных явлений, что изменяют облик неба: Ураган, Дождь, Солнце, Гроза, Облако и Туман. Считается, что названия выбраны не случайно, и они отражали характер каждого Атрибута.

      — Я слышал эту легенду, она о Примо Вонголе, — согласился начавший оживать Хаято.

      — Уже проще, — согласилась я и уточнила. — Ты никогда не задумывался, почему в этой легенде говорится о том, что они изменяют облик неба? — довольно улыбаюсь. — Вижу, ты уже понял.

      Ответить на мои слова Хаято не успел, у меня в кармане пропиликал телефон. Приходится под недовольными взглядами доставать агрегат, чтобы спустя мгновение довольно усмехнуться. Я и не рассчитывала, что все произойдет настолько быстро и просто! Другое дело, какие выводы сделает Реборн, все же он довольно непредсказуемый товарищ.

      — Ну, что я говорила? — поворачиваю трубку в их сторону, чтобы и они могли прочесть высветившееся на экране сообщение от Тсуеши-сана, гласившее «Он приходил».

      — Здорово, — без всякого энтузиазма отозвались ребята.

      — Да, ладно вам! — возмутилась я, с громким хлопком закрывая телефон и убирая его назад. — Зато шансов, что он перестанет втравливать меня в опасные ситуации, чтобы выстрелить раздевающими пулями…

      — Раздевающими пулями? — икнул Хаято и его глаза приняли идеально круглую форму. — Что за фигня?

      — Ну, пулями посмертной воли, — отмахиваюсь я, — не придирайся к мелочам, смысл от этого не изменится! Они воздействуют на пламя и оно вырывается из-под контроля. Сейчас я даже боюсь представить, к чему это приведет.

      — Сейчас? — насторожился Кея.

      — Ураган, пламя Хаято очень яростное и оно уже признало меня, — буркнула я, хотя и без особого недовольства. — У меня не только настроение стало нестабильным, но и пламя агрессивней, а я уже больше недели с ним не тренировалась, из-за Реборна.

      — Это ЭКСТРЕМАЛЬНО плохо, — заключил Рёхей.

      — Угу и это еще слабо сказано, — соглашаюсь я и, вскинув руку, торжественно воскликнула. — Поэтому…!

      — Поэтому? — подозрительно посмотрел на меня Кея.

      — Поэтому, — делаю небольшую паузу и уточняю у Гокудеры, — Хаято, ты же живешь на съемной квартире?

      — Это… да, — настороженно кивнул парень, явно не зная, что от меня еще можно ожидать.

      — Еши, ты же не хочешь…? — подозрительно посмотрев в мою сторону, осторожно поинтересовался Такеши.

      — Хочу, — согласно киваю я. — Слишком много плюсов.

      — Ни одного не вижу, Зверек, — заметил Хибари.

      — У меня появится официальный предлог туда ходить, — невозмутимо замечаю я, видя, как у Кеи загораются глаза.

      — Согласен, — мгновенно было дано добро.

      — Эй! — возмутился Гокудера.

      — В общем, рядом с домом Такеши есть еще один дом, — задумчиво смотрю на последователя Дейдары и продолжаю. — Официально он оформлен на Тсуеши-сана, неофициально он наша база. Комнат там достаточно, он рассчитан человек на десять, если потесниться, то и на большее количество хватит. Сейчас заняты пять, еще пять свободны, — замечаю его изумление и поясняю. — Раньше, мы каждые выходные собирались там, но после прибытия Реборна такой возможности у нас нет. Не хочешь туда перебраться?

      — Это… — растерялся Хаято.

      — Не торопись с ответом, — качаю головой. — Спешка не лучший советчик.

      — Вот и славно, а мы тебе его сейчас ЭКСТРЕМАЛЬНО покажем, — на Бомбочке повис Рёхей.

      — Я не против, хотя… — хмыкаю и вновь достаю телефон, протягивая его Гокудере, — Хаято, запиши мой телефон и дай свой номер.

      — Хорошо, — согласно кивнул парень, принимая у меня из рук трубку и быстро вводя, какие-то цифры. Еще мгновение и по крыше полилась «Лунная соната».

      — Неожиданно, — смотрю на покрасневшего парня, а после заключаю, — но мне нравится.

      — Зверек, сколько у нас времени до того, как твой надзиратель вернется? — кое-кому явно надоело наблюдать за воцарившейся на крыше идиллией.

      — Полчаса, возможно даже меньше, — кидаю взгляд на часы, что показывают десять минут пятого, а после, подозрительно начинаю смотреть на Тучку. — Может и больше, все же ему надо подумать, а это дело не быстрое. Хотя… к чему вопрос, Кея?

      — Кое-кто игнорирует тренировки, — довольный прищур и едва уловимая усмешка на чужих губах, а у меня появилось желание смыться из школы, как можно дальше. — Не знаешь, кто это мог быть, Зверек?

      — Изверг! — обиженно смотрю на Хибари, чье настроение быстро стало ползти вверх. Понимаю, что если ничего не придумаю, ходить мне сегодня пятнистой, уж что-что, а возможность проверить меня на прочность, он не упустит. Тем более, он уже две недели нормально не тренировался, из-за Реборна доступ на базу закрыт, да и в додзе тренироваться не получится. Все же у Тсуеши-сана свободного времени не так уж много, а остальные ребята под колпаком. Не таким плотным, как я, но частых встреч и тренировок больше нет.

      — Какой есть, — пожимает плечами Тучка.

      — Пламя я использовать не смогу, а без него тебе будет не интересно, — предпринимаю еще одну попытку отмазаться от сомнительной радости, мне же еще к пяти на тренировки по танцам надо! Интересно, он посчитает это достаточно серьезной причиной или нет?

      — Ничего страшного, я его тоже использовать не буду, — невозмутимо отозвался Кея. — Обещаю даже тонфа не использовать.

      — Мне через сорок минут надо быть в школе танцев, — привожу еще один довод, хотя уже понимаю, что отбрехаться не получится.

      — Ничего, до нее десять минут ходьбы, — отмел очередное возражение Тучка, довольно сверкнув глазами.

      — Двадцать минут, не более, — сдалась я, осознав, что серьезные аргументы закончились, а остальные его точно не убедят.

      — Полчаса и после я тебя довезу, — отрезал Кея.

      — Изверг, — возражать я даже не думаю, хватит, навозражалась. Теперь остается только надеяться, что тренировка будет не слишком жесткой, ибо лечить-то меня никто не будет, а мазь от синяков не панацея. Впрочем, тренировка даже к лучшему, не только Кея пар спустит, но и Хаято поймет, что его в прошлый раз просто пожалели. К тому же, он киллер, пусть и без особо большого послужного списка, но все же. Улыбка и чувство дружбы хорошо, но он должен знать и уровень моих сил, не только моральных, но и физических.

      — Повторяешься, — довольно насмешливо сообщил мне Хибари, мазнув мимолетным взглядом по Хаято и тут же поднявшись. — Идем.

      — Ребята, я верю, что вы меня будете помнить, — горестно вздыхаю, поднимаясь и обреченно следуя за Кеей. Он точно не даст мне отвертеться от сегодняшнего издевательства.

      — Мы с вами! — мгновенно подскочили ребята.

      — Вначале убрали за собой, Травоядные, — рыкнул Хибари, который уже успел дойти до выхода и сейчас сверкал глазами оттуда.

      — Естественно! — тут же закивали они, начав по-быстрому собирать все, что осталось. Впрочем, Кея и не подумал их ждать, коротко мотнув головой, приглашая меня идти за ним и скрылся за дверью. Пришлось давить стон отчаяния и торопиться за ним, все же он прав, я слишком долго не тренировалась, так недалеко и до полной потери навыков, чего бы мне хотелось избежать!

      Продолжение следует…

Отступление второе. Решение Урагана

      В спортивном зале стояли двое: невысокая, хрупкая девушка и возвышающийся над ней на целую голову парень. Секунда и вот они срываются с места. Парень пытается достать девушку прямым ударом сжатой в кулак руки, но та смещается немного в бок и плавно отводит удар, стараясь проскользнуть ему за спину. Неудачно, ее противник движется слишком быстро и успевает развернуться, нанося удар ногой. Впрочем, девушка не теряется, мгновенно подскакивая и нанося удар ногой сверху. Парень легко блокирует его, но именно это и ожидала его спарринг партнерша, используя чужие руки, как точку опоры и отталкивается от них, чтобы разорвать дистанцию. Мгновение затишья и они вновь срываются с места, чтобы сойтись в рукопашной. Девушка по-прежнему осторожничает и не бьет первой, предпочитая отводить чужие удары и избегать жестких блоков. Возникает ощущение танца, кажется, она кружится вокруг своего оппонента, дразнит его и ускользает в последний момент. Обманчивое ощущение идиллии, хотя отчетливый треск, когда удары парня попадали мимо, явно говорил, что тренировка идет всерьез и ни о каком снисхождении речи нет.

      — Завораживает, правда? — на плечо пепельноволосого парня, что не отрываясь наблюдал за поединком, опустилась тяжелая рука.

      — Чего тебе надо, бейсбольный придурок? — недовольно вскидывается подросток, чьим любимым оружием стал динамит. Резкое движение и чужая рука скинута с его плеча.

      — Красивый бой, говорю, — сверкнув белозубой улыбкой, отозвался названный, игнорируя недружелюбный настрой собеседника. — Раньше, они каждые выходные так танцевали…

      — Во имя ЭКСТРИМА не придумывай, Такеши, не так! — речь парня мгновенно перебивает беловолосый подросток, что стоит неподалеку в компании своей сестры. — С Пламенем их бой еще красивее!

      — Ты о чем, газон-трава? — возмущенно взвыл последователь Дейдары пепельноволосый.

      — Что ты сказал, осьминожья башка? — оскорбился беловолосый.

      — Ну-ну, успокойтесь, — встал между ними Такеши и перевел взгляд на середину тренировочного зала. — Хотя, семпай прав, с Пламенем они смотрятся еще лучше, но и занятия опаснее, Кея-семпай тогда достает тонфа, а Еши — окутывает руки Пламенем. Иногда использует кинжалы, что подарил мой то-сан, но редко, не любит она их, да и Пламя они принимают плохо.

      — Кинжалы? — бледнеет пепельноволосый, мысленно представляя, что с таким оружием можно сделать. Вернее, могли ему сделать.

      — Еши называет их десантными ножами, — невозмутимо вмешивается в их разговор сестра беловолосого. — Тсуеши-сан говорит, что у нее неплохо получается, хотя техника немного непривычная и нуждается в доработке, но это дело времени, которого у нас нет.

      — Понятно, — согласно кивнул пепельноволосый и вновь обратил внимание в центр зала, где кареглазая девушка пыталась сделать подсечку стальноглазому парню. Впрочем, ей это не удалось, зато послужило спусковым крючком для увеличения скорости, сила чужих Атрибутов стала ощущаться явственнее, но зримого воплощения не приобрела. Правда и того, что было на поверхности вполне хватало, пепельноволосый внезапно понял, что если бы с ним сражались так изначально, он не успел бы кинуть даже первый динамит. — Она не сражалась всерьез, — потрясенно вырывается у него.

      — Заметил все же, — весело хохотнул стоящий поблизости Такеши.

      — Почему? — растерянно взъерошил пепельные пряди парень.

      — Она не хотела тебе вредить, Хаято-кун, а Реборн-кун не дал бы просто поговорить, — первой ответила сестра беловолосого, попутно давая подзатыльник стоящему рядом брату, который уже собрался что-то сказать. Вернее, воодушевленно прокричать.

      — Не понимаю, — отрицательно мотает головой Гокудера.

      — Я тоже, — согласился Такеши. — Наверное, один Кея-семпай знает, но от него ничего не добиться.

      — Знает? — удивленно приподнял бровь Хаято.

      — Он смотрит и делает выводы, хотя вмешивается редко, — обреченно вздохнул Такеши. — Впрочем, в отношении к Еши он частенько это правило нарушает. Хотя не он один, — парень весело смеется, смотря на кружащуюся в середине спортзала пару. — Она умеет к себе располагать.

      — Это точно, — синхронно выдохнули сестра и брат Сасагавы.

      — Она же специально меня увела тогда? — негромко интересуется Гокудера.

      — Да, — согласно кивнул Такеши, даже не посмотрев в его сторону. — Мы хотели тебя просто прикопать где-нибудь в темном месте. Кея-семпай даже согласился нашу помощь принять, но Еши решила все по-своему, нам пришлось согласиться. Впрочем, тебе повезло, что ее раны были не серьезными, иначе…

      — Я бы даже сказал ЭКСТРЕМАЛЬНО повезло, — вклинился в разговор Рёхей.

      — …жил бы ты после весело, но не долго, — согласно кивнул на чужие слова Ямамото.

      — Понятно, — с трудом сглатывая внезапно ставшую слишком вязкой слюну, согласился пепельноволосый.

      — Расслабься, это уже в прошлом, — дружелюбно улыбнулся Такеши, но в следующую секунду во взгляде мелькнула угроза и он уточнил. — Ты же больше не будешь на нее нападать?

