Бессмертный

Главная |
Страница произведения на сайте |
Источник
Внимание! На данный момент возможность чтения онлайн на сайте - экспериментальная функция, она находится в стадии разработки, потому возможны ошибки, вырвиглазное оформление и тд и тп.
Если вы автор данного произведения, и вы не хотите чтобы его можно было прочесть онлайн на этом сайте, то просто сообщите мне об этом:
Текст актуален на 2019-01-14 06:00:34
Размер текста: 219 кб

Глава 1: Не лучший старт

Во всём мире, Жон Арк ненавидел три вещи. От меньшего к большему это был, во-первых, изюм. Это — плод дьявола. Он убивал всю выпечку, куда его клали, и служил обманкой — ты кусаешь печенье, думая, что оно с шоколадом, но нет! Вместо этого ты внезапно понимаешь, что жуешь кожуру сушеного винограда! Изюм напоминал ему всех лжецов и обманщиков в мире; всю ложь, что люди говорили друг другу. Мир без этих Дьявольских козявок был бы гораздо лучше.

Во-вторых, полёты. Жон всегда считал, что, если человек должен был летать, то создатель даровал бы ему крылья. Но высокомерные люди решили подняться в небо сами, в огромных железных смертельных ловушках, которые, вдобавок, вызывали у него тошноту, едва он ступал на борт (и он был уверен, что это был спроектированный эффект, кто бы что ни говорил!).

Но что Жон ненавидел больше всего, так это умирать. Хотя, правильнее сказать, он ненавидел быть мёртвым. Конечно, любой, у кого есть хоть капля разума, крайне удивился бы, почему подобное вообще можно ненавидеть. Правильнее ведь выбрать страх смерти, не так ли? Потому что, будем честны, смерть — это то, что случается с каждым один раз. Два, если вам посчастливилось пережить первую попытку. Может быть какой-то редкий, безумно везучий ублюдок был способен получить третий шанс, но дальше… это абсурд!

Тогда повторим, вы просто не вселенская груша для битья.

Пока Жон сидел, жалко прижавшись лбом к стеклу между собой и небом и наблюдая, как Вейл медленно катится под пассажирским джетом, его ненависть к пункту два безостановочно росла. Он попытался не обращать внимания на тошноту, сосредоточившись на своих мыслях, прокручивавшихся раз за разом.

У меня были планы. Были. Было много планов. Я собирался БЫТЬ кем-то! Я собирался БЫТЬ лучшим! Но НЕ-Е-ЕТ! Никто и НИКОГДА не спрашивает Жона, что ОН хочет! Эй Жон, ты будешь охотником! Эй Жон, ты отправишься в Бикон! Эй Жон, ты полетишь на этом тупом самолёте! ДА ПОШЛИ ВЫ НАХЕР! Я покажу вам! Я вылечу из Бикона! Когда я окажусь там, я буду совершенно ХУДШИМ охотником всех времён и народов, и Директору ПРИДЁТСЯ выгнать меня! И, когда я буду свободен, то, наконец, смогу…

— Эй, ты в порядке?

Жон застонал и обернулся, увидев девушку, проходя мимо которой, мужчины выворачивали шеи и спотыкались, проезжающие мимо, попадали в аварии, а за спиной которой говорили, какие бы извращённые вещи с ней проделали. Девушку… которая не интересовала Жона. Да, она была красива лицом и телом, но его жизненный опыт говорил ему, что свидания с ней будут обходиться так дорого, что никакие попытки очаровать её не стоят того.

— Мммпфугу, — удалось ему промычать, пока он изо всех сил боролся со своим желудком. К сожалению, тот был бойцом-чемпионом, и Жон проигрывал.

— Уверен? — спросил другой голос, — выглядишь не очень хорошо.

Жон оглянулся, посмотрев на... очаровашку и самую милую девушку, какую он когда-либо видел. Она было словно воплощённой юношеской невинностью. Мгновенно возникшее желание обнять её почти оглушило, но Жон сопротивлялся, натренированный на своих сёстрах, использовавших милоту, когда угрозы не работали. На ней было надето чёрно-красное платье и красный плащ с капюшоном, а её серебряные глаза были наполнены самой искренней заботой, какую можно представить.

— Ухм, — попытался Жон жестом отогнать их, прижав руку ко рту. Если его вырвет, то он сделает всё возможное, чтобы… это не попало на милашку. Да что там, лучше бы вообще ни на кого не попасть. Это ни капли не подняло бы уважение к нему, и не важно, что через неделю он вылетит отсюда. Блондинка шагнула вперёд, хрустнув кулаками:

— Эй, у тебя какие-то проблемы с моей маленькой сестрёнкой? Она волнуется за тебя, и я…

Жону этого хватило. Он ненавидел летать, его заставили поступить в Бикон из-за его… особенности, и, словно этого мало, его тошнило, а теперь эта курица блондинистая угрожает ему? Если она была достаточно глупой, чтобы не понять предупреждение, то пусть будет готова к последствиям. Жон согнулся… и его вырвало на девушку. Вернее, на её обувь.

— МОИ БОТИНКИ! — закричала она, со смесью гнева и отвращения на лице.

— Я… пытался… предупредить… — простонал Жон, вытирая рот рукой.

— Он пытался, Янг, — пробормотала очаровашка, сочувственно глядя на блондинку, пытающуюся найти, чем очистить обувь.

— О мой бог, Руби, вот почему тебе следует не влезать во всё подряд, — простонала Янг, с отвращением покачала головой и повернулась к Жону: — отличная работа, Тошнотик.

Тот лишь глянул на неё в ответ, держась за живот. Ага. Уже ненавижу тебя, жизнь. Знай, мама, это твоя вина.

[Академия Бикон — посадочная зона]



Не успели двери джета открыться, как Жон выскочил оттуда и, рухнув на землю, забормотал:

— Ох дорогая земля… милая, любимая земля… больше я никогда тебя не оставлю…

— О боже, Тошнотик, это я была той единственной, на кого тебя вырвало! Хватит этой драмы… — услышал Жон саркастичный голос Янг.

— Просто… заткнись… — он поднялся на ноги, пошатываясь, — воздушная болезнь это… обычное дело, — хихиканье из-за спины Янг показало, что Руби уже здесь.

— Конечно… Тошнотик, — Руби опять захихикала, вызвав унылый стон Жона.

— О нет, только не ты! — Руби продолжила улыбаться в ответ:

— Прости-прости, я просто не знаю твоё имя!

— Я Жон. Жон Арк.

Не беспокойтесь. Надолго я здесь не задержусь!

— Пф-ф-ф! Я буду звать тебя Тошнотиком, — ответила Янг, закатив глаза.

— Просто запомни, когда человек стонет и издаёт странные звуки, держась за живот — есть совершенно крохотный шанс, что его стошнит! – сухо парировал Жон.

— Ты ужасно саркастичный человек, верно? – приподняла Янг бровь, скрестив руки на груди.

— Только в те дни недели, что начинаются с согласных.

— Погоди, почему только… — Янг замолчала, прежде чем глянуть на него. Однако её, судя по всему, яркая реакция была прервана, едва она услышала, как смеётся Руби, из глаз которой текли слёзы, а руки держались за живот, — Р-Руби!

— П-прости! Это просто... ха-ха-ха! Так смешно! — Руби продолжила смеяться, заработав от Янг очень грустный взгляд.

— Хватит смеяться над своей старшей сестрой! Руби!

— По крайней мере, — усмехнулся Жон, — у одной из вас есть чувство юмора.

— Руби, хватит смеяться надо мной, и, Тошнотик, хватит быть такой саркастичной задницей! — дёрнулась Янг.

— Я перестану таким быть, когда ты перестанешь звать меня «Тошнотиком», — улыбнулся Жон, осматривая толпу студентов. Честно говоря, он никогда не бывал в подобных местах. Он и его родные жили на окраине Витала, в доме, окруженном, в основном, лесами. Проклятье, он даже почти не видел там Гримм, хотя, скорее всего, всё было так, потому что его мать была буквально воплощением самой Смерти. И, что характерно, кто-то до сих пор боится моего отца…

— Да никогда! — фыркнула Янг.

— …и они называют меня упрямым… — пробормотал Жон, скрестив руки, как Янг.

— Эй, я не должна тут стоять и выслушивать всё это! Идём, Руби, нам надо попасть в зал на речь директора! – Янг потащила сестру за собой, пройдясь по Жону недовольным взглядом.

— Но Янг! Я хотела пообщаться с Тош... Жоном побольше! — ответила Руби, поправившись в последний момент. Последнее, что она хотела сделать — хоть как-то обидеть нового друга!

— Честно говоря, — махнул Жон рукой, — как бы мне не хотелось этого говорить, но твоя сестра права. Вам правда стоит пойти на речь директора.

— Но мы даже не показали друг другу наше оружие! — захныкала Руби, как маленький ребёнок. И Янг, и Жон не смогли выстоять перед силой очаровательности Руби и секунды.

— Ладно, ладно, хорошо! Оставайся здесь с Тошнотиком, если хочешь. Вы оба совсем не умеете общаться с людьми...

— Сказала девушка, которая угрожает людям с воздушной болезнью. Двойные стандарты такие двойные, — хмыкнул Жон.

— Вы двое, хватит уже! — встала Руби между ними, подняв руки, — хватит споров! Янг, хватит злиться на Жона за его тошноту! Он ведь даже предупредить пытался! Жон, хватит шутить над моей сестрой! — тот вздохнул, пожав плечами:

— Хорошо. Просто привычка.

— Прекрасно, как раз то, что я хотела услышать от человека, с которым хочет подружиться моя сестра, — проворчала блондинка.

— Янг!

— Н-но Руби!.. — та в ответ топнула по земле:

— Нет! Плохая Янг!

— Хорошо, хорошо, — вздохнула та в ответ, — впрочем, я рада, что ты завела себе нового друга… даже если он — придурок со слабым животом.

Жон, тихо застонав, приложил ладонь к лицу. Всего одна неделя, Жон. Тогда директор уже поймёт, что ты — бесполезен и даже вреден, как Охотник, и ты вылетишь из Бикона, чтобы выполнить свои настоящие мечты. Всё, что тебе нужно — просто не умереть. Это ведь легко, правда? Просто не делай ничего, чтобы никто не узнал о твоей… особенности, и ты свободен!

— Итак, Жон! — вырвал блондина из задумчивости радостный голос Руби, касавшейся вперёд-назад на ногах, — хочешь увидеть моё оружие?

— Эм… да, конечно, — главное, чтобы она не была какой-то безумной оружейной фанаткой — да, она милашка и всё такое, но где-то там есть гостиница, что определённо нуждается в Жоне!

Тем временем чуть ли не светящаяся от счастья Руби с гордостью вытащила из-за спины своё оружие, нажав на небольшой переключатель, чтобы полностью его развернуть:

— Это моя малышка, её зовут Крессент Роуз!

— Ух ты! — свистнул Жон, — крупнокалиберная снайперская коса? Впечатляет!

— Ты… — глаза Руби расширились, — знаешь!

Ага. Ты виновата в этом, мама. Ты виновата в том, что мне пришлось разбираться с Янг. Ты виновата в том, что я в ужасе перед людьми с фиолетовыми волосами. Ты виновата в том, что я застрял здесь, когда мог бы быть… Жон качнул головой. У него ещё хватит времени, чтобы продолжить эти мысли.

— Да, у меня был небольшой экскурс в оружие, так что кое-что я знаю.

— Это так круто! — подпрыгивала Руби на месте, широко раскрыв чуть ли не светящиеся глаза, — а какое у тебя оружие!?

Уж точно ничего интересного. Не то, чтобы оно было мне сильно нужно — скоро я всё равно скоро уйду из Бикона.

— Только это, — Жон вынул Кроцеа Морц из ножен, — ни во что не трансформируется и не имеет других режимов боя. О, у меня ещё есть этот щит, что складывается в ножны.

— Правда? — наклонила Руби голову.

— Да, даже не уменьшает вес, — Жон пожал плечами, убрав меч на место, — не так впечатляет, как твоя коса.

Руби нахмурилась. Она должна была сказать хоть что-то!

— Эм… Классика всегда хороша! — она показала выставленные большие пальцы, заработав ещё одну усталую улыбку Жона.

— Спасибо, Руби.

— Без проблем!

— Наверное, теперь нам следует пойти в зрительский зал — не хотелось бы опоздать в первый же день, правда? — ну, я бы опоздал, но не хочется тащить её с собой вниз. Она выглядит счастливой тем, что попала сюда.

— Правильно! — подняла Руби сжатую в кулак руку вверх и красным пятном понеслась прочь, оставив Жона в секундном ошеломлении.

— Подожди, почему ты бежишь?! Руби! Осторожно! — закричал Жон, видя, как Руби бежала… и как столкнулась с девушкой с белыми волосами и чемоданом в руке. Тот раскрылся и под взглядом Жона наружу вылетело множество флаконов… Прах. Руби! Жон бросился вперёд так быстро, как мог и накрыл Руби собой, пока ни один из флаконов не взорвался. Что тут же произошло.

Ты! — кричала девушка, пока земля дымилась от недавнего взрыва, — смотри куда идёшь, дура!

— Эй-эй-эй, — крикнул Жон, отпустив Руби, выглядящую одновременно шокированной и пристыженной, — всякое случается, спокойно!

— «Спокойно?!» Тот прах, что она сбила, стоит бешеных денег! Ей повезло, что она не пострадала! Клянусь, никто в наши дни не знает, как надо обращаться с прахом! — девушка в белом притоптывала одной ногой, глядя на Жона и Руби.

— Да, и твои крики, конечно, исправят это везде и сразу, — огрызнулся Жон, скрестив руки на груди и встретив её взгляд.

— Эй! Ты не можешь говорить со мной в таком тоне! Ты вообще знаешь, кто я?! — она нахмурилась, уперев руки в бока.

— Ты имеешь в виду, кроме кричащей дурочки? — её лицо покраснело, прежде чем она, задрав нос, выдала:

— Я — Вайс Шни, из семьи Шни!

— Бла-бла-бла, — пробормотал Жон так уныло, как смог, сделав соответствующий жест.

Глаз Вайс дёрнулся, она скрипнула зубами, высокомерно хмыкнула и, развернувшись на каблуках, принялась складывать в чемодан всё, что могла, бормоча что-то о «блондинистых придурках и красных идиотках».

— И что с ней не так?.. — пробормотал Жон, с кривой улыбкой помогая Руби подняться.

— Я… я не хотела… — расстроенно пробубнила Руби.

— Да ладно, расслабься! Просто не повезло, с любым может случиться. Интересно, какая муха её укусила? — пожал плечами Жон, засунув руки в карманы.

— Спасибо, Жон, — улыбнулась Руби.

— В любое время, — он зашагал вперёд, но через пару шагов повернулся к Руби, всё ещё виновато смотрящей на Вайс, — разве мы не должны поспешить к церемонии открытия?

— Ты прав! — расширились глаза Руби, — нельзя опаздывать! — и, не успел Жон молвить и слова, как девушка исчезла, оставив после себя лишь порыв ветра и облако лепестков роз. Жон моргнул, глядя на оставшийся от Руби цветочный след.

— Что-ж… отлично. Где ещё я найду приятную и милую девушку, с которой можно поговорить? — пробормотал он, не видя сосредоточенных на нём изумрудных глаз.


Счётчик смертей: 2.033

Глава 2: Богохульство

Большую часть своей жизни Пирра Никос провела во всеобщем почитании, её называли «Богиней Победы» и превозносили. Четырёхкратный победитель чемпионата Мистраля, лучшая охотница в школе, Пирра всегда была окружена ореолом славы. Но это породило и проблемы. Главная из них была в том, что Пирра серьёзно считала, будто она прекраснейшая Богиня Ремнанта. Зачем ещё ей носить каблуки и поножи в бою, кроме как чтобы показать её божественную задницу? Зачем ей носить супер-короткую мини-юбку и топ с впечатляющим вырезом, кроме как напомнить всем, смотрящим на неё, о божественной красоте?

Однако не всё было хорошо в жизни Богини Победы. Она была совершенной и великолепной, но от того одинокой. Из-за её подавляющих боевых навыков, её ума, доброты и красоты, она была одна. Но ей нужен был кто-то, кто стал бы её Святым мужем. Первосвященником, что будет делить с ней постель и приносить пламя в божественное сердце. И, когда она выпустилась из Святилища, то решила, что путешествие в Бикон будет лучшим решением, дабы разнести её слово и найти себе избранного.

Однако до сих пор все, кого она видела, были скорее фанатами. Девушка в белом — Вайс, кажется, — выглядела её поклонницей, восславляла её мастерство и предлагала свою верность, назвав это «партнёрством». Но этого не будет. Пирре понравилась преданность её последовательницы, но её Жрец должен быть сильным мужчиной и, желательно, таким, что не знал бы о ней. Она сможет сама сделать его своим идеальным последователем, прекрасным проводником её воли.

И тогда она увидела его. Он был красив, волосы почти сияли золотом, а глаза являлись двумя чистейшими сапфирами. Только посмотрев на него, Пирра поняла, что король богов, сам Творец, создал его для неё. И она была уверена, что, пока он говорил с той девчонкой в капюшоне, его взгляд прошёл прямо над ней. Он не узнал её. Он не сказал ни слова о ней, не упал на колени пред её красотой, он даже её не заметил! Когда он пошёл прочь, насвистывая под нос песенку, Пирра уверенно двинулась следом. Она следила и наблюдала за ним. Пока что всё показывало, что он — тот, кто станет её Первосвященником.

В конце концов они оказались в зрительном зале, и прекрасный блондин прошёл к дальним сиденьям, будто пытаясь избежать всех остальных. Его взгляд выражал недовольство, как если бы он не хотел быть здесь. Пирра проследовала за ним и села рядом, ожидая реакции. Той не последовало. Этот мужчина даже не удосужился посмотреть на неё! Это было сюрпризом — мужчины не могли отвести от Богини глаз. А он сидел, откинувшись назад, и со скукой смотрел на пустую сцену. Конечно, ему скучно. Любой мой избранник должен быть сильным и опытным. Скорее всего, для него это рутина, как и для меня, — кивнула Пирра сама себе. — Готова поспорить, что он здесь ради меня! Владыка, очевидно, увидел моё положение и ниспослал мне этого прекрасного мужчину. И я дарую ему всё блаженство, какое смогу!

— Доброе утро, — сказала Пирра в попытке захватить его внимание. Прошло несколько секунд, прежде чем он посмотрел на неё.

— Эм, прошу прощения?

— Доброе утро, — повторила она, сверкнув улыбкой. Он кивнул:

— Пожалуй. Вот не могли они обойтись безо всех этих вступительных церемоний… — и, замолчав, он вернул взгляд на сцену.

Пирра замерла. Ничего? Его глаза не наполнились желанием! Разве он не захотел её прямо здесь и сейчас? Нет, подождите… Это, скорее всего, какое-то испытание. Очевидно, что Создатель хочет, чтобы я завоевала его! Как завоёвывала победы много раз до этого! Что ж, как Богиня Победы, я не могу спасовать перед чем-то столь простым!

— Меня зовут Пирра Никос, — сказала она в надежде, что он вспомнит что-то о её имени, — а тебя?

— Жон. Жон Арк, — с мягкой улыбкой, тот протянул ей руку. Сердце Пирры с силой забилось в груди от этого вида. Творец Всемогущий, он выглядел прекрасно, когда улыбался! Ему нужно делать это гораздо чаще! И она, конечно, предоставит ему причину!

— Приятно познакомиться, мистер Арк, — вновь ярко улыбнулась Пирра, пожав его руку, как это делают смертные.

— Можно без этого? — закатил Жон глаза. — Мистер Арк — это мой отец. Зови меня просто Жоном.

Уже говоришь мне обращаться к тебе так фамильярно? Я уже начала захватывать твоё сердце, не так ли?

— Конечно, Жон.

Будь Пирра настоящей Богиней, и сумей она заглянуть в мысли Жона, то сильно бы разочаровалась — ведь она едва занимала его мысли.

Как же я ненавижу тебя, мама. Тебя, и твои тупые тренировки, и как ты убила меня больше ДВУХ ТЫСЯЧ раз, и что ты отправила меня в Бикон… Почему я ещё здесь?! О боги, я умею убивать чёртовых гримм! А есть другие вещи, что я хотел бы уметь! И, во имя всего святого, когда этот директор соизволит, наконец, явиться?! Не хочу тратить весь день на ожидание его прихода! Мне надо лишь, чтобы меня поскорее отсюда выгнали!

— Итак, — сказала Пирра, наблюдая за замолчавшим блондином, — Жон, ты уже подумал, с кем бы хотел быть в паре? — Арк помолчал ещё немного, тряхнул головой и повернулся к ней.

— Эм, прости, что ты сказала? Извини, я легко в свои мысли ухожу, — смущённо улыбнулся он: всё же, было невежливо отвлекаться от разговора, тем более, что Пирра показалась ему довольно приятной собеседницей. Да и, чего таить, она была красавицей, как и почти всё девушки в Биконе, каких он видел. Жон даже подумал, что академия была школой для супермоделей, ну или чего-то такого. Да быть такого не может… В конце концов, я ведь здесь, правда?

— Я спросила, думал ли ты, кого бы хотел себе в напарники?

— Нет, на самом деле, — на самом деле — никого, — пусть всё пройдёт само собой, — ведь я не собираюсь тут задерживаться, — только бы не оказаться в команде с той девчонкой-нацисткой по имени Вайс, — или Янг. Продолжишь называть меня «Тошнотиком», не так ли?

Пирра стала улыбаться только шире. Делаешь вид, что тут ничего особенного, верно? Тогда дам тебе кое-над чем подумать…

— Ну, я не знакома с большинством людей здесь, так что… Может, ты хочешь быть моим партнёром?

— Возможно, — Жон почесал подбородок. — Не думаю, что в этом у нас есть выбор.

— Выбор есть всегда, Жон, — Пирра положила руку ему на плечо, давая своё благословение. С ним мы будем едины. Наши души будут взывать друг к другу, и мы привнесём в этот мир мою милость и благо.

Независимо от того, сработало это или нет, Жон слишком сосредоточенно смотрел на сцену, едва заметив руку Пирры. Ожидание уже длилось, кажется, вечность, когда перед всеми наконец-то появился беловолосый, одетый в хорошие вещи и очки, мужчина, держа в руке трость. Ну наконец-то. Мы ждали тебя достаточно долго. Давайте просто покончим с этим!

[Некоторое время спустя…]



Бла-бла-бла… О мой бог, ты просто любишь звук своего голоса, верно? Терпение Жона почти подошло к концу за эту получасовую речь. Ты замолчишь сейчас. Сейчас. Сейчас. Заткнись сейчас же! Ну почему я не могу заставить тебя затянуться силой моего разума?!

— Итак… — прошептала Пирра, — есть какие-то мысли насчёт моих слов?

Лицо Жона напряглось, когда он собрал все свои силы, чтобы заставить Озпина заткнуться: на этот раз силой ненависти. Почему ты продолжаешь говорить? Ты не сказал ничего, кроме загадок и кучи умных словечек! Да, я знаю, что мы здесь ради отличных навыков! Заткнись!

— Жон? Что ты делаешь?

— Пытаюсь заставить Озпина замолкнуть, — прошептал Жон в ответ, — но ничего не выходит, как видишь.

Конечно, у тебя ничего не выходит, дорогой. Богиня здесь Я.

— Позволь мне попробовать? — попросила Пирра. Ты сможешь показать мне свою благодарность позднее. Она сосредоточилась на Озпине и потянулась к своей божественной сути, чтобы заставить его замолчать…

И… это не сработало. Пирра могла думать, что она Богиня, но можно дни напролёт мечтать о чём-то, что никогда не станет реальностью. Поэтому Пирра и Жон просто напряжённо сидели, глядя на Озпина, в попытке заставить его, наконец, закончить свою речь. Директор, в свою очередь, удивился, увидев лица двух студентов на заднем ряду. Неужели его речь была настолько скучной, что они с трудом здесь сидели? Или, может, им просто нужно в туалет? Ведь Пирра Никос точно не пыталась заставить его замолчать, верно? Как и Жон Арк, сын Александра Великого и его прекрасной жены Виолетты Багряный Ангел, не пытался сделать того же силой разума? Хотя сейчас он говорил ну уж слишком долго…

— … И, наконец, студенты, я горд сказать: добро пожаловать в Бикон! — все в зале зааплодировали, а Жон с облегчением откинулся назад.

— Неужели он мог говорить ещё дольше?..

— Вот. Он замолчал, — самодовольно улыбнулась Пирра.

Жон моргнул. Она думает, что это она сделала? Озпину, похоже, просто стало скучно. Или он понял, что половина зала спит, а вторая готова начать бесплодные попытки убить его.

Парень встал и, потянувшись, махнул девушке, сидевшей рядом с ним:

— В любом случае, приятно познакомиться! — Пирра кивнула, подарив ему свою улыбку:

— Я постараюсь стать твоим партнёром, Жон.