      — О чем ты вообще говоришь, придурок?! — возмущенно взвился Хаято. — Чтобы я напал на Джудайме?! — внезапно он смущается и едва слышно, добавляет. — Я никогда не предам свое Небо.

      — Хм… действительно! — начинает весело смеяться бейсболист. — Ведь ты не самоубийца, правда?

      — Конечно, нет! — взрывается парень, с бешенством смотря на собеседника.

      — Семпай, Тсу-чан, время! — неожиданно крикнула Киоко и звуки ударов мгновенно стихли.

      — Спасибо, Киоко, — мгновенно благодарит подругу Тсунаеши, а после с благодарностью кланяется своему спарринг партнеру и добавляет. — Спасибо за бой, Кея.

      — Это был не бой, а пародия на него, Зверек, — недовольно фыркает в ответ парень, но в глубине глаз видны довольные искры. — Приводи себя в порядок, я, как и обещал, отвезу.

      — Хорошо, — весело улыбается девушка и кидает умоляющий взгляд в сторону Киоко.

      — Да-да, помогу, конечно, — согласно кивает та и они вместе удаляются в сторону душевых.

      — Травоядные, вам тоже пора, — стоило за девочкам закрыться двери, как температура в спортзале упала на пару градусов.

      — Ха-ха, мы немного подождем, — закинув руки за голову, отозвался Такеши, искоса поглядывая на даже не запыхавшегося парня. Было ощущение, что сейчас не он носился по всему залу за вертким противником. Мда… в который раз они могли убедиться, что он сильнейший, и порадоваться, что он на их стороне.

      — Вам пора в кружки, иначе, камикорос, — холодно сверкнув глазами, заметил стальноглазый парень.

      — Ты не прав, Хибари, мы ЭКСТРЕМАЛЬНО можем остаться, — возмутился подобным произволом Рёхей.

      — Если останетесь, то экстрим я вам точно обеспечу, — предвкушающе улыбнулся Кея и достал тонфа.

      — Ха-ха, это будет проблемой, — настороженно смотря на медленно идущего к ним хищника, пробормотал Ямамото. Ощущая, где-то в стороне душевых легкие эманации Пламени Солнца. Плохо, Киоко еще не закончила убирать синяки их Неба, а значит, нужно приготовиться к худшему, все же их Облако не слушало никого, кроме Еши. Да и ее не всегда, просто та чудесным образом могла найти слова, которые могли его если не успокоить, то ненадолго отступить и начать искать другие пути. Ему так пока не удавалось, хотя вроде и Дождь, должен уметь успокаивать, но слова тут могли и не помочь, все же ему не спустят с рук то же, что и Тсуне, она девушка и их Небо, а он… он всего лишь Дождь.

      — Кея, я готова, — вопреки мнению, что женщины собираются долго, ушедшая недавно в душевые Тсунаеши справилась быстро и вместе с подругой вернулась назад. Правда, представшая перед ней картина ее не порадовала, но когда ее пугали трудности? Именно поэтому в ее взгляде была твердая уверенность и спокойствие. — Пошли?

      — Хорошо, — тонфа, что блестели в его руках, мгновенно исчезли.

      — Ребят, еще увидимся или созвонимся, — одарила всех мягкой улыбкой Савада. — Кстати, Такеши, не забудь показать Хаято дом, а ты, — тонкий пальчик, подошедшей поближе девушки, уперся прямо в грудь Гокудеры, — не смей отказываться сразу, вначале посмотри, а после подумай и я жду твоего положительного ответа.

      — Э? — ошарашено хлопнул глазами пепельноволосый.

      — Еши, ты хотела сказать, просто ждешь ответа? — ехидно заметила Киоко, подходя поближе.

      — Конечно, — энергично кивает Савада и после небольшой паузы добавляет, — положительного.

      — Зверек, — негромко, но достаточно холодно намекает о своем присутствии Хибари.

      — Иду-иду, — поспешно отзывается Тсунаеши и, еще раз весело улыбнулась остальным. — Я пошла, не делайте глупостей!

      — И часто у вас так? — ошарашено смотря, как девушка торопливо шагает, почти бежит, в сторону стремительно удаляющегося главы ДК.

      — Да нет, — пожимает плечами Рёхей.

      — Так да или нет, газон-трава? — мрачно зыркнув в сторону беловолосого уточняет Хаято.

      — Ты кого газон-травой обозвал, осьминожья башка? — взвился Рёхей.

      — Ну-ну, успокойтесь, — мгновенно вмешался Такеши, — нам стоит пойти и посмотреть дом, о котором говорила Еши, пусть Гокудера выберет себе комнату.

      — Я еще не согласился, бейсбольный придурок! — возмутился Хаято, мрачно посмотрев на улыбающегося однокашника.

      — Значит согласишься, — нисколько не сомневаясь, сообщила Киоко, вклиниваясь между разгоряченными парнями. — Пошли, а то Тсу-чан будет недовольна.

      — Хай! — недовольно протянули парни, несколько присмирев после упоминания своей подруги.

      — Пошли, — скомандовала девочка и первой отправилась на выход, за ней потянулись и остальные. Правда, вид при этом имели не самый дружелюбный, зато не кричали, а тягостное молчание Киоко была готова потерпеть, парней так вообще оно не напрягало.

      — Добрый день, — поприветствовал их Ямамото-старший, когда спустя полчаса и пять неудавшихся драк, они стояли возле суши-бара.

      — Привет, старик, — весело улыбнувшись, кивает Такеши.

      — Здравствуйте, Тсуеши-сан, — поклонилась ему Киоко. — Мы возьмем ключи от дома?

      — Хм… конечно, — на мгновение в глазах мужчины скользит удивление, но стоило ему кинуть взгляд в сторону толпящихся парней, как он понимающе кивает и отдает запрошенное.

      — Спасибо, — благодарит его девочка и выталкивает из бара всех парней, даже Ямамото-младшего.

      — Да, не за что, обращайся, — доносится ей в след.

      — Неплохой домик, — только пройдя мимо забора, увитого колючими стеблями цветущих роз, и оказавшись возле калитки, Хаято обратил внимание на двухэтажный домик, который внушал уважение своими габаритами.

      — Внутри еще лучше, — раздувшись от гордости, отозвался Такеши. — Мой то-сан сам контролировал его постройку.

      — Хэээ… — недоверчиво протянул Гокудера.

      — Правда, сделано все было по эскизам Еши, но все равно, — не замечая чужого недоверия, добавил бейсболист. — Хотя заходи, сейчас сам все увидишь.

      Вся компания проходит внутрь, с интересом смотря на реакцию пепельноволосого подростка, что первый раз оказался внутри. Он их не разочаровал, во взгляде было потрясение и растерянность, но в целом, реакция была гораздо слабее рассчитанной. Впрочем, он еще не видел подземные этажи, но туда его никто вести и не собирался! Ребята ему еще не совсем доверяли, поэтому пока прямого приказа не будет, они и не почешутся, считая, что ему хватит и увиденного.

      — Мда… — потрясенно вырывается у Хаято, когда он увидел нижние комнаты, особенно его впечатлил мини-спортзал, оборудованный по последнему слову техники и рассчитанный на множество занятий.

      — Пошли на второй, там комнаты, — едва уловимо усмехнувшись, скомандовала Киоко, краем глаза замечая, что Такеши с Рёхеем сбегают на кухню, попутно таща за собой корзинку с остатками праздничного стола. — Выбирай любую не запертую.

      — А где комната Джудайме? — осторожно уточнил Гокудера, поднимаясь наверх, но при этом, не забывая и смотреть по сторонам. Увиденное ему определенно нравилось, дом был оформлен со вкусом и преобладали спокойные пастельные тона. Сразу было видно, что тут собирались жить, а не просто купили для галочки.

      — Зови ее лучше Еши, иначе может обидеться, — посоветовала Киоко и, оказавшись на втором этаже, широким жестом махнула в сторону коридора, где располагалось по пять комнат с каждой стороны, плюс две ванные. — Комната Тсу-чан прямо напротив лестницы или третья слева считая ванную, — несмотря на слова девушки, указанная дверь находилась немного наискосок, — последняя комната справа и первая слева, ванные. Шестая слева — Кеи-семпая, моя четвертая слева, следующая ни-сана. Такеши занимает комнату по левую руку, точнее ту, что идет сразу за ванной по левую сторону. Противоположная сторона пустует.

      — Тогда, я возьму ту, что напротив комнаты Джудайме, — мгновенно вычленив из путанного объяснения главное, отозвался Хаято.

      — Без проблем, иди, смотри жилплощадь и говори, если чего не хватает, докупить не проблема, — согласно кивает Киоко. — Ключ в двери, а я буду на кухне.

      — Хорошо, — проводя своего невольного экскурсовода взглядом, пепельноволосый заходит внутрь комнаты, поражаясь минимализму, что царит там.

      Небольшая комната, примерно четыре на пять, казалась пустой. В ней был только компьютерный стол, небольшая одноместная кровать и шкаф, все. Хотя нет, на полу еще лежал пушистый персикового цвета ковер, да стоял удобный компьютерный стул. Сразу становилось понятно, что тут еще ни дня не жили, уж очень помещение выглядело пусто. Хотя пыли он не заметил, похоже, тут часто прибирались. Комната ему понравилась, в ней было спокойно. Теперь согласие не казалось таким плохим решением.

      — Ну, что? — стоило пепельноволосому спуститься вниз, как из кухни мгновенно высунулся Рёхей, который и задал этот вопрос.

      — На выходных перееду, — согласно кивнул Хаято.

      — Еши будет рада, — спустя секунду, донесся голос Киоко из кухни. — Кстати, идем пить чай.

      — Ладно, — недовольно, как будто делая большое одолжение согласился Гокудера и прошел мимо Сасагавы-старшего в храм еды.

      Впрочем, злоупотреблять гостеприимством ребят он не стал. Они были ему непонятны, слишком сработаны, как винтики в одном механизме, а он никак не мог понять, что делать ему. Как музыкант, пусть и не получивший официального образования, он сравнивал себя с фальшивой нотой, что портила все произведение. Это ему не нравилось и вызывало дискомфорт, но поделать он ничего не мог. Он знал, на что шел, когда принял приглашение от Реборна стать десятым Ураганом, только вот девочка-Небо оказалась совершенно не такой, какой он ее представлял. Это выбивалось из четкой схемы, рушило все планы, но это ему, черт возьми, очень нравилось! Исчезла тоска и пустота, что мучили его долгие годы после смерти матери, рядом с приветливо улыбнувшейся девушкой было на удивление уютно, хотелось жить, а не существовать! Жизнь заиграла для Гокудеры Хаято новыми красками. Он принял решение, он станет достойным Хранителем, другом, надежной правой рукой! Но для этого стоит узнать его Небо получше, понять, чем она руководствуется при принятии своих решений. Однако, сам он не справится, но у него есть человек, который может помочь. Рука парня тянется к мобильному телефону и он набирает чей-то номер, некоторое время слушает гудки, а после выпаливает: — Шамал, мне нужен совет…

      Продолжение следует…

Глава 29. Затишье

      После довольно напряженной тренировки, где мне пришлось вертеться, как уж на сковородке, чтобы не схлопатать от нашего маньяка парочку переломов, все равно пришлось лечиться! Нет, ну, вот как Кея умудрился наставить мне столько синяков, если я сумела отвести все его удары? Вернее, парочку раз он меня достал, но вскользь! Ну, хорошо, не парочку раз, а больше, но все равно я не должна быть покрыта синими пятнами так плотно! Впрочем, Киоко и отсутствие Реборна творят чудеса. Меньше пяти минут и уже ничто не напоминает о том, что у меня была тренировка с Кеей. Не считая ноющих мышц, конечно, но тут уж ничего сделать нельзя.

      Искренне благодарю свою подругу и ухожу в душевую, интуиция настойчиво советует поторопиться, а связь с ребятами показывает, что у кое-кого слишком хорошее настроение и море предвкушения, зато остальные трое явно чего-то опасаются. В итоге я не даю себе расслабиться и постоять под водяными струйками дольше, чем необходимо. Две минуты и я, вытершись полотенцем, начинаю натягивать на себя вещи, правда, заменяя белую рубашку на майку, но кого интересуют такие мелочи? Да и не ходить же мне в насквозь пропотевшей одежке? В общем, ничего страшного, разве Кея прикопается и то вряд ли.

      Я оказалась права, Кея не обратил внимание на изменения в моей одежде, ему куда интересней было нагнетать обстановку и угрожать парням. Причем, они ему верили! Особенно напряжен был Хаято, самым безмятежным был Рёхей и где-то серединка на половинку Такеши. Театр одного актера, блин! Ну, вот что за человек Хибари? И ведь получает от этого самое искреннее удовольствие! Естественно пришлось вмешиваться и разруливать ситуацию, благо у Тучки настроение было хорошим и удалось это быстро. Впрочем, показать небольшое недовольство подобным он смог, но опять же без фанатизма, скорее даже по привычке шагая широким шагом.

      Правда, стоило мне дойти до его мотоцикла, как я мгновенно простила все его прегрешения на сегодня и, возможно, на завтра. Все же у Кеи не обычный мопед или скутер, а настоящий спортивный мотоцикл. Нет-нет, я не являюсь поклонником гонок или самих железных коней! Однако, даже я, далекая от подобного, не могу не признать, что выглядит его машинка красиво, да и сам он неплохо на ней гоняет. В общем, мне нравится чувствовать скорость, да и подержаться есть за кого компания приятная. С какой стороны не посмотри, везде плюсы!

      Впрочем, долго любоваться на чужую собственность мне не дали, метнув в мою сторону шлем. Не будь у меня в достаточной мере развиты рефлексы, я бы схлопотала им по маковке, а так обошлось. Я поймала снаряд и, недовольно бурча, нацепила на свою многострадальную головушку! Правда, это не спасло от всего остального. Нет, а что? Вы хоть раз пытались проехаться на мотоцикле, что рассчитан на одного человека и ничего себе не отбить или банально не слетев? Повезло еще, что у меня телосложение хрупкое, но даже так, поместились мы на седушку со скрипом, вернее я со скрипом, а вот наш хищник устроился со всеми удобствами! Пока доехали, я думала, слечу с насеста, как пить дать! Естественно я этого не хотела и вцепилась всеми конечностями в Кею, причем тот не сильно сопротивлялся, доставив меня на место назначения и сообщив, что на этой неделе его кабинет будет перенесен. Именно поэтому с завтрашнего дня я буду помогать Кусакабе следить за порядком, пока сам Хибари строит рабочих и свой комитет, силами которого будет проводиться ремонт. Покорно согласилась с подобным, попутно стребовав с него обещание на этих выходных проконтролировать заселение Гокудеры, ибо сама я могла и не вырваться. Получила согласие и отчалила на тренировки.

      Сама тренировка прошла никак, слишком просто, особенно после спарринга с Кеей. Вернее, сама-то она была неплоха, партнера мне ставили достаточно опытного, да и я легко разучивала новые па, а интуиция помогала почувствовать того с кем я иду в паре, создать видимость взаимодействия, когда один импровизирует, другой подхватывает, но главного не было. Не чувствовал меня поставленный в пару парень! Если с Кеей и братишками даже наши тренировки в рукопашке превращались в танец, пусть опасный и непредсказуемый, то тут! Да, что говорить? Я начала разочаровываться и понимать, что погорячилась, когда пошла сюда, хотя… парней, что ли притащить? А что? Они же захотели стать моими Хранителями, а меня в самую сильную мафиозную семью пропихивают, вот пусть соответствуют! Только вот как это провернуть? Хм… братишки с Хаято ладно, их хватит попросить, а вот с Тучкой… хотя для чего мне Реборн? Впрочем, нет, нет и еще раз нет! Если я попытаюсь через него это провернуть, как бы хуже не стало! Однако, с классическими танцами надо что-то решать, все же для любителя я танцую уже неплохо, а профессионалом становиться не собираюсь. Удовольствия я тоже практически не получаю, не чувствую отдачи, а это плохо.

      С огромным трудом удается дождаться окончания тренировки, но уйти сразу я не смогла, меня отловил тренер, который долго и нудно пытался добиться от меня соглашения на усиленные тренировки с последующим выступлением во время коротких летних каникул. Нет, я его искренне не понимаю! Я пришла сюда меньше месяца как, а меня уже пытаются непонятно куда воткнуть! Тем более, я уже дала согласие на выступление вместе с Киоко и тренировать еще один танец мне… лень. Кстати, еще один повод собраться всем на нашей базе! Главное от Реборна избавиться, а остальное не так уж и важно. В общем, я ответила категоричным отказом и ничуть не жалея об этом, отправилась домой, дел у меня и без этого много.

      — Я дома! — оповещаю всех и, скинув туфли, направляюсь в дом.

      — С возвращением, Тсу-чан! — доносится голос матушки из глубины дома.

      — Еши-не, ты долго! — с лестницы в буквальном смысле скатывается Ламбо и тут же вцепляется мне в штанину. — Ты обещала поиграть!

      — Прости, Ламбо, что так поздно, — треплю непослушные кудряшки на голове малыша и добавляю. — Однако, сейчас я полностью свободна и мы можем поиграть.

      — Ура! — мгновенно обрадовался малыш.

      — Вначале ужинать! — рядом, с нами возникает Нана и окидывает меня строгим взглядом.

      — Да! — радостно запрыгал вокруг нее Ламбо, мгновенно позабыв про то, что хотел стребовать с меня игру во что-нибудь интересное.

      — Иди мыть руки, Ламбо, — тут же улыбнулась матушка, а после, перевела строгий взгляд в мою сторону и добавила. — Тсу-чан, тебя это тоже касается!

      — Хай-хай! — мгновенно вскидываю руки и тороплюсь к себе в комнату, где сидит уж очень загруженный Реборн. Показательно игнорирую его присутствие и, прихватив одежку, отправляюсь в ванную, переодеваться. Нет, я могла бы переодеться и при нем, но зачем? Меня нервирует его излишне взрослый взгляд, слишком внимательный, пусть и без похоти, но вот то, что он оценивает каждую мышцу и движения… ну, не нравится мне и все!

      — Тсу-чан, давай быстрее! — доносится до меня негромкий голос Наны и я понимаю, что уже пару минут пялюсь в свое отражение в зеркале, что было повешено над раковиной.

      — Иду-иду, — послушно откликаюсь я и откидываю ненужные размышления, отправляясь на кухню и по пути отправляя свои вещи в стирку. Все же тренировка с Кеей хоть и не сделала мою форму дико грязной, но рубашку стоит постирать. Кроме того, стоит озаботиться о форме на замену, хотя кину запрос Хибари, пусть даст адрес швеи, что сделала мою и проблема будет решена.

      — Вот, — стоило зайти на кухню и сесть за стол, как передо мной поставили еду.

      — Спасибо, — благодарно улыбаюсь и опять ловлю на себе странный взгляд Реборна. Интересно…

      — Тсу-чан, как все прошло? — едва дождавшись окончания моей трапезы, с любопытством поинтересовалась Нана.

      — Что прошло? — искренне удивляюсь я.

      — Ну, как что? День Рождения Ке-куна! — как само собой разумеющееся отозвалась матушка.

      — Нормально, — тепло улыбаюсь, вспоминая, что Тучка наконец-таки оттаял, пусть и пришлось пожертвовать целостностью своей тушки. — Кея был очень рад твоему подарку! Ел с огромным удовольствием.

      — Вот как, я рада! — мгновенно разулыбалась Нана.

      — Правда, корзинки я оставила в школе, все же мне на танцы идти надо было, а они большие, но завтра точно принесу назад, — припомнив о своем небольшом косяке, повинилась я.

      — Хорошо! — довольно кивнула матушка, забирая у меня грязную посуду. — Иди играть с Ламбо и не забудь про уроки!

      — Конечно, — согласно киваю, даже не пытаясь спорить. — Ламбо, как насчет того, чтобы поиграть в дартс на улице?

      — Согласен! — мгновенно прозвучало в ответ и меня потащили в сторону внутреннего дворика.

      — Подожди, Ламбо, дай я схожу за мишенью и дротиками! — не могу сдержать смешков, послушно двигаясь за малышом.

      — Давай быстрее, Еши-не, — мгновенно изменяет направление малыш. — Быстрее, быстрее!

      — Да-да, конечно, — легко подхватываю его на руки и веду в сторону кладовой, подобная игрушка у меня там, причем я не помню, кто ее мне вручил, главное она была.

      Найти даже не распечатанную коробку, было достаточно просто, куда сложнее было приделать ее к забору на заднем дворе, но я с этим справилась. Ну, а уж устроить соревнование по метанию дротиков, где я немного поддавалась Ламбо, было еще проще. Хотя подобная игра ему быстро надоела, пришлось вытаскивать старенький потрепанный мяч и заключающим аккордом было рисование. Пока он чертил разные черточки и точки на пустой тетради, я быстро делала письменные задания, мысленно радуясь, что меня никто не трогает. Видимо, Тсуеши-сан не слабо загрузил Реборна и я ему за это благодарна.

      К моему огромному счастью, мини-киллер не трогал меня до конца недели, только стал присутствовать на утренних пробежках, внимательно разглядывая мой тренировочный комплекс и чему-то задумчиво хмыкая. Впрочем, мне было не до него, я пыталась приобщить к разминке Ламбо, что довольно неплохо получалось, стоило ему услышать о возможности превзойти Реборна, как он тут же делал все требуемое, иногда даже излишне усердно. Ну и мало мне было этого, как внезапно начал странно себя вести Хаято! Вы не представляете, какой я шок испытала после того, как на следующий день, после беседы на крыше, тот на мое пожелания доброго утра с негромким вопросом о нашей базе и его комнате в частности, он дико покраснел и пулей вылетел из класса! И ладно бы так было один раз, но продолжалось всю неделю! Благо, у меня были и другие источники информации, которые и сообщили, что он согласен и на выходных готов переехать. Причем, парни категорично отказались от нашей с Киоко помощи, сказав, что все сделают сами. Пришлось пожать плечами и согласиться, все же это они могли в пятницу послать всех на хутор бабочек ловить, а у нас была репетиция! Причем, из-за того, что до лета осталось меньше месяца, нас напрягали в два раза больше! Правда, это не помешало мне в субботу, с утра пораньше, отправиться на нашу базу, в которой, по моим ощущениям, собрались все мои друзья, включая Кею, и сладко посапывали. Хотя чего я удивляюсь? Кто кроме меня может подняться в пять часов в выходные?

      Прибыв в дом и открыв двери своим ключом, первым делом я пошла на кухню. Во-первых, сама проголодалась и не отказалась бы от завтрака, а во-вторых, ребят тоже надо чем-то кормить. Благо, Киоко заранее позаботилась о холодильнике, предупрежденная, что эти выходные мы будем тут. Вернее, я буду приходить и уходить, все же Реборн никуда не делся, пусть и дал чуть больше свободы, а они могут и пожить. Именно поэтому, открыв холодильник, я задумалась, уж очень выбор был обширным, но в итоге победили французский омлет-конвертик с начинкой из ветчины, сыра и зелени, а так же горячие тосты, зеленый салат и кофе, для желающих чай. Ничего сложного, готовится быстро и запах идет замечательный! На который и вышел Хаято, за ним походкой зомби шел трущий глаза Рёхей. Непривычное зрелище, скажу я вам, обычно он бодрячком с утра, но видимо вчера, они легли поздно.

      — Доброе утро! — здороваюсь с первым из парней, что пересек порог кухни и с улыбкой поворачиваюсь в сторону двери, чтобы успеть засечь, как у Хаято идет кровь из носа и он падает прямо на сонного Рёхея.

      — Хии? — изумленно вырывается у меня, и я зажмуриваюсь, слыша дикий грохот с последовавшей за этим руганью. — Вы в порядке?

      — Частично! — мгновенно сообщает братишка. — Ты чего творишь, осьминожья башка?!

      — Тебя это не касается, газон-трава! — рыкнул на него Хаято.

      — Что?! — возмущенно взвыл Рёхей.

      — Ха-ха, во что играете? — звучит насмешливый голос Такеши, который тут же нарисовывается на пороге кухни. — Пахнет вкусно.

      — Ты что-то сказал, бейсбольный придурок? — две руки хватают вырвавшегося вперед Ямамото и мне слышится звуки борьбы.

      — Ребята, завтрак готов, — пытаюсь решить дело миром, но получается слабо, меня просто напросто игнорируют и грызутся между собой, мешая друг другу встать. — Ребята!

      — Травоядные, вы мешаете мне пройти, — кучка мала мгновенно распалась и перед возникшим в проходе Кеей образовался свободный коридор.

      — Доброе утро, — из-за спины Хибари выглянула Киоко.

      — Доброе, — киваю я и отхожу из прохода, освобождая путь ледоколу имени Хибари Кея.

      — Ни-сан, а ты почему на полу? — моя подруга с интересом склоняется над Рёхеем, при этом не забывая ехидно коситься на остальных.

      — Изучают закон всемирного тяготения, — подаю я идею, попутно выставляя еду на стол. — Только вместо яблока, используют себя.

      — Ты ЭКСТРЕМАЛЬНО не права, Еши! — оскорбился Рёхей. — Это все…

      — Травоядные! — любые попытки оправдаться перебивает ледяной тон Кеи. — На тренировку живо!

      — Пусть позавтракают, — осторожно прикасаюсь к чужой руке и заглядываю в глаза. — Потом разминка, а после пусть тренируются. Только извини, но я с Киоко займем додзе, я своим сказала, что мы танец репетировать будем, уверена нас проверят.

      — Хорошо, — недовольно сверкает на меня глазами Хибари. — Травоядные, вы слышали?

      — Да-да, — звучит голос Такеши и невнятное мычание со стороны, если я правильно поняла, Хаято. Мда… чувствую, на тренировке им всем будет весело, нужно подсластить пилюлю.

      — Думаю, свободный часик у меня есть, — негромко замечаю я, смотря, как входящие Такеши и Рёхей облегченно вздыхают. — Хочу проверить, насколько поменялось мое пламя, поможешь?

      — В полный контакт? — в голосе Тучки откровенно прослеживается интерес.