Тот вновь поднял бровь:

— Ну, если получится, то конечно.

— Обязательно, — ответила Пирра с такой уверенностью, что Жону показалось, будто у неё есть какие-то связи с персоналом. Может, с Озпином? Или с этой блондинистой женщиной с плёткой наездника? Как там её звали?

— Конечно. Увидимся! — блондин пошёл прочь, чувствуя, что выражение глаз девушки было… Немного странным. Нельзя было сказать, выглядел он усталым или флиртующим, но Жон не стал об этом думать — сейчас он хотел лишь собрать свои вещи, рухнуть на кровать и подумать, как вырваться отсюда, не показав свой небольшой… навык.

Именно эти мысли наполняли голову Жона, пока он бродил по коридорам Бикона, позволив ногам нести его. Так он зашёл в какую-то запретную зону в секретном подземелье учителей. Впрочем, ему плевать, что они тут делают, ведь уже скоро он будет изгнан из академии и уйдёт с гордостью. Он будет смеяться в ответ! Ведь это будет освобождение, раз они сделают лишь как он хочет. Он же безнадёжен! Кстати, разве у мисс Ги… Как её там… не плётка с собой? Вдруг она применяет её в этом самом подземелье… по-особому? Жон хихикнул своей глуповатой мысли, тряхнув головой. Но размышления так отвлекли его, что он не замечал ничего вокруг, пока случайно в кого-то не врезался, отступив от неожиданности на шаг назад.

— Ой! — упал кто-то на пол перед Жоном. Он опустил глаза, чтобы увидеть столкнувшуюся с ним девушку. Чёрные волосы с бантом на них и красивый черно-белый наряд приветствовали его, а золотые глаза моргнули, обиженно глядя на него.

— Эй, смотри, куда идёшь!

— Прости, прости! — Жон протянул ей руку, и, спустя секунду колебаний, девушка схватилась за неё, позволяя ему помочь поднять себя на ноги. — Правда, прости, я немного ушёл в себя! — он неловко отвёл глаза, увидев книгу, что девушка держала. — О, "Доктор Джекилл и мистер Хайд?" Мне нравится эта книга, хотя я больше люблю "Графа Монте-Кристо".

— Читаешь классику? — расширились золотые глаза от удивления.

— Ага. Мои родители… хотя, скорее, мама, провела для меня… эм… суровые тренировки, и почти всё свободное время я тратил, отдыхая на кровати и читая, так что… — Жон пожал плечами.

— Ого! Неслабо звучит! — она подарила ему маленькую улыбку. — Какие жанры любишь?

— Ну… — Жон почесал затылок, и его лицо чуть покраснело. — Приключения?

— Ты спрашиваешь? — улыбка на её лице почти дразнила, как и тон голоса.

— Прости. Ох, пока я не забыл! Я Жон. Жон Арк, — он вновь протянул руку, которую девушка немедленно пожала.

— Блейк Белладонна. Приятно познакомиться, Жон.

— Мне тоже. Ладно, оставлю тебя: не хочу надоедать.

— Ты не надоедаешь. Спасибо, что помог встать.

— В любое время, — улыбнулся Жон и кивнул на прощание. Единственное, о чём он будет жалеть, вылетев из Бикона — люди. Здесь было так много хороших людей, всего-то с парой странных ребят тут и там.

В конце концов, блуждания заставили его сделать огромный круг по академии, и он обнаружил себя в большом зале, заполненном будущими учениками, одетыми в свои ночные вещи. Очевидно, что сегодня все будут спать здесь.

— Привет, Жон! — позвал его бодрый голос. Парень осмотрелся, чтобы увидеть приближающуюся к нему Руби, обнимающую подушку. Янг шагала рядом, даже более радостная, чем обычно. — Не говори мне, что ты спишь в повседневной одежде!

— А, — махнул Жон рукой. — Я просто с самого ухода бродил по Бикону и вернулся только сейчас. Это место… большое. Очень. Готов поспорить, что потеряюсь по дороге на все уроки… — пробормотал Жон. Руби хихикнула в ответ и погладила его по голове:

— Всё хорошо, Жон, будем искать путь вместе! — Руби подняла вверх руку, сжатую в кулак, услышав в ответ смешок.

— Итак, Тошнотик, есть что-то интересное? Хочу увидеть тебя в пижаме, — улыбнулась Янг. Жон закатил глаза.

— Как бы я не хотел обратного, мои родные заставили меня взять её… — лицо девушки вытянулось.

— Стоп, серьёзно? Я же пошутила… Или это опять твой сарказм?

— Эй, иди ты! Сестра сделала её для меня! — повысил Жон голос, направив палец на Янг.

— Эй, Тошнотик, спокойно. Не хотела обидеть твою семью.

— Ты сказал, что родители заставили тебя её оставить? — добавила Руби.

— Ага, — вздохнул парень, — футболка со штанами.

— Дай угадаю: с персонажами из мультиков? — хмыкнула блондинка.

— Богом клянусь, после такого я стану для всех настоящим посмешищем… — раздражённо вздохнул Жон.

— Да ладно, я шучу, — приобняла его Янг. — Лучше скажи, как тебе речь нашего директора?

— Он обожает слушать свой голос, — сухо ответил парень.

— А мне он понравился… — сжала Руби подушку ещё сильнее.

— А ещё я видела, как ты флиртовал с Пиррой Никос… — томно прошептала Янг.

— Что? Мы просто сказали друг другу пару слов. Если это — флирт, то, я уверен, соблазнить тебя будет проще, чем завязать шнурки, — ответил парень с улыбкой.

— Эй! Меня очень тяжело обольстить! И это Я соблазняю! — скрестила девушка руки на груди.

— Пожалуйста, воздержись. Не хочу вновь знакомить твои ноги со своим завтраком, — ухмыльнулся Жон.

— Хочешь сказать, что от моих попыток тебя будет тошнить?! — расширились глаза Янг.

— Нет, я имел ввиду… Хотя, да, именно это, — губы блондина растянулись только шире. Девушка в ответ хрустнула кулаками с угрожающим оскалом на лице:

— Боюсь, Руби, тебе придётся искать нового друга…

Счётчик смертей: 2.033.

Глава 3: Превосходство и смерть

Жон проснулся как обычно, с желанием провести весь день в постели. К счастью, он проснулся не от боли в несуществующих синяках, ведь Руби удалось успокоить Янг, а он сам, в свою очередь, извинился перед ней, признавшись, что несколько перегнул палку. Так гнев Янг удалось свести к тому, что она просто ворчала, скрестив руки. Остальная часть вечера прошла спокойно, и, когда Жон заснул, он был готов ко всему, что принесёт новый день.

И, конечно, первые же секунды после пробуждения полностью разрушили весь настрой, что был перед сном. Впрочем, Жон не слишком расстроился. Руби была самой доброй из всех, кого он знал, и разбудила его, не понимая, что он хотел опоздать на посвящение. Ведь так у него был неплохой шанс пропустить его и просто не попасть в Бикон! Тем не менее, один взгляд на восхитительно-невинное лицо Руби заставил Жона вновь плутать по коридорам Бикона в бесплотных попытках найти этот проклятый шкафчик. Ладно, я знаю, что шансы ещё есть. Это даже забавно. Я ведь просто хотел проспать и провалиться! Впрочем, ладно, ведь что сложного может быть в провале?

Стоит ли говорить, что Жон опять ушёл в себя, и, как и вчера, в кого-то врезался.

— Эй, смотри, куда идёшь! — услышал парень крик, выбивший его из размышлений. Он опустил взгляд, увидев Вайс Шни.

— А, это ты, — пробормотал Жон, закатив глаза.

— И-извините?! — возмутилась Вайс, вскочив на ноги. — Да как ты смеешь?! Это ТЫ в меня врезался!

— Да, да, прости, и давай отложим этот разговор… Например, пока мы не окончим Бикон? — сухо пробормотал блондин.

— О, вот ты где, Жон, — прозвучал у парня за спиной мягкий и спокойный голос.

— А, Пирра, привет, — ответил он, увидев улыбающуюся, как вчера, девушку.

— Эй! Я не закончила разговор! И как ты смеешь так фамильярно с ней общаться?! — зашипела Вайс. — Ты вообще знаешь, кто она?! — Жон моргнул:

— … Пирра Никос. Она вчера представилась.

— Ты, блондинистый придурок! — приложила Вайс руку к лицу, — она – четырёхкратный чемпион Мистраля!

— И?.. — не изменился Жон в лице.

— Она на коробке с хлопьями Пампкин Пит!

— Итак?..

Вайс издала странный звук между унылым стоном и криком негодования, но Пирра не обратила на неё внимания, сосредоточив внимание на парне:

— Не могу дождаться, когда стану твоим напарником, Жон, — произнесла она с абсолютной уверенностью, словно это предрешено и осталась только уладить небольшую формальность.

— А я всё ещё говорю тебе, что это, скорее всего, не так работает, — ответил парень с лёгким раздражением, — кроме того, не забывай, что команды состоят из четырёх человек, так что, может, ты присмотрела ещё кого-то?

— Честно, я забыла, — улыбнулась Пирра. Ведь мне хватит и тебя. — Ведь я думала, что нас с тобой будет более чем достаточно для команды.

От слов Пирры у Жона кровь заледенела в жилах. Чёрт!.. знает ли она о… нет. Она не может знать. Двенадцать… то есть, Тринадцать Техник Меча Арков — секрет. Она никак не могла догадаться, что я овладел одиннадцатью и создал свою собственную.

— Эм… спасибо?

— ИЗВИНИТЕ! — крикнула Вайс, разъярённая, что её так долго игнорировали. — Пирра, ты же не хочешь сказать, что будешь сотрудничать с этим невоспитанным, раздражающим придурком? — она на миг испугалась, когда лицо Пирры приняло угрожающее выражение, но оно почти мгновенно пропало.

— Мистер Арк очень добрый и приятный человек, мисс Шни. Наш вчерашний разговор показал мне, что наше партнёрство предрёк сам Создатель.

— Что, прости? — приподняла Вайс бровь.

— Я перестал спрашивать, едва пришёл в эту академию… — пробормотал Жон.

— Я не тебя спрашивала! — шикнула она в ответ.

— Да, потому что спрашивать самого себя — это, определённо, признак здоровой головы.

Теперь, если вы обратили хоть каплю внимания, то поняли, что Жон не понравился Вайс. Вообще. Но, поскольку это художественная литература, и нам можно проникать в мысли каждого героя, как, например, жалобы Жона или божественное безумие Пирры, то давайте ненадолго подсмотрим за мыслями наследницы Шни, ведь ничего плохого не будет, верно?

На колени, прекрасный блондинистый дурак! Твоё сопротивление только увеличит мой пыл! Я заставлю тебя преклонить предо мной колени до конца года, запомни мои слова! Я — Вайс Шни, прекраснейшая девушка в Биконе! Ты можешь пытаться сопротивляться, но рано или поздно я сломлю тебя! В воображении девушки возникла картина с сидящим на коленях Жоном с кляпом во рту перед ней, одетой в белый кожаный корсет и чулки, с плёткой в руке. Зови меня Госпожой! Зови меня Королевой!

Сумей Жон прочесть мысли Вайс, он бы рванул на холм инициации с такой скоростью, что проявление Руби оказалось бы посрамлено. Всё дело в том, что Вайс была не в силах общаться с глупыми мужчинами, что приходили один за другим, и хотели лишь сделать её своей женой, а потому ничего, кроме скуки, не вызывали.

Да, она любила держать всё под контролем, и да, у неё была пара вещичек, что заставила бы покраснеть и Янг, но все мужчины, которых она знала, были слабыми идиотами. А Жон… Вайс влюбилась в него в тот самый момент, когда они встретились, ведь Жон был не похож на её многочисленных «женихов», готовых отбросить все свои достоинства, чтобы произвести на неё впечатление. Но для него… для него фамилия Шни не значила ничего, нет, даже меньше, чем ничего! И это разожгло в ней огонь. Она хотела, чтобы он стоял перед ней на коленях, поклоняясь ей! Он был испытанием, и она хотела преодолеть его! Она не будет счастливой, пока Жон не назовёт её своей Королевой!

Жон, естественно, не мог прочесть все эти мысли в раздражённом взгляде Вайс. Он на секунду прикрыл глаза и повернулся к Пирре.

— Как бы то ни было, нам всё ещё нужны два человека.

— Во-первых, это мы с Пиррой будем партнёрами, а не ты, придурок! — вновь повысила голос Вайс, — а я точно не буду в одной команде с то… — она остановилась и, Жон мог поклясться, что девушка чуть покраснела, — впрочем, я передумала! Ты будешь в моей команде, чтобы я могла внимательно следить за тобой! Если я этого не сделаю, ты, скорее всего, разнесёшь половину Бикона в приступе своей глупости! А моим партнёром станет Пирра! — Вайс не собиралась терпеть конкуренцию за свою добычу, а так не только была бы в составе прекрасной и великой командой из неё и Пирры, но и рядом с Жоном! И напарница бы не стала им мешать!

— Во-первых, нет. Во-вторых, нет. В-третьих, я ухожу отсюда, — отрезал Жон. Утро уже было не самым лучшим, ведь нужно было идти на это глупое Посвящение, и иметь дело с девушкой, которая на всё реагировала злобой…

— Жон, — легла ему на плечо рука Пирры, — мы встретимся снова. И, если ты столкнёшься с проблемами, просто позови мою божественную сущность, — мозг парня просто отключился. Божественная? Что дальше?

— Эм… да, верно, конечно , — не стоит спорить, просто отправься туда, найди самый простой способ провалиться и убирайся отсюда КАК МОЖНО СКОРЕЕ! Без всяких связей с Вайс, с Пиррой, с кем угодно! И, что самое лучшее, мама не сможет меня остановить! Как тебе это?!

[Изумрудный лес — скала на опушке]



— …и Инициация, традиция, идущая с самого основания Бикона, определит вашу готовность к началу вашего пути в этой академии. Каждая Инициация отлична от предыдущей, но все они содержат испытания для ваших навыков, полученных в школах. Сегодня инициация будет… — голос Озпина всё продолжался и продолжался, а директор похоже, даже не замечал, что половина студентов дремала, стоя на своих местах.

Жон, в свою очередь, уже продумывал его убийство. Вот и всё. Если он продолжит говорить, то я попытаюсь. Мне пофиг, я могу и сбежать! Я стану преступником, присоединюсь к темной стороне города... ну или что-то в таком духе! Преступный Шеф-повар! Нет, стоп, звучит глупо. Или, может, удастся стать вором? Как Призрачный Взломщик из комиксов! Только Призрачный Невермор! Нет… тоже глупо. Боже, он всё ещё говорит? Всем наплевать, Озпин! И какого чёрта я ещё здесь? Чего все ждут? Пожалуйста, скажите, что нам не придётся разгадывать все загадки, что он загадал! Я могу быть единственным, кто вообще тебя слушает!

И это правда было возможно. Те, кто ещё не уснул, проверяли своё оружие, разминались, а некоторые даже разговаривали в голос. Руби, казалось, тихо болтала сама с собой — возможно, пыталась убедить себя, что она всё же пройдёт эту Инициацию. Если бы мне пришлось тут остаться, подумал Жон, то Руби была бы хорошим напарником. Она милая и уже со мной дружит! И, самое главное, у неё нет никаких проблем с головой! Или Блейк – она тоже хороша. На вид она нормальна - по крайней мере, не считает себя богиней во плоти. Жон продолжал смотреть на готовых студентов, ждущих, когда речь Озпина, наконец-то закончится.

— …это будет серьёзное испытание. Если вы хотите выжить, то вам придётся уничтожать всё на своём пути. Без жалости. Чтобы пройти Инициацию, вы должны добраться до руин в центре Изумрудного Леса и вернуться оттуда с реликвией. Вашим партнёром будет первый, с кем вы встретитесь взглядом, — и, к великому облегчению Жона, Озпин, наконец, замолчал.

— Прошу прощения, — спросил он, — но что будет, если мы вернёмся без реликвии? — профессор задумчиво погладил подбородок.

— Пожалуй… вы провалитесь.

Бинго! Жон широко улыбнулся.

— А что мы будем делать сейчас? Спустимся вниз?

— Нет, мистер Арк, вы все продолжите стоять на этих платформах. Мы, в свою очередь, выстрелим вами в лес. Посадка – ваша проблема.

— Ох, конечно, — закатил Жон глаза, – кому нужен кофе по утрам? «Только у нас, опасность и полёты!» Вы ведь понимаете, что у нас есть ноги, верно? Мы можем просто спуститься!

Озпин какое-то время смотрел прямо в глаза Жона, затем вынул свиток и ткнул в экран, не отрывая от парня взгляда. С громким «БДЗЫНЬ!» Жон птицей взлетел вверх, закрутившись в воздухе. Можно было услышать его быстро удаляющийся крик:

Пошёл ты, Озпииииин!.. — Директор сделал очень осторожный и медленный глоток кофе под взглядами подростков, ожидающих его реакции. Опустив руку с кружкой, он посмотрел на Изумрудный Лес, сказав лишь одно слово:

— Грубо.

Вскоре студенты один за другим были запущены в воздух. Кто-то падал с паникующими или восторженными криками, кто-то молчал, продумывая, как же садиться, чтобы не устроить с землёй слишком плотного знакомства. Пирра была первой, кто приземлился, и она сразу осмотрелась, чтобы найти своего будущего мужа. Она увидела его, пытающегося выровняться в середине полёта, и улыбнулась. Она знала, что боги помогали тем, кто пытался помочь себе сам, и, пускай им и суждено быть вместе, она предпочтёт взять всё в свои руки. Девушка прицелилась из винтовки, разложила её в копьё и метнула. Она знала, что оружие приколет её избранника за его милую толстовку прямо к дереву, и он будет болтаться там, пока она не снимет его.

Пирра улыбнулась про себя и кивнула. Он был так же хорош, как и она.

[Небо над Изумрудным лесом — юг]



Тем временем летящая Руби улыбнулась, выстрелив в маленькую птицу в воздухе. Маленький невермор был бы неплохим началом, но птица всё продолжала уклоняться от её выстрелов. Руби стреляла из своей немаленькой винтовки снова и снова, но гримм как-то избежал всех пуль, что в него летели, а это расстраивало. По правде говоря, могло показаться, что птица и вовсе её не заметила! Она просто лениво и беззаботно порхала в воздухе, ни капли не волнуясь об остальном мире! Руби летела прямо на невермора, готовясь отвесить ему хороший пинок… но промахнулась. Зацепившись лезвием Крессент Роуз за ветку, она ловко приземлилась на землю и надулась.

— Итак, Крессент, — прошептала Руби себе под нос, покачивая развёрнутую косу в руках, — поможешь мне найти Янг?

Тишина.

— Почему ты думаешь, что не она нужна мне в партнёры?

Больше тишины.

— Хорошая мысль. Да, Жон может быть прекрасным напарником! Он правда добрый и весёлый. О, и не говори никому, но он ещё и милый.

Единственные звуки, что можно было услышать в лесу вокруг – щебетание птиц и шелест ветра.

— Ты так думаешь? – Руби покраснела, ковырнув землю ногой и глядя вниз, — ты правда думаешь, что он может меня пригласить?

Ещё больше тишины.

— Ты права! Я буду его напарницей, и он может позвать меня погулять! Отлично, Крессент Роуз, ты меня убедила! Давай найдём Жона!

Руби исчезла в облаке лепестков роз. За ней никто не последовал.

[Небо над Изумрудным лесом — восток]



Жон летел в воздухе, обдуваемый ветром. Сумей кто-то увидеть его лицо, когда его запустили в воздух, они бы посмеялись над болезненным выражением его застывшего в шоке лица. Хорошо, хорошо. Просто нужно приземлиться самым первым, найти путь назад и вернуться к Озпину, ни с кем не столкнувшись по дороге! Если ты ни с кем не будешь сражаться, то не умрёшь, вернёшься с пустыми руками -
тебя выкинут, и ты будешь свободен! Сейчас у тебя есть немного лиен, так что ты сможешь снять квартиру, пока будешь искать работу. Кажется, отель Экснир искал шеф-повара? Сперва надо будет проверить его.


Жон улыбнулся и кивнул себе, продолжив вращаться в полёте. Его аура была открыта очень, очень давно, и он был очень хорош в её контроле. Всё, что ему надо, это приземлиться – аура отлично его защитит. И, когда Жон уже был готов закончить полёт, деревья резко выросли, а он сам понял, что что-то пошло не так. Боль пронзила его грудь, а его тело впечатало в ствол дерева. Горло перехватил кашель, а Жон увидел, как изо рта летят алые капли. Он опустил взгляд, чтобы увидеть бронзовое копьё, что, пройдя сквозь грудь, прикололо его к дереву. Судя по тому, что Жон почувствовал, тот, кто бросал копьё, попал в сердце и убил его за считаные мгновения.

Поэтому простительно, что он покачал головой, пробормотав:

— Ну чёрт возьми…

И умер.

Счётчик смертей — 2,034

Глава 4: Неверморы и пчёлы

Пирра была крайне самоуверенной. Это как сказать, что солнце горячее, а вода – мокрая, но преуменьшить. Всё шло так, как она хотела, и сейчас она безостановочно двигалась туда, где находился её избранник. Она наткнулась на несколько гримм, но они убиты едва ли не мимоходом. Да, всё шло, как надо. Она была достаточно уверена в своём мастерстве и в том, что с его помощью успеет к своему Первосвященнику раньше, чем на него натолкнётся кто-то другой и станет его партнёром вместо неё.

Она пробиралась сквозь Изумрудный лес, двигаясь всё быстрее, чтобы успеть к своему призу. В конце концов она оказалась в том районе, куда Жон должен был приземлиться.

— Жо-о-о-он! — позвала Пирра, пытаясь привлечь к себе внимание. Интересно, а он будет заинтересован в небольшом пре-посвящении?.. Пирра хихикнула про себя, покраснев, — Жон? Ты здесь?

Кап.

— Жон? Ты тут? Это я, Пирра!

Кап.

Пирра хмуро осмотрелась вокруг. Относительно большая лужа крови была на земле у корней деревьев, всё ещё яркая и свежая. Её изумрудные глаза ме-едленно поднялись в верх, и привычное спокойствие и мудрое поведение рассыпалось в пыль, когда она увидела его, её избранного, её Первосвященника, прекрасного блондина, сквозь грудь насаженного на дерево за ним, безвольного и неподвижного, а с конца её копья понемногу капала кровь.

Жон! — закричала она, проявлением вынув из его копьё, вылетевшее с мерзким чпоком. Его тело упало к ней на руки, и, когда она положила его, из её глаз потекли слёзы. Он был холоден, как земля, на которой лежал. — Почему?.. Создатель, почему? Почему ты отнял его у меня так? Меня наказали за высокомерие? Создатель, прошу тебя, пощади того человека! Я не смогу жить без него! — с пылом актёра театра драмы, Пирра рухнула на колени, продолжая смотреть в небо, продолжая умолять: — Прошу, яви милосердие к своей верной слуге! Не забирай его у меня так!

Ничего.

Пирра продолжила рыдать, тщетно пытаясь вытереть слёзы. Она медленно закрыла его глаза (в смерти он почему-то казался только раздражённее) и еле-еле поднялась на ноги. Создатель… почему ты поступил со мной так? Я не божество, не милостивая Богиня? Я была жестока с моими последователями? Почему ты подарил мне совершенство и так забрал его? Я прицелилась точно и только твоё божественное вмешательство могло сместить копьё! Почему, Повелитель?

Сейчас, если вы обратили внимание (на что я, в тайне, надеюсь), Пирра не была Богиней. Так что несложно понять, что не Создатель пробил грудь Жона, а сама Пирра, не способная принять тот факт что она не была, по правде говоря, идеальной. Конечно, это просто выходит за границу безумия нашего чемпиона, так что она потерянно пошла прочь, не переставая ронять слёзы.

— ПОЧЕМУ, ПОВЕЛИТЕЛЬ!?

Она замолчала и начала своё одинокое путешествие без своего избранного, чувствуя себя ещё более одинокой, чем раньше, когда что-то привлекло её внимание. Нечто невозможное. То, чего не могло быть.

— Чёрт подери! Всю толстовку кровью испачкал! О, зашибись, и на груди огромная грёбаная дыра! Клянусь, когда найду того сукиного сына, что меня убил, то медленно засуну ножны от Кроцеа Морц ему в задницу, и буду использовать его как щит! — Пирра медленно обернулась, широко раскрыв глаза на побелевшем лице. Жон Арк сидел, растягивая ткань своего капюшона, глядя на него. Н-н-невозможно! Он… он жив?! Но он ведь умер! Я проверяла пульс! Он не дышал! Он… он… он Бог?

— Серьёзно, этот день идёт просто, блять, охрененно! Что может быть сложного, чтобы просто приземлиться, вернуться на грёбаную опушку и провалиться?! — в голос кричал Жон, направив кулак в небо, — ЭТО ВСЁ ТВОЯ ВИНА!!! — Пирра шокировано моргнула, всё ещё пытаясь понять, кто же этот блондин, — отлично, — продолжил Жон, — а теперь, чем бы стереть кровь с одежды? Уксусом?

Глаза девушки расширились ещё сильнее. Кажется, словно он привык! Что тут творится?!

— Нет, погодите, это же была перекись водорода! Точно. Надо будет закинуть её в корзину, верно? Да и ещё придётся позаботиться об этих дырах в толстовке и рубашке – думаю, зашью всё, как вернусь.

Что же он за Бог? Разум Пирры продолжал биться об эту стену, пока она глазела на Жона. Бог тканей? Божество-защитник? Бог… любви? Последняя мысль не показалась Пирре особо плохой. Что ж, он не может быть моим Первосвященником, но так даже лучше! Ведь Бог и Богиня должны стать едины! Не удивительно, что с первого взгляда он казался несовершенным, ведь он так же, как и она, просто искал себе пару! Мне придётся трудиться ещё сильнее, чтобы захватить его божественное сердце! Она молча сжала кулак и подошла к Жону, что всё ещё говорил сам с собой.

— Хорошо, теперь, чтобы свалить отсюда, надо лишь вернуться к холму и, если Озпин не подведёт, то я вылечу отсюда! — Жон кивнул своим словам, поднял голову и увидел, что прямо перед ним стоит улыбающаяся Пирра. Краски покинули лицо Жона и он несколько раз безмолвно открыл рот, пока не смог продолжить дышать, — к-к-как долго ты б-была тут?

— Достаточно, чтобы узреть твою божественную природу. Прости меня, что не показалась раньше, — извинилась Пирра тоном, которым друг извиняется за то, что не заметил новую стрижку.

— Я… ты… что?

— Ответь, каким аспектом ты владеешь? Я – Пирра Никос, Богиня Победы, — вновь представилась она, улыбаясь. Жон моргнул, и наступила тишина, прервавшаяся лишь когда его ладонь встретилась с его же лбом.

— Да ты шутишь… Во всей этой ситуации так много неправильного, что я не думаю, что могу это обсуждать… — он кашлянул и неспеша поднялся на ноги, — итак, первое, я не бог, а человек. Я просто… проклят* идиотским бессмертием. Второе — это останется между нами, ясно? Никто не должен об этом знать – ни Руби, ни Янг и определённо не Озпин! Третье, Богиня Победы? Ты правда думаешь, что ты Богиня? — на этих словах глаз Жона дёрнулся. Смущённая девушка тут же ответила:

— Н-ну конечно! Почему ещё меня восславляли все эти годы? Так много людей за все эти годы говорили, что я совершенна, кем ещё я могу быть? — Жон помассировал переносицу.

— Знаешь что? Забудь. Я ухожу, — он неспешно двинулся туда, где, по его мнению, был Озпин.

— Жон, куда ты? — он обернулся.

— Всё просто – проваливать этот тест.

— Ч-что?! Ты не можешь! Тебя выгонят из Бикона!

— Ага, — довольно улыбнулся Жон.

Нет! Я не могу этого допустить! Ты мой, любимый!

— Н-ну, как твой партнёр, я не позволю тебе уйти вот так! Какое божество оставит тех, кто в нём нуждаются? — Жон вновь хлопнул себя по лицу.

— Хорошо, позволь мне повторить. Я. Не. Божество. Я просто обычный человек, который порой соперничает со смертью. Почему люди думают, что если кто-то просто не может умереть, то он должен стать охотником? Никто не подумал, что, может быть, только может быть, я не хочу им быть? — Пирра почувствовала паническую дрожь. Она не хотела снова терять его так скоро!

— Н-н-ну… — и, пускай девушка мгновенно возненавидела свой поступок, она была в отчаянии, — я… понимаю. Полагаю, похоже теперь мы оба провалимся… — блондин застыл, моргнув.

— Эм… прости?

— Видишь ли, раз мы сейчас партнёры, то и провалимся вместе, — ответила погрустневшая Пирра.

— Я… это… м-м-м… к-когда Озпин сказал это? — чёрт, он правда это говорил?

— В своей речи, — солгала Пирра, глубокомысленно кивнув. Жон вздохнул. Он хотел провалиться, но не ценой кого-нибудь другого.

— Хорошо, отлично. Тогда мы закончим это вместе, — удручённо ответил Жон, — никому ни слова, хорошо? — девушка кивнула, сделав жест, словно замкнула себе рот.

— Конечно. Никто не должен узнать о нашей божественности, это может вызвать панику.

— Я уже сказал тебе, что… — парень замолчал, помассировав переносицу, — а знаешь что? Пофиг. Просто пойдём…

Изумрудный лес — север



Бззззззззззззззззз!

— Ты это слышала? — хмуро огляделась Янг.

— С-слышала что? — переспросила Блейк, неловко переставив ноги, а её щеки порозовели.

Бззззззззззззззззз!

— Серьёзно, я слышу это жужжание! — пробормотала Янг, сощуренными глазами оглядываясь вокруг, — может, это рапира Вайс?

— К-конечно… — ответила Блейк своим тихим голосом. Это не работает…

— Хорошо, давай просто пойдём отсюда. Надеюсь, что мы сможем найти реликвию первыми. Должна признать, что ты чертовски хороший партнёр. И ужасно гибкий… — она двусмысленно покачала бровями. Темноволосая девушка с покрасневшим лицом издала фальшивый смешок, её ноги дрожали, пока она сама отводила взгляд, не в силах встретить взгляд напарницы.

— Т-ты права, нам с-следует идти дальше, — почему это всё ещё не работает?!

Бззззззззззззззззз!

— Снова! — сердито крикнула Янг, — всё, уходим отсюда!

Вскоре они обе оказались в руинах посреди Изумрудного леса, где на множестве пьедесталов стояли шахматные фигуры. Янг и Блейк внимательно разглядывали их, выбирая, какую взять.

— О, беру эту! — блондинка махнула белым конём, — это милый пони!

Бззззззззззззззззз!

— Ага-а-а… — лицо Блейк только краснело, а движения стали порывистыми, и девушка часто останавливалась, чтобы схватиться за стену из-за пошатнувшихся ног.

— А-А-А! Жужжание ещё здесь! — закричала Янг, вцепившись в свои драгоценные волосы в раздражении и ярости, — да откуда оно идёт?! — тут Янг услышала чей-то голос:

— Ребят, вы в порядке? — Жон и Пирра быстро подбежали к ним, причём оба выглядели обеспокоенными, — мы слышали крики, всё в порядке? В округе есть ещё гримм? — Янг качнула головой.

— Нет, не в этом…

Бззззззззззззззззз!

— Что за фигня? — просил Жон, оглядываясь с приподнятой бровью.

Это то, что я спрашивала! — выкрикнула развернувшаяся Янг. Жон посмотрел на её напарницу, что стояла в стороне, глядя вдаль, и не позволяя себе встречаться с ними глазами.

— О, привет, Блейк! Приятно тебя видеть! — приветливо улыбнулся Жон, протянув руку. Девушка обернулась, кивнув.

— П-привет, Жон. П-приятно тебя в-видеть.

— Всё в порядке? — в ответ парень получил лишь молчаливый кивок. Янг сзади недовольно топталась по земле, пытаясь понять, откуда идёт это жужжание, и с каждой секундой выглядела всё более и более раздражённой.

— Богом клянусь…

К счастью, Янг прервал грохот и шум тяжелых шагов, что шёл со стороны тропы. Едва все перевели туда взгляды, как в деревья что-то врезалось. Вскоре из леса появился обычный урса, врезавшийся в ствол, а на его спине кто-то сидел. Существо издало низкий стон и упало, а на землю спрыгнул его наездник.

— Ой, он сломался…

— Ты кто такая? — спросил Жон, во все глаза глядя на то, что только что случилось.

— Я Нора, Нора Валькирия! — наездник оказался весёлой девушкой с рыжими волосами и радостным взглядом. Зашуршали листья и за её спиной показался парень в зелёной одежде, в чёрных волосах которого была пурпурная прядь. Девушка повернулась и обняла его за плечи, — а это Лай Рен! — Жон шагнул вперёд, протянув названому руку. Что-то в его выражении лица говорило, будто он бывал в тех же ситуациях, с которыми приходилось разбираться ему самому.

— Я Жон Арк, — протянул он руку. Рен улыбнулся и пожал её .

— Приятно познакомиться, Жон, — мило.

— Ага! Мы с Ренни напарники! Мы вместе! Но не вместе-вместе! Было бы странно. Тебе не кажется такое странным? В смысле, мы друзья с детства, но не все должны следовать этому правилу! В смысле, если бы Ренни позвал меня на свидание, я бы согласилась, но пока что мы не вместе-вместе. Вам нравятся блинчики? Я их люблю. Эй, вы слышали, как кричат ленивцы? Ренни сказал, что мой крик не был похож на ленивцев, но я думаю, что это только делает его секретнее. Какой сироп ты больше всего любишь? Это шахматные фигуры? Что за странное жужжание? Мне нравятся пчёлы, они делают мёд… — Нора продолжала и продолжала, но разум Жона уже начал пропускать её слова мимо внимания, подарив Рену сочувствующий взгляд.

Тот устало улыбнулся, как бы говоря: «Нора такая Нора…»

— Эй, — повернулась Янг к Жону, — вы не видели Руби? — она остановилась, окинула его толстовку взглядом и панически вскрикнула: — Жон! Ты ранен! — и, не успел он даже рта открыть, как девушка внимательно осматривала его, двигая руками по торсу и пытаясь найти, откуда кровь.

— Янг, Янг! Я в порядке, успокойся! — парень отступил на шаг назад, подняв руки, — серьёзно, это даже не моя кровь! — пожалуйста, Янг, не задавай вопросов!

— Тогда чья?! Пирра в порядке! Не говори, что ты просто нашёл раненного и бросил его! — тон девушки сменился на обвинительный.

— Чего? Нет! Хорошо, отлично, просто у меня кровь из носа была! Я врезался в дерево!

— Тут слишком много крови! И почему в твоей толстовке такая дыра?! — она осмотрела его взволнованным взглядом лиловых глаз. Жон застонал и быстро снял толстовку и рубашку, обнажив свой торс.

— Видишь, я в порядке! — волнение в глазах Янг сменилось голодным огнём, когда она осмотрела его тело и облизнула мгновенно высохшие губы.

— Ого! А ты не говорил мне, что так… усердно тренировался! — Янг прошлась жадным взглядом по его животу, где виднелся чёткий пресс, показатель интенсивных тренировок, — И… Янг это нравится! Янг это очень нравится!

Нора и Рен переглянулись, его глаза расширились, едва девушка показала большие пальцы.

— Красивый Жон! Ты должен много работать! У тебя много тренировок? Я много тренировалась, а пресса нет! Должна ли я его получить? Ренни, а я могу его получить? Я должна работать и над своей задницей. Парням они нравятся, верно Ренни? Погодите, мне казалось, что грудь им нравится больше? Ренни, что выбрать? Почему у тебя нет пресса, Ренни? Тебе надо больше заниматься! Ты сможешь быть таким же скрытным с мышцами? Что это за странное жужжание?

Глаза Пирры расширились и она, как и Янг, облизнулась. Создатель! И это для меня? Тебе не стоило! Он идеален! Ох, хочу почувствовать всю эту прекрасную кожу своими губами! Ты будешь моим, запомни мои слова! Я сделаю всё возможное, но ты будешь моим и только моим!

Жон вновь приготовился говорить, его глаза скосились на Блейк, которая, как ему казалось, могла стать оплотом адекватности, коим она была вчера, лишь чтобы увидеть, что она буквально пожирала его широко открытыми золотыми глазами, пока вдруг с очень напряжённым и громким стоном не рухнула на колени с полностью алым лицом и подрагивающим телом. Удивлённый Жон бросился к ней, положив ей руку на плечо.

— Блейк?! Блейк, ты в порядке?! — cпросил он, взволнованно осматривая её и аккуратно, но крепко сжал руку на плече. Однако это тело прямо перед её глазами, его взволнованный взгляд и голос и лежащая на плече рука вызвали у Блейк только одно.

Она вновь застонала и, задёргавшись, рухнула на землю с глупой улыбкой на лице. Жон и Янг поддались панике, лишь Нора подняла взгляд, нахмурившись.

— Эй, Ренни?

— Да, Нора? — переспросил Рен, а его взгляд иногда перескакивал на Жона, чья рубаха и толстовка были на земле.

— Ты слышишь это жужжание?

Примечание к части

Прим. переводчика: * — Озпин одобряэ...

Глава 5: Почему ничего не идёт хорошо

Фавны ловили каждое его слово и каждое движение. Никто из всего Белого Клыка не смел открыть рта, пока говорил Адам Таурус, их лидер. Каждая пара глаз в комнате наблюдала, как он шагал вперёд-назад, каждым движением выражая нешуточное раздражение.

— Братья и сёстры… кроме Блейк. Я не думаю, что стоит объяснять, почему мы здесь сегодня собрались. Те из вас, кто участвовал в… инциденте… в последние недели, знайте — вы получите соответствующее наказание, — в тишине многие фавны издали серию нервных звуков, переглядываясь между собой, — и, не задержись доставка полутора сотен литров смазок, это было бы полным крахом. Сейчас все вы адекватны, и я надеюсь, что подобное больше не повторится.

Бормотание фавнов можно было услышать отовсюду. Имя Беладонны Блейк среди Белого Клыка уже давно обросло каким-то немыслимым количеством легенд и слухов, так что никто не мог точно сказать, что в них было правдой, а что – вымыслом. Она была идеальной шпионкой… и неисправимой, легендарной извращенкой. Некоторые даже говорили, что у неё больше секс-игрушек, чем в самом большом магазине для взрослых на всём Ремнанте. Из её комнаты можно было услышать постоянное жужжание вместе со стонами и мяуканьем, отчего все члены Клыка теряли терпение и самообладание. Но, что удивительно, никто не пытался к ней даже приблизиться — в основном потому, что они боялись даже узнать, что с ними сделает Адам за такие попытки.

— Нам нужно понять, как можно решить эту… проблему. Блейк должна быть наказана, — продолжал Адам, — её навыки разведчика и шпиона крайне важны, но она не должна развращать умы некоторых из вас.

— Эм, сэр? — кротко поднял руку фавн с кошачьими ушами в полоску.

— Да?.. — Адам попытался вспомнить его имя, но потерпел неудачу.

— Возникла мысль… Блейк ведь не устраивает это сейчас, верно?

В зале повисла просто оглушающая тишина, а панику, разливающуюся в воздухе, казалось, можно было потрогать рукой. В этом безмолвии нельзя было услышать ни шороха, но безумный ужас привлёк внимание всех гримм в округе. Фавны побледнели, несколько женщин рухнули в обморок, а мужчины вцепились в свои сиденья в испуге. Глаза Адама расширились, показывая самые яркие эмоции, что видели фавны на его лице…

[…]



—…И теперь ты навсегда изгнана из Белого Клыка! — кричал Адам, выталкивая Блейк за массивные двери, служившие входом в убежище Клыка.

— Ч-что?! — расширились глаза Блейк, — т-ты не можешь!

Бззззззззззззззззз!      

— Я могу и я делаю! Убирайся! — рявкнул Адам во всё горло. Блейк надула губы и кивнула.

— Я… я понимаю… — Адам и неназванный помощник (который получил внеочередное повышение до лейтенанта за свою умную мысль), увидели, как Блейк потянулась к пуговицам на рубашке.

—Ч-что?! Что ты творишь?! — крикнул Адам, вновь расширив глаза.

— Я… я могу убедить тебя… своим телом… — мурлыкнула Блейк, опуская руки, чтобы снять юбку.

Адам зарычал и буквально из ниоткуда выхватил баллончик с распылителем, нацелил его в лицо Блейк и нажал на кнопку, прыснув ей в лицо струёй воды. Черноволосая девушка зашипела от неожиданности и отшатнулась.

— Прочь! Уходи! Кыш! — он продолжил жать на кнопку, пока Блейк не побежала, схватив сумку. Адам выдохнул только когда она скрылась в лесу Вечной Осени, и повернулся к неназванному лейтенанту, — больше она не наша проблема… — лейтенант наблюдал, как Адам почти грустно двинулся назад.

— Кажется, что мы ещё легко отделались…

[Текущее время]



— Так кто-нибудь видел Руби? — вновь спросила Янг. Ей и Жону удалось поднять Блейк на ноги, сказавшей, что у неё просто низкое давление. Жон, к удивлению Янг, был готов к такому и передал ей самодельный пищевой батончик. Блейк с радостью и удовольствием проглотила его почти не жуя. И, вдобавок, жужжание прекратилось, отчего все облегчённо выдохнули.

— Боюсь, нет, — ответил Жон, рассматривая свою порванную толстовку, — мы с Пиррой даже не столкнулись с гримм по дороге сюда – я даже удивился.

— А мы столкнулись с гримм, верно Ренни? Я прокатилась на гримме, ты когда-нибудь на них катался? Это весело! Ты должен попробовать! Жужжание остановилось, да! Эй, Блейк, ты в порядке? Можно и мне шоколадку? Мне скучно. Эй, Ренни, а ты хочешь? Жон, ты сделал их сам? Я тоже не видела Руби. Красивое имя, но мне больше нравится Нора, потому что я – Нора! – она продолжила болтать, но все, как и раньше, просто игнорировали её. Янг принялась ходить кругами, нервно потирая руки.

– Надеюсь, она в порядке… – Жон положил ей руку на плечо.

– Руби выглядит довольно опытной, и если она умеет хоть как-то обращаться со своим оружием, то всё будет в порядке. Её ведь приняли в Бикон, верно? – блондинка выпустила на лицо слабую улыбку.

– Д-да, наверное, ты прав. Я просто беспокоюсь, но всё ведь в поря…

– А-А-А-А-А-А-А!!! – прервал крик слова Янг, пока на руины, где они стояли, легла тень. Янг вскинула голову вверх – голос звучал знакомо.

– Руби! – высоко над ними парил огромный и тёмный, как ночь, невермор. Что ещё хуже, с высоты кто-то падал, а Жон сразу узнал знакомую косу, – она падает! – крикнула Янг, но расстояние было слишком велико, и, даже бегай Янг быстрее, она бы не успела к месту падения сестры вовремя.

Чёрт! Руби! Я должен что-то сделать… проклятье, придётся использовать это! Да плевать, главное – спасти Руби! Жон опустился на колено, как бегун, а его тело начало подрагивать под чёрной аурой.

– Семейная техника меча Арк… – все удивлённо повернулись к Жону, – Семимильный Шаг! – с громким криком фигура Жона исчезла, чтобы появится дальше, как раз на пути у падающей подруги.

Пирру это впечатлило меньше всех и она так и продолжила стоять, с ухмылкой сложив руки. Вот и ещё одно доказательство твоей божественности, дорогой. Тебе не нужно скрывать её от меня.

Рен и Нора ошеломлённо молчали, что, в случае девушки, было вдвойне удивительно. Челюсть Янг отвисла, а Блейк, молча и широко раскрыв глаза на несколько мгновений, потянулась рукой к чему-то в юбке.

Бззззззззззззззззз!

К счастью для одной извращенки все вокруг слишком внимательно следили, как Жон ловил Руби, и не заметили жужжание. Девушка в воздухе упала прямо в его руки.

– Жон! – радостно обняла его Руби.

– Что происходит? – спросил парень, опуская её на землю.

– Мы с Вайс случайно наткнулись на этого огромного невермора, потом как-то оказались на его спине, и, пока мы с ним сражались… – Руби прервалась в середине рассказа, – Вайс! – вдруг крикнула она, – она ещё там!

– Конечно, она там, – застонал Жон, – почему нет? Ведь будь она на земле – и всё стало бы слишком просто! – он опустился к земле и вновь произнёс: – Семимильный Шаг! – он вновь исчез, возникнув под невермором, кружившим вверху. Жон прибыл как раз вовремя, чтобы услышать ещё один крик, и, подняв глаза, увидел, что Гримм сбросил Вайс вниз. Эй, она что, носит пле... Девушка выбила мысли из головы Жона, врезавшись прямо в него.

— А-А-А-О! Кажется я в порядке, а земля ужасно мягкая, – пробормотала Вайс. Затем озадаченно моргнула и перевела взгляд вниз, расширенными глазами глядя, как Жон начал шевелиться, – ИЗВРАЩЕНЕЦ! – девушка подскочила как ошпаренная. Ты должна благодарить меня за это!

— Как же... я тебя... ненавижу... – простонал парень, поднимаясь на ноги, и взялся за голову. Никогда не повторю. В следующий раз она упадёт. Боги, я, кажется, почувствовал её задницу. И она была хоро... НЕТ! ПЛОХОЙ МОЗГ! Жон тряхнул головой и коснулся переносицы, — кажется, я сломал нос.

— Ничего? Извините! Как смеешь ты просто стоять здесь! — продолжала тем временем Вайс, — почему ты не благодаришь меня за честь спасти меня?! — глаз Жона дёрнулся.

Спасибо?! — Вайс скрестила руки и хмыкнула:

— Именно!

И, стоило словам затихнуть, к парочке приблизились товарищи, а Янг опять выглядела раздражённой.

— Жужжание вернулось! — она осмотрелась, сжав руки в кулаки, — меня это бесит! — Жон небрежно махнул рукой.

— Просто забей, сейчас у нас есть куда больший повод для веселья. Или больший... — голос Жона с бульканьем оборвался. Он взглянул вниз, чтобы увидеть нечто большое и чёрное, торчащее прямо в его груди. Медленно повернув голову он глянул через плечо и увидел огромное перо прямо в своей спине, и быстро сложил два и два. — Ну чёрт возьми... — сумел сказать он, кашлянув кровью на Янг, в ужасе осевшую на землю.

ЖОН! — вскрикнула она, встав на колени и попытавшись ему помочь, — боги, боги, Руби, не смотри! — девушка бессильно повела руками, не зная, что делать при ранении перьями невермора.

ЖООООООН! — закричала Руби и, несмотря на слова Янг, рухнула рядом с другом, почувствовав слёзы на лице, — нет, нетнетнетнет, ты не можешь умереть! Не можешь! — Вайс оказалась рядом с широко раскрытыми глазами.

— Т-т-ты, блондинистый дурак! Ты не можешь умереть! Не здесь! Не так! — твоя королева приказывает тебе жить!

— Он этого не заслужил... — прошептала Блейк. Руби разрыдалась, позволив Янг обнять себя.

— Тихо, всё в порядке, Руби, всё в порядке...

— К сожалению, — заговорил Рен, глядя в небо суженными глазами, — горевать придётся позднее, иначе закончим как Жон, — он вынул свои пистолеты, готовый сразиться с чёрной птицей. Все последовали его примеру. Руби и Янг выглядели разъярёнными, Блейк и Вайс глядели на Невермора, а Пирра... Все разом остановились, чтобы глянуть на Пирру, которая казалась... слишком расслабленной и беззаботной, ведь её партнёр умер!

— Эм... Пирра? — медленно проговорил Рен.

— Да?

— Хм... Жон... умер. Как ты можешь... — он покачал головой, — забудь, ты, похоже, привыкла к такому.

— А, он будет в порядке. Это просто временное неудобство, — объяснила Пирра с тёплой, понимающей улыбкой. Янг затряслась.

Временно?! Ты сошла с ума?! — рыкнула она, почти крича на красноволосую, — Он умер! Твой партнёр умер! Ты что, не поняла?! — Пирра продолжила безмятежно улыбаться.

— Конечно, он умер, но это просто небольшое неудобство, — Янг уже ощутимо тряслась от злости, но её ответ был прерван Руби, начавшей общаться с... чем-то.

— Что такое, Крессент? Что сказал Кроцеа Морц? — всеобщее внимание мигом оказалось разделено между Руби и кружащим в небе невермором, а Янг со стоном заговорила:

— Ох, Руби, только не снова! Ты не можешь говорить со своим оружием!

— Я могу, Янг! — ответила Руби, — и Крессент Роуз сказала, что нам стоит отвернуться!

— И что должно случиться? — в замешательстве спросила Янг.

— Я не знаю, нам просто надо сделать это! Крессент всегда права, и она говорит, что Кроцеа Морц сказал делать! Не смотрите на Жона!

— Кроцеа Морц?

— Оружие Жона! — крик в небесах привлёк их внимание, и в них вновь понеслась волна острейших перьев, заставив всех уворачиваться и отбивать их, отчего все отвлеклись от холодного тела Жона.

— Проклятье, надо убить эту штуку! — крикнула Янг.

— Как?! — прокричала Вайс, — если ты не заметила, она летает над нами! И, как мне кажется, никто из нас не умеет того же, так что если у тебя нет большой рогатки, то нам нужен план получше!

— Я работаю над ним! — Янг подняла глаза на Невермора, что готовился запустить очередную волну перьев, — Руби, посмотри, получится ли...