      — Конечно, — киваю, хотя и не испытываю никакого желания драться, но надо.

      — Согласен, — короткий ответ и Кея полностью сосредотачивается на завтраке, а вот я так не могу. Мне очень интересна реакция Хаято, да и поведение, что он демонстрирует последнюю неделю уж очень странное! Обо мне уже такие слухи ходят, что я не знаю, плакать или смеяться! Интересно, кто и что ему наболтал?

      Продолжение следует…

Глава 30. Бьянки

      Тренировки с Кеей всегда были увлекательным, но от этого не менее опасным занятием. Порой я сама не могла понять, когда чувство опасности отступало, и я оказывалась охваченной азартом. Впрочем, подобное мной ощущалось только тогда, когда из чужих движений уходило желание убивать, что с Хибари бывало не часто, вернее, я сама не часто до того момента могла продержаться. Все же Кея был силен, очень силен, и нет ничего удивительного, что в девяти из десяти спаррингов (настоящих, а не ограниченных условиями и временем) он стопроцентно выигрывал, а один мне удавалось сводить в ничью. Правда, иногда, очень редко и в виде исключения, мне удавалось победить, хотя и с большими потерями. Ну, а сегодняшняя тренировка явно не относилась к этим самым исключениям, зато и не было смысла вырубать меня сразу, поэтому Кея просто развлекался, гоняя меня по всему тренировочному полигону, заставляя выжимать из своего Пламени максимум. Итог: пара трещин ребер и куча гематом у меня, у Кеи подпалены брови и немного пострадали волосы, но в целом мое Пламя ему не вредило, как и прежде. Оба повреждения Тучка получил случайно, брови я подпалила в самом начале, когда он заблокировал мой объятый Пламенем кулак тонфа, а волосы я ему укоротила уже в самом конце, когда достала ножи, пропитала те Пламенем и попыталась подправить ему личико. Преуспеть не преуспела, зато подкорректировала причесон, пусть и не сильно. Однако это были единственными моими успехами, в остальном меня в буквальном смысле раскатали по полу.

      — Никакого прогресса, Зверек, — с невозмутимым видом убрав тонфа, сообщил этот… этот нехороший человек!

      — Ты не прав, Кея-кун, — негромко перебил его голос Тсуеши-сана. — Она стала на одну стотысячную быстрее и Пламя почти полностью оформилось. Ураган с маленькой Грозой, стали неплохим приобретением. Не правда ли, химе?

      — Доброе утро, Тсуеши-сан, — мрачно зыркаю на второго нехорошего человека, который настолько непринужденно потоптался по моему самолюбию. Интересно, сколько времени он стоит рядом с ребятами и наблюдает? Впрочем, без разницы, он в любом случае выскажет свое мнение. — Вы определенно правы, я получила неплохого друга и отото.

      — Я не о том, химе, — хмыкнул мужчина, подходя поближе и с исследовательским интересом рассматривая мое побитое тельце. — Твое Пламя стало плотнее, ты почти ожила.

      — Я и не умирала полностью, — недовольно фыркаю и соскребаю себя с пола. Тело ноет, но не настолько сильно, чтобы я продолжала разлеживаться, в конце концов, и похуже тренировки бывали, поэтому мне грех жаловаться. — Однако вы правы, я чувствую себя лучше.

      — Конечно, — кивнул Тсуеши-сан. — Жаль, что ты упорствуешь и не хочешь сама поговорить с Реборн-сама.

      — Мне нечего ему сказать, Тсуеши-сан, — качаю головой, не желая возвращаться к бессмысленному спору вновь.

      — Твое право, — не стал настаивать мужчина. — Лучше скажи, что ты думаешь насчет своего Урагана.

      — Разрушительная сила велика, но скорость ни к черту, — флегматично замечаю я. — Меня сложно назвать сильной, но даже без Пламени я выиграю за пару минут. Он слишком надеется на динамиты, боец средних дистанций, есть зачатки рукопашных навыков, но не более, про стрельбу не знаю, но вряд ли намного лучше. Правда и проверить не получится, в Намимори не прижился пейнтбол, поэтому в стрельбе мы все нубы.

      — Хм… — прозвучал задумчивый хмык со стороны Кеи.

      — Ну, может и не все, но возможности обучения у нас нет, как и проверки, — поправляюсь, кидая недовольный взгляд в сторону Тучки.

      — Неплохо, — согласный кивок от отца Такеши и он уточняет. — Что будешь делать?

      — В обучении рукопашному бою пусть Кея старается, — пожимаю плечами. — Меня Хаято ударить не сможет, как и защититься.

      — Джудайме! — послышался с нотками возмущения выкрик, но продолжить он не успел.

      — Ты хочешь сказать, что ты лучше меня, Зверек? — ласковым голосом перебил его Хибари.

      — Нет, я слабее, — абсолютно честно отозвалась я. — Просто ты сам знаешь, как я действую на вас. Со мной ни Такеши, ни ни-сан нормально тренироваться не могут, как, впрочем, и Тсуеши-сан, хотя он и в меньшей степени.

      — Я займусь им, — кивнул Кея, показывая, что принял мои объяснения.

      — Только без переломов и прочих радостей, — предупредила я, краем глаза замечая, что Хаято удерживает Рёхей.

      — Лечащее травоядное тут, не вижу проблемы, — равнодушно сообщил мне Хибари, нисколько не озадаченный тем, что бедный Гокудера уже синеет от стальных объятий братишки.

      — Мы будем наверху и можем не успеть, — осторожно замечаю я.

      — Ну-ну, не спорьте, — вмешался Такеши. — Уверен, семпай учтет твои просьбы, Еши. К тому же не забывай, что нас трое, значит, времени каждому уделяться будет меньше.

      — Травоядное, — с откровенной насмешкой заметил Кея и у меня вырвался обреченный вздох. Впрочем, я прекрасно понимаю, что Хибари их не убьет, уж что-что, а силу ударов он рассчитывать умеет, не говоря уже о том, что обладающие Пламенем выносливее и крепче обычных людей. Однако это не меняет того факта, что у Тучки немного садистские методы учебы.

      — Ладно, делайте что хотите, но без смертельных случаев, — устало произношу я, слыша сдавленный кашель Хаято, которого все же отпустил Рёхей. Ну, хоть не ругается как портовый грузчик и то, ладно. — Мы с Киоко будем наверху, обед как обычно, постарайтесь не опаздывать.

      — Это уже как получится, — ухмыльнулся Кея и я обречено поднимаю глаза к потолку, но не замечаю там ничего примечательного и возвращаюсь к нашим бар… проблемам.

      — Тсуеши-сан, вы останетесь тут? — поворачиваюсь к мечнику, который заинтересованно смотрел на то, как я раздаю команды и не вмешивался. Вот это я понимаю учитель! Пришел, парой фраз подтолкнул, но не мешает, хотя и готов в любой момент поправить!

      — Пара часов у меня есть, — кивнул отец Такеши с интересом оглядываясь на ребят. Впрочем, его сложно винить, уж очень Хаято импульсивен и сейчас лезет доказывать, как Рёхей был не прав. Зря. Они оба достали Киоко. — Займешь додзе?

      — Нам нужно тренировать танец, поэтому — да, займу, — пожимаю плечами в ответ, отводя взгляд от воспитательного процесса, помощи там все равно не надо. — Присмотрите и… научите?

      — Конечно, — соглашается Тсуеши-сан. — Я поясню ему, как пробудить Пламя, но результат будет зависеть от него.

      — Спасибо, — благодарно кланяюсь и поворачиваюсь к злющей Киоко, рядом с которой сидят двое провинившихся и держатся за животы. — Киоко, их уже не переделать, лучше подлечи меня. Кея не сдерживал удары и мне пару раз прилетело по ребрам.

      — Перелом? — тут же всполошилась подруга, полностью забывая про распростершихся у нее под ногами парней.

      — Нет, трещины, — довольно спокойно смотрю на подлетевшую подругу, на руках которой уже плясали золотистые огоньки. Благо, одежда у меня была не плотная и снимать ее для лечения необходимости не было.

      — Да, ничего серьезного, ребра я подлечу, — согласно кивает она. — Пошли.

      Меня хватают за шкирку и утаскивают из тренировочного полигона, остается только помахать ребятам рукой и пожелать успехов… с тонной удачи, уж она-то им точно пригодится. Впрочем, я недолго о них думала, уж очень моя подруга сегодня энергичной оказалась. Вытащив меня из полигона, пинками погнала в душевую, помогла наложить плотную повязку на ребра, попутно пошаманив над ними с помощью Пламени и потянула на тренировку танцев с вейлами. Ну, а дальше обед и ужин по расписанию, а между ними тренировки и помощь Тсуеши-сану. Это меня настолько замотало, что я забыла даже уточнить, почему Хаято утром кровью истекал! Потом уже не истекал, кажется, он даже вкуса еды не чувствовал. Впрочем, я его понимаю, сама первые пару месяцев после начала тренировок с Кеей ходила на автопилоте, отсыпалась во время занятий, благо, пост главы школьного совета это позволял. Кстати, это при том, что Тучка, по его словам, меня жалел! Хотя, я ему не верю, но благоразумно помалкиваю об этом, а то с него станется доказать мою неправоту и свое великодушие. В общем, зачем мне лишние проблемы? Хватает маленькой и солнечной, других не надо. Мда… а они будут, если я сейчас не соберусь и не уйду домой, все же шесть вечера. Не темно, конечно, но задерживаться больше не стоит, особенно если учесть то, что я забыла о Ламбо! Правда, матушка обещала его чем-нибудь занять, вроде она в центр собиралась и сказала, что возьмет малыша с собой, но все равно совестно, я должна быть более ответственной.

      — Тсу-чан, может, останешься? — осторожно уточнила у меня Киоко.

      — Нет, мне надо домой, — отрицательно мотаю головой.

      — Я тебя провожу, — рядом появляется Такеши с Рёхеем, но выглядят они не важно, кажется, их даже шатает.

      — Не стоит, — отрицательно качаю головой, — вы слишком измотаны, да и сейчас не поздно, я порой с танцев позже возвращаюсь! К тому же вы себя видели? Вы же потом назад не дойдете!

      — Тсу-чан права, — недовольно качает головой моя подруга, смотря на держащихся за стенки парней.

      — Извини, — хором выдыхают братишки.

      — Да, что там! — отмахиваюсь от них, а то я не знаю, что кое-кто оторвался на них за пару недель бездействия! Да, я им благодарна должна быть, что они от меня Кею отвлекли, мне хватило того, что с обеда и до ужина за нами с Киоко Реборн подглядывал, не хватало еще попасться. — До завтра!

      — Удачного пути, — донеслось мне в ответ.

      — Зверек, — едва я подошла к калитке, как меня окликнул Кея. Удивленно поднимаю голову и вижу, что тот небрежно сидит на окне. Хм… а разве это его комната? Впрочем, спросить я не успела, тот продолжил. — Будь осторожна по пути домой.

      — Э? — изумленно вскидываю бровь, но подробностей никто мне сообщать не собирается, вместо этого, Хибари просто исчезает с подоконника, а мне ничего другого не остается, как пожать плечами и последовать к выходу, мысленно костеря аномально жаркую погоду в этом году. Впрочем, лето уже не за горами, поэтому ничего удивительного.

      Устало вздыхаю, когда понимаю, что прошла всего полпути, а пить хочу неимоверно. Это называется полцарства за бутылку воды! Даже жаль, что поблизости нету автоматов или магазинчиков, а то я бы купила себе чего-нибудь холодненького, воды или мороженного, но чего нет, того нет. Хотя… будем прокачивать фантазию! Представляем на ходу, что вокруг меня комфортная температура… От откровенного бреда, что начал заползать в мой мозг, меня отвлек негромкий звонок велосипеда и буквально взвывшая интуиция. Удивленно начинаю оглядываться по сторонам, не понимая, что ей могло не понравиться и, видя перед собой только фигуристую девушку, лет на пять старше. Кстати, странно, она остановилась неподалеку и медленно сняла мотоциклетный шлем… интересно, а зачем он ей на велосипеде-то? Впрочем, не важно! Вот она сняла шлем, показывая вполне симпатичную мордашку, а после завлекательно улыбну… это она мне?! Я не такая!

      — Можешь попить, если хочешь, — мне прилетает открытая банка газировки и незнакомка едет дальше, пусть уже и без шлема.

      Провожаю ее ошалелым взглядом и не знаю, что делать с кинутой мне банкой, урн-то поблизости нету, а пить что-то из рук человека, который заставляет материться мою интуицию? Ну-ну, я, конечно, бываю неадекватной, но не до такой же степени! Однако это не изменит того, что урн поблизости нет, значит, придется тащить эту гадость до ближайшей… додумать мне не дала сама банка, которая внезапно стала дико горячей и я тут же отшвырнула ее от себя подальше. Попала в забор на другом конце улицы и потрясенно наблюдала, как вытекающая из баночки «водичка» растворяет каменную кладку, стекает на асфальт и его тоже растворяет! Это чем таким меня хотела попотчевать та дамочка? А если бы она подобное при Ламбо провернула? Он же бы точно на халяву эту гадость попробовал! Убью тварь! Причем, я знаю кто мне в этом поможет, Кея же не зря предупреждал, хотя нет, не буду пока звонить ему, стоит потрясти Реборна, наверняка его проделки. Кстати, не дай Ками-сама я права в своих догадках…!!!

      — Реборн! — в дом я буквально влетаю, швыряю обувку, как придется и мчусь в сторону своей комнаты, чтобы застыть в дверях, как соляной столб. Это подобие репетитора сидело на моем столе и было облеплено жуками-носорогами и ухмылялось! Выглядит это… отвратительно! — Это что?

      — Эти ребята мои летающие помощники, — невозмутимо сообщил мини-киллер и с него слетела стайка жуков, вылетая в приоткрытое окно. — Они собирают для меня информацию.

      — Правда? — ко мне возвращается утраченное спокойствие, но практически тут же пропадает. — Хотя не важно! Реборн, ты опять меня в свои игры втравливаешь? Ты бы хоть о последствиях заду…

      — Бьянки в городе, — все так же невозмутимым голосом перебивает меня мини-киллер.

      — Бьянки? — удивленно переспрашиваю я, недоумевая, почему интуиция зацепилась именно за это имя. — Кто это?

      — Моя бывшая напарница, — невозмутимо сообщил Реборн.

      — Хэээ… — задумчиво протягиваю я, ощущая смутное беспокойство и, подчиняясь интуиции, уточняю. — И что мне от нее ждать?

      Вместо ответа мини-киллер закрывает глаза шляпой, и я готова поклясться он ухмыльнулся! Впрочем, он это сделал без привычного ехидного хмыканья, поэтому я не уверена. Однако уточнить мне не дали, раздается звонок в дверь и я слышу голос той велосипедистки, которая сообщает, что доставила пиццу. Кажется, теперь я знаю, кто такая Бьянки и что от нее ожидать. Так Наны с Ламбо дома нет, иначе бы они уже прибежали узнавать почему я так себя повела придя домой, значит, открывать мне. Хорошо.

      — Пойду, посмотрю, кто там такой умный, — нехорошо прищуриваюсь, напрочь забывая о привычной маске в меру глупого ребенка. — Реборн, ты же не заказывал пиццу?

      — Нет, — на меня смотрят внимательные черные глаза, но мне все равно, эта гадина меня разозлила.

      — Значит, я не ошиблась, — киваю сама себе и отправляюсь в сторону лестницы, попутно не забыв заглянуть в кладовку, где матушка ставит ведра (да и вообще пустую, не часто используемую тару) и бутыли с водой для цветов. Безжалостно опустошаю в одно большое ведро две пятилитровые бутыли и чисто на упрямстве тащу его к двери. За всем этим следит Реборн, но не вмешивается и даже не комментирует. Ну, хотя бы за это спасибо.

      — Откройте, доставка пиццы Вонгола! — дверь начинает ходить ходуном от сильных ударов, и я тороплюсь успокоить буйную дамочку.

      — Сейчас-сейчас, подождите секунду! — ведро ставлю рядом и резко открываю замок. Дверь распахивается следующим ударом и я вижу, что внутрь заходит моя давешняя знакомая, только теперь уже не в удобных штанах, а мини-юбке, и надевает противогаз, собираясь открыть подарочек. Ну уж нет! Безжалостно окатываю ее целым ведром воды, в результате, пиццу вырывает у нее из рук и та, некрасиво перекувыркнувшись через ее левое плечо, шмякается на нашу дорожку. Секунда и сверху падают вороны.

      — Ты…! — взвилась девушка, но как-то замялась, натолкнувшись на мой недружелюбный взгляд. Впрочем, это задержало ее ненадолго, в следующую секунду в ее глазах появился, ну очень нехороший огонек и я напряглась, кто знает, какие еще сюрпризы у нее в кармане имеются?

      — Чаоссу, Бьянки! — передо мной выскакивает Реборн, полностью игнорируя то, что мокрая майка девушки начинает просвечивать и липнуть к ее телу. Мда… предложить ей что ли вытереться? Хотя с какой стати? Она меня убить пыталась!

      — Реборн! — угроза из взгляда и позы исчезла мгновенно, передо мной стояла влюбленная школьница! Однако… ощущения опять же какие-то двойственные! Вроде и правда влюблена, но не в мелкого же? Это же педофилия чистой воды! И не важно, что по сути Реборн взрослый, тело-то детское! — Я приехала, чтобы забрать тебя. Давай выполним какую-нибудь сложную миссию вместе, Реборн!

      — Я же тебе уже говорил, моя задача вырастить Тсуну, — довольно жизнерадостно отозвался маленький прохвост.

      — Бедный Реборн. Однако если Джудайме будет убит… вернее, если его убьют… — начала было Бьянки, но мне надоело изображать из себя мебель.

      — Не советую мне угрожать, — спокойно сообщила я, холодно прищуриваясь. — Я не настолько беспомощна. Кстати… — добавляю в голос льда, — если из-за твоих действий пострадает кто-то из моих близких… — резкий рывок вперед и я оказываюсь вплотную к ней, позволяя выглянуть из своих глаз памяти о той пустоте, что еще живет во мне, — смерть тебе покажется избавлением.

      — Посмотрим, — высокомерная усмешка кривит ее губы, но я успела заметить мелькнувший в чужих глазах страх, а после она уходит. Правда, почему-то мне кажется, что в следующий раз подобный трюк не пройдет.

      — Реборн, кто эта дамочка? — провожаю взглядом Бьянки, а после перевожу взгляд на оставленную на дорожке пиццу. — Кстати, будь другом, убери оставленную ею гадость, а то у меня противогаза нет, зато твой Леон его вполне заменит.

      — Это моя любовница, — даже не пытаясь сдвинуться с места, сообщил мне мини-киллер.

      — Тогда тем более тебе прибирать, — равнодушно сообщила я. — Потом с тебя подробности, должна же я знать, какую гадость мне готовит судьба?

      Продолжение следует…

Глава 31. Миура Хару

      Рассказ Реборна о Бьянки был достаточно короток и полон абсурда, правда, кое-что полезное для себя я выловила. К примеру, эта дамочка отравительница, причем талантливая, но это было и так понятно из ее действий. Мини-киллер посоветовал стать осторожнее и внимательней к еде, но подобные выводы я бы и без него сделала. Впрочем, куда больше меня озадачило то, что меня приняли за смазливого пацана-малолетку! Нет, я понимаю, что безразмерная футболка и такие же шорты не лучшая одежда для девушки, но это не повод так ошибаться! Хотя… если это проделки Реборна, в чем я не сомневаюсь, он мог специально ввести ее в заблуждение, да и последнее время, точнее с момента приезда мини-киллера, я хожу только в такой одежде, которая практична и удобна для бега с драками. К сожалению, в такую категорию входят, либо мужская, либо условно мужская одежда, никакой одежды в облипочку или юбок, все сплошь функциональное, скрадывающее фигуру и не стесняющее движений. Естественно, при таком раскладе я похожа на излишне смазливого мальчика с косичкой, причем, которому еще и десяти не исполнилось, ибо я была даже ниже Киоко! Хотя и не на много, но сам факт! В общем, все абзац!

      Закончив разговор с Реборном я пошла созваниваться с Киоко, надеясь на поддержку. Правда та, услышав мои стенания и объяснения вместо того, чтобы меня утешать, начала откровенно ржать, по-другому ее завывания и всхлипы в трубку назвать было сложно. Желание оскорбиться на подобную реакцию было страшным, но я себя сдержала и не зря, успокоившаяся подруга предложила завтра пойти лечить нервы. Иными словами, мы с ней и Ламбо, должны были пойти гулять и есть сладкое, тем более, нам все равно надо было прикупить кое-что на понедельник. Кстати, хорошо, что она напомнила! Я совсем забыла про урок домоводства и то, что мы там будем делать пирожные! Естественно, продукты покупать приходилось за свой счет, не все, конечно, но все же та же клубника или сливки не хранятся долго, поэтому их закупают учащиеся. Многие могут забыть, но неподалеку от школы есть магазинчик с таким товаром, хотя он и дорогой. Впрочем, нам с Киоко это не грозит, ибо мы вспомнили заранее, только вот покупки оставим у нее, а то у меня все Ламбо съест. Чисто из вредности, просто потому что захотелось и чтобы Реборну не досталось.

      — Ты слишком спокойна, — стоило закончить обговаривать детали с Киоко, как рядом появился Реборн, который с откровенным удовольствием потягивал из кружки кофе.

      — Психовать уже поздно, — пожимаю плечами и укоризненно смотрю на кружку в его руках. — К тому же, ее отрава слишком заметная.

      — Она просто не принимает тебя всерьез, — с откровенным удовольствием и какой-то театральностью малыш подносит к губам чашку с кофе и делает глоток. — Будь все так просто, ты бы уже была мертва.

      — Реборн, я не вижу смысла бегать и рвать волосы, — пожимаю плечами и припоминаю последний год младшей школы. — В конце концов, у меня большой опыт борьбы с отравительницами.

      — Хм…? — удивленно посмотрел на меня мини-киллер.

      — В конце младшей школы, — кривлюсь и продолжаю, — за мной устроили настоящую охоту, за два последних семестра более двух сотен попыток отравить, толкнуть с лестницы, поставить подножку или еще как-нибудь навредить со стороны девочек. Со стороны мальчишек и того хуже, мы с ка-чан перестали вывешивать белье сушиться на улице, ибо его таскали с завидной регулярностью, про попытки слежек или установки камер в душевых я вообще молчу.

      — Интересно… — задумчиво хмыкнул Реборн.

      — Угу, ты думаешь, я за Кею всеми конечностями просто так уцепилась? — фыркнула я. — Он же идеальный парень! Не достает, не лезет, куда не надо, за обеды благодарит, нижнее белье не ворует, камеры в душевых уничтожает сам, как и поставивших их, гулять с ним одно удовольствие никто не подходит знакомиться! В магазинах и вообще, обслуживают первыми! Сталкеров, что меня доставали ранее и тех больше нет! Согласись мечта, а не парень? Ну, а главное, психов, что могли попытаться отобрать меня с боем, тоже нет, а те которые все же находятся, быстро оказываются в больнице и отказываются от своих притязаний. В общем, Кея — золото! Я даже больше скажу, он животных любит, к детям относится нейтрально, просто прелесть…

      — Действительно, — как-то странно ухмыльнулся Реборн.

      — Эхх, ничего ты не понимаешь, — прикусываю язык, отвлекаясь от восхваления Хмурой Тучки, чего это я решила поразоряться перед мини-киллером? В конце концов, я же не виновата, что рядом со мной не так много нормальных парней! Вернее, их как бы вообще нет.

      — Конечно, — с ухмылкой согласился малыш. — Кстати, маман скоро придет, а я не ужинал.

      — Намек понят, — не сдерживаюсь, начиная хохотать и, подхватив довольного жизнью Реборна, отправляюсь на кухню. Благо, при наличии хороших продуктов, что-нибудь быстро сообразить на ужин не сложно. Именно поэтому я вполне справилась к приходу матушки и Ламбо, вместе с которыми и второй раз поужинала, а после отправилась помогать малышу разбирать купленные подарки. Мда… ну, что я могу сказать? Нана явно не жалела денег, но ориентировалась на мои детские вкусы, а они были весьма специфичны. Хотя нам определенно пригодится такое количество тетрадок с альбомами и разноцветных ручек, карандашей и фломастеров. Однако стоит еще докупить что-нибудь для развития, к примеру кубики, мячики и пазлы. Со спокойной совестью сообщаю об этом Нане и вижу, как она всплескивает руками, явно расстраиваясь из-за своего промаха. Приходится долго успокаивать и клятвенно обещать, что завтра, после обеда, я все равно иду гулять с Киоко, поэтому возьму Ламбо и дозакуплю недостающее. Фухх! На силу успокоила, зато получила полную свободу действий на завтра.

      К моему дикому расстройству, утро наступило неоправданно быстро, однако у меня не было ни одной причины, чтобы поваляться в кровати подольше, поэтому я поднялась и отправилась выполнять привычные действия: бег, душ, завтрак. Единственное отличие, душ и завтрак у меня опять был не дома, а на нашей базе, но это меня не расстраивало. Правда, пришлось пройти очередную тренировку с Кеей, а после и с Киоко, но это не страшно, мы освободились к обеду и, немного пообщавшись с полумертвыми от усталости ребятами, помчались ко мне домой. Ради такого случая, я даже приоделась, надев один из сарафанчиков, а не шорт с футболками и, прихватив Ламбо, мы отправились за покупками. Кстати, удивительно, но несмотря на то, что мы по пути на остановку встретили Бьянки, она меня не узнала! Просто прошла мимо! Мда… теперь я все больше и больше убеждаюсь, что во всем виноват Реборн! Дико хочу его придушить, но пока нельзя, а жаль…

      — Еши-не, я хочу мороженого! — едва мы оказались в торговом квартале, как Ламбо мгновенно активизировался.

      — Конечно, — смысла отказывать я не видела, тут же подходя к ближайшему прилавку с лакомством и покупая ему большой рожок с целой кучей добавок. Про нас с Киоко тоже не забываю, но мы берем порции поменьше, да и попроще.