— Знаешь, это становится совсем не смешно, — сказал голос. Знакомый голос. Голос, что не должен говорить. Янг ме-е-едленно развернулась, с широкими глазами на бледном лице глядя на сидящего и сжимающего переносицу Жона Арка.

Очевидно, она не была единственной, кто услышала, как только что бывший мёртвым человек заговорил, так что Вайс тоже повернулась и издала полу-вскрик полу-рык:

— Ты! Ты же должен быть мёртв!

Жон невозмутимо повернул голову в сторону Вайс. Просто, блять, прекрасно. Теперь ВСЕ знают твой маленький секрет. Этот день самый отстойный в жизни. Ну, тогда пофиг. Если все знают, то можно и немного повеселиться.

— Мне стало лучше. — Вайс вздрогнула и дёрнула себя за волосы:

Тебе не могло стать лучше, если ты умер!
Это так не работает!
— Жон глядел на девушку, казалось, целую вечность, прежде чем пожать плечами.

— С таким отношением да, не сработает. — Вайс принялась испускать странное бормотание, прерываемые судорожными вздохами, и опустилась на землю. — Хм, — Жон поднялся на ноги, равнодушно поставив Вайс на ноги, — что это с ней? — хмыкнул парень, кивнув на девушку с усталой улыбкой.

Ответом была тишина. Янг, Блейк, Руби, Нора и Рен смотрели на Жона словно на призрака. Он кивнул и хлопнул себя ладонью по лицу.

— Ладно, давайте всё проясним. Я бессмертен. Не обращайте внимания. Пожалуйста. Давайте просто... давайте разберёмся с этим невермором, а потом вы зададите вопросы, хорошо?

— О да, — первой кивнула тяжело сглотнувшая Янг, — у меня есть вопросы...

Руби набросилась на Жона с объятиями, от которых у него на секунду перехватило дыхание:

— Жон! Ты жив! Кроцеа Морц был прав! — парень моргнул:

— Откуда... откуда ты знаешь имя моего оружия?

— Погоди, — сказала Янг с лицом, ставшим ещё более недоверчивым, — то есть ты никогда не говорил ей, как зовут твоё оружие, но она его знает?

— Крессент Роуз сказала мне! — кивнула Руби, обняв свою косу, — она поговорила с Кроцеа Морц, когда ты был мёртв, и он сказал нам отвернуться, чтобы мы не смотрели на тебя!

— Правда? — Жон перевёл взгляд на меч, — вау. Умное оружие.

Блейк со стоном сжала голову. Из-за воскрешения Жона, как-то говорящей с оружием Руби, уже пятнадцати минут её неудовлетворения и Невермора, что зашёл на очередной круг и летел к ним, ей показалось, что рассудок начинает покидать её. Она тряхнула головой и вынула меч из ножен, пару раз кашлянув.

— Эм, помните, что вы только что сказали? Тут есть Невермор, которого не помешает убить.

— Итак... — продолжил Жон, не подозревая о словах Блейк, — ты можешь говорить с твоим оружием, или любым? — Руби улыбнулась:

— О, я могу говорить с любым оружием! У Кроцеа Морц странный акцент и он говорит на странном языке!

— А, так ты слышишь его, но не понимаешь? — с искренним интересом спросил Жон.

— Эм, ребят? — вновь спросила Блейк.

— Ой, да ладно! Жон, ты не можешь серьёзно верить, что Руби говорит с её, или любым другим оружием, верно?! — нахмурилась Янг, скрестив руки.

— Я могу, Янг! — повысила голос Руби, топнув по земле.

— Серьёзно, я не говорил ей имя своего оружия, но она знает его! — добавил Жон.

— Ты уверен, что не говорил? — закатила Янг глаза.

— Ага, я точно знаю, что я говорил Руби, и это точно не имя моего меча! Янг! У неё дар!

— Ребят?! — уже почти крикнула Блейк, глядя, как Невермор устремился к ним, поджав крылья. Рен и Нора принялись стрелять, Пирра встала в боевую стойку, а Вайс принялась готовить глиф, — вам надо обернуться!

— Янг, помнишь, как я нашла твой секретный журнал с картинками голых парней? — невинно спросила Руби, заставив сестру заикаться и покраснеть.

— Р-Руби! Ты не должна была их видеть! Я не знаю, как ты их нашла, но уверена, что Крессент Роуз не сказала тебе!

— Эй, у всех разные Проявления! Я вообще бессмертен! Кто сказал, что Руби не может говорить с собственным оружием?! — встрял Жон.

Ребят?! — вновь попыталась привлечь их Блейк, прежде чем волна перьев вновь обрушилась на группу. Большая часть её членов уклонилась, кто-то отпрыгнул с дороги, а кто-то, в случае Вайс и Пирры заблокировали их глифом и щитом. Перья воткнулись в землю в сантиметрах от Жона, чуть задели юбку Руби и...

Жон даже удивился, когда ещё одно перо пробило его, как и прошлое, и посмотрел на Янг, вновь в страхе вскрикнувшую. Он сумел тяжело вздохнуть.

— Ну чёрт возьми...

И умер.

Счётчик смертей — 2,036

Глава 6: Жон Шредингера

Когда Жон упал вперёд, Руби среагировала почти мгновенно и вытащила перо с отвратительным хрустом. Кровь уже налилась вокруг, окрашивая землю перед ним в красный. Янг попыталась сказать, чтобы Руби оставила Жона в покое, но его воскрешение несколькими минутами ранее не дало ей выдавить и звука, и она уже почти начала думать, что всё вокруг – какой-то странный сон из-за мандража перед инициацией. Люди не возвращались так просто. Это было невозможно.

— Хорошо, все снова отвернитесь! — слишком счастливо крикнула Руби, отбрасывая испачканное в крови перо в сторону.

Все сделали, что она сказала, и, едва они отвлеклись от Жона (по случайности, на кружащего Невермора), его голос заговорил вновь.

— Сукин ты сын, это третий грёбаный раз за сегодня! — Янг медленно повернулась, чтобы увидеть, как Жон встаёт на ноги с телом, чистым ото всяких ран, лишь следы кровь на его груди и спине показывали, что он был ранен. Он сжал переносицу и начал сердито бормотать себе под нос: — я даже провалиться правильно не могу! Всё, что я хотел, так это провалить тест. Это же не сложно, верно? Но не-е-ет, меня должно было прибить к грёбаному дереву, — Янг заметила, что обычно невозмутимое лицо Пирры дёрнулось и стыдливо покраснело, — затем меня дважды убил один чёртов гримм, все узнали мой секрет и, словно этого было мало, моя толстовка порвана!

Сверху раздался громкий крик – Невермор заходил на очередной круг, но в этот раз Жон был готов. Едва перья полетели вниз, Жон изящно увернулся от них, показав чудеса ловкости.

— О боги... — пробормотала Янг, — даже смерть тебя ни на минуту не замедлила!

— Я к ней привык... — буркнул Жон, — есть идеи, как опустить эту проклятую штуку вниз?

— Я могу попробовать подстрелить её, но у меня мало патронов, — ответила Руби, покраснев от смущения, — Крессент сказала, что можно попробовать заманить её, — Жон застонал.

— Ох, конечно, это сработает. Давай просто используем мой призыв Неверморов. ТУПАЯ ПТИЦА!!! СЮДА!!! КРЯ!!!

Нора хихикнула, и даже Пирра улыбнулась, только Вайс не разделяла их веселья:

— Сарказм нам не поможет!

— Я тебя не сломал? — пробормотал Жон, вынимая меч.

— З-заткнись! — заикнулась Вайс.

— Ваши споры тоже не помогают! — сердито вставила Блейк.

Жон дёрнулся, вновь услышав крик Невермора, и поднял меч со злобным рыком.

— Я мог бы уже быть в Вейле с новой работой, но не-е-ет! Я должен был отправиться в Бикон! Я должен был лететь в тупом самолёте, мне пришлось разбираться с тупыми Неверморами, злобными наследницами, чокнутыми чемпионами, и знаешь, чья это вина? ТЫ ВО ВСЁМ ВИНОВАТА, МАМА! ЭТО ВСЁ ТВОЯ ВИНА!
ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ?!


[Окраина Витала — дом Арков]



Апчхи! — чихнула женщина с фиолетовыми волосами, отворачиваясь от нарезаемого перца. Она мягко улыбнулась, чтобы вернуться к своему занятию, тихо напевая себе под нос. Пара крепких рук взяла её в кольцо и она почувствовала сильные объятия.

— Александр, — довольно сказала женщина, — хватит пытаться меня соблазнить, — она повернула голову, чтобы быстро поцеловать блондинистого мужчину.

— Но я не пытаюсь! — улыбнулся человек-гора размером с Урсу, — я просто люблю свою прекрасную жену!

— Дорогой, ты же знаешь, что я не могу тебе сопротивляться, — обняла его женщина, уже жарче поцеловав его, — и, если ты не хочешь ещё одного ребёнка, то позволь мне приготовить обед, — женщина улыбнулась и, развернув мужчину, шлепнула его пониже спины.

— Ты неисправима, Виолетта, — не смог Александр удержаться от улыбки, но всё же шагнул от жены, — Итак, сейчас наш дорогой Жон уже в Биконе.

— Я надеюсь. Сам знаешь, как он не хотел туда идти, но так будет для него лучше. Он наконец-то встретит ребят своего возраста и, может, наконец кому-то откроется. Клянусь, он же просто воплощение сердитого кота, — Виолетта покачала головой и вернулась к овощам, неспешно, словно медитируя, продолжив нарезать их.

— Дорогая, я люблю тебя сильнее, чем все слова могут сказать, но может это из-за твоих тренировок он такой... эм... сердитый? — произнёс Александр, нервно почесав затылок.

— Дорогой, я же просто хотела, чтобы он был в безопасности! Ты же понимаешь это? Наш малыш собирается выйти в большой мир и я хочу быть уверена, что ничто не сможет ему навредить!

— Виолетта, он бессмертен, если ты забыла. Буквально НИЧТО не может ему навредить. Поверь мне, на твоих тренировках он умер всеми возможными способами! Если он до сих пор жив, то нет такого гримма, человека или фавна, что смог бы его победить, — мужчина вздохнул и покачал головой.

— Да, и благодаря мне мы уверены в этом, — женщина прервалась, услышав жужжащий звук, — кто-то звонит, — она потянулась к карману фартука и вынула оттуда чёрный свиток, тут же открыв его, — о, это Афина! Интересно, как она.

— Знаешь её? Прекрасно. Её дочь уже четыре раза выиграла Турнир Мистраля, — женщина нажала на кнопку ответа, чтобы услышать скромный и мягкий голос.

Виолетта, это ты?

— Афина! Почему так давно не звонила?

Прости, только сейчас появилось свободное время – представляешь, моя дочь поступила в Бикон!

— А, Пирра? Как она? Я помню её, когда она ещё была мне по колени!

О, у неё всё прекрасно! После четырёх побед в Турнире и всех этих интервью и шоу, она стала знаменитой!

— Это прекрасно, Афина! Ах да, наш сын тоже поступил в Бикон!

_________________________

— Влево! — крикнул Жон, увернувшись от очередной волны перьев, — нам нужно в руины! Если он не сможет в нас стрелять, то спустится!

— Отличная идея! — ухмыльнулась Янг, — когда он спустится, мы будем готовы!

Группа бросилась к руинам, уворачиваясь от нескончаемых перьев. Все, у кого было дальнобойное оружие, порой стреляли в птицу, но их выстрелы едва ли царапали гримма. Вскоре восемь фигур оказались среди древних стен, столбов и дорожек, позволяющих укрыться от воздушного обстрела.

— Хорошо, значит будем сидеть здесь пока это тварь не сядет вниз, — продолжил Жон внимательно глядя на кружащего в небе Невермора, — есть идеи, как это сделать?

— Кажется есть! — щёлкнула Руби пальцами, — если мы сможем отрезать его крылья, когда он будет достаточно низко, то легко его победим!

— О, прекрасная идея, — саркастично ответила Вайс, — ведь отрезать ему крылья так легко!

— Нет, не крылья, — начал Жон, широко ухмыльнувшись, — выбить его... — что-то громко щелкнуло и булькнуло, все обернулись к нему... чтобы увидеть большого чёрного скорпиона в белой маске и обезглавленное тело Жона, падающее на землю. Янг дёрнулась, широко раскрыв глаза, и вместе со всеми медленно шагнула назад.

— Чёрт! Жон! Не снова! Надеюсь он может пережить такое! О нет! — ещё громче закричала Руби, — что, если он будет как зомби?!

— Руби, у нас есть и другие проблемы! — повысила Янг голос.

— Но я не хочу, чтобы Жон умер насовсем! — продолжила Руби, даже когда Ловчий Смерти медленно пополз к ним.

— Мы все умрём, если что-нибудь не придумаем!

— Хорошо, разделимся! Кто-то займётся Ловчим, кто-то отвлечёт Невермора!

Все согласно кивнули, Пирра, Рен и Нора выскочили из укрытий к громко шипящему Ловчему, щелкнувшему клешнями, а Руби, Янг, Вайс и Блейк показались Невермору, вновь попытавшемуся их убить, чтобы тут же скрыться вновь.

И, едва все отвлеклись от трупа Жона, вселенная сдвинулась, реальность дрогнула, и Жон Арк воскрес, качнув отросшей головой.

— Ауч.

_________________________

А, маленький Жон? Помню его, он был приятным малышом. Как он там?

— Ох, прекрасно. Сейчас он, правда, довольно необщительный, и никогда ни с кем не проводит время, только сидит в комнате. Даже его сёстрам с трудом удаётся вытащить его, чтобы он чем-нибудь с ними занялся.

Разве он с ними не ладит?

— О нет, совсем нет! Они все его любят, кто-то больше, кто-то меньше, но они все близки.

Надеюсь, он поладит с Пиррой. Я уверена, что она может быть хорошим другом, и, насколько я помню Жона, он тоже был приятным мальчиком.

— Да, он такой, просто иногда ворчит. Но глубоко внутри у него доброе сердце.

_________________________

Жон подпрыгнул на ноги и огляделся, не до конца понимая, где он. С одной стороны он увидел Пирру, блокировавшую клешню большого Гримма-скорпиона, пока Рен и Нора стреляли по нему, а с другой Руби и Янг, из укрытия стреляющих по Невермору, в попытках опустить его на землю к Вайс и Блейк, готовым к атаке.

Проклятье, ещё один Гримм?! И как, чёрт подери, теперь с ним разбираться!? Уже плохо, что все знают о бессмертии, и давать им узнать об обучении — ещё хуже! Они расскажут Озпину, а он сделает всё, что возможно, чтобы задержать меня здесь! И тогда я могу помахать своим мечтам и устремлениям навеки!

Звуки сражения выбили его из размышлений и он, нахмурившись, вновь огляделся. Он мог помочь одной из команд, но не был уверен, кому помощь нужна больше. Пирра, Рен и Нора неплохо справлялись с Ловчим, но Невермор всё ещё не хотел спускаться вниз. Мысли вновь наполнили голову Жона.

А ещё я могу просто сбежать. В смысле, у них всё в порядке, верно? Им же не нужно, чтобы я вмешивался, верно? Так я провалюсь, Озпин вышвырнет меня, и всё закончится!

Однако его ноги отказались двигаться, словно он и не хотел убраться отсюда, понимая, насколько трусливым это будет поступком.

— Да ладно, — прошептал Жон сам себе, — я не могу серьёзно хотеть тут оста...

ХРУСТЬ

Глаза Жона каким-то образом сузились и расширились одновременно, когда с разочарованием и яростью понял, что очередное перо, предназначавшееся команде Руби, помазало и попало прямо в него. Снова. Упав вперёд, таким образом позволив перу выпасть из спины, и уже теряя сознание, Жон был готов поклясться, что слышал извиняющийся крик Руби.

_________________________

Что ж, я думаю, Пирра будет с ним добра. Кажется, что Жону просто нужны хорошие друзья, чтобы открыться, а Пирра очень добрая. Я уверена, что они прекрасно поладят, — в голосе Афины послышалась улыбка.

— Я тоже. Я просто надеюсь, что его дела в Биконе будут идти хорошо. Я не хочу, чтобы он взял и ушёл оттуда. Если он не станет отличным Охотником, то просто потратит свой талант в никуда, а Бикон — лучшее место, чтобы всему научиться и встретить новых друзей. Его сёстры выпустились из Бикона, Александр и я выпустились из Бикона, так что, я думаю, что и ему это удастся, — продолжала Виолетта не отрываясь от готовки.

Ты уверена? Это не кажется хорошей идеей. Не лучше ли позволить ему расти самому? Желающие стать Охотниками никогда не кончатся, но заставлять кого-то становиться одним из них... Это просто жестоко.

— С его навыками, Афина, не стать Охотником — значит опозорить себя! Поверь мне, если бы ты хоть раз видела, как он сражается, когда серьёзен и не страдает дурью, то была бы очень удивлена...

_________________________

Реальность вновь дрогнула, и Жон очнулся, поднявшись на ноги с раздражженым рыком.

Чёрт возьми, это уже пятый раз за сегодня! — он принял решение. Эта общипанная курица должна сдохнуть! Жон бросился вперёд с мечом наголо, готовый отомстить Невермору за эти повторяющиеся смерти.

— Жон, сзади! — и, прежде, чем Арк успел ответить, в груди вновь расцвела боль. Он опустил взгляд вниз, где из его груди торчало золотое жало.

— Да вы издеваетесь?!

_________________________

Ладно, допустим, у него отличные навыки, но они не могут быть настолько велики, что жизнь на всём Ремнанте зависит от того, станет он Охотником или нет.

— Афина, я тренировала его сама. Поверь, Жон сильнее любого в своём возрасте. Я бы даже поставила на него против старшей дочери Шни.

Погоди, ты... сама его тренировала?! Виолетта,не обижайся, но ты никогда не могла сдерживаться в спаррингах, и мне даже страшно представить, как пройдёт тренировка с тобой! Только Александр мог просто выжить в бою с тобой! — Женщина только хмыкнула в ответ.

— Афина, никто не мог, но Жон... особенный. Мы очень рано узнали, что у него есть уникальная способность, позволявшая ему выжить в бою со своей собственной матерью.

_________________________

Когда вселенная опять сдвинулась и Жон очнулся, то обнаружил себя висящим на дереве, а звуки сражения отражались от стволов деревьев. Он застонал и медленно скатился с дерева, упав на землю. К счастью, Кроцеа Морц упал рядом с ним, и парень, быстро вооружившись, побежал назад. Сейчас в нём в равной мере боролась жгучая ненависть и холодная злоба, давая ему чёткий план, как убить обоих Гримм, но в стиле самого безумного берсерка.

Тем временем Руби пыталась опустить Невермора на землю, и пару раз он спускался, но прежде чем Вайс и Блейк смогли ударить его, он взлетал назад, почти издеваясь над ними. Руби прицелилась и метко выстрелила, отчего птицу повело в воздухе и она почти начала падать, но сумела выровняться.

— Да ладно! — застонала Руби.

— Не получается! Он просто тянет время! Когда Гриммы стали настолько умными?! — прокричала Янг, выстрелив из рукавиц и едва попав в огромного монстра.

— Нужно побыстрее с ним разобраться, у нас кончаются патроны, и я не уверена, как дела у остальных! — веско сказала Блейк. С каждой минутой она становилась всё злее и злее от невозможности победить птицу и, наконец, остаться наедине с собой.

— Если я подберусь чуть-чуть ближе, то смогу заморозить его ледяным глифом! — предложила Вайс, — Руби, глянь, можешь ли ты...

СДОХНИ, ПРОКЛЯТАЯ КУРИЦА!!! — раздался крик, полный ярости, а четвёрка девушек замерла соляными столбами, увидев, как в сторону Гримма несётся Жон с мечом наголо с видом, словно он готов рвать его зубами, — НОЧЬЮ В МЕНЮ БУДЕТ ЖАРКОЕ ИЗ ГРИММА! — его тело начало чернеть от проявляющейся Ауры. Блейк приподняла бровь.

— Это невозможно. Гримм исчезают, если их убить. — Вайс вздохнула:

— Сомневаюсь, что придурка это хоть как-то волнует. Очень сомневаюсь.

Однако его планы на ночь внезапно оказались сорваны, когда другая, абсурдно своевременная и точная, волна перьев полетела вниз. Одно из них попало точно в Жона, отправив его к земле, где он дёрнулся, попытался что-то сказать, но пробитые лёгкие помешали. Янг скривилась:

— Хорошо или плохо, что я уже не вижу в этом ничего ужасного? Он, кажется, тоже, — остальные согласно кивнули, а Невермор в небе заклекотал, что звучало скорее как издевательский смех.

_________________________


Виолетта, тогда почему вы вообще отправили Жона в Бикон? Если он способен пережить тренировку с тобой, то учителя, очевидно, не дадут ему чего-то нового! — ответом Афине был весёлый смех, — Виолетта? Что смешного?

— Афина, дорогая, Жон обучился Одиннадцати Техникам Меча, и даже изобрёл собственную. ПО традиции нашего клана, он будет его следующим главой.

Он изобрёл свою Технику?! Это же испытание от ваших старейшин?

— О да. Они были очень впечатлены, хотя Жону и было сложно придумать название.

И он – следующий глава..

— Именно! Когда Александр и я решим оставить эту роль, Жон будет следующим!

Тогда почему вы отправили его в Бикон?! Ему же больше не нужны тренировки!

— Афина, мы отправили его в Бикон не учиться...

_________________________

Конец наблюдения. Вселенная двинулась, и Жон снова стал живым, раны исчезли, будто их никогда не было, и он пробудился. Обрати кто-то на него внимание, то увидел бы, что в его глазах осталось только спокойствие и ни следа былой ярости.

Это, что неудивительно, не продлилось долго.

— Я... устал... УМИРАТЬ! — последнее слово было сказано с такой яростью и злобой, что все, Пирра, Руби, Янг, Блейк, Нора, Рен и Вас остановились и уставились на Жона. Даже Ловчий, казалось, остановился, будто странная блондинистая штука привлекла его внимание.

Невермор, похоже, не согласился, и снова атаковал — но одним единственным пером и прямо в Жона.

Руби даже не успела испугаться и крикнуть Жону уклоняться. Вместо этого он выбросил руку вперёд и крепко схватил разогнанное перо, не давая ему ни шанса добраться до себя, а от волны воздуха волосы Жона затрепетали.

_________________________

— Мы отправили его найти жену.

_________________________

ПОСМОТРИМ, КАК ТЕБЕ ЭТО ПОНРАВИТСЯ, ВОРОБЕЙ-ПЕРЕРОСТОК! — яростно взревел Жон и, перехватив перо, запустил его обратно так сильно, как только смог, окутавшись Аурой. Раздалось два громоподобных хлопка, первый, от пера, полетевшего быстрее звука, и второй, от попадания в Гримма. Все шокировано наблюдали, как Гримм буквально кувыркнулся в небе, когда его собственное перо попало прямо в голову, мгновенно убив его.

Жон стоял на месте, тяжело дыша, а глаза сузились от едва сдерживаемой ярости. Он медленно повернулся к Ловчему и улыбнулся как маньяк.

И впервые за всё время своего существования Гримм почувствовал ужас.

Глава 7: Вкладыш исключительно здесь

[Изумрудный лес — скала на опушке]



Если бы кто-то наблюдал за Озпином и Глиндой, пока шла Инициация, то, к тому моменту, когда Жон решил сделать шашлык из Невермора, они бы катались по земле от смеха. Глинда потеряла сознание после третьей смерти и воскрешения Жона. Озпин? Ну, он спокойно потягивал кофе из кружки, глядя, как на свитке воспроизводится прямая трансляция испытания.

И, сумей кто-то прочесть в его голове, что можем мы, то услышал бы, что там играет мелодия из шоу Бенни Вилла*, пока Жон гоняет Ловчего по лесу. Озпин улыбнулся, сделав ещё один глоток кофе. Бессмертный Арк? Вот это было интересно. Тот факт, что он будет способен совершать невероятные подвиги, был лишь вишенкой на торте. Этот год обещает стать одним из лучших. Один бессмертный и шесть прекрасных девушек? Это был подарок небес! Следующие четыре года будут самыми весёлыми из всех предыдущих!

И, едва он продолжил напевать мелодию, его глаза в изумлении расширились, когда, он мог поклясться, на мгновение на экране высветилось, что Жон действительно преследовал Ловчего, и оба были верхом на… цирковых велосипедах?!