      Впрочем, долго подобное спокойствие не продлилось, вскоре поход по магазинам превратился в сплошное — хочу это, хочу то, но у меня еще с прошлой жизни был иммунитет к подобному и я купила только то, что собиралась, плюс пару мягких игрушек сверху и кучу сладостей. Правда, по моему бюджету это ударило не сильно, накоплений у меня было достаточно, да и у нас была ограниченная грузоподъемность, поэтому покупок было не так уж и много. Это искренне расстроило Ламбо и вполне устраивало меня, хватит уже того, что я на разные вкусняшки потратила карманные деньги на месяц вперед! Не было бы у меня отдельного заработка, я бы разорилась! В общем, прогулка оказалась достаточно плодотворной, а главное длительной, как результат, в автобусе Ламбо быстро заснул и домой мне пришлось нести его на руках. Благо, на остановке мне встретился Кусакабе с ребятами из ДК, которые благородно отобрали у нас пакеты и проводили домой. На чай не зашли, но мы не слишком расстроились, остаток дня проведя в болтовне и подготовке домашнего задания. Ну, а после Киоко ушла домой в сопровождении помятого Рёхея, что передал мне приказ просьбу Кеи прийти пораньше, какое-то дело у него ко мне есть. Поблагодарила братишку за доставку сведений и попутно всучила ему в руки все, что мы купили для урока домоводства. Тот на автомате взял сумки и, попрощавшись с моей матушкой, ушел вслед за своей сестрой. В общем, очередной тяжелый день закончился и слава Ками-сама, что без особых последствий!

      Утро понедельника началось здорово! Я получала искреннее удовольствие, пробежавшись по утреннему холодку и проведя небольшую разминку вместе с Ламбо. Завтрак был еще лучше, ничто не взрывалось и никто не плакал, оба малыша друг друга игнорировали, что случалось крайне редко и вообще было необычным. Все же в другие дни, я едва успеваю отвлечь Ламбо от Реборна, иначе все заканчивается слезами и увечьями малыша Бовино. Сегодня же мой маленький братец был слишком занят и стремился как можно быстрее съесть все и побежать распаковывать купленные вчера игрушки.

      — Не волнуйся, я за ним присмотрю, — заметив, каким взглядом я провожаю Ламбо, с мягкой улыбкой произнесла матушка.

      — Спасибо, — облегченно вздыхаю и встаю, чтобы помыть и убрать за собой посуду. Пара минут и я уже готова к выходу. — Я пошла.

      — Счастливого пути, — доносится мне вслед, и я выхожу за калитку, правда, меня напрягает Реборн, что следует за мной по забору. Интересно, зачем он пошел со мной? Обычно же наблюдает тайно!

      — Реборн? — вопросительно кошусь в сторону вышагивающего мини-киллера.

      — Чего тебе? — невозмутимо уточняет он.

      — Зачем ты провожаешь меня в школу? — осторожно интересуюсь я. — Еще же слишком рано и кроме Дисциплинарного Комитета там никого нет!

      — Не важно, — прозвучал ответ.

      — Делай, что хочешь, — обреченно вздыхаю, внезапно ощутив чье-то внимание. Однако оно не несло в себе враждебности, поэтому я просто-напросто проигнорировала звоночки интуиции, а зря. Иначе бы я не удивилась так сильно, когда на встречу Реборну, идя так же по забору, выползла странная девчонка, одетая в форму средней школы Мидори.

      — Привет! — остановившись прямо напротив мини-киллера заявила она, причем взгляд у нее был странный, я бы сказала даже влюбленный! Ками-сама, я думала вокруг меня одни парни-маньяки, но девочки и того хуже! Одна Киоко и Хана-чан нормальные, хотя это тоже спорный вопрос…

      — Чаоссу! — ни мгновения не сомневаясь, поздоровался Реборн и я решила просто понаблюдать, надеясь, что эта девочка не из буйных.

      — Меня зовут Миура Хару, — сложив руки в молитвенном жесте, произнесла школьница.

      — Я тебя знаю, ты живешь в этом доме, да? — мини-киллер тыкает пальцем в особняк, возле которого мы остановились, а я мгновенно скисаю. Ну, а что? Кто хотел бы узнать, что живет всего-то в нескольких улицах от потенциального психа? Хотя… может я все-таки ошиблась и она нормальная?

      — Давай дружить? — согласно покивав на вопрос о своем месте жительства, попросила ребенка она.

      — Хорошо, — мгновенно согласился Реборн, а у меня дернулась бровь. Не нравится мне такой простой ответ, слишком хорошо я знаю, что тот ничего просто так не сделает! Впрочем, сосредоточиться на этой мысли мне не дала эта Хару, которая стала падать с забора.

      — Ха-хи, — восторженный писк и она совершает довольно красивый переворот в воздухе. Хм… сразу видно систематические занятия в гимнастическом кружке, хотя пару ошибок я все же заметила, но больше всего меня убило другое. Мне вот интересно, она специально повела себя так, чтобы продемонстрировать Реборну нижнее белье или это она для кого-то еще старалась? Хотя тут кроме нас троих никого вроде и нет.

      — Неплохое сальто, — сдержанно заметила я.

      — Спасибо, — небрежный кивок в ответ и она вновь поворачивается в сторону Реборна, смотря на того блестящими глазами и с придыханием начинает говорить. — Может это немного неожиданно, но можно мне тебя обнять?

      — Хиии??? — изумленно смотрю на вторую встреченную мной за неполные двое суток педофилку. Хотя странно это, не похожа Миура на таких, каким однако может быть обманчивым первое впечатление… и ведь интуиция на этот счет молчит…

      — Я не позволю тебе так легко ко мне коснуться, — важно заявил Реборн и достал непонятно откуда пистолет. — Потому что я киллер.

      — Тебе не надоело? — задаю в общем-то риторический вопрос и едва успеваю уклониться от удара, что попыталась нанести мне Хару. Правда, рефлексы на то и рефлексы, чтобы срабатывать быстрее мозга, поэтому я не просто отшатываюсь от пощечины, а хватаю ее за руку, заставляя сделать шаг и развернуться ко мне спиной, заломив руку. — Что ты творишь?

      — Ты урод! Чему ты его учишь?! Техникам убийств?! Ты же его старший брат, как ты можешь?! — взвилась Миура, которая видимо, приняла меня за мальчика. О, Ками-сама, за что? Кажется, я начинаю понимать, зачем одна хмурая пакость мне вручила мужскую форму. — Отпусти меня и я покажу тебе, как надо обращаться с детьми! — она начинает вырываться, но не особо успешно, все же меня Кея захватам учил, а у него не забалуешь. — С этими маленькими невинными ангелочками!

      — Первое, я не обучаю его никаким техникам, тем более убийств, — холодно замечаю я, перехватывая вторую руку этой бешенной идиотки и заламывая их еще сильнее.

      — Пусти! — вопль полный гнева, но никак не боли или понимания ситуации, меня раздражает. Похоже, меня даже не слушают, жаль.

      — Второе, я не его брат, он просто живет у меня в доме, — моя невозмутимость дает трещину, ибо эта дура пыталась меня лягнуть, благо, я успела уклониться.

      — Ты смеешь, плохо влиять на чужого ребенка?! — взвилась Хару, явно не понимая в какой ситуации находится. Мне интересно, у нее инстинкт самосохранения есть или он полностью атрофировался? Да и вообще, какая нормальная девочка подойдет к постороннему человеку и попытается его ударить? Ками-сама, а я еще говорила, что Кея странный, ибо любит избивать нарушителей дисциплины!

      — Еще одна попытка меня покалечить и я начну бить в ответ, — негромко, стараясь скопировать любимые интонации Хмурой Тучки, сообщила я и, о, чудо! Она замерла и перестала пытаться меня покалечить!

      — Третье, я отпущу тебя, но ты пообещаешь, что больше не будешь на меня нападать, — спокойно замечаю я, поняв, что кое-что до этой недалекой девочки дошло. — Не слышу ответа?

      — Хорошо, — неохотно отвечает она и, стоило ее выпустить, как она отскочила от меня подальше, заявив. — Ты ужасен! Я заберу у тебя Реборн-чана!

      — Не получится, — вмешивается названный.

      — Э? — удивленно смотрит на него Миура.

      — Моя задача сделать из Тсуны Дечимо Вонгола, — с интересом смотря на Хару, сообщил он. — Я не могу уйти пока не сделаю это…

      — Прежде, чем делать глупости, вспомни, что я могу и ударить в ответ, — прекрасно вижу ярость, которая обрела едва ли не зримое воплощение вокруг Хару, поэтому говорю холодно. Я не хочу ее бить, но и себе съездить по лицу не позволю!

      — Ужасно, — на меня смотрят полные гнева глаза, но повторить свой подвиг она не решается, поэтому подходит к Реборну и негромко говорит. — Пока!

      — Хм… — провожаю взглядом убегающую дурынду и поворачиваюсь к излишне довольному мини-киллеру. — Реборн, скажи, среди твоих знакомых еще много педофилок?

      — Ты о чем? — похоже, я смогла удивить эту вечно невозмутимую рожу, погордиться что ли? Впрочем, было бы чем!

      — Ну, ты себя в зеркале видел? — устало вздыхаю, продолжив движение дальше. — Ребенок ребенком, хотя суждения взрослые, но не более, а тут две довольно симпатичных девушки и обе по тебе сохнут. Скажи, как мне их еще называть? Ну, а главное, почему они считают, что я парень?

      — Кто знает, — с усмешкой пожимает плечами Реборн.

      — Ну, а все же, чем ты их смог привлечь, а? — вырвалось у меня довольно тоскливо. — Я понимаю, тебе бы на вид лет пятнадцать-двадцать было, но сейчас ты максимум вызываешь умиление и то, только у тех, кто тебя не знает. В общем, открой секрет такой популярности?

      — Техника ниндзя: соблазнение, — получаю важный ответ.

      — А, тогда понятно, — согласно киваю и отворачиваюсь. Не хочет говорить правду и не надо.

      — Не веришь? — немного возмущенно уточняет у меня мини-киллер.

      — Нет, радуюсь, что я к ней не восприимчива, — насмешливо сообщаю я и ускоряю шаг. Не хочу спорить, а приключений мне на сегодня уже хватило, да и Кея не любит ждать, что явно произойдет, если я не потороплюсь. В общем, нет у меня времени на подобные глупости!

      Продолжение следует…

Глава 32. Ссора

      До школы я добралась достаточно быстро, мгновенно заметив Кею, что стоял, небрежно облокотившись на школьную ограду возле открытых ворот. Рядом с Тучкой стоит Тетсуя-кун, который терпеливо ждет, когда Хибари дочитает что-то написанное в его планшете, кажется, парень даже не шевелится. Немного прибавляю скорости, но даже не думаю бежать, ибо знаю, как он подобное не любит. Да и ничего с ним такого не сделается, подождет! В конце концов, я девушка и имею полное право опаздывать на встречи… или мне это про свидания говорили? А, без разницы!

      — Доброе утро, Кея, Тетсуя-кун, — здороваюсь с мальчишками стараясь отбросить неприятные размышления куда подальше. Благо, Реборн исчез пару минут назад, поэтому удается подобное достаточно легко.

      — Доброе, Тсуна-сан, — Кусакабе мгновенно отмирает и старается даже приветливо улыбнуться. Смотрится это… устрашающе, но мне не привыкать, поэтому у меня даже бровь не дергается, когда я смотрю на его кривляния, все же парень старается, не стоит его обижать.

      — Что-то случилось, Зверек? — негромко интересуется Кея, отвлекаясь от прочтения бумажек и внимательно смотря в мою сторону.

      — Скажи, Кея, я сильно похожа на парня? — страдальчески сморщившись, интересуюсь я. С удивлением замечая, что у Тетсуи-куна отвисает челюсть, а у Тучки расширяются глаза.

      — К чему вопрос? — надо отдать Хибари должное, он быстро взял себя в руки, вслед за ним, вернул самообладание и Кусакабе. Жаль, что так быстро, уж очень они забавно выглядели.

      — Я за последние два дня встретила двух педофилок… — начала было я.

      — Кого? — от прозвучавшего в голосе Тучки льда, мне едва не поплохело, если бы я не чувствовала, что это относится не ко мне, постаралась бы сбежать, как можно дальше.

      — Ну, а как я должна называть девушек, которые влюбились в Реборна? — осторожно уточняю я.

      — Малыша? — с некоторым интересом, уточнил вмиг успокоившийся Хибари. — Тогда все нормально.

      — Кея, мне кажется, ты что-то от меня скрываешь, — подозрительно прищуриваюсь, ибо не понравилась мне его «все нормально».

      — Потом сама узнаешь, — равнодушно отозвался поборник дисциплины. — Продолжай.

      — Если отбросить детали, меня за выходные дважды с парнем спутали, — поняв, что в гляделки мы можем играть бесконечно, отозвалась я. — Оба раза девушки, вот я и спрашиваю.

      — Пф… — с ухмылкой отзывается Кея и отлипает от ограждения, направляясь в сторону входа в школу, попутно впихивая планшет в руки своего помощника. — Кусакабе, на тебе патрулирование.