[Изумрудный лес — руины]



Говоря о том, чтобы заглянуть в чужие мысли. Давайте потратим немного времени и взглянем на самые сокровенные мысли будущих студентов Бикона, когда они наблюдали, как их сокурсник кричал что-то о кровавых убийствах, преследуя гигантского скорпиона, издававшего скрипящие крики чистого ужаса. Давайте начнём с Янг, хорошо? В конце концов, нам понадобится немного адекватных мыслей перед остальной шестёркой…

Боже, да это просто невозможно! Как, Гримм дери, он это делает?! Он правда преследует, ПРЕСЛЕДУЕТ Ловчего! Гримм никогда не убегали от меня! Как так-то?! И… боги, посмотрите на его те… нет! Янг, сосредоточься! Кто его обучил?! Сам Озпин? Я бы подумала о дяде Кроу, но он о чём-то таком даже не упоминал! Невероятно! Даже завидую Пирре. Бессмертный, красивый и супер-сильный партнёр? Нет, Блейк тоже хороша, но… Взгляд Янг последовал за полураздетым Жоном, взмахнувшим мечом и что-то кричащем о использовании хвоста Гримм в кулинарии. Он же просто за гранью!

Удивление и возбуждение, что, впрочем, неудивительно от кого-то вроде Янг. Её реакцию ещё можно было предугадать, но давайте взглянем на… менее адекватных людей, стоявших на поляне. Кого бы выбрать… О! Давайте выберем нашу богиню-подражательницу, Пирру. Это будет весело!

Сильный! Красивый! Совершенный во всём мужчина! Творец, я не могла представить лучшего мужа даже в мечтах! Судя по тому, как он уничтожил Невермора, Жон — бог войны! Бог войны и богиня победы? Это невероятно! Мы должны быть вместе! Наша судьба уже предопределена! О, любимый, ты захватил моё сердце! Пирра прижала руки к груди и радостно вздохнула, увидев, как Жон бросил в Ловчего немаленький камень с такой силой, что он полетел быстрее звука и пробил панцирь Гримма, вызвав у него ещё один визг боли и страха. Пора планировать нашу свадьбу! Это должен быть праздник на весь Ремнант! Нужно будет обсудить это с его и моими родителями — мы определим, как будет проходить этот праздник!

Ага… уже планирует свадьбу. Это хоть кого-то удивило? Поэтому, пока Пирра продолжала мечтать о своей невероятной свадьбе на весь Ремнант, перейдём к мыслям другого человека. У нас есть ещё пять умов и, когда мы закончим, то уже не захотим к ним вернуться. С учётом сказанного, давайте глянем на живой двигатель, шар бесконечной энергии, радости и добра! Нора Валькирия!

… Вау.

И… это всё.

Нет, всё в порядке — я тоже такого не ожидал. Впрочем, безумие может принимать все виды, верно? Что ж, после… эм… довольно быстрого взгляда на сияющие мысли Норы, переведём взгляд на её противоположность, тихого и спокойно Ли Рена.

Проклятье, да как он это делает?! Он просто метнул перо в Невермора и гоняется за Ловчим! За Гриммом, чтоб его! Интересно, как часто он тренируется и согласился бы помочь с тренировками мне? Интересно, что он думает о людях из восточного Вейла. Интересно он готовит и готовил ли эти шоколадки раньше? Интересно, он умеет готовить блины? Надеюсь, что да — тогда можно было бы отдать его Норе и отдохнуть от неё… чуть дольше — хочется, наконец, нормально почитать. Почему он не носит доспехи? Интересно, какого ему умирать. Больно? Или ему уже наплевать? И смотрит ли на это Озпин?



Почему-то это не стало неожиданностью.

Ну, очевидно, разум Рена… малость занят? Может обычно он слишком занят размышлениями, чтобы нормально разговаривать? Впрочем, это неважно. Давайте вновь переключим канал, на этот раз на мысли нашего милого и неловкого жнеца — Руби Роуз. Возможно, нам не помешает немного священного света, прежде чем нырнуть во тьму мыслей двух извращенок — Вайс и Блейк.

Интересно, почему Кроцеа Морц постоянно издаёт этот странный звук… «Хо-хо-хо»… И что такое Эйфелева Башня? А круассан? Ну, я хотя бы могу понять Крессент! И интересно, почему оружие Блейк продолжает так бояться. Никогда раньше не встречала испуганного оружия! И оно такое классное! Меч, пистолет и кусаригама? Как же круто! Хотя странно, что он продолжает говорить, что «видело некое дерьмо» и просит «избавить его от страданий». Бедный мечпистолеткусаригама! Может быть, ты был бы счастливее, используй Блейк оружейное масло вместо… чего-то, что она использует! Я знаю, что Кресцент больше любит такую! Вау, Жон ещё преследует Ловчего? Эх, как же хочется печеньку! Шоколадную! Или ореховую! Или обе! Эта погоня уже надоела…

Оружие и печеньки. Ага, это наша Руби. Вас хоть немного это удивило? Если да, то почему вы читаете это? Идите лучше сериал посмотрите…

Ладно, мы уже видели мысли большей части нашей маленькой группы, но давайте направимся в самые глубины разврата! И начнём, пожалуй, с Вайс — немного жутко даже предположить, о чём сейчас мечтает Блейк, и у неё есть вполне себе приличное воспитание. Возможно, её мысли будут не слишком… порочными.

ДА! ДА! РАСТЕРЗАЙ ЕГО! ВОССЛАВЬ СВОЮ КОРОЛЕВУ! За это я вознагражу тебя самым красивым и дорогим ошейником с моим именем, написанным золотом, чтобы все знали, кому ты принадлежишь! Когда мы вернёмся в Бикон, я дам тебе почувствовать всю силу моей любви! И, пока ты будешь связан с заткнутым ртом, я дам тебе прекрасный урок! Если ты покажешь мне свою верность, то узнаешь, что я — прекрасная и милосердная любящая королева, но посмей ты сопротивляться, и наказание будет суровым! Я воспользуюсь «Контр-адмиралом», чтобы, кхм, «вбить» в тебя этот урок!

Так, достаточно! Я не знаю, как ты, дорогой читатель, но я верю, что Жону пора начать приглядывать за своей спиной, если ты понимаешь, о чём я. Так что давайте уже к самому главному! К тому, что чего вы все так ждали. Ум, стоящий за крупнейшей оргией фавнов на Ремнанте. Легендарная извращенка, Блейк Белладонна. И, поскольку её воображение… это её воображение, то я просто не могу показать её настоящие мысли никому на Земле (иначе за мной начнётся преследование). И мы будем рассматривать из через фильтр Видения Блейк™. Что это такое? Ну, давайте посмотрим!

Жон мчался мимо, когда на пару секунд замер в потоках ветра, развевавших его волосы, чтобы направить свой сапфировый взгляд на Блейк, с улыбкой на лице.

— Блейк, любовь моя, — сказал он, поигрывая мышцами, — когда я сражу это глупое создание, я отведу тебя вглубь леса, и покажу тебе всю свою любовь, пока сами небеса не начнут нам завидовать… Я изучу тебя всю, и каждый твой стон будет для меня лучше любой музыки…

Веки Блейк затрепетали, по телу пробежала волна жара, и единственной, что сорвалось с её губ, было очень тихое и мягкое «Мяяяяу…», а на лице расползлась довольная улыбка. Она уже более, чем готова, но чтобы подготовиться к своему новому любовнику, она опять включила свой инструмент,
уже не в силах дождаться, когда он, наконец, закончит…


Ага, кажется, что ей даже дышать тяжело, верно? Довольно странно, хотя, может Блейк просто надеется, что Жон остановится в самом разгаре своего приступа гнева, и переведёт внимание на неё, но уже с предложением «расслабиться»? Но странно другое — никто и ничего не заметил! Несложно догадаться, что Пирра бы сказала нимфоманке-ниндзя-кошке «пару ласковых», верно? Да и разве Жон не должен материться как заправский сапожник-алкоголик в неуправляемом гневе? И вы были правы, если подумали так! Так что давайте одним глазом глянем сквозь Видение Блейк™!

Жон остановился лишь на пару мгновений, чтобы набрать в грудь, покрытую его же засохшей кровью, побольше воздуха. Но секундой спустя он разразился злобным и неразберимым потоком ругани, и продолжил бежать на Ловчего, что кричал в ответ, но уже от страха, истекая чем-то вроде крови из ран, что Жон уже успел ему нанести.

Блейк пялилась на него, едва не облизываясь от предвкушения, когда Жон продолжал убивать гримма, а её рука спустилась в набедренную кобуру, где прятался круглый регулятор, который девушка и выкрутила до предела. Теперь всем стало ясно, что это за звуки, не то, чтобы ей было до этого дело. Вместо этого Блейк просто погрузилась в свои озабоченные фантазии, опустилась на землю и мягко мяукнула…


Так что…

Ага.

Это было нечто. Вот поэтому погружение в глубины чужих мыслей — плохая идея. С другой стороны, теперь мы знаем чуть больше об этих… людях, независимо от того, хотели ли мы этого. Впрочем, уже пора вернуться в реальный мир, что находится за пределами мыслей каждого…

[Изумрудный лес — дорога к руинам]



Взгляды Руби, Янг, Блейк, Вайс, Пирры, Норы и Рена следовали за блондинистым полураздетым рыцарем, что без остановки гонял гримм. И, пускай порождение ночи уходило от большинства ударов, было ясно, что оно с каждым рывком слабеет и движется всё медленнее и…

БЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗ

— А-А-А!!! — закричала Янг, потянув себя за волосы, — снова это жужжание! Звучит как… — она замерла с расширенными глазами, — да быть того не может… Прошу, скажите, что ни у кого из вас нету того, о чём я только что подумала?

— Ты о чём? — склонила Руби голову на бок, — ты о чём, Кресцент? Что за «вибратор»?

— Руби! — подавилась Янг, — хватит спрашивать своё оружие о таком! И кто, гримм подери, его использует?! Да ещё так, что нам слышно?!

Блейк чуть сдвинулась, её глаза пробежались по поляне, пока она прикусила губу, стараясь не начать кричать в экстазе и не выдать себя. Пирра посмотрела на широко улыбающуюся Нору, которая выглядела так, словно не понимала, что происходит. Скорее всего не она. Вайс сузила глаза, сложив руки на груди:

— Надеюсь, вы не обвините меня в таком извращённом поступке! Я — Шни и никогда не опущусь до подобного разврата! — Янг закатила глаза.

— Да ладно тебе, Вайсскимо, просто признай это. Я не из тех, кто судит, хотя тебе и придётся это выключить, потому что меня бесят эти звуки, да и Руби прямо здесь!

— Это не я! — возмутилась Вайс, — Держу пари, это ты сама, и пытаешься обвинять всех вокруг!

— Ребят, что происходит? — невинно спросила Руби.

Но, прежде чем Янг успела ответить, из леса раздался протяжный визг, приманивший к деревьям все взгляды. В разгоревшемся споре все забыли о Жоне и гримме, которого он гонял, но тут всё усиливающийся крик, резко оборвавшийся с мерзким хрустом, показал на судьбу чудовища. Но хруст рвущегося тела раздавался снова и снова, отчего Янг слабо замутило, Вайс побледнела ещё сильнее, чем обычно, и даже Пирра выглядела немного обеспокоенной. Всё стало чуть хуже, когда над лесом раздался торжествующий злобный смех.

Наконец, на поляну упала тишина, нарушаемая только громким жужжанием. Кусты зашуршали, и из них выскочил довольный Жон с усталой улыбкой на лице.

— Проблема решена! — улыбку на лице можно было бы назвать милой, не походи оно на лицо какого-нибудь маньяка.

— Боги, — качнула головой Янг, — Жон, да кто ты такой? — тот устало опустился на землю.

— Я — Жон Арк, вселенская груша для битья.

[Изумрудный лес — скала на опушке]



— Пошёл… ты… Озпин… — раздался голос Жона, едва его руки уцепились за каменную грань, медленно поднимая остальное тело вверх.

Глоть

— Грубо, — тихо заметил Озпин, глядя на Жона, — похоже, вам удалось пережить инициацию, хотя это и было невозможно.

— Что вы имеете… — начал Жон, как его лицо вдруг резко побелело. — Вы… Вы видели.

— Конечно. Я следил за вами всё время. Я бы хотел поговорить с вами наедине, если вы не против, — спокойно ответил Озпин, выпустив еле заметную тень улыбки.

Все остальные, уже поднявшись следом, уставились на Жона, чьё лицо постоянно меняло выражение, прежде замерло в смирении.

— Естественно, почему бы и нет?.. И знаете что? — Жон поднял руки, — я ещё могу сбросить это всё… — Озпин приподнял бровь.

— Простите?

— Ничего. Просто давайте, наконец, покончим со всем этим. Здесь или вашем кабинете? — парень повернул голову и нахмурился: — и что это с ней? — он смотрел на бессознательное тело Глинды Гудвич, лежащей в траве. Озпин вздохнул.

— В кабинете, мистер Арк.

— Простите, директор! — привлекла к себе внимание Вайс, — почему вы ничему не удивляетесь? — её рука указала на Жона, — он же бессмертен!

— Да, чему я и мисс Гудвич стали свидетелями, — спокойно кивнул Озпин с голосом, словно он объяснял самую очевидную и просто вещь в мире.

— Н-но… Это… Это же невозможно! — в сердцах вскрикнула Вайс, топнув ногой, — поддержите меня! — приказала она остальным, — и, кто бы ты ни был, но выключи эту жужжалку! — Жон хлопнул себя ладонью по лицу.

— Может, вы перестанете говорить, будто меня здесь нет? Я бессмертный, но не глухой!

Блейк сдвинулась в сторону, пытаясь не застонать перед всеми, особенно когда жужжание не прекращалось. Сейчас она отчаянно хотела схватить Жона и примчаться в общежитие Бикона, где она смогла бы удовлетворить все свои желания, что только усиливались, пока он был рядом. Его сила, красота и, очевидно, хорошее отношение к фавнам, лишь подогревали огонь внутри.

— Н-н-нам с-стоит в-вернуться в Бикон! — на последних словах её голос дал петуха, а щёки порозовели. Она была уже так близка!

— Мне нравятся идеи мистера Арка и мисс Беладонны. А пока нам стоит вернуться в Бикон. Кто-нибудь может поднять мисс Гудвич и отнести её в буллхед? — спросил Озпин, сделав очередной глоток.**

— Нет! — мгновенно отреагировала Янг.

— Нет! — последовала Руби примеру сестры.

Хоровое «нет» разнеслось над поляной — лишь Жон промолчал, погружённый в мрачные мысли, а когда осознал всё, то было слишком поздно. Так что, пробормотав пару ругательств, парень подошёл к бессознательной женщине, поднял и перекинул её через плечо с максимальной осторожностью.

— Это был худший день… Когда мы обсудим всё, Озпин, я пойду в библиотеку… Может даже с тобой, Блейк, если ты не против, — пробурчал Арк.

К сожалению, девушка не совсем правильно поняла, что Жон от неё хотел, но её хватило даже той тени намёка, что её извращённый разум углядел.

С громким мяуканьем она рухнула на колени, а потом и на землю, подрагивая.

Все смотрели на неё, пока, спустя секунду, казавшуюся бесконечной, над скалой разнёсся второй хоровой отказ, затем тишина, а потом…

— Сукин сын…

Счётчик смертей: 2.039

Примечание к части

* — у Оза в голове вот это: https://www.youtube.com/watch?v=ZnHmskwqCCQ. И да, я всё написал, как задумывалось.
** — похоже, автор оригинала забыл, что там было ещё n команд.
И да, переводчик знает, что он слишком долго пилил главу - но тут уж так вышло, сессии там всякие...

Глава 8: Пошёл ты, Озпин

Путь в кабинет Озпина показался Жону странным. К счастью, Глинда очнулась в буллхеде, и ему не пришлось нести её остаток пути. С другой стороны, у Блейк по-прежнему слишком сильно тряслись ноги, так что ему пришлось помогать ей дойти до школы. Всё бы ничего, но девушка постоянно прижималась к нему и буквально мурлыкала, и Жон чувствовал себя самую малость неловко. Не говоря о том, что, он мог поклясться, порой она прижималась слишком сильно, но, возможно, это просто один из «призов» на пути, по которому катится его жизнь.

Едва они все вошли в академию, Жон выпустил грустно надувшую губы Блейк (её бант как-то странно дёрнулся…), и последовал за Озпином в лифт. Едва они зашли в просторный кабинет, Озпин указал Жону на кресло перед своим столом, куда тот и сел, наблюдая, как директор налил себе ещё одну чашку кофе. Он заговорил после пары секунд молчания:

— Бессмертие. Никогда раньше я не встречал Охотника с таким проявлением. Ваши родители знают об этом? — глаз Жона задёргался и он громко и очень напряжённо засмеялся:

— Хо-хо-хо! О да, вы правы! Они очень хорошо это знают! — Озпин поднял бровь, отпив из кружки.

— Ясно. Ваши… навыки тоже впечатляют. Не знал охотника, что мог бы убить Невермора его же пером. И ловчего его же жалом. И ты правда вбил его… сзади?

— Посмотрел бы я на вас, сумей он пронзить и обезглавить вас в один день! После такого я могу убить его так, как хочу! — парень скрестил руки на груди, постукивая ногой, — итак, пустыми словами мы обменялись… Чего вы хотите от меня, директор?

— Что ж, я надеялся, что смогу уговорить вас поступить сюда на роль помощника преподавателей, передавая другим студентам опыт, которого у вас, несомненно, немало, — директор вновь глотнул кофе, но отстранил кружку от лица, когда Жон вновь засмеялся, но теперь куда спокойнее, чем прежде.

— Простите, этого не случится.

— Почему нет? — чуть наклонил директор голову.

— Потому что я ухожу, — хозяин кабинета моргнул, и его глаза чуть расширились.

— Простите?

— Я ухожу. Хватит. Я больше не студент Бикона. Я не буду ходить на занятия и не буду охотником. Кто-нибудь вообще подумал, что я не обязан делать это всё, просто потому что я бессмертен и умею отлично убивать гримм?! Что, если я не хочу быть охотником? У меня есть и другие мечты, знаете-ли!

Озпин сжал кружку чуть крепче, сжав губы в тонкую линию. Это плохо. Сейчас они опасно близко к тому моменту, когда директор может потерять свое развлечение на следующие четыре года! Не говоря уже о том, что Арк был идеален для его «таблицы отношений»! Он уже составил список девушек, с которыми бы попробовал его сблизить! И ему не стоит не выполнить то, о чём Виолетта так мило попросила!

В основном потому, что эта женщина могла быть в миллион раз ужаснее, чем Глинда, если её разозлить.

— Мистер Арк… — начал директор, отчаянно выдумывая повод удержать Жона в Биконе, — может вам стоит ещё немного поду…

— Не-а! Я уже думал об этом! Просто подпишите бумаги! — улыбка блондина стала настолько довольной, что директор захотел поморщиться. Он застонал и помассировал переносицу:

— Прекрасно… — пробормотал он, сняв очки, и, проведя по лицу рукой, одел их обратно, — если она узнает… то Виолл… — но рука Жона не дала Озпину закончить, размытым от скорости движением закрыв его рот.

— Тс-с-с-с! — Арк отпустил его, бегая глазами по комнате, а его лицо словно мелом посыпали, — не говори её имя! Она может услышать! — он продолжил оглядываться по сторонам, подозрительно глядя на тени.

Озпин дождался, пока Жон не прекратил паниковать и не отпустил его, и ухмыльнулся. Значит, даже имя его матери вызывало такой ужас? Умный мальчик, но… он сам выдал ключ от себя.

— Мистер Арк, вы должны понимать, что, если вы откажитесь быть студентом, то, из-за правил Бикона я буду вынужден связаться с вашими родителями, — Жон сдал с лица, нервно хохотнув:

— П-п-почему в-вы д-должны эт-то д-делать? В смысле… Да ладно! Не может быть, ч-чтобы мои родители прил-ложили к этому руку! — он потёр руки с натянутой улыбкой, — я… Я имею ввиду, мне семнадцать, и я уже могу решать за себя, понимаете?

— Простите, Жон, — начал Озпин, не в силах убрать с лица усмешку, когда он разгладил несколько бумаг на столе, — но эти правила нужны для безопасности студентов, независимо от того, могут ли они воскресать.

— Да… Да это же бессмыслица какая-то! — в сердцах вскрикнул парень, хлопнув руками по столу.

— Я не могу выделять одних студентов на фоне других, мистер Арк. Неужели вы не понимаете? — Озпин потянулся к свитку, двигаясь чуть медленнее, чем обычно, чтобы дать парню время сдаться. Время для них замерло в ожидании, кто отступит первым. Рука директора приближалась к свитку медленно, словно сквозь густой кисель, от напряжения в комнате едва не заискрил воздух, когда его пальцы почти коснулись свитка…

—…а-а-аргх! — задушено прорычал Жон, схватившись за волосы, — ладно, хорошо! Ты победил! — он застонал, упав лицом на стол, — я останусь… — Озпин с трудом удержал торжественную улыбку, внешне оставаясь бесстрастным.

— Я очень рад, что вы решили отказаться от этого, без сомнения, глупого поступка. Так что насчёт должности помощника преподавателей? — кабинет погрузился в тишину.

Наконец, спустя, казалось, час, Жон заговорил.

— Пошёл ты, Озпин.

Глоть

— Грубо. — Арк вздохнул в ответ.

— Знаешь, что? Отлично! Я просто заставлю тебя выкинуть меня!

— Хм? — отвлёкся директор от кружки

— О да! В Биконе куча всевозможных правил! И я могу нарушить их все! — на лицо подростка выползла безумная ухмылка, — когда я закончу, все преподаватели будут молить, чтобы ты меня выгнал! — он наклонился вперёд, его глаза горели радостью, — я больше не позволю кому бы то ни было управлять моей жизнью! Мне хватило семнадцати гриммовых лет такой жизни, и будь я проклят, если это будет длиться ещё один год! Что ты скажешь на это, Озпин?!

Директор замолчал, разглядывая бумаги на столе. Жон не отрывал от него нахмуренного взгляда в ожидании ответа, но, когда молчание растянулось на минуты, напряжение вновь начало нарастать. Парень покрепче сжал зубы.

Никогда не думал, что скажу такое тебе, но ХВАТИТ МОЛЧАТЬ! Жон дёрнулся, еле-еле поборов желание обрушить стол прямо Озпину на голову.

И, вечность спустя, директор заговорил.

— Это вызов, мистер Арк?

— Ты, гримм побери, прав! Это вызов! — прорычал Жон.

Впервые с момента прибытия в Бикон он почувствовал, что испытывает то же чувство, что и к матери. Ужас. Озпин сделал глоток кофе и поставил кружку на стол, скопировав безумную улыбку Жона.

— Мистер Арк… Вызов принят. — столь резкий переход ошеломил.

— Что, простите?

— Вы будете удивлены, что мне могут спустить с рук в этой школе. Все здесь доверяют мне, и, если я скажу, что вы должны остаться, они согласятся со мной, — директор довольно отпил кофе, откинувшись в кресле.

— Вот как? Я следующий глава Арков, я создал собственную технику Меча — и что помешает мне вылететь из этой школы? — Жон прищурился, наклонив голову вбок.

Директор от души рассмеялся.

— О, я думаю следующие четыре года будут самым интересным временем в моей карьере! — Жон разъярённо встал с кресла и, бросив директору убийственный взгляд, промаршировал в лифт, где яростно ударил по кнопке первого этажа. Когда двери начали закрываться, он подарил директору прощальный взгляд: — пошёл ты, Озпин! — тот нахмурился, глядя на закрывающиеся двери.

— Грубо.

[Академия Бикон — актовый зал]



—…Руби Роуз, Вайс Шни, Блейк Белладонна, Янг Шао Лонг. Отныне вы — команда RWBY, под руководством Руби Роуз! — новоиспечённый лидер с улыбкой вскинула руки в воздухе:

— Да! — Янг улыбнулась, взъерошив волосы сестры:

— Отличная работа, Руби!

За новоиспечённой командой была очередь JNPR. Жон сверкнул в сторону Руби улыбкой, мгновенно забыв о плохом настроении. Пирра положила руку ему на плечо, и он перевёл на неё взгляд. На лице напарницы светилась улыбка.

— Не могу дождаться, когда услышу о нашей команде, хотя мне и кажется, что мы затмим наших партнёров. Нам правда нельзя быть в команде только из нас двоих? — Жон застонал, в который раз за день слыша эти слова.

— Нет, Пирра, мы будем в команде из четверых, как и все остальные. Независимо от того кто… или что мы, нас по-прежнему считают обычными студентами, — девушка задумчиво кивнула.

— Да, конечно, ты полностью прав. В мире смертных мы должны действовать по их правилам.

— Ты ведь серьёзно, да? Правда веришь во всё это «божественное»? — но, прежде чем Пирра успела ответить, их друзья ушли со сцены, и Озпин вновь заговорил:

— Следующая команда: Жон Арк, Пирра Никос, Лай Рен, Нора Валькирия, — названая четвёрка вышла на сцену. Пирра сверкнула в зал своей обычной улыбкой, удостоенной наград, Нора нетерпеливо подпрыгивала на месте, а вот Рен стоял спокойно, ну, а Жон выглядел так, словно хотел быть где угодно, но не здесь, злобно поглядывая на Озпина. Но тот, если и заметил убийственный взгляд, предпочёл его игнорировать, — вы становитесь… Командой JNPR!

Пирра улыбнулась, помахав в зал, и держась за Жона почти как за своего мужчину, Нора радостно крикнула, подпрыгнув выше обычного и сжала Рена в объятиях от которых, Жон готов поклясться, тот содрогнулся.

—…под командованием Жона Арка! — закончил директор, одарив юношу почти злой усмешкой.

Жон уставился на Озпина в ответ, даже когда напарница обняла его с самую малость сумасшедшей улыбкой.

— Жон, это замечательно! Я знаю, что ты будешь прекрасным лидером! — голос девушки просто лучился от гордости и радости.

— Жонни-Жонни — лидер! Что делает лидер? А я могу тоже быть лидером? Кого ты ведёшь? Нас? А куда? Я хочу пойти в зоопарк, посмотреть на ленивцев! Мне нравятся ленивцы, они мягкие и пушистые, хочу обнять их. Рена приятно обнимать… — вновь затараторила Нора. Жон застонал, глядя на толпу студентов перед ними, поднял руки, привлекая к себе всё внимание, и посмотрел на директора самым колючим взглядом в своём арсенале, и громко, достаточно громко, чтобы услышали все, сказал:

— Пошёл! Ты! Озпин!

Всё вокруг погрузилось в тишину, глаза студентов распахнулись в шоке. Какой-то первокурсник заговорил с директором так! Все замерли, ожидая, что мужчина собьёт с него спесь или и вовсе немедленно вышвырнет наглеца!

Глоть

— Грубо.

Рты раскрылись и глаза расширились. И это всё? Без наказания? Без уроков о уважении к старшим? Без хоть… чего-то? Да что вообще происходит?! Кто такой этот блондин?! Он знает Озпина лично?!

По залу побежали шёпоток, но глаза были прикованы к студенту и директору. Жон гневно смотрел на Озпина, но тот только довольно улыбался, отпивая из кружки.

Рен посмотрел на этих двоих, перевёл взгляд на свою напарницу, а потом на Пирру, и тяжело вздохнул. Теперь читать будет куда сложнее

[Академия Бикон — комната команды JNРR]



Дверь в комнату распахнулась, едва не слетев с петель, а Нора запрыгнула внутрь, осматривая комнату сияющими глазами.

— Отлично! Ребята, давайте давайте украсим тут всё! Покрасим в розовый! Много розового! Мне нравится розовый! Рен даже красит себе одну прядь в розовый! Вы должны покрасить волосы Жона. Главное, чтобы под конец краски хватило! Жон, а тебе больно встречать свой конец? * — парень тяжело вздохнул в ответ, заходя следом за своей рыжеволосой сокомандницей.

— Да. Очень больно. И это одна из причин, почему я ненавижу умирать.

— Ты, кажется, не очень доволен своим… назначением, — заговорил Рен.

— Я надеялся, что мне удастся тихо ускользнуть и не попасть в фокус внимания. Последнее, что мне было нужно, чтобы о моём бессмертии или навыках знали в Биконе…

— Каких навыках? — любопытно спросил Рен.

— Достаточных, — хмыкнул Жон, оглядывая комнату, — итак… Мы должны сами разобраться с нашими комнатами, да? К сожалению я не мастер во всех этих украшательствах, хотя, если бы я получил образцы краски и бюджет, скажем, в пять тысяч льен, то мог бы заставить это место выглядеть шикарно. — Пирра удивлённо моргнула.

— Интерьер?.. А что ты ещё можешь сделать? — в ответ девушка получила усталую улыбку.

— У нас не хватит времени, чтобы перечислить всё, что я могу. Сражения — просто одна из моих граней.

— И где мы соберём эти пять тысяч? — спросил Рен, причём скорее у себя, чем у кого-то ещё.

— Я принесу вещи! — крикнула Нора, снова подпрыгивая в воздух, — у меня много плакатов, розовых штор и всяких вещей, чтобы сделать комнату лучше! Мне нравится розовый, розовый — мой любимый цвет! Волосы Рена розовые, он так красиво их красит! Я голодна. Когда обед? Ты можешь приготовить мне блинчиков, Рен? Блинчики Рена лучшие! Я люблю блинчики с сиропом!

— А Нора права, — признал Жон, безо всякого уважения бросив сумку в угол, — надо хоть часть мебели вокруг переставить, — Нора мгновенно бросилась вперёд, подтолкнув одну кровать к другой:

— Эта кровать будет моей, а эта — Ренни! — Жон нахмурился, погладив подбородок, и придвинул две другие кровати друг к другу точно как Нора.

— Всё должно быть симметрично. Пирра, как думаешь? — её лицо раскраснелось, когда она поняла, как близко стоят кровати Жона и её.

— Мне нравится! Идеально! — блондин улыбнулся и показал Пирре большие пальцы.

— Отлично! Теперь комната выглядит ещё лучше! — Рен моргнул.

— Эм… Жон?

— Да?

— Ты… Ты ведь понимаешь, на что намекает такое расположение кроватей? — Жон поднял брови.

— Что? Мне нравится зеркальный вид! Нельзя расставлять кровати, иначе всё будет выглядеть просто ужасно!

— Не то, чтобы я спорил с твоим выбором в интерьере или твоими знаниями фен-шуй, я не думаю, что… — начал было Рен, но важные слова не смогли покинуть его губ, когда он увидел острый взгляд Пирры. — Знаешь что? С другой стороны, так только лучше. Будем играть от этого, — напарница Жона кивнула, вернув на лицо привычную улыбку.

— Я рада, что так считаешь, Рен. Правда, Жон, я люблю ночами ворочаться в кровати, так что не сильно удивляйся, если я случайно окажусь на твоей кровати, хорошо? — её улыбка стала почти хищной, но напарник в этот момент был повёрнут к ней спиной и ничего не увидел.

— Давайте разделим комнату на четыре части, и каждый будет делать со своей, что пожелает? Получится немного беспорядочно, зато каждый сможет легко назвать эту комнату своей — хоть отчасти, — он кивнул сам себе, — да, звучит интересно. Мы можем сделать это всё командой, а потом отправиться в Вейл для всяких украшений!

— Звучит весело! Хо-хо! Мы должны всей командой отправиться на экскурсию! Я люблю экскурсии! Давайте пойдём в зоопарк, я хочу завести маленького ленивца! Я… — начала было Нора, но Жон прервал её.

— Я остановлю тебя прямо сейчас. Никаких животных в комнате, — лидер скрестил руки на груди, хмуро глядя на Нору, — считайте это моим первым приказом.

Нора с болезненным стоном рухнула на пол, а Жон обернулся в сторону двери.

— А ведь если мы поедем в город, то можно пригласить и остальных!

— Хорошая идея! — ответила Пирра, сжав руки, — звучит весело! Уверена, Руби будет счастлива к нам присоединиться!

— Я дам им знать! — усмехнулся парень, выйдя из комнаты. Он сделал пару шагов вперёд, туда, где была комната команды RWBY, и уже занёс кулак, чтобы постучаться, но остановился, услышав шум. Дверь была открыта и Жон, ведомый любопытством, тихо заглянул в комнату. То, что он увидел, заставило его глаза распахнуться от удивления, а его самого застыть в шоке.

На дальней от входа стене висел маленький телевизор, на котором крутился какой-то мультик про девочек-волшебниц, но вспомнилось только одно слово. «Сейлор что-то».

Но не это было самым шокирующим.

Шок Жону принесла та, что стояла посреди комнаты. Янг. Одетая в явно маленькую ей одежду этих самых девочек-волшебниц, она крутанулась вокруг своей оси, выставив перед глазами две буквы V из пальцев, а сама выкрикнула:

— Трансформация! Здесь, чтобы спасти мир, Волшебная Девочка Янг-чан!

Жон моргнул и ме-едленно шагнул назад с крайне удивлённым лицом. Притворись, что ты ничего не видел… Притворись, что ты ничего не видел… Просто забудь это…

Примечание к части

* в оригинале игра слов dye и die, то бишь "красить" и "умирать". Пришлось впихивать надмозговщины для шутки:)
Да и в целом, в этой главе подошёл к переводу менее дословно.

Глава 9: Приятного дня (утро)

—…и победитель пятьдесят первого конкурса «Платиновый шеф-повар»… Жон Арк! — когда вперёд вышел молодой блондин, одетый в отличный поварской наряд и державший в руке колпак, и поклонился, из зала раздались бурные овации. Стоящий рядом с ним брюнет со странной пурпурной прядью волос поднял руку, заставив зал затихнуть, — и теперь я с гордостью передаю ему Платиновый Нож — знак его великолепной готовки! У вас есть, что сказать нашим зрителям?

— Пожалуй, — Жон подарил толпе самодовольную улыбку, — я должен признать, что в этом году соревнования были тяжелыми, но я долго работал, чтобы превратить своё нежное филе с соусом в настоящий шедевр и счастлив, что вы все так высоко оценили мои навыки. Но я хочу поблагодарить семь своих сестёр, что всегда помогали и поддерживали меня, моего отца за его бесценные советы, и деда за советы нам с отцом, — Жон радостно улыбнулся, зная, что на него смотрит его отец, — извини, старик, но ты сам должен признать, что дедуля Дуг — мудрейший человек, которого мы знаем.

Отeц Жона широко улыбнулся, кивнув в знак согласия. Ведущий (и почему он выглядит так знакомо?) повернулся к нему.

— Отлично сказано! И что вы планируете делать теперь?

— Пожалуй, открою свой собственный ресторан, Золотой Голиаф, и буду готовить там вкуснейшие блюда на всём Ремнанте, — из зала вновь раздались овации.

— Замечательно! Мы все будем ждать открытия вашего ресторана! А теперь позвольте представить вам следующую награду: свидание с Пиррой Никос! — торжественно вскрикнул ведущий (стоп, РЕН?!).

— Что, простите? — наполнились глаза Жона ужасом. Пара рук внезапно обвилась вокруг его груди, и, когда Жон скосил глаза в сторону, он увидел на своих плечах ярко-красные локоны.

— Жо-о-он… — томно протянула Пирра ему на ухо, заставив его вздрогнуть, — ты готов получить свою настоящую награду?..

— Н-настоящую? — дрогнул голос блондина.

— Да, Жон… А теперь давай сделаем ребёнка… — и, не успел парень отреагировать, прикусила его за ухо.

Глаза Жона распахнулись от ужаса (или всё же возбуждения?) и…


[Бикон — комната команды JNPR]



Глаза Жона распахнулись, наткнувшись на потолок комнаты. Вот же гримм! Мне ведь и правда понравился этот сон! До «настоящей награды»… Он вздохнул и, прикрыв глаза, подложил руку под голову, другой крепко обняв свою мягкую игрушку. Он просто хотел забыть обо сне и спать даль…

Он застыл.

Минуточку… У меня же нет постельных игрушек… Оно даже не похоже на игрушку… Она пахнет совсем как девушка… Парень медленно перевёл глаза вниз, ощутив, как внутри пробегает волна холода.

Внизу, крепко вцепившись в него и довольно улыбаясь, лежала Пирра. Жон тихо застонал. Пирра, прах тебя побери! В его мыслях всплыл вчерашний день, и он провёл рукой по лицу. Точно. Она говорила, что может двигаться во сне. Может, стоит устроить в комнате небольшую перестановку? Или так, или мне придётся искать, как можно выдворить её из моей кровати…

Руки девушки сжались чуть сильнее, улыбка стала чуть шире.

— Жон… — сорвался с её губ тихий стон.

А она симпатичная, пока спи… НЕТ! Она ненормальная! Помни слова деда: «Никогда не лезь в безумных женщин!» И я уверен, что он имел ввиду свидания, совместный сон и всё в таком духе! Мне пора бежать отсюда. Жон терпеливо ждал, пока руки Пирры ослабили хватку, и начал медленно выбираться из захвата его, без сомнения, привлекательного партнёра, не разбудив её. Это было тяжелее, чем казалось, и Жон, казалось, выскальзывал из рук девушки целую вечность.

Через двадцать минут голова Жона оказалась напротив груди Пирры, когда мысли о душе и завтраке уже захватили все его мысли.

Но не стоит забывать, что Жон, похоже, притягивал к себе все забавные (но не для него самого) ситуации.

В эту секунду Пирра сквозь сон решила снова обнять Жона — и его лицо было вжато прямо в вырез на её ночнушке.

Пирра была так быстра, что Жон даже моргнуть не успел, но вместо этого оказался в плену самых мягких, самых тёплых, самых красивых… АРХ! НЕТ! ТУПЫЕ ЖЕЛАНИЯ! — дал Жон себе мысленную оплеуху. Чёрт, Пирра, обязательно было не застёгивать верхние пуговицы на своей ночнушке?! Проклятье, даже головой не двинуть! Богов ради, Пирра, отпусти меня! Ты же не можешь не чувствовать, как сжала меня!

С губ спящей Пирры сорвался слабый смешок и она заговорила тем мягким тоном, на который способны только спящие люди:

— Жон… непослушный мальчик…, но я добрая Богиня…

Жон застонал (но звук заглушила впечатляющая грудь Пирры), пока его разум искал способ вырваться из этого смущающего (хоть и приятного) положения. Мягкие смешки и тихие постанывания девушки совсем не помогали и с каждой секундой становилось всё труднее игнорировать её красоту. Думай, Жон, не отвлекайся! Не позволяй гибкому, крепкому, но мягкому телу Пирры отвлекать себя! Просто потому что у неё такая гладкая и безупречная кожа, такая прекрасная мягкая НЕТ! ДУМАЙ, ЧТОБ ТЕБЯ!

К сожалению, прежде чем Жон сумел взять свои мысли под контроль, объятия девушки сжались ещё сильнее, вжав его лицо в свою грудь ещё сильнее, а она сама почти мурлыкнула от удовольствия. Все мысли мгновенно исчезли, когда он понял, что не может вдохнуть — Пирра прижала его слишком сильно.

— Ммф! — попытался Жон привлечь её, но девушка ещё сладко спала, а её разум показывал ей картинки, которые нам лучше не видеть.

Дерьмо. Это нехорошо… Можно попробовать её разбудить, но стыда мы оба испытаем сверх меры. Или, хуже того, она попробует воплотить мой сон… — Жон вздрогнул, — проклятье, я не могу дышать! Это будет самая постыдная смерть! Кто-нибудь когда-нибудь умирал от того, что его задушили грудью? Пирра, отпусти! Я не хочу умирать! Только не так! Кто-нибудь, спасите!

И, словно услышав безмолвный крик Жона, в комнате раздался странный, но знакомый звук. Хихиканье. Жон попытался сдвинуть голову, но напарница вжимала его голову в свои «подушки» так сильно, как могла. С другой стороны, он уже знал, кто смеялся.

Нора.

Дыхание Жона становилось всё слабее и медленнее, а его рука слабо похлопав по матрасу в надежде на спасение.

— Хе-хе! Рен, смотри! Пирра такая настойчивая! Как думаешь, они зайдут дальше? Или нам надо выйти, чтобы им не мешать? — Нора весело рассмеялась.

НЕТ! НЕ БРОСАЙТЕ МЕНЯ!

Жон отчаянно заколотил рукой по кровати в попытках спастись. К счастью, Рен, вроде бы, заметил это, и кашлянул:

— Нора, я так не думаю. Похоже Жон пытается выбраться.

— А, как ты, когда я случайно… — начала было Нора, но…

— Да. Да, как тогда, — Рен вздохнул, — Пирра! — та издала приглушённый звук и вновь сжала объятия, что-то буркнув в ответ, — Пирра! — зелёные глаза девушки медленно открылись

— Уже утро?.. — зевнула она, не осознавая, что крепко обнимала своего напарника.

— Пирра, мне кажется, что у Жона небольшие сложности, — ответил ей Рен с тенью кривой улыбки на лице.

Девушка моргнула, и смущённо опустила глаза. На её лице расплылась улыбка, когда она поняла, что лицо Жона прижато к его груди. Я знала, что ты не сможешь сопротивляться! Тебе нравится, любимый? Пирра повернулась к Рену с широкой улыбкой.

— О, не нужно беспокоиться! Жону просто это нравится!

— Пирра? — невозмутимо наклонил Рен голову.

— Да? — раздражённо прищурилась она.

— Я думаю, что он пытается вырваться, — кивнул парень на руку товарища, которая уже почти не двигалась. Девушка вновь опустила глаза вниз.

— Прости! — вскрикнула она, когда Жон откатился и ударился о пол, надсадно кашляя.

— Я могу дышать! О боги, я опять могу дышать! — простонал парень. Он медленно поднял дрожащую руку и указал на Пирру, глядя в пол, — ТЫ! — чемпионка стыдливо отвела глаза, не в силах встретить взгляд Жона.

— Я… Прости… — она подавлено провела рукой по голове и придала лицу самый несчастный вид, какой могла. Если бы кто-то мог прочесть её мысли, то не увидел бы там ни малейшей вины, и понял, что она просто пыталась заставить Жона простить её, чтобы она снова могла так… Хорошо обнять его!

— Ты… должна спать в своей собственной кровати! — парень вздохнул, коснувшись груди, — моё сердце не выдержит! — драматично закатил он глаза.

Твоё сердце? О, Жон, просто признай, что ты меня любишь!
Пирра не смогла сдержать улыбку, глядя на парня мечтательными
помутнёнными глазами. Только глубокий вздох Рена заставил её вернуться к реальности.

— Пирра. Что бы ты ни думала, ты, скорее всего, неправа.

— И откуда ты знаешь? — шикнула она, раздражённо скрестив руки. Богохульник!

— Потому что Нора всё время делает то же самое и я почему-то предпочитаю дышать. Мне это нужно, чтобы жить, и, пока Жон может воскресать, не думаю, что ему нравится умирать, — спокойно объяснил Рен.

— СПАСИБО! — вскрикнул Жон, вскинув руки в воздух.

— Хмф, — надулась Пирра, скрестив руки на груди, — хорошо, — Рен протянул руку товарищу и поднял его на ноги.

— Спасибо.

— Не за что, — кивнул товарищ, — со мной и Норой такое случалось чуть чаще, чем мне бы хотелось.

— Как ты, гримм побери, выжил? — расширились глаза Жона.

— Я выяснил, — улыбку Рена перекосило, — где ущипнуть Нору, чтобы она проснулась.

— Ты ущипнул меня за грудь! — надулась она.

—…Серьёзно? — с невозмутимым видом спросил Жон. Рен ответил ему таким же взглядом.

— Когда тебя душат о грудь твоей же подруги, ты делаешь всё, чтобы выжить.

— Пожалуй.

[Бикон — кафетерий]



Блейк была расстроена. Когда она собирала свой сэндвич с тунцом (удивительно, что такое подавали на завтрак, но не ей жаловаться), когда кто-то отвлёк её от сэн… тако. Это был блондинистый рыцарь, захвативший её внимание накануне. Странно… Раньше она никогда не сосредотачивалась на одном мужчине за раз, но в Жоне было что-то, что привлекло её внимание. Может его прекрасная фигура? Или его шарм и очарование (не забудьте про Видение Блейк™)? Впрочем, неважно почему — Блейк была подавлена. Вчера она ждала в нужном месте, чтобы Жон… Как он там сказал? «Когда этот день закончится, я хочу провести остальное время в библиотеке на Блейк, пока я попробую весь её вкус…»

Но нет, вместо этого она ждала его весь день, ничего не делая и удовлетворяя себя.

— Блейк, что такое? — девушка-кошка подняла голову и нахмурилась, когда её блондинистая напарница с улыбкой приблизилась, — да ладно, я просто беспокоюсь о своём напарнике! — улыбка девушки потеплела и она погладила Блейк по спине.

Блейк, сама того не желая, низко замурчала.

— Нет… ничего…

— Очень даже чего! Давай, поговори со мной! — тряхнула Янг головой.

— Меня… кое-кто выгнал.

— Выгнал? — злобно ударила Янг по столу, — кто, мать их, мог тебя выгнать?! Он что, слепой?!

Блейк слабо покраснела. Я не очень люблю девочек, но… Для неё можно сделать исключение… А, может, с ней и Жоном?..

— С-спасибо, Янг, — брюнетка подняла свой сэндвич, откусив большой кусок. Её напарница подхватила буритто и с довольным лицом принялась за него. Пока они ели, к столу подошли Руби, Вайс, Пирра, Рен и Нора с подносами с самой разной едой. Вайс, похоже, решила взять себе самую здоровую еду, какую только можно, а Нора жадно смотрела на покачивающуюся горку блинов, готовую упасть в любой момент. На тарелке Руби были…

— Руби? Почему ты не взяла ничего, кроме печенья? — оторвалась Янг от еды, пристально глядя на сестру.

— Эхе-хе… — нервно хохотнула девочка, почесав затылок, — это… кукурузные хлопья?

— Руби? — нахмурилась Янг.

—…Окей, — надулась Руби и отвернулась, пытаясь тайком съесть печенье, прежде чем убрать его с тарелки.

— ЭЙ! НЕ СМЕЙ СЪЕСТЬ ИХ ВСЕ ПО ПУТИ НАЗАД! — закричала блондинка в спину сестре.

— У-у-у! — повесила девочка голову, оплакивая потерю любимого блюда. Когда Руби вернулась обратно к столам с едой, Янг повернулась к Норе:

— А где Тошнотик?

— Я не уверена, — нахмурилась Пирра, — но он сказал, что встретит нас после завтрака, — Рен согласно кивнул:

— Он уже должен быть здесь. Интересно, почему он задерживается?

[Бикон — учительская]



— Барти, я просто говорю, что есть какая-то причина, почему ни один студент не пропустил твои занятия, — коренастый человек с шикарнейшими на всём Ремнанте усами говорил низким басом. Сидящий напротив него высокий и худой мужчина молча покачал головой, блеснув толстыми очками, — я не говорю, что ты не знаешь свой предмет, ты уже не раз доказал обратное. Я просто говорю, что тебе стоит подумать о помощнике, который бы делал классную работу вместо тебя, чтобы не смущать студентов твоими… эм… методами.

— Питер… — начал Професс… простите, Доктор Бартоломео, — я никогда не возьму помощника! Я не могу позволить ему обучать молодёжь Ремнанта его истории! И у меня нет этих «методов»! Это просто картина совершенного… — голова Ублека внезапно опустилась и от него раздался тихий храп.

Питер Порт вздохнул и, покачав головой, откусил от круассана, отпив из кружки кофе. Ублек продолжил тихо посапывать, пока подбородок лежал на груди. Прошло несколько минут, и, на очередном глотке, дверь распахнулась, а в ней возникло знакомое лицо Глинды Гудвич.

— А, Глинда! — весело улыбнулся ей Порт, — как ты? — женщина тонко улыбнулась:

— Я… Мне лучше, — Порт нахмурился и открыл было рот, чтобы спросить, что случилось, когда голова Ублека взлетела, а его голос ужарил подобно грому:

—…и поэтому изобрели Рождество! — на несколько минут повисла тишина, прежде чем Порт вздохнул:

— Барти, я не могу понять ход твоих мыслей, — Доктор нахмурился.

— Я не знаю, как объяснить лучше! — мужчина остановился и взглянул на Гудвич с замешательством во взгляде: — Глинда! Когда ты сюда попала? — она вздохнула и, качнув блондинистыми волосами, села рядом с коллегами.

— Когда ты вздремнул.

Я не нарколептик! — вскрикнул Ублек.

— Ты уснул в середине разговора.

— Только из-за твоих скучных историй!

— С-С-СКУЧНЫХ?! — расширились глаза Порта.

— Прости, Питер, я не это имел ввиду. Но я не нарколептик!

— Барти, я покажу тебе видео, где ты заснул посреди разговора. Но, когда ты просыпаешься, то продолжаешь говорить уже о другом! — мужчина качнул головой, — мы не говорим, что ты не должен быть преподавателем…

— Говори за себя… — пробормотала Глинда, заваривая телекинезом свой любимый чай.

—…но мы всё-таки считаем, что тебе бы пора поменять свои привычки, чтобы студенты могли сдавать твои экзамены!

— Они сдают! — возразил Ублек.

— Единицы, — кивнул Порт, — и то, только потому, что им банально везёт угадать правильные ответы на твои вопросы.

— Я правда настолько плох? — рухнул мужчина на своё место с помрачневшим лицом.

— Ну, это неверное слово, ты скорее… — Питер замолчал, когда дверь вновь открылась, но, вместо ожидаемого Озпина, в комнату вошёл молодой что-то насвистывающий под нос блондин, — извините?

— О, здравствуйте! — помахал парень вздрогнувшей от его вида Глинде.

— Кто… кто вы?

— Вы понимаете, что это учительская? — поправил Ублек очки, сузив глаза за ними.

— Меня зовут Жон Арк! И, говорите, это учительская? — безмятежно улыбнулся кивнувший студент.