      — Эй! — возмутилась я, рванув за Хибари следом. — Кея!

      — С парнем тебя спутает только слепой, — сообщил он, довольно резко затормозив, из-за чего я в печаталась ему в спину.

      — Можно было и не останавливаться так резко, ты же твердый, — отлипаю от его каменной спины и тру пострадавший нос. — Стоп! Что?

      — Я говорю, — насмешливо бросает обернувшийся Кея, — что тебя слишком сложно перепутать с парнем, уж очень мелкая и хлипкая.

      — Эй! — оскорбилась я на подобные сравнения. — Я не мелкая, а миниатюрная! Не хлипкая, а изящная!

      — Ну-ну, — хмыкнул Хибари. — Идем.

      — Куда? — сопя, как сотня сердитых ежиков, уточняю я.

      — В мой новый кабинет, Зверек, — флегматично сообщает он мне.

      — О, так его доделали? — восторженно уточнила я, а после, задумчиво добавила. — Кстати, что так долго? Там же максимум перестановку мебели сделать надо было!

      — Я не люблю, когда за мной следят, — коротко отозвался в ответ Кея, а до меня наконец-таки дошло, почему ремонт делали столько времени.

      — Кея, я тебя обожаю! — искренне сообщила я, краем глаза замечая, что услышавшие это подчиненные Тучки, аж запнулись, поэтому не удерживаюсь и добиваю их следующей фразой. — Ты исполнил мою мечту!

      — Я знаю, — он на мгновение обернулся, а в глазах мелькнули смешинки. Уж кто-кто, а Хибари прекрасно понял, что я имею ввиду совсем не то, что представили остальные. Все же Реборн переборщил, когда решил настолько плотно контролировать меня в школе, а я ненавижу, когда меня загоняют в рамки, особенно такие плотные. В этом мы с Кеей похожи и я рада, что смогу спрятаться от суеты и шума у него в кабинете.

      — Спасибо, — искренне улыбаюсь и отвожу глаза, тут же встречаясь с остекленевшим взглядом одного из архаровцев Тучки.

      — Травоядные, вам заняться нечем? — по школе мгновенно разносится ледяной голос Кеи и спустя пару секунд движение членов ДК возобновляется, правда, при этом они не забывают извиниться и поклониться нам обоим.

      — Пошли уже, — не выдержав, дергаю Хибари за рукав. Ну, надоело мне изображать из себя невесть что! Да и обновленную комнатку посмотреть хочется!

      Отвечать мне он и не думает, просто разворачивается и идет дальше. С огромным трудом подстраиваюсь под его быстрый шаг. Впрочем, он быстро понимает свое упущение и начинает идти медленнее. Мысленно радуюсь этому, все же за час до уроков в школе тишина и пустота, ощущения… не очень. Я, конечно, не верю в екаев и прочую дребедень, но все равно жутковато, ибо верю не верю, а тишина и прожигающий дыру взгляд Реборна заставляют испытывать незабываемые ощущения! Именно поэтому я стараюсь не отставать, хотя и особого страха не испытываю, но даже так, умудряюсь ловить на себе снисходительные взгляды Тучки. Его явно забавляет моя реакция. Ну и пусть! Все равно мы уже пришли и слава Ками-сама!

      — Ничего себе! — стоило Кее открыть передо мной двери в приемную, как я мгновенно застыла в восхищении. Нет, я понимаю, что кроме стен тут ничего не поменялось, хотя мебель определенно новая, приятного песочного цвета, в отличие от прошлой черной, но все же проделанная работа впечатляет. В кабинете еще пахнет краской и внимательный взгляд может заметить, что покрашены не только стены, но и пол с потолком, а окно во всю стену обеспечивает много света. Мне хватает одного взгляда, чтобы понять, что скоро этот кабинет обзаведется кадками с большими, но не требующими особого ухода цветами. Хм… стоит попросить о помощи Киоко, ибо покупать большие растения сразу уж очень накладно, да и обработка Пламенем делает их более стойким к паразитам и другим жизненным трудностям. — Кстати, а где все документы?

      — Соседняя кладовая расчищена и шкафы с бумагами убраны туда, — явно довольный моей реакцией отзывается Кея.

      — Тут была кладовая? — потрясенно поворачиваюсь в его сторону и понимаю, что зря задала вопрос, да и вообще, какая мне разница? Верно, никакой. — Впрочем, не важно, где мое рабочее место?

      — Журнальный столик тебе вполне подойдет, — хмыкнул Хибари.

      — Кея! — обиженно смотрю на него.

      — В прошлом кабинете тебя это устраивало, — насмешливо замечает он.

      — Новый кабинет, новые условия, — потребовала я.

      — Зверек, — он хмыкнул, а после все же пояснил. — Компьютер, принтер и стол, прибудут, сегодня до обеда и будут установлены в углу, — небрежный кивок в самый дальний угол. Вернее если стоять спиной к окну, то он по левую руку. — Думаю, этого достаточно.

      — Вполне, — довольно киваю и задумчиво смотрю на Тучку.

      — Говори уже, — хмыкает он.

      — Кея, как ты относишься к детям? — интересуюсь я и потрясенно смотрю, как у Хибари начинают округляться глаза.

      — Зверек, тебе нет шестнадцати, а мне восемнадцати*, — немного нервно заметил он.

      — Причем тут это? — я искренне не понимаю, отчего у Тучки такая реакция! Я же его не о возрасте спросила!

      — Зверек, я честный человек, — осторожно, смотря на меня, как на психа, отозвался он.

      — Я знаю, — согласно киваю. — И что?

      — Мои дети не могут быть бастардами, — твердо смотря мне в глаза, сообщает Хибари.

      — Полностью одобряю, дети должны расти в полной семье и знать своего то-сана, — растерянно поддакиваю я, начиная о чем-то смутно догадываться, но боясь поверить в свои предположения.

      — Тогда ты должна понимать, что тебе рано меня о подобном просить, Зверек, — важно изрек этот… этот извращуга! У меня даже слов не было, а он не стал останавливаться и продолжил. — Поговорим года через три, хотя к тому времени, возможно, моя помощь и не потребуется…

      — Идиот! — рявкаю я, перебивая, меня начинает в буквальном смысле колотить. — Я хотела тебя попросить помочь с тренировками Ламбо! Извращенец, чертов!

      Чувствую, что еще немного, и я одним криком уже не ограничусь, а устраивать в школе побоище и тем более демонстрировать Пламя, плохая идея. Именно поэтому резко разворачиваюсь и вылетаю из кабинета, громко хлопнув дверью, пока не натворила глупостей. Меня буквально трясет, причем даже не из-за того, что меня неправильно поняли, а потому что тактично послали! Урод! Я сама не горю желанием в тринадцать беременеть, а в четырнадцать рожать, но сам факт! Прибью скотину! Яду ему в еду подсыплю! Хотя нет, на голодном пайке месяц буду держать! Пока не извинится, кукиш ему, а не обенто! Разговоры только по делам ДК и все! Нет, да как он вообще посмел подобное подумать, а после ляпнуть?!

      — Йо, Тсу… — навстречу мне попалась вся наша честная компания.

      — Потом! — рявкаю я и пролетаю мимо них, мне срочно надо на крышу, развеяться, да и просто успокоиться, иначе я кого-нибудь покалечу. Все же даже у меня есть предел терпения, и к сожалению он настал. Слишком долго меня прессингуют, а тут еще от друзей такой подарочек!

      Выбиваю с ноги двери на крышу и вылетаю прямо на середину. Замираю и начинаю дышать глубже, стараясь погрузиться в медитацию. Получается хреново, но полчаса на крыше, когда меня никто не трогает, только пытаются понять по связи, что со мной случилось, и я готова идти на уроки. Нет, настроение по-прежнему ниже плинтуса, но теперь я хотя бы уверена, что никого не убью за косой взгляд… Ну, если это не Кея будет, но тот, похоже, понял свой косяк и даже не пытается ко мне приблизиться. Это он правильно, я еще не успокоилась. Мда… нужно будет после уроков заглянуть в бар к Тсуеши-сану, разговор с ним удивительно успокаивает нервы, да и кому мне еще на дибилизм парней жаловаться? Не матушке же? Она, конечно, хорошая, но там Реборн и я не смогу изливать душу при этом паразите! А с Тсуеши-саном достаточно просто посидеть и попить чай, очень успокаивает. Рядом с ним так же надежно и спокойно, как было с дедом… порой мне хочется назвать его отцом, но интуиция упорно шепчет, что он не оценит, слишком сильно в нем японское воспитание… Хотя, на мой взгляд, он достоин этого куда больше, чем Иемицу, которого даже праздничным папой назвать язык не поворачивается!

      — Тсу-чан? — на крышу выходит Киоко, но как-то не уверено, черт! Пора брать себя в руки. — Ты в порядке?

      — Все нормально, — согласно киваю и поднимаюсь с пола и отряхиваюсь.

      — Ты уверена? — без особой веры уточняет моя подруга и, получив мой кивок, уточняет. — Что с тобой случилось?

      — Кея со мной случился! — рыкнула я, вновь заводясь, но заметив откровенный испуг в ее глазах, заставила себя успокоиться. — Прости. Просто Хмурая Тучка сам того не понимая, наговорил гадостей. Хотя нет, он все прекрасно понимал! Идиот!

      — А, понятно, — растеряно кивает Киоко.

      — Все в порядке, правда, — стараюсь улыбнуться, но видя недоверие в чужих глазах, бросаю эту затею. — В порядке, но Кею я видеть не хочу.

      — Хорошо, — спорить со мной она не стала. — Пошли на урок?

      — Идем, — согласно киваю, первой отправляясь к выходу. Открываю двери и без особого удивления обнаруживаю там всех ребят. Обреченно вздыхаю, понимая, что сама виновата, надо было плотнее закрываться, но сил тогда не было. — Ребята, скоро урок, пошли.

      — Да, Еши/Джудайме! — прозвучал хоровой ответ и парни поднялись.

      Качаю головой, отправляясь в сторону наших классов первой, игнорируя попытки Такеши меня успокоить едва заметными всплесками Пламени. Мда… а ведь это первый раз, когда я настолько психанула, что меня его сила не успокаивает! Кажется, даже наоборот, я чувствую еще большую злость. Впрочем, он быстро понял свою ошибку и отступил. Хотя не он один, остальные ребята тоже меня не трогали. Да, что там! Меня и Реборн не доставал! Только иногда я засекала его внимательный взгляд и все. Видимо они решили дать мне остыть и уже после пристать с расспросами. Однако, меня это вполне устраивало, хотя состояние дзена никак не наступало. Черт!

      В общем, на урок домоводства, что был последним перед большой переменой, я шла в откровенно скверном настроении, но с надеждой, что готовка меня успокоит. Ничего подобного! Нисколечко не успокоило. Хотя я и умудрилась ничего не испортить! Правда, бисквитное тесто весьма сложно испортить, как и взбитые сливки. Впрочем, их готовила поставленная мне в пару Киоко, зато клубнику резала я. В итоге у нас получился небольшой, но красивый тортик, который я разделила на две части, одна моя, другая для моей подруги. Не знаю, как она, а вот я мстительно разрезала свою половину на четыре части. Самая маленькая, мне на пробу, а остальное на тарелочки и каждую лично в руки отдам ребятам. Иными словами, я вручу это Такеши, Рёхею и Хаято, а вот Кея пусть обломится!

      — Тсу-чан, а почему ты отложила всего три кусочка? — удивленно поинтересовалась Киоко, смотря на то, как я блаженно жмурясь, поглощаю свой кусочек торта.

      — Кое-кто не заслужил, — мрачно поджимаю губы, опять заводясь. Настроение, что поползло вверх после поедания сладкого, тут же исчезло.

      — Ладно-ладно! — замахала на меня руками подруга. — Не злись! Я же просто так спросила!

      — Извини, нервы, — морщусь, а после виновато улыбаюсь, ставя отложенное на подносик. — Пошли?

      — Тсуна-чан, подожди остальных, — в наш разговор вмешивается учительница.

      — Конечно, сенсей, — тут же киваю я и сажусь на место, дожидаясь, когда можно будет встать и пойти радовать ребят.

      К моей радости ждать пришлось не долго, но стоило войти в класс, как по нервам ударило чувством опасности. Скосив глаза в ту сторону, замечаю крадущуюся ко мне Бьянки, в ее руках отвратительного вида пирожные. Так-так, кто-то не внял моему совету… кажется, я знаю, как буду спускать пар! Улыбаюсь ребятам, старательно делая вид, что не вижу чуть ли не ползущую в мою сторону девушку, но стоило ей оказаться слишком близко, как я совершенно случайно бью ногой ей по руке, которой она держит тарелку со своей готовкой. По классу мгновенно разносится дикий визг, ибо ее готовка со всего маху впечатывается ей в лицо. Впрочем, кроме ставшей расползаться майки, никакого другого вреда я не вижу. Хотя… логично, не может же она делать яды и не развивать себе иммунитет к ним? Мда… одна радость, Бьянки подхватывается и вылетает из класса, даже не пытаясь навредить мне.