— Да, мистер Арк, — нахмурился Порт, — а это значит, что вы должны уйти, — студент, будто задумавшись, приложил палец к подбородку и широко и нагло ухмыльнулся:

— Неа. Не думаю, — такая дерзость студента ошеломила Ублека и Порта, оставив их с открытыми ртами. Сбоку раздался слабый писк Глинды, и Жон развернулся к ней, вскинув бровь: — с вами всё в порядке? — на белом, как мел, лице женщины читался откровенный ужас.

Она внезапно подхватила со стола солонку и, высыпав содержисое себе на ладонь, бросила порошок парню в лицо.

— П-п-про-рочь! — тонко вскрикнула Глинда с нехарактерным ужасом на лице.

— Ч-что я сделал? — удивился блондин, — что вы делаете?! Остановитесь! — Жон отклонился назад от особо большого броска соли, — да ладно… Прекратите, вы мне всю одежду посолите…

— Сгинь, нежить!

— Чего?! Я не зомби! — раздражённо отмахнулся от облачка порошка Жон, — я такой же живой, как и вы! И хватит уже бросать в меня эту соль! Я не хочу опять идти в прачечную! — он сделал пару шагов назад и, повернувшись, принялся рыться в шкафах в поисках чашки и заправки для древней кофе-машины.

— Мистер Арк! — вышел из ступора Порт, — если вы продолжите, то мне придётся сообщить об этом директору! — напевавший что-то себе под нос не-зомби посмотрел на профессора с широкой улыбкой:

— Отлично!

— За подобное неуважение вас могут отчислить! — добавил Ублек, сердито поднявшийся на ноги.

— Ладно, — кивнул парень, сделав глоток кофе, — а неплохой вкус!

— Игнорируйте его, — раздался из дверного проёма голос, одновременно скучающий и весёлый, — мистер Арк хочет, чтобы его выгнали из Бикона, — Озпин вошёл в комнату с таинственной улыбкой на лице, держа в руках трость и неизменную кружку кофе.

— Он хочет что? — переспросил Бартоломео, перемещая взгляд между студентом и директором.

— Что ж, почему бы тогда просто не позво… — Порт на мгновение замер, кое-что осознав, — Жон, ваша мать, случайно, не Вио… — челюсть мужчины клацнула, когда переместившийся к нему парень закрыл его рот с искажённым в ужасе лицом:

НЕ НАЗЫВАЙТЕ ЕЁ ИМЯ! Она может услышать! — выражение страха и ужаса на его лице затмило бы даже Глинду. Порт кивнул и трясущийся подросток убрал от него свои руки.

— Озпин, разве мы не можем сделать исключение и не сообщать родителям Жона? Я имею ввиду, парень… Тебе семнадцать? Восемнадцать?

— Семнадцать, — кивнул Жон.

— Вот видишь! Мы все ведь сами ушли от родителей примерно в таком возрасте! Почему бы не позволить мистеру Арку? — Озпин покачал головой.

— Извини, но я не могу нарушать правила, — Порт нахмурился, подозрительно глянув на директора:

— Озпин, ты их нарушаешь.

— Это правило, — мужчина глотнул кофе, — я не нарушу. Если мистер Арк уйдёт, я буду вынужден сообщить его родителям.

— О, правда? — глянул на Озпина студент, — ну… Сейчас я пью твой кофе. И что теперь? — лицо Озпина, не изменив выражения, стало ещё более издевательским, чем раньше.

— Вы знаете, что больше трети бюджета Академии уходит на кофе? Надеюсь, вам понравится эта смесь — она моя любимая.

Когда Жон сердито сделал глоток кофе, наступила тишина. Да, это определённо лучший кофе в мире. Это, конечно, не помешало блондину пробормотать обычную для разговоров с директором фразу:

— Пошёл ты, Озпин.

Когда его коллеги удивлённо уставились на него (а Глинда вдобавок молила, чтобы этот нечестивый ужас покинул их комнату), седой мужчина отпил из своей кружки, наслаждаясь вкусом. Затем…

— Грубо.

Глава 10. Приятного дня (полдень)

Всё убежище пахло марихуаной. Оно всегда так пахло. Не важно, как много освежителей она установила или как часто проветривала, справится с этим запахом ей так и не удалось. И, что ещё хуже, в воздухе стоял настолько плотный дым, что, она клянётся, можно было словить приход просто оставшись тут подольше. Маленькая женщина махнула рукой перед лицом, перешагивая через пустые пачки из-под чипсов и всякого фастфуда, разбросанные по полу. Она остановилась, когда увидела его, лежащего на полу и выпускающего струйку дыма изо рта. Его кремовая куртка была брошена на пол, а шляпа-котелок балансировала на одном пальце, медленно вращаясь.

Маленькая женщина подошла к лежащему человеку и подняла одну ножку в ботинке на высоком каблуке, которой тут же с силой пнула его в бок. Лежащий в ответ на это лишь что-то пробурчал и открыл глаза, а его губы дрогнули от узнавания.

— Эээээээй… Нео… — медленно протянул он тем тоном, которым могут говорить только достигшие просветления, — принесла чипсов?

Неополитан прикрыла глаза ладонью, внутренне недоумевая, почему Синдер решила нанять этого поехавшего, ленивого, дымящего как паровоз чудака. Нет, это просто за пределами её понимания. Да по одному запаху его сигары можно было понять, что это никакая не сигара, а самый большой косяк, скрученный на Ремнанте от начала времён! Единственной причиной, по которой кто-то мог нанять Романа, как думала Нео, был пугающий вид с этими его кроваво-красными глазами. Которые были таковыми только из-за его постоянного «дымления». Опасен же Роман был примерно как мышь-полёвка с раком мозга. На самом деле, если так подумать, то какого она вообще работала с ним?

О, верно, потому что Роман был настолько «навеселе», что заплатил безумные деньги, чтобы она поработала на него. Всю ту сумму, что она назвала за свою помощь. Да, если так подумать, то можно смириться с работой на обдолбанного придурка, раз уж он платил такие деньги. Возможно он делал это потому что она была одета в цвета её тёзки-десерта.

[Насколько ты сейчас… здесь?] «Спросила» Нео у Романа. Она, конечно, не могла говорить, но Торчвик как-то понимал её, и это было чем-то за гранью. На миг можно было даже поверить, что он в настолько хорошем приходе, что просто не знал, что никак не может её понимать. Или он достиг натурального просветления, позволяющего ему Видеть.

Роман глупо хохотнул и ухмыльнулся, лениво раскручивая шляпу.

— Пожалуй… На пять с плюсом…

[…действительно. С чего это я решила, что ты ответишь по-нормальному?] Она вздохнула и потёрла виски. [Ты разбросал пакеты из-под чипсов по всему, чтоб его, убежищу. Кстати, я закончила ограбление в праховом магазине в Южном Вейле. Я догадывалась, что ты опять накурился и забыл ограбить «Прах до заката» две недели назад.] Нео сердито скрестила руки на груди [Синдер будет зла на тебя.]

— Э… эй, это… вроде бы… была не моя вина… Там была Маленькая Красная Шапочка… и она просто выбила из меня весь воздух, прикинь? — «объяснил» Роман, в очередной раз затянувшись.

[…Красная Шапочка? Ты чем тогда обдолбался?] Нео недоверчиво прищурилась. [И я всё ещё не знаю, как, дери тебя, ты меня понимаешь? Я даже ничего не говорю! И тебе лучше сказать мне, если ты читаешь мысли!]

— Не… Я типа… читаю субтитры.

[…Действительно. Нормальный ответ я из тебя не вытащу. Почему я опять об этом забыла?] Нео вздохнула и прислонилась к стене. [Так… говоришь, сказочный персонаж остановил твоё последнее ограбление?]

— Ага… У неё, типа… была большая коса… Я подумал, что она как… Ну, как Смерть, или типа того… она полностью меня разбила…

[Переводя с твоего наркоманского «я наткнулся на охотницу и она надрала мой зад».] Она вздохнула и помассировала свой нос. [О, кстати, тебе, наверное, следует спрятать… Всё.]

— А?..

[Эмеральд на подходе.]

— О блииииин… но ведь она всегда… вроде… берёт моё пальто… и шляпу… и трость… и чипсы…

[Она грёбаная клептоманка! Она крадёт ВСЁ!] Глаза Романа расширились и Нео безмолвно застонала. [Только не говори мне, что ты этого не замечал! Мне плевать, сколько косяков ты выдул!]

— Чт?.. Не, не это…

[Тогда что такого удивительного?] Нео подняла бровь.

— Я просто… Удивляюсь, как ты, блин, можешь говорить курсивом… — медленно пробормотал Роман, глядя на неё круглыми глазами

Нео пристально посмотрела на него, её милое лицо пару секунд ничего не выражало. Она медленно подняла свою ножку и опять впечатала её Роману в бок. Теперь Роман среагировал, но не так, как она хотела.

— Типа… ой… — пробормотал он.

[Бикон — кабинет профессора Порта]



Руби было так скучно. Или даже скучнее. Она дошла до нового уровня, который раньше казался недостижим. Ей было так скучно, что даже сон её покинул! Помочь ей могло только рисование в тетради, пока учитель что-то говорил. И говорил. И говорил. И говорил. Хотя он говорил не так много, как Озпин, но тот как минимум был наставником этого преподавателя. Как его там, профессор Порт? Она хихикнула, подрисовав его карикатуре на полях кран вместо усов.

Руби огляделась — она была не единственной, кто скучал. Блейк выглядела, словно она была где-то ещё (а Руби задумалась, где её руки), Янг спала, Нора что-то безостановочно шептала Рену, который пытался вести записи (ключевое слово — «пытался»), Пирра смотрела на Жона сквозь полуприкрытые ресницы, Вайс старательно слушала профессора, хотя и выглядела, словно хотела быть где-то ещё, а Жон… Руби моргнула, с недоверием наклонив голову.

Ему… Нравилось?..

Блондин подался вперёд с восторгом на лице, услышав последнюю байку о том, что профессор смог убить голиафа зубочисткой. Одна его рука порхала над листами, словно записывая туда слово божье, а другая держала свиток, сохраняющий все слова из напыщенной речи. Как?! Как ему может это нравиться?!

—…и, конечно же, Голиаф шагал ко мне, сотрясая землю и роняя менее опытных Охотников, что были со мной, но я устоял, а мой топор был готов! Но гримм издал громкий вой, что отбросил не только моих товарищей, но и верное оружие! Всё, что у меня оставалось — небольшая зубочистка, которую я сохранил после завтрака, поэтому я крепко сжал её, готовый хорошенько ткнуть это чудовище!

Руби заметила, как Блейк бросила на Жона странный взгляд на последней фразе. Странно.

Руби…

— Да, Крессент? — прошептала девочка своему оружию, что сидело на соседнем стуле.

Тебе стоит подбросить этот рисунок к Порту на стол, когда занятие кончится, и улететь на своём проявлении, пока он этого не заметит.

— Крессент! Это неправильно! Я не могу! Даже если он супер-скучный, толстый профессор… — ответила Руби оружию, пока её серебряные глаза прыгали между косой и Портом, который всё ещё не подозревал о том, что творится в аудитории. Он был слишком поглощён своей историей, чтобы заметить, что большинство не обращало на неё никакого внимания.

—… и поскольку я готовился к этому дню многие годы, когда Голиаф добрался до меня, я был готов! С зубочисткой в руке я вступил с ним в бой, сумев использовать силу удара, чтобы вскочить в воздух и обрушиться на него! — с каждым словом голос порта становился всё величественнее и громче, — я направил ауру в зубочистку с криком, пронзившим небеса, я вонзил зубочистку прямо в его череп! Гримм с рёвом рухнул на землю, его кроваво-красные глаза потускнели, а я стоял над его головой с победой! — Порт триумфально вскинул руку в воздух, как-то незаметно заскочив на свой стол.

Серьёзно, Руби, он такой скучный! Точно! Налей ему клея на стул! О, и укради вибратор у Блейк, когда она его не исп… А, забудь… Вряд ли тебе представится такой шанс.

— Во-первых, никакого клея! Помнишь, что было, когда мы сделали это с дядей Кроу в Сигнале? Во-вторых, ты так и не сказала мне, что такое вибратор!

Видишь ли, это…

—…и кто из вас считает, что он способен стать Охотником? — громыхнул Порт, заглушив ответ косы. И, стоило ему замолчать, как в воздух взметнулась рука Вайс.

— Я! Я способна стать Охотницей, профессор!

Руби застонала. Было неудивительно, что она сразу захочет прыгнуть в центр внимания. Её сокомандница и так была в бешенстве, ведь её не сделали лидером, а тут такая возможность заработать себе немного славы! А ещё она продолжала обвинять Руби, что та подкупила Озпина, или сделала что-то типа того. Это нечестно! Руби старалась быть для Вайс хорошим партнёром, но та продолжала вести себя как… как настоящая толстая задница!

— Отлично, мисс Шни! Давайте же посмотрим, так ли это! У нас здесь есть борбатаск, готовый и жаждущий драки! Почему бы вам не показать всем, из чего сделаны настоящие Охотники! — громко провозгласил Порт, весело шагая в сторону клетки в углу комнаты (удивительно, что до этого она была незаметна) и положил руку к открывающему штифту. Внутри зажглась пара алых глаз, и из глубины раздался приглушённый визг.

Вайс встала и вышла в центр аудитории, улыбаясь, словно на концерте. Она взглянула на других студентов, довольно смотрящих в ответ. Ей казалось, что все так желали увидеть, как она докажет свои слова. Она не знала, что все просто были счастливы, потому что профессор перестал, наконец, говорить только лишь о себе. Её ледяной взгляд скользнул по студентам и остановился на Жоне, а на лице на секунду мелькнуло раздражение. Тот успел уснуть, пока она вставала!

— КХМ! — прочистила Вайс горло так громко, как могла. Как смеет её избранник засыпать, когда она собирается явить всё своё великолепие?!

Однако Жон всё также спал, положив голову на сложенные руки. Вайс недовольно заметила, что Пирра как-то перебралась со своего места к Жону через всю аудиторию и сидела рядом, поглаживая его по спине с довольной улыбкой.

Вайс уже начала открывать рот, чтобы выдать неблагоприятную тираду о Жоне, что ещё раз покажет всю его глупость и невежество… Однако все оскорбления, что она успела придумать, умерли на языке, когда что-то с силой врезалось ей в спину, отбросив её, словно грузовик, сделанный из боли, шипов и свиньи. Это было, разумеется, борбатаском, которого Порт выпустил, пока Вайс отвлеклась. После короткого полёта она с грохотом рухнула на пол и, застонав, обернулась со взглядом, способным, казалось, убить человека. К сожалению, борбатаск был не… совсем не человеком.

— Всегда следите за вашей спиной, юная Вайс! Атака может прийти откуда угодно в любой миг! Вы сможете посмотреть на мистера Арка позже! — раздалось от добродушно засмеявшегося Порта.

Вайс обожгла его свирепым взглядом, её щёки покраснели от стыда, а она схватила Мёртенастер, глядя на гримма. Чёрное создание громко взвизгнуло и вновь бросилось в атаку, готовый показать раздражающему белому человеку, почему ему не стоило отвлекаться.

Когда гримм бросился вперёд, Вайс создала тёмный глиф и оттолкнулась от него, рванув созданию тьмы навстречу. Клинок и маска гримма столкнулись… только чтобы кончик Мёртенастера скользнул по маске гримма в сторону, оставив там длинную царапину, а гримм вновь врезался в Вайс, отбросив её в сторону.

Зарычавшая Вайс вновь подскочила, весь класс дрожал в её глазах. Существо развернулось и фыркнуло, что для всех (из тех, кто не спал) прозвучало как смех.

Наследница зарычала, и быстро нарисовала рапирой круг, создав ещё один глиф, из которого в гримма вылетело несколько сосулек, что тут же врезались в тёмное создание, разодрав ему бок. Впрочем, это его только разозлило и гримм завизжал, сумев разбудить даже Жона, что огляделся вокруг, шокировав Пирру, которая пыталась выглядеть так, словно она его не касалась.

— А?.. Что?.. — смущённо спросил Жон, пытаясь понять, что это был, блин, за звук? Словно гвоздём по стеклу провели!

Вайс ловко и изящно увернулась от третьей атаки и вонзила рапиру в пол. Под гриммом возник ещё один глиф, что подбросил его в воздух. Вайс улыбнулась и крутанула барабан с прахом, создав синий глиф прямо под барбатаском. Секундой спустя гримма пронзил огромный ледяной шпиль. Вайс обернулась к студентам, слабо поклонилась и улыбнулась, помахав своим зрителям. Однако она вновь нахмурилась, заметив, что Жон вновь уснул.

Порт весело хохотнул в усы:

— Замечательная работа! Начало было напряжённым, но вам удалось справиться! Вот как должна выглядеть Охотница! Уверен, что вы далеко пойдёте!

— Хм! Конечно, как и следовало ожидать от Шни! — гордо начала Вайс, — в конце концов я…

Её прервал храп Жона.

Крик ярости Вайс прогремел, грозясь долететь до Вейла. Одна девушка-мороженое перестала пинать своего укуренного партнёра и подняла голову. [Что это была за хрень?!]

[Бикон — столовая]



— Это твоя вина, Арк!

Жон повернулся к говорившей и застонал, увидев Вайс, что смотрела на него со всей яростью, что могла собрать в одном взгляде. Или, как минимум, той яростью, что она могла собрать со всей пылью на своих волосах и одежде.

— За твои проблемы с гневом отвечаешь только ты, — пробормотал Жон, закатив глаза. — Это ты разрушила аудиторию Порта.

— Если бы ты не уклонился, комната была бы цела!!! — закричала Вайс топнув ногой. Всё вокруг затихло, и все посмотрели на яростную, но смущённую Вайс.

—…боги, ты серьёзно… — хлопнул себя Жон по лбу.

— Вайс, — начала Пирра, — не нужно атаковать Жона. Возможно, какая-нибудь терапия поможет тебе… с твоими… кхм… — она остановилась. Я должна обойти его проблему как-то поэлегантнее, как может только такая Богиня, как я. Она хорошая верующая и не стоит её карать… — проблемами с гневом. — Отлично!

Вайс медленно повернулась к Пирре с подёргивающимся веком и приоткрытым ртом. Пирра улыбнулась своей спокойной и невозмутимой улыбкой. Да, безупречно.

Жон уставился на свою партнёршу, широко раскрыв глаза.

— Это было… резковато. Я думал, что это моя работа… Ну, знаешь, добрый полицейский, эм, саркастичный полицейский-мудак?..

— Послушай, — начала Блейк сквозь жужжание, что постоянно следовало за ней, — ты напала на Жона. Не его вина, что ты разнесла половину комнаты Порта. Ты правда ждала, что он не увернётся? — Вайс злобно вцепилась в свои волосы.

— Но… но… Он спал!

— Мне кажется, что это моя проблема, если я проспал часть занятия… — пробормотал Жон, жуя свою еду, — боги, эта лазанья — дерьмо… — с последней фразой он ткнул вилкой в макароны, явно уделяя больше внимания еде, чем Вайс.

— Часть, когда я сражалась?! — взвизгнула Вайс. Жон небрежно пожал плечами.

— Я бы приготовил лучше… — выдохнул он, взглядом гипнотизируя еду в тарелке, — они что, размороженную еду нам подают?..

Это было последней каплей. Жон проигнорировал её впечатляющий бой (заблуждения продолжало распространяться) против барбатуска, уклонился от её наказания, а теперь еда для него стала важнее неё?!

Этого стерпеть она не смогла. Она сделала всё, что могла, так что крик ярости застыл в её горле, а Вайс просто рухнула на пол. Жон медленно перевёл на неё взгляд и моргнул.

— Хах. Снова её сломал. Мне это кажется забавным… Это же плохо?

Прежде чем кто-нибудь ответил, к их столу подошла напевающая что-то Янг и глянула на Вайс:

— Похоже, кто-то уронил своё… Вайс-скимо! — она оглянулась, не услышав смеха, — ха! Поняли? Вайс-скимо? — ответом ей был хор стонов и мрачное бормотание.

— Чтоб тебя, Янг, я пытаюсь есть! — раздалось от Жона. Он даже узнал это мелодию. Боже, я только забыл это утро… Хватит напевать ту музыку из Сейлор-Луна!

— Ай, да ладно, Тошнотик! Ты знаешь, что это забавно! Ты не можешь это отрицать! — Янг подмигнула другу, сев между сестрой и своей напарницей. Её лицо скривилось. — Нет, серьёзно, снова этот вибратор?! На обеде! Господи!.. — Янг зарычала и спрятала лицо за ладонями.

— Погодите, это он жужжит? — он огляделся, нахмурившись, прежде чем повернуться к Пирре. Он посмотрел на неё пару секунд, пытаясь понять, может ли она быть этой извращенкой, но покачал головой. Она просто чокнутая. Он подумал пару секунд, скосил глаза на всё так же лежащую Вайс, и пожал плечами. — Может быть эта штука есть у кого-нибудь другого? Не думаю, что кто-нибудь здесь настолько… Эм… грязный… — Жон затих. Это точно не может быть Блейк… Слишком уж она собранная и спокойная. Янг застонала.

— Наверное ты прав. Правда, они почему-то следуют за нами в последнее время, верно, Блейк? — её бант резко дёрнулся.

— Д-действительно… — её золотые глаза уставились в стол, избегая взгляда подруги. Она знала, что её партнёрша была ещё не готова узнать о её увлечениях.

— Так… — начала Янг, отвлекаясь от жужжания, — какие у вас там занятия?..

— У нас с Ренни взрывы! Люблю их! Взрывы — это весело! Люблю, когда вещи делают «бум»! Моё оружие тоже может взрывать, но взрывы должны быть розовыми! Я же говорила, что мне нравится розовый? Розовый огонь! Как сделать огонь розовым? Ренни, ты знаешь? Это будет супер-мило! Люблю милое!.. — Нора продолжала, но все уже привыкли пропускать её слова мимо ушей, продолжая разговор, как обычно.

— У меня боевая подготовка, — ответила Пирра, — у тебя тоже, Жон?

Тот покачал головой.

— Почему-то у меня её нет.

— Эм, что? — ровно спросила Янг, — она есть у всех, это обязательное занятие.

Жон поднял свой свиток с гримасой на лице. Там было сообщение от Озпина:

Уважаемый Жон

Вы освобождаетесь от боевой подготовки. Мы хотим, чтобы наши студенты пережили это занятие, и мы боимся, что ваши… Продвинутые тренировки могут помешать этому. Кроме того, мисс Гудвич запретила вам быть на её занятиях потому что, цитирую: «Это мерзость, пожирающая души, противная законам природы, общества, всего хорошего и святого». Я считаю, что она излишне… Драматична, но она была зла, когда мне пришлось повысить затраты бюджета на кофе. Так что надо немного наградить её. Наслаждайтесь свободным временем!

Озпин.

P.S. Пожалуйста, хватит издеваться над студентами. Это моя работа.

P.P.S. Да, я заметил, что вы сломали мисс Шни. Нет, технически это не против правил. Да, я всё равно буду жаловаться на это.

P.P.P.S. Да, я слежу. Всегда.

P.P.P.P.S. Нет, не тогда. Это отвратительно.

P.P.P.P.P.S. А может и тогда. Серьёзно, это просто неправильно.



— Верно… — моргнула Янг, — так что… у тебя окно. — Она покачала головой. Задавать вопросы казалось плохой идеей.

— Вау! — вскрикнула Руби, — Жон — вундеркинд, как я!

— Если бы это была кулинарная школа, то может быть, но никто не…

— Ай! — раздалось из другого конца столовой, — п-п-пожалуйста, х-хватит тянуть мои уши!

Глаза Жона вспыхнули, когда он увидел девушку-фавна с кроличьими ушами, окружённую четвёркой Охотников. Каждый из них смеялся, а самый крупный из них — Кардин, кажется — сильно дёргал её за уши.

— Ха! Получай, очаровательная милая уродка! Н-не то, чтобы я, или ты, или… Ты… Странная… Зайчиха!

— Тьфу, — поморщилась Блейк, — не могу поверить, что такое бывает. Ужасно, как общество не любит фавнов. Если бы не такие, как Кардин, у Белого Клыка не было бы причин существовать… — из груди Блейк вырвался горький вздох. Мне не обидно, что они меня выгнали… Мне не обидно, что они отменили мою «вечеринку» для всего отделения… Глупый Адам… Тупой безымянный лейтенант…

[Неизвестно — база Белого Клыка]



— Апчхи! — молодой фавн-кот чихнул, его полосатые волосы качнулись, — ой… Почему мне страшно… И почему я немного возбудился? — он оглянулся на своих братьев, что смущённо смотрели в ответ. — Что? Назад к работе! Адам будет зол, если мы ничего не будем делать! — все согласно кивнули, возвращаясь к работе.

[Бикон — столовая]



— Ладно, — продолжила Блейк, откусив кусок от лосося, — ну, я хотя бы знаю, что ты никогда такого не сделаешь, Жон, — ответа не было, — Жон?..

БУМ!

Блейк обернулась, чтобы увидеть, как тело Кардина улетает в потолок, куда его отправил апперкот Жона. Его голубые глаза сияли, но немного безбашенная улыбка «портила» лицо.

— Итак, команда CRDL… Верно? Извините за приятеля,
но я просто не смог сдержать силу! Вы двое выглядите дружелюбно, но всё равно! Хотя с вами я буду помягче! — Жон злобно хихикнул.

Оставшаяся тройка синхронно глянула вверх, где болтался Кардин, застрявший головой в потолке, на Жона, сглотнула, и рванула прочь со скоростью, устыдившей бы проявление Руби.

На лице Жона появилась мягкая улыбка, с которой он обернулся к застенчивой девушке.

— Прости, что так вышло. Ты, наверное, могла бы справиться и сама, но я просто не могу стерпеть подобное. — Девушка-кролик посмотрела ему в глаза, тут же опустив свои карие.

— Н-нет! Ты… Ты защитил меня… Спасибо… — она выглядела так, словно собиралась расплакаться, — как… как тебя зовут?

Улыбка Жона стала немного теплее. Бедняжка… Невинная жертва издевательств этих ублюдков! Кто вообще может издеваться над такой милашкой?!

— Жон. Жон Арк. Рад помочь!

— Я… Я — Вельвет Скарлатина… — пробормотала она, порозовев.

— Приятно познакомиться! Если они снова будут приставать — просто дай мне знать, я разберусь! — парень ещё раз улыбнулся и повернулся, махнув рукой на прощание.

Все за столом их команд (кроме Вайс, которой всё же не помешал бы психиатр), смотрели на него, едва не открыв рты. Блейк спрятала руки под стол, её лицо покраснела, а рот открывался и закрывался.

Янг застонала, опустив голову на стол.

— Оно никогда не утихнет…

Вскоре Руби и Нора продолжили о чём-то болтать, Рен игнорировал всех за столом, познав внутренний покой, Вайс продолжала сердито, а Пирра восхищённо поглядывать на Жона, а Янг всё так же раздражалась. Никто не заметил, как глаза милой, доброй Вельвет на другом конце столовой внезапно приняли пугающее выражение, а её губы сложились в самую жуткую улыбку, какую видел Ремнант.

Жон… Я… люблю тебя… Я люблю тебя, я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя…

Примечание к части

П.П.: I'M BACK, BABY!

Примечание к части

Это — переведённая половина главы. Поскольку перевод уходит в заморозку до лучших времён, выкладываю то, что есть.
*Эль-Родаро — не ошибка.

Глава 11. Приятного дня (вечер)

[Бикон — комната команды JNPR]

— На что я, блин, смотрю?!

Жон опустил глаза на штуку в своих руках, а на его лице возникло выражение между смятением и ужасом. Рен глянул ему через плечо и нахмурился.

— Ну, я точно могу сказать, что это НЕ что-то нормальное.

Штукой была пара листов с текстом, написанным разноцветными печатными буквами. Жон нашёл их на своей подушке в общежитии, когда вернулся с занятия Ублека (с которого он сбежал, когда преподаватель уснул) и подумал, что это Пирра оставила ему записку. Но если бы это была она, то он был бы в ужасе от своей партнёрши. Первое письмо не был таким уж плохим. Он сперва даже назвал его романтичным. Оно говорило, как писатель узнал о храбрости, доброте и красоте Жона, и влюбился в него с первого взгляда. Жон не верил в такое (жизнь как-то выбила из него подобные идеи), но он всё равно ценил чувства, какими бы они ни были. Отправитель закончил письмо словами «я люблю тебя». Когда Жон дочитал, он почувствовал внутри слабую теплоту.

Потом он взялся за вторую страницу.

Там не было ничего, кроме строчек их трёх повторяющихся слов, написанных словно в безумии. «Я люблю тебя». Снова, и снова, и снова, и снова, и снова. Хуже того, когда первые строки были написаны аккуратным и ровным почерком, следующие были всё неряшливее и небрежнее, пока Жон не начал с трудом разбирать в чернильных (Жон надеялся, что это просто чернила) буквах. Часть Жона смеялась — настолько это было в стиле клишированной «чокнутой сталкерши», но другая, и куда большая, безмолвно кричала на Озпина, позволившего подобным людям попасть в Бикон. «Чокнутая сталкерша» уже была достаточной проблемой, но «чокнутая сталкерша-которая-ещё-Охотница» была просто кошмаром!

— Я… Я просто… — Жон вздохнул, успокоив дрожащие руки, — что, блин, творится с моей жизнью?! — Рен положил руку на его плечо, спокойно кивнув.

— Я тоже задавал себе такие вопросы, — однако на пару секунд самообладание его покинуло, а лицо дрогнуло, — но точно не от такого.

— Говорю тебе, я проклят, — Жон сложил листы вместе и принялся зверски разрывать их на малые клочки, которые полетели в мусорную кор… — Стоп. Кто выбросил мой мусор? — Рен задумчиво склонил голову набок.

— Насколько я знаю, никто из нас. В смысле, мы с тобой рано ушли с занятия Ублека, Нора испытывала свои гранаты с «розовым огнём», да и у Пирры были свои занятия. В Биконе есть уборщики?

— Не думаю, — скривился Жон, — это мог быть тот же псих, что оставил тут письма. Как он сюда попал, кстати? Утром я замкнул дверь.

— То есть… Он забрал твой мусор?

— Было бы куда отвратительнее, если бы там было что-то важное, — Жон пожал плечами, — а там были только пара старых рецептов, карта местных ресторанов и старая банка корицы.

— Корицы?.. — Жон кивнул.

— Ага, всегда ношу с собой.

— Но зачем?

— Почему нет? — улыбнулся тот в ответ, — её можно много где использовать. В бутербродах, рогаликах, мороженном, паре видов пиццы…

— Так ты тоже любишь готовить? — спросил Рен и подошёл к своей кровати, что-то из-под неё доставая.

— Считай меня шеф-поваром, — поправил его Жон.

Рен обернулся и изогнул бровь, но решил не продолжать. Его руки что-то схватили, и он вытащил длинный чёрный кейс, поставил его на свою кровать и вынул свиток, чтобы проверить время.

— Хм, почти.

— А ты что, профессиональный убийца, или типа того? Этот твой чемодан выглядит, словно ты в нём винтовку носишь, — и это было так. Кейс был достаточно длинным и сделан из чёрного материала, который Жон видел много раз — в таком хранили оружие. Рен мягко хмыкнул.

— Пожалуй, можно и так сказать. Но нет, профессиональных убийств нет в моём списке талантов.

— И что это за оружие такое?

Но прежде чем Рен успел ответить, дверь в их комнату распахнулась от пинка Норы, которая тут же молнией пронеслась по комнате и схватила его в свои объятия.

— Ренни! Можешь сделать мне блинчиков? Штук десять? Нет, двенадцать! НЕТ! ПЯТНАДЦАТЬ! — последние слова Нора прокричала, уронив Рена на пол.

— Нора, — мягко ответил ей Рен, — я уже достал всё для готовки. Нора подскочила в воздух с широкой улыбкой на лице.
в
— Ура! Это будут лучшие блинчики! Она должны быть супер-вкусными и их должно быть супер-много! — она помогла другу подняться на ноги, тот отряхнулся и взял кейс.

— Стоп, это для готовки? — медленно расширились глаза Жона.

— Ага, — улыбнулся Рен.

Блондин на пару секунд замолчал, а затем нырнул под кровать и вынул такой же кейс, как и сокомандник минутой раньше, но красный.

— Ну… похоже у нас есть что-то общее, — улыбнулся он другу.

— О-о, так Жон тоже умеет готовить? Ты можешь сделать блинчики? — с азартом в глазах спросила Нора, — хотя даже если можешь, блинчики Ренни — лучшие на всём Ремнанте!

Жон безэмоционально посмотрел на Нору, скрестив руки на груди.

— Могу ли я готовить блинчики? Ты серьёзно спрашиваешь, могу ли я готовить блинчики?! Одно из самых простых блюд — и ты спрашиваешь, могу ли Я их готовить?! — он с оскорблённым видом скрестил руки на груди, — как следующий величайший повар Ремнанта, я обижен! — Рен поднял бровь.

— Называть себя так… весьма самолюбиво.

— Но это правда, — пожал плечами Жон, — ещё не было рецепта, который я не мог бы приготовить.

— Я уверен, ты отличный говорун, поварёнок, — начал Рен, — хотя я боюсь, что в этом рецепте ты не лучший.

Комната погрузилась в тишину. Жон бесстрастно уставился на лицо Рена. Даже Нора почувствовала внезапно возникшее в комнате напряжение, которое без остановки росло. Казалось, даже воздух замер… А Норе показалось, словно в секунде была небольшая вечность… В конце концов от этого напряжения вдруг распахнулась дверь, заставив Нору в панике подскочить. В проёме стояла Пирра.

— Всё… В порядке? — любопытно спросила она, бегая глазами между Жоном и Реном, что смотрели друг на друга скрестив руки и сузив глаза.

— Это… вызов? — спросил Жон низким и опасным голосом. Глаза Рена сузились.

— Извини, но я готовил блинчики для Норы, так что я достиг совершенства. Я могу сделать их даже во сне.

— Ренни прав! Он правда может делать их во сне! Я помню, как однажды он сделал мне блинчики, пока дремал!

Жон ещё немного помолчал, а парой секунд спустя он протянул руку и подхватил свой красный кейс.

— Ли Рен! Я вызываю тебя на дуэль поваров! Я докажу, что я — лучший повар Ремнанта! — провозгласил Жон, указав на Рена.

Нора с Пиррой переглянулись с шоком на лицах. Рен глянул на них, а его губы сложились в улыбку.

— Принимаю. Нора будет судьёй. — Жон нахмурился.

— Трое судей.

— Прости?

— Вы с Норой уже знаете друг друга. Она пристрастна. Я хочу честного соревнования. — Рен замолчал, поглаживая подбородок.

— Возможно, команда RWBY будут судьями?

— Конечно. Можно позвать Руби, Блейк… и Вайс? У Янг, мне кажется, не самый изысканный вкус, — Рен собрался что-то сказать, как его прервала Нора, прыгнув между ними.

— НЕТ! ВЫ НЕ ЗАБЕРЁТЕ У МЕНЯ БЛИНЧИКИ!

Глаза Жона расширились, когда он увидел какие-то алые отблески, а в её голосе прорезался громовой рокот. Он отскочил назад и в панике поднял руки, упав на пол:

— Н-НОРА, БЛЕЙК И ВАЙС! Они могут быть судьями! Я не хочу снова умирать! — лицо Норы тут же сменилось с ужасающего до её обычной улыбки от уха до уха.

— Да! Блинчики! Это будет лучший день! — Жон приложил руку к груди, тяжело дыша.

— Я… У меня только что вся жизнь перед глазами пролетела… — Пирра наклонилась, чтобы помочь ему встать (и подарить ему очень хороший взгляд на свой вырез) и, взяв его руку, подняла его. Он посмотрел на неё с кривой улыбкой.

— Актёр во мне не доволен.

— Идёмидёмидёмидём! Вперёд! — крикнула Нора, схватив Жона и Рена, прежде чем выскочить из комнаты размытым пятном рыжего, белого и розового цвета с зелёным и белым хвостом за собой, оставив позади трясущую головой Пирру.

[Бикон — кухня]

— А как ты уговорил Гудвич позволить нам занять кухню? — спросил Рен, подвязывая свой розовый фартук. Жон пожал плечами.

— Порой я бываю очень убедителен…

Глинда с широко раскрытыми от ужаса глазами отшатнулась. В дрожащей руке она держала деревянный крест, размахивая им.

— Уйди, нечестивое создание! П-прочь! — Жон вздохнул.

— Я просто прошу разрешения использовать кухню, чтобы сделать блинов.

— БЛИНЫ ЗЛА! — завопила обычно спокойна женщина, тыкая крестом в Жона. Тот застонал, хлопнув себя по лицу.

— Во-первых, я уже говорил, я НЕ оживший мертвец. Во-вторых, мы уберём всё после себя. Это важно, мисс Гудвич, — та с силой затрясла головой.

— Н-никогда! Ты не захватишь школу своей дьявольской едой!

Жон молча посмотрел на испуганного преподавателя с мертвенно-бледным лицом, прежде чем ответить.

— Если вы не разрешите мне и Рену воспользоваться кухней, я отсюда не уйду. И кто знает, может я проголодаюсь и захочу перекусить… — говоря это, Жон не сводил глаз с женщины. Лицо Глинды посерело, и её затрясло ещё сильнее. Он даже начал за неё беспокоиться и собрался говорить, но Глинда не дала ему, ответив паникующим голосом:

— Х-хорошо! Ты можешь использовать кухню! Только не ешь меня!

Вздохнувший Жон покачал головой, развернулся и пошёл к двери. Его взгляд опустился на пол.

— Мисс Гудвич, у вас тут соль на полу. Вы это знаете?

Та всхлипнула, поняв, что её «защитный барьер» не сделал ничего, чтобы остановить Зло от входа её кабинет. Оно было слишком сильно…


— Ага. Убедителен, — пробормотал Жон, надев свой поварской колпак, — кухня и продукты полностью наши, но… — он достал очень маленькую ложечку из своего кейса и провёл ей по столу, — они далеко не лучшие.

— Пытаешься найти оправдание для своего поражения? — улыбнулся Рен.

— Лучшие повара могут использовать что угодно, чтобы сделать шедевральное блюдо, — Жон хмыкнул, — дешёвые продукты или нет, я выиграю соревнование.

— Посмотрим, — ответил Рен, не убрав с лица улыбку.

Жон хрустнул пальцами и блеснул улыбкой в ответ.

— О да, это точно…

[Бикон — кафетерий]

— Где блинчики?! — крикнула Нора, стукнув кулаками по столу перед собой. По бокам от неё сидели Блейк и раздражённая Вайс. Похоже, что она прервала свой отдых и стала судьёй, поддавшись на уговоры Норы присоединиться к блинному состязанию поваров. Ну, как «уговоры»… Та скорее просто постоянно просила Вайс принять участие, пока не достала наследницу Шни настолько, что та была готова на что угодна, лишь бы Нора отстала. Но даже так Вайс попробует по чуть-чуть блинчиков с каждой стороны — она следила за своей фигурой. Блейк было пофиг, во всяком случае пока она не услышала, что одним из поваров будет Жон — после этого желание вдруг возникло.

Руби с Янг тоже решили присоединиться, так что они тоже сидели за столом, переговариваясь между собой.

— Итак, — начала Янг, задумчиво постукивая себя по подбородку, — Тошнотик мечтает стать «Величайшим Поваром Ремнанта»? — Пирра кивнула.

— Он постоянно об этом говорит. Я удивлена — с такой невероятной силой он предпочитает готовить?.. — возможно он не Бог Войны… а что, если он Бог Семьи? Возможно он побеждает гримм не ради битв, а чтобы защитить нас?! Взгляд Пирры замер, когда её разум продолжил строить свои фантазии, в которых они с Жоном поженились и у них есть двое прекрасных зеленоглазых блондинистых детей… А Жон — прекрасный и любящий отец!

Ложная Богиня мечтательно вздохнула, а заметившая это Янг с некоторым недоумением приподняла бровь, но ничего не сказала. Вместо этого блондинка повернулась к своей очаровательной сестрёнке.

— Готова к блинчикам?

— Да, — кивнула Руби, — печенье было бы лучше, но и блинчики неплохи!

— Блинчики лучшие! — закричала Нора, запрыгнув на стол.

— Эй! — вскрикнула Вайс, глядя на неё, — слезай оттуда!

Но Нора не слушала, театрально раскинув руки:

— Блинчики — еда богов! И стоит тебе попробовать блинчики Ренни, как ты никогда не захочешь есть хоть что-то ещё!

— Настолько хороши? — усомнилась Янг.

— Ага!

— Не то, чтобы я защищала блондинистого придурка, — вздохнула Вайс, — но может ты подождёшь, пока не попробуешь его готовку? — Нора нахмурилась, скрестив руки на груди.

— Ага, конечно! Жон, может, и неплох, но Ренни — лучший! — она спрыгнула со стола.

— А что, если Жон всё же лучше? — вставила Блейк. Нора в ответ надула щёки.

— Это просто невозможно!

— Ты же понимаешь, что безумно предвзята, верно? — хмыкнула Янг.

Нора уже начала что-то говорить, но её прервал прекрасный запах, долетевший из-за дверей кухни. Все замолчали, принюхиваясь, а у Норы чуть ли слюнки изо рта не потекли. Казалось, что Рен приготовил две горки блинчиков!

Дверь тем временем открылась и из-за неё показались Рен с Жоном, оба в одежде поваров, держа в руках по большому подносу, накрытому крышкой, которые и поставили на стол, словно профессиональные официанты.

Нора с нетерпением в глазах и дрожащими в предвкушении руками наблюдала, как они подняли крышки, выпустив на свободу столбики прекрасных парящих золотистых блинчиков. Запах же заставил всех, включая Вайс, начать пожирать их глазами. Да и выглядело всё великолепно!

— Так… вкусно… — прошептала Нора, выглядящая, словно она нашла само Эль-Родаро*.

Всё так же не говоря ни слова, парни принялись раздавать по паре тарелок, накладывая на них свою выпечку. И, когда Рен с Жоном раздали свою готовку, они отступили назад, неотрывно глядя на трёх судей.

Никто не удивился, когда Нора первой вонзила вилку в еду. Та оторвала большой кусок, который девушка тут же отправила в рот. Все ждали, пока она прожуёт.

— Блинчики Ренни лучшие! — глаз Жона дёрнулся.

— Извини, но ты даже не попробовала мои!

Вайс откусила кусочек от своего блина, медленно прожёвывая его и дегустируя вкус. Когда она закончила, то положила свою вилку на стол и кивнула.

— Определённо вкусно. Конечно же, приятно.

Блейк чуть поёрзала и откусила от своего, старательно пробуя на вкус, и кивнула, протерев губы салфеткой.

— Этот точно вкусный.

Рен глянул на Жона с небольшой довольной улыбкой на лице. Тот закатил глаза и скрестил руки, хмыкнув. Оба парня повернулись к Норе, а та, нахмурившись, повернулась к тарелке Жона. Она ткнула в блин с видом, что хочет надуть щёки. Вайс застонала:

— Раз уж Нора не хочет оценить работу, которую она просила для себя же, я первой попробую готовку Жона, — она отделила другой кусочек, и медленно положила его в рот. Комната погрузилась в тишину, пока все следили за реакцией Вайс. Наследница несколько секунд пожевала кусочек, прежде чем проглотить. Она затихла и аккуратно опустила вилку на стол. Глубоко вздохнув, она закрыла глаза, а все синхронно подались вперёд волной нетерпения.

— Совершенство! — выдохнула Вайс, в шоке распахнув глаза и глядя на свою тарелку, — я... я никогда не думала, что такое может быть с настолько простым блюдом, но оно просто невероятно! Ты... ты правда это приготовил, Жон? Или вы менялись тарелками, или что-то в этом роде?

Её вопрос заставил всех затихнуть. Она повернулась Жону и почти тут же отпрянула, увидев скрестившего руки Жона, чьи брови дрожали, а сам он был окутан почти видимой тёмной аурой.

Я. Уверен.

— П-просто убедилась! — пискнула Вайс, выронив вилку. Нора неловко глянула на неё, на блинчики от Жона и на Блейк, которая уже откусила кусочек и с наслаждением жевала.

— Можно ли испытать оргазм ртом? — пробормотала она, — потому что я, похоже, смогла...

Глаза Рена чуть расширились и он глянул на понимающе улыбающегося Жона, а затем они перевели взгляды на тяжело вздохнувшую Нору.

— Хорошо, — пробурчала девушка, — я попробую... — она насадила блинчик Жона на вилку и, поморщившись, обречённо забросила еду в рот. Жевнула. Пожевала. Пережевала.

...

...

Она, наконец, проглотила.

В воздухе повисла ещё более мёртвая тишина. Нора опустила вилку на стол... и из её глаз потекли слёзы:

— КАК ВКУСНО! — она быстро принялась за остальные блины, — прсти, Рнни! — она взмахнула руками.

— Эй! — вскрикнула Янг, пытаясь не дать Норе забрать блинчик со своей тарелки, но глаза той налились кровью и она глухо зарычала. Янг дёрнулась назад с расширившимися от удивления глазами.

— Ладно, ладно! Боги, они не могут быть настолько хороши... — её голос затих, когда она заметила, что тарелки Вайс и Янг уже блестят. Жон улыбнулся и повернулся к Рену.

— Что ж, полагаю, ты всё... — он застыл. Друг... улыбался?..

— Ну, полагаю, ты лучший повар, чем я... Наверное, ты должен быть тем, кто готовит для Норы, пока мы в одной команде, — спокойно ответил Рен со смешинками в глазах.

Жон открыл рот, но смог выдавить только пару бессвязных звуков. Он поднял руку к исказившемуся лицу и застонал.

— Прости, но это было беспроигрышное соревнование. Или ты начинаешь готовить для Норы, или я показываю всем здесь. Полагаю, я выиграл бы в любом случае, — он положил руку на плечо Жона.

— Ты... Ты меня сделал, — кивнул Жон, — но есть одна проблема.

— Что такое? — любопытно наклонил Рен голову. Из-за стола раздался крик Норы о "Королеве Замка".

— Ну... Тут не лучшие ингредиенты. Я мог бы справиться получше, — вздохнул Жон.

Все вдруг замолчали.

— Что. — медленно повернулась Нора, опасно сверкнув глазами. Жон не смотрел на неё, так что не заметил ни страшного выражения её лица, ни ошеломления остальных.

— Да, продукты тут не лучшие. Будь у меня свежее молоко и яйца, масло и мука получше, получилось бы сделать ещё вкуснее. Чёрт, да у них тут даже специй нет! — над упавшей головой Жона словно возникла маленькая грозовая тучка.

— Так ты говоришь, — начала, наконец, Нора, — что... ты можешь... сделать блины ещё лучше?..

— Если будут хорошие продукты — да.

Уже в который раз всё затихло. Жон услышал, как столовые приборы ударились об пол, и обернулся, прежде чем он успел что-то сказать, в него врезалось размытое розовое пятно, вбившее его в стену, по которой прошла паутинка трещинок. Он открыл было рот, чтобы выразить своё недовольство, но тот вдруг оказался занят. Жон проморгался и внезапно понял, что произошло. Нора прижимала его к стене, старательно исследуя языком его рот. Выпучив глаза, блондин попытался вырваться, но Нора, подпитываемая её блинным безумием, не сдвинулась с места.

М-М-М!!!

А ещё Жон мог видеть реакцию остальных... что ни на грамм не помогало! Челюсть Блейк отвисла, а глаза подёргивались, Вайс выглядела так, словно собиралась его прибить, Пирра с милой улыбкой на лице расколола тарелку, в воздухе вокруг неё летали вилки и ножи, Руби отчаянно покраснела, Янг ухмылялась от уха до уха, а Рен...

Он лежал на полу, смеясь, как никогда, из глаз текли слёзы, а руки с силой прижимались к животу — Жон захотел было закричать на него, но Нора ему помешала. Но со вспышкой своей чёрной ауры он всё же смог её оттолкнуть.

Нора повисла на его вытянутых руках, её губы дёрнулись на мгновение в тщетной попытке продолжить поцелуй, прежде чем эта безумица вырвалась из его хватки и, схватив его за воротник, прижала голову Жона к своей груди.

ОН МОЙ!!! — закричала она своей аудитории, по-собственнически удерживая Жона, — ОН И ВСЕ ЕГО БОЖЕСТВЕННЫЕ БЛИНЧИКИ МОИ!!!

Жон попытался открыть рот, когда что-то мелькнуло в воздухе и воткнулось в паре сантиметров от его головы. Он побледнел, когда его глаза наткнулись на огромный мясницкий нож.

— Помогите... — выдавил он. Нора тут же отпустила блондина, достала... откуда-то свой молот и поудобнее его перехватила:

КТО ЭТО СДЕЛАЛ?!

Комната моментально погрузилась в хаос. Жон заметил, как появившаяся словно из ниоткуда Вельвет нырнула в окно, выглядя... необычно страшной. Она бросилась в атаку на Пирру, что заблокировала её щитом... который она вытащила тоже словно из ниоткуда... Блейк разложила Гэмбол Шрауд и открыла огонь по Норе, которая превратила молот в гранатомёт и сделала пару залпов по увернувшейся Блейк... которые прилетели в Вайс, опалив её волосы и платье. Та в ярости призвала огненный глиф, направив его в Нору, но атака пролетела мимо и... ударила в Жона. Тот дёрнулся от внезапной боли — пламя горело на его теле, но гораздо сильнее пылала его ярость.

— Отлично. Нахрен это. Мне нужно выпить.
Это все...