      — Такеши, Хаято, вот ваши кусочки тортика, — невозмутимо сообщаю в опустившейся тишине и втискиваю тарелки с сладостью несопротивляющимся ребятам. — Пойду, отдам последний ни-сану, Киоко, ты со мной?

      — А? — на меня переводят ошарашенные глаза, но через мгновение в них появляется разум. — Да, конечно, пойдем!

      Моя подруга поступает так же как и я, отдавая тарелочки Ямамото с Гокудерой и у нее их остается две, а после идет за мной. Правда, навстречу нам попадается Кея с Тетсуей-куном, но первого я игнорирую, второму просто улыбаюсь и проплываю мимо. Полностью игнорируя растерянный взгляд Кусакабе и недовольный Хибари. Обломится! Хватит ему и одного кусочка от Киоко!

      Продолжение следует…

Примечание к части

* - в странах Азии, например, в Японии, могут вступить в брак мужчины — в 18 лет, женщины — в 16. Зато возраст согласия 13 лет для обоих полов.

Глава 33. Поддержка

      К моему сожалению, обеденный перерыв закончился неоправданно быстро, как и оставшиеся уроки, а после мне все же пришлось идти исполнять свои обязанности секретаря. Мда… ну, что можно сказать? У Кеи к тому моменту было дико плохое настроение, у меня еще хуже, а доставалось остальным. Хотя меня это не сильно задевало, а мрачное молчание Тучки я просто напросто игнорировала. Я вообще, решила быть предельно вежливой и теперь иначе, как "Хибари-сан" к нему не обращалась. Впрочем, он пока не возмущался, просто поджимал губы и старался испепелить меня взглядом. Интересно, он надеется, что я скоро успокоюсь и все вернется в норму? Ну-ну, в конце концов, у меня столько раздражающих факторов…

      — Джудайме, вы идете домой? — в дверной проем просовывается голова Хаято и я с радостью отвлекаюсь от просмотра переданных директором списков летних соревнований, после которых начнутся официальные каникулы. Нет, я могла бы спихнуть их просмотр Кее сразу, но организовывать сие стадо баранов все равно придется мне с Тетсуя-куном, ибо при Тучке те просто потеряют дар речи и соглашаются на все и естественно ничего не успевают. В общем, на нем выбивание финансирования и общение с организаторами, на нас учащиеся. — Уже пять часов!

      — О, уже столько времени? — удивленно кидаю взгляд на монитор компьютера, чьи часы подтверждают только что сказанное Гокудерой. Растерянно качаю головой и откладываю бумаги, это еще терпит, все равно они состоятся в июле, а сейчас еще май месяц. — Да, конечно.

      — Зверек, — холодно прозвучало со стороны Хибари, что уже достаточно продолжительное время меня пилил взглядом. Впрочем, меня это не сильно волновало, я и раньше была взглядоустойчивой, а после того, как у меня поселился Реборн, качаю этот навык ежедневно, если не ежесекундно.

      — Вы что-то хотели, Хибари-сан? — невозмутимо интересуюсь я и неторопливо поворачиваюсь в его сторону. — Всю документацию, что нужно было разобрать сегодня, я уже вам передала, остальные документы требуют перепроверки, но я постараюсь управиться до конца недели. Сейчас же мне нужно спешить на другие занятия.

      — Зверек, — прекрасно слышу рычащие нотки в его голосе, похоже, он уже сам не рад, что пошел со мной на конфликт. Однако, извиняться не хочет, да и не умеет он, а я не готова спустить все на тормозах. Чувствую, это у нас надолго, хотя всякое может случиться.

      — Школьные кружки работают до пяти часов, Хибари-сан, — невозмутимо замечаю я. — Вы, конечно, можете использовать силу и попытаться заставить меня остаться сверхурочно, но вы же так не поступите, Хибари-сан?

      — Зверек, — отчетливо слышу скрежет зубов, но он быстро берет себя в руки. — Хорошо, иди.

      — Рада, что вы со мной согласны, Хибари-сан, — четко выверенным движением кланяюсь и под внимательными взглядами двух парней подхожу к компьютеру, закрываю все открытые документы и вкладки, а после выключаю его и, подхватив свою сумку, отправляюсь к ждущему меня Ураганчику. — Я готова, идем?

      — Да, Джудайме, — согласно кивает зеленоглазый и, распахнув передо мною двери, освобождает проход. Пожимаю плечами на такое поведение и прохожу мимо Гокудеры. Кстати, странно, что вызволять меня из кабинета Тучки отправился он, Киоко бы больше для этого подошла, да и безопасней ей рядом с двумя злюками (мной и Кеей) находиться, не то что нашему динамитному мальчику. Уж кого-кого, а его мы оба в случае чего жалеть не стали, причем по абсолютно разным причинам.

      — До свидания, Хибари-сан, — дождавшись, когда Хаято выйдет вслед за мной, с легкой издевкой бросаю я и резко захлопываю двери. В то же мгновение в двери прилетает что-то тяжелое. Мда… я могу собой гордиться, я довела нашу Тучку до ручки! Правда, теперь до завтрашнего дня, лучше ему на глаза не попадаться.

      — Джудайме? — осторожно интересуется Гокудера, нервно косясь в сторону дверей. Хм… а неплохо ему Кея мозги за выходные вправил! Впрочем, что-то мне подсказывает, что это не только работа Хибари.

      — Побесится и перестанет, — небрежно дергаю плечом, но, заметив, как тот нехорошо прищурился, просто хватаю его за руку и тащу дальше. — Хаято, не надо, в происходящем мы виноваты оба.

      — Давайте я его взорву и виноватых не останется? — проигнорировав часть моих слов, с широкой улыбкой предложил парень.

      — Не стоит, — услышав, что мне предложили, я даже запнулась, но упасть мне не дал Гокудера, который успел придержать меня за талию. Правда, тут же покраснел и отступил.

      — Простите, Джудайме! — недоуменно смотрю на бухнувшегося на колени парня, который пытался пробить пол лбом. Ками-сама, сейчас то что?!

      — Хаято, прекрати! — одергиваю разошедшегося подрывника. Удивительно, но, несмотря на то, что я ощущаю искренность в его словах и поведении, на меня накатывает раздражение.

      — Джу…

      — Действительно, осьминожья башка, пол ЭКСТРЕМАЛЬНО твердый для твоего лба! — очередную попытку передо мной извиниться прерывает возникший непонятно откуда Рёхей. Мда… мне срочно надо возвращать себе спокойствие! Я же ребят практически не ощущаю, все в себе топит злость.

      — Что ты сказал, газон-трава? — как и ожидалось, Хаято мгновенно вспылил и начал спор.

      — Ха-ха, успокойтесь, ребята, — пока я отвлеклась на начавших ругаться ребят, со спины подошел Такеши с Киоко.

      — Действительно, нашли из-за чего спорить, — согласилась с ним моя подруга, укоризненно посматривая на Рёхея.

      — Ребят, как насчет того, чтобы плюнуть на все и сходить погулять? — смотрю, как ребята пытаются оправдаться перед Киоко и понимаю, что мне становится легче.

      — Я за! — переглянувшись, хором выдают мои друзья.

      — Тогда зайдем за Ламбо и идем гулять! — весело объявила я замечая, как ребята переглянулись и облегченно выдохнули, мгновенно расцветая в радостных улыбках.

      — Да! — задорно прокатилось по полупустой школе, а после, мы сломя голову помчались на выход, ибо никто не хотел попасть под руку Кее, чья злобная аура расползлась по всему коридору. Впрочем, нам повезло, мы смогли проскочить все патрули ДК и не попасться на глаза Тучке, поэтому школу мы покинули достаточно быстро.

      Сама дорога прошла весело, ибо больше половины пути у нас всех совпадало. Правда, потом пришлось разделиться, предварительно договорившись, что встретимся через полчаса у Такеши. В целом, могли бы встретиться и в любом другом месте, но интуиция в буквальном смысле потребовала не заходить в дом, а сразу идти в гости. Хотя, из-за Ламбо, мне все же пришлось ненадолго зайти домой, правда я не стала сильно задерживаться, оставив сумку внизу и, предупредив о том, что иду гулять Нану, забрать малыша Бовино с собой. Самое удивительное, за те пару минут, что я уговаривала отправиться гулять со мной Ламбо, Реборна я так и не увидела, у меня вообще возникло ощущение, что его в доме нет, но облегчения или радости эта уверенность не принесла. Однако, откинув всякие сомнения, я отправилась к ожидающим меня парням, надеясь, что сегодняшний день все же закончится хорошо. Впрочем, подобные мысли мгновенно исчезли, стоило мне выйти на улицу вместе с Ламбо. Мда… я, конечно, понимала, что Хаято не сильно любит детей, но слушая его споры с мелким… ну, с другой стороны, это меня неплохо отвлекло от остальных проблем. Правда, в итоге я сто раз пожалела, что не переоделась дома и решила дождаться свою подругу, а уже после одеваться для прогулки.

      — Здравствуйте, Тсуеши-сан, — благоразумно отправив парней переодеваться, я, прихватив Ламбо, отправилась общаться со своим наставником.

      — О, химе! — радостно поприветствовал меня Ямамото-старший, а после перевел взгляд на подпрыгивающего малыша Бовино. — Да еще и не одна! Твой отото?

      — Да, — согласно киваю, игнорируя любопытные взгляды парочки посетителей, что уже сидели в баре. — Это Ламбо, — поднимаю мальчишку и усаживаю на высокий стул возле барной стойки, — Ламбо, это Ямамото Тсуеши отец Такеши, он делает самые лучшие суши в Намимори.

      — Здравствуйте, — к моему изумлению, малыш Бовино мгновенно как-то присмирел, смотря на Тсуеши-сана настороженно, хотя и без страха. Хм… неужели он тоже может ощущать чужое Пламя?

      — Ну, здравствуй, Ламбо-кун, — усмехнулся мужчина, а после перевел взгляд на меня и уточнил. — Что-то случилось, химе?

      — Сорвалась, — коротко, не вдаваясь в подробности, отозвалась я и посмотрела на скромно потупившегося малыша, поинтересовалась. — Ламбо, хочешь немного суши?

      — А можно? — тут же оживился маленький Бовино.

      — Конечно, — хором отозвались мы с Тсуеши-саном.

      — Хочу-хочу-хочу! — тут же прозвучало в ответ.

      — Тсуеши-сан? — улыбнувшись на чужую непосредственность, перевела взгляда на Ямамото-старшего.

      — Конечно, — кивнул он, — идем на кухню, тут мой помощник справится.

      — Хорошо, — послушно соглашаюсь и, подхватив на руки подозрительно послушного Ламбо, отправляюсь вслед за Тсуеши-саном, который уже успел выгнать в зал какого-то паренька. Хм… раньше я его не видела, новенький? Впрочем, не мое дело, главное от парнишки я не чувствую опасности, остальное не важно. Да и отец Такеши не мой подчиненный, он не обязан передо мной отчитываться, достаточно уже того, что он помогает и помогает хорошо, просить больше, я не имею права.

      — Мой помощник, — заметив мой интерес пояснил Ямамото-старший, стоило нам зайти в святую святых бара и занять место в уголке.

      — Понятно, — согласно киваю, усаживая Ламбо себе на колени, с ожиданием посмотрев на него.

      — Сейчас, — отец Такеши тут же начав творить и выкладывать перед восхищенно разинувшим рот Ламбо свежие вкусняшки. Пара мгновений и малыш Бовино вооружается палочками и начинает поедать угощение. Еще несколько минут проходит в молчании, Тсуеши-сан заканчивает создавать суши и ставит передо мной чашку с чаем. — Кто попал под раздачу, химе?

      — Кея, — морщусь, досадуя про себя на излишнюю проницательность стоящего передо мной мужчины, но от горячего чаю не отказываюсь, попутно задумчиво смотря на суши, что уже с гораздо меньшей скоростью поглощает Ламбо. Однако, потом отказываюсь от мысли что-нибудь съесть, слишком жарко и сейчас я больше хочу пить, чем набить желудок.

      — Хм… значит прошло без жертв, — понимающе кивнул Тсуеши-сан и вновь стал делать суши, но теперь часть из них оказалась передо мной. Обреченно вздыхаю, но от угощения не отказываюсь, все равно оплачивать не надо, Ямамото-старший запишет их на мой счет, а на выходных я все отработаю и даже получу сверх этого.

      — Нууу… — смущенно опускаю взгляд.

      — Значит, не обошлось, — хмыкнул Тсуеши-сан. — То-то тебя в буквальном смысле трясет от злости, химе. Что он сделал? Ты ведь не сорвалась бы так просто, даже если учитывать влияние недавно образовавшихся связей.

      — Нууу… — рассказывать все как оно было мне стыдно. Нет, в тот момент это казалось самым верным, но сейчас я понимаю, что повела себя, как малолетняя дура. Обычно я куда более сдержана, да и опыт прошлой жизни позволял ко многому относиться более спокойно, все же дуться на мальчишек, которых воспринимаешь, как своих малолетних братьев? Абсурд! Единственный, кто сразу не вписался в такие рамки, был Кея, но он вообще ни в какие рамки не вписывался. Слишком умный и независимый, слишком проницательный и взрослый вз